РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 января 2019 года 

г. Нефтегорск

Нефтегорский районный суд Самарской области в составе:

председательствующего Баймишева М.С.

при секретаре Дейтиной М.М., 

с участием прокурора Лукиной М.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-22/2019 по иску ФИО1 к АО «Самаранефтегаз» и ООО «РН-Транспорт» о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд исковым заявлением, в котором просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 200 000 рублей с каждого из ответчиков.

В обоснование иска истец указал, что он работал 

<

данные изъяты> в Нефтегорском УТТ ПО «Куйбышевнефть» и АО «Самаранефтегаз» с 15 июня 1987 года по 22 июля 1991 года и с 31 декабря 1991 года по 29 августа 1997 года, а также 

<

данные изъяты> в ООО «Транспорт - Отрадный-2», реорганизованном путем присоединения к ООО «РН-Транспорт», с 22 декабря 2010 года по 25 августа 2015 года. В указанные периоды он работал у ответчиков в условиях воздействия вредных производственных факторов, которые привели к возникновению профессионального заболевания

<

данные изъяты>. Степень утраты его трудоспособности составила 

<

данные изъяты>, ему установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности. Причиненный ему моральный вред выразился в физических и нравственных страданиях, связанных с заболеванием.

В судебном заседании истец и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель АО «Самаранефтегаз» - ФИО3, иск не признала, ссылаясь на то, что между работой истца в ОАО «Самаранефтегаз» и возникшим у него профессиональным заболеванием отсутствует причинно-следственная связь, доказательств совершения ответчиком в отношении истца неправомерных действий (бездействия) не представлено. Заявленный истцом размер компенсации морального вреда необоснованно завышен.

Представитель ООО «РН-Транспорт» в лице филиала ООО «РН-Транспорт» в г. Отрадный - ФИО4, иск не признал, ссылаясь на отсутствие вины ответчика в возникновении профессионального заболевания у истца.

Выслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным, исследовав материалы дела, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению. 

Согласно ст. 3 Закона РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. 

В соответствии с п. 30 Положения о порядке расследования профзаболевания, установленного Постановлением Правительства РФ № 967 от 15.12.2000 года, акт о случае профзаболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве. 

Согласно п.14 данного Положения заключительный диагноз хронического профессионального заболевания устанавливает Центр профпатологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов (в т.ч. возникшего спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами).

В соответствии с п.16 Постановления Правительства РФ № 789 от 16.10.2000 года и п.25 Постановления Минтруда и социального развития РФ № 56 от 18.07.2001 года 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в случаях, если пострадавший вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания может в обычных производственных условиях продолжать профессиональную деятельность с выраженным снижением квалификации либо с уменьшением объема выполняемой работы или, если он утратил способность продолжать профессиональную деятельность вследствие умеренного нарушения функций организма, но может в обычных производственных условиях выполнять профессиональную деятельность более низкой квалификации. 

В силу ст.8 ч.3 Закона РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний», возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Согласно ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, к которым относится жизнь, здоровье и др., суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В соответствии со ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определятся в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, когда вина является основанием для возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как установлено в судебном заседании и не оспаривается сторонами, истец работал: в Нефтегорском УТТ ПО «Куйбышевнефть», правопреемником которого является АО «Самаранефтегаз», и в АО «Самаранефтегаз» 

<

данные изъяты> с 15 июня 1987 года по 27 ноября 1987 года и с 31 декабря 1991 года по 13 декабря 1993 года, 

<

данные изъяты> с 27 ноября 1987 года по 22 апреля 1991 года, 

<

данные изъяты> с 13 декабря 1993 года по 29 августа 1997 года; в ООО «Транспорт - Отрадный-2» 

<

данные изъяты> с 22 декабря 2010 года по 25 августа 2015 года. ООО «Транспорт – Отрадный-2» с 1 марта 2018 года реорганизовано путем присоединения к ООО «РН-Транспорт».

Согласно заключению врачебной комиссии от 7 марта 2018 года областным центром профпатологии ГБУЗ СО «Самарская медико-санитарная часть №5 Кировского района» у истца установлено профессиональное заболевание

<

данные изъяты>. 

Из акта о случае профзаболевания от 27 июля 2015 года следует, что причиной возникновения профессионального заболевания истца послужило длительное воздействие на организм вредного производственного фактора в виде тяжести трудового процесса, в частности – пребывание в фиксированной позе более 

<

данные изъяты> времени смены. Заболевание возникло в результате несовершенства рабочего места – 

<

данные изъяты> нахождение в фиксированной рабочей позе выше допустимого нормативного значения времени 

<

данные изъяты>. 

Согласно справкам, выданным Бюро МСЭ № ФКУ «ГБ МСЭ по Самарской области», у истца в связи с профессиональным заболеванием установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности и степень утраты профессиональной трудоспособности 

<

данные изъяты>, на срок до 1 августа 2019 года.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда следует, что условия труда ФИО1 

<

данные изъяты> не соответствуют гигиеническим нормативам по факторам: производственный шум, тяжесть трудового процесса. Согласно названному документу приведенные в нем данные аттестации условий труда на рабочем месте 

<

данные изъяты> применимы ко всему периоду работы ФИО1 

<

данные изъяты>

Исходя из указанного, следует, что возникновение у истца профзаболевания связано с его работой 

<

данные изъяты> в вышеуказанных организациях, что является основанием для взыскания с ответчиков компенсации морального вреда. 

Причинение физических и нравственных страданий из-за этого сомнений не вызывает, так как был причинен вред здоровью истца, находящийся в причинной связи с трудовой деятельностью на протяжении длительного времени во вредных для организма условиях, выразившейся в приобретении заболевания, приведшего к ограничению трудоспособности и невозможности работы по профессии. Для профзаболевания характерен длительный процесс воздействия вышеуказанных факторов, и оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов, поэтому имеются основания для отнесения ответчиков к причинителям вреда. 

Доводы ответчиков об отсутствии с их стороны каких-либо неправомерных действий, приведших к воздействию вредных производственных факторов, суд не принимает во внимание, поскольку вышеуказанными документами подтверждено, что условия труда истца в должности машиниста экскаватора не соответствуют гигиеническим нормативам. 

Доводы представителей ответчиков об отсутствии причинной связи между работой на их предприятиях и профессиональным заболеванием истца, суд считает несостоятельными, поскольку возможно проявление последствий воздействия вредных производственных факторов в виде профзаболевания и через определенное время после окончания работы в таких условиях. Обязанность создания работнику безопасных условий труда лежит на работодателе. Доказательств нарушения истцом требований внутреннего распорядка или условий технологического процесса, что могло бы привести к увеличению степени воздействия вредных факторов, не представлено. 

Отсутствие документов о характере работы при наличии доказательств, характеризующих условия труда на аналогичном рабочем месте, свидетельствующих о наличии вредных производственных факторов, отнесенных к причинам профзаболевания, не может являться основанием для отказа в иске. 

Вместе с тем, требования истца о взыскании компенсации морального вреда с АО «Самаранефтегаз» 

<

данные изъяты> суд считает необоснованными, поскольку акт о случае профессионального заболевания связывает возникновение такого заболевания у ФИО1 с воздействием вредного производственного фактора в виде тяжести трудового процесса 

<

данные изъяты>, санитарно-гигиеническая характеристика не содержит сведений о том, что условия труда ФИО1 

<

данные изъяты> не соответствовали гигиеническим нормативам по вредным производственным факторам.

Кроме того, периоды работы истца 

<

данные изъяты> с 15 июня 1987 года по 27 ноября 1987 года и 

<

данные изъяты> с 27 ноября 1987 года по 22 апреля 1991 года имели место до введения ответственности в виде компенсации морального вреда статьей 131 Основ законодательства СССР, вступившей в силу 03.08.1992 года.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает установленную истцу 

<

данные изъяты> группу инвалидности, степень утраты профессиональной трудоспособности 

<

данные изъяты>, вину причинителей вреда, как не обеспечивших надлежащим образом безопасные условия труда, и отсутствие вины работника, продолжительность работы 

<

данные изъяты> в АО «Самаранефтегаз» - 3 года 8 месяцев, в ООО «Транспорт – Отрадный-2» - 4 года 8 месяцев, при общем стаже работы в условиях воздействия вредных производственных факторов – 23 года 2 месяца, требования разумности и справедливости и полагает возможным определить его в размере 25 000 рублей, подлежащих взысканию с АО «Самаранефтегаз» и в размере 30 000 рублей - с ООО «РН-Транспорт». 

На основании ст. 98 и ч.1 ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит взысканию в доход государства госпошлина, от уплаты которой истец освобожден на основании ст.333.36 ч.1 п.3 НК РФ, исходя из размера, установленного ст. 333.19 ч.1 п.3 НК РФ. 

Учитывая положение ст.100 ГПК РФ, с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы на оказание юридической помощи и оплату услуг представителя в лице адвоката, которые подтверждаются квитанциями. С учетом объема и сложности дела, объема защищаемого права, степени подготовленности иска, его обоснованности и обеспеченности доказательствами, участия представителя, как на стадии подготовки иска, так и в судебном заседании, требований разумности и справедливости суд полагает возможным определить их в 6 000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Самаранефтегаз» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 25 000 рублей, расходы на оплату юридической помощи и труда представителя в размере 3 000 рублей, всего 28 000 рублей. 

Взыскать с ООО «РН-Транспорт» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 30 000 рублей, расходы на оплату юридической помощи и труда представителя в размере 3 000 рублей, всего 33 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с АО «Самаранефтегаз» и ООО «РН-Транспорт» в доход государства государственную пошлину в размере 150 рублей с каждого. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Нефтегорский районный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья М.С. Баймишев