Дело № 1-48/2018 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возвращении уголовного дела прокурору

17 мая 2018 года г. Юрьев - Польский 

Судья Юрьев - Польского районного суда Владимирской области Бакрин М.Ю., 

при секретаре Гогиной Т.Ю.,

с участием прокурора Араповой М.И.,

потерпевшего Ч.И.В. 

подсудимой ФИО1, 

защитника - адвоката Акимова А.Н., 

рассмотрев в предварительном слушании уголовное дело в отношении 

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

установил:

ФИО1 обвиняется в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно обвинительному заключению, 11 февраля 2018 года около 17 часов ФИО1 и Ч.Э.В. находились в состоянии алкогольного опьянения в 

<

адрес>. 

В указанное время в указанном месте, пишет далее следователь, у ФИО1 на почве личной неприязни к Ч.Э.В. из-за непристойного поведения последнего возник преступный умысел на причинение ему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Реализуя задуманное, в указанное время в указанном месте, ФИО1, действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровья Ч.Э.В., опасного для жизни человека, подошла к последнему и нанесла с силой один удар клинком ножа, используемого в качестве оружия, в левую часть грудной клетки. После чего, как дословно указано в тексте обвинения, ФИО1 безразлично относясь к последствиям, тяжесть и опасность которых для жизни Ч.Э.В. она могла и должна была предвидеть, не приняв должных мер к сохранению жизни потерпевшего и оказания ему медицинской помощи, скрылась с места преступления.

В результате умышленных преступных действий ФИО1 Ч.Э.В. было причинено слепое колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева, проникающее в левую плевральную полость, далее, через диафрагму в брюшную полость со сквозным повреждением левой доли печени, с расположением входной раны на передней поверхности грудной клетки слева по среднеключичной линии в проекции 7 межреберья, вызвавшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Смерть Ч.Э.В. наступила в ГБУЗ ВО «Юрьев-Польская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ в 2 часа от острой кровопотери о результате 

<

данные изъяты>, которое находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Эти действия ФИО1 квалифицированы по ч.4 ст.111 УК РФ.

Судом по собственной инициативе назначено предварительное слушание для решения вопроса о возвращении данного уголовного дела прокурору.

Основанием для назначения предварительного слушания послужило то, что по делу усматривается нарушение требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, а именно, отсутствует указание на форму вины обвиняемой по отношению к смерти потерпевшего, что может свидетельствовать о неполноте и неконкретизированности обвинения. 

В предварительном слушании прокурор Арапова М.И. полагала, что основания для возвращения уголовного дела прокурору отсутствуют, в обвинении приведена необходимая для рассмотрения дела информация, а недостатки могут быть устранены при рассмотрении дела по существу. 

Потерпевший Ч.И.В. полагал решить данный вопрос на усмотрение суда.

Обвиняемая ФИО3 и защитник Акимов А.Н. считали необходимым возвратить уголовное дело прокурору для уточнения обвинения.

Исследовав материалы дела и выслушав участников судебного разбирательства, суд приходит к следующему. 

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в случае если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу указанной нормы закона, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, нарушенных на досудебной стадии, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

В силу пп.1 и 2 ч.1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в числе прочего, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

По положениям п.4 ч.2 ст. 171 УПК РФ, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, подлежит указанию описание преступления, с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пп.1-4 ч.1 ст.73 УПК РФ.

Согласно п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении также должны быть указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Отсутствие в обвинительном заключении полных, точных и ясных сведений об обстоятельствах, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении деяния и имеющих значение по делу, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку такая неконкретизированность обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ, а также ущемляет гарантированное обвиянемому право знать, в чем он конкретно обвиняется (ст. 47 УПК РФ).

Формулировка обвинения в отношении ФИО1 не соответствует данным требованиям закона, поскольку в нем не изложены в полном объеме все предусмотренные законом обстоятельства, касающиеся формы вины обвиняемой по отношению к последствию в виде смерти потерпевшего, подлежащие доказыванию и имеющие значение по делу о деянии, предусмотренном ч.4 ст.111 УК РФ, что не может быть восполнено на стадии судебного разбирательства.

При этом необходимо учесть, что в силу ч. 3 ст. 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает лишь необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Как следует из постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения, органом предварительного следствия ФИО1 обвиняется в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Ч.Э.В., опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, совершенном с применением предмета используемого в качестве оружия - по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, характеризуется двумя формами вины: умыслом - по отношению к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшего, и неосторожностью - по отношению к его смерти, о чем должно быть указано в формулировке обвинения, в том числе для отграничения этой квалификации от иных составов преступлений, следствием которых является гибель людей.

Вместе с тем, указав в формулировке обвинения об умышленном нанесении ФИО1 удара ножом в грудную клетку Ч.Э.В. с целью причинения тяжкого вреда его здоровью, следователь не привел сведений о субъективном отношении подсудимой при непосредственном выполнении объективной стороны преступления к наступлению смерти потерпевшего, ограничившись в дальнейшем лишь констатацией факта ее наступления от полученного тем ранения.

Указав, что после нанесения Ч.Э.В. удара ножом ФИО1, не приняв мер к сохранению жизни потерпевшего и оказанию ему медицинской помощи, скрылась с места преступления, следователь упомянул лишь о безразличном ее отношении к последствиям, тяжесть и опасность для жизни которых она могла и должна была предвидеть.

При этом в обвинении не конкретизировано, о каких именно последствиях идет речь - о причинении тяжкого вреда здоровью либо о смерти потерпевшего, а также из его формулировки невозможно однозначно определить к «последствиям» каких именно своих действий (бездействия) она так относилась - к причинению ножевого ранения Ч.Э.В. или к оставлению последнего без помощи.

Более того, в данной формулировке смешаны элементы различных взаимоисключающих форм вины: косвенного умысла - в виде безразличного отношения к наступлению общественно-опасных последствий и преступной небрежности - в виде необходимости и возможности предвидеть такие последствия.

Поэтому формулировка обвинения в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении содержит неясности и противоречия о форме вины ФИО1.

Фактически орган предварительного расследования предлагает суду самостоятельно определить форму вины обвиняемой по отношению к смерти потерпевшего, возлагая тем самым на него несвойственную функцию по формированию обвинения.

Отсутствие в тексте постановления о привлечении в качестве обвиняемого и, соответственно, в обвинительном заключении точных и однозначных формулировок о субъективном отношении ФИО1 к наступившему последствию в виде смерти Ч.Э.В., то есть о форме ее вины по отношению к данному преступному результату, нарушает права как потерпевшего, так и обвиняемой на защиту своих прав и законных интересов и влечет невозможность справедливого судебного разбирательства. 

Поэтому, исходя из вышеизложенного, обвинительное заключение в соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ следует расценить как не соответствующее требованиям УПК РФ, а дело надлежит возвратить прокурору для устранения допущенных нарушений.

Оснований для изменения меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении ФИО4 не усматривается, поскольку она обвиняется в особо тяжком преступлении против личности, представляющем повышенную социальную опасность, совершенном в нетрезвом виде, характеризуется как родитель, негативно влияющий на своего малолетнего ребенка, периодически увлекающийся спиртным, 

<

данные изъяты>, привлекалась к административной ответственности. 

В связи с этим имеются основания полагать о возможности ФИО1, будучи на свободе, совершить преступление, а, учитывая возможность назначения обвиняемой наказания в виде лишения свободы, в случае признания ее виновной, для вывода и о возможности скрыться.

Поэтому, с учетом характера и тяжести инкриминируемого деяния, а также данных о личности обвиняемой и позиции сторон, срок содержания ФИО1 под стражей следует определить в пределах установленных судебным постановлением от 7 мая 2018 года, то есть по 27 июня 2018 года.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 237, 256 УПК РФ,

постановил:

возвратить прокурору Юрьев - Польского района Владимирской области уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, для устранения нарушений требований уголовно-процессуального законодательства при составлении обвинительного заключения, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения на основании него иного решения. 

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде содержания под стражей оставить без изменения, определив срок ее действия по 27 июня 2018 года включительно.

Настоящее постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Юрьев-Польский районный суд в течение 10 суток со дня вынесения.

Судья: подпись М.Ю. Бакрин

Постановление вступило в законную силу 29 мая 2018 года.