Дело № 2-5120/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

2 ноября 2017 года г. Казань

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи Шадриной Е.В.

при секретаре судебного заседания Миннемуллиной А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Тинькофф Банк», ООО «Феникс» о расторжении кредитного договора, признании условия кредитного договора об участии в программе страхования заемщика банка недействительным, взыскании в возврат сумм внесенной платы за страхование, уменьшении неустойки по договору, признании договора уступки права требования недействительным, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Тинькофф Банк» с требованиями о расторжении кредитного договора, уменьшении неустойки и компенсации морального вреда. В обоснование указано, что между истцом и ответчиком заключен кредитный договор 

<

номер изъят> от 15.10.2013 (на основании которого истцу выдана кредитная карта), сумма задолженности заемщика по которому составляет 85 511 рублей 74 копейки, из них сумма основного долга – 35 000 рублей. Истец не согласен с общей суммой долга по договору, по его мнению, неустойка по договору завышена и равна примерно сумме долга. Вместе с тем, неустойка, как один из способов обеспечения исполнения обязательств, представляет собой меру, влекущую наступление негативных последствий для лица, в отношении которого она применяется, является средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств, но при этом не может являться основанием для получения коммерческой выгоды. В этой связи просит уменьшить неустойку как несоразмерную последствиям нарушения им своих обязательств перед банком в порядке статьи 333 Гражданского кодекса РФ. Кроме того, полагает, что кредитный договор должен быть расторгнут в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых исходили стороны при заключении договора. А именно, при заключении договора истец не мог предвидеть, что через некоторое время его финансовое положение станет очень тяжелым ввиду онкологического заболевания супруги - ФИО2, потребовавшего приобретения дорогостоящих лекарств на сумму более 1000 000 рублей. В связи с данными обстоятельствами ФИО1 направил в адрес банка письмо с просьбой о расторжении кредитного договора, оно было получено ответчиком 2 декабря 2015 года. Однако на данную просьбу банк не ответил. На основании изложенного истец просил расторгнуть со 2 декабря 2015 года кредитный договор 

<

номер изъят> от 15.10.2013, уменьшить завышенную неустойку в порядке статьи 333 Гражданского кодекса РФ, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей за подключение к взысканию долга коллекторов.

К участию в деле в качестве соответчика было также привлечено ООО «Феникс», которому АО «Тинькофф Банк» уступило свои права и обязанности по кредитному договору с ФИО1

В ходе судебного разбирательства истец увеличил исковые требования и просил (дополнительно к заявленным в иске требованиям):

- признать недействительными условия кредитного договора (раздел), предусматривающие оплату личного страхования заемщика, поскольку предоставление кредита было обусловлено приобретением услуги по страхованию, и взыскать в возврат уплаченные за страхование суммы в размере 3 435 рублей 97 копеек; 

- признать недействительным договор уступки прав, заключенный между АО «Тинькофф Банк» и ООО «Феникс», ввиду того, что сумма долга заемщика при уступке прав была увеличена с 58 000 рублей до 85 000 рублей, что лишило истца возможности оспорить сумму долга;

- взыскать с ООО «Феникс» компенсацию морального вреда, причиненного телефонными звонками сотрудников с угрозами.

В судебном заседании истец просил приведенные выше исковые требования удовлетворить, в дополнение к заявленным в иске доводам пояснял, что первоначально наличие онкологического заболевания у его супруги было выявлено в 2014 году, однако после произведенной операции и лечения в июне 2015 года согласно медицинской справке лечащий врач сделал вывод о том, что состояние здоровья ФИО2 в норме, рецидива болезни и метастаз нет. В момент заключения кредитного договора финансовое положение истца и его семьи было устойчивое, платежи по кредиту вносились им своевременно и в полном объеме, предвидеть повторение болезни супруги и ухудшение ее состояния здоровья, потребовавшее значительных финансовых трат, было невозможно. Когда состояние здоровья супруги ухудшилось, все денежные средства семьи шли на ее лечение, были опасения за ее жизнь, так как ранее от той же болезни умерла сноха ФИО4 Также денежные средства требовались на лечение внучек ФИО3, которые являются инвалидами с детства. Поэтому полагает, что кредитный договор с ним должны быть расторгнут ввиду существенного изменения обстоятельств, из которых он исходил при его заключении. Полагает незаконным условие кредитного договора о внесении платы за личное страхование, поскольку данная услуга в виде страхования была ему навязана, заранее включена в стандартные условия кредитного договора, «галочки», свидетельствующие о согласии на страхование, были проставлены в документах на кредит заранее, страхование являлось условием выдачи кредита. Считает не соответствующей требованиям закона уступку права требования по кредитному договора АО «Тинькофф Банк» в пользу ООО «Феникс», так как она не была с ним согласована, сумма долга по договору была увеличена, при этом банк не имел права уступать права требования организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности. Компенсацию морального вреда просил взыскать с ООО «Феникс» ввиду того, что ему звонили сотрудники банка с требованиями уплаты задолженности по кредиту и угрозами. Это причинило ему моральные и нравственные страдания. Один из звонков был записан ФИО1 на телефон. 

Ответчики АО «Тинькофф Банк», ООО «Феникс» извещались судом о слушании дела надлежащим образом – по месту своей регистрации, что подтверждается отчетами Почты России об отслеживании почтовых отправлений, однако в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали. При этом судебные заседания по делу многократно откладывались в целях обеспечения явки представителей ответчиков, однако они на судебные извещения не отреагировали, свою правовую позицию по делу до суда не довели. В этой связи суд в порядке части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив заявленные требования и их основания, выслушав истца, исследовав материалы дела, оценив собранные доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Статьей 819 Кодекса предусмотрено, что по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

К отношениям по кредитному договору применяются правила о договоре займа, если иное не предусмотрено правилами данного параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

На основании пункта 1 статьи 810 Кодекса заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно статье 809 Кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

Судом установлено, что между АО «Тинькофф Банк» и ФИО1 в офертно-акцептной форме на основании заявления истца, датированного 16.12.2010, был заключен кредитный договор (договор о выпуске и обслуживании кредитной карты) 

<

номер изъят>, неотъемлемой частью которого явились Общие условия выпуска и обслуживания кредитных карт, Тарифы по кредитным картам ЗАО «Тинькофф Кредитные Системы» (в настоящее время – АО «Тинькофф Банк»), на основании которого ФИО1 была выдана кредитная карта с лимитом кредитования – 58 000 рублей. Кредит был предоставлен с условием уплаты 24,9% годовых, размер ежемесячного минимального обязательного платежа в погашение кредита установлен соглашением в размере 8% от использованного кредитного лимита на конец расчетного периода, минимум – 600 рублей.

Из пояснений истца и справки операций по счету следует, что по расчетному счету кредитной карты за заемщиком имеется задолженность, сумма которой, согласно имеющимся в материалах дела документам, составляет 85 511 рублей 74 копейки.

9 ноября 2015 года ФИО1 направил в адрес АО «Тинькофф Банк» заявление с просьбой о расторжении с ним всех заключенных кредитных договоров ввиду существенного изменения обстоятельств, а именно выявления у его супруги онкологического заболевания, требующего значительных финансовых затрат, в связи с чем возможности погашать кредиты он не имеет. Заявление было получено ответчиком 03.12.2015, однако кредитный договор с ФИО1 банком расторгнут не был.

Установив приведенные обстоятельства, суд приходит к следующему.

Истец просит расторгнуть указанный кредитный договор, заключенный им с АО «Тинькофф Банк», в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых он исходил, заключая договор, а именно - ухудшением финансового положения, отсутствием возможности вносить платежи по кредитам ввиду серьезной болезни супруги, потребовавшей значительных трат на ее лечение.

Согласно статье 407 Гражданского кодекса РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. Прекращение обязательства по требованию одной из сторон допускается только в случаях, предусмотренных законом или договором.

В силу статьи 408 Гражданского кодекса РФ обязательство прекращается надлежащим исполнением.

Изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом РФ, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или договором (пункты 1,2 статьи 450 Гражданского кодекса РФ).

Пунктом 1 статьи 451 Кодекса определено, что существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Положения статьи 451 Кодекса призваны обеспечить защиту интересов стороны договора, для которой в условиях существенного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, исполнение обязательства повлекло бы наступление такого ущерба, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Исходя из содержания статьи 451 Кодекса лицо, требующее расторжения действующего договора, должно доказать наличие существенного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при его заключении; стороны в момент заключения договора исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдет, и не могли даже разумно предвидеть наступление этих обстоятельств; наступление этих обстоятельств не входит в сферу риска заинтересованной стороны; после того, как прежние обстоятельства изменились, заинтересованная сторона не смогла (или не смогла бы) свести на нет их неблагоприятные последствия несмотря на то, что она приняла (или могла принять) определенные меры с той степенью заботливости и осмотрительности, какие от нее требовались, учитывая характер договора и условия оборота. При отсутствии добровольного соглашения сторон, расторжение договора по требованию заинтересованной стороны в порядке статьи 451 Кодекса возможно лишь в судебном порядке только при наличии исключительных обстоятельств.

В данном случае, по мнению суда, основания для расторжения кредитного договора отсутствуют, поскольку его заключение совершалось по волеизъявлению обеих сторон, они достигли соглашения по всем существенным условиям договора, в связи с чем каждая сторона приняла на себя риск по исполнению кредитного договора; истец взял на себя обязательства по возврату кредита и уплате банку процентов за пользование им, соответственно, принял на себя риск ответственности в случае ненадлежащего исполнения условий договоров.

Изменение материального положения, наличие или отсутствие дохода, связанные с теми или иными жизненными обстоятельствами, в том числе и состоянием здоровья истца и членов его семьи, относится к риску, который ФИО1, как заемщик, взял на себя при заключении кредитного договора, в связи с чем ухудшение его материального положения не является тем фактом, который приводит к существенному изменению обстоятельств, из которых истец исходил, вступая в кредитные правоотношения.

Вступление в кредитные обязательства в качестве заемщика является свободным усмотрением гражданина и связано исключительно с его личным волеизъявлением. Вступая в кредитные правоотношения, действуя разумно и осмотрительно, гражданин должен оценить свою платежеспособность на весь период кредитования, проявить необходимую степень заботливости и осмотрительности по отношению к избранной форме получения и использования денежных средств.

Ни действующее законодательство, ни условия заключенного между сторонами кредитного договора не содержат обязанности банка пересматривать условия возврата кредитных денежных средств с учетом изменения жизненной ситуации заемщика. Изменение финансового положения истца не связано с деятельностью ответчика и от него не зависело.

Сама по себе неплатежеспособность заемщика, отсутствие необходимых денежных средств для погашения кредитной задолженности, не может являться тем самым существенным изменением обстоятельств, которое могло бы повлечь за собой расторжение кредитного договора по правилам статьи 451 Гражданского кодекса РФ. При этом истец является совершеннолетним, дееспособным и располагает возможностью изменить свое финансовое положение и начать погашать образовавшиеся у него задолженности.

Поскольку спорный кредитный договор заключался по волеизъявлению обеих сторон, доказательств нарушения банком обязательств, вытекающих из кредитного договора, суду не представлено, так же как и не представлено доказательств, свидетельствующих о существенном изменении обстоятельств, возникновение которых нельзя было предвидеть при заключении кредитного договора, отсутствуют правовые основания для расторжения данного договора в одностороннем порядке на основании статьи 451 Гражданского кодекса РФ.

При этом действующее законодательство не предусматривает возможности расторжения договора по требованию стороны, которая сама допустила его нарушение, если на это не получено согласие другой стороны договора.

Указывая на то обстоятельство, что требования о расторжении кредитного договора заявлены с целью пресечения роста кредитной задолженности, истец не учитывает, что законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору, вместе с тем, договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательств (п. 3 ст. 425 ГК РФ), окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение (п. 4 ст. 425 ГК РФ). Из смысла названных норм следует, что при расторжении договора сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещение убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства. В условиях кредитного договора стороны не установили, что истечение срока его действия или его досрочное прекращение затрагивает и прекращает обязательства сторон, не исполненные к моменту прекращения действия договора. В связи с этим банк вправе требовать погашения задолженности на условиях договора, в том числе требовать оплаты начисленных процентов и штрафных санкций на момент фактического исполнения обязательства и после прекращения действия договора.

По изложенным основаниям в исковых требованиях о расторжении кредитного договора ввиду существенного изменения обстоятельств суд ФИО1 отказывает.

Далее, исходя из заявленных исковых требований, пояснений ФИО1 суду и исследованных судом материалов дела, в частности, текста заявления на оформление кредитной карты «Тинькофф Платинум», истец просит признать недействительным условие кредитного договора о включении его в Программу страховой защиты заемщиков банка и ежемесячному удержанию банком платы за страхование в соответствии с тарифами, а именно в размере 0,89% от суммы задолженности ежемесячно.

В обоснование своих требований истец ссылается на навязанность услуги по страхованию, включение соответствующего условия в стандартную форму кредитного договора (заявления на оформление кредитной карты), невозможность получения кредита без услуги по личному страхованию заемщика.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Как установлено пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно положениям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы (в том числе ущемляющая права потребителя, предусмотренные законодательством о защите прав потребителей) либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из преамбулы Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" охрана правоотношений в сфере оказания финансовых услуг, связанных с предоставлением кредитов, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд потребителя - гражданина, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, регулируется законодательством о защите прав потребителей.

В силу пункта 1 статьи 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг).

Суд полагает, что истцом, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств, подтверждающих недействительность кредитного договора в данной части, поскольку нарушение им императивных требований действующего законодательства, а также ущемление прав потребителя по сравнению с установленными законом судом не установлено.

В данном случае судом не установлено, что предоставление ФИО1 банком потребительского кредита было обусловлено включением заемщика в число застрахованных лиц по Программе страховой защиты заемщиков банка в страховой организации ОАО «Тинькофф Онлайн Страхование».

Так, согласно статье 935 Кодекса обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону.

Статьей 421 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно статье 329 Гражданского кодекса РФ исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо указанных в ней способов, и другими способами, предусмотренными законом или договором, в том числе и путем личного страхования должника.

Приведенные правовые нормы свидетельствуют о том, что банком может быть предложена заемщику дополнительная услуга в виде страхования его жизни и здоровья в обеспечение исполнения своих обязательств по кредитному договору на случай непредвиденных ситуаций, таких как смерть, инвалидность, временная нетрудоспособность. Таким образом, личное страхование направлено в этом случае на обеспечение возвратности кредита, что соответствует положениям, содержащимся в пункте статьи 819 Гражданского кодекса РФ и Федеральном законе «О банках и банковской деятельности», устанавливающим одним из принципов функционирования банковской системы в Российской Федерации обеспечение финансовой надежности в размещении денежных средств. 

Пунктом 2 статьи 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)» (вступившего в силу 1 июля 2014 года, то есть позднее заключения кредитного договора между сторонами) установлено, что кредитор в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).

Исходя из представленных ответчиком в материалы дела письменных доказательств, решение истца о заключении договора страхования носило добровольный характер. 

Так, доказательств тому, что отказ ФИО1 от страхования мог повлечь отказ АО «Тинькофф Банк» в заключении кредитного договора, суду представлено не было. Соответствующие положения в кредитном договоре, заключенном между сторонами на условиях заявления на оформление кредитной карты и Общих условиях банка, отсутствуют. В качестве условия заключения кредитного договора личное страхование нигде не названо, обязательность приобретения дополнительной услуги по страхованию не указана.

Из имеющихся в материалах дела документов не усматривается, что заключение кредитного договора с ФИО1 было обусловлено приобретением им услуги по личному страхованию, поскольку АО «Тинькофф Банк» не реализует услугу по страхованию, ее оказывает страховая организация ОАО «Тинькофф Онлайн Страхование», а сама услуга взаимосвязана с кредитным договором, являясь его составной частью. Такие условия договора с учетом положений ст. 16 Закона РФ "О защите прав потребителей" не ущемляют установленные законом права потребителей, поскольку включение банком в договор с заемщиком условия страхования само по себе не нарушает прав потребителя, если заемщик имел возможность заключить с банком кредитный договор и без такого условия.

Согласно тексту заявления на оформление кредитной карты потребителю было предоставлено право на отказ от участия в Программе страховой защиты заемщиков банка, о чем имеется соответствующая графа в заявлении и место, где потребитель имел возможность поставить отметку, свидетельствующую о том, что он не согласен участвовать в Программе страхования. Об этом также разъяснено в тексте заявления, где имеется указание следующего характера – «если в настоящем заявлении-анкете специально не указано мое несогласие на включение в Программу страховой защиты заемщиков банка, то я согласен быть застрахованным лицом по Программе страховой защиты заемщиков банка и назначаю банк выгодоприобретателем по данной программе, а также поручаю банку включить меня в Программу страховой защиты заемщиков банка и ежемесячно удерживать с меня плату в соответствии с тарифами». Также заемщик подтвердил, что ознакомлен с действующими Общими условиями и Тарифами, размещенными банком в сети Интернет.

Между тем, ФИО1 предоставленным ему правом на отказ от услуги по личному страхованию не воспользовался, соответствующую отметку в тексте заявления не проставил, чем подтвердил, что согласен на оказание ему рассматриваемой дополнительной услуги. При заполнении анкеты-заявления на получение кредита заемщик не оспаривал предложенные условия, о чем свидетельствует личная подпись в конце заявления.

В этой связи на ФИО1 был оформлен страховой сертификат, удостоверяющий факт заключения договора страхования от несчастных случаев, страховщиком по которому выступило ОАО «Тинькофф Онлайн Страхование». Данный страховой сертификат был размещен в личном кабинете заемщика на Интернет-сайте банка.

Таким образом, анализ заявления (на оформление кредитной карты) позволяет сделать вывод о том, что у заемщика была возможность заключить кредитный договор и без оспариваемого условия. Доказательств тому, что услуга по предоставлению кредита обусловлена предоставлением другой услуги (страхование жизни и здоровья), не представлено, также данных сведений не содержится и в Общих условиях выпуска и обслуживания кредитных карт АО «Тинькофф Банк».

Информация о содержании услуги, её стоимости доведена до истца надлежащим образом; сведений о том, что отказ от страхования может повлечь отказ в выдаче кредита, кредитные документы не содержат.

Право ФИО1 воспользоваться указанной услугой или отказаться от нее ответчиком АО «Тинькофф Банк» не ограничивалось, доказательств иного суду представлено не было, как не было представлено и доказательства тому, что предложенные банком условия лишали истца таких прав, которые обычно предоставляются кредитными организациями, либо содержат положения, которые являются для заемщика обременительными. 

При заключении договора ФИО1 был ознакомлен со всеми его существенными условиями, ему была предоставлена возможность изучить предоставленные кредитором условия, в случае несогласия с предложенными условиями он не был лишен возможности отказаться от заключения договора на указанных в них условиях, обратиться к ответчику с заявлением о предоставлении иного финансового продукта либо обратиться в другую кредитную организацию с целью получения кредита или займа на иных приемлемых для заемщика условиях. 

Проанализировав документы, которые регламентируют взаимодействие сторон кредитной сделки, суд приходит к выводу о том, что доказательств, достаточным образом подтверждающих нарушение банком законодательства, навязывание потребителю дополнительной услуги по страхованию, обуславливавшей получение кредита, установлено не было.

Совокупность изложенного позволяет судить о том, что оснований для признания условия кредитного договора, предусматривающего включение ФИО1 в Программу страховой защиты заемщиков АО «Тинькофф Банк» и ежемесячному удержанию банком платы за страхование в соответствии с тарифами, а именно в размере 0,89% от суммы задолженности, не имеется. Ущемление данными условиями прав потребителя по сравнению с установленными законом правилами, не установлено. 

При таких обстоятельствах, суд отказывает в удовлетворении требований о признании данного условия кредитного договора недействительным, поскольку вопреки доводам истца, подключение оспариваемой им услуги не являлось обязательным условием для выдачи кредита, истец был вправе заключить кредитный договор без ее подключения. Требования о взыскании в возврат сумм внесенной платы за страхование в размере 3 435 рублей 97 копеек вытекают из основных – признания условия договора недействительным, а поскольку в их удовлетворении судом отказано, основания для удовлетворения сопутствующих требований также отсутствуют.

Относительно требований истца о признании недействительным договора уступки прав, заключенного между АО «Тинькофф Банк» и ООО «Феникс», ввиду того, что сумма долга заемщика при уступке прав была увеличена с 58 000 рублей до 85 000 рублей, что лишило истца возможности оспорить сумму долга, а также в связи с тем, что у банка отсутствовало право уступать требования к заемщику по кредитному договору организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности, суд считает необходимым отметить следующее.

Согласно имеющимся в материалах дела письменным доказательствам, в рамках заключенного между АО «Тинькофф Банк» и ООО «Феникс» генерального соглашения от 24.02.2015 право требования к ФИО1 по кредитному договору 

<

номер изъят> с суммой задолженности по договору в размере 85 511 рублей 74 копейки было уступлено банком ООО «Феникс».

При этом согласно Общим условиям комплексного банковского обслуживания АО «Тинькофф Банк», являющимся неотъемлемой частью кредитного договора между банком и ФИО1, банк вправе уступать, передавать любому третьему лицу, в том числе не имеющему банковской лицензии, и распоряжаться иным образом своими правами по кредитному договору, договору кредитной карты и иным договорам. Для целей такой уступки Банк вправе передавать любому фактическому или потенциальному цессионарию любую информацию о клиенте и его задолженности на условиях конфиденциального использования.

Согласно отметке в заявлении на оформление кредитной карты потребитель с Общими условиями банка, размещенными в сети Интернет, был при заключении договора ознакомлен.

В силу норм гражданского законодательства право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

Соглашением между должником и цедентом может быть запрещена или ограничена уступка права на получение неденежного исполнения (статьи 382, 383, 388 Гражданского кодекса РФ).

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", вопреки позиции истца, допускается согласование сторонами в договоре условия о праве банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. Такие условия сторонами были согласованы при заключении кредитного договора. Ущемление в этой части каких-либо прав истца, как потребителя, с учетом того, что обязательство заемщика по кредитному договору носит денежный характер, в данном случае не усматривается. Требованиям гражданского законодательства положение о праве банка уступить права требования к заемщику третьим лицам, в том числе не являющимся кредитными организациями, не противоречит. При этом истцом не было предоставлено суду доказательств того, что с данным условием договора он согласился вынужденно и не мог от него отказаться при заключении кредитного договора, в том числе избрав другой кредитный продукт.

Таким образом, требования истца о признании договора уступки права требования недействительным ввиду нарушения норм законодательства основаны на неверном понимании закона. Так, в силу приведенных выше положений Гражданского кодекса РФ допускается уступка права кредитором иному лицу по денежным обязательствам, к которым относится и обязательство ФИО1 по кредитному договору, при этом согласия должника на такую уступку права не требуется. В то же время уступка банком права требования к заемщику по кредитному договору организации, не имеющей лицензии на осуществление банковской деятельности, также не противоречит закону, поскольку возможность такой уступки была согласована сторонами в договоре.

Доводы истца о том, что банком уступлено ООО «Феникс» право на взыскание задолженности (85 511 рублей 74 копейки) в большем объеме, чем сумма основного долга по кредиту (58 000 рублей) также подлежат отклонению. В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты. То есть, не противоречит закону уступка кредитором права требования не только в части основного долга, но и в части иных денежных сумм по договору, в частности, процентов и неустоек.

По указанным основаниям в части исковых требований о признании договора уступки права требования по кредитному договору 

<

номер изъят>, заключенного между АО «Тинькофф Банк» и ООО «Феникс», ФИО1 также следует отказать.

Далее, истцом также заявлено требование о взыскании с ООО «Феникс» компенсации морального вреда.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу статьи 1064 Кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В данном случае судом установлены обстоятельства причинения ФИО1 морального вреда, а именно нравственных страданий в связи с действиями ответчика, причинно-следственная связь между такими действиями и страданиями истца, а также вина банка в причиненном вреде. 

Так, из пояснений истца в судебном заседании следует, что ему звонили сотрудники ООО «Феникс» начиная с декабря 2015 года (согласно ответу на запрос суда ООО «Феникс» осуществляет действия по взысканию просроченной задолженности по агентскому договору с АО «Тинькофф Банк» с 01.09.2014) с требованиями уплаты задолженности по кредиту и угрозами. В частности, один из сотрудников в звонке, совершенном 08.07.2016, представившись работником ООО «Феникс», намекал на то, что они с ним «разберутся», из контекста разговора следовало, что с ним что-то сделают («Вы в любом случае погасите эту задолженность», «телефонные переговоры не действуют, значит будем действовать другими методами»). Была озвучена угроза следующего характера – «Вы можете родственников предупредить, что Ваше имущество может быть в любое время описано», «на приличную работу Вы не устроитесь». При этом, по словам истца, в это время (декабрь 2015 года) в средствах массовой информации неоднократно появлялась информация о том, что коллекторы предпринимают запрещенные методы взыскания задолженностей - вредят имуществу должников, организуют физические расправы, поэтому угрозы сотрудников ООО «Феникс» ФИО1 воспринимал как реальные. 

Аудиозапись телефонного разговора была заслушана в судебном заседании. Приведенные доводы истца подтвердились. 

При этом ООО «Феникс» в ответ на запрос суда не предоставило суду записи телефонных переговоров с ФИО1 за период с 18.11.2015 по 31.12.2016, сочтя возможным предоставить такие сведения лишь за 2017 год, когда, согласно пояснениям истца, угрозы с их стороны прекратились.

От явки в судебное заседание представители ООО «Феникс», несмотря на неоднократное извещение о слушании дела, уклонились, свою правовую позицию по представленным истцом доводам и доказательствам до сведения суда не довели.

С учетом установленных судом обстоятельств и отсутствия возражений ответчика в этой части, суд приходит к выводу о наличии вины в действиях ООО «Феникс», которыми были нарушены личные неимущественные права ФИО1 (на неприкосновенность частной жизни), чем ему причинен моральный вред.

Оснований не доверять пояснениям истца относительно причиненного ему морального вреда вследствие нарушения ответчиком принадлежащих ему личных неимущественных прав у суда с учетом конкретных обстоятельств дела, в том числе наличия у ФИО1 крупной суммы задолженности по кредитному договору, отсутствия возможности ее погасить, уклонения банка и его правопреемника от обращения к истцу с требованиями о взыскании задолженности по кредиту в судебном порядке, не имеется.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает не только обстоятельства, при которых были нарушены неимущественные права истца, но и индивидуальные особенности последнего, в частности обстоятельства его семейной жизни - тяжелое состояние здоровья его супруги, затруднительность изыскания необходимых средств для лечения, болезнь внучек. 

С учетом изложенного, руководствуясь принципами справедливости, соразмерности, баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание степень значимости нарушенного ответчиком неимущественного права, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ООО Феникс» в пользу ФИО1 в размере 7 000 рублей.

При этом требования о взыскании компенсации морального вреда с АО «Тинькофф Банк», причиненного телефонными звонками с угрозами от коллекторов, изложенные в иске, не подлежат удовлетворению. В ходе судебного разбирательства ФИО1 на этих требованиях не настаивал, поясняя, что надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда является ООО «Феникс».

В соответствии с положениями статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ООО «Феникс» надлежит взыскать государственную пошлину, от уплаты которой истец, обратившийся в суд в рамках Закона РФ «О защите прав потребителей», был освобожден, в доход муниципального образования города Казани в размере 300 рублей.

При этом в судебном заседании истцом был заявлен отказ от части исковых требований – об уменьшении начисленной банком неустойки ввиду ее несоразмерности в порядке статьи 333 Гражданского кодекса РФ.

Последствия отказа от иска, предусмотренные статьей 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцу были разъяснены.

Согласно части первой статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска. 

В соответствии со статьей 220 Кодекса суд прекращает производство по делу в случае, если истец отказался от иска и отказ принят судом.

Поскольку в данном случае отказ истца от части исковых требований не противоречит закону и не затрагивает права и законные интересы других лиц, полагать обратное у суда оснований не имеется; ответчик на рассмотрении данных требований по существу не настаивал, то суд принимает у истца отказ от иска и в этой связи прекращает производство по делу в части его исковых требований об уменьшении начисленной банком неустойки ввиду ее несоразмерности в порядке статьи 333 Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем, ФИО1 в силу специфики правовой природы указанных требований не лишен права ходатайствовать перед судом об уменьшении начисленной банком неустойки ввиду ее несоразмерности в порядке статьи 333 Гражданского кодекса РФ в случае рассмотрения требований ООО «Феникс» к нему о взыскании задолженности по кредитному договору.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Феникс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 7 000 рублей.

Взыскать с ООО «Феникс» в доход бюджета муниципального образования города Казани государственную пошлину в размере 300 рублей.

В остальной части иска - о расторжении кредитного договора, признании условия кредитного договора об участии в программе страхования заемщика банка недействительным, взыскании в возврат сумм внесенной платы за страхование, признании договора уступки права требования недействительным – отказать.

В иске к АО «Тинькофф Банк» отказать

Принять отказ ФИО1 от исковых требований в части уменьшения неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса РФ.

В этой части производство по делу прекратить.

Повторное обращение в суд с самостоятельным иском с такими же требованиями, к той же стороне и по тем же основаниям не допускается.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РТ через Советский районный суд 

<

адрес изъят> в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Шадрина