Дело № 02-605-2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июля 2019 года

Борзинский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего – судьи Раджабовой Н.М.

при секретаре Тудуповой С.Г.

с участием прокурора Щербаковой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в 

<

адрес> гражданское дело по иску ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 к ФИО4 , ФИО5 о возмещении компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л :

Истцы ФИО1-к., ФИО2-г, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о возмещении компенсации морального вреда, ссылаясь на следующее.

На основании Постановления следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Забайкальскому краю от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, в отношении ФИО4 и ФИО5 прекращено уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33, частью 1 статьи 105 УК РФ по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ (в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности).

В ходе предварительного следствия установлено, что ФИО4 и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> в составе вооруженной преступной группы (банды) осуществили план убийства в форме пособничества ФИО10 и его брата – ФИО9

ФИО10 является отцом ФИО1 к. и ФИО2 г., супругом ФИО3

Убитого ФИО10 ФИО4 и ФИО5 поместили в яму, засыпали землей, после чего скрылись с места преступления.

В результате убийства отца и супруга - ФИО10 им причинен моральный вред.

Когда ФИО10 был убит, ФИО1 к. и ФИО2 г. было шесть лет и девять лет, соответственно. В малолетнем возрасте они остались без отца и кормильца семьи. Они не помнят его живым, не знали о его судьбе свыше 20 лет.

Сообщение органами следствия в ДД.ММ.ГГГГ об убийстве ФИО10 для них стало неожиданностью. Они все время ждали отца и супруга и надеялись на то, что он их не бросил, что они одна семья. Ненавидели ФИО10, так как думали, что он их бросил. Выросли без отцовской любви, заботы, внимания, воспитания, материальной поддержки.

Они перенесли нравственные страдания, боль утраты родного им человека для них невосполнима. Не смогли нормально похоронить отца, а пришлось доставлять закрытый цинковый гроб к его родственникам в 

<

адрес>

Истцы ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 просят суд:

Взыскать с ФИО4 и ФИО5 в пользу каждой компенсацию морального вреда в размере по 

<

данные изъяты>., с каждого.

В судебном заседании истец ФИО1 к., настаивая на заявленных исковых требованиях, пояснила изложенное. 

Кроме того, истец ФИО1 к. суду пояснила, что ФИО4 выплатил ей и ФИО2 г. в счет компенсации морального вреда в связи со смерть отца по 

<

данные изъяты>., каждой. Остальные денежные средства, которые выплатил им ФИО4 в качестве материального ущерба, были потрачены на похороны ФИО10

В судебном заседании истец ФИО3, настаивая на заявленных исковых требованиях, пояснила изложенное.

Кроме того, истец ФИО3 суду пояснила, что ни ФИО4, ни ФИО5 денежные средства в счет возмещения компенсации морального вреда ей не выплачивали. Оставшись одной, без супруга, ей было трудно материально содержать детей, воспитывать их. Предпринимала меры к розыску ФИО10, надеялась на то, что супруг найдется.

Истец ФИО2 г., надлежащим образом и своевременно извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.

В суд от истца ФИО2 г. поступило заявление с просьбой о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчики ФИО4 и ФИО5 надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте судебного заседания в суд не 

явились и не сообщили суду об уважительной причине неявки и не просили о рассмотрении дела в их отсутствие.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд признает причину неявки ответчиков неуважительной и находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО5 – ФИО6, действующий на основании доверенности, исковые требования истцов ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 не признал, пояснив, что размер компенсации морального вреда не соответствует принципу разумности и справедливости. В отношении ФИО5 уголовное преследование прекращено, он не является непосредственным исполнителем убийства.

К материалам дела не приложено постановление о признании ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 потерпевшими.

ФИО5 не являлся членом вооруженной преступной группы.

В настоящее время ФИО5 является порядочным семьянином, отцом двух несовершеннолетних детей. Так же на его иждивении находится престарелая мать и брат, который является инвалидом 

<

данные изъяты>

Со стороны ФИО5 предприняты попытки добровольного возмещения компенсации морального вреда, однако истцы отказались.

Полагает, что рассмотрение данного дела в отношении ФИО5 без определения вины каждого соучастника, в частности, ФИО14, невозможно.

При вынесении решения о возмещении компенсации морального вреда просил учесть принцип разумности и справедливости, степень нравственных страданий, степень вины нарушителя.

Из отзыва на исковое заявление представителя ответчика ФИО4 – ФИО7, действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что исковые требования истцов ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 о возмещении компенсации морального вреда в заявленном размере являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

В ходе предварительного следствия в счет возмещения компенсации причиненного морального вреда ФИО4 в добровольном порядке ФИО1 к. и ФИО2 г., каждой, выплачено по 

<

данные изъяты> коп. и по 

<

данные изъяты>. Кроме того, им выплачен материальный ущерб на погребение отца в размере 

<

данные изъяты>.

При определении компенсации морального вреда просит учесть принцип разумности и справедливости.

Заслушав истцов ФИО1 к., ФИО3, представителя ответчика ФИО5 - ФИО6, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора Щербаковой Я.А., полагавшую необходимым исковые требования истцов о возмещении компенсации морального вреда удовлетворить с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и подтверждается Постановлениями о прекращении уголовного преследования, вынесенными ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, следователем по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Забайкальскому краю ФИО42., что реализуя умысел на убийство ФИО10 и ФИО9 организованной преступной группой, сопряженной с бандитизмом, ДД.ММ.ГГГГ (точная дата следствием не установлена), ФИО5 и ФИО4, осведомленные о преступных намерениях совершить убийство ФИО10, согласились содействовать ФИО14 в реализации умысла на его убийство в форме пособничества, а именно путем устранения препятствий, заранее пообещав скрыть преступника и следы преступления.

Кроме того, ФИО4 согласился принять участие в доставлении ФИО10 на место убийства и оказать содействие ФИО14, в случае если потерпевший попытается от них скрыться, либо окажет сопротивление. ФИО5 согласился остаться на месте убийства с убитым ФИО9, пока ФИО14 и ФИО4 привезут туда второго потерпевшего.

Реализуя преступный умысел на убийство ФИО33 организованной группой, сопряженной с бандитизмом, ДД.ММ.ГГГГ (точная дата следствием не установлена), в период с 08 часов до 24 часов, ФИО14, прибегнув к помощи ФИО4, встретился с ФИО10 и, управляя автомобилем марки «

<

данные изъяты>», увез его из 

<

адрес> в лесной массив 

<

адрес> 

<

адрес>.

ФИО5, осведомленный о намерении ФИО14 совершить убийство ФИО10, остался на месте убийства ФИО9 с трупом последнего, охраняя указанное место от возможного появления посторонних лиц, устраняя тем самым препятствия для совершения убийства ФИО10

В вышеуказанные время и месте, ФИО14, во исполнение преступного умысла на убийство братьев ФИО33, в целях убийства двух лиц, организованной группой, сопряженной с бандитизмом, действуя во исполнение указаний ФИО15, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя неизбежность в результате их совершения последствий в виде наступления смерти ФИО10, и желая их наступления, умышленно напал на потерпевшего. ФИО14, применяя 

насилие, опасное для жизни и здоровья потерпевшего, умышленно, с целью убийства, накинул на шею ФИО10 неустановленный следствием предмет, используя его в качестве удавки, который затянул на его шее, натягивая свободные концы предмета в разные стороны, перекрыв тем самым доступ воздуха в органы дыхания потерпевшего. ФИО14 умышленно удерживал неустановленный следствием предмет в таком положении и душил потерпевшего до тех пор, пока ФИО10 не перестал подавать признаков жизни.

Доведя умысел на убийство ФИО10 до конца, ФИО14 полагал, что потерпевший жив, умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти другому человеку, и желая этого, произвел из пистолета «

<

данные изъяты>» один выстрел в туловище ФИО10, причинив посмертное огнестрельное пулевое проникающее сквозное ранение туловища.

Смерть ФИО10 наступила на месте происшествия от странгуляционной механической асфиксии, развившейся в результате сдавливания органов шеи петлей.

Убедившись, что ФИО10 мертв, ФИО5 и ФИО4, действуя в соответствии с достигнутой договоренностью, осознавая, что ФИО14 своими действиями совершил особо тяжкое преступление, скрывая последнего и следы преступления, умышленно помогли ФИО14 выкопать яму, куда поместили трупы ФИО33 и засыпали их землей, после чего скрылись с места преступления.

ДД.ММ.ГГГГ (точная дата следствием не установлена), ФИО5, продолжая реализовывать преступный умысел, прибыл на место захоронения ФИО33 и, скрывая следы совершенного преступления, перекопал останки потерпевших.

Таким образом, своими умышленными действиями ФИО4 и ФИО5 совершили заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления, то есть преступление, предусмотренное статьей 316 УК РФ, а также пособничество в убийстве – умышленном причинении смерти другому человеку, содействовав устранением препятствий, а также заранее пообещав скрыть преступника, следы преступления, то есть совершил преступление, предусмотренное частью 5 статьи 33, частью 1 статьи 105 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а, ж» части 2 статьи 105 УК РФ.

В ходе дополнительного допроса от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 показал, что о планируемых убийствах ФИО33 ему не было известно. Детали этого преступления с ФИО14, ФИО15 и ФИО8 он не обсуждал. Уже на месте преступления после убийства ФИО9 он понял, что ФИО14 будет совершено убийство второго брата – ФИО10, в котором он принял участие в качестве пособника, оказав 

ФИО14 содействие в сокрытии следов преступления и самого ФИО14, который непосредственно убил ФИО10

Из показаний ФИО5 следует, что он и ФИО4 помогли ФИО14 скрыть следы преступления, закопав трупы ФИО33 в землю. Кроме того, он оставался на месте преступления с трупом ФИО9, пока ФИО14 и ФИО4 ездили за вторым ФИО33.

Из показаний ФИО14 следует, что он не посвящал ФИО4 и ФИО5 в свои преступные планы и детали предстоящего убийства с ними не обсуждал. После убийства ФИО9 он попросил их принять участие в убийстве ФИО10 и в сокрытии трупов потерпевших.

ДД.ММ.ГГГГ действия ФИО4 переквалифицированы, уголовное преследование в отношении ФИО4 продолжено по статье 316, части 5 статьи 33, части 1 статьи 105 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное преследование в отношении ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного статьей 316 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ. Дальнейшее уголовное преследование в отношении ФИО4 продолжено по части 5 статьи 33, части 1 статьи 105 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33, частью 1 статьи 105 УК РФ. Обвиняемый ФИО4 вину в предъявленном обвинении признал в полном объеме.

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления следователя уголовное преследование в отношении ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного частью 5 статьи 33, частью 1 статьи 105 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 частью 1 статьи 24 УПК РФ (в связи с истечением сроков давности уголовного преследования).

В ходе следствия получено достаточно доказательств причастности ФИО5 к совершению преступления, предусмотренного статьей 316, частью 5 статьи 33, части 1 статьи 105 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления следователя уголовное преследование в отношении ФИО5 в совершении преступлений, предусмотренных статьей 316, частью 5 статьи 33, частью 1 статьи 105 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 частью 1 статьи 24 УПК РФ (в связи с истечением сроков давности уголовного преследования).

Из пояснений сторон судом установлено, что постановления следования от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО4 и ФИО5 не отменялись и вступили в законную силу.

Указанные обстоятельства в судебном заседании не оспаривались.

В силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Исходя из изложенного, суд находит, что постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО4 и ФИО5 для суда, рассматривающего данное гражданское дело, имеют преюдициальное значение.

Ответчики ФИО4 и ФИО5, несмотря на то, что уголовное дело в отношении них органами следствия прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ (в связи с истечением сроков давности уголовного преследования), являются лицами, виновными в гибели ФИО10

Свидетельством о рождении серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ гор. ЗАГС 

<

данные изъяты>; Свидетельством о заключении брака серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ городским отделом ЗАГС 

<

данные изъяты>, подтверждается, что ФИО11 к. является дочерью ФИО10 Фамилия ФИО12 к. изменена на «Гаврилову» в связи с заключением брака.

Свидетельством о рождении серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС 

<

данные изъяты>; Свидетельством о заключении брака серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС 

<

адрес>, подтверждается, что ФИО13 г. является дочерью ФИО10 Фамилия ФИО16 г. изменена на «Шемелину» в связи с заключением брака.

Свидетельством о заключении брака серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ гор. ЗАГС 

<

данные изъяты>, подтверждается, что ФИО3 является супругой ФИО10

Свидетельством о смерти серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС 

<

данные изъяты>, подтверждается, что ФИО10 умер в ДД.ММ.ГГГГ

Исходя из изложенного, суд находит, что в связи с тем, что погибший ФИО10 приходится отцом и супругом ФИО1 к, ФИО17 г, ФИО3, следовательно, каждая из них имеют право на возмещение компенсации морального вреда, причиненного им смертью родного человека.

Доводы представителя ответчика ФИО6 о том, что истцами ФИО1 к, ФИО17 г, ФИО3 не приложено к исковому заявлению постановление о привлечении в качестве потерпевшего, трое близких родственников предъявляют требования о возмещении компенсации морального вреда, суд не принимает во внимание, поскольку каждая из дочерей и супруга вправе обратиться в суд с требованием о возмещении им компенсации морального вреда, который заключается в нравственных переживаниях в связи с утратой родственника.

Сам по себе факт привлечения кого-либо из близких родственников в качестве потерпевшего в рамках расследуемого органами следствия уголовного дела, не может являться основанием к отказу в удовлетворении исковых требований истцов (остальных родственников погибшего) о возмещении компенсации морального вреда, причиненного им в результате смерти близкого родственника, поскольку указанные обстоятельства нормами гражданского законодательства не предусмотрены и не могут находиться в зависимости от того, кто из близких родственников признан потерпевшим по уголовному делу.

Давая право на предъявление исковых требований о возмещении компенсации морального вреда лишь признанному потерпевшим по уголовному делу, законодатель тем самым нарушил бы права и законные интересы остальных родственников на возмещение им компенсации морального вреда, причиненного гибелью родственника.

Истцы ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 просят суд взыскать в пользу каждой с ответчиков ФИО4 и ФИО5 компенсацию морального вреда, причиненного в связи с гибелью их отца и супруга – ФИО10, с каждого, в размере по 

<

данные изъяты>. 

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и достоинство, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие 

нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу пункта 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 (редакция от 06.02.2007 года) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию 

гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Как пояснили в судебном заседании истцы ФИО1 к. и ФИО3, а также указала в исковом заявлении истец ФИО2 г., что в результате гибели их отца и супруга – ФИО10 они пережили нравственные страдания. 

Когда был убит ФИО10 ФИО2 г. и ФИО1 к. было 9 лет и 6 лет, соответственно. В малолетнем возрасте они остались без отца и кормильца семьи, не помнят отца живым, не знали о его судьбе свыше 20 лет. Выросли без отцовской любви, заботы, внимания, воспитания, материальной поддержки. 

ДД.ММ.ГГГГ органы следствия сообщили семье истцов о том, что их отец и супруг убит еще в ДД.ММ.ГГГГ, для их семьи это было сильным потрясением. Они все время ждали отца и супруга и надеялись на то, что он их не бросил, что они ему нужны. Было время, когда истцы просто ненавидели отца и супруга, так как думали, что он их бросил.

Суд находит доводы истцов ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 о причинении им нравственных страданий, которые они пережили в результате гибели отца и супруга – ФИО10 установленными. 

В силу части 1 статьи 61 ГПК РФ обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании.

Факт нравственных страданий, которые перенесли ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 в связи с гибелью отца и супруга – ФИО10, учитывая характер отношений, возникших между родителями и детьми, супругом и супругой является очевидным и не нуждается в доказывании.

Исковые требования истцов ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 о возмещении им денежной компенсации морального вреда суд находит обоснованными, поскольку факт причинения им ответчиками ФИО4 и ФИО5 морального вреда в связи с гибелью отца и супруга – ФИО10 является очевидным и дополнительному доказыванию не подлежит.

Вместе с тем, с учетом требований разумности и справедливости заявленный истцами ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 размер компенсации морального вреда, по 

<

данные изъяты>. в пользу 

каждой, суд находит завышенным, исковые требования в данной части подлежащими удовлетворению частично, при этом суд исходит из следующего.

В судебном заседании установлено и не оспаривалось ответчиками, что ФИО1 к. и ФИО2 г. причинены огромные нравственные страдания: тяжесть утраты родного им человека, чувство огромного горя, нетерпимая боль утраты отца. Они, будучи детьми, были лишены возможности общения с отцом, получения от него помощи, внимания, отцовской ласки и заботы. Чувство огромного горя, нетерпимая боль утраты привели к тому, что ФИО1 к. и ФИО2 г. более 20 лет переживали сильное душевное потрясение, ждали возвращения отца.

ФИО3, будучи супругой ФИО10, также переживает нравственные страдания в связи с потерей и смертью супруга. Оставшись без материальной поддержки со стороны супруга, одной пришлось воспитывать и материально содержать детей. Брак между ней и ФИО10 не расторгнут. Она ждала возвращение супруга, в брачные отношения не вступала.

Таким образом, судом установлено и не оспаривалось ответчиками, что ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 пережили огромные нравственные страдания в связи с потерей отца и супруга, неизгладимой является боль потери близкого человека. 

То обстоятельство, что истцы ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 пережили нравственные страдания в связи с гибелью отца и супруга – ФИО10 по вине ответчиков ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании не оспаривалось.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО6 при определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемого с ответчика ФИО5 просил суд учесть то, что ФИО5 является отцом несовершеннолетних ФИО46, ДД.ММ.ГГГГ рождения и ФИО47, ДД.ММ.ГГГГ рождения, на его иждивении находится престарелая мать и брат-инвалид 

<

данные изъяты>. Со стороны ФИО18 были предприняты попытки добровольного возмещения морального вреда, однако истцы по неизвестной причине отказались от денежных средств.

Свидетельством о рождении серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом по 

<

данные изъяты> службы записи актов гражданского состояния 

<

данные изъяты>; Свидетельством о рождении серии №, выданным ДД.ММ.ГГГГ отделом по 

<

данные изъяты> 

области, подтверждается, что ФИО5 является отцом несовершеннолетних №, ДД.ММ.ГГГГ рождения и ФИО48, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

Справкой серии №, выданной ДД.ММ.ГГГГ Бюро № – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты>», подтверждается, что ФИО49 является инвалидом 

<

данные изъяты>.

Доказательств в обоснование доводов о том, что у ФИО5 на иждивении находятся престарелая мать и брат-инвалид 

<

данные изъяты>, ответчиком ФИО5 и его представителем суду не представлено.

Представителем ответчика ФИО4 – ФИО19 в суд представлены следующие документы: расписка ФИО1 к. от ДД.ММ.ГГГГ о получении частично денежных средств в счет компенсации морального вреда от ФИО4 в размере 

<

данные изъяты>.; расписка ФИО20 от ДД.ММ.ГГГГ о получении частично материальной помощи от семьи ФИО4 в размере 

<

данные изъяты>.; квитанции от ДД.ММ.ГГГГ о перечислении ФИО4 ФИО1 к. и ФИО2 г. в пользу каждой по 

<

данные изъяты>.

В судебном заседании истец ФИО1 к. не отрицала факта получения ей и ФИО2 г. от ФИО4 денежных средств в счет возмещения материального ущерба и компенсации морального вреда в связи с гибелью отца в указанном размере, пояснив, что в счет возмещения компенсации морального вреда от ФИО4 она и ФИО2 г. получили по 

<

данные изъяты> каждая, остальные денежные средства они получили в счет возмещения материального ущерба, связанного с похоронами отца, останки которого увезли на захоронение в 

<

адрес>

.

Кроме того, из расписки ФИО2 г. от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что денежные средства в размере 

<

данные изъяты> выплачены ей ФИО4 частично в счет материальной помощи.

Иных доказательств, подтверждающих факт выплаты ответчиками ФИО4 и ФИО5 в пользу истцов денежных средств в счет компенсации морального вреда, суду не представлены.

При определении компенсации морального вреда суд принимает во внимание роль каждого из ответчиков ФИО4 и ФИО5 в гибели ФИО10, наличие и нахождении на иждивении ФИО5 двух несовершеннолетних детей, то обстоятельство, что в пользу истцов 

ФИО1 к. и ФИО2 г. в счет возмещения компенсации морального вреда ответчиком ФИО4 возмещено по 

<

данные изъяты>

С учетом установленных обстоятельств дела и требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что заявленные истцами ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 исковые требования к ответчикам ФИО4 и ФИО5 о возмещении компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично.

Принимая во внимание изложенное, с учетом исследованных доказательств, суд приходит к выводу, что с ответчика ФИО4 в пользу истцов ФИО1 к. и ФИО2 г. подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере по 

<

данные изъяты>., каждой.

С ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

С ответчика ФИО5 в пользу истцов ФИО1 к. и ФИО2 г. подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере по 

<

данные изъяты>., каждой.

С ответчика ФИО5 в пользу истца ФИО3 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

В остальной части исковые требования истцов ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО21 о взыскании с ответчиков ФИО4, ФИО5 компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Доводы представителя ответчика ФИО6 о том, что рассмотрение данного дела невозможно без определения вины каждого соучастника преступления, в том числе ФИО14, суд находит несостоятельными, поскольку в постановлениях от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО4 и ФИО5 указаны обстоятельства их участия в убийстве ФИО10

То обстоятельство, что в отношении ФИО14 не принято правовое решение по существу, не имеет юридического значения для данного рассматриваемого дела, поскольку принятое в отношении него процессуальное решение не может повлиять на принятие решения по данному рассматриваемому делу по существу заявленных исковых требований.

Иного суду не представлено.

ДД.ММ.ГГГГ Борзинским городским судом Забайкальского края вынесено определение об отказе в удовлетворении ходатайства 

представителя ответчика ФИО6 о приостановлении производства по делу до принятия правового решения в отношении ФИО14

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств, опровергающих доказательства, представленные истцами, ответчиками суду не представлено.

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Суд находит, что с ответчиков ФИО4 и ФИО5 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере по 

<

данные изъяты>., с каждого.

Исследовав доказательства дела в их совокупности, суд находит, исковые требования ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 о возмещении компенсации морального вреда законными и обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к., ФИО2 г., ФИО3 к ФИО4 , ФИО5 о возмещении компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 к., ФИО2 г. по 

<

данные изъяты>. – компенсация морального вреда, в пользу каждой.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 

<

данные изъяты>. – компенсация морального вреда.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 к., ФИО2 г. по 

<

данные изъяты>. – компенсация морального вреда, в пользу каждой.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 

<

данные изъяты>. – компенсация морального вреда.

Взыскать с ФИО4 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 

<

данные изъяты>.

Взыскать с ФИО5 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 

<

данные изъяты>.

В остальной части исковые требования ФИО1 к. , ФИО22 г. , ФИО3 к ФИО4 , ФИО5 о возмещении компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Борзинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Раджабова Н.М.

(решение суда в окончательной форме принято 02.08.2019 года)

Копия верна: судья Раджабова Н.М.