Судья: Латышева М.В. Дело № 22К-253/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Калининград 7 февраля 2025 г.

Калининградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Буданова А.М.

при помощнике судьи Райковой В.В.,

с участием прокурора Новиковой Н.Е., 

обвиняемой У. (в режиме видео-конференц-связи), 

адвокатов Гудкова А.В., Гольмановой Л.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по апелляционной жалобе адвоката Гудкова А.В., поданной в интересах обвиняемой У., на постановление Центрального районного суда г. Калининграда от 23 января 2025 г., которым 

У., родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, 

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца 3 суток, то есть до 24 марта 2025 г.,

у с т а н о в и л:

24 сентября 2024 г. в СУ УМВД России по Калининградской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении П., К. и иных неустановленных лиц, по факту хищения путем обмана бюджетных денежных средств в особо крупном размере на сумму, превышающую 1 000 000 рублей. 

21 января 2025 г. в 20 часов 12 минут в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении данного преступления задержана У., в этот же день ей предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и она допрошена в качестве обвиняемой.

Руководителем следственной группы - следователем СЧ СУ УМВД России по Калининградской области ФИО1, с согласия руководителя следственного органа – заместителя начальника СУ УМВД России по Калининградской области ФИО2, возбуждено перед судом ходатайство об избрании У. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок до 24 марта 2025 г.

Постановлением суда от 23 января 2025 г. в отношении У. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца 3 суток, то есть до 24 марта 2025 г.

Адвокат Гудков А.В. в апелляционной жалобе, поданной в интересах У. оспаривает законность и обоснованность обжалуемого постановления, указывает, что суд нарушил требования ч. 1 ст. 109 УПК РФ о предельном сроке содержания обвиняемых под стражей, что свидетельствует о формальном подходе суда к рассмотрению вопроса о мере пресечения; полагает, что мера пресечения У. избрана по мотивам только тяжести инкриминируемого ей преступления; отмечает, что вывод суда об обоснованности подозрения У. в совершении преступления не соответствует фактическим обстоятельствам, исследованным судом, и в материалах дела, представленных следствием, отсутствуют данные об имевшем место событии преступления; считает, что суд оставил без проверки и оценки вопрос об обоснованности подозрения У. в причастности к мошенничеству, и так как причастности У. к преступлению не подтверждается какими-либо конкретными сведениями, то и задержание последней является незаконным и безосновательным; обращает внимание, что с учетом фактического времени задержания У. к моменту рассмотрения судом вопроса о мере пресечения 48-часовой срок ее задержания истек и она подлежала освобождению из-под стражи в зале суда, что необоснованно сделано не было; указывает, что заключение обвиняемой под стражу нарушает права и законные интересы зависимых от нее людей, в том числе несовершеннолетней дочери; полагает, что суд проигнорировал сведения о наличии у У. серьезного заболевания и не привел в постановлении данных о невозможности избрания альтернативной меры пресечения, хотя надлежащее производство по делу может быть обеспечено при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий.

Просит постановление отменить и У. из-под стражи освободить.

Заслушав выступления обвиняемой У., адвокатов Гудкова А.В. и Гольмановой Л.В., поддержавших апелляционную жалобу, выслушав мнение прокурора Новиковой Н.Е., полагавшей постановление законным и обоснованным, изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Мера пресечения может быть избрана судом, как указано в ч.1 ст. 97 УПК РФ при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый (обвиняемый): скроется от следствия или суда, может заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

У. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, за совершение которого предусмотрено безальтернативное наказание в виде лишение свободы на срок до 10 лет.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда мотивированы не только тяжестью предъявленного обвинения, суд всесторонне и полно изучил данные о личности У., обстоятельства инкриминируемого ей преступления, и пришел к правильному выводу, что осознавая возможные для себя правовые последствия, находясь на свободе У. может скрыться и, тем самым воспрепятствовать производству по делу в разумные сроки и эффективному расследованию, в связи с чем, применение более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу невозможно. 

При этом по смыслу закона в качестве подтверждения того, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок.

Кроме того, суд сделал верный и мотивированный вывод о том, что У. в силу занимаемой ранее должности в Министерстве здравоохранения Калининградской области, располагает данными о ряде свидетелей по уголовному делу, на которых, в случае избрания боле мягкой меры пресечения, может оказать давление.

Судом исследовались все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения вопроса о мере пресечения.

Приведенные в обжалуемом постановлении фактические обстоятельства свидетельствуют о реальной возможности совершения У. действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности в настоящее время беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства в случае применения в отношении нее более мягкой меры пресечения.

Вопреки доводам жалобы, в материалах дела имеются и в оспариваемом постановлении приведено достаточно данных об обоснованности подозрения У. в причастности к инкриминируемому ей преступлению. В том числе в материалах дела содержится копия протокола допроса обвиняемой П., из которого усматривается, что подозрение У. в причастности к преступлению обоснованно. 

Ходатайство о заключении обвиняемой под стражу подано уполномоченным на то должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки, с согласия соответствующего руководителя следственного органа, отвечает требованиям закона, имеет необходимые материалы, подтверждающие изложенные в нем доводы.

Вывод суда о наличии оснований для избрания в отношении У. меры пресечения в виде заключения под стражу является обоснованным и мотивированным. Конкретные фактические обстоятельства, подтверждающие данный вывод, в оспариваемом постановлении приведены. 

При этом возможность избрания в отношении У. более мягкой меры пресечения, о чем ходатайствовала сторона защиты, обсуждалась судом первой инстанции и обоснованно отвергнута. Суд апелляционной инстанции также не усматривает с учетом вышеизложенного оснований для избрания в отношении У. иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей.

Выводы суда соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона и разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской федерации от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий».

При таких обстоятельствах изложенные выше доводы жалобы, в том числе о наличии у нее на иждивении престарелой матери и несовершеннолетнего ребенка, проживающего сейчас с бабушкой, не влияют на законность и обоснованность постановления суда.

Сведений о наличии у У. заболеваний, препятствующих содержанию ее под стражей, в материалах не имеется и стороной защиты не представлено.

Также по делу не имеется объективных сведений о задержании У. в соответствии со ст.ст. 91-92 УПК РФ ранее 13 часов 38 минут (время окончания судебного заседания) 21 января 2025 г., поэтому у суда 1-й инстанции отсутствовали основания для признания нарушенным на момент судебного заседания срока задержания У.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену постановления суда, не допущено.

Вместе с тем постановление подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.109 УПК РФ при избрании подозреваемым и обвиняемым меры пресечения в виде заключения под стражу его срок устанавливается не более чем на 2 месяца.

Однако, в нарушение данного требования процессуального закона суд установил срок заключения У. под стражу до 24 марта 2025 г., т.е. на 2 месяца 3 суток. 

В связи с изложенным срок заключения обвиняемой под стражу с учетом ее задержания 21 января 2025 г. должен быть установлен на 2 месяца, то есть до 21 марта 2025 г.

В остальном постановление изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 389-20, 389-28 и 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Постановление Центрального районного суда г. Калининграда от 23 января 2025 г. в отношении У. изменить.

Уточнить, что мера пресечения У. в виде содержания под стражей избрана на срок 2 месяца, то есть до 21 марта 2025 г. 

В остальной части постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Судья: подпись.

Копия верна, судья: Буданов А.М.