РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новоалександровск 09 июля 2019 года

Новоалександровский районный суд Ставропольского края в составе председательствующего судьи Карпенко Д.Н.,

при секретаре Ловчиковой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУ-УПФ РФ по Новоалександровскому району Ставропольского края (межрайонное) об обязанности обеспечить переход на страховую пенсию по старости в связи с работой с вредными условиями труда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Новоалександровский районный суд с иском к ГУ-УПФ РФ по Новоалександровскому району Ставропольского края (межрайонное) об обязанности обеспечить переход на страховую пенсию по старости в связи с работой с вредными условиями труда. Требования мотивированы тем, что он проработал во вредных условиях труда машинистом по обслуживанию аммиачно-холодильных установок длительный период времени. На основании изложенного просит обязать ответчика обеспечить переход на страховую пенсию по старости в связи с работой с вредными условиями труда. 

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании настаивали на удовлетворении иска. 

Представитель ответчика ГУ-УПФ РФ по Новоалександровскому району Ставропольского края (межрайонное) по доверенности ФИО3 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований истца, представив письменный отзыв на рассматриваемое исковое заявление. Указала, что истец с заявлением о переходе на страховую пенсию по старости в связи с работой с вредными условиями труда в пенсионный орган не обращался. Решение пенсионным органом по каким либо вопросам пенсионного обеспечения ФИО1 не принималось. С истцом велась переписка рекомендательно-информационного характера.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 39 Конституции Российской Федерации гарантировано право каждому гражданину на социальное обеспечение по возрасту. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Согласно статье 8 Федерального закона Российской Федерации № 400-ФЗ от 28.12.2013 «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Подпунктом 2 п. 1 ст. 30 этого закона предписано, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и 10 лет и имеют страховой стаж соответственно не менее 25 лет и 20 лет. В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного статьей 8 настоящего Федерального закона, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы мужчинам и за каждые 2 года такой работы женщинам.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 является получателем страховой пенсии по инвалидности с 21.07.2005. 

10.07.2018 ФИО1 обратился в Управление на консультацию по вопросу оценки пенсионных прав застрахованных лиц. 

24.12.2018 ГУ-УПФ РФ по Новоалександровскому району Ставропольского края (межрайонное) истцу дан письменный ответ на его обращение.

28.12.2018 истцу дан ответ, что продолжительность стажа работы с тяжелыми условиями труда по Списку № 2 составляет 2 года 1 месяц 19 дней. Право на досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях» у него отсутствует. 

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий; при этом суд, являющийся субъектом гражданского судопроизводства, активность которого в собирании доказательств ограничена, обязан создавать сторонам такие условия, которые обеспечили бы возможность реализации ими процессуальных прав и обязанностей, а при необходимости, в установленных законом случаях, использовать свои полномочия по применению соответствующих мер.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. 

Согласно ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

На основании ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определёнными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласуясь с закреплёнными в ст.ст. 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, части 1 статьи 19, ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в ст. 9 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципе диспозитивности, приведённые выше положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объёма своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объёма предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.

При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч. 2 ст. 57, ст. 62, 64, ч. 2 ст. 68, ч. 3 ст. 79, ч. 2 ст. 195, ч. 1 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.04.2010 № 478-О-О указано, что норма ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в ч. 1 ст. 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Обязанность по доказыванию приведённых обстоятельств возложена процессуальным законом (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) на заинтересованное лицо, обратившееся в суд за защитой права.

Законодательством, регулирующим правоотношения в рассматриваемой сфере в спорный период установлен исключительно заявительный характер назначения, перерасчета размеров и выплаты трудовых, страховых пенсий (ст. 18 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», ст.ст. 22, 23 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»).

Из представленных истцом доказательств не следует, что он обращался с заявлением о назначении ему страховой пенсии по старости в связи с работой с вредными условиями труда, что пенсионным органом принималось решение по каким-либо вопросам пенсионного обеспечения ФИО1 И напротив, из писем ответчика истцу, явно следует, что переписка между пенсионным органом и истцом имела исключительно разъяснительный характер. Отсутствие факта подачи заявления по спорному вопросу в пенсионный орган установлено в судебном заседании.

В этой связи суд приходит к выводу, что истцом не представлено достаточных, достоверных и допустимых доказательств доводам своего иска, а потому оснований для его удовлетворения не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ГУ-УПФ РФ по Новоалександровскому району Ставропольского края (межрайонное) об обязанности обеспечить переход на страховую пенсию по старости в связи с работой с вредными условиями труда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Новоалександровский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда.

Судья Д.Н. Карпенко