Судья Лазарев А.В.

РЕШЕНИЕ

 № 7-72/2019

(дело № 5-54/2019)

15 июля 2019 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Магомадов Алексей Абдулмажитович (

<

...>), при секретаре Недыба Д.С., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – ФИО1, рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ г. в 

<

адрес>, проходящего военную службу по контракту с ДД.ММ.ГГГГ г., проживающего по адресу: 

<

адрес>

на постановление судьи Нальчикского гарнизонного военного суда от 17 мая 2019 г. о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно судебному постановлению водитель ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ г. в 

<

адрес>, управляя транспортным средством, в нарушение требований п.2.3.2 Правил дорожного движения РФ отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено наказание в виде административного штрафа в размере № руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок №.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, ФИО1 просит судебное постановление ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы КоАП РФ и приводя собственный анализ доказательств по делу, утверждает, что дело рассмотрено судьей необъективно, с обвинительным уклоном, сделанные выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Транспортным средством он не управлял, а находился в салоне автомобиля в качестве пассажира. При этом судья необоснованно положил в основу обжалуемого постановления ничем не подтвержденные показания заинтересованных в исходе дела свидетелей – сотрудников ДПС ФИО5 и ФИО6.

В судебном постановлении не указано, по каким основаниям отдано предпочтение показаниям вышеуказанных свидетелей и отвергнуты его показания и показания свидетеля ФИО7.

Кроме того, судьей оставлено без внимания отсутствие доказательств (видеозаписи) управления им транспортным средством и незаконность требований сотрудников полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, адресованных ему как лицу, не управлявшему транспортным средством. 

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, нахожу, что судебное постановление соответствует фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и основано на исследованных судьей доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает. Нормы материального и процессуального права применены правильно.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признается законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленного в отношении водителя ФИО1 в связи с наличием запаха алкоголя изо рта, нарушением речи, и резким изменением окраски кожных покровов лица, обстоятельством, послужившим законным основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, явился его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заявленный сотруднику полиции.

Эти обстоятельства подтверждаются протоколом об административном правонарушении, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также приложенной к материалам дела видеозаписью, согласно содержанию которой ФИО1 отказался от прохождения как освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, так и медицинского освидетельствования на состояние опьянения в условиях медицинского учреждения (т. № л.д. №).

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и с применением видеозаписи, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает. Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ и присутствия понятых не требовали.

Довод жалобы о том, что ФИО1 не управлял транспортным средством, опровергается совокупностью перечисленных выше доказательств, в том числе показаниями сотрудников полиции ФИО5 и ФИО6, из которых следует, что они являлись очевидцами управления ФИО1 транспортным средством, в связи с чем к последнему были применены меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении.

Каких-либо оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний свидетелей ФИО5 и ФИО6, как и оснований не доверять им, у судьи не имелось. Заинтересованность указанных свидетелей в исходе дела представленными в суд материалами не подтверждена, а доводы жалобы об обратном являются необоснованными.

Ссылку ФИО1 в жалобе на то, что сотрудники полиции не могли являться свидетелями по делу, нельзя признать состоятельной.

Законодательство об административных правонарушениях не содержит нормы, устанавливающей запрет на вызов в судебное заседание в качестве свидетеля должностного лица административного органа.

Исходя из положений ч. 1 ст. 25.6 КоАП РФ, свидетелем по делу об административном правонарушении может являться любое лицо, которому могут быть известны обстоятельства дела, подлежащие установлению.

Аналогичная позиция изложена в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 г. № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», согласно которому при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, для выяснения возникших вопросов.

Сотрудники полиции ФИО5 и ФИО6 были вызваны в судебное заседание и опрошены с соблюдением процессуальных требований КоАП РФ, оформление ими административного материала само по себе не свидетельствует о их заинтересованности в исходе дела. Их показания обоснованно признаны достоверными и допустимыми, являлись предметом исследования и оценки исключительно в совокупности с иными доказательствами, подтверждающими законность и обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности.

Отсутствие иных сведений, подтверждающих факт управления ФИО1 транспортным средством, в том числе видеозаписи, позволяющей идентифицировать транспортное средство под управлением последнего, не влияет на правильность оценки судьей доказательств по правилам ст. 26.11 КоАП РФ с точки зрения их достаточности для вывода о том, что ФИО1 являлся надлежащим субъектом вмененного административного правонарушения.

Версия ФИО1, подкрепленная в суде показаниями его друга ФИО7, заинтересованного в исходе дела, о том, что ФИО1 транспортным средством не управлял, по существу сводящаяся к переоценке установленных по делу обстоятельств, правильно отвергнута судьей как противоречащая материалам дела и не заслуживающая доверия.

Вопреки доводу жалобы, не вызывает сомнений и законность требований сотрудника полиции, как должностного лица Госавтоинспекции, действовавшего в пределах своей компетенции и обоснованно выявившего у водителя ФИО1 признаки опьянения, об остановке транспортного средства.

С учетом изложенного факт отказа ФИО1 от выполнения законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения сомнений не вызывает, а доводы жалобы о невиновности ФИО1 являются надуманными и направлены на избежание административной ответственности.

Данные в ходе настоящего пересмотра показания ФИО1 о том, что от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и медицинского освидетельствования на состояние опьянения он не отказывался, что подтверждается видеозаписью, являются беспредметными, поскольку отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица о прохождении такого освидетельствования может выражаться как в форме действий, так и в форме бездействия, свидетельствующих о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование, в частности предпринимает усилия, препятствующие совершению данного процессуального действия или исключающие возможность его совершения. 

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьей в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях Черваева события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Доводам ФИО1 в суде, аналогичным изложенным в жалобе, исключающим его виновность, в постановлении судьи дана мотивированная оценка, и они обоснованно отвергнуты. Иные доводы жалоб направлены на переоценку представленных в гарнизонный военный суд доказательств, в связи с чем подлежат отклонению как необоснованные.

При назначении административного наказания, в соответствии с ч. 2 ст.4.2 КоАП РФ, судья обоснованно признал в качестве смягчающего обстоятельства наличие у ФИО1 двух малолетних детей. 

Назначенное ФИО1 административное наказание, соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено в пределах санкции ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ.

Таким образом, оснований для отмены постановления судьи и для прекращения производства по делу не имеется, а утверждение в жалобе об обратном является необоснованным.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Нальчикского гарнизонного военного суда от 17 мая 2019 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья А.А. Магомадов