АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Нижний Новгород 26 января 2021 года

Нижегородский областной суд в составе:

председательствующего судьи Чапкиной Н.И.,

с участием прокурора второго апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области Зятниной А.А.,

осужденного Пичугина А.В.,

защитника осуждённого - адвоката Мисакян Т.А., 

при секретаре судебного заседания Мосоловой К.Р.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Мисакяна Т.А., возражениям государственного обвинителя Богородской городской прокуратуры – Судаковой Л.А. на приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 11 ноября 2020 года, которым 

Пичугин А.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> ранее не судимый,

осужден по ст.207.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 300 000 рублей с рассрочкой выплаты на 10 месяцев, с выплатой ежемесячно 30 000 рублей.

Мера пресечения Пичугину А.В. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Судьба вещественных доказательств по уголовному делу определена.

Выслушав мнение участников процесса, проверив материалы уголовного дела, суд

У С Т А Н О В И Л:

приговором Богородского городского суда Нижегородской области от 11 ноября 2020 года Пичугин А.В. признан виновным и осужден за публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ст.207.1 УК РФ, не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Мисакян Т.А. просит приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 11 ноября 2020 года отменить и вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ст. 207.1 УК РФ. 

Обращает внимание на то, что суд первой инстанции при рассмотрении данного дела нарушил положения ст. 10 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также Постановления Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 года №1-П, от 5 февраля 2007 года №2-П, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года №5, 27 июня 2013 года №21, а также практику Европейского суда по правам человека. 

Полагает, что признание ФИО1 виновным в инкриминируемом ему преступлении связано с осуществлением им права на свободу выражения мнения и преследует цель наказать его за опубликование критического мнения по общественно значимой теме о проблеме распространения коронавирусной инфекции и безответственном отношении религиозных служб к соблюдению санитарно-эпидемиологических ограничений в период пандемии. Считает, что вынесенный приговор окажет «сдерживающий эффект», породит самоцензуру, прекратит возможность открытого обсуждения вопросов, вызывающих общественную обеспокоенность. 

Указывает, что в постановленном судебном решении суд не указал, каким образом текст ФИО1, опубликованный им в Telegram-канале и удаленный им на следующий день, мог создать реальную угрозу общественному порядку или здоровью людей. 

Утверждает, что высказываясь по вопросам общественной значимости, журналисты имеют право прибегнуть к некоторому преувеличению или даже провокации, распространять информацию, вызывающую интерес. Они также пользуются определенными формами защиты. 

Обращает внимание на то, что исходя из содержания спорного текса ФИО1, в нем нет ложных утверждений, и он является оценочным суждением автора, выраженном в форме саркастического комментария относительно событий ДД.ММ.ГГГГ, где использовались иносказательные выражения, перифразмы, что подтверждается заключениями лингвистов. Время опубликования текста совпадает с православным праздником Вербное воскресенье, когда в храмах проходили массовые мероприятия при том, что с ДД.ММ.ГГГГ на территории 

<

адрес> действовал Указ губернатора о режиме повышенной готовности к распространению коронавируса, который вводил запрет на проведение подобных мероприятий, что и вызвало у ФИО1 негодование. Спорный текст представлял собой попытку исправить сложившуюся в обществе ситуацию. 

Ссылается на то, что Telegram-канал ФИО1 «

<

данные изъяты> не является новостным ресурсом и в нем никогда не публиковались какие-либо официальные сообщения, он использовался для выражения своей точки зрения по различным вопросам. Опубликовав спорный текст, ФИО1 привлек внимание читателей к проблеме распространения коронавирусной инфекции и к недопущению безответственного отношения к соблюдению санитарных мер в период пандемии. 

Отмечает, что в приговоре суда отсутствует указание на какие-либо доказательства, которые подтверждали бы наличие в действиях ФИО1 прямого умысла на распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан, и (или) о принимаемых мерах по обеспечению безопасности населения и территорий, приемах и способах защиты от указанных обстоятельств.

Также считает, что не было должным образом мотивировано, почему суд считает, что спорный текст представлял «реальную общественную опасность» и какие действия были совершены подсудимым для «придания данной информации вида достоверной», данное противоречит Обзору по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательств и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции COVID-19, утвержденного президиумом Верховного Суда РФ 21 апреля 2020 года. В обосновании своей позиции суд сослался на показания свидетеля свидетель 5 и свидетеля под псевдонимом свидетель 2., которые испытывают неприязнь и враждебность к ФИО1, которые не имеют никакого отношения к спорной ситуации, не являются специалистами, суд не дал должной оценки данным показаниям. 

Таким образом, адвокат Мисакян Т.А. считает, что в действиях ФИО1 отсутствует объективная и субъективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 207.1 УК РФ.

Акцентирует внимание на том, что в основу судебного решения было положено заключение судебной лингвистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, которая содержала многочисленные ошибки и противоречия в суждениях эксперта, на что было указано стороной защиты при ходатайстве о назначении новой лингвистической экспертизы. Одновременно, судом первой инстанции били неверно интерпретированы заключение судебной лингвистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и заключение судебной экспертизы ФБУ «Приволжский РЦСЭ Минюста России» № от ДД.ММ.ГГГГ, при том, что вторая экспертиза дала верное описание текста, опубликованного ФИО1, как текста построенного на основе развернутой метафоры. 

Отмечает, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Судакова Л.А. просит апелляционную жалобу адвоката Мисакяна Т.А. на приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 11 ноября 2020 года оставить без удовлетворения, а приговор без изменения. 

Считает, что приговор вынесен в строгом соответствии с разъяснениями постановлений пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016г. №55 «О судебном приговоре», от 11.02.2007 №2 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания и требованиями ст.ст. 60, 61, 62, 63, 68, 73 УК РФ.

Полагает, что наказание ФИО1 назначено с учетом данных о личности подсудимого, обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность.

Указывает, что вопреки доводам жалобы, преступное деяние ФИО1 квалифицировано правильно, вина подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждается совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств, а именно показаниями свидетелей, заключениями экспертиз и иными материалами дела. Все доказательства собраны в полном соответствии с законом и являются согласованными, дополняющими и подтверждающими друг друга. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, считает, что заключение эксперта 1 от ДД.ММ.ГГГГ является обоснованным, так как ее выводы не противоречат собранным по делу доказательствам, оснований подвергать сомнению научную обоснованность выводов не имеется. Заключение эксперта оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ и Закона от 31.05.2001 г. №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», выводы эксперта непротиворечивы и понятны, подтверждаются результатами, содержащимися в исследовательской части. 

Отмечает, что суд в приговоре дал свою оценку заключению экспертов от 15.10.2020г. о целенаправленных действиях неназываемой организации на умышленное заражение неограниченного числа людей новой коронавирусной инфекцией, размещенному им в период действия ограничительных мер. 

Делает вывод о том, что показания ФИО1 находятся в противоречии с заключением лингвистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которой информация представленная в форме утверждения, а также показаниями свидетелей свидетель 5, свидетель 2, свидетель 3, которые восприняли информацию ФИО1 в телеграм-канале как достоверную, способную внести панику в обществе в период действия ограничительных мер, введенных в связи с ростом заболеваемости новой коронавирусной инфекцией. 

При указанных обстоятельствах считает в данной части приговор законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник - адвокат Мисакян Т.А. доводы апелляционной жалобы поддержали. Просили приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор.

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор Зятнина А.А. просила приговор суда оставить без изменения, а доводы апелляционной жалобы оставить без удовлетворения.

Изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, выслушав участников процесса, суд приходит к следующим выводам.

При постановлении обвинительного приговора в отношении осужденного ФИО1 судом первой инстанции разрешены все вопросы, подлежащие разрешению в силу ст.299 УПК РФ.

Обжалуемый приговор соответствует требованиям ст.ст.73, 307 УПК РФ. Суд первой инстанции подробно изложил в приговоре описание преступного деяния, признанного доказанным.

Выводы суда о виновности осужденного в совершении инкриминированного ему преступления основаны на совокупности исследованных и приведенных в приговоре доказательств, таких, как:

- показания свидетеля свидетель 5, из содержания которых следует, что он подписан на открытый новостной телеграм-канал «

<

данные изъяты>», администратором которого является ФИО1 Характеризует его как опытного, грамотного, компетентного журналиста, серьезного человека, не склонного к шуткам в серьезных вопросах. ДД.ММ.ГГГГ. в телеграм-канале «

<

данные изъяты>» прочитал информацию о том, что по стране проходит некая акция, направленная на заражение граждан посредством использования смертников, данную информацию воспринял как предупреждение о готовящемся террористическом акте, планируемом некой организацией. Информацию, содержащуюся в сообщении, он воспринял серьезно, позвонил родственникам, сказал, чтобы не выходили на улицу. Кого-то предупредил устно, кому-то скинул ссылку на размещенное сообщение. При этом не может сказать, был ли упомянут COVID-19, но в сообщении точно говорилось о смертельном вирусе. Позднее ФИО1 прокомментировал это сообщение, пояснив, что имел в виду РПЦ и Вербное воскресенье, однако при первоначальном прочтении он не подумал о подобной трактовке. Полагает, что прочитавший такое сообщение может впасть в панику, тем более в момент, когда в обществе царили почти панические настроения по поводу пандемии. Он и его родственники испугались полученной информации, посчитали ее правдивой, так как Телеграм-канал «

<

данные изъяты>» никогда не воспринимал как сатирическое издание, в нем никогда сатирические сообщения или сообщения в шутливой форме не публиковались;

- показания свидетеля, данные о личности которого сохранены в тайне, выступающего под псевдонимом свидетель 2 из содержания которых следует, что ФИО1 ему знаком лично, по работе, когда тот был журналистом на телеканале 

<

данные изъяты> О том, что тот являлся администратором телеграм-канала «

<

данные изъяты>», он узнал уже после всего происшедшего. ДД.ММ.ГГГГ ему на мобильный телефон в мессенджере «WhatsApp» от его знакомого пришло сообщение, содержащее в себе скриншот информационного сообщения с телеграм-канала «

<

данные изъяты>», содержание которого он дословно воспроизвести не может, но там говорилось о некоей организации, планирующей массовое заражение граждан. Сообщение он понял так, что эта организация действует под руководством ФСБ, но какая именно организация имелась в виду, он не понял. Он сам лично «Телеграм» не пользуется и соответственно на телеграм-канал «

<

данные изъяты>» не подписан, но читал некоторые сообщения из него, насколько ему известно, там публиковалась достоверная информация инсайдерского характера. Соответственно, и это сообщение он понял как достоверную информацию. Про РПЦ он даже не подумал, когда читал сообщение, и до настоящего момента не считает, что сообщение имеет к церкви какое-то отношение или собраниям, ею организуемым, полагает, что ФИО1 лишь пытается таким образом объяснить свои действия. Новость построена по профессиональным канонам для лучшего распространения, носит характер вирусной. Полагает, что данная публикация могла вызвать панику в обществе, а ссылки на ФСБ лишь усиливали это воздействие;

- показания свидетеля свидетель 3, из содержания которой следует, что она работает в должности заместителя руководителя Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Нижегородской области (заместителя Главного государственного санитарного врача по Нижегородской области) с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. В ее должностные обязанности входит организация федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора, федерального государственного надзора в сфере защиты прав потребителей. С января 2020 года, начиная с Китая, на территории различных стран мира стал распространяться вирус SARS-CoV-2, возбудитель новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Данное заболевание является опасным, поскольку недостаточно изучено, оказывает воздействие на организм человека, часто на легкие, в результате чего может наступить смерть. Она не обладает информацией о планируемых или уже проведенных акциях каких-либо организаций по умышленному инфицированию населения России коронавирусом. Если бы она получила сообщение, распространенное ФИО1, она бы обратилась в ФСБ или другие правоохранительные органы для уточнения этой информации, если бы она подтвердилась, нужно бы было организовывать противодействие, публиковать разъяснения и предостережения для населения. В случае, если эта информация ложная, то Роспотребнадзор ее бы опроверг, чтобы избежать паники. 

- показания свидетеля свидетель 1, из содержания которых следует, что она знакома с ФИО1 длительное время, знает его как очень доброго и честного человека, профессионального журналиста. В начале апреля 2020 года Губернатор Нижегородской области обратился к блогерам на онлайн-конференции, попросил содействия официальным властям для объяснения людям происходящего, найти такие слова, чтобы люди поняли необходимость оставаться дома, предлагал попугать людей. Полагает, что подсудимый исполнял это поручение. Аудитория канала «

<

данные изъяты>» специфическая, состоит из людей, понимающих «шифровальный» язык, обменивающихся информацией, политическими новостями между собой. Он иносказательно говорил об очевидном. Та аудитория, с которой общается свидетель, поняла это сообщение именно так, как объясняет ФИО1 – как призыв не выходить на улицу. Никаких фактов в сообщении свидетель не увидела, поскольку она верующий человек, поняла, что речь идет о Вербном воскресении. Допускает, что другая аудитория могла понять данное сообщение превратно;

- показания свидетеля свидетель 4, из содержания которых следует, что она увидела публикацию ФИО1 в «Фейсбуке». Публикация ее не напугала, она поняла, что речь идет о прихожанах церквей, это предостережение от походов в храмы в период пандемии. Если бы она прочитала это сообщение в другое время, не ДД.ММ.ГГГГ, могла бы понять его иначе. Считает, что сообщение соответствовало действительности, ее друзья, когда она им показывала сообщение, понимали, о чем идет речь, только после того, как она говорила им о времени публикации – в Вербное воскресенье; 

- информация из УФСБ России по Нижегородской области в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий выявлена публикация в открытом новостном телеграм-канале «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты>), содержащая заведомо недостоверную общественно значимую информацию под видом достоверного сообщения. Публикация размещена ДД.ММ.ГГГГ. Телеграм-канал «

<

данные изъяты>» администрирует ФИО1 К информации приложен скриншот публикации, на которой имеется 717 просмотров;

- протокол осмотра предметов (в телеграм-канале «

<

данные изъяты>» обнаружена публикация от ДД.ММ.ГГГГ); 

- протокол обыска по адресу: 

<

адрес> изъяты мобильный телефон и ноутбук, принадлежащие ФИО1;

- протокол осмотра предметов (мобильный телефон); 

- акт сбора образцов для сравнительного исследования;

- сведения из УФСБ России по Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ.;

- рапорт начальника подразделения УФСБ России по Нижегородской области;

- сведения из УФСБ России по Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ.; 

- заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.; 

- пояснения эксперта 1 по поводу проведенной ею экспертизы; 

- заключения специалиста 2;

- пояснения эксперта 2 по поводу проведенной ею экспертизы; 

- заключение экспертизы, назначенной судом и произведенной экспертами 3 и 4, а также данные ими в ходе допроса пояснения. 

Проверка и оценка доказательств проведена судом с соблюдением требований ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ. Всем исследованным в судебном заседании доказательствам, имеющим значение для установления обстоятельств, подлежащих в силу ст.73 УПК РФ доказыванию, суд дал надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, сопоставил их между собой и указал в приговоре, почему доверяет доказательствам, свидетельствующим о совершении ФИО1 инкриминируемого ему преступления, при изложенных в приговоре обстоятельствах, и отвергает другие.

Существенных противоречий в содержании исследованных судом доказательств не установлено.

Председательствующим по делу была установлена подлинная личность свидетелей, разъяснены права, обязанности и ответственность в судебном заседании, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, положения ст. 51 Конституции РФ, также свидетели были предупреждены об уголовной ответственности в соответствии со ст.ст. 307, 308, 310 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, отказ от дачи показаний, разглашение данных предварительного расследования, о чем отобрана подписка.

Признавая достоверность сведений, сообщенных данными свидетелями, суд принял во внимание, что каких-либо данных, свидетельствующих о наличии у них причин для оговора осужденного, не имеется. Свидетели сообщили источники своей осведомленности, их допросы произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а показания, положенные судом в основу приговора, последовательны, непротиворечивы, в деталях согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами.

Данных о допущенных нарушениях требований Уголовно-процессуального кодекса РФ в ходе предварительного следствия не имеется. Данных, указывающих на фальсификацию органом следствия представленных суду доказательств, также не имеется. Протоколы следственных действий составлены в соответствии с требованиями УПК РФ.

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ. 

Доводы апелляционной жалобы адвоката Мисакян Т.А. о том, что действия ФИО1 были направлена на привлечение внимания общественности к проблеме распространения коронавирусной инфекции и к недопущению безответственного отношения к соблюдению санитарных мер в период пандемии, судом первой инстанции тщательно проверялись и обоснованно были отвергнуты как несостоятельные, с подробным приведением мотивов принятого решения.

Указанные доводы суд первой инстанции аргументированно расценил, как средство защиты с целью смягчить ответственность за содеянное.

Суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что содержание и общий контекст распространенной информации не свидетельствуют о субъективно-оценочном характере распространенных сведений.

Вопреки доводам апелляционной жалобы об умысле осужденного на публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан свидетельствует то, что сообщение было размещено в сети Интернет, где было просмотрено значительным количеством людей, которые оставляли свои комментарии. Текст сообщения содержал фразы, которые гражданами в условиях действия ограничительных мер, введенных в связи с ростом заболеваемости новой коронавирусной инфекцией, воспринимались, в том числе как сведения о целенаправленных действиях неназываемой, но известной автору и правоохранительным органам организации, направленных на умышленное заражение неограниченного числа людей новой коронавирусной инфекцией. Размещая свое сообщение ФИО1, имея филологическое образование, опыт работы в сфере журналистики, не мог не осознавать, что в результате размещения им в публичном доступе подобной информации, люди воспримут её, как достоверную. 

Данные факты подтверждаются и заключениями экспертиз, которые были проведены уполномоченными на то должностными лицами, в рамках процедуры, установленной процессуальным законодательством и ведомственными нормативными актами, с соблюдением методик исследования, выводы экспертов аргументированы, сведений о недостаточности данных для разрешения поставленных перед экспертами вопросов не имеется. Основания для признания состоявшихся исследований недопустимыми доказательствами у суда отсутствовали.

Доводы стороны защиты о неправильном определении значения фраз, содержащихся в сообщении ФИО1, неполноте проведенных исследований, недостоверности заключения лингвистических экспертиз были рассмотрены судом первой инстанции и обоснованно отклонены, для устранения имеющихся противоречий судом была проведена повторная экспертиза, а также приглашены эксперты для дачи объяснений по проведенным ими экспертизам.

Анализ содержания состоявшегося в отношении ФИО1 судебного решения и материалов уголовного дела не дает оснований для вывода о нарушении судом первой инстанции требований уголовно-процессуального закона, относящихся к регламентации судебных стадий производства по уголовному делу, либо об ущемлении гарантированных законом прав участников процесса, которые бы повлияли на исход дела.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о проявлении судом первой инстанции обвинительного уклона при рассмотрении уголовного дела, изучением материалов уголовного дела не выявлено.

Судом созданы равные условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Ограничений в реализации стороной защиты права представлять доказательства и участвовать в исследовании доказательств судом не создавалось.

Все ходатайства стороны защиты рассмотрены в условиях состязательности, с учетом позиции сторон, по результатам их рассмотрения судом были вынесены законные, обоснованные и мотивированные решения.

Несогласие осужденного с данной судом оценкой доказательств и результатами рассмотрения заявленных ходатайств не ставит под сомнение правильность вывода суда о виновности ФИО1 в содеянном.

Принципы состязательности и равноправия сторон, а также презумпции невиновности осужденного судом соблюдены.

Исходя из установленных фактических обстоятельств уголовного дела, судом первой инстанции дана правильная юридическая оценка совершенного ФИО1 противоправного деяния по ст.207.1 УК РФ. Оснований для переквалификации его действий или оправдания, о чем говорится в апелляционной жалобе, не имеется.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, ст.61 УК РФ, с учетом характера совершенного преступления, степени его общественной опасности, конкретных обстоятельств дела, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, данных о личности осужденного и иных факторов, влияющих в силу уголовного закона на наказание.

С учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения подсудимого и его семьи, в частности, наличия малолетних детей и отсутствия у семьи иного источника дохода, кроме заработка подсудимого, возможности получения им дохода, суд в соответствии со ст.46 УК РФ определил минимальный размер штрафа, предоставив в соответствии с ч.3 ст.46 УК РФ рассрочку его выплаты сроком на 10 месяцев.

Каких-либо иных обстоятельств, помимо изложенных в приговоре, подлежащих в силу уголовного закона учету при определении наказания, но не учтенных судом, из материалов дела не усматривается. Каких-либо новых обстоятельств, влияющих на справедливость назначенного осужденному наказания, судом апелляционной инстанции также не установлено. 

В приговоре приведены мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению наказания, включая неприменение правил, предусмотренных ст. 64.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства, влекущих отмену или изменение приговора, направления дела на новое рассмотрение, в том числе по доводам апелляционной жалобы, по делу не установлено.

При таких обстоятельствах, апелляционная жалоба адвоката Мисакяна Т.А. удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Богородского городского суда Нижегородской области от 11 ноября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО1 – адвоката Мисакяна Т.А., оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья Н.И. Чапкина