Судья Зиганшина А.И. Дело №22-1235/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 марта 2021 года г. Казань

Верховный Суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Назмиева М.М.,

при секретаре судебного заседания Шакировой Л.Р.,

с участием

прокурора Габдрахманова И.З.,

оправданной ФИО18

её защитника - адвоката Галимова Р.Ж.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Саттарова А.А. на приговор Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 11 декабря 2020 года, которым 

ФИО18, 

<

дата> года рождения, с высшим образованием, состоящая в браке, имеющая на иждивении двух малолетних детей, не работающая, зарегистрированная и проживающая по адресу: 

<

адрес>, несудимая, 

оправдана: 

по части 1 статьи 285 УК РФ (по эпизоду с должником ФИО2) в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления;

по части 1 статьи 285 УК РФ (по эпизоду с должником ФИО17), в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Признано за ФИО18 право на реабилитацию и обращение с требованием о возмещении имущественного и морального вреда.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Доложив дело, выслушав мнение прокурора Габдрахманова И.З., поддержавшего доводы апелляционного представления, выступления адвоката Галимова Р.Ж., оправданной ФИО18, возражавших против его удовлетворения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО18 органом предварительного следствия обвинялась в злоупотреблении должностными полномочиями судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов № 1 по Нижнекамскому району УФССП России по РТ, то есть в использовании своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенном из иной личной заинтересованности, повлекшим существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства.

Согласно предъявленному ФИО18 обвинению, преступления было совершено при следующих обстоятельствах.

С 27 октября 2018 года в производстве судебного пристава-исполнителя ФИО18 находилось исполнительное производство ....-ИП, возбужденное 16 августа 2017 года на основании решения Нижнекамского городского суда от 27 апреля 2017 года по делу .... и выданного исполнительного листа серии ФС ...., согласно которому на должника ФИО2 были возложены обязанности по обеспечению свободного доступа к водному объекту путем освобождения территории земельного участка от самовольных построек. В рамках исполнительного производства 01 июня 2019 года ФИО18, действуя без законных на то оснований, предусмотренных пунктом 1 части 1 статьи 47, статьями 37, 38, 39, 40, 43 и 67 ФЗ РФ от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», будучи лицом, не имеющим полномочий по снятию запрета о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации в случае не исполнения требований исполнительного документа, то есть явно выходя за пределы своих должностных полномочий и не соблюдая их, из иной личной заинтересованности, выразившейся в стремлении её, как должностного лица, извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленную желанием повысить свои служебные показатели работы и незаконно оказать должнику содействие в выезде из Российской Федерации, незаконно вынесла постановление о снятии запрета о временном ограничении на выезд должника ФИО2 из Российской Федерации. При этом, основанием для снятия запрета ФИО18 указала в постановлении «отложение судом исполнительного производства», которого фактически не было. В результате незаконных действий ФИО19 02 июня 2019 года должник ФИО2, не исполнив решение суда и требования исполнительного документа, беспрепятственно зарегистрировался на рейс S7921 и вылетел из международного аэропорта «Москва (Домодедово)» в Республику Болгария. 

Кроме того, с 27 октября 2018 года в производстве судебного пристава-исполнителя ФИО18 находилось исполнительное производство ....-ИП, возбужденное 11 ноября 2016 года на основании приговора Нижнекамского городского суда РТ от 17 октября 2016 года и исполнительного листа серии ФС ...., которым на должника ФИО17 возложена обязанность обратить в доход государства вещественное доказательство – металлосайдинг. В рамках исполнительного производства 02 июня 2019 года ФИО18., действуя без законных на то оснований, предусмотренных пунктом 1 части 1 статьи 47, статьями 37, 38, 39, 40, 43 и 67 ФЗ РФ от 02 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», будучи лицом, не имеющим полномочий по снятию запрета о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации в случае не исполнения требований исполнительного документа, то есть, явно выходя за пределы своих должностных полномочий и не соблюдая их, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, выразившейся в стремлении её, как должностного лица, извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленную желанием повысить свои служебные показатели работы и незаконно оказать должнику содействие в выезде из Российской Федерации, незаконно вынесла постановление о снятии запрета о временном ограничении на выезд должника ФИО17 из Российской Федерации, указав основанием для снятия запрета «отмена ошибочного ограничения». В результате указанных незаконных действий ФИО19, 04 июня 2019 года должник ФИО17, не исполнив решение суда и требования исполнительного документа, беспрепятственно зарегистрировался на рейс RL8025 и вылетел из международного аэропорта «Казань» в Турецкую Республику. 

Органами предварительного расследования действия ФИО18 по обоим эпизодам были квалифицированы по части 1 статьи 285 УК РФ - злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, охраняемых законом интересов общества и государства.

В судебном заседании ФИО18 свою вину не признала, указав, что в переданном ей исполнительном производстве в отношении ФИО2 отсутствовали сведения об уведомлении должника о возбуждении в отношении него исполнительного производства. В целях принудительного исполнения решения суда 24 января 2019 года ею было вынесено постановление о временном ограничении ФИО2 на выезд из Российской Федерации, при этом копия постановления по почте в адрес должника направлена не была в связи с загруженностью по работе. 01 июня 2019 года она вынесла постановление о снятии временного ограничения на выезд, поскольку 30 мая 2019 года из УФССП РФ по РТ поступило письмо о проверке законности принятых решений по исполнительным производствам, а согласно судебной практике, признаются незаконными действия судебных приставов-исполнителей, вынесших ограничения, когда должники не были извещены надлежащим образом о наличии исполнительных производств. Снятие временного ограничения было согласовано заместителем начальника отдела ФИО8 посредством его электронной цифровой подписи. В качестве основания для снятия временного ограничения в постановлении ошибочно указано «в связи с отложением судом исполнительного производства», вместо «ошибочно наложенное», поскольку значки для их ввода в программе располагались рядом. 13 июля 2019 года она повторно вынесла постановление о временном ограничении на выезд должника по исполнительному производству ФИО2 для вручения должнику. 17 июля 2019 года она встречалась с ФИО2 и его представителем, но должник отказался расписаться в получении документов, о чем был составлен акт о совершении исполнительных действий. 

30 января 2019 года по исполнительному производству в отношении должника ФИО17 ею вынесено постановление о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации. Данное постановление было вынесено необоснованно, без изучения материалов дела, фактически ФИО17 не являлся должником по исполнительному производству и был указан в качестве ответчика ошибочно. Из-за отсутствия надлежащего уведомления ФИО17 о наличии исполнительного производства 02 июня 2019 года она вынесла постановление о снятии запрета на временное ограничение на выезд должника из РФ, которое электронной подписью согласовал заместитель начальника отдела. 13 июля 2019 года она вновь вынесла постановление о временном ограничении на выезд должника ФИО17 из Российской Федерации. 

С ФИО2 и ФИО17 не была знакома и не общалась, с просьбой снять ранее наложенное ограничение указанные и иные лица к ней не обращались, о том, что они выезжали за пределы Российской Федерации после снятия временного ограничения на выезд, не знала. В это же временя по указанным выше мотивам она снимала ограничения и в отношении других должников. На основании ФЗ РФ «Об исполнительном производстве» она имеет право накладывать и снимать запрет выезда за пределы РФ в отношении должников, согласовав постановления электронной подписью заместителя начальника отдела. Должностными полномочиями не злоупотребляла, на служебные показатели количество наложенных и снятых ограничений на выезд не влияет, учитывается только количество оконченных исполнительных производств.

Суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства, пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО18 состава преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 285 УК РФ, частью 1 статьи 285 УК РФ, в связи с чем вынес в отношении неё оправдательный приговор, признав оправданной право на реабилитацию.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Саттаров А.А. полагает, что приговор суда подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, а уголовное дело направлению на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. В обоснование указывает, что суд в описательно-мотивировочной части приговора ограничился лишь перечислением доказательств, представленных стороной обвинения, не дал надлежащей оценки показаниям свидетелей и иным доказательствам, не привел мотивов, по которым отверг их и не дал суждений их относимости к делу. Считает, что судебный пристав-исполнитель ФИО18 незаконно отменила постановления о временном ограничении на выезд в отношении должников ФИО17 и ФИО2, не имея на это соответствующих полномочий. Материалами уголовного дела и судом установлено, что должник ФИО2 надлежащим образом был уведомлен о возбуждении в отношении него исполнительного производства, что подтверждается показаниями свидетелей – судебных приставов ФИО1 и ФИО3, письмом от 21.03.2019 ФИО2 в адрес ФИО18 и заявлением ФИО2 в Нижнекамский городской суд РТ о прекращении исполнительного производства, показаниями свидетеля ФИО5 Также должник ФИО2 был надлежащим образом уведомлен о вынесенном постановлении о временном ограничении на выезд из Российской Федерации, что подтверждается осмотром программы АИС ФССП России, детализацией телефонных соединений ФИО2 от 01.06.2019 с заместителем начальника ОСП №1 ФИО8 и ФИО18 Обращает внимание, что до настоящего времени должник ФИО2 решение суда не исполнил, в связи с чем исполнительное производство в отношении него не окончено и не прекращено и ранее не признавалось оконченным и прекращенным. Указывает, что аналогичные доказательства были собраны по факту незаконной отмены постановления о временном ограничении на выезд в отношении должника ФИО17

В возражениях на апелляционное представление адвокат ФИО7 считает постановленный приговор законным, обоснованным, справедливым и мотивированным. Анализируя исследованные судом доказательства, отмечает, что судом были детально исследованы все доказательства вины ФИО18, представленные стороной обвинения в подтверждение предъявленного обвинения, вместе с тем, суд обоснованно пришел к выводу, что представленные доказательства, как в совокупности, так и по отдельности не подтверждают виновность в совершении вмененного преступления. Полагает, что приговор суда подлежит оставлению без изменения. Просит апелляционное представление оставить без удовлетворения.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, а также возражения адвоката, суд апелляционной инстанции полагает, что оснований для отмены или изменения приговора не имеется, исходя из следующего.

В соответствии с требованиями статей 302, 305 УПК РФ оправдательный приговор постановляется, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. В описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

В соответствии с частью 4 статьи 302 УПК РФ не может быть основан на предположениях обвинительный приговор суда, который постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно частям 2 и 3 статьи 14 УПК РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого, что соответствует положениям статьи 49 Конституции Российской Федерации.

По настоящему делу эти требования закона судом соблюдены.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционного представления о незаконности оправдательного приговора в отношении ФИО18, поскольку описательно-мотивировочная часть приговора в полном соответствии с требованиями статьи 305 УПК РФ содержит изложение существа предъявленного ей обвинения в совершения преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 285 УК РФ, обстоятельств уголовного дела, установленных судом, содержит изложение мотивов, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения, кроме этого, в полном соответствии с требованиями закона суд указал основания оправдания ФИО18 и сослался на доказательства, их подтверждающие. При этом судом в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона рассмотрены все заявленные сторонами ходатайства и по каждому из них вынесено основанное на исследованных доказательствах мотивированное решение.

Как следует из представленных материалов уголовного дела, судебное следствие проведено полно, всесторонне и объективно. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, были подробно в судебном заседании исследованы и оценены в итоговом судебном решении.

В частности, судом были исследованы представленные сторонами доказательства, в том числе и указанные в апелляционном представлении государственным обвинителем, а именно:

показания свидетеля ФИО1 о том, что 16 августа 2017 года, он возбудил исполнительное производство в отношении должника ФИО2, которое впоследствии было передано судебному приставу-исполнителю ФИО18 В его практике выносились постановления о снятии временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации после исполнения решения суда;

показания свидетеля ФИО3 о том, что с сентября 2017 года до октября 2018 года в её производстве находилось исполнительное производство в отношении ФИО2 В ходе исполнительного производства в 2018 году она выезжала по месту регистрации должника для вручения требования об исполнении решения суда, но дома его не застала, оставила в двери повестку. Также 22 мая 2018 года она направила ФИО2 по почте требование должнику. После реорганизации Нижнекамского РОСП данное исполнительное производство было передано ФИО18;

показания свидетеля ФИО9, о том, что в 2019 году у нее в производстве было исполнительное производство в отношении должника ФИО2 о взыскании исполнительского сбора по государственной пошлине в ИФНС в сумме 75 рублей и она взыскала его с банковской карты. Также с ФИО2 должен был быть взыскан исполнительский сбор в размере 1000 рублей, но в последующем исполнительное производство было окончено. По данному исполнительному производству постановления о временном ограничении либо снятии ограничения на выезд ФИО2 из Российской Федерации ею не выносилось и не могло быть вынесено, поскольку сумма долга на превышала 10000 рублей;

показания свидетеля ФИО8 о том, что он работает в должности заместителя начальника отдела судебных приставов № 1 по Нижнекамскому району УФССП РФ по РТ. 27 октября 2018 года ФИО18 на исполнение судебным приставом-исполнителем ФИО3 было передано исполнительное производство ...., о чем в электронную базу данных АИС ФССП России была внесена соответствующая информация. Запись в программе «доставлено» в адрес получателя ФИО2 означает, что адресату направлено уведомление о принятом решении по исполнительному производству. Однако данные статусы о направлении «Почтой России» уведомления адресату не всегда не соответствуют действительности. 24 января 2019 года ФИО18 было вынесено постановление о временном ограничении на выезд должника ФИО2 из Российской Федерации, согласованное им или начальником отдела ФИО4, так как из Управления УФССП РФ по РТ поступило соответствующее указание по должникам, по которым не вынесено постановления о запрете с использованием фильтра в программе. Направлялись ли ФИО18 сторонам копии решения, не знает, поскольку в связи с большим объемом переписки не все постановления направляются своевременно или вообще не направляются должникам. 01 июня 2019 года ФИО18 вынесла утвержденное им постановление о снятии временного ограничения на выезд должника ФИО2, так как данное ограничение было наложено ошибочно и преждевременно, без соблюдения требований части 5 статьи 64 ФЗ «Об исполнительном производстве», а именно без получения информаций об извещении должника и об уклонении его от добровольного исполнения решения суда. Указав основанием для отмены «в связи с отложением судом исполнительного производства», ФИО18 возможно ошиблась из-за большой нагрузки на работе. 13 июля 2019 года ФИО18 повторно вынесла постановление о временном ограничении на выезд ФИО2 для вручения должнику в руки данного решения и всего пакета документов по исполнительному производству. В июле 2019 года ФИО18 встречалась с ФИО2 и его представителем, но тот отказался подтвердить получение документов, о чем ею был составлен акт о совершении исполнительных действий и сделаны фотографии объектов недвижимого имущества, подлежащих сносу;

показания свидетеля ФИО4, который подтвердил показания свидетеля ФИО8, указав, что 01 июня 2019 года ФИО18 было вынесено постановление о снятии временного ограничения на выезд должника ФИО2 из Российской Федерации, так как 30 мая 2019 года в отдел из УФССП РФ по РТ поступило письмо о проведении верификации и некорректно выставленные постановления подлежали отмене. По его мнению, данное ограничение на ФИО2 было наложено ошибочно, поскольку в материалах дела отсутствовала информация об извещении должника, а также об уклонении от добровольного исполнения решения суда. Согласно ФЗ «Об исполнительном производстве» судебный пристав, в производстве которого находится исполнительное производство, может накладывать и снимать запрет на выезд должника, которое утверждается начальником или его заместителем. Приставом ФИО18 также был наложен запрет выезда за пределы Российской Федерации на должника ФИО17 В последующем ФИО18 данный запрет был снят, поскольку должник также не был надлежащим образом уведомлен о наличии в отношении него исполнительного производства. Количество наложенных и снятых запретов на выезд должников на служебные показатели судебного пристава не влияет. Разъяснения пункта 10 постановления Пленума ВС РФ № 50 от 17 ноября 2015 года касаются постановлений о возбуждении или окончания исполнительных производств, но никак постановления о запрете на выезд должника заграницу, поскольку это мера принудительного исполнения решения суда;

показания свидетеля ФИО12 о том, что 11 ноября 2016 года она возбудила исполнительное производство в отношении должника ФИО17, о чем уведомила его почтовым отправлением. Подтверждающих документов о том, что ФИО17 получил постановление о возбуждении исполнительного производства, не имелось. В дальнейшем исполнительное производство было передано судебному приставу-исполнителю ФИО18; 

показания свидетеля ФИО5 о том, что в феврале 2019 года к ней обратился ФИО2 с просьбой оказать юридическое сопровождение по обжалованию решения суда о сносе самовольных построек, возведенных отцом ФИО2 На основании переданных документов она подала жалобу на судебное решение. С самим должником встречалась в июле 2019 года в СНТ «Птицевод», где судебный пристав – исполнитель ФИО18 проводила обследование участка. Она знакома с определением Нижнекамского городского суда РТ от 02 апреля 2019 года об отказе в удовлетворении заявления о прекращении исполнительного производства по делу ...., о его наличии также сообщила ФИО2. При общении ФИО2 сообщал, что отца не выпустили за границу в связи с неисполнением решения суда, на что она посоветовала выяснить причины этого в службе судебных приставов. Считает, что ФИО2 знал о возбуждении в его отношении исполнительного производства. Также с ведома ФИО2 она подготовила и 21 марта 2019 года направила в адрес ФИО18 письмо для участия в осмотре территории с подлежащими сносу объектами; 

показания свидетеля ФИО2 о том, что информацией о необходимости снесения построек на принадлежащем ему земельном участке не обладал, обжалованием судебного решения занимался его представитель. О наличии возбужденного в отношении него исполнительного производства, также постановления о временном ограничении на выезд из Российской Федерации он не знал, эти решения не получал. Письмо от 21 марта 2019 года об участии в осмотре территории в адрес судебного пристава-исполнителя ФИО18 возможно готовил его представитель. 01 июня 2019 года он с семьей не смог вылететь из г. Казань в Болгарию на отдых, поскольку его не пропустили на таможне из-за наличия недоимки. Выяснив у бухгалтера об отсутствии у него долгов и недоимок, собрав подтверждающие квитанции об их уплате, беспрепятственно вылетел к месту отдыха из г. Москва. К должностным лицам отдела судебных приставов с просьбой снять временное ограничение на выезд из России не обращался, о том, что 01 июня 2019 года судебный пристав-исполнитель ФИО18 вынесла постановление о снятии временного ограничения на выезд в его отношении, не знал; 

показания свидетеля ФИО17 о том, что был осужден по пункту «б» части 2 статьи 204.1 УК РФ, вещественное доказательство по приговору подлежало обращению в доход государства. Исполнительным листом от 17 октября 2016 года данная обязанность возлагалась на него. Решение о возбуждении в отношении него исполнительного производства, не получал, по указанному в постановлении РОСП адресу не проживал с 2013 года. В феврале 2019 года он приобрел путевку в Турцию с вылетом на 4 июня 2019 года, в связи с чем в мае проверил себя по базе должников ФССП РФ и обнаружил, что из-за наличия исполнительного производства ему временно ограничен выезд из России. После с просьбой проверить его по базе обратился к ФИО6, которая выяснила, что на него ошибочно было наложено ограничение и оно подлежит снятию. 03 июня 2019 года ФИО6 сообщила ему о снятии запрета на выезд, и он с семьей беспрепятственно вылетел на отдых. Кто из судебных приставов-исполнителей вынес постановления о наложении и снятии ограничения на выезд, не знает, данные постановления не получал, с судебным приставом-исполнителем ФИО18, начальником отдела ФИО4 и заместителем начальника отдела ФИО8 не знаком; 

показания свидетеля ФИО6 о том, что с февраля по сентябрь 2019 года работала в должности заместителя начальника отдела судебных приставов № 2 по Нижнекамскому району УФССП РФ по РТ. В мае 2019 года к ней обратился знакомый ФИО17, попросил узнать причины наложения на него ограничения на выезд из Российской Федерации. Она обратилась к кому-то из работников ОСП .... и по базе выяснила, что ФИО17 числится как должник по исполнительному производству, находящемуся в производстве ФИО18 Та пообещала изучить данное исполнительное производство. Какое ФИО18 приняла решение по нему и сняла ли с ФИО17 ограничение на выезд, не знает, к иным должностным лицам ОСП .... ФИО8 с этим вопросом не обращалась; 

показания свидетеля ФИО13 о том, что в июне 2019 года к нему, как директору ООО «Юридический центр правовой защиты», обратилась ФИО18, поинтересовалась, законно ли вынесение постановления о запрете на выезд за пределы Российской Федерации по исполнительному производству неимущественного характера. Он, сославшись на статью 67 ФЗ «Об исполнительном производстве», разъяснил, что судебный пристав-исполнитель имеет право выносить постановление о временном ограничении выезда за границу. При этом он должен направить по почте или вручить должнику лично данное постановление (ст. ст. 24, 29 ФЗ «Об исполнительном производстве»), также должнику должен был быть предоставлен срок для добровольного исполнения исполнительного производства; 

показания свидетеля ФИО11, старшего специалиста 2 разряда отдела судебных приставов № 1 по Нижнекамскому району УФССП РФ по РТ, касающиеся правил отправления почтовой корреспонденции в отделе; аналогичные показаниям свидетеля ФИО11 показания свидетеля ФИО16, ФИО10

должностной регламент судебного пристава-исполнителя ФИО18; приказ № 1512-к от 12 июля 2018 года УФССП РФ по РТ о присвоении ей классного чина; приказ УФССП РФ по РТ № 2661-к от 22 октября 2018 года о назначении ФИО18 на должность судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов № 1 по Нижнекамскому району УФССП РФ по РТ;

копии документов исполнительного производства ....-ИП);

постановления о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации от 24 января 2019 года и 13 июля 2019 в отношении ФИО2, на срок 6 месяцев, соответственно до 24 июля 2019 года и 13 января 2020 года;

постановление о снятии временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации от 01 июня 2019 года в отношении ФИО2, с указанием «в связи с отложением судом исполнительного производства»;

сводка по исполнительному производству ....-ИП от 07 октября 2019 года с информацией о направлении запросов и уведомлений;

ответ на запрос от ООО «Домодедово», согласно которому 02 июня 2019 года ФИО2 был зарегистрирован в 06.54 часов на рейс S7921, прошел линию досмотра и осуществил посадку на борт воздушного судна;

копия заграничного паспорта на имя ФИО2 с отметкой о вылете 02 июня 2019 года в г. Варна;

скриншоты переписки в сети «Интернет» между ФИО5 и ФИО2;

ответ на поручение из отдела УФСБ РФ по РТ в г. Нижнекамске, согласно которому между ФИО2 и заместителем начальника ОСП № 1 по Нижнекамскому району УФССП РФ по РТ ФИО8 01 июня 2019 года состоялось телефонное соединение продолжительностью 2 минуты 7 секунд;

детализация телефонных соединений, согласно которому 01 июня 2019 года между ФИО2 и ФИО8 состоялось телефонное соединение продолжительностью 315 секунд (инициатор звонка ФИО2); 05 февраля 2019 года между ФИО2 и судебным приставом-исполнителем ФИО18 состоялось телефонное соединение продолжительностью 160 секунд (инициатор звонка ФИО18); 22 июля 2019 года также между ФИО5 и судебным приставом-исполнителем ФИО18 состоялось телефонное соединение продолжительностью 580 секунд (инициатор звонка ФИО5);

ответ на запрос из УФПС «Нижнекамский почтамт», согласно которому по программе ЕАС информация о поступлении отправлений на имя ФИО2 в период 16 августа 2018 года, 24 января 2019 года, 01 июня 2019 года, 27 июня 2019 года не значится;

ответ на запрос из УФССП РФ по РТ об отсутствии правового основания для указания в постановочной части постановления о снятии запрета о временном ограничении на выезд должника ФИО2 «в связи с отложением судом исполнительного производства», не имелось;

сводки по исполнительным производствам ....-ИП, ....-ИП в отношении должников ФИО2, ФИО17; протоколы выемки от 04 декабря 2019 года, изъятия от 15 ноября 2019 года данных исполнительных производств;

протоколы осмотра системных блоков, используемых судебным приставом-исполнителем ФИО18, работником канцелярии ФИО11; 

протокол осмотра от 16 января 2020 года гражданского дела .... по иску Нижнекамской городской прокуратуры к ФИО2 по освобождению земельного участка от самовольно возведенных построек и уголовного дела .... (1-665/16) по обвинению ФИО17 по п. «б» ч. 2 ст. 204. 1, ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ;

ответ на запрос из МРИ ФНС № 11 по РТ, согласно которому в связи с тем, что задолженность по исполнительным документам ФИО2 не превышала 30000 рублей, налоговым органом заявления об установлении временного ограничения в суды общей юрисдикции, а также в службу судебных приставов не направлялись, а также информация и копии документов об установлении ограничения на выезд должника из РФ, принятой судебным приставом-исполнителем по собственной инициативе в Инспекцию не поступали;

решение Нижнекамского городского суда РТ от 27 апреля 2017 года по делу .... об удовлетворении искового заявления Нижнекамского городского прокурора в интересах РФ и неопределенного круга лиц и возложении обязанности на ФИО2 по обеспечению свободного доступа к водному объекту путем освобождения территории земельного участка от самовольных построек;

определение Нижнекамского городского суда РТ от 11 августа 2017 года по делу ...., которым заявление ФИО2 об отмене решения Нижнекамского городского суда РТ от 27 апреля 2017 года оставлено без удовлетворения;

определение Нижнекамского городского суда РТ от 02 апреля 2019 года по делу ...., которым ФИО5, действующей в интересах ФИО2, отказано в удовлетворении заявления о прекращении исполнительного производства;

постановление о временном ограничении на выезд должника из РФ от 30 января 2019 года в отношении должника ФИО17; 

постановление о снятии временного ограничения на выезд должника из РФ от 02 июня 2019 года в отношении должника ФИО17;

сведения из АО «Международный аэропорт Казань», согласно которым ФИО17 был зарегистрирован на рейс RL8025 04 июня 2019 года и осуществил посадку на борт воздушного судна; сведения из УМВД России по Нижнекамскому району о регистрации ФИО17 на рейс 8025 - RL (Казань – Анталия (Турция);

детализация телефонных соединений абонента ФИО17, согласно которой 02 и 03 июня 2019 года ФИО17 неоднократно созванивался с ФИО6;

письмо начальника отдела организации исполнительного производства УФССП по РТ от 30 мая 2019 года, согласно которому необходимо обеспечить своевременное и незамедлительное принятие мер по отмене ограничений на выезд должников из РФ при поступлении уведомлений о погашении задолженностей, исключить факты некачественной верификации некорректных постановлений, обеспечив незамедлительное исправление ошибок, выявляемых при верификации постановлений;

постановления от 02 июня 2019 года об отмене временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации в отношении должников ФИО14, ФИО15, вынесенные судебным приставом-исполнителем ФИО18

Суд первой инстанции, помимо непосредственного исследования этих доказательств, исследовал иные доказательства, представленные сторонами в ходе судебных заседаний, в том числе письмо Нижнекамского городского суда РТ с требованием вернуть без исполнения исполнительный лист ФС .... в отношении ФИО17 в связи с неправильным указанием ответчика; постановление от 20 августа 2020 года об окончании исполнительного производства ....-ИП в отношении должника ФИО17 с отменой установленных ограничений.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд обоснованно пришел к выводу о том, что стороной обвинения не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о совершении ФИО18 преступления, а представленные стороной обвинения доказательства, в том числе показания свидетелей, а также письменные материалы, не являются доказательствами виновности ФИО18 в злоупотреблении должностными полномочиями судебного пристава-исполнителя отдела судебных приставов №1 по Нижнекамскому району УФССП России по РТ, то есть в использовании должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, совершенном из иной личной заинтересованности, повлекшим существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых законом интересов общества и государства. 

С доводами апелляционного представления о ненадлежащей оценке представленных доказательств судом первой инстанции, суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Приведенные в апелляционном представлении доводы о достоверности и достаточности в деле доказательств, подтверждающих причастность ФИО18 к совершению двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 285 УК РФ, приводились стороной обвинения и в судебном заседании. Указанные доводы были судом тщательно проверены, получили должную оценку в приговоре и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку не подтверждаются материалами дела. Суд апелляционной инстанции также считает эти доводы противоречащими требованиям статьи 7 УПК РФ о законности, обоснованности и мотивированности предъявленного обвинения, в силу которых обвинение может быть признано обоснованным только при условии, что все противостоящие ему обстоятельства дела опровергнуты стороной обвинения в состязательном процессе.

Сделав вывод об отсутствии доказательств вины ФИО18 в совершении инкриминируемых ей преступлений, состава преступления в действиях, суд обоснованно исходил из того, что стороной обвинения не представлена совокупность неоспоримых и объективных доказательств, достаточных для вывода о наличии в действиях обвиняемого состава уголовно-наказуемых деяний, предусмотренных частью 1 статьи 285 УК РФ.

Судом первой инстанции бесспорно верно установлено, что ФИО18, являлась должностным лицом - судебным приставом-исполнителем отдела судебных приставов № 1 по Нижнекамскому району Управления федеральной службы судебных приставов России по Республике Татарстан, обладая на основании Федерального закона «Об исполнительном производстве» полномочиями по снятию временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации, 01 июня 2019 года вынесла постановление об отмене временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации в отношении ФИО2 и 02 июня 2019 года – в отношении должника ФИО17 из Российской Федерации, утвердив их как своей электронной цифровой подписью так и заместителя начальника ФИО8

При этом суд правильно сослался на положения статьи 67 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», согласно которым судебный пристав-исполнитель, вынесший постановление о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации, не позднее дня, следующего за днем исполнения требований исполнительного документа, за исключением случая, предусмотренногочастью 8настоящей статьи, или за днем возникновения иных оснований для снятия данного ограничения, выносит постановление о снятии временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации.

Стороной обвинения также не опровергнуты доводы ФИО18 об ошибочном указании основанием для снятия временного ограничения в отношении ФИО2 «в связи с отложением судом исполнительного производства», вместо «отмена ошибочного ограничения» в связи расположением рядом значков для ввода этих категорий в программе, что подтверждается исследованной судом распечаткой с программного обеспечения.

Ссылку в апелляционном представлении на статью 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», согласно которой судебный пристав-исполнитель не вправе отменять вынесенное им постановление, нельзя признать состоятельной, поскольку данные разъяснения относятся к постановлениям о возбуждении, окончании исполнительных производств, а не к решениям о запрете на выезд должника из Российской Федерации как меры принудительного исполнения решения суда, что в своих показаниях также подтвердил свидетель ФИО4

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что доводы следствия о злоупотреблении ФИО18 своими должностными полномочиями и совершении действий, явно выходящих за пределы ее полномочий, не нашли своего подтверждения.

Верным является вывод суда об отсутствии в действиях ФИО18 и субъективной и объективной стороны инкриминированных ей в вину преступлений.

Так, суд верно указал в приговоре следующее.

Согласно диспозиции части 1 статьи 285 УК РФ, использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы уголовно наказуемо только в случае, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций, либо охраняемых законом интересов общества и государства. При этом под существенным нарушением прав граждан или организаций в результате злоупотребления должностными полномочиями понимается нарушение прав и свобод физических и юридических лиц, гарантированных общепризнанными принципами и нормами международного права, Конституцией РФ.

Таким образом, при решении вопроса о наличии в действиях подсудимого состава данного преступления следует учитывать, что обязательным признаком субъективной стороны является мотив, который в силу пункта 2 части 1 статьи 73 УПК РФ является обстоятельством, подлежащим доказыванию.

Доказывание мотива преступления приобретает особую значимость, когда он предусмотрен в качестве обязательного признака преступления.

Согласно статье 285 УК РФ установление мотива преступления - иной личной заинтересованности должностного лица ФИО18 обязательно для квалификации её действий.

ФИО18 обвинялась органом следствия в злоупотреблении должностными полномочиями из иной личной заинтересованности, выразившейся в стремлении её, как должностного лица, извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленную желанием повысить свои служебные показатели работы и незаконно оказать должникам ФИО2 и ФИО17 содействие в выезде из Российской Федерации.

Однако, обвинение не нашло подтверждения представленными доказательствами и основано на предположениях.

Так, ФИО18 в судебном заседании показала, что у неё не было какой-либо заинтересованности снимать ранее наложенные ограничения на выезд должников из Российской Федерации, количество наложенных либо снятых ограничений на служебные показатели никак не влияет, учитывается только количество оконченных исполнительных производств. Ограничения в отношении незнакомых ей ФИО2, ФИО17 и других должников были сняты в связи с письмом УФССП РФ по РТ 30 мая 2019 года о проверке законности принятых решений по исполнительным производствам, также с учетом судебной практики, признающим незаконным вынесение ограничения при не извещении должников о наличии исполнительных производств. 

Суд сделал верный вывод о том, что эти утверждения подтверждаются показаниями свидетелей ФИО8, ФИО4, ФИО17, ФИО2, ФИО6, письмом УФССП РФ по РТ 30 мая 2019 года и другими исследованными письменными доказательствами, поскольку каких-либо объективных данных о том, что снятие меры принудительного исполнения решения суда как-то могло отразиться на показателях работы ФИО18, суду стороной обвинения не представлено. Оснований не согласится с ним у суда апелляционной инстанции не имеется.

Также, суду не представлено объективных и достаточных доказательств, опровергающих как показания ФИО18 о том, что временные ограничения были сняты в связи с не уведомлением должников о наличии возбужденного в их отношении исполнительного производств, так и доводы ФИО2 и ФИО17 о не извещении об этом.

Сведения о направлении судебными приставами-исполнителями в адрес должников ФИО2 и ФИО17 копии постановлений о возбуждении исполнительного производства и копии постановлений о временном ограничении выезда из Российской Федерации, а также почтового уведомления, подтверждающего факт вручения должникам процессуального документа, в материалах исполнительных производств отсутствуют. Свидетель ФИО1 пояснил, что не помнит, направлял ли он копию постановления о возбуждении исполнительного производства ФИО2, свидетель ФИО12 подтвердила отсутствие в исполнительном производстве информации о получении ФИО17 копии такого постановления. Сама ФИО18 показала, что копии постановлений должникам не направляла в связи с загруженностью по работе. Согласно ответу УФПС «Нижнекамский почтампт», по программе ЕАС информация о поступлении отправлений на имя ФИО2 в период 16 августа 2018 года, 24 января 2019 года, 01 июня 2019 года, 27 июля 2019 года, не значится.

Внесение судебными приставами в электронную базу данных АИС ФССП России данных о возбуждении исполнительного производства, наличие осуществленных запросов на «автообзвон», на СМС-оповещение, а также запросов к операторам связи для установления телефона должника, наличие опубликованной информации на сайтах ФССП РФ, «Государственных услугах» об обязанности исполнить решение суда и наличие решения суда, сами по себе не свидетельствуют о надлежащем извещении должников о возбуждении исполнительного производства и не обязывают их проверять наличие или отсутствие исполнительных производств и ограничений на выезд за пределы Российской Федерации.

Кроме того, то обстоятельство, что указанные должники непроцессуальным путем могли узнать о возбуждении исполнительных производств, бесспорно не опровергают доводы оправданной и свидетеля ФИО8 об отсутствии в исполнительных производствах информации о надлежащем уведомлении, потому доводы апелляционного представления в этой части несостоятельны.

По смыслу закона, иная личная заинтересованность может выражаться в стремлении должностного лица извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленную такими побуждениями, как карьеризм, протекционизм, семейственность, желание получить взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении какого-либо вопроса, скрыть свою некомпетентность, и другое, однако, каких-либо иных личных мотивов с учетом показаний свидетелей в действиях ФИО18 судом первой инстанции не установлено.

Уголовная ответственность по части 1 статьи 285 УК РФ наступает за использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Существенность нарушения прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства также должна быть обоснована доказательствами, поскольку данные последствия являются обязательным элементом объективной стороны преступления.

Таким образом, поскольку состав указанного преступления сформулирован законодателем как материальный и в число признаков его объективной стороны наряду с самим деянием и иными прямо указанными в диспозиции части 1 статьи 285 УК РФ характеристиками его внешнего проявления включено наступление вредных последствий, причем вред должен быть причинен фактически, то в случае ненаступления указанных последствий, состав злоупотребления должностными полномочиями в качестве должностного преступления исключается.

Согласно части 1 статьи 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» по делам о превышении должностных полномочий судам надлежит, наряду с другими обстоятельствами дела, выяснять и указывать в приговоре, какие именно права и законные интересы граждан или организаций либо охраняемые законом интересы общества или государства были нарушены и находится ли причиненный этим правам и интересам вред в причинной связи с допущенным должностным лицом нарушением своих служебных полномочий.

В предъявленном ФИО18 обвинении указано, что в результате содеянного были «существенно нарушены права и законные интересы граждан и организаций, охраняемые законом интересы общества и государства, обеспечивающиеся, в том числе неукоснительным и своевременным исполнением принятого судом решения, выразившиеся в воспрепятствовании исполнению решения суда, вступившего в законную силу, подрыве авторитета службы судебных приставов, способствовании формирования мнения о некомпетентности действий сотрудников Федеральной службы судебных приставов России, создании препятствий в удовлетворении гражданами и организациями своих потребностей, в частности, несоблюдения условий обеспечения свободного доступа граждан к водному объекту общего пользования и его береговой полосе, исполнения приговора суда при решении вопроса о вещественных доказательствах, а также требования Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79 - ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273 - ФЗ «О противодействии коррупции», согласно которым, гражданские служащие обязаны соблюдать ограничения, выполнять обязательства и требования к служебному поведению, не нарушать запреты, которые установлены федеральными законами».

Судом первой инстанции такие нарушения прав и законных интересов не установлены, а доводы обвинения о существенном нарушении прав и законных интересов граждан и организаций суд апелляционной инстанции находит необоснованными, носящими предположительный характер, поскольку по делу граждане или организации потерпевшими не признаны, не представлено стороной обвинения и каких-либо доказательств, которые свидетельствовали бы о наступлении фактического вреда их интересам.

Указание в обвинении на то, что снятие ФИО20 ограничения в отношении ФИО2 и ФИО17 препятствовало неукоснительному и своевременному исполнению принятого судом решения, также несостоятельно. Как установлено, должники выехали за пределы Российской Федерации на короткое время с целью отдыха, то есть по обстоятельствам, не связанным с исполнительным производством, которое в отношении ФИО2 до настоящего времени не окончено, а в отношении ФИО17 окончено в связи с отзывом исполнительного документа и признанием его ненадлежащим ответчиком, фактически умышленно от исполнения решения суда не уклонялись. Потому оснований для вывода о том, что их выезд за пределы России привел к каким-либо негативным последствиям в рамках исполнительных производств, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Доводы обвинения в части нарушения деяниями ФИО18 иных охраняемых законом интересов общества и государства, подрыва авторитета службы судебных приставов, способствования формирования мнения о некомпетентности действий сотрудников УФССП России, а также нарушения требований Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79 - ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273 - ФЗ «О противодействии коррупции», также не нашли своего объективного подтверждения в судебном заседании. Из материалов уголовного дела не следует, что действия ФИО18 повлияли на нормальное функционирование отдела судебных приставов № 1 по Нижнекамскому району УФССП России по Республике Татарстан или других органов, создали препятствия или сделали невозможным эффективное осуществление ими своих полномочий либо иным образом лишили государственную службу практического смысла. Указание же в обвинительном заключении на дискредитацию в глазах населения сотрудников УФССП России, а также на существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства само по себе без представления соответствующих доказательств носит лишь декларативный характер и не является существенным вредом в том смысле, как это предусмотрено статьей 285 УК РФ.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сторона обвинения не представила неоспоримых и объективных доказательств, подтверждающих, что действия ФИО18 повлекли существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций, а также охраняемых законом интересов общества или государства.

Доводы апелляционного представления о несогласии с выводами суда, основаны на переоценке исследованных доказательств автором представления. Вместе с тем, все доказательства, в том числе указанные в апелляционном представлении оценены судом в совокупности по правилам статей 87, 88 УПК РФ. Выводы суда об отсутствии в действиях ФИО18 состава преступления, соответствуют установленным в судебном заседании обстоятельствам дела и основаны на всесторонне, полно и объективно проверенных в судебном заседании доказательствах. Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной судом первой инстанции в приговоре, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает. Оснований для переоценки доказательств, которым суд первой инстанции дал верную и обоснованную оценку, у суда апелляционной инстанции не имеется, а поэтому доводы апелляционного представления о том, что суд дал неправильную оценку доказательствам, а выводы суда являются противоречивыми, неверными, не основанными на нормах закона и материалах дела, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными.

Как правильно установлено судом первой инстанции доказательств, с достоверностью изобличающих ФИО18 в совершении уголовно наказуемого деяния в ходе предварительного следствия добыто не было и стороной обвинения суду не представлено, а представленные доказательства не свидетельствуют о виновности оправданной.

Тогда как, в соответствии с частью 4 статьи 302 УПК РФ не может быть основан на предположениях обвинительный приговор суда, который постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, что соответствует положениям статьи 49 Конституции Российской Федерации о толковании неустранимых сомнений в виновности лица в пользу обвиняемого.

С учетом изложенного, все доводы апелляционного представления о том, что обстоятельства совершения ФИО18 преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 285 УК РФ, нашли подтверждение исследованными доказательствами, представляют собой субъективное мнение автора апелляционного представления, которое объективно ничем не подтверждено, не основаны на уголовном законе и совокупности исследованных в суде доказательств.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признает верным вывод суда первой инстанции о том, что совокупность представленных и исследованных доказательств, позволяла суду сделать вывод об отсутствии в действиях подсудимой ФИО18 составов инкриминируемых преступлений и о необходимости её оправдания по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 2 статьи 302 УПК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления.

Анализ текста приговора в целом свидетельствует о том, что нарушения части 2 статьи 305 УПК РФ судом первой инстанции не допущены. В оправдательном приговоре не содержатся формулировок, ставящих под сомнение выводы о невиновности ФИО18

Оснований, влекущих отмену или изменение судебного решения в апелляционном порядке, судом апелляционной инстанции не установлено. Нарушений уголовно-процессуального закона, свидетельствующих о лишении или ограничении гарантированных УПК РФ прав участников судопроизводства, несоблюдении процедуры судопроизводства или иных обстоятельств, которые повлияли либо могли повлиять на постановление законного и справедливого приговора, при рассмотрении дела в апелляционном порядке также не выявлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Нижнекамского городского суда Республики Татарстан от 11 декабря 2020 года в отношении оправданной на основании пункта 3 части 2 статьи 302 УПК РФ ФИО18 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Саттарова А.А. - без удовлетворения.

Апелляционное определение (постановление) может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в кассационном порядке, предусмотренном частью 2 статьи 401.3 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу (представление).

В случае пропуска срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 401.3 УПК РФ, непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный (оправданный) вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий