Дело № 22-1770/2019 судья Анисимова О.А. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тверь 2 октября 2019 года

Тверской областной суд в составепредседательствующего судьи Конина В.И.,

при секретаре Леонтьевой Л.В.,

с участием прокурора Калько Е.Н.,

представителя потерпевшего ООО «ТВС-Проект» - ФИО1,

обвиняемых ФИО2, ФИО3, ФИО4

адвокатов Гафуровой Э.Р., Фоменковой К.И., Лебедева А.К.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Яковлева Д.С. на постановление Московского районного суда г. Твери от 16 августа 2019 года, которым уголовное дело в отношении: 

ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 160, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159 УК РФ,

ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, 

ФИО4, обвиняемой в совершении преступления предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 159 УК РФ, 

возвращено прокурору Московского района г. Твери для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения ФИО2, ФИО3, ФИО4 оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Заслушав доклад судьи Конина В.И., доложившего материалы дела, доводы апелляционного представления, выслушав мнение прокурора Калько Е.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления, мнение представителя потерпевшего ООО «ТВС-Проект» - ФИО1, обвиняемых ФИО2, ФИО3, ФИО4 и их адвокатов Гафуровой Э.Р., Фоменковой К.И., Лебедева А.К., просивших постановление суда оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора без удовлетворения, суд апелляционной инстанции 

установил:

постановлением Московского районного суда г. Твери от 16 августа 2019 года уголовное дело в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 160, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159 УК РФ, ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, ФИО4, обвиняемой в совершении преступления предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 159 УК РФ, было возвращено прокурору Московского района г. Твери в порядке ст.237 УПК РФ,

В апелляционном представлении государственный обвинитель Яковлев Д.С. просит постановление суда отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда, мотивируя тем, что оснований для возвращения прокурору уголовного дела, а также объективных препятствий для рассмотрения дела судом не имелось. Полагает, что судом принято решение о возвращении дела прокурору без исследования и оценки доказательств, собранных по уголовному делу, исключительно на основании изучения обвинительного заключения, несмотря на то, что сделанные судом выводы не могут состоятельными без исследования материалов уголовного дела. Считает, что суд не делает различия между такими юридическими понятиями как «собственник имущества» и «бенефициарный владелец» Общества. Так, «бенефициарный владелец» Общества не обладает правом распоряжения имуществом Общества, а лишь имеет возможность оказывать влияние на принятие решений Обществом и получать прибыль от его деятельности, при ее наличии. Собственником имущества, до придания его части в установленном законом порядке статуса прибыли, является юридическое лицо, а не его учредитель, то есть является чужим для ФИО2, ФИО3, ФИО4. ООО «

<

данные изъяты>» в лице ФИО1 законно признаны следователем в качестве потерпевшего. В ходе следствия установлена точная сумма размера ущерба, причиненного преступлениями, что отражено в постановлениях о привлечении в качестве обвиняемого. В постановлении суда указано, что недостатки обвинительного заключения увеличат объем предъявленного ФИО2, ФИО3, ФИО4 обвинения. Считает, что данный вывод противоречит как материалам уголовного дела, так и утверждениям самого суда, изложенным в обжалуемом постановлении, согласно которым суду все-таки не ясно, какие именно действия подсудимого свидетельствуют о направленности его умысла на мошенничество в организации, в которой он является бенефициарном собственником, и не установлен размер ущерба, причиненного преступлениями. В связи с чем, принятие такого решения на стадии первого судебного заседания представляется стороне обвинения тенденциозной и ставит беспристрастность судьи под сомнение. Просит постановление суда отменить, вернуть уголовное дело на новое судебное рассмотрение в ином составе суда. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии с ч. 4 ст.7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным, мотивированным и признается таковым, если оно постановлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основано на правильном применении уголовного закона.

Названные требования закона судом первой инстанции были выполнены в не полной мере. 

Согласно п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе данного обвинительного заключения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2018 г. N 274-О, неустранимость в судебном производстве процессуальных нарушений, имевших место на этапе предварительного расследования, предполагает осуществление необходимых следственных и иных процессуальных действий, что превращает процедуру возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению, по существу, в особый порядок движения уголовного дела, не тождественный его возвращению для производства дополнительного расследования. Соответственно, в случае если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, исключая возможность постановления законного и обоснованного приговора, фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия, суд возвращает уголовное дело прокурору по собственной инициативе или по ходатайству стороны, поскольку в таком случае препятствие для рассмотрения уголовного дела самим судом устранено быть не может.

Как следует из обжалуемого постановления, обосновывая свой вывод о возвращении уголовного дела прокурору, суд сослался на то, что:

-обвиняемый ФИО2 по всем эпизодам инкриминируемых ему преступлений (в том числе и групповых), в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлся бенефициарным владельцем общества с размером доли в уставном капитале 71,25%, а поэтому не мог совершить хищение имущества Оющества; 

-в обвинительном заключении и постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не указаны другие собственники данного Общества, не указано имел ли ФИО1, директор ФИО13 долю в уставном капитале Общества и почему именно ФИО1 был признан потерпевшим по данному делу;

-из формулировки предъявленного ФИО14 обвинения, не ясно, какие конкретно действия подсудимого свидетельствуют о направленности его умысла на мошенничество в организации, в которой он является бенефициарным собственником, не указаны иные участники Общества их доли в уставном капитале, не конкретизированы последствия от совершения вменяемых преступлений, то есть, не конкретизирована объективная сторона предъявленного ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обвинения, не установлен размер ущерба, причиненного преступлением; 

Данные нарушения, по мнению суда первой инстанции, не могут быть устранены в ходе судебного производства, поскольку увеличат объем предъявленного ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обвинения, что в соответствии с п.1 и п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ являются основанием для возвращения дела прокурору.

Однако приведенные в обжалуемом постановлении доводы, послужившие основанием для возвращения уголовного дела прокурору, противоречат содержанию обвинительного заключения, материалам уголовного дела и построены на ошибочном понимании и применении норм действующего законодательства. 

В соответствии с пунктами 3, 4, 8 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении излагается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела; доказательства, подтверждающие обвинение; данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного преступлением.

Как видно из материалов уголовного дела и правильно указано в апелляционном представлении, в обвинительном заключении изложено существо предъявленного ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обвинения, указаны время, место и обстоятельства совершения преступлений, размер причиненного ущерба, а также другие обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что, несмотря на то, что доля ФИО2 в уставном капитале ООО «

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>» составляла 71,25%, в соответствии со ст.2 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ, собственником имущества, которое по версии обвинения было похищено, являлось Общество, а для ФИО2 это имущество, при изложенных в обвинении обстоятельствах, было чужим. 

Кроме того, вопреки утверждениям суда первой инстанции, потерпевшим по уголовному делу в ходе предварительного расследования было признано юридическое лицо - ООО «

<

данные изъяты>», а ФИО1 является лишь его представителем. Из примененной следователем формулировки «признать ООО «

<

данные изъяты>», в лице учредителя ФИО1 потерпевшим» (т.4 л.д.122), не следует, что именно ФИО1 как физическое лицо был признан потерпевшим по уголовному делу. 

Вывод суда первой инстанции об отсутствии в обвинительном заключении размера причиненного ущерба, ошибочен и противоречит содержанию обвинительного заключения, в котором по каждому инкриминируемому преступлению указан ущерб, причиненный ФИО2 Обществу соответственно на сумму 280268,80 рублей, 61000 рублей, 2193762 рублей, 34870 рублей, а также указан ущерб, причиненный Обществу ФИО2 ФИО3 и ФИО4 на сумму 352370 рублей.

Кроме того, каким образом допущенные нарушения могут повлечь увеличение объема предъявленного ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обвинения и как следствие в силу п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ послужить основанием для возвращения уголовного дела прокурору, в обжалуемом постановлении не указано.

Ссылка суда первой инстанции на то, что обвинительное заключение не содержит информации о всех учредителях ООО «

<

данные изъяты>», размере их доли в уставном капитале не имеет правового значения для разрешения данного уголовного дела по существу и не может служить основанием для применения положений ст.237 УПК РФ.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами апелляционного представления, приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ, для возвращения уголовного дела прокурору, в связи с чем, постановление суда первой инстанции подлежит отмене, а дело передаче на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ

постановление Московского районного суда г. Твери от 16 августа 2019 года в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 160, ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 159 УК РФ, ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, ФИО4, обвиняемой в совершении преступления предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 159 УК РФ, о возвращении уголовного дела прокурору Московского района г. Твери для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий В.И. Конин