Судья Данилова А.В.

Дело № 22-3091

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 11 июня 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего судьи Погадаевой Н.И.,

при секретаре Колегановой Ю.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело ФИО1 по апелляционному представлению государственного обвинителя Назарова Н.Х. и апелляционной жалобе адвоката Масленникова Д.В. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Березниковского городского суда Пермского края от 9 апреля 2024 года, по которому 

ФИО1, дата года рождения, уроженец ****, ранее несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев, с заменой наказания на основании ч. 2 ст.53.1 УК РФ принудительными работами сроком на 1 год с удержанием из заработной платы 15 % в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года 6 месяцев.

Изложив содержание приговора, существо апелляционных представления и жалобы, заслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Масленникова Д.В. по доводам жалобы, потерпевшего Ш2., мнение прокурора Мальцевой А.В. об изменении судебного решения по доводам представления, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении при управлении автомобилем /марка 1/ с регистрационным знаком ** правил дорожного движения РФ (абзаца 1 п. 8.5, абзаца 1 п. 10.1, п. 10.2), повлекшем по неосторожности смерть Ш1.

Преступление совершено 24 июня 2023 года в г. Березники Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Назаров Н.Х., не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий осужденного ФИО1, поставил вопрос об изменении приговора в связи с неправильным применением уголовного и уголовно-процессуального законов, указав, что суд, назначая ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами к лишению свободы, не принял во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 22.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», в соответствии с которыми при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе в качестве обязательного, не назначается. 

Кроме того, ссылаясь на положения ч. 3 ст. 42 УПК РФ во взаимосвязи с п.1.1 ч. 2 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УК РФ, указал, что расходы потерпевшего, связанные с выплатой вознаграждения представителю, в том числе за составление искового заявления, в случае признания их необходимыми и оправданными, подтвержденными соответствующими документами, являются процессуальными издержками, которые выплачиваются из средств федерального бюджета и впоследствии могут взыскиваться с осужденных. При таких обстоятельствах расходы потерпевшего к предмету гражданского иска не относятся и не подлежат рассмотрению в порядке искового производства, в связи с чем решение суда об удовлетворении исковых требований потерпевшего о взыскании с осужденного расходов на представителя на законе не основано. Просит приговор изменить, принять решение о компенсации процессуальных издержек в размере 4500 рублей из средств федерального бюджета со взысканием в доход федерального бюджета с осужденного, а также назначить ФИО1 за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ наказание в виде 1 года лишения свободы с заменой наказания на основании ч.2 ст. 53.1 УК РФ принудительными работами сроком на 1 год с удержанием из заработной платы 15 % в доход государства с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года 6 месяцев.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту осужденного, адвокат Масленников Д.В. приговор в отношении ФИО1 считает несправедливым вследствие его чрезмерной суровости. По мнению защитника, назначение наказания в виде принудительных работ не соответствует личности осужденного и обстоятельствам дела. Излагая установленные следствием и судом обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погибла пешеход Ш1., обращает внимание, что, исходя из просмотренной в судебном заседании видеозаписи, местом первоначального дорожно-транспортного происшествия является практически центр организованного кругового движения на перекрестке проезжих частей проспектов Ленина и Советский, что свидетельствует о том, что и осужденный ФИО1 и второй участник данного ДТП Б1. находились на организованном круговом движении пересечения перекрестка и должны были руководствоваться иными пунктами Правил дорожного движения. Обращая внимание на место расположения технических повреждений на транспортном средстве /марка 1/ под управлением ФИО1 – в задней трети правой части его кузова в совокупности с местом первоначального дорожно-транспортного происшествия, делает вывод, что не ФИО1 является виновником дорожно-транспортного происшествия, поскольку на его транспортное средство был совершен наезд автомобилем /марка 2/ под управлением Б1., вследствие которого транспортное средство осужденного и ушло в неуправляемый занос, что повлекло в последующем наступление смерти пешехода Ш1. Сторона защиты полагает, что к гибели пешехода привело нарушение вторым участником дорожно-транспортного происшествия Б1. пунктов 8.3 и 8.4 Правил дорожного движения. Кроме того, обращает внимание, что ФИО1 на учете врачей нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства соседями и по месту работы характеризуется положительно. Полагает, что смягчающим наказание обстоятельством следовало признать активное способствование осужденным расследованию данного преступления, что выразилось в даче последовательных, подробных показаний по делу, а также принять во внимание наличие у него хронических заболеваний. По мнению защитника, в случае признания ФИО1 виновным в гибели пешехода Ш1. возможно было бы назначение ему наказания более мягкого, чем принудительные работы, в виде обязательных работ. Просит отменить приговор и оправдать ФИО1, уголовное преследование в отношении него прекратить в связи с отсутствием в деянии состава преступления, а в случае признания его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, назначить обязательные работы на 1 год без лишения специального права управления транспортными средствами.

В возражениях государственный обвинитель Назаров Н.Х. просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, а приговор суда изменить по доводам апелляционного представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим изменению.

Вывод о виновности ФИО1 в нарушении правил дорожного движения Российской Федерации при управлении автомобилем /марка 1/, повлекшем по неосторожности смерть человека, сделан судом обоснованно и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которые в необходимом объеме приведены в приговоре. 

Сам осужденный об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия пояснил, что 24 июня 2023 года двигался в качестве водителя на автомобиле /марка 1/ по проспекту Ленина в сторону ул. Юбилейная г. Березники на участке кольцевого движения по средней полосе со скоростью, не превышающей 60 км/час. Видел движущийся впереди в попутном направлении по крайней правой полосе автомобиль /марка 2/ без указателей поворота, поэтому полагал, что автомобиль съезжает с круга и продолжит движение прямо. Однако когда он практически обогнал его, почувствовал, что этот автомобиль ударил его своим колесом в правое заднее колесо и крыло, отчего произошел неуправляемый занос, его автомобиль развернуло, зад пошел юзом, и в результате он сбил женщину. Считает виновным в дорожно-транспортном происшествии водителя /марка 2/, полагает, что она не смотрела в зеркала, иначе могла бы увидеть его и притормозить, тогда как он в момент столкновения находился в зоне действия кругового движения на своей полосе и траекторию движения не менял, помех для автомобиля /марка 2/ не создавал. Не подал сигнал поворота при съезде с кругового движения, т.к. сделать это не успел, поскольку продолжал двигаться по круговому движению. 

Сопоставив показания осужденного с другими доказательствами, суд критически оценил его позицию о непричастности к дорожно-транспортному происшествию, сославшись в обоснование виновности ФИО1 на исследованные в судебном заседании доказательства.

Так, согласно показаниям свидетеля Б1., 24 июня 2023 года около 12.00 часов она ехала на автомобиле /марка 2/ с регистрационным знаком ** со стороны ул. Пятилетки, повернув на проспект Ленина в сторону кругового движения по направлению к Чуртанскому шоссе в г. Усолье, с пассажирами Б2. и Б3. При въезде на круговое движение, организованное на пересечении проспектов Ленина и Советский, имелись дорожные знаки: «пешеходный переход», «круговое движение» и «уступи дорогу». Убедившись, что на круговом движении нет транспортных средств, создающих помеху для движения, она продолжила движение по наружной полосе (крайней правой) кругового движения со скоростью 30-35 км/час по кругу в соответствии с направлением стрелки, обозначающей круговое движение, и в районе Дворца Ленина на закруглении кругового движения увидела, как слева со значительной скоростью пронесся автомобиль /марка 1/, который правой частью ударил в переднюю левую часть ее машины в районе переднего колеса и переднего левого крыла, отчего /марка 1/ стало разворачивать и вынесло на пешеходный переход, где он совершил наезд на пешехода. После столкновения она по инерции проехала еще около 3-х метров и остановилась, а выйдя из машины, увидела лежащую на проезжей части в районе пешеходного перехода женщину. Считает, что причиной дорожно-транспортного происшествия послужило нарушение правил дорожного движения осужденным, управлявшим автомобилем /марка 1/, который должен был перестроиться в крайнюю правую полосу, предназначенную для выезда с кругового движения, если, как выяснилось в ходе следствия, собирался ехать прямо по проспекту Ленина, поскольку ее автомобиль, двигавшийся по круговому движению, являлся для него «помехой справа».

Из показаний свидетеля Б3. установлено, что 24 июня 2023 года он ехал в качестве пассажира на заднем сиденье в автомобиле /марка 2/ под управлением его сестры Б1., на переднем пассажирском сиденье находилась Б2. Двигаясь со скоростью примерно 30 км/час по ****, повернули направо на проспект Ленина с целью повернуть по круговому движению налево на проспект Советский в сторону Чуртанского шоссе, но в районе Дворца Ленина произошел удар в переднюю левую часть их машины, а затем он увидел, как слева промелькнула машина /марка 1/, и сестра остановилась. 

Согласно показаниям свидетеля Б2. 24 июля 2023 года она ехала на переднем пассажирском сиденье в автомобиле /марка 2/ под управлением Б1., но во время движения за дорожной обстановкой не следила, поняла, что в них въехали, только после столкновения, удар пришелся в переднюю левую сторону. Выйдя из машины, увидела, что второй автомобиль серого цвета сбил женщину и стоял на пешеходном переходе.

Из показаний свидетеля Ч. установлено, что в день города она пересекла по нерегулируемому пешеходному переходу проспект Ленина, завернула за киоск с чебуреками и услышала хлопок, обернувшись, увидела момент удара женщины в левое заднее крыло автомобиля «Mitsubishi Lanser», позднее видела в этом месте вмятину, а женщина от удара высоко подлетела и упала головой на бордюр. Она сразу вызвала скорую медицинскую помощь.

Согласно показаниям потерпевшего Ш3. 24 июня 2023 года около 12-13.00 часов от брата Ш2. ему стало известно, что маму сбила машина возле Дворца Ленина, а наутро она умерла.

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта смерть Ш1. наступила 24 июня 2023 года в 22.25 от сочетанной тупой травмы тела, квалифицирующейся по Правилам определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 № 522, и в соответствии с п. 6.1.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н, как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в виде закрытой черепно-мозговой травмы, закрытой травмы грудной клетки, закрытой травмы живота, закрытых переломов костей таза, кровоподтеков и ссадин на руках и ногах, с развитием отека головного мозга и малокровием внутренних органов, образовавшейся прижизненно, незадолго до поступления ее в больницу от ударных и скользящих воздействий твердыми тупыми предметами, возможно в условиях дорожно-транспортного происшествия. 

Из показаний свидетеля К. следует, что 24 июня 2023 года в дневное время она перешла проспект Ленина по переходному переходу, расположенному напротив Дворца Ленина, и двигалась в сторону ул.Пятилетки по тротуару. В момент, когда поравнялась с памятником В.И. ФИО2, услышала удар и, повернувшись в сторону кругового движения, увидела, как от удара автомобиль серебристого цвета левым боком следовал вдоль проезжей части в сторону тротуара и задним левым крылом наехал на пешехода-женщину, завершавшую переход проспекта Ленина по пешеходному переходу, отчего женщина подлетела над багажником автомобиля и куда-то упала. Также она заметила стоящий на круговом движении напротив памятника В.И. ФИО2 автомобиль марки /марка 2/ темного цвета, из которого вышла женщина и несколько пассажиров. По обстановке она сделала вывод, что этот автомобиль с крайней правой полосы начинал поворот по круговому движению и, задев второй автомобиль, остановился в средней полосе. Будучи сама водителем, сообщила, что для проезда по круговому движению на перекрестке проспектов Ленина и Советский имеется три полосы движения, но никаких знаков, предписывающих направление движения по полосам, не имелось, дорожной разметки в день аварии также не было, ее нанесли на следующий день или через день. Впоследствии она предоставила сотрудникам полиции видеозапись момента ДТП, зафиксированную видеокамерой, установленной на фасаде дома № ** по проспекту Ленина.

При проверке показаний свидетеля К. на месте происшествия 2 августа 2023 года воспроизведена обстановка наблюдаемого ею события на момент, когда она обернулась на звук удара и увидела, что почти напротив памятника В.И. ФИО2 произошла дорожная авария, при этом автомобиль /марка 2/ располагался на правой полосе проезжей части по направлению в сторону ул. Юбилейная, правое переднее колесо которого находилось в 1,85 м от правого края проезжей части при ширине правой полосы 4,1 м, а место удара (столкновения) – в 3,7 м от правого края проезжей части и в 26,4 м от знака «пешеходный переход». 

Из протокола осмотра видеозаписи от 24 июня 2023 года, представленной свидетелем К. и просмотренной в судебном заседании, зафиксировавшей момент дорожно-транспортного происшествия, видно в 12.00.35 на дальней от видеокамеры проезжей части кругового движения появление движущегося по круговому движению автомобиля № 1 темного цвета (/марка 2/), за которым на участок дороги с круговым движением в том же направлении въезжает автомобиль № 2 светлого цвета (/марка 1/), следуя по проезжей части в прямом направлении быстрее, чем автомобиль № 1 и левее от него, быстро приближается и догоняет, опережая с левой стороны, и в момент, когда задняя часть автомобиля № 2 поравнялась с передней частью автомобиля № 1, автомобиль /марка 1/ заносит левой частью вперед, постепенно закручивая вправо вокруг своей оси, и он совершает наезд на силуэт (пешехода), двигавшийся поперек проезжей части проспекта Ленина по пешеходному переходу слева направо по ходу движения автомобиля № 2, при этом автомобиль /марка 2/, проехав некоторое расстояние, останавливается.

Объективно обстановка дорожно-транспортного происшествия зафиксирована так же в протоколе от 24 июня 2023 года и схеме к нему, в которых указана ширина проезжей части по проспекту Ленина напротив дома № 50, составляющая 18 м – по 9 м в двух направлениях, место происшествия на пересечении проспектов Ленина и Советский находится в зоне действия дорожных знаков 4.3 «Круговое движение», 2.4 «Уступи дорогу», установленных перед въездом на перекресток. На проезжей части на внешней полосе кругового движения расположен автомобиль /марка 2/ с регистрационным номером **, передняя часть которого направлена к внутренней полосе кругового движения, имеющий повреждения диска левого переднего колеса в виде царапин, царапины на переднем левом крыле и левой части переднего бампера; автомобиль «Mitsubishi Lanser» с регистрационным номером ** после столкновения расположен задней частью на проезжей части дороги с заездом передней частью на бордюрный камень возле киоска рядом с домом № 50 по проспекту Ленина, у заднего левого колеса которого на дороге зафиксировано наличие пятен крови, а также повреждения в правой и левой задней частях автомобиля в виде вмятин и царапин.

Из дополнительного протокола осмотра места происшествия от 2 августа 2023 года зафиксирована ширина крайней правой, средней и крайней левой полосы кругового движения по направлению движения автомобилей под управлением осужденного и свидетеля Б1., составившая 4,1м, 3,4м и 3,7м соответственно, и расположение места столкновения – ближе к закруглению кругового движения в сторону проспекта Советский (л.д. 145-147, 148 том 1).

Согласно заключению видеотехнической экспертизы средняя скорость движения автомобиля под управлением ФИО1, определенная во временном промежутке с 12.00.38 до 12.00.39, то есть непосредственно перед столкновением составляла 65 км/час, средняя скорость движения автомобиля /марка 2/ в интервале с 12.00.36 до 12.00.39 – 29 км/час. 

Из заключения судебной автотехнической экспертизы № 701 следует, что действия водителя автомобиля /марка 1/ в части выбора скорости движения не соответствовали требованиям пунктов 10.1 абзаца 1 и 10.2 правил дорожного движения, при этом для водителя /марка 1/ не возникало внезапной опасности от участников движения, перед которыми он имел преимущество, а опасная ситуация была создана действиями самого водителя /марка 1/, и с технической точки зрения выполнение им требований пунктов 8.5 абзац 1, 10.1 абзац 1, 10.2 правил дорожного движения исключало возможность дорожно-транспортного происшествия, предотвратить которое водитель автомобиля /марка 2/ не располагал технической возможностью.

Суд обоснованно признал допустимыми доказательствами заключения судебных экспертиз, в том числе видеотехнической и автотехнической, и сослался на них в приговоре, поскольку нарушений требований закона при их проведении допущено не было, экспертные выводы надлежаще мотивированы, основаны на представленных для исследования материалах. Заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат ответы на поставленные вопросы, ссылки на примененные методики, расчеты и другие необходимые данные, не имеют противоречий фактически установленным обстоятельствам уголовного дела, оценены судом в совокупности с другими доказательствами и полностью с ними согласуются. При этом, как видно из исследовательской части заключения, для проведения автотехнической экспертизы эксперту было предоставлено уголовное дело, содержащее, в том числе результаты осмотра обоих автомобилей с указанием следов в местах их взаимодействия в виде механических повреждений, что при даче заключения экспертом учитывалось. Оснований ставить под сомнение выводы экспертов не имеется, обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, не установлено.

Учитывая, что неясностей или неполноты, а также сомнений в обоснованности заключение судебной автотехнической экспертизы не содержит, оснований для проведения дополнительной или повторной экспертизы не имелось, и вопрос о назначении таковой стороной защиты ни в суде первой, ни в апелляционной инстанции не ставился.

Сопоставляя показания участника дорожно-транспортного происшествия Б1. и свидетелей в той части, в которой они согласуются между собой и письменными доказательствами, суд пришел к правильному выводу о том, что в них относительно времени, места, характера действий содержатся одни и те же сведения, которые бесспорно изобличают ФИО1 в совершении преступления, в связи с чем их показания обоснованно оценены как достоверные. 

Утверждения осужденного о том, что он находился в момент столкновения в центре кругового движения, двигался прямо и маневра по съезду с него не совершал, поэтому соответствующий сигнал, указывающий на съезд с кругового движения, не включил, нельзя считать состоятельными, поскольку противоречат всем рассмотренным по делу доказательствам, из которых следует, что столкновение произошло в районе кругового движения почти напротив Дворца Ленина и памятника В.И. ФИО2, то есть ближе к закруглению влево в сторону проспекта Советский, что объективно зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия от 24 июня 2023 года и схеме к нему, составленным с участием осужденного ФИО1, на записи с камеры видеонаблюдения с места ДТП, в протоколе дополнительного осмотра места происшествия от 2 августа 2023 года с участием очевидца К. и схеме к нему.

Вопреки доводам осужденного, данных о проведении следственного эксперимента материалы дела не содержат, а проверка показаний свидетеля Б1. (л.д. 234-239 том 1) проведена с соблюдением требований ст.194 УПК РФ, в присутствии понятых и участия осужденного не требовала, поскольку ее целью являлось уточнение на месте, связанном с исследуемым событием, обстоятельств, о которых она была допрошена ранее, – о моменте возникновения опасности для автомобиля «Renault KAPTUR», которым она управляла, с учетом полученных по результатам видеотехнической экспертизы сведений о скорости обоих автомобилей.

В соответствии с п. 10.2 правил дорожного движения РФ в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/час, а п. 10.1 абзаца 1 предписано, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, включая видимость в направлении движения, при этом скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД. 

В соответствии с абзацем 1 п. 8.5 правил дорожного движения перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.

Согласно данным осмотра места происшествия, сведениям, представленным МБУ «Спецавтохозяйство» г. Березники, об организации дорожного движения на проспекте Ленина в районе дома № 50 (Дворец им В.И. Ленина) перед въездом на перекресток с проспектом Советский, где организовано круговое движение, установлен знак 4.3 «Круговое движение», разрешающий движение в указанном стрелками направлении. В границах кругового движения, согласно предусмотренной разметке в соответствии с п.1.7 правил дорожного движения, обозначающей полосы движения в пределах перекрестка, на участке кругового движения имеется три полосы в одном направлении. 

В соответствии с п. 9.1 ПДД РФ количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. Из рассмотренных доказательств установлено, что дорожных знаков, указывающих число полос и режимы движения по полосам, на перекрестке проспектов Ленина и Советском г. Березники не имеется.

Исходя из анализа и оценки исследованных судом доказательств, в том числе показаний свидетеля Б1., видеозаписи движения транспортных средств, суд установил, что автомобиль под ее управлением двигался по участку проезжей части кругового движения и сделал правильный вывод, что в соответствии с требованиями знака 4.3 «Круговое движение» имел преимущественное право движения в указанном стрелками направлении, то есть при движении налево в сторону проспекта Советский (по кругу).

Учитывая, что Б1. двигалась по перекрестку, на котором организовано круговое движение, по направлению, указанному стрелками на дорожном знаке 4.3, то считается, что она двигалась без изменения движения, что подачи сигнала поворота налево не требовало, тогда как ФИО1 при выезде с перекрестка с круговым движением на проспект Ленина для продолжения движения в прямом направлении в нарушение требований правил дорожного движения (абзаца 1 п. 8.5) заблаговременно не занял крайнее правое положение на проезжей части, не уступил дорогу движущемуся справа от него в попутном направлении без изменения направления движения по ходу кругового движения автомобилю /марка 2/ под управлением Б1., при этом выбрал скорость, которая превышала установленное ограничение для движения в населенном пункте и не обеспечила безопасность движения управляемого им автомобиля, допустив столкновение транспортных средств, повлекшее занос его автомобиля и наезд на пешехода Ш1.

Ссылка в жалобе защитника на нарушение водителем /марка 2/ Б1. пункта 8.3 правил дорожного движения, обязывающего водителя при выезде на дорогу с прилегающей территории уступить дорогу транспортным средствам, лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги – пешеходам, велосипедистам и лицам, использующим для передвижения средства индивидуальной мобильности, путь движения которых он пересекает, сделана вопреки установленным обстоятельствам, учитывая, что участок кругового движения на перекрестке проспектов Ленина и Советский **** в силу правил дорожного движения Российской Федерации не относится к прилегающей территории.

Доводы о несоответствии действий водителя Б1. требованиям ПДД ввиду несоблюдения ею безопасного бокового интервала высказаны вопреки рассмотренным доказательствам, без учета траектории движения автомобилей и вывод о виновности ФИО1 под сомнение не ставят.

Вопреки содержащимся в жалобе утверждениям, суд проверил и доводы стороны защиты о том, что к аварии привело нарушение водителем автомобиля /марка 2/ пунктов 8.1 и 8.4 правил дорожного движения, обоснованно признав их несостоятельными, поскольку именно ФИО1 нарушил пункты 8.5 абзац 1, п. 10.1 абзац 1, п. 10.2 ПДД, то есть не выбрал необходимую и безопасную скорость для движения и при съезде с кругового движения не занял соответствующее крайнее положение на проезжей части, не предоставив преимущественное право движения транспортному средству /марка 2/, двигавшемуся без изменения движения в указанном стрелками знака 4.3 «Круговое движение» направлении, что не позволило ему предотвратить дорожно-транспортное происшествие.

Таким образом, нарушение ФИО1 указанных правил находится в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде причинения по неосторожности смерти пешеходу Ш1., что свидетельствует о правильной правовой оценке действий осужденного по ч. 3 ст. 264 УК РФ и отсутствии оснований для его оправдания.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения. Неустранимых сомнений в виновности ФИО1, которые могли быть истолкованы в его пользу и повлечь за собой отмену или изменение приговора, не имеется. Все сомнения в обстоятельствах содеянного осужденным, о наличии которых заявляет сторона защиты, судом проверены и оценены в соответствии с требованиями УПК РФ. 

При назначении наказания осужденному в соответствии с положениями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ судом в полной мере приняты во внимание сведения о личности виновного, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, а также наличие смягчающего обстоятельства, коим признано наличие хронических заболеваний, и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также характер и степень общественной опасности преступления (в том числе, исходя из его тяжести и конкретных обстоятельств совершения), в связи с чем справедливо принято решение о назначении наказания в виде лишения свободы.

Вместе с тем, приняв во внимание положительно характеризующие осужденного данные, который впервые привлекается к уголовной ответственности, его состояние здоровья, суд принял решение о замене ФИО1 наказания в виде лишения свободы принудительными работами, не усмотрев препятствий для отбывания им данного вида наказания. 

Вопреки доводам жалобы, данных об активном способствовании ФИО1 расследованию преступления, совершенного в условиях очевидности, материалы дела не содержат.

Основания для применения условного осуждения (ст. 73 УК РФ) отсутствуют, поскольку исправление осужденного без реального отбывания наказания невозможно.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления и поведения осужденного, неоднократно привлеченного в 2022-2023гг. к административной ответственности за нарушения в сфере безопасности дорожного движения, в том числе несоблюдение скоростного режима (л.д. 65-66 том 2), суд посчитал невозможным сохранение за ним права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, обоснованно применив указанное дополнительное наказание, которое согласно санкции ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы и принудительным работам является обязательным.

В тоже время в соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, выраженной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 (в редакции от 18.12.2018) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» при замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное к лишению свободы, в том числе и в качестве обязательного, не назначается. Суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам (пункт 22.3).

Суд при назначении наказания ФИО1 не учел указанные разъяснения Верховного Суда РФ, назначив дополнительное наказание и к лишению свободы, что влечет необходимость внесения в приговор соответствующих изменений, в том числе исключение из резолютивной части приговора указания о назначении ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, к лишению свободы. 

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, для применения ст. 64 УК РФ и назначения более мягкого вида наказания, чем предусмотрено законом за его совершение, либо неприменения дополнительного наказания не имеется.

Таким образом, при решении вопроса о виде и размере назначаемого ФИО1 наказания все значимые обстоятельства, обеспечивающие реализацию принципа индивидуализации ответственности, судом учтены, суд апелляционной инстанции находит его соразмерным содеянному и справедливым. 

Принятое судом решение в части гражданских исков потерпевших Ш-вых о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда отвечает требованиям ст.ст. 1064, 151, 1101 ГК РФ.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принял во внимание характер физических и нравственных страданий братьев Ш-вых, причиненных гибелью самого близкого им человека – матери, степень вины осужденного, его материальное и семейное положения, а также требования разумности и справедливости, обоснованно приняв решение об их удовлетворении с учетом пределов, заявленных потерпевшими.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что потерпевшему Ш3. должны быть возмещены средства, затраченные на представителя, за оказание юридических услуг по составлению искового заявления и консультации по делу о возмещении вреда, причиненного преступлением, в размере 4500 рублей, что подтверждается договором от 13 марта 2024 года и кассовыми чеками, правильно указав, что данные расходы в силу п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам, но постановив о взыскании указанной суммы с осужденного ФИО1

Между тем судом не принято во внимание, что расходы потерпевшего по оплате услуг представителя подлежат возмещению из средств федерального бюджета с последующим решением вопроса о взыскании этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства.

Взыскание процессуальных издержек с участников судебного разбирательства, а не из средств федерального бюджета, противоречит требованиям закона. Данное нарушение является существенным, влечет отмену судебного решения в указанной части с принятием нового решения. 

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, в результате апелляционного рассмотрения не выявлено.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Березниковского городского суда Пермского края от 9 апреля 2024 года в отношении ФИО1 изменить:

считать ФИО1 осужденным по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году лишения свободы, исключив из резолютивной части приговора указание о назначении к лишению свободы дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года 6 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ заменить назначенное ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ наказание в виде 1 года лишения свободы принудительными работами на 1 год с удержанием 15 % из заработной платы осужденного в доход государства, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 2 года 6 месяцев.

Отменить решение о взыскании с ФИО1 в пользу потерпевшего Ш3. процессуальных издержек в сумме 4500 рублей, связанных с возмещением расходов на услуги представителя.

Возместить потерпевшему Ш3. расходы на представителя в сумме 4500 рублей за счет средств федерального бюджета через бухгалтерию Управления Судебного департамента в Пермском крае.

Процессуальные издержки, связанные с возмещением расходов потерпевшего на представителя, в сумме 4500 рублей в доход федерального бюджета взыскать с осужденного ФИО1

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Масленникова Д.В. – без удовлетворения. 

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Челябинск) путем подачи кассационной жалобы, представления через суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ. 

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий (подпись)