Р Е Ш Е Н И Е

 № 7-31/2017 

27 сентября 2017 года п. Власиха Московской области

Судья 3 окружного военного суда ФИО1, при секретаре Байдаченко О.А., с участием помощника военного прокурора _ военной прокуратуры гарнизона Московской городской военной прокуратуры ФИО2, а также ФИО3 и его защитника - адвоката Макоклюева Д.А., в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев жалобы ФИО3 и его защитника - адвоката Макоклюева Д.А. на постановление судьи Балашихинского гарнизонного военного суда от 24 июля 2017 года, в соответствии с которым производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.3 КоАП РФ, в отношении военнослужащего 

ФИО3, 

на основании ч. 2 ст. 24.5 КоАП РФ было прекращено, а соответствующие материалы дела направлены начальнику ФГКУ «Военный университет» для рассмотрения вопроса о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности, 

У С Т А Н О В И Л:

7 апреля 2017 года заместителем военного прокурора _ военной прокуратуры гарнизона в отношении военнослужащего ФИО3 возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.3 КоАП РФ.

Поводом к возбуждению дела об административном правонарушении послужили материалы, поступившие военному прокурору из отдела _ России по ВА и НИИ гор. Москвы, в которых содержалось сообщение о том, что Юрков в период с 2012 года по 2013 год в нарушение положений п. 1 ст. 1 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» и ст.6 Федерального закона «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов» разместил в свободном доступе для неограниченного круга пользователей социальной сети «_» (т.е. публично) на своей персональной странице под сетевым именем «_» изображения с элементами нацистской символики и атрибутики.

Таким образом, Юрков посредством телекоммуникационной сети «Интернет» публично демонстрировал нацистскую атрибутику и символику, пропаганда либо публичное демонстрирование которых запрещены федеральными законами, в связи с чем, его действия были квалифицированы, как административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст.20.3 КоАП РФ.

Постановлением судьи Балашихинского гарнизонного военного суда от 24 июля 2017 года после выяснения всех обстоятельств, производство по данному делу об административном правонарушении на основании ч. 2 ст. 24.5 КоАП РФ было прекращено, а соответствующие материалы направлены начальнику ФГКУ «Военный университет» для рассмотрения вопроса о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности. 

В своих жалобах защитник - адвокат Макоклюев и Юрков, не соглашаясь с постановлением судьи, просят его отменить и прекратить производство по делу за отсутствием в действиях ФИО3 состава административного правонарушения, в обоснование чего приводят доводы, суть которых сводится к следующему.

Так, адвокат Макоклюев полагает, что указанное решение является незаконным и подлежит отмене, поскольку не основано на положениях действующего законодательства РФ. Судом, по его мнению, неправильно применены нормы материального права, а выводы суда построены на доказательствах, добытых с нарушением действующего законодательства. 

По мнению защитника, судьей не дана оценка процессуальным нарушениям, допущенным должностными лицами – прокурором, возбудившим производство по данному делу за пределами установленных сроков, а также сотрудниками _, проводившими оперативно-розыскные мероприятия в отсутствие на то соответствующих оснований. 

Кроме того, судьей не были выяснены и оценены доводы стороны защиты, связанные с удалением ФИО3 из закрытой группы указанной выше социальной сети запрещенных к опубликованию фотографий.

Необоснованно было проигнорировано и заявленное стороной защиты ходатайство о назначении по делу психолого-лингвистической и компьютерно-технической судебных экспертиз.

Не усматривая в действиях ФИО3 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.3 КоАП РФ, сторона защиты полагает, что имеющееся в деле заключение, не может являться доказательством по делу, поскольку привлеченный по делу специалист, не предупреждался об административной ответственности за дачу заведомо ложных пояснений, в вынесенном им документе отсутствуют какие-либо сведения о лице, составившем заключение. По этой же причине, как считает адвокат, данный документ не может рассматриваться как заключение эксперта, поскольку не соблюдены требования, предусмотренные ст. 25.9 КоАП РФ. 

Что же касается пояснений приглашенного судом специалиста по ранее данному заключению, то, по мнению адвоката, поскольку они не были оформлены надлежащим образом как заключение эксперта, они не могут быть использованы судом как доказательства по делу. 

Далее адвокат обращает внимание суда второй инстанции на тот факт, что в судебном заседании им было заявлено ходатайство о прекращении производства по делу на основании ст. 4.5 КоАП, в связи с истечением трехмесячного срока привлечения к административной ответственности.

Как полагает сторона защиты, военнослужащий может быть привлечен к дисциплинарной ответственности в течении года, если суд принял соответствующее решение в течении установленных законом трех месяцев, в противном случае это нарушает конституционные права военнослужащих при рассмотрении их дел в порядке административного судопроизводства.

Кроме того, как отмечает автор данной жалобы, отклонив ходатайство стороны защиты о прекращении производства по делу на основании ст. 4.5 КоАП РФ, суд вынес решение о прекращении производства по делу на основании, предусмотренном ч. 2 ст. 24.5 КоАП РФ, лишив заявителя права на защиту и возможность доказать свою невиновность.

В заключение жалобы, адвокат Макоклюев считает, что суд, не установил все обстоятельства совершения ФИО3 административного правонарушения, не дал оценки нарушениям, допущенным должностными лицами в ходе проверки, необоснованно признал его виновным в совершении указанного административного правонарушения и незаконно направил материалы командованию для привлечения его к дисциплинарной ответственности.

Соглашаясь с мнением защитника-адвоката Макоклюева, изложенным им в жалобе и приведенными им доводами, Юрков также просит суд второй инстанции отменить постановление судьи Балашихинского гарнизонного военного суда и прекратить производство по делу, и, наряду с изложенными адвокатом доводами, приводит свои, сущность которых сводится к следующему.

Как указывает Юрков, судом не дана оценка тому факту, что в своих объяснениях он говорил об отсутствии у него умысла на совершение административного либо дисциплинарного проступка, который можно было бы квалифицировать как действие, выразившееся в демонстрации нацистской атрибутики и символики. Судом проигнорирован тот факт, что представленные в деле копии изображений не содержали комментарии пользователей социальной сети «_», в которых было бы его осуждение изображенных действий. Были представлены фрагменты страницы по выбору оперативного работника и намеренно скрыты факты, выражающие его осуждение.

Помимо этого, он, Юрков, не осознавал, что за размещение данных изображений его могут привлечь к административной ответственности.

По мнению автора данной жалобы, не была дана правовая оценка тому факту, что изображения, на которые обратили внимание в правоохранительных органах, были размещены им в период 2012-2013 года и, в связи с истечением длительного времени, он о них забыл, не придавал им особого значения, в связи с чем считает, что его проступок не является общественно опасным.

Кроме того, Юрков считает, что он, как военнослужащий, не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, поскольку изображения им были размещены в период с 2012 по 2013 год, а он на момент совершения им административного правонарушения еще не был военнослужащим. Таким образом, судья неверно применил нормы материального и процессуального права.

Автор жалобы также обращает внимание суда второй инстанции на тот факт, что лингвистическое заключение специалиста было сделано им до возбуждения дела об административном правонарушении, он был лишен возможности поставить вопросы перед экспертом, а значит, по его мнению, было нарушено его право на защиту, в связи с чем, данное заключение не может быть принято судом как доказательство по делу.

Специалист не предоставил документов подтверждающих его квалификацию и уровень знаний, которые позволяют ему давать свое заключение, в данном заключении специалиста содержится субъективное отношение специалиста к материалам, в отношении которых он проводит свое исследование.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы жалоб, 3 окружной военный суд приходит к следующим выводам.

Как усматривается из оспариваемого постановления, судья, прекращая производство по делу, обоснованно руководствовалась ч.2 ст.24.5 КоАП РФ.

Принимая решение о направлении материалов дела начальнику ФГКУ «Военный университет» для рассмотрения вопроса о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности, суд первой инстанции, вопреки утверждению авторов жалоб об обратном, в силу статьи 26.1 КоАП РФ выяснил обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу и пришел к правильному выводу о том, что, поскольку Юрков публично на своей персональной странице социальной сети «_» под сетевым именем «_» демонстрировал нацистские атрибутики и символики, пропаганда либо публичное демонстрирование которых запрещены федеральными законами, совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст. 20.3 КоАП РФ. 

При этом, доводы авторов жалоб о недоказанности совершенного ФИО3 административного правонарушения, являются необоснованными.

Правильность выводов судьи о событии административного правонарушения и вине ФИО3 в его совершении подтверждается приведенными в постановлении доказательствами, которые получены с соблюдением установленного порядка и отнесены статьей 26.2 КоАП РФ к числу доказательств по делу об административном правонарушении.

Доказательства оценены судьей по правилам ст. 26.11 КоАП РФ на основании всестороннего, полного и объективного исследования всех доказательств дела в их совокупности с изложением в постановлении мотивов, по которым одни доказательства положены в основу принятого решения, а другие отвергнуты как недостоверные.

Так, вина ФИО3 в инкриминируемом ему правонарушении подтверждается протоколом оперативно-розыскного мероприятия с приложенными распечатанными снимками экрана интернет-страницы пользователя с сетевым именем «_», письменными объяснениями самого ФИО3, данными им в ходе проведения прокурорской проверки, в которых он подтверждает факт размещения в интернете указанных снимков.

Вина ФИО3 в инкриминируемом ему административном правонарушении подтверждается также и заключением специалиста по результатам проведенного лингвистического исследования в ходе проведения прокурорской проверки, в соответствии с которым с позиции лингвистической квалификации в представленных на исследование материалах имеются высказывания, содержащие лингвистические признаки одобрения элементов национал-социалистического движения, а в представленных материалах имеется публичное демонстрирование нацистской атрибутики.

Именно с учетом разъяснений специалиста, данных им 23 марта 2017 года, работникам правоохранительных органов стало известно о том, что в действиях ФИО3 содержатся признаки административного правонарушения, в связи с чем, 7 апреля 2017 года заместителем военного прокурора _ военной прокуратуры гарнизона в отношении него было возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.3 КоАП РФ. 

Неосведомленность ФИО3 об общественной опасности своих действий, на что он указывает в жалобы, не освобождает его от ответственности за совершенное им правонарушение.

Что касается, ошибочного утверждения авторов жалоб о том, что исследование было проведено не надлежащим специалистом, суд второй инстанции отмечает следующее.

Как усматривается из материалов дела (т.1, л.д. 197), проводивший исследование специалист Б., является старшим экспертом Института криминалистики ЦСТ _ России, судебным экспертом по специальности «Лингвистические исследования», стаж работы по указанной специальности 7 лет, дата последней аттестации – февраль 2016 года.

При таких обстоятельствах, сомневаться в компетенции указанного специалиста у суда второй инстанции не имеется.

Выводы, изложенные в заключении указанного специалиста подтвердил и приглашенный в судебное заседание специалист Е., которому, в соответствии с требованиями действующего законодательства, были разъяснены его права при дачи соответствующих пояснений и он предупрежден об административной ответственности.

При таких обстоятельствах, суд второй инстанции считает, что принятое судом первой инстанции решение о допустимости заключения специалиста Б., как одного из доказательств по делу, является правильным.

Экспертиза в порядке, установленном ст. 26.4 КоАП РФ, судьей не назначалась ввиду отсутствия объективных оснований к ее назначению. Установление признаков состава административного правонарушения является правовой оценкой судьи, а не эксперта.

Относительно довода об истечении срока давности привлечения ФИО3 к административной ответственности, 3 окружной военный суд отмечает следующее.

Принимая во внимание тот факт, что, хотя противоправные действия ФИО3 и были им совершены в 2012-2013 годах, однако о наличии в его действиях признаков административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 20.3 КоАП РФ, как это отмечалось выше, правоохранительным органам стало известно после дачи соответствующего пояснения специалиста 23 марта 2017 года. Суд второй инстанции считает, что именно с этой даты и начинается исчисление срока давности, когда Юрков может быть привлечен к административной ответственности.

Не отрицая тот факт, что в соответствии с ч.1 ст. 4.5 КоАП РФ, постановление по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей, не может быть вынесено по истечении трех месяцев, 3 окружной военный суд отмечает, что, согласно положениям ст.2.5 КоАП РФ за административные правонарушения, предусмотренные ч.1 ст.20.3 КоАП РФ, военнослужащие несут лишь дисциплинарную ответственность и к административной ответственности на общих основаниях привлечены быть не могут.

При этом, следует отметить, что, исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №8 от 29 мая 2014 г. «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», при прекращении дела об административном правонарушении и направлении материалов командованию, срок давности привлечения лица к дисциплинарной ответственности составляет один год.

При таких обстоятельствах, утверждение авторов жалоб о том, что Юрков не может быть привлечен у дисциплинарной ответственности в силу истечения сроков, является несостоятельным.

Мнение ФИО3 о том, что поскольку указанное выше правонарушение было им совершено в 2012-2013 года, то есть до призыва на военную службу, положения действующего законодательства о дисциплинарной ответственности как военнослужащего на него не распространяются, 3 окружной военный суд считает ошибочным.

Как правильно отмечено в постановлении судьи первой инстанции, публичная демонстрация ФИО3 изображений нацистской символики и атрибутики продолжалась непрерывно на протяжении длительного периода времени, характеризовалась длительным противоправным поведением и поэтому является длящимся административным правонарушением.

Заканчивается данное административное правонарушение тогда, когда были устранены основания для привлечения ФИО3 по ней к ответственности.

Как усматривается из материалов дела, фотоматериалы с элементами нацистской символики и атрибутики, которые разместил Юрков в социальной сети «_» под сетевым именем «_», были длительное время доступны для пользователей и лишь после 7 апреля 2017 года, когда в прокуратуре возбудили дело об административном правонарушении, изображения с элементами нацистской символики и атрибутики, то есть, их публичное демонстрирование, Юрков удалил из своей персональной страницы (т.1 л.д.193).

Согласно выписки из приказа Министра обороны РФ № 548 от 7 августа 2014 года, Юрков с 1 августа 2014 года был зачислен на первый курс Военного университета с присвоением ему воинского звания « ».

При таких обстоятельствах, суд второй инстанции считает, что по состоянию на 24 июля 2017 года, при принятии решения о направлении материалов дела начальнику ФГКУ «Военный университет» для рассмотрения вопроса о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности, нарушений действующего законодательства судьей первой инстанции допущено не было.

Каких-либо процессуальных нарушений, допущенных должностными лицами – прокурором, возбудившим производство по данному делу, а также сотрудниками _, проводившими оперативно-розыскные мероприятия, на что указывают авторы жалоб, 3 окружной военный суд не усматривает.

При таких обстоятельствах, суд второй инстанции считает, что все доводы, изложенные в жалобах, являются несостоятельными, а исследованные в суде доказательства, сомнений в убеждении судьи в принятом им решении, сомнений в своей правильности не вызывает.

Иные доводы авторов жалоб не могут повлиять на отмену судебного постановления.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. 30.6, п.1 ч.1 ст.30.7 и ч.1 ст. 29.11 КоАП РФ, 

Р Е Ш И Л:

Постановление судьи Балашихинского гарнизонного военного суда от 24 июля 2017 года, в соответствии с которым производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.3 КоАП РФ в отношении военнослужащего ФИО3 на основании ч. 2 ст. 24.5 КоАП РФ было прекращено, а соответствующие материалы дела направлены начальнику ФГКУ «Военный университет» для рассмотрения вопроса о привлечении ФИО3 к дисциплинарной ответственности, оставить без изменения, а жалобы ФИО3 и его защитника - адвоката Макоклюева Д.А. – без удовлетворения.