Дело № 2-507/2025

УИД 39RS0001-01-2024-007478-45

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

26 февраля 2025 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Витошко А.В.,

при секретаре Курашевич В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску КБ «Экспресс-Кредит» (АО) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1, ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности,

У С Т А Н О В И Л:

КБ «Экспресс-Кредит» (АО) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в суд с иском к ФИО1, ФИО2, указав в его обоснование, что решением Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2017 КБ «Экспресс-кредит» (АО) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». По состоянию на 01.06.2024 в реестр требований кредиторов включено требований на 3,7 млрд. руб., процент удовлетворения требований кредиторов - 36,47%.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2023 ФИО1 привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка. В части определения размера субсидиарной ответственности производство по делу приостановлено до завершения расчётов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 01.04.2022 установлено, что по состоянию на 01.11.2014 в Коммерческом Банке «Экспресс-кредит» имелся признак банкротства, в дальнейшем финансовое положение банка продолжило ухудшаться, что привело к полной утрате способности Банка в полном объёме удовлетворить требования кредиторов, вызванной совершением ущербных сделок, в том числе, кредитованием заёмщиков, заведомо не способных исполнить свои обязательства:

- АО «АвиаСтрой» по кредитному договору № № от 30.10.2015;

- ФИО1 по кредитным договорам № № от 15.01.2015, №N? № от 28.08.2015, № № от 22.08.2016.

Судом установлено, что кредитные денежные средства в размере 210 000 000,00 руб., которые выданы в качестве кредита АО «Авистрой» в действительности направлены через ООО «БизнесПроект» (100% участником которого являлся ФИО1) на счета ФИО1, который распорядился денежными средствами по своему усмотрению: 108 млн руб. выдано из кассы Банка, 90 млн руб. направлено на погашение задолженности по кредиту № 3281 от 15.01.2015.

Совокупность сделок, совершенных ФИО1 и аффилированными с ним компаний свидетельствует о направленности их действий на вывод активов должника, что напрямую повлияло на невозможность Банком удовлетворить требования кредиторов.

При этом, как следует из определения Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2023 по делу № А40-235392/2016, заключение указанных сделок не отвечало интересам Банка и ухудшило его финансовое положение, привело к окончательной утрате возможности осуществления в отношении банка реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платёжеспособности, и, как следствие, в результате указанных сделок Банком утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем, что также повлияло на отзыв у Банка лицензии.

Вступившим в законную силу приговором Мещанского районного суда г. Москвы от 06.12.2021 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ. Банк признан гражданским истцом по делу, исковые требования на сумму 210 млн руб. удовлетворены в полном объёме.

Таким образом, судами установлено, что ФИО1 является лицом, контролирующим Банк и является должником Банка на сумму 210 млн. руб.

Конкурсному управляющему Банка в ходе конкурсного производства стало известно о совершении ФИО1 действий, направленных на вывод активов не только Банка, но и своих собственных в целях предотвращения возможности обращения на них взыскания по результатам привлечения к гражданско-правовой и уголовной ответственности за действия (бездействия), совершенные в отношении Банка.

Так, 14.05.2019 между ФИО1 и ФИО2 заключён договор дарения в отношении следующих объектов недвижимого имущества: нежилого помещения площадью 1 711,7 кв.м с кадастровым номером №; нежилого помещения площадью 138,9 кв.м с кадастровым номером №; нежилого помещения площадью 110,9 кв.м с кадастровым номером №; нежилого помещения площадью 361,5 кв.м с кадастровым номером №; нежилого помещения площадью 49,9 кв.м с кадастровым номером №; нежилого помещения площадью 54,7 кв.м с кадастровым номером №; нежилого помещения площадью 83,3 кв.м с кадастровым номером №, расположенных по адресу: 

<

адрес>, по условиям которого право собственности на указанную недвижимость перешло от ФИО1 к ФИО2

Как следует из вышеприведённых фактов, ФИО1 заключил указанную сделку в период конкурсного производства в отношении Банка.

Конкурсный управляющий Банка полагает, что указанная сделка соответствует признакам, предусмотренным ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Поскольку оспариваемая сделка носит безвозмездный характер, заключена уже в период конкурсного производства, была экономически нецелесообразной для ФИО1 и в действительности опосредовала цель вывода актива из-под взыскания, истец полагает, что данная сделка ничтожна на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ (злоупотребление правом).

Принимая во внимание, что по договору дарения в пользу третьего лица отчуждено недвижимое имущество, то последствием признания оспариваемой сделки недействительной будет возврат в собственность ФИО1 спорных объектов недвижимого имущества.

Ввиду злоупотребления правом ФИО1, выразившимся в отчуждении спорного имущества, нарушены законные интересы Банка, как кредитора, пострадавшего от действий (бездействий) указанного лица и намеренного удовлетворить свои требования за счёт обращения взыскания на спорное имущество.

В связи с изложенным, истец просит суд признать недействительной сделкой договор дарения от 14 мая 2019 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2 в отношении следующих объектов недвижимого имущества, а именно нежилого помещения площадью 1 711,7 кв.м, с кадастровым номером №, нежилого помещения площадью 138,9 кв.м, с кадастровым номером №, нежилого помещения площадью 110,9 кв.м, с кадастровым номером №, нежилого помещения площадью 361,5 кв.м, с кадастровым номером №, нежилого помещения площадью 49,9 кв.м, с кадастровым номером №, нежилого помещения площадью 54,7 кв.м, с кадастровым номером №, нежилого помещения площадью 83,3 кв.м, с кадастровым номером №, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО1 перечисленных объектов недвижимого имущества.

Представитель истца КБ «Экспресс-Кредит» (АО) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить. Ранее в судебном заседании представитель истца пояснял, что о заключении сделок между ответчиками истцу стало известно в 2019 году, в 2021 году было заявлено о принятии обеспечительных мер в виде ареста на данное имущество. Полагали, что срок исковой давности по данному требованию не истек, поскольку он подлежит исчислению с даты вступления приговора в отношении ФИО1 в законную силу.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований, указывая на пропуск ответчиком срока исковой давности. Представил письменные возражения относительно заявленных исковых требований. Дополнительно указал, что является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности у него является продажа недвижимости. Злоупотребления правом не имелось, поскольку ФИО1 не мог предполагать, что будет привлечен к субсидиарной ответственности, так как не являлся лицом, контролирующим должника, данные договоры были заключены задолго до принятия арбитражным судом решения о его привлечении к субсидиарной ответственности. Объекты, подаренные дочери, были приобретены до возбуждении процедуры банкротства в отношении банка и до заключения кредитных договоров. За период, предшествующий возбуждению уголовного дела и рассмотрения заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, ответчиком было увеличено количество объектов, находящихся в его собственности, на 2017 год у него имелось 11 объектов, на 2020 году их было более 30. При том, что объем субсидиарной ответственности до настоящего времени не определен, говорить о злоупотреблении нельзя. Просил учесть, что сделка не была мнимой, фактически имущество выбыло из владения ФИО1, все управление осуществлялось ФИО2, сам ответчик не мог управлять имуществом, поскольку находился в местах лишения свободы.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против заявленных требований, указав, что дарение состоялось задолго до привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и вынесения приговора в отношении последнего. На протяжении всего времени с даты заключения договора дарения, ФИО2 самостоятельно распоряжается подаренным ей имуществом, оплачивает налоги, сдает в аренду полученные нежилые помещения, для чего сразу после получения недвижимого имущества она зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал относительно удовлетворения исковых требований, по основаниям, изложенных в письменных возражениях. Дал пояснения, согласно которым считает, что истец не доказал наличие злоупотребление правом, истец не обладает правом на оспаривание сделок, истцом пропущен срок исковой давности, в настоящее время общая стоимость арестованного имущества покрывает размер гражданского иска Банка. (л.д.141-148 т.1)

Исследовав письменные материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Статьей 572 ГК РФ предусмотрено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 2 статьи 574 ГК РФ договор дарения движимого имущества должен быть совершен в письменной форме в случаях, когда дарителем является юридическое лицо и стоимость дара превышает три тысячи рублей;

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из нее не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон, как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, для признания сделки недействительной на основании статьи 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 этого же Кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности, создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

В соответствии с пунктом 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Как установлено судом в ходе рассмотрения дела, решением Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2017 по делу А40- 235392/2016 КБ «Экспресс-кредит» (АО) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.

Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

По состоянию на 01.06.2024 в реестр требований кредиторов включено требований на 3,7 млрд, руб., процент удовлетворения требований кредиторов - 36,47%.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2023 по делу А40-235392/2016, оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.07.2023, ФИО1 привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка. В части определения размера субсидиарной ответственности производство по делу приостановлено до завершения расчётов с кредиторами. (л.д.73-91 т.1)

Вступившим в законную сигу приговором Мещанского районного суда г. Москвы от 06.12.2021 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ. Гражданский иск потерпевшего КБ «Экспресс-Кредит» в лине государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» удовлетворен, с ФИО1 и ФИО5 солидарно в счет возмещения ущерба взыскано 210 275 409 руб. (л.д.92-121 т.1)

Из выписки из реестра ЗАГС следует, что ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. (л.д.136 т.1)

Согласно Выпискам из Единого государственного реестра недвижимости, ФИО2 является собственником нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

адрес>: помещения 

<

адрес> площадью 1711,7 кв.м c кадастровым номером №; помещения 

<

адрес> площадью 138,9 кв.м c кадастровым номером №; помещения 

<

адрес> площадью 110,9 кв.м c кадастровым номером №; помещения 

<

адрес> площадью 361,5 кв.м c кадастровым номером №; помещения 

<

адрес> площадью 49,9 кв.м c кадастровым номером №; помещения 

<

адрес> площадью 54,7 кв.м c кадастровым номером № помещения 

<

адрес> площадью 83,3 кв.м c кадастровым номером №. (л.д.23-72 т.1)

Из регистрационных дел на данные нежилые помещения усматривается, что право собственности ФИО2 возникло на основании договоров дарения от 29.04.2019, первичное право ФИО1 возникло на основании договоров купли-продажи от 20.06.2013, заключенных с ООО «УК ЖКХ Центр» (л.д.47-211 т.2)

По утверждению истца, вышеуказанные договоры дарения соответствуют признакам недействительных сделок, предусмотренным ст. ст. 10, 168 ГК РФ. О наличии оснований для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ может свидетельствовать недобросовестность сторон сделки, в том числе сговор между сторонами либо осведомлённость контрагента должника о заведомой невыгодности и негативных последствиях сделки для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. 

Заключив договор дарения с ФИО2 и передав ей безвозмездно объекты недвижимого имущества, ФИО1 реализовал свои права собственника.

Доводы истца КБ «Экспресс-Кредит» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о том, что оспариваемые договоры дарения нарушают их права и законные интересы, поскольку противоречат ст. 10 ГК РФ, стороны договора злоупотребили своими правами, оформили договоры в целях вывода недвижимого имущества из владения ФИО1 и избежания обращения взыскания на него представленными в дело доказательствами не подтверждены.

Как установлено в судебном заседании на дату заключения договоров дарения у ФИО1 отсутствовали какие-либо обязательства перед КБ «Экспресс-кредит» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», вопрос о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам КБ «Экспресс-кредит» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» решен не был.

Доказательств наличия пороков, которые позволяли бы сделать вывод о недействительности совершенных сделок по основаниям статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, не представлено.

В дело представлены достаточные доказательства, подтверждающие реальность сделки, ФИО2 после ее заключения приобрела статус индивидуального предпринимателя, заключала самостоятельно договоры (л.д.12-32 т.2), оплачивала налоги на имущество в отношении вышеуказанных объектов недвижимости (л.д.1-11 т.2), вела переговоры с арендаторами.

В деле отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении договора дарения ФИО1 и ФИО2 действовали недобросовестно, преследовали совсем не те цели, которые при этом должны были подразумеваться, заключили договор дарения недвижимого имущества с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания.

С учетом приведенных обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств осведомленности ФИО1 на момент заключения договора дарения о предъявлении требований ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности.

После заключения сделок по дарению нежилых помещений, определением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2019 было утверждено мировое соглашение, заключенное 18.06.2019 между КБ «Экспресс-кредит» в лице представителя конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», ООО «Бизнеспроект» и ФИО1, которым кроме прочих условий, заключенные спорные кредитные договоры расторгнуты, обязательства по ним прекращены, ФИО1 в свою очередь признал наличие задолженности в сумме 10 581 265,56 руб., которую внес в кассу ГК «Агентство по страхованию вкладов» по платежному поручению №№ от 05.08.2019 (л.д.164-169 т.1)

При этом суд также учитывает, что у ФИО1 имеется иное имущество, на которое возможно обратить взыскание как по приговору суда, так и в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, с учетом того, что объем этой ответственности до настоящего времени не определен. 

Кроме того, постановлением Мещанского районного суда г. Москвы от 05.09.2024, вступившим в законную силу, заявление ФИО2 о снятии ареста с объектов недвижимого имущества, являющихся предметом настоящего спора, наложенного в рамках уголовного дела в отношении ФИО1, удовлетворено. Ранее наложенный арест отменен. При рассмотрении заявления участие в деле принимал помощник прокурора Мещанского района г. Москвы, который не возражал против снятия ареста в части заявления ФИО2

Довод о возможной недостаточности данного имущества для расчетов с кредиторами ничем не подтвержден. При этом действующее законодательство не предусматривает защиту прав на будущее время.

Рассматривая заявление ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по оспариванию сделок, суд приходит к следующему. 

В обоснование указано, что с 09.03.2017 у истца возникла процессуальная возможность получать информацию и документы, касающиеся деятельности АО КБ «Экспресс-Кредит» производство по уголовному делу, на которое ссылается истец возбуждено в 2018 году, о том, что ФИО1 отчуждено спорное имущество банк, как гражданский истец и потерпевший должен был узнать из протокола дополнительного допроса обвиняемого от 24.05.2019, проведенного следователем в ходе производства по уголовному делу, заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ряда физических лиц принято к производству Арбитражным судом 29.11.2019.

Согласно уведомлению от 30.04.2020 представитель потерпевшего был уведомлен об окончании следственных действий и возможности ознакомления с материалами уголовного дела.

Статьей 195 ГК РФ установлено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент приобретения ответчиками спорных объектов недвижимости), если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начиналось со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как следует из протокола дополнительного допроса обвиняемого ФИО1 от 24.05.2019, последний в ходе допроса дал показания, содержащие в себе в том числе и сведения о заключении 29.04.2019 договора дарения нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, своей дочери – ФИО2 (л.д.158-160 т.1)

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего КБ «Экспресс-Кредит» о принятии обеспечительных мер о наложении ареста на имущество в том числе и ФИО1 в виде нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, отказано. (л.д.161-163 т.1)

Таким образом, о заключении сделки дарения между ответчиками истцу стало известно не позднее 2020 года. С настоящим иском истец обратился в суд 11.09.2024, т.е. спустя 4,5 года.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения с настоящими требованиями к ответчику.

В связи с чем заявленные исковые требования подлежат оставлению без удовлетворения в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования КБ «Экспресс-Кредит» (АО) в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами путем подачи апелляционной жалобы в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 19 марта 2025 года.

Судья А.В. Витошко