Дело№2-1296/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тверь 21 сентября 2017 годаЗаволжский районный суд города Твери 

в составе председательствующего судьи Никифоровой А.Ю.

при секретаре Ежовой Т.Д.

с участием истца ФИО1 и ее представителя ФИО2 представителя ответчика ФИО3- ФИО4, действующей на основании доверенности и ордера,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское деле по иску ФИО1 к ФИО3,., ФИО5 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки и встречному иску ФИО5 к ФИО1 и ФИО3, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области о признании право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, обязании Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области зарегистрировать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> на имя ФИО5

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, уточнённым в ходе судебного разбирательства в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ФИО3, ФИО5 о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявления указано, что на основании договора дарения от 16.12.2016 года, заключенного между истцом ФИО1, а также ФИО3 с одной стороны и ФИО5 с другой стороны, истец и ответчик ФИО3 безвозмездно передали в дар ФИО5, а она приняла в дар двухкомнатную квартиру, общей площадью 55, 6 кв. м, в том числе жилой площадью 32, 5 кв. м, расположенную по адресу: 

<

адрес>

Указанная квартира принадлежала истцу и ФИО3 на праве общей совместной собственности, на основании договора № 385 на передачу квартиры в собственность гражданам, заключённого 01 июля 1993 года Тверским производственным объединением вагоностроения в лице зам директора ФИО6 и истцом и ответчиком ФИО3 Данный договор был зарегистрирован в Тверским бюро технической инвентаризации 07.09.1993 года. В дальнейшем государственную регистрацию данный договор не проходил.

16.12.2016 года договор дарения был сдан на регистрацию в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области. Однако, регистрация данного договора была приостановлена Росреестром до 19.04.2017 года, так как истцом 19 января 2017 года было подано в Росреестр заявление о приостановлении государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, а 20 января 2017 года подано заявление о прекращении государственной регистрации договора дарения, которое было зарегистрировано Росреестром за № 

<

данные изъяты>

Договор дарения был подписан истцом в недобровольном порядке, а под давлением и угрозами со стороны ФИО3, которая приходиться матерью одаряемой ФИО5, а также в последствии стечения тяжелых обстоятельств, которые умышленно и целенаправленно были созданы ответчиками, в первую очередь ФИО3 с целью лишения истца общей собственности на квартиру по вышеуказанному адресу при следующих обстоятельствах.

На протяжении 2015-2016 годов истец подвергалась психологическому давлению и издевательствам со стороны ФИО3, которая преследуя цель вынудить истца, как второго сособственника указанной квартиры передать право собственности ФИО5, создавала условия невозможности пользования со стороны истца данной квартирой, а именно: в начале сентября 2015 года ФИО7 срезала в указанной квартире входную дверь, разбила сливной бачок от унитаза, раскрасила стены квартиры спреем, вырвала на кухне мойку, демонтировала на кухне и ванной водопроводные краны – смесители холодной и горячей воды, демонтировала электросчетчик и т.д., заявив затем участковому уполномоченному полиции, к которому была вынуждена обратиться истец, что все эти действия являются ремонтом. Однако, названный ремонт не начался до сих пор. После выхода из строя всей сантехники и отключения электроснабжения в указанной квартире истец уже проживать не смогла. Все издевательства над истцом происходили с попустительства ФИО5, которая неоднократно заявляла истцу, что необходимо подарить ей свою часть квартиры, а самой съехать к старшей дочери. Не выдержав указанных моральных издевательств со стороны ответчиков, а также их угроз, истец вынуждена в сентябре 2015 года выехать из вышеуказанной квартиры к своей дочери ФИО8, которая проживает по адресу: 

<

данные изъяты>

Однако, ответчик ФИО3 с целью вынудить истца передать ее дочери ФИО5 право собственности га вышеуказанную квартиру, продолжила оказывать психологическое давление на истца. Так как 

<

данные изъяты> часть дома по ул. Школьная в селе Николо-Малица, в котором проживает старшая дочь истца ФИО8 и к которой в сентябре 2015 года была вынуждена из своей квартиры переехать истец, принадлежала на тот момент несовершеннолетнему сыну ответчика ФИО3 – ФИО9, то она стала создавать невыносимые условия проживания для истца на новом месте. ФИО3, стала ломать забор, вырубила на огороде посадки плодовых деревьев и кустарников, тором в присутствии истца и ее дочери ФИО8 выломала обшивку «вагонку» на веранде, имея еще один в собственности на против дом, неоднократно бросалась в стены дома и в дверь, в котором проживает истец камнями, пыталась облить собаку ФИО8 краской и т.д.. Истец в момент агрессивного поведения ответчика обращались в Заволжский и Калининский РОВД, однако из-за того, что несовершеннолетний сын ответчика являлся собственником 1\2 доли данного дома, то полиция не желала принимать по фактам обращения никаких мер. Не оставляя цель добиться от истца отчуждения своей части квартиры по вышеуказанному адресу в пользу ФИО5, ФИО3 с своим сыном ФИО9 в 2015 году зарегистрировались в доме 

<

адрес> и после этого в июне 2016 года ФИО3 подала иск к ФИО8 в Калининский районный суд Тверской области о разделе жилого дома, в котором стала проживать истец, и земельного участка. Данное дело рассматривалось в суде с июня 2016 по 16 декабря 2016 года. В ходе рассмотрения данного дела ФИО3, неоднократно заявляла истцу и ее дочери ФИО8, что не даст им спокойно жить до тех пор, пока не получит желаемого в виде квартиры для своей дочери ФИО5 и выкупа за 

<

данные изъяты> долю дома 

<

адрес>.

Не выдержав психологического напряжения и под воздействием угроз и травли, истец была вынуждена подписать договор дарения квартиры в пользу ФИО5 При этом истец лишился своего единственного жилья, что лишает его права на жилище, а также нарушает его право беспрепятственно владеть и распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению без всякого постороннего давления и принуждения к совершению сделки по его отчуждению. Истец считает, что данная сделка в виде договора дарения является для нее кабальной, заключенной под угрозами и по понуждению. Ссылаясь на положения ст. 166, 179 ГК РФ истец просил признать недействительным договор дарения квартиры от 16.12.2016 года, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключённый между ФИО1 и ФИО3 в пользу ФИО5 и применить последствия недействительности сделки.

В ходе судебного разбирательства истец уточнил основание иска в порядке ст. 39 ГПК РФ и просил, в том числе признать недействительным в силу ничтожности договор дарения квартиры от 16.12.2016 года, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключённый между ФИО1 и ФИО3 в пользу ФИО5 и применить последствия недействительности сделки, 

При этом в качестве дополнительного обоснования искового требования по оспариванию сделки дарения ссылалась на то, что в силу п. 1 ст. 42 Федерального закона от 13.07.2015 г. № 218 –ФЗ в ред. от 02.06.2016 № 172 –ФЗ и от 08.07.2016 года № 351 –ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» сделки по отчуждению долей в праве общей собственности на недвижимое имущество, в том числе при отчуждении всеми участниками долевой собственности своих долей по одной сделке, подлежат нотариальному удостоверению. Исходя из подпункта 1 пункта 2 ст. 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделок обязательно в случаях, указанных в законе. Нормами пункта 3 ст. 163 ГК РФ установлено, что если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи обязательно, то несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность. Кроме того, в реальности вышеуказанная сделка не была исполнена, а именно ФИО5 не была передана даримая квартира в виду отсутствия Акта приема – передачи данной квартиры и отсутствия в самом договоре указания на то, что он имеет характер и акта приема-передачи данного недвижимого имущества. В настоящее время ключи от данной квартиры и документы на нее находиться у истца.

ФИО5 обратилась к ФИО3 и ФИО1 со встречным исковым заявлением о признании права собственности на квартиру и о понуждении зарегистрировать переход права собственности на квартиру.

В обоснование встречного иска указано, что 16 декабря 2016 года между ФИО1 и ФИО3, с одной стороны и ФИО5 с другой стороны, заключен договор дарения двухкомнатной квартиры общей площадью 55,6 кв.м, в том числе жилой площадью 32.5 кв.м по адресу: 

<

адрес>

Согласно условиям указанного договора, ФИО1 и ФИО3 передали истцу в дар, а истец принял в собственность указанную квартиру.

Однако, до настоящего времени истец не имеет возможности зарегистрировать свое право собственности на спорную квартиру, т.к. ответчики отказались зарегистрировать переход права собственности на ее имя. Ссылаясь на положения ч. 2 ст. 218, ч. 1 ст. 131, ч. 3 ст. 165, ч. 1 ст. 420, ч. 1 ст. 432 ГК РФ истец указывает, что договор дарения квартиры заключен в соответствии с действующим законодательством. Невозможность зарегистрировать право собственности нарушает права истца как собственника осуществлять полномочия в отношении спорного имущества. На основании изложенного, истец просила: 

- признать за ФИО5 право собственности на квартиру п адресу: 

<

адрес>

- обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии Тверской области зарегистрировать переход права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, на имя ФИО5

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО1, ее представитель ФИО2 поддержали первоначальный иск по доводам, изложенным в исковом заявлении с учетом его уточнений. Против удовлетворения встречного иска возражали, в том числе по доводам, изложенным в возражениях на встречное исковое заявление.

Истец в ходе судебного разбирательства дополнительно указала, что договор дарения был заключен под давлением и угрозами со стороны, в том числе ФИО8, которая грозилась выгнать ее из дома в случае не подписания договора дарения. При этом дом, где в настоящее время проживает истец № 

<

адрес> находиться в аварийном состоянии. Ранее истец пользовалась спорным жилым помещением, приходила помыться. При этом не оспаривала тот факт, что спорное жилое помещение сдавалось квартирантам на протяжении нескольких лет, также непродолжительное время в спорном помещении проживала ФИО5, с которой у нее ранее были хорошие отношения.

Кроме того, пояснила, что оформление договора дарения происходило поэтапно. Сначала договор дарения был составлен представителем ответчика в адвокатской конторе, в присутствии истца, после чего они с ФИО8 пошли в Росреестр для его регистрации. 

Представитель истца ФИО2, поддержав позицию истца, указал, что на момент рассмотрения дела в суде государственная регистрация договора дарения не осуществлена. Указал на ничтожность оспариваемой истцом ФИО1 сделки дарения, поскольку договор дарения нотариально не удостоверен.

Ответчики по первоначальному иску ФИО3, ФИО5, будучи извещенными о месте и времени рассмотрения дела, в судебном заседании участия не приняли, представили ходатайство о рассмотрении дела в свое отсутствие. Представили возражения на исковое заявление ФИО1 согласно которым полагали, что заявленные требования являются необоснованными и не подлежат удовлетворению. Кроме того, указано, что в действительности в 1989 году ФИО1 получила в пользование двухкомнатную квартиру на основании обменного ордера. В ордер на право заселения данной квартиры вписаны были ФИО1, ФИО10, ФИО11 В 1982 году в результате родственного обмена Карпова (Большакова ) Е.Ю. выехала из спорной квартиры в комнату, расположенную в коммунальной квартире по адресу: 

<

адрес>, а в спорную квартиру въехала ФИО13 – мать ФИО1

В 1989 году ФИО1 познакомилась с ФИО14 и они стали совместно проживать в жилом доме 

<

адрес> Калининского района. На тот момент собственником доли дома, где проживала ФИО1 и ФИО14, являлась племянница ФИО1 - ФИО15

16.09.1992 года ФИО14 был выделен в собственность земельный участок площадью 1848 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, который приступил к строительству дома. Строительство дома было завершено в 1995 году и ФИО1 с ФИО14 переехали в жилой дом № 

<

адрес>. Ранее между истцом ФИО1 и ее мужем и ответчиками по делу были добрые родственные отношения.

При жизни ФИО14 оформил в нотариальном порядке завещание на принадлежащий ему земельный участок и расположенный на нем жилой дом по адресу: 

<

адрес> на несовершеннолетнего ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

10.12.2013 года ФИО14 вступил в зарегистрированный брак с ФИО1

12.12.2013 года ФИО14 умер.

После смерти ФИО14 собственниками земельного участка и жилого дома 

<

адрес> в порядке наследования в равных долях ( по 

<

данные изъяты> доли каждому) стали ФИО1 (обязательная доля) и ФИО9 ( в порядке наследования по завещанию).

23.07.2014 года ФИО1 подарила свою долю в праве собственности на указанное имущество 1/2 долей земельного участка и дома ФИО8 заявляла, что она никогда не пустит ни сына, ни ответчика, как законного представителя на земельный участок и в жилой дом.

На этой почве стали происходить конфликты, которые заканчивались обращением в правоохранительные органы. В итоге ответчику пришлось обратиться в суд с иском о реальном разделе земельного участка и расположенного на нем жилого дома, о прекращении прав общей долевой собственности. С ФИО1 они прекратили общаться после смерти ФИО14 Отношения с ФИО8 также испортились.

16.12.2016 года на судебном заседании Калининского районного суда сторонам по делу было предложено обсудить возможность заключения мирового соглашения. Ответчиком было предложено о продаже доли в общем имуществе за 

<

данные изъяты> руб. ФИО8 передала через представителя, что у нее в наличии 

<

данные изъяты> руб. При этом она ссылалась на оценку имущества, которая имелась в материалах дела. От заключения мирового соглашения на таких условиях ответчик ФИО3 не согласилась. После чего ФИО8 через своего представителя передала, что она согласна на заключение мирового соглашения, если ФИО9 откажется от своей доли в ее пользу при условии выплаты ему денежной компенсации в указанном размере и передачи в его собственность спорной квартиры. ФИО3 согласилась с указанными условиями, однако, предложила передать спорную квартиру в дар не сыну ФИО9, а дочери ФИО5 ФИО1 присутствовала при этом разговоре, согласилась с указанными условиями.

16.12.2016 года ответчик ФИО3, ФИО1, и ФИО5 прибыли в здание Росреестра, где в присутствии регистратора подписали договор дарения.

Однако, ФИО1 через несколько дней подала заявление об отказе от регистрации права собственности и обратилась в суд с иском о признании договора дарения квартиры недействительным и применение последствий недействительной сделки.

Заявление ФИО1 об оказании давления и понуждении ее к заключении сделки являются надуманными. В действительности ФИО1 с 1989 года в спорной квартире не проживает. По настоящее время проживает с ФИО8 в д. Николо-Малица.

В 1992 году ФИО3 выехала из спорной квартиры и стала проживать с ФИО16 в его квартире по адресу: 

<

адрес> А с 1992 года спорная квартира периодически сдавалась в аренду.

Кроме того, указано, что ФИО3, никогда не пыталась склонить ФИО1 передать квартиру ей или ее детям. Инициатива заключения договора дарения спорной квартиры исходила от ФИО1 и ФИО8 ФИО1 имела возможность отказаться от его заключения, однако, этого не сделала.

Заключённый между сторонами договор дарения спорной квартиры отвечает требованиям закона, содержит все существенные условия сделки по безвозмездной передаче недвижимого имущества.

ФИО1 уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на квартиру, в связи с чем одаряемый вправе ставить вопрос о регистрации перехода прав собственности на квартиру в принудительном порядке.

Представитель ФИО3 – ФИО4 возражала против удовлетворения первоначального иска ФИО1 по доводам, указанным в возражениях на исковое заявление, поддержала встречные исковые требования ФИО5 по изложенным в нём доводам. Дополнительно указала, что оснований для признания договора дарения недействительным не имеется. Доводы представителя истца по первоначальному иску о ничтожности договора дарения в виду его нотариального не заверения основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Третье лицо, не заявляющий самостоятельных требований и ответчик по встречному иску извещенный надлежащим образом своего представителя не направил. Ранее в судебном заседании представитель Управления Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Тверской области вопрос о разрешении заявленных исковых требований по первоначальному иску оставил на усмотрение суда, в удовлетворении встречных исковых требований просил отказать, указав на то, что Управление не является надлежащим ответчиком по делу, каких- либо прав истца по встречному иску не нарушало, ввиду специфики осуществляемой им деятельности не может являться субъектом в споре о правах, к нему не могут быть предъявлены какие-либо требования.

Судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Исследовав материалы гражданского дела, выслушав явившихся лиц, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.В соответствии с пунктом 3 статьи 154 Гражданского кодекса РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).В силу статьи 160 Гражданского кодекса РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и т.п.), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований.

На основании статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации ( в редакции действующей на момент заключения сделки) предусмотрено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу требований статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом, ФИО3 и ФИО8 являются дочерью ФИО1, ФИО5 является дочерью ФИО3 и внучкой ФИО1, что не оспаривалось сторонами по делу.

ФИО1 и ФИО3 на праве общей совместной собственности, принадлежит жилое помещение – двухкомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, которое возникло на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан № 385 от 01 июля 1993 года.

16.12.2016 год между ФИО1 и ФИО3 с одной стороны, и ФИО5 с другой стороны, заключен договор дарения, согласно которому ФИО1 и ФИО3 подарили ФИО5 принадлежащее им на праве совместной собственности жилое помещение - квартиру, находящуюся по вышеуказанному адресу.

Согласно п. 3.1 Договора ФИО3 и ФИО1 передают в качестве дара ФИО5, а ФИО5 принимает в дар по настоящему договору указанную квартиру, свободную от любых прав третьих лиц, а также претензий третьих лиц, о которых в момент заключения договора дарители не могли не знать. Дарители передали одаряемой квартиру в качественном состоянии - «как она есть» на момент подписания договора.

Согласно п. 3 Договора, обслуживание и ремонт квартиры, полученной одаряемой ФИО5 в собственность осуществляется за свой счет соразмерно своей доле с соблюдением правил и норм, на условиях, определенных для домов государственного и муниципального жилищного фонда, она также участвует в расходах, связанных с техническим ремонтом и обслуживанием строения, его инженерного оборудования и придомовой территории и, пропорционально доли занимаемой площади ы в этом доме. 

В пункте 4.3 Договора указано, что стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть договора, а также отсутствуют обязательства, вынуждающие их совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Каких-либо встречных обязательств договор не содержит. Договор совершен в простой письменной форме. 

При этом судом установлено, что регистрация договора дарения от 16.12.2016 года в соответствии с положениями ст. 574 ГК РФ не произведена, что не оспаривалось сторонами по делу.

В материалах дела имеется представленная по запросу суда Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области (Управление Росреестра по Тверской области) заверенная надлежащим образом копия регистрационного дела по оформлению прав собственности в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 55, 6 кв.м, из которого следует, что 16.12.2016 года были поданы заявления № 

<

данные изъяты> о государственной регистрации права общей совместной собственности ФИО1 и ФИО3, переходе прав к ФИО5 на спорную квартиру, что подтверждено расписками о получении документов на государственную регистрацию от 16.12.2016 года.

Спорная квартира принадлежала на праве общей совместной собственности ФИО1 и ФИО3 на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан от 16.08.1993 года, который был зарегистрирован в Тверском бюро технической инвентаризации 23.11.1995 года, заведено инвентаризационное дело № 7643, о чем имеется отметка БТИ г. Твери. 

Согласно выписки из ЕГРН от 17.02.2017 года отсутствуют сведения о зарегистрированных правах на недвижимое имущество, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 55, 6 кв.м, кадастровый номер 

<

данные изъяты>.

21.12.2016 года государственная регистрация права общей совместной собственности, перехода права была приостановлена на основании заявлений ФИО3 о приостановлении государственной регистрации права общей совместной собственности и перехода права на срок до 21.03.2017 года от 21.12.2016 года №№ 

<

данные изъяты>.

19.01.2017 года в Управление Росреестр по Тверской области обратилась с заявлениями ФИО1 № 

<

данные изъяты>, о прекращении государственной регистрации права и возврате ранее представленных для их проведения документов.

14.04.2017 года сторонам договора отказано в государственной регистрации права Управление Росреестр по Тверской области.

Согласно уведомления филиала Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Тверской области от 21.12.2016 года № 02-69/16-1-525857 в ГКН отсутствуют сведения об объекте недвижимости, расположенном по адресу: 

<

данные изъяты>

25.04.2017 года Управление Росреестр по Тверской области на основании определения Заволжского районного суда города Твери суда от 19.04.2017 года наложен арест на спорную квартиру, в виде ограничений по совершению сделок с объектом недвижимого имущества, иных ограничений прав и обременений, о чем сделана запись №64. 

Из выписки из домовой книги следует, что в квартире 

<

адрес> с 24.01.2017 года зарегистрирована ФИО1 Ранее в спорной квартире были зарегистрированы: в период с 07.08.1981 по 03.02.2015 год ФИО1; в период с 12.03.1994 года по 20.08.2015 года ФИО5; в период с 21.10.2014 по 20.08.2015 года ФИО17; в период с 12.03.1986 по 11.09.2015 года ФИО3; в период с 28.05.2003 по 11.09.2015 года ФИО9 

Обращаясь в суд с названным иском истец ФИО1 ссылается на то, что договор дарения спорной квартиры совершен под давлением со стороны ответчиков, является кабальной сделкой для истца, что в силу положений ст. 179 ГК РФ является основанием для признания договора дарения недействительным.

В соответствии с статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из смысла данной правовой нормы следует, что для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях и совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства. При наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть признана недействительной по мотиву ее кабальности; самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву.

Лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям ст. 179 Гражданского кодекса РФ в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 указала на то, что она выразила свою волю на безвозмездную передачу в собственность ответчику Локиной Д..А. своей доли квартиры, при этом договор был заключен ею на крайне невыгодных для нее условиях, она лишилась единственного жилья, при подписании договора на нее было оказано психологическое давления; данную сделку была вынуждена совершить вследствие тяжелых жизненных обстоятельств.

Между тем, данные доводы не нашли своего подтверждения.

Из текста договора четко следует, что стороны достигли соглашение по всем существенным условиям, и истица имела намерения подарить, а ответчик принять в дар спорную квартиру. Из договора дарения от 16.12.2016 усматривается, что истица сама собственноручно подписала договор, а не через доверителя. Подпись в договоре истицей не оспаривалась.

Возражая против иска ответчики и представитель ФИО3 в судебном заседании также указывали на то, что предложение о передачи части спорной квартиры принадлежащей ФИО1 изначально поступило от стороны истца, при этом истец имела намерение подарить свою квартиру ФИО9, поскольку у истца и ФИО8 отсутствовали денежные средства на покупку части дома и земельного участка, расположенных в д Николо-Малица, принадлежащие на праве собственности ФИО9, которые ФИО3 намеревалась продать. Кроме того, просили учесть, что ранее ФИО1 намеревалась продать данную квартиру в виду ненадобности. Всё время с 1992 года проживала в д. Никло-Малица, где у нее имеется хозяйство. Спорную квартиру сдавала в аренду квартирантам.

Для проверки доводов сторон судом были допрошены свидетели ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО8 

Так, допрошенная в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО19 пояснила, что истца ФИО1 знает с 2014 года, указав, что однажды наблюдала скандал между истцом и ответчиками, которые ругались из-за квартиры и земельного участка. Кроме того, ее крестник ФИО26 намеревался снять спорную квартиру у ФИО1 Однако, в последствии он отказался, поскольку в квартире была разруха: вырвана раковина с тумбочкой и перевернута, сливной бачек с унитаза разбит, краны вырваны, у газовой плиты сняты 2 конфорки, разрисованы чёрной краской стекла, входная дверь снята с петель. Также указала, что ФИО1 в спорной квартире не проживает, живет совместно с дочерью в д. Николо-Малица. По поводу отношений ФИО1. и ФИО5,. со слов истца, известно, что отношения стороны не поддерживают. Со слов ФИО1 также ей известно, что договор дарения ее вынудила пописать ФИО3, чтобы разделить земельный участок. Между кем был подписан договор дарения ей не известно.

Допрошенная в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО20 пояснила, что знает семью К-вых более 20 лет. Указала, что видела надписи на заборе о продаже дома, где проживает в д. Николо-Малица ФИО1 Однажды являлась свидетелем скандала между ФИО1 и ФИО5, которая угрожала и говорила: «Ты Все мне отдашь». Кроме того, заходила в спорную квартиру и видела, что краны сняты, унитаз разбит, кругом погром, намазано краской, электропровода вырваны. Пояснила, что ФИО1 в основном проживала в д. Николо-Малица в жилом доме около 15-20 лет. Со слов ФИО1 ей известно, что взаимоотношения истца с внучкой плохие, постоянные скандалы из-за спорной квартиры, дома и земельного участка, что ответчики хотят отобрать квартиру за сделку купли-продажи земельного участка и дома. По поводу событий 16.12.2016 года пояснила, что после сделки приходила к ФИО1, которая ей жаловалась, что ее вынудили подписать договор дарения ФИО5, что она не хотела этого, но на нее оказали давление, в том числе и ФИО8 ФИО1 очень переживала, что подписала договор дарения, фактически этот договор прикрывал другую сделку. Спорная квартира была единственным жильем истца, которое принадлежало ей на праве собственности.

Допрошенный в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО21 пояснил, что истца и ответчиков знает как соседей, поскольку ранее длительное время проживал по соседству в д. Николо – Малица. Со слов ФИО1 ему известно, что у них между собой возник конфликт связанный с жилищным вопросом. Также он видел надписи на заборе о продаже дома в д. Николо-Малица. О взаимоотношениях сторон по делу ему известно только со слов ФИО1 В середине декабря 2016 года он встретил в Росреестре ФИО8 и ФИО1, которая пояснила, что у них опять возник конфликт с ФИО3 и они пытаются оформить сделку. При этом у ФИО1 не было никакого-желания оформлять данную сделку. Также пояснил, что ФИО1 вместе с мужем проживала 

<

адрес> более 10 лет.

Допрошенный в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО22 пояснила, что знакома с истцом и ответчиками по первоначальному иску с 1996 года, поскольку проживает по соседству в д. Николо – Малица. Со слов ФИО1 ей известно, что у нее неприязненные отношения с ФИО3, ФИО5 и ФИО8, которые настаивают втроем подарить квартиру внучке. Данный разговор о продаже квартиры она также слышала во время ругани между ними. В декабре 2016 ода ФИО1 также приходила к ней и рассказала о подписании договора дарения. Указывала на то, что ее вынудили именно внучка подписать дарственную. ФИО1 постоянно находилась в нервном напряжении. Кроме того свидетель указал, что видела как весь забор дома № 36, в котором в настоящее время проживает ФИО1, увешен баннерами о продаже всего дома. Один раз была свидетелем скандала между ФИО1 и ФИО3, которая кричала: «Ты мне все отдашь». Стороны друг друга обзывали. Чтобы избивали истца она никогда не видела и не знает. Также пояснила, что с 1996 года ФИО1 постоянно проживает в доме № 

<

адрес>. Дом, в котором в настоящее время находится в ветхом состоянии и требует капитального ремонта.

Допрошенный в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО23 пояснила, что знает истца и ответчиков, поскольку проживает по соседству в д. Николо – Малица. Ранее отношения между сторонами были хорошие, каких-либо скандалов не видела. В настоящее время ФИО5 не общается с бабушкой. Видела также объявления о продаже дома. По поводу договора дарения ничего пояснить не может, поскольку знает все со слов ответчиков.

Допрошенный в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО24 пояснила, что знает истца и ответчика, отношений неприязненных не имеет. ФИО1 выдела два раза. С ФИО5 знакома с 2012 года. Со слов ФИО5 ей известно, что общаться с бабушкой ей не дает тетя ФИО8 ФИО5 сама по себе не конфликтный человек. Также пояснила, что ФИО5 ранее проживала в спорной квартире небольшой период до 08.03.2014, потом вышла замуж и уехала жить в г. Москву. ФИО8 она ранее никогда не видела и не знала, что у ФИО5 имеется тетя. 

Допрошенный в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО25 пояснила, что является крестной матерью внуков ФИО3 Семью К-ных знает около 10 лет. Ранее ей не было известно, что у них имеется тетя и старшая сестра ФИО8 Отношения между сторонами испортились после смерти мужа ФИО1 Со слов ФИО3 ей известно, что на похоронах ФИО8 спросила: «Как будем делить дом?», что очень шокировало ФИО3 Об обстоятельствах дела ей ничего не известно.

Допрошенный в судебном заседании 04.08.2017 года свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что является дочерью ФИО1, отношения с сестрой ФИО3 неприязненные. Указала на то, что ответчики издеваются над матерью начиная с 2014 года, оскорбляют ее, унижают систематически. Первоначально скандал произошел из-за оплаты коммунальных услуг за спорную квартиру, поскольку ФИО3 и ФИО27 отказывались оплачивать за электричество. Полагает, что договор дарения был заключен под давлением, в виду возникшего спора из-за земельного участка и части дома, поскольку ФИО3 пыталась продать 1/2 часть дома и земельного участка, который принадлежал ее несовершеннолетнему сыну ФИО9

При рассмотрении дела в Калининском районном суде Тверской области 16 декабря 2017 года ФИО3 потребовала составить договор дарения, тогда только она заключит мировое соглашение и передаст в собственность свидетеля 1/2 часть дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> При разбирательстве дела в суде ФИО1 была привлечена в качестве третьего лица и стороной по делу не являлась. Договор дарения потребовала заключить ФИО3, а ФИО1 отказывалась дать свое согласие на данную сделку. При этом ФИО8 также оказывала давление на ФИО1 угрожая тем, что если она не подпишет договор дарения, то ей негде будет жить. Свидетель предлагал подарить часть спорной квартиры ФИО9, а не ФИО5, ФИО1 не хотела оформлять дарственную. Однако, в коридоре суда во время обсуждения сторонами вопроса об оформлении дарственной, ФИО1 сидела молча, своего согласия не давала. Также указала, что договор дарения был составлен представителем ФИО3 – ФИО4 Данный договор был составлен в адвокатской конторе, после чего ФИО1 и она пошли в Росреестр по Тверской области. По дороге ФИО1 ничего не говорила, не отказывалась от подписания договора. Времени для того, чтобы отказаться от подписания договора было достаточно. Договор составленный представителем ФИО3 содержал ошибки, в связи с чем ей пришлось обращаться в юридическую фирму где составили новый договор дарения, за что ею было оплачено 

<

данные изъяты> рублей. Необходимостью в оформлении дарственной, по мнению свидетеля, являлся тот факт, что дом и земельный участок невозможно было разделить в виду отсутствия денежных средств у обоих сторон на реконструкцию дома. Добровольно оформить дарственную ФИО1 не могла, поскольку между сторонами неприязненные отношения друг к другу. Угрозы со стороны ФИО3 выражались в том, что, если ФИО1 не подпишет дарственную, то ей мало не покажется. С ее стороны также оказывалось давление на мать, говорила, что выгонит из дома мать, потому что жить не на что.

Судом также установлено, что определением Калининского районного суда города Твери от 16 ноября 2016 года прекращено производство по гражданскому делу № 2-1405/2016 года по иску ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО9 к ФИО8 о реальном разделе земельного участка и жилого дома и прекращении права общей долевой собственности

Данным определением утверждено мировое соглашение, заключенное между ФИО3 и ФИО8, по условиям которого стороны оценивают ? долю в праве общей долевой собственности на земельный участок и дом, расположенные по адресу: 

<

адрес> в 

<

данные изъяты> рублей. ФИО8 выплачивает ФИО9 через его законного представителя ФИО3 деньги в сумме 

<

данные изъяты> руб. путем зачисления указанной суммы на счет ФИО3 в следующем порядке: 

<

данные изъяты> руб. единовременно в день подписания сторонами мирового соглашения и 

<

данные изъяты> руб. в срок до 01.07.2017 года. С выплатой указанной денежной компенсации прекращается право долевой собственности на указанное выше имущество. Доля в праве общей долевой собственности ФИО9 переходит ФИО8 ФИО3 отказывается от исковых требований по гражданскому делу № 2-1405/2016 года. ФИО3 снимается с регистрационного учета вместе с сыном ФИО9 в течение одного месяца со дня приобретения квартиры в собственность. О дате приобретения квартиры ФИО3 обязуется уведомить ФИО8 заказной почтой.

При этом судом установлено, что ФИО1 принимала участие в данном судебном разбирательстве в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Согласно объяснениям истца ФИО28 данных в ходе судебного разбирательства при рассмотрении настоящего дела, об оформлении договора дарения разговор начался еще в ходе рассмотрения дела в Калининском районном суде Тверской области. В момент составления договора передачи она вместе с ФИО8 находились в адвокатской конторе представителя ФИО3- ФИО4, ответчики не присутствовали. Договор дарения части спорной квартиры был составлен в пользу ФИО5, о чем ей было известно и она не возражала в то период времени.

Какого – либо насилия, либо угроз в момент подписания договора в Росреестре по Тверской области ответчики не высказывали в адрес истца.

Факт того, что ранее ФИО1 намеревалась продать данную квартиру в виду ненадобности, все время проживала в д. Никло-Малица, где у нее имеется хозяйство, а спорную квартиру сдавала в аренду, ФИО1 не оспаривала в ходе судебного разбирательства. Дополнительно указав, что приходила в спорную квартиру, когда шла на рынок торговать продуктами. Данные обстоятельства также подтверждены показаниями свидетелей допрошенных по ходатайству истца. При этом судом учтено, что в ходе судебного разбирательства истец также не возражала против заключения между сторонами мирового соглашения и продажи спорного жилого помещения.

Показания свидетелей, допрошенных по ходатайству истца ФИО1, показания самой истцы и представленные ею в обоснование заявленных требований документы не могут являться доказательствами, подтверждающими заключение договора дарения принадлежащей ей квартиры на крайне невыгодных для нее условиях, под принуждением, а лишь указывают на наличие у ФИО1 и ответчиков неприязненных отношений, которые, однако, не повлияли на адекватное восприятие ею действительности и свободу ее волеизъявления при заключении договора дарения спорного недвижимого имущества. 

Судом учтено, что с момента составления договора дарения в адвокатской конторе и до его подписания прошел значительный промежуток времени, в связи с чем истец ФИО1 имела реальную возможность отказаться от заключения данного договора. 

Ссылки истца ФИО1 на вынужденность заключения договора в виду угроз со стороны ответчика, в связи с чем она неоднократно обращалась в органы полиции не свидетельствуют о наличии для признании договора недействительным по основаниям ст. 179 ГК РФ.

Из представленного по запросу суда сообщения Заволжского отдела полиции УМВД России по г.Твери от 06.06.2017 года № 36/6581 следует, что ФИО1 обратилась с заявлением от 07.09.2015 просила привлечь к уголовной ответственности ФИО3 указав, что она повредила имущество.16.09.2015 года по результатам рассмотрения указанного обращения сотрудниками ОУУПиПДН Заволжского отдела полиции УМВД России по г. Твери вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела № 3149/15.

25.02.2016 года в КУСП Заволжского отдела полиции УМВД России по г. Твери за № 

<

данные изъяты> зарегистрировано обращение гр. ФИО1 по факту хищения наружной двери. 27.02.2016 изучив материалы проверки КУСП № 

<

данные изъяты> от 25.02.2016 принято решение о его приобщении к ранее зарегистрированному материалу проверки УСП № 

<

данные изъяты> от 07.09.2015. в виду их аналогичности. 14.03.2017 в КУСП Заволжского отдела полиции УМВД России по г. Твери за №

<

данные изъяты> зарегистрировано обращение гр. ФИО1 по факту противоправных действий дочери ФИО3

22.03.2017 года по результатам проверки вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела № 981/17.

При этом на незаконность действий со стороны ответчика ФИО3 данные постановления ссылок не содержат.

Таким образом, доводы истца ФИО1 о наличии угроз и насилия со стороны ответчиков, что послужило основанием для заключения договора дарения не могут быть принят во внимание, поскольку сам факт обращения в органы внутренних дел с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту неправомерных действий ответчиков не может быть принят во внимание, так как в возбуждении уголовных дел отказано.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено истцом и доказательств того, что ответчики воспользовалась сложившейся ситуацией, и склонили ее к совершению сделки на предложенных ими условиях.

Доводы истца ФИО1 о том, что договор дарения был заключен в виду вынужденности, поскольку ФИО29 в случае не подписания мирового соглашения по делу № 2-1405/2016 года собиралась произвести раздел дома и земельного участка, где в настоящее время проживает истец, не могут быть приняты во внимание, поскольку являясь безвозмездной сделкой, такой договор, исходя из его условий, не предусматривает встречного представления.

Таким образом, исходя из установленных по делу обстоятельств, применительно к требованиям законодательства, регулирующего спорные правоотношения сторон, суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании договора дарения от 16.12.2016 года недействительным (ничтожным), поскольку истцом ФИО1 не представлено достоверных доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО1 сделки по заключению договора дарения принадлежащей ей квартиры на крайне невыгодных для нее условиях, под принуждением чем воспользовалась другая сторона. 

Разрешая требования ФИО1 в части признания договора дарения ничтожной сделкой в силу несоблюдения нотариального заверения, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании статьи 158 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

Согласно п. 1 ст. 209 ГК РФ, - собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 163 ГК РФ нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности. Согласно части 3 указанной статьи, если нотариальное удостоверение сделки в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи является обязательным, несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность.

Нотариальное удостоверение сделок обязательно в случаях, указанных в законе, а также в случаях, предусмотренных соглашением сторон, хотя бы по закону для сделок данного вида эта форма не требовалась (пункт 2 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1, 2, 3 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом, распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом, каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Пунктом 2 статьи 576 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено такое ограничение дарения, как недопустимость дарения имущества, находящегося в общей совместной собственности, без согласия всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных статьей 253 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 42 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация возникновения, перехода, прекращения, ограничения права на жилое или нежилое помещение в многоквартирных домах и обременения такого помещения одновременно является государственной регистрацией возникновения, перехода, прекращения, ограничения неразрывно связанных с ним права общей долевой собственности на общее имущество и обременения такого имущества. Сделки по отчуждению долей в праве общей собственности на недвижимое имущество, в том числе при отчуждении всеми участниками долевой собственности своих долей по одной сделке, подлежат нотариальному удостоверению, за исключением сделок, связанных с имуществом, составляющим паевой инвестиционный фонд или приобретаемым для включения в состав паевого инвестиционного фонда, сделок по отчуждению земельных долей.

В пункте 1 статьи 165 ГК РФ предусмотрено, что, если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд вправе по требованию исполнившей сделку стороны признать сделку действительной. В этом случае последующее нотариальное удостоверение сделки не требуется.

Разрешая вопрос о недействительности сделки в силу ее ничтожности, суд учитывает, что переход права собственности на спорное жилое помещение по договору дарения от 16.12.2016 года к одаряемому ФИО5 подлежал государственной регистрации, однако, регистрация перехода права собственности по договору дарения спорного жилого помещения не была произведена в установленном законом порядке, при этом акт приема-передачи жилого помещения сторонами сделки не подписывался, ключи от квартиры ФИО5 не передавались, оплату ЖКУ спорного жилого помещения ФИО5, не производила, следовательно, перехода права собственности от дарителя к одаряемому не произошло.

Кроме того, судом учтено, что несоблюдение нотариальной формы влечет недействительность таких сделок (пункт 3 статьи 163 Гражданского кодекса).

Исходя из положений статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации определяющей понятие и основания возникновения общей собственности, на праве общей собственности может принадлежать то имущество, которое находится в собственности двух или нескольких лиц. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность) (часть 2 ст. 244 ГК РФ).

Как установлено судом, договор дарения, заключенный его участниками, подлежал нотариальному удостоверению, поскольку сделки по отчуждению долей в праве общей собственности на недвижимое имущество (кроме земельных долей), в том числе при отчуждении всеми участниками долевой собственности своих долей по одной сделке, подлежат нотариальному удостоверению.

Однако, договор дарения от 16.12.2016 года не был удостоверен в установленном законом порядке, следовательно, данная сделка является недействительной с момента ее совершения (ничтожная сделка ) и не порождает никаких правовых последствий.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности заявленных истцом ФИО1 требований и их удовлетворении о признании договора дарения недействительным.

Оснований для применения последствий недействительности ничтожной сделки не имеется, поскольку на момент принятия решения суда сторонам сделки Росреестром по Тверской области отказано в регистрации спорного договора и переход прав собственности на спорное недвижимое имущество.

На основании действовавшей до 1 января 2017 года статьи 16 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" и действующих с 1 января 2017 года положений подпункта 3 пункта 3, пункта 7 статьи 15 Федерального Закона № 218-ФЗ от 13 июля 2015 года "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав проводится на основании заявления сторон договора, а при уклонении одной из сторон договора - на основании решения суда, вынесенного по требованию другой стороны.

Принимая во внимание, что заявленные ФИО1 требования о признании договора дарения недействительным удовлетворены, то не имеется правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований ФИО5 о признании право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, обязании Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области зарегистрировать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> на имя ФИО5

При этом суд отмечает, что заявленные исковые требования ФИО5 к Управлению Росреестра по Тверской области также не подлежат удовлетворению, поскольку орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделки с ним, не имеет каких-либо прав на спорную квартиру, не выступает стороной договоров дарения, поэтому не является надлежащим ответчиком по иску.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 197-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО30 Д,А. о признании договора дарения квартиры недействительным, применении последствия ничтожной сделки удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения квартиры от 16.12.2016 года, расположенной по адресу: г

<

адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО3 в пользу ФИО5.

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о применении последствий недействительности ничтожной сделки оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО5 к ФИО1 и ФИО3, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области о признании право собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, обязании Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области зарегистрировать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> на имя ФИО5 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тверского областного суда через Заволжский районный суд города Твери в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>