дело №2-420/2019

26RS0020-01-2019-000503-32

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с. Кочубеевское 04 июня 2019 года 

Кочубеевский районный суд Ставропольского края 

в составе: 

председательствующего судьи Гедыгушева А.И., 

при секретаре судебного заседания Холодовой Н.С.,

с участием:

истца ФИО1

представителя третьего лица - прокуратуры Ставропольского края - помощника прокурора Кочубеевского района – Вороняк Д.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного уголовного преследования, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного уголовного преследования, в размере 1 495 000 рублей.

В обоснование заявленных требований, истец указала в заявлении, что приговором Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 04 июля 2018 года она признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.1 ст.30 УК РФ, п.п. «ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ и ей было назначено наказание с применением ст.64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 5 лет с ограничением свободы на 1 год, с отбыванием наказания в колонии общего режима. В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ судом ей были установлены следующие ограничения: не уходить из дома в период с 22 часов 00 минут вечера до 06 часов 00 минут утра, за исключением случаев выезда на работу и обращения в медицинские учреждения; не посещать развлекательные учреждения /рестораны, кафе, бары/, не посещать места проведения общественно-политических, массовых мероприятий /собрания, митинги, уличные шествия, демонстрации/ и не участвовать в указанных мероприятиях; не посещать культурно-зрелищные мероприятия /фестивали, профессиональные праздники, народные гуляния/ и не участвовать в них; не посещать спортивные мероприятия (олимпиады, спартакиады, универсиады, соревнования по различным видам спорта) и не участвовать в них; не выезжать за пределы поселения по избранному месту жительства (пребывания) после отбытия срока наказания, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в месяц для регистрации. Срок дополнительного наказания в виде ограничения свободы указано исчислять с момента отбытия основного вида наказания в виде лишения свободы. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена ей на заключение под стражу, и она была взята под стражу немедленно в зале суда. Срок отбытия наказания исчисляется с 04 июля 2018 года. В срок отбывания наказания судом зачтено время содержания ее под домашним арестом с 16 ноября 2016 года по 21 ноября 2016 года. Апелляционным определением Ставропольского краевого суда от 08 ноября 2018 года приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 04 июля 2018 года в отношении нее в части осуждения по ч.5 ст.33, ч.1 ст.30, п.п. «ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ отменен, уголовное дело прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления, за нею признано право на реабилитацию. Указано освободить из-под стражи в зале суда. Согласно справке об освобождении №094802 от 09.11.2018 года она была освобождена из мест лишения свободы только 09.11.2018 года. Таким образом, в местах лишения свободы она находилась с 04 июля 2018 года по 09 ноября 2018 года с учетом зачтенного в срок отбытия наказания времени содержания ее под домашним арестом с 16 ноября 2016 года по 21 ноября 2016 года, всего 4 месяца 14 дней, то есть 133 суток. На протяжении длительного периода времени, будучи невиновной и законопослушной, была вынуждена претерпевать физические и нравственные страдания, вызванные незаконным привлечением к уголовной ответственности и незаконным применением в качестве меры пресечения – заключения под стражу, а впоследствии меры наказания в виде лишения свободы. К таковым страданиям относятся: не выносимые условия содержания, выразившиеся в отсутствии свежего воздуха и нормального питания, большого количества заключенных содержащихся под стражей в помещениях, не предназначенных для этого; из-за длительного срока уголовного преследования, у нее обострились имеющиеся заболевания; бесполезные попытки на протяжении следствии, суда и последующего отбытия наказания доказать свою невиновность; нервные расстройства, бессонница, постоянное чувство страха, обида на несправедливое отношение правоохранительных органов; беспокойство за материального благополучие ее семьи, малолетнего внука, который после ее незаконного заключения под стражу, по месту жительства и в возрасте 2,5 лет был ночью изъят из семьи сотрудником полиции и водворен как беспризорный в центр для реабилитации несовершеннолетних г.Невинномысска; негативное общественное мнение, сложившееся в связи с ее незаконным осуждением. Кроме того, полагает, что за одни сутки пребывания в местах лишения свободы компенсация в счет возмещения морального вреда в размере 5 000 рублей будет являться справедливой и соразмерной. Таким образом, размер возмещения морального вреда за незаконное содержание под стражей, будет составлять 995000 рублей согласно следующему расчету: 133 суток из расчета один день содержания под стражей в изоляторе за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима, составляет: 199,5 суток х 5000 рублей = 995000 рублей. Также полагает, что размер морального вреда от предъявления заведомо абсурдного обвинения за ее моральные и нравственные страдания, ухудшение физического состояния в связи с длительностью незаконного уголовного преследования и неоднократные госпитализации, связанные с осложнением имеющихся заболеваний составляет 500000 рублей. Всего размер компенсации морального вреда составляет 1495000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования и дала пояснения, аналогичные содержанию иска. Считает, что ее исковые требования соразмерны тем моральным и нравственным страданиям, которые она претерпела, и отвечают требованиям разумности и справедливости. Просит удовлетворить ее требования в полном объеме и взыскать в ее пользу с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1495000 рублей.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации – представитель Управления Федерального казначейства по Ставропольскому краю – ФИО2 в судебное заседание не явился. В суд от него поступили возражения на исковое заявление ФИО1, согласно которым просит в иске ФИО3, отказать по следующим основаниям. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные, заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Причинение морального вреда необоснованным уголовным преследованием является общеизвестным фактом. Однако, при этом, размер его компенсации в денежном выражении подлежит доказыванию в общем порядке, предусмотренном главой 6 ГПК РФ. В иске не приведено ни одного доказательства в обоснование заявленной суммы морального вреда причиненного физическими и нравственными страданиями, материалы дела так же не содержит ни одного документа, подтверждающего размер взыскиваемой суммы, следовательно, указанная истцом сумма возмещения морального вреда не основана на каких-либо доказательствах и не может быть признана разумной и справедливой. Однако материалы дела не содержать никакой доказательственной базы, которая документально подтвердила бы размер компенсации морального вреда указанного в иске. Утверждение истца, что именно незаконное уголовное преследование негативно сказалось на состоянии здоровья и привело к обострению заболеваний, не подтверждено документально. Из материалов дела не усматривается причинно-следственная связь между возбуждением уголовного дела и ухудшением здоровья заявителя. Единственным достоверным и достаточным доказательством наличия причинно-следственной связи между возбуждением уголовного дела и ухудшением здоровья истца, может служить заключение комплексной медицинской экспертизы, сделанной на основании изучения истории развития хронических заболеваний, но материалы дела также не содержат в себе таких документов. Расчет суммы компенсации морального вреда, приведенный истцом не основан на действующем законодательстве и противоречит сложившейся судебной практике по данной категории дел. Необходимо отметить, что приговором Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 11 января 2018 года, вступившим в законную силу 16.03.2018 года ФИО4, являющаяся дочерью ФИО1 была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.1 ст.30, п.п. «ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ. Привлечение к уголовной ответственности дочери за подстрекательство к убийству гражданского мужа, не могло также не причинить истцу моральный вред. Считает сомнительным, что лицо, незаконно привлеченное к уголовной ответственности, может испытывать нравственные и физические страдания по отдельности от всей совокупности негативных факторов, связанных с наступившими для него последствиями.

В судебном заседании представитель третьего лица - прокуратуры Ставропольского края – помощник прокурора Кочубеевского района Ставропольского края – Вороняк Д.С. в судебном заседании пояснил, что требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению, поскольку считает данную сумму заявленных исковых требований, необоснованно завышенной. Истцом не доказана причинно-следственная связи между ее заболеваниями и содержанием под стражей, невыносимость условий содержания, на которые она ссылается, а также сумма подлежащего возмещению морального вреда. Соответствующие доказательства в материалах дела отсутствуют. Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна РФ формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реабилитацию прав льготных категорий граждан. Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. На основании изложенного, просит снизить размер компенсации морального вреда ФИО1 до 70000 рублей.

Выслушав истца, представителя третьего лица, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Статьей 53Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласноабзацу 3 статьи 1100Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии состатьей 151Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участникКонвенциио защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и примененияКонвенциии Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положенийстатьи 46Конвенции,статьи 1Федерального закона от 30 марта 1998 г. №54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. №5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судамиКонвенциидолжно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушенияКонвенции.

Согласностатье 8Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

В силу ч.2 ст.136 УПК РФ иски о компенсации морального вреда предъявляется в порядке гражданского судопроизводства. 

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться характер физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

Кроме пояснений истца, ее требования подтверждаются также и материалами гражданского дела: копией приговора Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 04 июля 2018 года (л.д. 9-57), копией апелляционного определения Ставропольского краевого суда от 08 ноября 2018 года (л.д.58-94), копией справки об освобождении ФИО1 (л.д.95), копиями выписных эпикризов на имя ФИО1 (л.д.96-100)

Так, приговором Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 04 июля 2018 года ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, ч.1 ст.30 УК РФ, п.п. «ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ и ей было назначено наказание с применением ст.64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 5 лет с ограничением свободы на 1 год, с отбыванием наказания в колонии общего режима. В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ судом ФИО1 были установлены следующие ограничения: не уходить из дома в период с 22 часов 00 минут вечера до 06 часов 00 минут утра, за исключением случаев выезда на работу и обращения в медицинские учреждения; не посещать развлекательные учреждения /рестораны, кафе, бары/, не посещать места проведения общественно-политических, массовых мероприятий /собрания, митинги, уличные шествия, демонстрации/ и не участвовать в указанных мероприятиях; не посещать культурно-зрелищные мероприятия /фестивали, профессиональные праздники, народные гуляния/ и не участвовать в них; не посещать спортивные мероприятия (олимпиады, спартакиады, универсиады, соревнования по различным видам спорта) и не участвовать в них; не выезжать за пределы поселения по избранному месту жительства (пребывания) после отбытия срока наказания, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 раз в месяц для регистрации. Срок дополнительного наказания в виде ограничения свободы указано исчислять с момента отбытия основного вида наказания в виде лишения свободы. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена ФИО1 на заключение под стражу, ФИО1 была взята под стражу немедленно в зале суда. Срок отбытия наказания исчисляется с 04 июля 2018 года. В срок отбывания наказания судом зачтено время содержания ее под домашним арестом с 16 ноября 2016 года по 21 ноября 2016 года.

Апелляционным определением Ставропольского краевого суда от 08 ноября 2018 года приговор Кочубеевского районного суда Ставропольского края от 04 июля 2018 года в отношении ФИО1 в части осуждения ее по ч.5 ст.33, ч.1 ст.30, п.п. «ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ отменен, уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию. ФИО1 освобождена из-под стражи, немедленно, в зале суда.

Согласно справке об освобождении №094802 от 09.11.2018 года ФИО1 была освобождена из мест лишения свободы только 09.11.2018 года.

Таким образом, ФИО1 в местах лишения свободы находилась с 04 июля 2018 года по 09 ноября 2018 года, то есть 128 суток, и под домашним арестом с 16 ноября 2016 года по 21 ноября 2016 года, то есть 5 суток, а всего 4 месяца 14 дней, то есть 133 суток.

Вышеизложенное дает основание признать исковые требования ФИО1 обоснованными. Факт привлечения ее к уголовной ответственности за столь тяжкое преступление, незаконное осуждение к реальному лишению свободы, и как следствие, наступившие для нее последствия в виде переживаний, что вменяемое ей преступление, она не совершала, пребывание в условиях изоляции от родственников и общества, несомненно, причинили ФИО1 нравственные страдания.

Учитывая неправомерное содержание ФИО1 под стражей в течении 4 месяцев 14 дней и нахождение ее под домашним арестом в течении 5 дней, личность истца, которая ранее к уголовной ответственности не привлекалась, являлась добропорядочным членом общества, суд считает, что незаконное привлечение к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление, явилось существенным психотравмирующим фактором.

Кроме того, в качестве нравственных страданий, суд принимает также и нахождение истца под стражей с имеющимися у нее заболеваниями. Однако, суд считает, что доказательств в подтверждение доводов истца о том, что имеющиеся у нее заболевания могли обостриться в результате привлечения ее к уголовной ответственности, суду не представлено.

По общему правилу согласно ст. 125 ГК РФ от имени Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов. 

Статья 133 УПК РФ предусматривает, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. 

При этом в соответствии со ст. 1071 ГК РФ, финансовые органы выступают в судах ответчиками от имени Российской Федерации в случаях предъявления к ней иска о возмещении вреда за счет казны Российской Федерации, к таким органам и относятся Министерство финансов РФ и Федеральное казначейство РФ. 

На основании ч.1 ст.1070 ГК РФ и ст.1100 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписку о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации независимо от вины причинителя вреда. 

Вместе с тем, суд исходя из степени перенесенных истцом физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, считает, что компенсация ФИО1 за один день ее содержания под стражей в размере 2000 рублей и за один день нахождения под домашним арестом в размере 1000 рублей, будет является разумной и справедливой, а испрошенная истцом компенсация в размере 5000 рублей за сутки, чрезмерно завышенной. 

Кроме того, суд не принимает доводы истца о том, что для расчета компенсации морального вреда, в том числе и периода, за который должна быть выплачена данная компенсация, срок ее содержания под стражей должен быть пересчитан в соответствии с требованиями ст.72 УК РФ из расчета один день содержания в изоляторе, за полтора дня осуждения к отбытию наказания в колонии общего режима, поскольку данное требование закона предусматривает только порядок исчисления сроков наказаний и зачет наказания при отбытии осужденными наказания в виде лишения свободы, и не влияет для перерасчета периода, за который должна быть рассчитана компенсация за незаконное осуждение истца.

Таким образом, размер компенсации морального вреда, подлежащий выплате ФИО1, в связи с ее незаконным осуждением будет составлять за период содержания под стражей - 256000 рублей (128 дн. х 2000 р.) и 5000 рублей (5 дн. х 1000 р.), а всего 261000 рублей.

С учетом изложенного, и, руководствуясь ст.ст. 56, 98, 194-199 ГПК РФ, ст.ст. 133, 136 УПК РФ, ст.ст. 125, 151, 1070, 1100, 1101 ГК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного гражданину в результате незаконного уголовного преследования, – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, в связи с ее уголовным преследованием в размере 261 000 (двести шестьдесят одна тысяча) рублей.

Исковые требования ФИО1 в остальной части - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Кочубеевский районный суд в апелляционном порядке в течение месяца, со дня его принятия в окончательной форме, то есть с 07 июня 2019 года.

Судья: А.И. Гедыгушев