Судья Синицына А.Ю. Дело 

<

данные изъяты>

УИД 

<

данные изъяты>

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<

данные изъяты> 24 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Дворягиной О.В.,

судей Кожановой И.А., Александрова А.Н.,

при помощнике судьи Солодовниковой А.В.,

с участием:

прокурора Пашнева В.Н.,

представителя потерпевших Потерпевший №4, Ф. – адвоката В.,

потерпевшей Потерпевший №1,

адвокатов Гусева М.А., Ивановой И.В., Ворожищева А.В.,

осужденного ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 

<

данные изъяты> уголовное дело по апелляционному представлению заместителя Лобненского городского прокурора 

<

данные изъяты>, апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвокатов Гусева М.А., Ивановой И.В., потерпевшего Потерпевший №4 на приговор Лобненского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, которым:

ФИО1, 

<

данные изъяты>

осужден по ч. 3 ст. 238 УК РФ, к наказанию в виде 6 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 

<

данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, произведенного в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ.

Взыскано с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет возмещения морального вреда 1 000 000 руб..

Взыскано с ФИО1 в пользу Ф. в счет возмещения морального вреда - 500 000 руб., в счет возмещения материального ущерба - 221 250 руб.

Приговором суда разрешена судьба вещественных доказательств.

По апелляционным жалобам осужденного ФИО1, адвоката Кирюхина В.А. на постановление Лобненского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> об установлении осужденному ФИО1 срока ознакомления с материалами уголовного дела.

Заслушав доклад судьи Дворягиной О.В., изложившей краткое содержание приговора, постановлений, существо апелляционного представления, апелляционных жалоб, мнение прокурора Пашнева В.Н., поддержавшего доводы апелляционного представления, возражавшего против удовлетворения апелляционных жалоб, объяснения осужденного ФИО1, адвокатов Гусева М.А., Ивановой И.В., Ворожищева А.В., представителя потерпевших Потерпевший №4, Фан Т.Т.Н. – адвоката В., потерпевшей Потерпевший №1, поддержавших доводы апелляционных жалоб, не возражавших против удовлетворения апелляционного представления,

установила:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекших по неосторожности смерть двух и более лиц.

Преступление совершено при обстоятельствах, установленных судом, и подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 свою вину в совершении инкриминируемого ему деяния признал частично.

В апелляционном представлении заместитель Лобненского городского прокурора просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на оглашенные показания потерпевшей Потерпевший №3 в порядке ст. 281 УПК РФ в томе 1 на листах дела 230-233, а также потерпевшего Потерпевший №4 в томе 1 на листах дела 196-198, поскольку указанные показания в судебном следствии не оглашались.

В апелляционной жалобе потерпевший Потерпевший №4 просит приговор отменить, вынести новое судебное решение, смягчить назначенное осужденному наказание, поскольку приговор является чрезмерно суровым, при решении вопроса о назначении наказания суд не принял во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, влияние назначаемого наказания на исправление, условия жизни семьи осужденного. Полагает справедливым требование государственного обвинителя в прениях сторон о назначении наказания осужденному в виде лишения свободы сроком на 2 года 2 месяца, которое учитывает все обстоятельства и материалы уголовного дела, события и личность осужденного.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) осужденный ФИО1 просит приговор отменить, переквалифицировать его действия с ч. 3 ст. 238 УК РФ на ч. 3 ст. 219 УК РФ, при назначении наказания учесть все приведенные в приговоре суда смягчающие наказание обстоятельства, а также возмещение вреда потерпевшим в полном объеме и даже превышающим указанный в приговоре, поскольку он является индивидуальным предпринимателем и осуществлял коммерческую деятельность – аренда и управления собственным или арендованным жилым недвижимым имуществом, сдавал в наем комнаты посуточно, руководствуясь гражданским законодательством и ч. 2 ст. 30 ЖК РФ, никогда не регистрировал и не открывал гостиницу, класс помещений с Ф 1.4 на Ф 1.2 никогда не изменял. Он никогда не имел умысла на оказание услуг ненадлежащего качества, в результате которых мог бы сгореть его дом и погибнуть люди. Он не был знаком с Ц. и П. и не просил их находиться в состоянии сильного алкогольного опьянения, и при этом кидать окурки на крышу его дома. Являясь собственником жилого дома, он отвечал за меры противопожарной безопасности, им была установлена пожарная сигнализация, оборудован пожарный выход через соседнее строение, приобретены и установлены на этажах огнетушители и планы эвакуации. Сигнализация не сработала по неустановленной причине, пожарный выход, находящийся в соседнем строении, оказался закрыт, тем самым он не проявил должной осмотрительности при обеспечении пожарной безопасности. Также просит отменить постановление суда об ограничении его в ознакомлении с материалами дела, поскольку он знакомился с делом в течении пяти неполных дней, в послеобеденное время, в связи с его поздней доставкой в суд конвойной службой, для прослушивания было представлено только 2 аудиозаписи. Он не обладает специальными познаниями в области юриспруденции, в связи с чем представленного времени было недостаточно для ознакомления с делом в полном объеме, чем было нарушено право на защиту в части дополнения доводов своей апелляционной жалобы.

В апелляционной жалобе адвокат Гусев М.А., действуя в защиту осужденного ФИО1 просит приговор отменить, установить путем исследования судом апелляционной инстанции доказательств, которые были исследованы судом первой инстанции, наличие или отсутствие нарушения ФИО1 норм пожарной безопасности Ф 1.4 для жилых домов, в случае нарушения данных норм квалифицировать действия ФИО1 по ч. 3 ст. 219 УК РФ, назначив ему менее суровое наказание, в случае отсутствия таких нарушений ФИО1 оправдать. Суд неверно установил, что жилой дом ФИО1 не соответствовал требованиям пожарной безопасности, предъявляемой к объектам, относящимся к классам функциональной пожарной безопасности Ф 1.4, данный вопрос не исследовался в проведенных экспертизах, в нарушение указаний вышестоящих прокуроров при отправке уголовного дела для проведения дополнительного следствия и не исследовался в рамках судебного следствия. Согласно приказу МЧС от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> нормы Ф 1.4 содержат лишь противопожарные расстояния между зданиями различных степеней огнестойкости, замеры которых не проводились. Судом не было учтено, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем и осуществлял коммерческую деятельность – аренда и управления собственным или арендованным жилым недвижимым имуществом, с потерпевшими лицами заключил договоры найма жилого помещения, руководствуясь ч. 1 ст. 671 ГК РФ. Выбранная ФИО1 форма предпринимательской деятельности соответствует ч. 2 ст. 17 ЖК РФ, пи этом осужденный не должен был соблюдать нормы Ф 1.2, применимые к гостиницам и не должен был переводить свой дом в нежилое помещение и выполнять иные нормы, применимые к гостиницам. Причиной пожара стало возгорание от тлеющего табачного изделия, в связи с чем не доказана причинно-следственная связь между оказанием услуг по найму жилых помещений и возникновением пожара, что подтверждается заключением экспертов, показаниями свидетелей Потерпевший №5 и Ч., постановлениями о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела по ст. 168 УК РФ. Кроме того, позиция о необходимости квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 219 УК РФ была изложена в постановлениях прокуратуры 

<

данные изъяты> об отказе в удовлетворении жалоб следователя от 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>

В апелляционной жалобе адвокат Иванова И.В., действуя в защиту осужденного ФИО1 просит приговор отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции с возвращением дела прокурору, поскольку суд не установил и не указал в приговоре способ, время и место совершения преступления, а также действия осужденного, направленные на умышленное причинение смерти потерпевшим, что препятствует осуществлению права на защиту и надлежащей юридической квалификации действий осужденного. Приговором суда не установлено и материалами дела не представлено доказательств, в какой именно момент у ФИО1 возник умысел на причинение умышленных действий неопределенному кругу лиц. В приговоре отражено лишь место и время регистрации ФИО1 в качестве ИП, дата возгорания объекта. Судом не установлена причинно-следственная связь между возникновением смерти потерпевших и причиной возгорания, учитывая нахождение последних в состоянии сильного алкогольного опьянения. Органы предварительного расследования не провели достаточный комплекс следственных действий, направленных на установление причины невключения автоматической пожарной сигнализации и системы оповещения граждан о пожаре. Отсюда следует, что осужденный при принятии своего решения о сдаче объекта в аренду, предпринял меры по установлению пожарной безопасности в жилом доме, его поведение было направлено для защиты проживающих лиц, в случае непредвиденной ситуации. А отсутствие познаний осужденного в области перевода объекта из жилого фонда в нежилой и получения класса функциональной пожарной опасности Ф 1.2, не образует состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 238 УК РФ. Нести ответственность ФИО1 за нарушение жильцами техники безопасности не может. Делая выводы о наличии причинно-следственной связи между смертью потерпевших и их действиями, которые привели к возникновению пожара, суд не в полной мере учел положения ст. 27 УК РФ. В приговоре суда отсутствует мотивировочная часть в обоснование неприменения к ФИО1 ст. ст. 15, 62, 64, 73 УК РФ. Также судом не рассмотрен вопрос о возможной переквалификации преступления на ч. 3 ст. 109 УК РФ, смягчении наказания, исходя из характеристики личности осужденного, частичного признания им вины. Кроме того, в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> старший следователь И. расследовал уголовное дело, не являясь должностным лицом СО по 

<

данные изъяты> ГСУ СК РФ по 

<

данные изъяты>. Уголовное дело было возбуждено по п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ, однако, при допросе в качестве подозреваемого ФИО1 было объявлено, что он подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 238 УК РФ, постановления о переквалификации преступления в материалах уголовного дела не имеется. В процессуальных документах, составленных 

<

данные изъяты> также имеются недостоверные сведения в части указания статьи УК РФ. В уведомлении в ИВД ОМВД России по 

<

данные изъяты> указано о предъявлении обвинения ФИО1 по ч. 3 ст. 138 УК РФ. При избрании меры пресечения также был указан п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ. Следователь знакомил ФИО1 и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз после получения заключений, что лишило ФИО1 права постановки вопросов перед экспертами. Протокол осмотра предметов (документов) от 

<

данные изъяты> составлен следователем единолично, без видеофиксации и понятых, а лишь с применением компьютера и принтера, при этом приложенная фототаблица не позволяет установить действительность нахождения осмотренных предметов именно в этих конвертах, на фото не усматриваются надписи и подписи понятых при изъятии данных объектов осмотра. Направляя участникам уголовного судопроизводства уведомление об окончании следственных действий 

<

данные изъяты>, следователь разъясняет сторонам, что они могут ознакомиться с материалами уголовного дела 

<

данные изъяты>. После возвращения уголовного дела, следователь не выполнив указания прокурора, 

<

данные изъяты> нарушил право обвиняемого на защиту, представив ему протокол в порядке ст. 215 УПК РФ без участия адвоката, а также график ознакомления в порядке ст. 217 УПК РФ. Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, является неясным и неполным, поскольку эксперту не предоставлено достаточных материалов для проведения экспертизы, заключение эксперта носит предположительный характер, относящийся к другой категории класса функциональной пожарной безопасности, не установлены все собственники жилого дома с литер «б». Не установлено работала ли пожарная сигнализация в момент возгорания жилого дома, если не работала, то по какой причине, не дана уголовно-правовая оценка действиям собственникам помещения (36 человек в порядке ст. 219 УК РФ). Материалы уголовного дела не содержат объективных и достоверных данных о наличии прямой причинно-следственной связи, прямого умысла на совершение ФИО1 преступления, предусмотренного ст. 238 УК РФ. Вынесенный приговор полностью отражает текст обвинительного заключения.

В апелляционной жалобе адвокат Кирюхин В.А., действуя в защиту осужденного ФИО1 просит отменить постановление суда об установлении срока для ознакомления с материалами дела, поскольку на протяжении досудебного и судебного производства ФИО1 не злоупотреблял правами и не затягивал рассмотрение дела, для подготовки к рассмотрению дела в суде апелляционной инстанции ему необходимо больше времени для изучения материалов дела и формирования позиции для защиты, в период судебного разбирательства в материалы дела поступили дополнительные доказательства и материалы, что также увеличивает сроки изучения материалов дела. ФИО1 необходимо ознакомиться с вещественными доказательствами по уголовному делу в связи с квалификацией судом жилого дома в качестве гостиницы.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, выслушав участвующие в деле стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Рассмотрение уголовного дела судом имело место в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющими общие условия судебного разбирательства, с обеспечением принципа состязательности и равноправия сторон, с обоснованием сделанных выводов собранными по делу доказательствами, проверенными на предмет их относимости и законности, оцененными каждое в отдельности и в сопоставлении друг с другом, признанными в совокупности достаточными для установления обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. При этом суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные участниками процесса ходатайства, которые были рассмотрены судом в полном соответствии с требованиями ст.271 УПК РФ, по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления с соблюдением требований ст. 256 УПК РФ, в которых приведены надлежащие мотивировки принятых решений: с учетом, представленных по делу доказательств, наличия либо отсутствия реальной необходимости и возможности в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела и с учетом положений ст. 252 УПК РФ, и не выходят за рамки судебного усмотрения, применительно к нормам ст. ст. 7, 17 УПК РФ. Доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не имеется.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Нарушений принципа состязательности сторон, предусмотренных положениями ст. 15 УПК РФ, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Доказательства, приведенные в приговоре, были проверены в ходе судебного следствия, и суд дал им надлежащую оценку.

У судебной коллегии отсутствуют основания не соглашаться с данной оценкой доказательств и выводами суда, поскольку достоверность и допустимость указанных в приговоре доказательств, сомнений не вызывает

В соответствии со ст.307 УПК РФ приговор в отношении ФИО1, содержит описания преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотива, цели и последствий преступления, при этом в приговоре перечислены доказательства и раскрыто их содержание, на которых основаны выводы суда о виновности осужденного, а также содержит мотивированные выводы о квалификации действий осужденного и назначении ему наказания.

Вывод суда о виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния является обоснованным, соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам уголовного дела, подтвержден совокупностью тщательно исследованных и объективно проверенных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, которые являются допустимыми и достаточными, а именно:

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, допрошенной в судебном заседании, из которых следует, что в августе 2024 года ее супруг Ц. направился на очередную вахту, так как он официально трудоустроился в «Дикси» на склад. Он остановился для проживания в гостинице по адресу: 

<

данные изъяты> В ночное время 

<

данные изъяты> в гостинице «Инсити» произошел пожар, в результате которого погиб ее супруг;

- показаниями потерпевшего Потерпевший №2, допрошенного в судебном заседании и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что В мае 2024 года в сети Интернет Потерпевший №3 увидела объявление гостиницы под названием «Инсити», позвонила по номеру, указанному в объявлении. В приложении Ватсап по данному номеру в карточке контакта имелся комментарий «Самый выгодный отель в городе». Гостиница расположена по адресу: 

<

данные изъяты> в приложении «Яндекс.Карты» здание по данному адресу отмечено, как гостиница «Инсити». В последующем он и Потерпевший №3 не менее двух раз оставались в данной гостинице на ночь. Стоимость номера в гостинице за сутки 3 200 рублей, а также залог 1 000 рублей. Гостиница представляла собой трехэтажное здание, на первом этаже расположена стойка администратора. При регистрации в гостиницу они предоставляли свои паспорта, после чего с ними заключался договор аренды номера, при оплате выдавался товарный чек. 

<

данные изъяты> он и Потерпевший №3 заселились в гостиницу «Инсити» в 302 комнату, расположенную на 3 этаже здания. Около 23 часов 00 минут он проснулся от того, что ему стало трудно дышать. Он увидел, что помещение номера заполняет дым, который проникал через щель в двери номера из коридора, а также, что по зданию начали быстро ходить люди. Несмотря на наличие дыма, звуков пожарной сигнализации он не слышал. Видимость в коридоре была очень плохая, все было в дыму. Поняв, что выйти на улицу через коридор опасно, они приняли решение выбраться из номера через окно на крыше, так как третий этаж здания был мансардный, что они и сделали с помощью сотрудников МЧС. В номере огнетушителей не было. Датчики пожарной сигнализации в номере были, но при этом пожарная сигнализация в номере в момент пожара не работала;

- показаниями потерпевшей Потерпевший №5, допрошенной в судебном заседании и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в период с 2022 года по 2024 год она работала в должности администратора в гостинице «Инсити», без заключения трудового договора на основании устной договоренности с П. В обязанности Потерпевший №5 входило бронирование, заселение и выселение гостей, денежный расчет с гостями, работа с почтой, оплата платежей. Управляющая гостиницей Л. дала указание называть «Инсити» не гостиницей, а жилым домом. В сети Интернет и навигаторах «Инсити» указывалось как гостиница. В гостинице «Инсити» имеется 30 комнат классов «Стандарт», «Улучшенные» и «Комфорт», которые сдаются в аренду. Стоимость аренды комнаты составляет 3 200 рублей, 3 500 рублей и 4 000 рублей соответственно. Гостиница «Инсити» находилась в двухэтажном здании с мансардой по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Лобня, 

<

данные изъяты>А. Так называемый штат гостиницы «Инсити» включает 3 администратора, управляющую и заместителя управляющей. Управляющая и ее заместитель находились на работе не постоянно, приезжали по мере необходимости. Также по мере необходимости приезжал в отель технический персонал, который осуществляли уборку. Собственником части дома, где располагалась гостиница «Инсити», является ФИО1, он же осуществляет руководство гостиницей. Руководство персоналом гостиницы «Инсити» осуществляли управляющие Л. и П.. 

<

данные изъяты> около 23 часов 00 минут к ней подошла девушка, которая проживает во второй части дома и сообщила, что произошло возгорание. После этого она спустилась на первый этаж, через кухню вышла на заднюю часть двора и увидела, что горит крыша пристройки, после чего она позвонила в службу 112, сообщила о пожаре. Она взяла ведро и побежала в 304 комнату, так как указанная комната находилась над очагом возгорания. Окно в указанном номере было открыто, она забежала в 304 комнату и увидела П. и Ц., которые находились в сильном алкогольном опьянении, так как происходящую реальность понимали плохо и никаких действий по спасению и тушению возгорания не предпринимали. Через некоторое время на место прибыли сотрудники МЧС России, которые при ее эвакуировали из комнаты, П. в это время оставался в душевой. Она видела в гостинице «Инсити» один огнетушитель на первом этаже, пожарная сигнализация 

<

данные изъяты> не сработала, по какой причине не известно;

- показаниями свидетеля М., оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых 

<

данные изъяты> в 23 часа 31 минуту в пункт связи поступило сообщение о пожаре в гостинице по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Лобня, 

<

данные изъяты> прибытии к эвакуационному выходу на мансардном этаже здания обнаружено, что дверь плотно заперта изнутри, в связи с чем осуществлено ее вскрытие и взлом;

- показаниями свидетеля Т., оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых 

<

данные изъяты> около 23 часов 18 минут в пункт связи части 82 ПСЧ поступила заявка о предположительном возгорании крыши жилого дома, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. По прибытию на место было обнаружено, что горит не жилой дом, а гостиница. Так как при передаче заявки уровень возгорания был установлен не верно, по прибытии на место начальник караула 82 ПСЧ повысил ранг пожара до 2 и по расписанию выезда на тушение пожара были направлены дополнительные силы и средства. В здании обнаружено большое скопление людей, некоторые собирались прыгать из окон горящего здания. В связи с этим принято решение отправить основные силы на спасение людей. Практически в каждом окне на этаже находились люди, которым требовалась помощь. Всего таким образом, эвакуировано около 6 человек. При проникновении в здание обнаружено, что аварийно-противопожарная сигнализация не работала, эвакуационные выходы были закрыты. Эвакуационные двери вскрывались аварийно-спасательным инструментом (лом, кувалда). По окончанию аварийно-спасательных работ от участников тушения стало известно, что на третьем этаже гостиницы обнаружен труп мужчины;

- показаниями свидетеля У., оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых при тушении пожара им были обнаружены множественные нарушения пожарной безопасности в гостинице, в том числе при эксплуатации нагревательных электроприборов (плитки, чайники, микроволновки). Данные электроприборы были практически в каждой комнате, что свидетельствует о большой пожарной нагрузке на электросеть. По его мнению, некоторые комнаты использовались как постоянное жилье, поскольку при разведке и тушении пожара, он неоднократно обнаруживал большое количество вещей, в том числе и холодильники в комнатах, а также большое количество одежды;

- показаниями свидетеля Т., оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых по факту пожара, произошедшего 

<

данные изъяты> по адресу: г.о. Лобня, 

<

данные изъяты>А может пояснить, что согласно выписке из ЕГРН по вышеуказанному адресу расположено два объекта: объект недвижимости с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>А и объект недвижимости с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>Б. Указанные объекты относятся к категории земель населёН. пунктов, вид разрешенного использования - индивидуальное жилищное строительство. Несмотря на регистрацию с двумя кадастровыми номерами и разными адресами, оба объекта представляют собой единое жилое строение. Собственником части жилого дома с номером «14А» является ФИО1, а часть жилого дома с номером «14Б» находится в общедолевой собственности и принадлежит 34 лицам. В соответствии с Федеральным законом от 

<

данные изъяты> № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», статьей 32 «Классификация зданий, сооружений и пожарных отсеков по функциональной пожарной опасности» класс функциональной пожарной опасности данного эксплуатируемого объекта Ф 1.4, а именно – одноквартирные жилые дома, в том числе блокированные, но фактически домовладение использовалось как объект класса функциональной пожарной опасности Ф 1.2, а именно – гостиницы, общежития (за исключением общежитий квартирного типа), спальные корпуса санаториев и домов отдыха общего типа, кемпингов). При возникновении пожара система автоматической пожарной сигнализации и система оповещения людей о пожаре не сработали. На момент допроса рассматривалось вероятные причины пожара: первая – в результате неосторожного обращения с огнем неустановленного лица, вторая – в результате неисправности или неправильного устройства отопительного оборудования. В связи с тем, что данный объект является индивидуальным жилым строением, организация и проведение контрольных (надзорных) мероприятий на данном объекте невозможна в связи с прямыми законодательными запретами и ограничениями. В случае участия должностных лиц в качестве специалистов в проверках, проводимых органами следствия или органами прокуратуры указываются исключительно нарушения, связанные с использованием помещений жилых домов не в соответствии с установленным классом функциональной пожарной опасности. В ходе осмотра места пожара визуально установлены следующие нарушения требований пожарной безопасности: допущено изменение функционального назначения здания без обеспечения выполнения требований пожарной безопасности; объект защиты осуществляет деятельность после изменения класса функциональной пожарной опасности здания, не отвечающего нормативным документам по пожарной безопасности в соответствии с новым классом функциональной пожарной опасности; системы пожарной сигнализации не обеспечивают подачу светового и звукового сигналов о возникновении пожара на пульт подразделения пожарной охраны без участия работников объекта и (или) транслирующей этот сигнал организации; запоры (замки) на дверях эвакуационных выходов (ведущих непосредственно наружу) не обеспечивают возможность их свободного открывания изнутри без ключа; не организованы работы по ремонту, техническому обслуживанию и эксплуатации средств обеспечения пожарной безопасности и пожаротушения, обеспечивающие исправное состояние указанных средств, с привлечением организации или индивидуального предпринимателя, имеющие специальное разрешение;

- показаниями свидетеля Т., допрошенной в судебном заседании и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что с момента приобретения помещения в здании, расположенном по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Лобня, 

<

данные изъяты>, в части с литером «А» работала гостиница «Инсити», это именно гостиница, так как ранее на фасаде здания имелась рекламная надпись «Гостиница «Инсити», также по городу были объявления о ее работе. Собственником этой части здания и гостиницы является ФИО1 В гостинице работала управляющая Л., которая занималась сбором денежных средств за оплату услуг ЖКХ. В здании в части с литером «Б» имелись эвакуационные выходы, но пользоваться ими не разрешалось, они были закрыты на ключ. В здании имелась пожарная сигнализация, но она не работала, так как сотрудники гостиницы «Инсити» отключали ее;

- показаниями свидетеля Р., допрошенного в судебном заседании и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в здании гостиницы «Инсити» имелись запасные или пожарные выходы, которые закрывались персоналом гостиницы, чтобы через них не выходили на улицу жильцы. Dо время пожара жильцы пытались принять меры к его тушению, используя имеющиеся в гостинице огнетушители, однако они не срабатывали, дата их заправки – 07.2016, возможно срок годности их использования истек;

- показаниями свидетеля П., оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых на первом этаже части дома с литером «А» гостиницы «Инсити» находилась стойка администратора, комната администратора, общая кухня для двух частей здания, прачечная, котельная, туалеты, помещение кухни с обеденной зоной для постояльцев гостиницы. Комнат в этой части было около 20. В гостинице «Инсити», кроме Л. и нее, работало еще 3 администратора и разнорабочие. Все работали на основании устной договоренности без оформления трудовых отношений. В гостинице имелись номера категорий «Стандарт», «Семейный», один номер «Люкс», стоимость аренды которых составляла 2 500 рублей, 3 000 рублей, 4 000 рублей соответственно. При заселении с гостем заключался договор оказания услуг аренды, в котором указывался номер комнаты. Гость предоставлял паспорт, копия которого приобщалась к договору аренды. С гостя взимался депозит в размере 1 000 рублей, который возвращался после выселения, если не был причинен какой-либо ущерб. В гостинице имелась пожарная сигнализация и огнетушитель. Пожарная сигнализация иногда срабатывала, когда кто-то из постояльцев курил в комнате. В случае срабатывания пожарной сигнализации, сотрудники МЧС России в гостиницу не приезжали, то есть она не была подключена к централизованному пульту пожарной безопасности. В гостинице «Инсити» имелось несколько запасных выходов, которые закрывались и открывались ключом. Имелось два комплекта ключей от запасных выходов, которые находились в общем доступе в администраторской;

- показаниями свидетеля И., оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ, согласно которых в период с лета 2023 года по август 2024 года она проживала в г.о. Лобня, по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Лобня, 

<

данные изъяты>Б. По указанному адресу она арендовала комнату на первом этаже. В части здания с литером «Б» находились жилые комнаты, в которых проживали различные лица. В части с литером «А» работала гостиница «Инсити», это именно гостиница, так как ранее на фасаде здания имелась рекламная надпись «Гостиница «Инсити», также по городу были объявления о ее работе. В гостинице «Инсити» комнаты сдавались посуточно, там проживали люди, которые употребляли спиртное и шумели. В момент пожара сигнализация не работала, за время своего проживания по данному адресу она вообще не слышала, чтобы сигнализация работала. Эвакуационные выходы в момент пожара были заперты, в связи с чем сотрудники МЧС России тратили много времени на их открытие, ломали двери;

а также письменными материалами уголовного дела:

- заключением эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> из которого следует, что причиной смерти Ц. явилось отравление угарным газом. В крови трупа Ц. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,12 г/л, в биологической среде – 3,45 г/л, обнаруженная концентрация этилового спирта в крови трупа при жизни могла обусловить алкогольное опьянение сильной степени;

- заключением эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> из которого следует, что причиной смерти П. явилось отравление угарным газом, в крови трупа П. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,79 г/л, в биологической среде – 5,16 г/л, обнаруженная концентрация этилового спирта в крови трупа при жизни могла обусловить алкогольное опьянение сильной степени;

- заключением эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, из которых следует, что причиной смерти Н. явилось отравление угарным газом, этиловый спирт в крови и биологической среде трупа не обнаружен;

- заключением эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, из которого следует, что очаговая зона пожара, произошедшего по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Лобня, 

<

данные изъяты>А, находилась в западной части второго этажа пристройки (в части, прилегающей к основному зданию), в помещениях общего пользования (коридор). Причиной пожара могло послужить, инициирование процесса горения предметов вещной обстановки и строительных конструкций, находившихся в площади пожара, как от источника открытого огня (в виде пламени спички, зажигалки или т.п. по мощности), так и от малокалорийного источника тепла (в виде тлеющего табачного изделия и т.п.);

- заключением эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> из которого следует, что при изменении объемно-планировочных и конструктивных решений, должно быть обеспечено выполнение требований пожарной безопасности, установленных в соответствии с ФЗ от 

<

данные изъяты> № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (ред. от 

<

данные изъяты>) применительно к новому назначению здания. Несоблюдение данного требования является нарушением ч. 3 ст. 80 ФЗ от 

<

данные изъяты> № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (ред. от 

<

данные изъяты>), а также нарушением п. 16 (н) Постановления Правительства РФ от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О противопожарном режиме», в части эксплуатации после изменения класса функциональной пожарной опасности здания, не отвечающего требованиям нормативных документов по пожарной безопасности в соответствии с новым классом функциональной пожарной безопасности, - система пожарной сигнализации не обеспечивает подачу светового и звукового сигналов о возникновении пожара на пульт подразделения пожарной охраны без участия работников объекта и (или) транслирующей этот сигнал организации (ст.83 ч. 7 

<

данные изъяты>-Ф3); запоры (замки) на дверях эвакуационных выходов (ведущих непосредственно наружу) не обеспечивают возможность их свободного открывания изнутри без ключа (п. 26 ППР); на объекте защиты отсутствует техническая документация на системы противопожарной защиты, в том числе технические средства, функционирующие в составе указанных систем, и результаты пусконаладочных испытаний указанных систем (нарушение п. 54 Постановления Правительства РФ от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О противопожарном режиме»); на объекте защиты отсутствует техническая документация, подтверждающая пределы огнестойкости, класс пожарной опасности и показатели пожарной опасности примененных строительных конструкций, облицовочных и декоративно-отделочных материалов для стен, потолков и покрытия полов путей эвакуации, заполнений проемов в них, изделий и материалов (нарушение п. 25 Постановления Правительства РФ от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О противопожарном режиме», ч. 1, ч. 2 ст. 134 ФЗ от 

<

данные изъяты> № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (ред. от 

<

данные изъяты>); не организованы работы по ремонту, техническому обслуживанию и эксплуатации средств обеспечения пожарной безопасности и пожаротушения, обеспечивающие исправное состояние указанных средств, с привлечением организации или индивидуального предпринимателя, имеющие специальное разрешение (нарушение п. 54 Постановления Правительства РФ от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О противопожарном режиме»); на объектах защиты с пребыванием иностранных граждан речевые сообщения в системах оповещения о пожаре и управления эвакуацией людей, а также памятки о мерах пожарной безопасности должны выполняться на русском и английском языках (нарушение п. 84 Постановления Правительства РФ от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О противопожарном режиме»). При условии отнесения рассматриваемого объекта к классу функциональной пожарной опасности Ф1.2 (гостиницы), зону с расположением очага пожара необходимо оборудовать: автоматической установкой пожарной сигнализации; системой оповещения и управления эвакуацией людей при пожаре не ниже 3 типа; коридор 2-хэтажной пристройки, расположенный в зоне очага пожара необходимо оборудовать системой вытяжной противодымной вентиляции. Требования пожарной безопасности в части нераспространения пожара предъявляются к помещениям пострадавшим от пожара: на объектах защиты класса функциональной пожарной опасности Ф1.2 жилая часть здания должна отделяться от частей здания другого назначения (в том числе административно-хозяйственных, бытовых, технических и др.) противопожарными стенами не ниже 2-го типа и перекрытиями не ниже 3-го типа (в зданиях I степени огнестойкости - перекрытиями 2-го типа), в соответствии с п 5.2.5 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям» (первоначальная редакция); предусматриваемые в составе объектов классов Ф1.1 и Ф1.2 пищеблоки, а также части зданий, группы помещений, либо отдельные помещения производственного, складского и технического назначения (прачечные, гладильные, мастерские, кладовые, электрощитовые и т.д.), за исключением помещений категорий В4 и Д, следует выделять противопожарными стенами не ниже 2-го типа (перегородками 1-го типа) и перекрытиями не ниже 3-го типа (в зданиях I степени огнестойкости - перекрытиями 2-го типа), в соответствии с 5.2.6 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям»; в зданиях I и II степеней огнестойкости и конструктивной пожарной опасности С0, высотой не более 28 м, классов функциональной пожарной опасности Ф1.2, Ф2, ФЗ, Ф4, допускается применять лестницы 2-го типа, соединяющие более двух надземных этажей, при этом помещение, в котором расположена лестница 2-го типа, на всех этажах должно отделяться от примыкающих к нему коридоров и других помещений противопожарными перегородками не ниже 1-го типа, в соответствии с 5.2.5 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям». При этом помещение, в котором расположена лестница 2-го типа, противопожарными перегородками допускается не отделять в одном из указанных случаев: при устройстве автоматического пожаротушения во всем здании; в зданиях высотой не более 9 м с площадью этажа не более 300 м.- степень огнестойкости гостиниц, домов отдыха общего типа, кемпингов, мотелей и пансионатов высотой более двух этажей должна быть не ниже III, класс конструктивной пожарной опасности С0, в соответствии с 

<

данные изъяты> СП 2.13130.2012 «Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты. Противопожарные требования» (ред. от 

<

данные изъяты>); пути эвакуации (общие коридоры, холлы, фойе, вестибюли, галереи) должны выделяться стенами или перегородками, предусмотренными от пола до перекрытия (покрытия), в соответствии с 5.2.7 СП 2.13130.2012 «Системы противопожарной защиты. Обеспечение огнестойкости объектов защиты. Противопожарные требования» (ред. от 

<

данные изъяты>). Указанные стены и перегородки должны примыкать к глухим участкам наружных стен и не иметь открытых проемов, не заполненных дверьми, люками, светопрозрачными конструкциями и др. (в том числе над подвесными потолками и под фальшполами). Светопрозрачные конструкции в данных перегородках и стенах следует предусматривать из негорючих материалов. Узлы пересечения указанных стен и перегородок инженерными коммуникациями должны герметизироваться материалами группы НГ. Данные стены и перегородки в общественных и административно-бытовых зданиях высотой не более 28 м допускается проектировать с ненормируемыми пределами огнестойкости. В общественных и административно-бытовых зданиях высотой более 28 м указанные стены и перегородки (в том числе из светопрозрачных материалов) следует предусматривать класса К0 с пределом огнестойкости не менее EI 45.- в зданиях всех степеней огнестойкости и классов конструктивной пожарной опасности, кроме зданий V степени огнестойкости и зданий класса С3, в соответствии с 4.3.2 [4], на путях эвакуации не допускается применять материалы с более высокой пожарной опасностью, чем:11, В1, 

<

данные изъяты>, 12 - для отделки стен, потолков и заполнения подвесных потолков в вестибюлях, лестничных клетках, лифтовых холлах;Г2, В2, 

<

данные изъяты>, Т3 или Г2, ВЗ, 

<

данные изъяты>, Т2 - для отделки стен, потолков и заполнения подвесных потолков в общих коридорах, холлах и фойе;12, РП2, 

<

данные изъяты>, Т2 - для покрытий пола в вестибюлях, лестничных клетках, лифтовых холлах;B2, РП2, 

<

данные изъяты>, 12 - для покрытий пола в общих коридорах, холлах и фойе. Каркасы подвесных потолков в помещениях и на путях эвакуации следует выполнять из негорючих материалов. Отсутствие, либо неработоспособность вышеуказанных систем противопожарной защиты здания влияет на несвоевременное обнаружение пожара, локализацию и дальнейшую его ликвидацию. Тем самым увеличивает время распространения пожара по строительным конструкциям и горючей нагрузки объекта защиты. С первого этажа здания люди могли эвакуироваться непосредственно наружу, либо через коридор и вестибюль (фойе), не нарушая требований пожарной безопасности. Эвакуационные выходы со второго и третьего этажей объекта, соответствующие требованиям пожарной безопасности не предусмотрены. Эвакуироваться по наружной открытой лестнице возможно в качестве дополнительной, только при наличии основных путей эвакуации, отвечающих требованиям пожарной безопасности. (т. 4 л.д. 101-112);

- протоколом осмотра места происшествия от 

<

данные изъяты>, из которого следует, что объектом осмотра является здание, расположенное по адресу: 

<

данные изъяты>. В ходе осмотра установлено, что двери, расположенные в правой части здания (пожарные выходы) имеют запорные устройства, дверь третьего этажа имеет повреждения;

- сведениями об индивидуальным предпринимателе, из которых следует, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем с видом деятельности Аренда и управление собственным или арендованным жилым недвижимым имуществом;

- выпиской из ЕГРН, из которой следует, что жилой дом расположен по адресу: 

<

данные изъяты> правообладателем (собственником) которого является ФИО1;

и иными доказательствами, приведенными в приговоре.

В соответствии с требованиями закона в приговоре раскрыто содержание указанных доказательств.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность собранных по делу доказательств является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого ему преступления.

Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, собраны с соблюдением требований ст.ст.74, 86 УПК РФ, оценены судом в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, в приговоре содержится их всесторонний анализ, указанные доказательства суд обоснованно признал допустимыми, достоверными, относимыми и, в совокупности достаточными для признания доказанной вины ФИО1 в инкриминируемом преступлении, при этом, выводы суда мотивированы, в связи с чем, оснований для их пересмотра не имеется.

Правильность оценки доказательств, данной судом в приговоре, сомнений не вызывает.

Оснований не доверять приведенным показаниям потерпевших, свидетелей, письменным доказательствам, не имеется, поскольку они без каких-либо существенных противоречий согласуются между собой, соответствуя приведенным в приговоре доказательствам, отражая истинную картину имевших место событий, при этом, оснований для оговора указанными лицами осужденного ФИО1 не установлено.

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым исключить из исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания потерпевшей Потерпевший №3, содержащиеся на листах дела 230-233 в томе 1, поскольку данные показания при рассмотрении дела в суде первой инстанции не оглашались, а также ссылку суда на показания потерпевшего Потерпевший №4, содержащиеся на листах дела 196-198 в томе 1, поскольку указанный потерпевший допрашивался в судебном заседании, а его показания, данные на стадии предварительного расследования, не оглашались, при этом Потерпевший №4 был допрошен в судебном заседании, в связи с чем приведенные в приговоре показания указанного потерпевшего необходимо считать данными в судебном заседании.

Соответственно, в остальной части положенные в основу приговора показания приведенных потерпевших являются достоверными, относимыми и допустимыми, согласуются с иными собранными по делу доказательствами.

Внесение вышеуказанных изменений в части оглашенных показаний потерпевших не влияет на выводы суда о виновности ФИО1, поскольку его вина достаточно подтверждена совокупностью других доказательств, которые проверены судом в соответствии с положениями ст. 87, 88УПК РФ и приведены в приговоре.

Протоколы следственных действий составлены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в связи с чем, суд обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дав им в приговоре надлежащую оценку.

Экспертные исследования в проведенных по делу и положенных в основу приговора экспертизах, выполнены с соблюдением установленных законом норм, необходимых методов экспертных исследований, на основе имеющихся конкретных данных об обстоятельствах преступлений, надлежащим образом зафиксированных и находящихся в материалах уголовного дела.

Заключения экспертов мотивированы, в них указано кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, даны обоснованные и объективные ответы на поставленные перед экспертом вопросы и сделаны соответствующие выводы.

Сами заключения составлено компетентными лицами, полно, грамотно, в соответствии с требованиями закона, учетом достижений науки, они согласуются с содержащимися в уголовном деле доказательствами, при этом эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, а сами экспертизы назначены в рамках предварительного следствия, должностным лицом, в производстве которого находилось уголовное дело.

Нарушений требований УПК РФ при назначении и проведении данных экспертиз не допущено, в связи с чем, оснований для признания экспертных заключений недопустимыми доказательствами не имеется.

Исходя из совокупности собранных доказательств, судом правильно установлены фактические обстоятельства содеянного, значимые для разрешения дела по существу, и дана правильная юридическая оценка действиям осуждёН. ФИО1, в связи с чем, они правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 238 УК РФ как оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекших по неосторожности смерть двух и более лиц.

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на несоответствие жилого дома требованиям пожарной безопасности, предъявляемым к объектам, относящимся к классам функциональной пожарной опасности Ф 1.4, учитывая, что ФИО1 осужден за оказание гостиничных услуг в принадлежащем ему жилом доме, путем изменения функционального назначения помещений объекта с жилого помещения на нежилое помещение, при этом не обеспечив выполнение требований пожарной безопасности, в связи с чем изменился класс функциональной пожарной опасности объекта с Ф 1.4 на Ф 1.2. «гостиницы, общежития (за исключением общежитий квартирного типа), спальные корпуса санаториев и домов отдыха общего типа, кемпингов)». При этом факт несоответствия жилого дома требованиям пожарной безопасности, предъявляемым к объектам, относящимся к классам функциональной пожарной опасности Ф 1.4, не исследовался ни на стадии предварительного расследования, ни при рассмотрении дела в суде, каких-либо нарушений по несоответствию указанного жилого дома классу Ф 1.4 установлено не было.

Вопреки доводам апелляционных жалоб оснований для иной правовой оценки преступных действий осужденного, в том числе переквалификации на часть 3 статьи 219 УК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Разъяснения, данные в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

данные изъяты> N 18 "О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 238 УК РФ", в рамках настоящего дела неприменимы.

Статья 219 УК РФ предусматривает ответственность только за нарушение требований пожарной безопасности, тогда как статья 238 УК РФ охватывает все сферы оказания услуг, не отвечающих требованиям безопасности.

Судом установлено, что, помимо нарушений требований пожарной безопасности, осужденным были нарушены требования жилищного, гражданского и градостроительного законодательства в части запрета размещения собственником в принадлежащем ему жилом помещении предприятий, учреждений, организаций без соответствующего перевода такого помещения в нежилое в порядке, определяемом жилищным законодательством; запрета размещения гостиниц в жилом помещении; отсутствия соответствующей технической документации на объект, фактически использующийся как гостиница.

Оказание услуг при наличии всех вышеуказанных нарушений свидетельствовало о их реальной опасности, поскольку в обычных условиях могло привести и в итоге привело к смерти нескольких лиц.

При этом ссылка апелляционных жалоб на то, что ФИО1, как собственник жилья, имел право на заключение договоров найма жилого помещения, суд находит несостоятельной, поскольку из установленных судом первой инстанции обстоятельств следует, что в данном жилом доме фактически оказывались гостиничные услуги, предоставляемые номера делились на категории, от которых зависела цена размещения, имелись администраторы, технический персонал, кроме того, указанный жилой дом в городе был известен как гостиница, на нем ранее имелась вывеска с названием, при этом ссылка в апелляционной жалобе адвоката Гусева М.А. на определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 

<

данные изъяты> N 

<

данные изъяты>, в данном случае не применима, учитывая что в указанном судебном акте оценивались иные обстоятельства, отличные от рассматриваемой ситуации, принимая во внимание, что последнее дело было рассмотрено в отношении жилого дома, расположенного в границах земельного участка с видом разрешенного использования "туристическое обслуживание, общественное использование объектов капитального строительства, отдых (рекреация)".

Факт того, что возгорание в доме могло произойти от тлеющего табачного изделия, а также нахождение двух из троих погибших в состоянии алкогольного опьянения, не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, учитывая, что смерть потерпевших наступила вследствие нарушения норм пожарной безопасности – отсутствия эвакуационных выходов, немедленного срабатывания пожарной сигнализации в результате задымления с передачей соответствующего сигнала на пульт подразделения пожарной охраны без участия работников объекта, что свидетельствует о том, что между действиями осужденного и смертью потерпевших имеется прямая причинно-следственная связь.

Позиция прокуратуры 

<

данные изъяты> о квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 219 УК РФ, не свидетельствует о незаконности предъявленного осужденному впоследствии обвинения по ч. 3 ст. 238 УК РФ, учитывая, что обвинительное заключение по окончании расследования в итоге было утверждено прокурором, вынесшим постановление о возвращении дела на дополнительное расследование, которое и было обжаловано следователем в Московскую областную прокуратуру.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Ивановой И.В., обвинительное заключение соответствует предъявленному обвинению и требованиям ст. 220 УПК РФ, утверждено прокурором в порядке ст. 221 УПК РФ. При его составлении нарушений требований УПК РФ, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, не допущено. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ у суда не имелось, поскольку содержание предъявленного обвинения соответствует положениям ст. 73 УПК РФ.

Факт того, что не была установлена причина невключения пожарной сигнализации, не свидетельствует об отсутствии состава преступления в действиях ФИО1, напротив, говорит о том, что в случае присвоения жилому дому статуса «гостиницы», соблюдение противопожарного режима контролировалось бы соответствующими органами, а сигнал о пожаре немедленно бы был передан на пульт пожарной охраны.

При этом ссылка на то, что у ФИО1 отсутствовали познания о переводе жилого здания в нежилое, явно противоречит материалами дела, учитывая, что длительное время данный жилой дом позиционировался как гостиница, и лишь незадолго до произошедшего пожара была снята вывеска, при этом сотрудники, предоставляющие гостиничные услуги, официально у ФИО1 трудоустроены не были, что свидетельствует о том, что осужденный явно понимал сферу деятельности, в которой он оказывает услуги, и несоответствие этой деятельности виду деятельности, которую он мог оказывать в соответствии с выпиской из ЕГРИП, что исключает возможность переквалификации действий ФИО1 на ч. 3 ст. 109 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Ивановой И.В.уголовное дело расследовано надлежащим должностным лицом – следователем СО по 

<

данные изъяты> ГСУ СК России по 

<

данные изъяты>, впоследствии переведенного в следственный отдел по 

<

данные изъяты> и прикомандированного в СО по 

<

данные изъяты> ГСУ СК России по 

<

данные изъяты>, о чем прокурором в суде апелляционной инстанции приобщены соответствующие документы.

Возбуждение уголовного дела по п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ не свидетельствует о незаконности уголовного преследования в дальнейшем по ч. 3 ст. 238 УК РФ с предъявлением соответствующего обвинения, при этом обязательного вынесения постановления о переквалификации действий обвиняемого действующим уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрено.

Ссылки на имеющиеся ошибки в некоторых процессуальных документах не являются основаниями для отмены обжалуемого решения, поскольку указанные ошибки являются явными техническими описками и не являются существенными.

Само по себе ознакомление обвиняемого и защитников с постановлениями о назначении экспертиз после получения заключений экспертов, не свидетельствует о нарушении права на защиту и невозможности реализации им в последующем прав, предусмотренных ст. 198 УПК РФ, не влечет признания заключений экспертов недопустимыми доказательствами.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия отмечает, что изъятые в ходе процессуальных действий предметы осмотрены в соответствии с положениями УПК РФ. По результатам осмотра предметов и документов составлялись соответствующие протоколы, которые также соответствуют требованиям УПК РФ. Какие-либо нарушения закона при проведении указанных следственных действий, их фиксации, служащие основанием для признания их недопустимыми доказательствами, отсутствуют. Протокол осмотра предметов от 

<

данные изъяты> соответствует требованиям ст. 166 и 180 УПК РФ, подписан составившим его должностным лицом, к протоколу приобщены фототаблицы.

Факт того, что не установлены все собственники жилого дома с литер «Б» на доказанность вины осужденного не влияет, учитывая, что возгорание произошло в той половине дома, которая принадлежит ФИО1, учитывая также, что в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Довод апелляционной жалобы адвоката Ивановой И.В. о том, что обвинительный приговор повторяет текст обвинительного заключения является надуманным. При этом следует отметить, что подтверждение в судебном заседании фактических обстоятельств, изложенных в обвинительном заключении, и отражение их аналогичным образом в приговоре не свидетельствует о необъективности и предвзятости суда.

Тот факт, что описание преступных деяний в приговоре совпадает с их описанием в обвинительном заключении, а показания допрошенных на следствии и в суде лиц имеют сходство, не свидетельствует о незаконности приговора, поскольку судом при его вынесении установлены те же обстоятельства совершения преступления, что и следователем, а допрошенные лица давали показания по одним и тем же событиям, что не противоречит закону.

Постановленный судом приговор, несмотря на утверждения в жалобе об обратном, соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию, в том числе ст. 307 УПК РФ, и содержит не только перечень доказательств, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного, но и результаты их оценки, в том числе мотивы, по которым суд признал достоверными одни доказательства и отверг другие, что не позволяет утверждать о тождественности приговора и обвинительного заключения.

Ссылку на то, что следователь нарушил право на защиту ФИО1 при выполнении требований ст. ст. 215, 217 УПК РФ 

<

данные изъяты>, судебная коллегия находит несостоятельной, поскольку после указанных действий предварительное расследование было возобновлено, и требования данных статей были выполнены повторно, с участием защитника обвиняемого, непосредственно перед составлением обвинительного заключения и направления дела в суд.

Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, и соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, каких-либо предположительных суждений судом не допущено, а также не установлено и каких-либо не устраненных судом существенных противоречий по обстоятельствам дела и сомнений в виновности осужденного ФИО1, требующих истолкования в их пользу.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены приговора.

Доводы апелляционных жалоб о незаконности и необоснованности приговора, неправильной квалификации действий ФИО1, несогласии с оценкой доказательств, их принятием и исследованием, по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией осужденного, его защитников, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для вмешательства в судебное решение.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства при расследовании и рассмотрении дела, которые путем лишения либо ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства либо иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Согласно ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание. При этом учитываются характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждёН. и на условия жизни его семьи.

Наказание осужденному ФИО1 назначено с соблюдением требований ст. ст. 6, 60 УК РФ, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности осужденного ФИО1, который ранее не судим, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, к административной ответственности не привлекался, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Также, судом учтены цели наказания, указанные в ст. 43 УК РФ, заключающиеся в восстановлении социальной справедливости, исправлении осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Обстоятельствами, смягчающими наказание осужденному ФИО1 суд признал частичное возмещение вреда потерпевшим, наличие троих малолетних детей.

Иных обстоятельств, не учтенных судом, и отнесенных ст. 61 УК РФ к смягчающим наказание, в материалах уголовного дела не имеется, и судебной коллегии не предоставлено.

Вопреки доводам адвокатов в суде апелляционной инстанции, у суда первой инстанции не было оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства – противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, поскольку в судебном следствии по делу не установлено, что именно от действий погибших произошел пожар.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 судом не установлено.

С учетом всех обстоятельств, влияющих на определение вида наказания, суд первой инстанции сделал правильные выводы о том, что ФИО1 следует назначить наказание, связанное с реальным лишением свободы.

Решение суда о возможном исправлении осуждёН. только в условиях его изоляции от общества в приговоре мотивировано и с данным решением соглашается судебная коллегия.

Оснований для переоценки данных выводов суда первой инстанции не имеется, в виду отсутствия убедительных данных, позволяющих полагать, что не утрачена возможность исправления осужденного ФИО1 без его изоляции от общества.

Каких-либо сведений, свидетельствующих о невозможности отбывания осужденным наказания в виде лишения свободы по состоянию здоровья, у суда первой инстанции не имелось, и судебной коллегии не представлено.

Законных оснований для применения положений ст. ст. 64, 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не нашел.

Судебная коллегия также не находит оснований для применения выше указанных статей, учитывая данные о личности осужденного, обстоятельства совершенного преступления, его тяжесть, и отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения осужденными преступления, их поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности данного преступления, а указанные выше смягчающие наказание обстоятельства как отдельно, так и в их совокупности, не являются исключительными.

Все существенные обстоятельства, имеющие значение для дела были известны суду первой инстанции и учтены им при определении вида и размера наказания ФИО1, которое является справедливым, соответствующим общественной опасности содеянного и личности виновного, а также закрепленным в уголовном законе принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Таким образом, справедливость назначенного осужденному ФИО1 наказания сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, оно соответствует тяжести, общественной опасности совершенного им преступления, личности виновного, не превышает установленного законом предела, полностью отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям и задачам исправления осуждёН., предупреждения совершения им новых преступлений, а также принципам гуманизма.

Вид исправительного учреждения назначен осуждёН. ФИО1 правомерно в соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ – в виде исправительной колонии общего режима.

Гражданские иски по уголовному делу разрешены в соответствии с требованиями закона.

Вопросы о мере пресечения, зачете в срок наказания времени содержания осужденного под стражей до вступления приговора в законную силу, его нахождения под стражей, судьбе вещественных доказательств разрешены судом верно.

Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения приговора по нижеследующим основаниям.

В суде апелляционной инстанции были представлены документы, подтверждающие возмещение ФИО1 морального и материального вреда потерпевшим в суммах, установленных приговором суда, а также возмещение материального и морального ущерба потерпевшему Потерпевший №4, в связи с чем судебная коллегия смягчить назначенное ФИО1 наказание.

Данные обстоятельства не являются основанием для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства – добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, поскольку принятие осужденным после постановления приговора и непосредственно перед рассмотрением уголовного дела в суде апелляционной инстанции мер, направленных на возмещение причиненного преступлением ущерба и морального вреда, фактически представляют собой исполнение им состоявшегося приговора в части разрешенного судом гражданского иска.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, по делу не установлено.

Судебная коллегия не находит оснований для признания состоятельными доводы апелляционных жалоб о нарушении права осужденного на защиту, в связи с ограничением в ознакомлении с материалами уголовного дела на основании постановления от 

<

данные изъяты> об установлении срока для ознакомления с делом, по следующим основаниям.

Возможность ограничения во времени ознакомления с материалами дела прямо предусмотрена ч. 3 ст. 217 УПК РФ и в равной степени имеет отношение к стадии рассмотрения дела в суде.

Исходя из смысла положений п. 12 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, с учетом позиции, неоднократно высказанной Конституционным Судом РФ, а также в соответствии с п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

данные изъяты> N 29 "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве", по заявленному после вынесения приговора ходатайству осужденного и его защитника о дополнительном ознакомлении с материалами уголовного дела для составления апелляционной жалобы суд, в производстве которого находится дело, выясняет, знакомились ли обвиняемый и (или) его защитник по окончании предварительного расследования со всеми материалами дела и не были ли они ограничены в праве выписывать любые сведения и в любом объеме, за свой счет снимать копии с материалов дела, а также знакомились ли они с протоколом судебного заседания. В случае удовлетворения ходатайства суд определяет срок для дополнительного ознакомления с учетом установленных обстоятельств (определения от 

<

данные изъяты> N 189-0, от 

<

данные изъяты> N 190-О-О, от 

<

данные изъяты> N 583-0-0, от 

<

данные изъяты> N 286-0, от 

<

данные изъяты> N 2700-О, от 

<

данные изъяты> N 2746-0, от 

<

данные изъяты> N 2359-0, от 

<

данные изъяты> N 928-О, от 

<

данные изъяты> N 1461-О, от 

<

данные изъяты> N 255-О).

Материалы уголовного дела составляют 7 томов, из которых 5 томов материалы досудебного производства, в том числе обвинительное заключение. Также в материалах судебного производства содержатся письменные ходатайства участников, решения суда по вопросам продления мер пресечения, запросы, повестки, расписки и прочее.

По окончании судебного разбирательства 

<

данные изъяты> осужденным ФИО1 заявлено письменное ходатайство об ознакомлении с материалами дела и аудиозаписью, которое было удовлетворено.

Своим правом на ознакомление с материалами дела осужденный воспользовался по своему усмотрению, ознакомившись с томами дела 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>.

Постановлением суда от 

<

данные изъяты> осужденному ФИО1 был установлен срок для завершения ознакомления с материалами уголовного дела, с предоставлением возможности знакомится с материалами уголовного дела в течение двух дней.

Вывод суда о необходимости установления срока ознакомления с материалами уголовного дела надлежаще мотивирован. Данное решение принято с учетом объема материалов дела и реально необходимого времени для ознакомления, а также объема материалов, с которыми осужденный ознакомился на момент вынесения обжалуемого постановления и фактически затраченного на это времени. Постановление не нарушает права осужденного на ознакомление с материалами дела и не препятствует реализации права на защиту. Суд исследовал все необходимые для решения данного вопроса сведения и в своем постановлении указал конкретные фактические обстоятельства, на основании которых принял решение об ограничении срока ознакомления осужденного с материалами уголовного дела.

После окончания предварительного расследования, осужденный ФИО1 в полном объеме ознакомлен со всеми материалами уголовного дела без ограничения во времени, получил копию обвинительного заключения с перечислением всех доказательств по делу. С вещественными доказательствами знакомиться не пожелал. Копия приговора осужденному вручена, с протоколами судебных заседаний он ознакомлен, поскольку их копии были ему вручены 

<

данные изъяты>, согласно его расписке. Иные документы носят характер извещений, подписок, расписок. Помимо протоколов, копии приговора, осужденному вручены копии апелляционных жалоб защитников.

Изложенное, свидетельствует о том, что ФИО1 в достаточной степени был ознакомлен с материалами дела, и его права на подготовку к апелляционному обжалованию приговора не нарушены. Свое право осужденный реализовал путем подачи основной и дополнительной апелляционной жалобы, которая являлась предметом судебной проверки суда апелляционной инстанции.

Таким образом, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного решения от 

<

данные изъяты> по доводам апелляционных жалоб, и полагает, что предоставление возможности ознакомления с уголовным делом в оставшейся части в течение двух дней, с учетом объема материалов уголовного дела, ознакомления с ними осужденного на предыдущих стадиях уголовного судопроизводства, являлось достаточным для подготовки последнего к апелляционному рассмотрению уголовного дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13,389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Лобненского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на несоответствие жилого дома требованиям пожарной безопасности, предъявляемым к объектам, относящимся к классам функциональной пожарной опасности Ф 1.4;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания потерпевшей Потерпевший №3, содержащиеся на листах дела 230-233 в томе 1;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку суда на показания потерпевшего Потерпевший №4, содержащиеся на листах дела 196-198 в томе 1, считать приведенные в приговоре показания указанного потерпевшего данными в судебном заседании.

Смягчить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 238 УК РФ наказание до 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 

<

данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета, произведенного в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ.

В остальном этот же приговор - оставить без изменения.

Постановление Лобненского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> – оставить без изменения.

Апелляционное представление заместителя Лобненского городского прокурора 

<

данные изъяты> – удовлетворить, апелляционные жалобы адвокатов Ивановой И.В., Гусева М.А. потерпевшего Потерпевший №4, осужденного ФИО1 – удовлетворить частично, апелляционную жалобу адвоката Кирюхина В.А. – оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам п.1 ч.1 и п.1 ч.2 ст. 401.3 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения путем подачи в суд первой инстанции кассационных жалоб, представления, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационных жалоб, принесения кассационного представления, осуждёН. вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: