дело № (2-289/2020)

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

15 июня 2021 года

<

адрес> края

Суксунский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего Брагина Ю.В. при секретаре судебного заседания ФИО4 с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО10,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО9,

представителя третьего лица ФИО11 – ФИО12,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства, применении последствий недействительности сделки, признании ФИО3 не приобретшим право собственности на транспортное средство, возложении на продавца ФИО2 обязанности по передаче покупателю ФИО1 транспортного средства по договору купли-продажи транспортного средства, взыскании расходов по уплате государственной пошлины,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возложении на ответчика обязанности по договору купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ по передаче истцу транспортного средства – седельного тягача 

<

данные изъяты> №, впоследствии уточнил исковые требования, предъявив их к ФИО2 и ФИО3, просил:

- признать недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки, признать ФИО3 не приобретшим право собственности на транспортное средство: седельный тягач 

<

данные изъяты> №, 

- возложить на продавца ФИО2 обязанность по передаче покупателю ФИО1 вышеуказанного транспортного средства по договору купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, паспорта транспортного средства ТС 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, 

- возместить истцу судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 10 200 руб.

В обоснование уточненных исковых требований стороной истца указано следующее. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи транспортного средства, в соответствии с которым в собственность ФИО1 перешло вышеуказанное транспортное средство. ФИО1 свое обязательство по оплате цены договора исполнил, ФИО2 обязанность по передаче транспортного средства не исполнил до настоящего времени. С исковым требованием обязать продавца ФИО2 передать покупателю спорное транспортное средство ФИО1 обратился в Суксунский районный суд 

<

адрес>, по данному заявлению было возбуждено гражданское дело. В судебном заседании по делу представителю ФИО1 стало известно, что спорное транспортное средство было перепродано ответчиком ФИО2 еще раз – ответчику ФИО3, т.е. уже после продажи транспортного средства истцу (т.2 л.д.92-93).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО10 на уточненных исковых требованиях настаивала по изложенным в уточненном исковом заявлении доводам.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом, ранее в судебном заседании пояснял, что с иском не согласен, договор купли-продажи транспортного средства со ФИО1 он не заключал, денежные средства от него не получал.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО9 с иском не согласна, представила письменный отзыв на исковое заявление (т.1 л.д.32-33), дополнительные пояснения (т.2 л.д.9-11), поддержала доводы ответчика ФИО2 о незаключении им спорного договора купли-продажи транспортного средства, пояснила, что данный договор ФИО2 со ФИО1 не заключал, он подписал пустой бланк данного договора в сентябре-октябре 2019 года, сделал это вынужденно, поскольку это было обязательным условием при заключении договора займа с ФИО11, за которого по доверенности действовал ФИО5, после чего подписанный им бланк договора передал займодавцу. Все остальные рукописные записи в договоре были выполнены позднее, в марте 2020 года, либо еще позже, без его согласия. Полагает, что сторона истца лишила ответчика ФИО2 возможности представить в обоснование своей позиции заключение эксперта, полученное в рамках назначенной судом экспертизы, по давности изготовления документа, представив оригинал договора, который ранее был подвергнут порче.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО11, привлеченный к участию в деле по ходатайству представителя истца определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица ФИО12 не возражала против удовлетворения уточненных исковых требований, пояснила, что при заключении договора займа с условием о залоге от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО11 ФИО2 бланк договора купли-продажи транспортного средства займодавцу не передавал. Полагает, что ФИО11 не мог требовать у ФИО2 подписанный им бланк договора купли-продажи, поскольку при заключении указанного договора займа транспортное средство седельный тягач был передан в залог ФИО11

Заслушав участников судебного процесса, изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Обращаясь с иском по настоящему делу, сторона истца в обоснование заявленного искового требования о возложении на ответчика ФИО2 обязанности по передаче истцу транспортного средства по договору купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ представила в суд копию договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, согласно условиям которого продавец ФИО2 обязался передать в собственность покупателя ФИО1, а последний – принять и оплатить транспортное средство – седельный тягач 

<

данные изъяты> года выпуска, VIN №, красного цвета, гос. рег. знак № (пункт 1.1 договора); передача транспортного средства осуществляется продавцом в момент передачи покупателем продавцу денежных средств в счет оплаты стоимости транспортного средства согласно п. 2 договора (пункт 1.3 договора); стоимость транспортного средства составляет 700 000 руб. (пункт 2 договора). Факт получения продавцом денежных средств, а покупателем – транспортного средства подтверждается подписями с расшифровками от имени ФИО2 и ФИО1 в пункте 5 договора «подписи сторон» (т.1 л.д.9).

Из объяснений ответчика ФИО2, его представителя ФИО9 следует, что договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 со ФИО1 не заключал, он подписал пустой бланк данного договора в сентябре-октябре 2019 года, сделал это вынужденно, поскольку это было обязательным условием при заключении договора займа с с ФИО11, за которого по доверенности действовал ФИО5, после чего подписанный им бланк договора передал займодавцу. Все остальные рукописные записи в договоре были выполнены позднее, в марте 2020 года, либо еще позже, без его согласия.

Из объяснений представителя истца ФИО1 – ФИО10 следует, что весь договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ был составлен ФИО2 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в д. 

<

адрес>. Денежные средства были переданы ФИО1 ФИО2 при заключении договора, передача же транспортного средства ФИО2 ФИО1 по устной договоренности сторон должна была состояться примерно через месяц, по возвращению транспортного средства из рейса.

В соответствии с положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлинник вышеуказанного договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ был истребован у истца определением судьи Суксунского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ при принятии искового заявления к производству суда и назначении по делу предварительного судебного заседания на ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.1).

ДД.ММ.ГГГГ от стороны истца в суд поступило ходатайство об отложении предварительного судебного заседания в связи с занятостью представителя истца (т.1 л.д.27). Подлинник договора в предварительное судебное заседание представлен не был. В целях подтверждения доводов ответчика ФИО2 о незаключении им вышеуказанного договора купли-продажи транспортного средства, о давности изготовления данного документа стороной ответчика ФИО2 в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ было заявлено ходатайство о назначении судебной технико-криминалистической экспертизы с истребованием у истца подлинника договора купли-продажи. В связи с необходимостью разрешения ходатайства о назначении судебной экспертизы, отсутствием стороны истца предварительное судебное заседание было отложено на ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.32-52, 53-55).

Перед предварительным судебным заседанием, назначенным на ДД.ММ.ГГГГ, сторона истца ходатайствовала об его отложении, привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО11 (т.1 л.д.65-66), подлинник договора купли-продажи транспортного средства не представила. В связи с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО11 предварительное судебное заседание было отложено на ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.70).

В предварительное судебное заседание ДД.ММ.ГГГГ стороной истца договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ вновь представлен не был, представитель истца ФИО10 пояснила, что данный договор истец ФИО1 представит в судебное заседание лично. В связи с неисполнением стороной истца требования суда о предоставлении подлинника договора, факт заключения которого оспаривался стороной ответчика, суд был лишен возможности разрешить ходатайство ответчика ФИО2 о назначении по делу судебной экспертизы давности документа. При этом представителю истца судом были разъяснены положения ч. 3 ст. 79 ГПК РФ о том, что при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым. Судебное заседание было назначено на ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.91-94).

Согласно протоколу судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ суду представителем истца был представлен подлинник договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ. Указанный подлинник был подвергнут порче, то есть в документе имелись вырезки, как следует из пояснений представителя истца, допущенные при исследовании документа специалистом ФГБОУ ВПО «Пермский государственный национальный исследовательский университет» ФИО7 (т.1 л.д.179-186). 

В соответствии с представленным стороной истца заключением специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ ФГБОУ ВПО «Пермский государственный национальный исследовательский университет» ФИО7 производство исследования представленного ему договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ начато ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.122-132). При этом указанное обстоятельство не было сообщено представителем истца суду в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Поскольку доводы истца и возражения ответчика ФИО2 о дате проставления подписи от имени ФИО2 в договоре от ДД.ММ.ГГГГ могли быть подтверждены или опровергнуты только путем проведения специального исследования документа, учитывая, что установление выполнения подписи, соответствие даты договора дате выполнения подписи, требует специальных познаний, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему делу была назначена судебно-техническая экспертиза материалов документа (по установлению давности выполнения реквизитов документа) – договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ – седельного тягача 

<

данные изъяты> VIN №, с поручением ее проведения экспертам ФБУ Пермская лаборатория судебной экспертизы и постановкой на разрешение экспертов следующих вопросов:

- соответствует ли дата выполнения рукописных записей основного текста договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ дате, указанной в документе - ДД.ММ.ГГГГ? Если дата выполнения рукописных записей основного текста договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует дате, указанной в документе, то когда были выполнены указанные рукописные записи?

- соответствует ли дата выполнения подписей и расшифровок подписей от имени ФИО2 на договоре купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ дате, указанной в документе - ДД.ММ.ГГГГ? Если дата выполнения подписей и расшифровок подписей от имени ФИО2 на договоре купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует дате, указанной в документе, то когда были выполнены указанные рукописные записи и подписи?

- соответствует ли дата выполнения подписей и расшифровок подписей от имени ФИО1 на договоре купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ дате, указанной в документе - ДД.ММ.ГГГГ? Если дата выполнения подписей и расшифровок подписей от имени ФИО1 на договоре купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует дате, указанной в документе, то когда были выполнены указанные рукописные записи и подписи?

- в одно или в разное время выполнены рукописные записи основного текста документа и подписи и расшифровки подписей от имени ФИО2 на договоре купли- продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ?

- в одно или в разное время выполнены рукописные записи основного текста документа и подписи и расшифровки подписей от имени ФИО1 на договоре купли- продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ?

- подвергался ли исследуемый документ агрессивному воздействию? (т.1 л.д.187-188)

Согласно заключению эксперта ФБУ Пермская лаборатория судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ представленный на исследование документ: договор купли-продажи седельного тягача от ДД.ММ.ГГГГ подвергался химическому (воздействию каким-то органическим растворителем) и световому и/или термическому воздействию. По причине непригодности документа для исследования ввиду химического и светового и/или термического воздействия на него не представилось возможным ответить на поставленные судом вопросы, в том числе определить, соответствует ли дата выполнения подписей и расшифровок подписей от имени ФИО2 на этом договоре дате, указанной в документе, определить, когда были выполнены эти подписи и расшифровки подписей (т.1 л.д.208-223).

Оснований не доверять данному заключению эксперта не имеется, экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы эксперту данной организации в соответствии с профилем деятельности, эксперт имеет соответствующую квалификацию по специальности «исследование материалов документов», заключение содержит необходимые исследования, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы, сделанный экспертом вывод обладает необходимой полнотой и ясностью, в полной мере мотивирован, экспертное заключение содержит описание методов исследования и оборудования, на котором проводилось исследование, к заключению эксперта приложены материалы, иллюстрирующие данное заключение, перед проведением экспертизы эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Представителем истца представлено суду заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ ФГБОУ ВПО «Пермский государственный национальный исследовательский университет» ФИО7, согласно выводам которого текст подписей от имени ФИО2 и ФИО1 на договоре купли-продажи седельного тягача от ДД.ММ.ГГГГ выполнены в интервале от шести месяцев до одного года; по совокупности признаков вероятно подписи могут быть сделаны в один период времени (т.1 л.д.122-132).

Ответчик ФИО2 с указанными выводами специалиста не согласен, представил в обоснование своих возражений рецензию №, составленную рецензентом ФИО6 (т.2 л.д.67-81).

Как следует из указанной рецензии, специалист ФИО7 имеет стаж экспертной и исследовательской работы в области химической экспертизы с 1982 года, однако для решения вопроса по определению давности выполнения реквизитов документов необходимо иметь соответствующую квалификацию на право самостоятельного проведения «экспертизы материалов письма», что отсутствует у данного специалиста. Затрудняют возможность проверки обоснованности и достоверности выводов специалиста в соответствии с требованиями ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» следующие недостатки: отсутствие в заключении указания наименования проведенного исследования; описание установленных специалистом морфологических признаков штрихов исследуемых объектов без их иллюстрации; отсутствие достоверной информации об использованных для сравнительного исследования образцах паст, указано лишь, что они имеют состав, сходный с образцами материала штрихов подписи от имени ФИО2 и ФИО1, выдержанные соответственно 6 месяцев, год и два года в естественных условиях. Однако отсутствует какая-либо информация о наличии данных документов, их наименовании, иллюстрации, а также каком-либо исследовании их реквизитов, позволяющих однозначно утверждать о сходности паст материала штрихов и указанной давности выполнения вышеуказанных образцов. Полагает, что указанные недостатки свидетельствуют о поверхностном и необъективно проведенном исследовании, что ставит его результаты под сомнение, сделанные специалистом ФИО7 выводы являются необоснованными и недостоверными (т.2 л.д.67-81).

Как следует из заключения специалиста ФИО7, он при проведении исследования руководствовался ст. 41 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В части 1 статьи 41 данного Федерального закона определено, что в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами.

На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части 1 статьи 41 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», распространяется действие статей 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, части 2 статьи 18, статей 24 и 25 этого федерального закона, в частности положений о задаче, правовой основе, принципах судебно-экспертной деятельности, необходимости обеспечения независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований и др. (часть 2 статьи 41 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» заключение должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов. 

К заключению эксперта необходимо прикладывать материалы, иллюстрирующие данное заключение в соответствии с ч. 3 ст. 25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» Однако, к заключению специалиста не приложены иллюстрации подвергнутых им исследованию путем вырезок штрихов подписей сторон. 

Следовательно, как обоснованно указано в рецензии, выполненной рецензентом ФИО6, заключение специалиста ФИО7 не отвечает требованиям указанных выше положений Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», тогда как, исходя из требований ст. 41 указанного Федерального закона, положения статьи 8 и статьи 25 Федерального закона о государственной судебно-экспертной деятельности должны быть соблюдены при составлении заключения специалистом.

Таким образом, заключение специалиста ФИО7, как имеющее указанные судом недостатки, не отвечающее принципам обоснованности, однозначности и проверяемости, в силу положений ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является допустимым доказательством и соответственно не подтверждает, что подпись ФИО2 и подпись ФИО1 в договоре купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ были выполнены в указанную в нем дату ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно части 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Часть 3 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

В силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Таким образом, учитывая изложенные выше обстоятельства, суд считает, что действия истца не были разумными и добросовестными, поскольку им не был представлен по неоднократному запросу суда оригинал договора купли-продажи седельного тягача 

<

данные изъяты>, VIN № от ДД.ММ.ГГГГ как единственное доказательство факта заключения данного договора между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 Представленный же впоследствии стороной истца оригинал документа (договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ) согласно выводам судебно-технической экспертизы материалов документа (по установлению давности выполнения реквизитов документа) подвергался химическому и световому и/или термическому воздействию, вследствие чего определить давность его изготовления, определить когда были выполнены подписи и расшифровки подписей от имени ФИО2 на этом договоре не представляется возможным (т.1 л.д.208-223).

Следовательно, по вине истца, не представившего не подвергнутый порче оригинал документа, ответчик был лишен возможности подтвердить с помощью единственно допустимого и относимого в данном случае доказательства, заключения эксперта по давности изготовления документа, заявленные им в отзыве доводы о подписании им документа ранее указанной в нем даты и незаключении договора с истцом.

Кроме того, данные действия истца, исходя из положений ч. 3 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд расценивает как недобросовестное процессуальное поведение, как уклонение от участия в экспертизе и полагает, что истцом не представлено надлежащих и допустимых доказательств заключения между истцом и ответчиком ФИО2 договора купли-продажи транспортного средства и получения ответчиком ФИО2 от истца денежных средств за проданное транспортное средство по представленному документу - договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, по которому истец просит обязать ФИО2 передать ему транспортное средство.

Исходя из установленных судом обстоятельств и изложенных выше норм права, оснований для удовлетворения искового требования о возложении на ФИО2 обязанности по передаче ФИО1 транспортного средства седельного тягача 

<

данные изъяты>, VIN № по договору купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, паспорта транспортного средства ТС 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Доказательства, касающиеся местонахождения ФИО2, ФИО1 на дату ДД.ММ.ГГГГ, с учетом того, что сторона ответчика по вине стороны истца была лишена возможности исследовать экспертным путем договор купли-продажи транспортного средства – единственно допустимое и относимое в данном случае доказательство, выводы суда не опровергают.

Иск в этой части удовлетворению не подлежит.

Относительно исковых требований о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки, признании ФИО3 не приобретшим право собственности на транспортное средство: седельный тягач 

<

данные изъяты> VIN № судом установлено следующее.

Стороной ответчика ФИО2 суду представлен договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, согласно условиям которого продавец ФИО2 продал, а покупатель ФИО3 купил транспортное средство – седельный тягач 

<

данные изъяты>, 2001 года выпуска, VIN №.

Вышеуказанные исковые требования ФИО1 обоснованы тем, что по оспариваемой сделке ФИО2 продал уже ранее проданное им ФИО1 транспортное средство, т.е. продал транспортное средство, собственником которого на момент совершения оспариваемой сделки не являлся, не имел права им распоряжаться.

Между тем, согласно сведениям ГИБДД МО МВД России «Суксунский» от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ и по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ собственником вышеуказанного транспортного средства являлся ФИО2 (т.1 л.д.22).

Факт заключения договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ между продавцом ФИО2 и покупателем ФИО1 судом не установлен. Доказательств заключения данного договора стороной истца в суд не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

При изложенных обстоятельствах, по приведенным стороной истца доводам, судом не установлено, что оспариваемый договор купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3, нарушает требования закона или иного правового акта.

ФИО2 являлся собственником транспортного средства, следовательно мог им распоряжаться. Доказательств того, что при отчуждении им транспортного средства ФИО3, были нарушены права и интересы ФИО1 не представлено. Факт заключения ФИО1 с ФИО2 договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ судом не установлен.

Оснований для признания данного договора недействительной сделкой не имеется, соответственно нет оснований для удовлетворения производных исковых требований о применении последствий недействительности сделки, признании ответчика ФИО3 не приобретшим право собственности на транспортное средство: седельный тягач 

<

данные изъяты>, VIN №.

Иск в этой части удовлетворению также не подлежит.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении иска, то в силу ст. 98 ГПК РФ оснований для взыскания в пользу истца расходов по оплате государственной пошлины в размере 10 200 руб. не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки, признании ФИО3 не приобретшим право собственности на транспортное средство седельный тягач 

<

данные изъяты>, VIN №, возложении на продавца ФИО2 обязанности по передаче покупателю ФИО1 вышеуказанного транспортного средства по договору купли-продажи транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, паспорта транспортного средства ТС 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, возмещении истцу судебных расходов в виде уплаченной государственной пошлины отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в 

<

адрес>вой суд через Суксунский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий

Ю.В. Брагин