АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

3 июля 2025 г. г. Уфа

Верховный Суд Республики Башкортостан

в составе председательствующего судьи Байковой Л.И.,

при секретарях Муллахметове И.И., Васильевой Е.Э.,

с участием 

прокурора Томилиной Э.В.,

защитников лица, в отношении которого уголовное дело прекращено – ФИО1, адвокатов Сальмановой А.М., Минасовой Р.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора г. Октябрьский Республики Башкортостан Орлова А.А. на постановление Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 27 марта 2025 г.

Изложив содержание постановления и обстоятельства дела, доводы апелляционного представления, выслушав выступления защитников – адвокатов Сальмановой А.М. и Минасовой Р.А. о законности постановления, мнение прокурора Томилиной Э.В. об отмене постановления по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

по постановлению Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 27 марта 2025 г. уголовное дело и уголовное преследование в отношении 

ФИО1, дата г.р., несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ, в связи с примирением сторон.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Постановлением разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

В апелляционном представлении прокурор г. Октябрьский Республики Башкортостан Орлов А.А. предлагает постановление суда отменить в связи с неправильным применением уголовного закона, так как прекращение уголовного дела не отвечает целям и задачам уголовного судопроизводства, уголовного преследования виновного и назначению ему справедливого наказания, а также целям предупреждения новых преступлений. Указывает, что судом не в полной мере приняты во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, наступившие от преступления последствия – смерть человека. Совершенное ФИО1 преступление направлено против основополагающего права человека на жизнь, закрепленного в Конституции РФ, утрата которой необратима. Полагает, что заглаживание морального вреда путем принесения извинений потерпевшей стороне является несоразмерным степени общественной опасности совершенного преступления, наступившим последствиям в виде смерти человека, поскольку не компенсирует негативные изменения, наступившие в общественных отношениях, связанных с охраной жизни и здоровья человека, и не свидетельствуют о снижении общественной опасности совершенного деяния.

В возражениях потерпевшая Б.., а также лицо, в отношении которого уголовное дело прекращено – ФИО1 просят постановление суда оставить без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене постановления суда и передачи уголовного дела на новое судебное разбирательство в связи со следующим.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2003 года № 18-П, суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного приговора, т.е. обоснованного и справедливого решения по делу.

Уголовный кодекс Российской Федерации, призванный обеспечить безопасность человека (ч. 1 ст. 7), предусматривает, что лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина (ч. 1 ст. 5), и что наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного (ч. 1 ст. 6). В рамках уголовного судопроизводства это предполагает по меньшей мере установление обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело, его правильную правовую оценку, выявление конкретного вреда, причиненного обществу и отдельным лицам, и действительной степени вины (или невиновности) лица в совершении инкриминируемого деяния.

Вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ указание на возможность освобождения от уголовной ответственности является правом суда, а не его обязанностью прекратить уголовное дело, и не означает произвольное разрешение данного вопроса. Суд принимает соответствующее решение с учетом всей совокупности обстоятельств, включая особенности объекта преступного посягательства, наличие выраженного свободно, а не по принуждению волеизъявления потерпевшего, чье право, охраняемое уголовным законом, нарушено в результате преступления, изменение степени общественной опасности деяния после заглаживания вреда, личность подозреваемого, обвиняемого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность.

Однако требования уголовного и уголовно-процессуального законов судом первой инстанции выполнены не в полной мере.

Так, органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в причинении смерти по неосторожности своему отцу - А. при следующих обстоятельствах. 

В период времени с 20.00 час. 27 декабря 2024 г. по 01.57 час. 28 декабря 2024 г. между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и А. произошла ссора, в ходе которой А. на почве личной неприязни к своему сыну - ФИО1, нанес рукой удар в его спину, на что последний, не предвидя возможности наступления смерти своего отца, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог ее предвидеть, руками толкнул А. от себя. Последний, будучи в состоянии алкогольного опьянения, потерял равновесие и упал с высоты собственного роста, ударившись затылочной областью головы об асфальт. Далее, А. поднялся на ноги и между ними продолжился конфликт, в ходе которого ФИО1, продолжая свои преступные действия, не предвидя возможности наступления смерти А.., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог ее предвидеть, нанес не менее двух ударов руками в область лица А.., от которых последний, будучи в состоянии алкогольного опьянения, потерял равновесие и упал с ускорением с высоты собственного роста, ударившись затылочной областью головы о металлическое ограждение.

В результате преступных действий ФИО1 потерпевшему А. причинены следующие телесные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма: кровоизлияние под твердую мозговую оболочку левого полушария, в теменно-затылочной области уплощенный сверток крови красного цвета, с блестящим оттенком, подвижный массой 40 грамм; кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку по выпуклой поверхности, основания правой и левой затылочных долей, глубоко заходящие в извилины, борозды. На миндалинах мозжечка следы вклинения в большое затылочное отверстие; кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку на миндалинах мозжечка, кровоизлияние темно-красного цвета, с блестящим оттенком; ссадина теменно-затылочной области головы слева, левее срединной линии на 1,0 см, под красноватой корочкой, ниже уровня кожи, с кровоподтеком вокруг, синюшного цвета. Осложнение: Травматический отек, сдавление вещества головного мозга. Данные телесные повреждения могли образоваться от ударного воздействия тупого твердого предмета, с контактом, в теменно-затылочной области слева, что подтверждается наличием кровоподтека теменно-затылочной области, от срединной линии влево, овальной формы, синюшно-зеленоватого цвета, неправильной, овальной формы. Получение данной травмы при падении с высоты роста человека на распространенную твердую поверхность не исключается. Могла быть получена не менее 3 часов до момента наступления смерти. Данные телесные повреждения по признаку опасности для жизни, расцениваются как тяжкий вред причиненный здоровью человеку и находятся в прямой причинной связи с наступившей смертью А., которая наступила 28 декабря 2024 г. в 01.57 час. в Государственном бюджетном учреждении здравоохранения Республики Башкортостан городская больница №1 г. Октябрьский, от травматического отека головного мозга вследствие закрытой черепно-мозговой травмы кровоизлияниями под оболочки головного мозга.

Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон суд первой инстанции принял во внимание, что подсудимый обвиняется в совершении преступления небольшой тяжести впервые, вину признал полностью, уголовное дело назначено в особом порядке судебного разбирательства, примирился с потерпевшей, что подтверждается заявлением последней.

По смыслу закона суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности. Он должен принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Между тем объектом преступного посягательства, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, являются общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность жизни человека. Общественная опасность содеянного, прежде всего, заключается в нарушении основополагающего права человека на жизнь, закрепленного в ст. 2 и ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации, что не было принято во внимание судом первой инстанции.

Возможность освобождения лица от уголовной ответственности с примирением сторон связана с совершением им не любых социально одобряемых действий, а только таких, в результате которых вред, причиненный конкретным преступлением, может считаться заглаженным.

Кроме того, в судебном решении не указаны конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, и каким образом заглаживание этого вреда снизило общественную опасность преступления, нейтрализовало его вредные последствия в виде наступления смерти человека. 

Как правильно указано в апелляционном представлении, заглаживание морального вреда путем принесения извинений потерпевшей стороне является несоразмерным степени общественной опасности совершенного преступления, наступившим последствиям в виде смерти человека, поскольку не компенсирует негативные изменения, наступившие в общественных отношениях, связанных с охраной жизни и здоровья человека, и не свидетельствуют о снижении общественной опасности совершенного деяния.

При этом из самого заявления потерпевшей следует, что «ФИО1 принес извинения, мы примирились, я не имею к нему претензий» (т.1, л.д. 85). Вместе с тем, сам способ заглаживания причиненного преступления вреда был выяснен непосредственно в суде апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах постановление суда не отвечает требованиям законности, обоснованности и мотивированности.

Указанные нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов являются существенными и влекут отмену постановления и передачу материалов уголовного дела на новое судебное разбирательство. 

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 27 марта 2025 г. в отношении ФИО1 отменить, апелляционное представление – удовлетворить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе суда, со стадии подготовки к судебному заседанию.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) путем подачи кассационной жалобы или представления.

Председательствующий Л.И. Байкова

Справка: 

Судья Давлетшин М.Р.

Дело №22-2857/2025