Судья – Сорокина Л.И. Дело № 22-114

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Пенза 26 февраля 2025 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего судьи Акимовой О.А.,

с участием прокурора Борисова В.Е.,

осужденной ФИО1,

защитника осужденной ФИО1 – адвоката Волкова Д.И.,

защитника осужденного ФИО2 – адвоката Спиркина Д.В.,

при секретаре Поляковой Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО2 – адвоката Спиркина Д.В. и апелляционной жалобе осужденной ФИО1 на приговор Иссинского районного суда Пензенской области от 9 октября 2024 года, которым 

ФИО2, 

<

данные изъяты>,

осужден по п.«б» ч.2 ст.264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года; на основании ст.73 УК РФ назначенное ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, в течение которого он должен своим поведением доказать свое исправление; в соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ на ФИО2 возложена обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного;

ФИО1, 

<

данные изъяты>, 

осуждена по ч.1 ст.264 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 год с возложением на нее обязанностей: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы территории муниципального образования – г.

<

адрес>; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации; на основании ч.3 ст.47 УК РФ ФИО1 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год 6 месяцев.

Срок дополнительного наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО2 и ФИО1 оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу.

Судом разрешены гражданские иски. Постановлено взыскать с ФИО2 в пользу С.В.Д. компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, с ФИО2 в пользу В.В.В. компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей. В остальной части иска С.В.Д. и В.В.В. к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда – отказано.

Решен вопрос о вещественных доказательствах по делу.

Заслушав доклад судьи Акимовой О.А., объяснения осужденной ФИО1 и ее защитника – адвоката Волкова Д.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы ФИО1, защитника осужденного ФИО2 – адвоката Спиркина Д.В., поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы, мнение прокурора Борисова В.Е., полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, сопряженное с оставлением места его совершения.

ФИО1 осуждена за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступления ими совершены 7 августа 2023 года на проезжей части Федеральной автомобильной дороги 

<

данные изъяты> в Иссинском районе Пензенской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО2 и ФИО1 вину в совершении преступлений не признали.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО2 – адвокат Спиркин Д.В. выражает несогласие с приговором, считает его несправедливым, необоснованным, незаконным и чрезмерно суровым, несоответствующим фактическим обстоятельствам дела. По мнению защитника, суд должным образом не разобрался в деле и рассмотрел его с обвинительным уклоном. Приводя показания ФИО2, подтвержденные его супругой В.Т.М., относительно поездки 7 августа 2023 года из г.

<

адрес> в г.

<

адрес>, которая происходила без происшествий, аварийных и опасных ситуаций при обгоне автомобилей, которые могли бы спровоцировать ДТП, а также их показания после просмотра видео и фотоматериалов обстоятельства ДТП, в которых высказывалось предположение, что у водителя автомобиля «Suzuki Grand Vitara» при обгоне большегрузного автомобиля «МАN» не имелось возможности вернуться обратно за автомобиль, в прямой причинной связи с ДТП находятся действия водителя ФИО1, которая не рассчитала и не выбрала должной скорости движения, своевременно не среагировала в сложившейся ситуации, а действия водителя автомобиля «Suzuki Grand Vitara» могут находиться в косвенной связи с произошедшим ДТП, автор апелляционной жалобы считает, что суд необоснованно отверг эти показания и надуманно сделал вывод о заинтересованности свидетеля В.Т.М. в исходе дела, а также надуманно пришел к выводу о том, что ФИО2 осознает, что из-за его маневра обгона образовалась ситуация, которую он должен был воспринять для себя опасной, и убедиться, что после его маневра обгона отсутствуют или образовались последствия, и он впоследствии обязан был остановиться. Обращает внимание на заключение эксперта по видеозаписи от 20 мая 2024 года, согласно которого расстояние между автомобилями «Suzuki Grand Vitara» и «Renault Sandero» рег.знак 

<

данные изъяты> составляло от 304 метров до 340 метров, и скорость автомобиля «Renault Sandero» как в момент образования опасной ситуации, так и в момент сближения и разъезда с автомобилем «Suzuki Grand Vitara» составляла 92-96 км/ч, из чего следует вывод, что водитель ФИО1 не применяла торможения, она съехала на обочину правыми колесами, продолжила движение прямо, не сбрасывая скорости, а когда разъехалась с автомобилем «Suzuki Grand Vitara», скорость у нее упала не более, чем на 10 км/ч, что, по мнению защитника, назвать торможением нельзя, она разъехалась с грузовым автомобилем «МАN», автомобилем «Лада Ларгус» и затем, возвратилась на свою полосу движения, где потеряла контроль над управлением своего транспортного средства, свернула направо, на обочину, затем в кювет с последующим наездом на дерево. Водитель ФИО1 имела преимущественное право двигаться по своей полосе движения, но при обнаружении опасности пренебрегла обязанностью, предусмотренной п.п.10.1 и 10.3 абз.1 ПДД РФ, в случае обнаружения опасности принять все меры к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства. При этом, из видеоматериала и показаний ФИО1 следует, что она, применив отведение своего автомобиля «Renault Sandero» вправо на обочину, фактически уступила маневрирующему автомобилю «Suzuki Grand Vitara» обгон грузового автомобиля «MAN», и оба транспортных средства «Suzuki Grand Vitara» и «Renault Sandero» разъехались между собой бесконтактно, продолжив движение каждый в своем направлении; то есть, если бы водитель ФИО1 своевременно применила торможение и остановила бы свое транспортное средство, в том числе и на обочине, это позволило бы избежать тяжких последствий для потерпевших В.В.В. и С.В.Д. Ссылаясь на позицию, изложенную в п.п.6, 7 Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», автор жалобы считает, что водитель «Renault Sandero» ФИО1 обнаружила опасность ранее, что следует из ее показаний, данных в судебном заседании, в которых она пояснила, что увидела серую автомашину («Suzuki Grand Vitara») ни в момент обгона грузового автомобиля «MAN», а ранее, когда автомобиль серого цвета («Suzuki Grand Vitara») сначала обогнал автомобиль белого цвета («Лада Ларгус»), а затем неполностью перестроился в свой ряд и начал обгонять грузовой автомобиль «MAN», из чего следует, что опасная ситуация, как указано в последних выводах эксперта, для водителя «Renault Sandero» возникла ни с момента различимого изображения автомобиля «Suzuki Grand Vitara», уже находящегося на полосе встречного движения параллельно грузовому транспортному средству «MAN», а в момент обгона автомобиля «Лада Ларгус», а это значительно увеличивает расстояние между ними, то есть свыше 340 метров, как указано в выводах эксперта. Автор жалобы отмечает, что из выводов заключения эксперта от 26 февраля 2024 года следует, что большегрузное транспортное средство «MAN» также является участником данного ДТП, так как его водитель нарушил п.10.3 абз.3 ПДД РФ, поскольку должен был двигаться со скоростью не более 70 км/ч, а согласно выводам эксперта, его скорость составляла 81-91 км\ч, то есть водитель большегруза препятствовал обгону «Suzuki Grand Vitara» путем превышения допустимой скорости, что является нарушением п.11.3 ПДД РФ со стороны грузового транспортного средства «MAN». Обращает внимание на невозможность идентифицировать автомобиль «Suzuki Grand Vitara», зафиксированный на видеорегистраторе водителя «Renault Sandero» и фототаблицах, приложенных к заключениям экспертов, как принадлежащий ФИО2 Единственное, что позволяет сделать вывод о том, что это его автомобиль (с регистрационным номером 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО2), это временной отрезок (интервал), зафиксированный камерами видеонаблюдения между р.п.

<

адрес> и с.

<

адрес> Пензенской области. Однако, автор жалобы обращает внимание на то, что камеры видеонаблюдения фиксировали в тот промежуток времени не все транспортные средства, в том числе не зафиксирован грузовой автомобиль марки «MAN», который обгоняет автомобиль «Suzuki Grand Vitara». Убедительного опровержения сомнений в том, что видеокамеры фиксируют не все автомобили, суд в приговоре не привел. Обращает внимание на то, что на представленном видео и фототаблицах отсутствует видеорегистратор на лобовом стекле «Suzuki Grand Vitara», который установлен на автомобиле ФИО2, а также на переднем пассажирском сиденье отсутствует пассажир - его супруга В.Т.М., что также ставит под сомнение факт фиксации на видеорегистраторе именно автомашины ФИО2 Кроме того, регистрационный номер автомобиля «Suzuki Grand Vitara» должным образом не установлен, в заключении эксперта перечислены все возможные числа и буквы, и буква «Т» в регистрационном знаке автомобиля «Suzuki Grand Vitara», принадлежащем ФИО2, не присутствует. Обращает внимание на то, что в заключении эксперта от 20 мая 2024 года регистрационный номер автомобиля «Suzuki Grand Vitara», принадлежащего ФИО2, указан, исходя из постановления следователя о назначении экспертизы, принадлежность автомобиля «Suzuki Grand Vitara», на представленном видео именно ФИО2 судом не установлена, сомнения не устранены, что нарушает ст.14 УПК РФ. Как считает защитник, инкриминируемый ФИО2 квалифицирующий признак преступления, предусмотренный п.«б» ч.2 ст.264 УК РФ, не нашел своего подтверждения в судебном заседании, поскольку сделать однозначный вывод о том, что водитель автомобиля «Suzuki Grand Vitara» должен был видеть (предвидеть) или догадаться, что впоследствии водитель «Renault Sandero» ФИО1, не справившись с управлением, допустит съезд с проезжей части в кювет, с последующим наездом на дерево, невозможно. Кроме того, если бы водитель ФИО2 пытался скрыться, об этом свидетельствовали бы штрафы за превышение скорости по пути следования в г.

<

адрес>, которых нет. При подобных обстоятельствах, как считает защитник, в действиях ФИО2 отсутствует состав преступления, предусмотренный п.«б» ч.2 ст.264 УК РФ. Исковые требования потерпевших удовлетворены судом несправедливо, так как чрезмерно завышены и не подлежали рассмотрению в данном уголовном процессе. Кроме того, ФИО2 является ненадлежащим ответчиком, в сложившейся ситуации должен быть привлечен второй виновник (ответчик) - ФИО1, и поэтому исковые требования потерпевших С.В.Д. и В.В.В. не должны были подлежать рассмотрению в указанном уголовном процессе. Просит приговор в отношении ФИО2 отменить, вынести оправдательный приговор, а в случае несогласия суда апелляционной инстанции с доводами защиты, приговор изменить, квалифицировать действия ФИО2 по ч.1 ст.264 УК РФ и снизить размер компенсации морального вреда или выделить материалы дела по исковым требованиям потерпевших в отдельное производство.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 считает приговор незаконным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли на постановление законного и обоснованного решения. Обращает внимание на то, что в основу приговора положены заключения автотехнических экспертиз, ряд выводов в которых фактически опровергает обвинение. Приводит обстоятельства произошедшего и указывает, что когда на ее полосу движения выехал следовавший во встречном направлении автомобиль марки «Suzuki Grand Vitara», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО2, она, управляя автомобилем марки «Renault Sandero Stepwai», применила торможение, но не имея возможности предотвратить столкновение указанным способом вплоть до остановки транспортного средства и уклоняясь от лобового столкновения, была вынуждена съехать на правую по ходу ее движения обочину, где в результате столкновения ее автомобиля с растущими деревьями ее дочь и мать получили телесные повреждения, отнесенные к категории тяжких, а водитель автомобиля «Suzuki Grand Vitara» ФИО2 с целью избежать уголовной ответственности за совершенное преступление с места происшествия скрылся. Не соглашается с тем, что ее вина в совершении преступления доказана показаниями потерпевших, свидетеля, материалами дела, поскольку данный вывод суда не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Как следует из показаний потерпевших, до момента съезда с проезжей части дороги она применила торможение и лишь в последний момент, избегая лобового столкновения, была вынуждена съехать с дороги вправо по ходу своего движения. Эти показания не подтверждают обоснованности ее обвинения в совершении преступления. Обращает внимание на то, что свидетелями по делу были признаны 

<

данные изъяты> и жена водителя автомобиля «Suzuki Grand Vitara» - В.Т.М., иных свидетелей не имеется. Однако, учитывая, что В.Т.М. в судебном заседании утверждала об отсутствии автомобиля под управлением ее мужа в указанный промежуток времени на данном участке автомобильной дороги и его непричастности к дорожно-транспортному происшествию, то показания В.Т.М. не подтверждают ее вину. Не подтверждают ее вину и показания свидетеля К.В.В. – водителя «Лада Ларгус», который пояснил, что он двигался за грузовым автомобилем со скоростью 80-90 км/ч, затем его автомобиль обогнал автомобиль «Suzuki Grand Vitara», водитель которого без включения сигнала левого поворота стал обгонял большегруз, и когда указанный автомобиль, находясь на встречной для себя полосе движения, поравнялся с передней частью грузового автомобиля, он (К.) услышал звук торможения колес автомобиля и увидел встречный автомобиль «Renault Sandero Stepwai», водитель которого применил торможение и «вылетел» на обочину, а водитель автомобиля «Suzuki Grand Vitara», вернувшись на свою полосу движения, продолжил движение, не останавливаясь на месте ДТП. Осужденная не соглашается с тем, что ее действия в сложившейся ситуации не соответствовали абзацу 1 п.8.1 и абзацу 2 п.10.1 ПДД РФ. Отмечает, что суд в подтверждение вывода о ее виновности сослался в приговоре на заключение дополнительной комплексной судебно-автотехнической и криминалистической экспертизы видеозаписи от 20 мая 2024 года, между тем эксперт К.Д.В., устанавливая наличие причинной связи между ее действиями и наступившими последствиями, указал в заключении, что в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных и установленных исходных данных опасная ситуация была создана действиями ФИО2, а аварийная ситуация была создана совокупностью действий обоих водителей: водителя ФИО2 в части выполнения небезопасного маневра обгона, водителя ФИО1 в части наличия технической возможности остановиться к моменту разъезда/сближения с автомобилем «Suzuki Grand Vitara» и далее выполнения безопасного маневра отворота на возникшую опасность для движения. Однако, суд не принял во внимание, что начало маневра водителя автомобиля «Suzuki Grand Vitara» ею было рассмотрено как опасное вождение применительно к водителю легкого автомобиля белого цвета, но не как угрожающее ее движению. Отсутствие опасности для нее объяснялось тем, что для завершения маневра – обгона легкового автомобиля белого цвета, пространства и времени у водителя «Suzuki Grand Vitara» было достаточно, она не предполагала, что после завершения обгона легкового автомобиля водитель «Suzuki Grand Vitara» пойдет на обгон и другого транспортного средства – большегруза. Поэтому опасность для нее проявилась в момент подачи водителем автомобиля «Suzuki Grand Vitara» светового сигнала – мигания фарами. Экспертами было определено, что с момента подачи светового сигнала миганием фар до момента пересечения автомобилем «Suzuki Grand Vitara» условной границы с передней частью ее автомобиля (разъезд автомобилей, как описано в заключении), прошло 2,27-3 сек., но за указанный промежуток времени при скорости движения не более 90 км\ч среагировать на опасность, возникающую за такой короткий промежуток времени, по мнению осужденной, невозможно. Считает, что несостоятельность экспертного заключения заключается и в том, что при определении наличия у нее технической возможности остановиться к моменту разъезда/сближения с автомобилем «Suzuki Grand Vitara», эксперт, а также и суд исходили из временного интервала в 5,93-6 сек., определенного экспертом с момента появления различимого изображения автомобиля «Suzuki Grand Vitara» в кадрах видеофонограммы, однако данный автомобиль появился в кадре не в момент обгона большегруза, а на момент начала обгона легкого автомобиля белого цвета, и данным обгоном он угрозу ее движению не создавал. Кроме того, эксперт не привел правового обоснования тому, почему именно этот момент он положил в качестве начала для ее реакции к торможению, не привел правовой акт, из которого следует обязанность участника дорожного движения начинать торможение при каждом факте выезда на его полосу автомобиля, двигающегося во встречном направлении, с момента когда он появляется в поле зрения такого участника. Просит приговор отменить и уголовное преследование в отношении нее прекратить за отсутствием в ее действиях состава преступления.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель по делу - и.о.прокурора Иссинского района Пензенской области Рогожкин А.В. считает состоявшийся в отношении ФИО2 и ФИО1 приговор законным, обоснованным и справедливым, просит оставить его без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия находит, что вина ФИО2 и ФИО1 в совершении преступлений, за которые они осуждены, подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, полно и правильно изложенных в приговоре, именно:

- показаниями осужденного ФИО2, в которых он не отрицал, что 7 августа 2023 года следовал со стороны г.

<

адрес> в направлении г.

<

адрес> по проезжей части Федеральной автомобильной дороги 

<

данные изъяты> в Иссинском районе Пензенской области на принадлежащем ему автомобиле марки «Suzuki Grand Vitara», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, цвета серо-голубой металлик, с супругой В.Т.М., которая располагалась на переднем пассажирском сиденье, и согласно записям видеокамер в 15:51 они въезжали в р.п.

<

адрес>, а в 16:00 были уже в с.

<

адрес>;

- показаниями осужденной ФИО1, в которых она не отрицала, что 7 августа 2023 года, когда она, следуя на автомобиле марки «Renault Sandero Stepwai», регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащем на праве собственности С.В.Д., по проезжей части Федеральной автомобильной дороги 

<

данные изъяты> со стороны г.

<

адрес> в направлении г.

<

адрес>, с находящимися на заднем пассажирском сиденье матерью С.В.Д. и дочерью В.В.В., при подъезде к р.п.

<

адрес>, проехав с.

<

адрес>, около 16 часов, видела впереди на встречной полосе грузовой автомобиль «MAN», за которым следовали другие автомобили, а когда оставалось метров 100, автомобиль серого цвета («Suzuki Grand Vitara») резко начал обгонять автомобиль светлого цвета («Лада Ларгус»), а затем пошел на обгон грузового автомобиля «MAN» и оказался перед ней в 10-20 метрах. Во избежание лобового столкновения она затормозила, повернула вправо на обочину, но потеряла управление;

- показаниями потерпевшей С.В.Д., из которых следует, что 7 августа 2023 года, она и ее внучка В.В.В. в качестве пассажиров ехала в автомобиле «Renault Sandero», рег.знак 

<

данные изъяты>, под управлением ее дочери ФИО1 по автодороге 

<

данные изъяты>. Примерно в 16 часов, двигаясь в Иссинском районе Пензенской области со скоростью около 90 км/ч, она увидела, как на полосу их движения резко выехал автомобиль серого цвета, совершая обгон грузового автомобиля, движущегося по своей полосе. Расстояние от их автомобиля до автомобиля, совершавшего маневр обгона и движущегося в то время по полосе их движения, составляло около 20 метров. Увидев данный автомобиль на полосе их движения, ее дочь стала притормаживать, но так как расстояние было незначительное и, видя, что встречный автомобиль не сворачивает с их полосы, дочь повернула руль вправо, чтобы избежать столкновения с ним. В результате данного маневра они съехали в правый по ходу их движения кювет и совершили наезд на дерево. В результате ДТП она получила тяжкие телесные повреждения;

- показаниями потерпевшей В.В.В., из которых следует, что 7 августа 2023 года они с матерью ФИО1 и бабушкой С.В.Д. ехали из с.

<

адрес> в г.

<

адрес> Примерно в 16 часов проезжали Иссинский район, и она увидела, как на их полосу движения выехал автомобиль серого цвета. ФИО1 начала притормаживать, когда автомобиль был близко, перед их автомобилем, чтобы избежать столкновения, а затем взяла немного вправо. Дальше ничего не помнит, так как потеряла сознание;

- показаниями свидетеля В.Т.М., которая подтвердила показания своего мужа ФИО2 о том, что 7 августа 2023 года на автомобиле «Suzuki Grand Vitara» они выехали из г.

<

адрес> в г.

<

адрес> и проезжали по Иссинскому району во второй половине дня;

- показаниями свидетеля К.В.В., из которых следует, что 7 августа 2023 года он следовал на автомобиле марки «Лада Ларгус» из г.

<

адрес> в г.

<

адрес> по автодороге 

<

данные изъяты>. Примерно в 15 часов 40 минут, не доезжая поворота на с.

<

адрес> догнал грузовой автомобиль – большегруз, следовал за ним на расстоянии 10-15 метров со скоростью 80-90 км/час. Затем его автомобиль обогнал автомобиль «Suzuki Grand Vitara» серого цвета, и не закончив его обгон, находясь частично на встречной полосе, а частично на его полосе, «Suzuki Grand Vitara» стал обгонять большегруз без включения указателя левого поворота, после чего большегруз стал притормаживать. Когда водитель указанного автомобиля поравнялся с передней частью грузового автомобиля и находился на встречной полосе движения в процессе обгона, он услышал звук торможения колес автомобиля и увидел встречный автомобиль «Renault Sandero», который применил экстренное торможение, вылетел на обочину, проехал правыми колесами по обочине, улетел в кювет, где совершил наезд на дерево своей передней частью. Водитель «Suzuki Grand Vitara» вернулся на свою полосу движения и продолжил движение в прежнем направлении, на месте ДТП не остановился;

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 7 августа 2023 года, схемой и фототаблицей к нему, из которых следует, что ДТП с участием автомобиля марки «Renault Sandero», рег.знак 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО1 произошло на 338 км + 950 м автодороги 

<

данные изъяты> в Иссинском районе Пензенской области. В ходе осмотра были зафиксированы расположение транспортного средства, следов торможения и юза от колес автомобиля марки «Renault Sandero» (т.1 л.д.69-84, 85, 86-87); 

- заключением судебно-медицинской экспертизы № от 17 октября 2023 года, которым установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия потерпевшей С.В.Д. причинено телесное повреждение: закрытый чрезвертельный перелом правой бедренной кости, причинивший тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (т. л.д.190-194);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № от 17 октября 2023 года, которым установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия потерпевшей В.В.В. причинены телесные повреждения: рана лобной области справа, ссадины правой лобно-височной области, перелом большого крыла клиновидной кости справа, закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга легкой степени, в совокупности причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (т.1 л.д.204-210);

- заключением комплексной авто-видеотехнической судебной экспертизы № от 15 ноября 2023 года, согласно которому в соответствии с видимым изображением, зафиксированным на представленной видеофонограмме, легковой автомобиль, непосредственно перед ДТП осуществивший обгон грузового автомобиля по полосе движения автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, является автомобилем «Suzuki Grand Vitara» (рестайлинг 2005-2008 гг.), имеет гос.рег.знак «?555(или 565)??15?(или 19?)», где знаками вопроса указаны символы, установить которые по видимому изображению, зафиксированному на представленной видеофонограмме не представилось возможным вследствие низкого качества изображения;. В соответствии с видимым изображением окружающей обстановки, зафиксированным на представленной видеофонограмме, с момента мигания света фар легкового автомобиля, перед ДТП осуществившего обгон грузового автомобиля, до момента его разъезда с автомобилем «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, прошло 2,27-3 с. В соответствии с видимым изображением, зафиксированным на представленной видеофонограмме, средняя скорость автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, на трех последовательных участках пути непосредственно до и после включения света фар встречного легкового автомобиля, перед ДТП осуществившего обгон грузового автомобиля, составляла: 9296 км/ч; 92-96 км/ч; 86-89 км/ч. В соответствии с видимым изображением, зафиксированным на представленной видеофонограмме, средняя скорость легкового автомобиля, перед ДТП осуществившего обгон грузового автомобиля, составляла 93-108 км/ч. В данной дорожно-транспортной ситуации при заданных и установленных исходных данных по факту ДТП, водитель автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО1 должна была действовать, руководствуясь требованиями п.8.1 абзац 1; п.10.1 абзац 2, п.10.3 абзац 1 ПДД РФ, ее действия в части выбора скоростного режима вне населённого пункта требованиям п.10.3 абзац 1 ПДД РФ, с технической точки зрения, не соответствовали, но не находятся в причинной связи с технической точки зрения, с ДТП. В данной дорожно-транспортной ситуации при заданных и установленных исходных данных по факту ДТП, водитель легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara» (осуществляющий маневр обгона грузового автомобиля и движущийся навстречу автомобилю «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>) должен был действовать, руководствуясь требованиями, п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ. В данной дорожной ситуации действия водителя легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara», осуществившего обгон грузового автомобиля, по управлению транспортным средством в совокупности требованиям п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ, с технической точки зрения, не соответствовали (несмотря на то обстоятельство, что контактного взаимодействия с автомобилем «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, под управлением водителя ФИО1 не было). В данной дорожно-транспортной ситуации при заданных и установленных исходных данных по факту ДТП действия водителя легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara», несоответствующие требованиям п.1.5 абзац 1, п. 10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с ДТП (т.2 л.д.13-30);

- заключением дополнительной комплексной авто-видеотехнической судебной экспертизы № от 26 февраля 2024 года, согласно которому по видимому изображению, зафиксированному на представленной видеофонограмме, средняя скорость грузового транспортного средства, на участке пути после завершения его обгона автомобилем «Suzuki Grand Vitara», составляла 81-91 км/ч., общая длина грузового транспортного средства, маневр обгона которого осуществлял водитель автомобиля «Suzuki Grand Vitara», составляет – 14,91-17,74 м, а его ширина – 2,17-2,55 м. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara» (осуществляющий маневр обгона грузового автомобиля и движущийся навстречу автомобилю «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>) должен был действовать, руководствуясь требованиями п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ; в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО1 должна была действовать, руководствуясь требованиями п.8.1 абзац 1; п.10.1, п.10.3 абзац 1 ПДД РФ и в части выбора скоростного режима вне населённого пункта требованиям п.10.1 абзац 1, п.10.3 абзац 1 ПДД РФ, с технической точки зрения, ее действия не соответствовали; в данной дорожно-транспортной ситуации действия водителя легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara», несоответствующие требованиям п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п. 11.1 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с ДТП (т.2 л.д.74-101);

- заключением дополнительной комплексной судебной автотехнической и криминалистической экспертизы видеозаписи № от 20 мая 2024 года, согласно которому:

1.В соответствии с видимым изображением окружающей обстановки, зафиксированным на представленной видеофонограмме, с момента появления различимого изображения автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, в кадрах видеофонограммы до момента его разъезда с автомобилем «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, прошло 5,93-6 с.

2.В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО1 с момента появления различимого изображения автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, в кадрах видеофонограммы как при движении со скоростью 92-:-96 км/ч, так и при движении с максимально разрешённой скоростью на участке происшествия не более 90 км/ч, располагала технической возможностью остановить свой автомобиль к моменту сближения/разъезда с автомобилем «Suzuki Grand Vitara»;

3.Водитель автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО2 располагал технической возможностью избежать происшествие, путём своевременного и безусловного выполнения требований п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ;

4.В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО1 имела первоочередное право на движение в намеченном направлении на данном участке, т.е. преимущество (приоритет) по отношению к водителю автомобиля «Suzuki Grand Vitara», рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО2, который выполнял небезопасный маневр обгона грузового автомобиля;

5.В данной дорожно-транспортной ситуации водитель легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО2 (осуществляющий маневр обгона грузового автомобиля и движущийся навстречу автомобилю «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>) должен был действовать, руководствуясь требованиями п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ;

в данной дорожной ситуации действия водителя легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО2 по управлению транспортным средством предписанным требованиям п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ, с технической точки зрения, не соответствовали;

в данной дорожно-транспортной ситуации действия водителя легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО2, несоответствующие требованиям п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с ДТП;

в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО1 должна была действовать, руководствуясь требованиями п.8.1 абзац 1, п.10.1, п.10.3 абзац 1 ПДД РФ;

в данной дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО1 в части выбора скоростного режима вне населённого пункта (средняя скорость автомобиля «Renault Sandero» непосредственно до включения света фар встречного легкового автомобиля, перед ДТП составляла: 92-96 км/ч) требованиям п.10.1 абзац 1, п.10.3 абзац 1 ПДД РФ, с технической точки зрения, не соответствовали;

в данной ситуации действия водителя автомобиля «Renault Sandero», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО1, несоответствующие требованиям п.10.1 абзац 1, п.10.3 абзац 1 ПДД РФ, с технической точки зрения, не находятся в причинной связи с ДТП;

в данной дорожно-транспортной ситуации действия водителя автомобиля «Renault Sandero», государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, ФИО1, несоответствующие требованиям п.8.1 абзац 1, п.10.1 абзац 2 ПДД РФ, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с ДТП;

6.В данной дорожно-транспортной ситуации при заданных и установленных исходных данных с технической точки зрения опасная ситуация была создана действиями водителя легкового автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, ФИО2, несоответствующими требованиям п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1 ПДД РФ, так как он при выполнении маневра обгона не убедился в его полной безопасности, а аварийная ситуация была создана совокупностью действий обоих водителей: водителя ФИО2 в части выполнения небезопасного маневра обгона, а водителя ФИО1 в части наличия технической возможности, с момента появления различимого изображения автомобиля «Suzuki Grand Vitara», гос.рег.знак 

<

данные изъяты>, в кадрах видеофонограммы как при движении со скоростью 92-96 км/ч, так и при максимально разрешённой на участке происшествия не более 90 км/ч, остановиться к моменту разъезда/сближения с автомобилем «Suzuki Grand Vitara» и далее выполнения безопасного маневра отворота на возникшую опасность для движения.

7.Несмотря на то, что контактного взаимодействия между транспортными средствами не было, в данной дорожно-транспортной ситуации причиной ДТП послужили действия обоих водителей, как ФИО2, так и ФИО1 (т. 2 л.д.155-167);

- протоколом осмотра предметов от 16 октября 2023 года, в ходе которого были осмотрены признанные вещественными доказательствами: 

1) приложения со сведениями, содержащими данные о государственных регистрационных номерах, зафиксированных на камере ФАД 

<

данные изъяты>, расположенной на 333 км + 750 м, р.п.

<

адрес> в Иссинском районе Пензенской области, в период времени с 15 часов 30 минут до 16 часов 10 минут 7 августа 2023 года на 9 листах; 

2) приложения со сведениями содержащими данные о государственных регистрационных номерах, зафиксированных на камере ФАД 

<

данные изъяты>, расположенной на 350 км, с.

<

адрес> в Иссинском районе Пензенской области, в период времени с 15 часов 30 минут до 16 часов 10 минут 7 августа 2023 года на 12 листах. В указанных приложениях имеются сведения о проездах автомобиля марки «Suzuki Grand Vitara» рег.знак 

<

данные изъяты> 7 августа 2023 года в 15:51:43 (333 км + 750 м) и сведения о нем во втором списке 7 августа 2023 года в 16:00:55 (350 км) (т.3 л.д.3-23, 24-26, 27-28, 29);

- протоколом осмотра предметов от 15 декабря 2023 года, в ходе которого были осмотрены признанные вещественными доказательствами карточки учета транспортных средств, согласно списка содержащего сведения с камеры ФАД 

<

данные изъяты>, 333 км + 750 м, р.п.

<

адрес> в Иссинском районе Пензенской области и камеры ФАД 

<

данные изъяты>, расположенной на 350 км, с.

<

адрес> в Иссинском районе Пензенской области за период времени с 15 часов 30 минут до 16 часов 10 минут 7 августа 2023 года, о марках, моделях транспортных средств, их собственниках, в том числе карточка учета транспортного средства на автомобиль с гос.рег.знаком 

<

данные изъяты> модели «Suzuki Grand Vitara», в которой его владельцем значится ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ, проживающий в г.

<

адрес> (т.3 л.д.3-29, 34-188, 189, 190);

- протоколом осмотра предметов от 13 октября 2023 года с фототаблицей, в которых зафиксирован осмотр с участием специалиста видеорегистратора Pioneer s/n AGZS005663UR с картой памяти micro CD на 64 гб, изъятого в ходе осмотра места происшествия 7 августа 2023 года на 338 км + 950 м автодороги 

<

данные изъяты> в Иссинском районе Пензенской области, и в ходе осмотра был восстановлен файл, содержащий видеозапись обстоятельств ДТП, который был записан на DVD-диск «DR5F60PW51» (т.1 л.д.217-218, 219);

- протоколом осмотра предметов от 17 октября 2023 года с фототаблицей, в которых зафиксирован осмотр DVD-диск «DR5F60-PW51» с записанным с карты памяти micro CD на 64 гб файлом, где зафиксированы обстоятельства ДТП, имевшего место 7 августа 2023 года в Иссинском районе Пензенской области, в ходе которого в 16:26:10 на полосе движения автомобиля с рег.знаком 

<

данные изъяты> находится автомобиль серого цвета, совершающий маневр обгона грузового автомобиля, движущегося в попутном с ним направлении. Находясь на полосе встречного движения, водитель автомобиля серого цвета мигает световым потоком водителю автомобиля с рег.знаком 

<

данные изъяты>, движущемуся по своей полосе движения. В 16:26:13 водитель автомобиля серого цвета, находясь в непосредственной близости с автомобилем с рег.знаком 

<

данные изъяты>, пытается завершить маневр обгона грузового автомобиля, смещаясь на полосу своего движения перед ним, а за грузовым автомобилем движется легковой автомобиль. При этом водитель автомобиля с рег.знаком Е959СО13 смещается в сторону правой обочины по ходу движения и затем совершает съезд в кювет с последующим наездом на дерево (т.1 л.д.220-222, 223-225);

- просмотренной в судебном заседании видеозаписью обстоятельств ДТП и другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре.

Всем исследованным доказательствам, судом дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Доказательства, исследованные судом и изложенные в приговоре, являются достаточными.

Оснований не доверять имеющимся в деле доказательствам, в том числе заключениям экспертиз не имеется, поскольку экспертизы проведены экспертами, обладающими специальными познаниями, выводы экспертов обоснованы, убедительно мотивированны, соответствуют исследованным судом другим доказательствам и обстоятельствам дела, суд дал им надлежащую оценку.

В судебном заседании были исследованы все существенные для исхода дела доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства, нарушений принципа состязательности сторон, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено. 

В полной мере исследовав и правильно оценив исследованные доказательства, суд обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО2 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, сопряженном с оставлением места его совершения, и ФИО1 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по осторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Юридическая квалификация действий ФИО2 по п.«б» ч.2 ст.264 УК РФ, ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ является правильной.

Доводы о невиновности ФИО2 и ФИО1 были известны суду первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку их вина в совершении инкриминируемых им преступлений, подтверждена совокупностью вышеприведенных доказательств.

К показаниям ФИО2 и его супруги В.Т.М. о том, что 7 августа 2023 года, когда они обгоняли автомобили, ситуаций, которые бы могли спровоцировать ДТП, не было, суд верно отнесся критически, поскольку они не согласуются с собранными по делу доказательствами и даны ими с целью избежания ФИО2 уголовной ответственности за совершенное преступление.

Суд верно посчитал необоснованным утверждение защитника ФИО2 о том, что неустановление следствием грузового автомобиля, не представление сведений об указанном грузовом транспортном средстве «MAN» с камер видеонаблюдения, установленных между р.п.

<

адрес> и с.

<

адрес>, свидетельствует о том, что камеры фиксируют не все транспортные средства, а следовательно не зафиксирован иной автомобиль такой же марки, как у ФИО2, который и совершал обгон указанного грузового автомобиля, поскольку в приложениях со сведениями, содержащими данные о государственных регистрационных номерах, зафиксированных на камере ФАД 

<

данные изъяты>, расположенной на 333 км + 750 м, р.п.

<

адрес>, Иссинский район Пензенской области, в период времени с 15 часов 30 минут до 16 часов 10 минут 7 августа 2023 года года на 9листах, и карточках учета транспортных средств, согласно списку, содержащему сведения с камеры ФАД 

<

данные изъяты>, 333 км + 750 м, р.п. 

<

адрес>, Иссинский район Пензенской области, и камеры ФАД 

<

данные изъяты>, расположенной на 350 км, с.

<

адрес>, Иссинский район Пензенской области, за период времени с 15 часов 30 минут до 16 часов 10 минут 7 августа 2023 года, о марках, моделях транспортных средств, их собственниках на 152 листах, признанных и приобщенных к делу в качестве вещественных доказательств, исследованных в судебном заседании, имеются сведения о транспортных средствах «MAN», других грузовых транспортных средствах – грузовых тягочах. Согласно этим документам, в указанное время, на указанных километрах был зафиксирован, кроме иных автомобилей другой марки, только один автомобиль марки «Suzuki Grand Vitara», с рег.знаком 

<

данные изъяты>, принадлежащий ФИО2 Неустановление грузового транспортного средства, обгон которого осуществлял автомобиль «Suzuki Grand Vitara», рег.знак 

<

данные изъяты>, не свидетельствует о том, что в данной дорожно-транспортной ситуации был другой автомобиль марки «Suzuki Grand Vitara», не принадлежащий ФИО2, и который камеры видеофиксации не зафиксировали.

Так, из показаний свидетеля К.В.В. следует, что он видел регистрационный знак на автомобиле «Suzuki Grand Vitara», который его обогнал, но не запомнил этот знак. Значит, знак был читаем. 

Утверждения ФИО2 и его защитника о том, что в данном ДТП виновата только ФИО1, а у водителя автомобиля «Suzuki Grand Vitara» не имелось реальной возможности вернуться на свою полосу движения до завершения обгона опровергаются вышеприведенными выводами экспертиз, видеозаписью, просмотренной, в том числе в судебном заседании, а также вышеприведенными показаниями свидетеля К.В.В.

Утверждение ФИО2 о том, что согласно видеозаписи водитель автомобиля «Suzuki Grand Vitara» дважды моргал фарами, прося водителя встречного автомобиля дать закончить маневр, при этом первый раз до того, как автомобили разъехались, судом обоснованно признано несостоятельным, поскольку на видеозаписи видно только мигание светом фар автомобиля «Suzuki Grand Vitara» до момента разъезда с автомобилем «Renault Sandero», и при таких обстоятельствах, сколько раз водитель автомобиля «Suzuki Grand Vitara» мигал светом фар, мог знать только ФИО2

Учитывая вышеизложенные доказательства, проанализировав видеозапись бесконтактного ДТП, из которой видно, что была ясная, солнечная погода, разъезд автомобилей произошел, когда расстояние между автомобилями было незначительное, при этом автомобиль «Renault Sandero» большей своей частью находился на обочине при движении, что не мог не видеть водитель «Suzuki Grand Vitara» ФИО2, и не мог не понимать, что создал опасность для движения автомобилю «Renault Sandero», вынудил водителя этого автомобиля применить маневр отворота вправо в сторону обочины, а также принимая во внимание показания ФИО2 о том, что он имеет большой водительский стаж, суд обоснованно пришел к выводу о том, что ФИО2 не мог не знать о неблагоприятных последствиях своих противоправных действий (нарушение правил дорожного движения) в данной дорожно-транспортной ситуации, однако умышленно не убедился в отсутствии неблагоприятных последствий от его действий, умышленно оставил место ДТП. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2 реально осознавал возникновение опасности, которую он создал для движения автомобиля ФИО1 Допущенные ФИО2 нарушения правил дорожного движения (п.1.5 абзац 1, п.10.3 абзац 1, п.11.1) находятся в причинной связи с наступившими последствиями – причинением по неосторожности тяжкого вреда здоровью потерпевших и данные действия сопряжены с оставлением ФИО2 места их совершения. 

Показания ФИО1 в той части, что она следовала со скоростью 85-90 км/час, скорость не превышала, у нее не было возможности остановить автомобиль, поскольку автомобиль неожиданно оказался перед ее автомобилем в 10-20 метрах, она тормозила, а когда поняла, что может быть лобовое столкновение, повернула вправо, в данном ДТП виноват только ФИО2, суд верно расценил, как способ защиты с целью избежать уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ.

Из показаний ФИО1, а также видеозаписи следует, что опасность для движения ФИО1 возникла с момента появления различимого изображения автомобиля марки «Suzuki Grand Vitara» и ФИО1 имела объективную возможность обнаружить эту опасность и обнаружила, о чем свидетельствуют ее показания в судебном заседании.

В данном случае, когда опасность для движения возникла по причине ее создания ФИО2, ФИО1 обязана была применить экстренное торможение, что сделано ею не было, она проигнорировала юридическую обязанность предотвратить трансформацию опасности для движения, созданную ФИО2, в аварийную обстановку, имея реальную возможность совершения указанных действий.

Также ФИО1 показала, что не видела, чтобы данный автомобиль мигал светом фар. Однако на видеозаписи видно, что автомобиль начал мигать светом фар, когда приближался к кабине обгоняемого им грузового транспортного средства, а до этого ФИО1 постепенно правыми колесами уводила автомобиль на обочину, при этом признаков торможения на видеозаписи не прослеживается до того момента, пока автомобиль «Suzuki Grand Vitara» не приблизился к автомобилю «Renault Sandero».

Утверждения ФИО1 о том, что она вначале резко затормозила, а затем приняла вправо, опровергаются исследованной видеозаписью, а также заключением комплексной авто-видеотехнической судебной экспертизы № от 15 ноября 2023 года, согласно которому в соответствии с видимым изображением, зафиксированным на представленной видеофонограмме, средняя скорость автомобиля «Renault Sandero», гос.рег. знак 

<

данные изъяты>, на трех последовательных участках пути непосредственно до и после включения света фар встречного легкового автомобиля, перед ДТП осуществившего обгон грузового автомобиля, составляла: 9296 км/ч; 92-96 км/ч; 86-89 км/ч. Этим же заключением опровергаются ее утверждение о том, что скорость она не превышала.

При вышеизложенных обстоятельствах доводы ФИО1 о том, что она действовала в условиях крайней необходимости, что исключает ее уголовную ответственность, суд верно счел несостоятельными.

Заключения проведенных по делу экспертиз, в том числе и заключение дополнительной комплексной судебной автотехнической и криминалистической экспертизы от 20 мая 2024 года противоречивых выводов не содержат, даны по установленным исходным данным, а различия выводов объясняются разными заданными установленными исходными данными, о чем указано в заключениях.

При таких обстоятельствах у суда не имелось оснований сомневаться в обоснованности и правильности заключения дополнительной комплексной судебной автотехнической и криминалистической экспертизы от 20 мая 2024 года, а также тех выводов экспертиз от 15 ноября 2023 года, 26 февраля 2024 года, которые приведены в качестве доказательств вины осужденных, поскольку эти выводы мотивированы, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

В судебном заседании достоверно установлено, что вышеуказанные нарушения правил дорожного движения были допущены и ФИО2, и ФИО1, и их действия по управлению транспортными средствами находятся в причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения потерпевшим тяжкого вреда здоровью опасного для жизни. При возникновении опасности, которую ФИО1 обнаружила, она должна была принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, у нее имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между её действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

С учетом позиции государственного обвинителя, суд верно исключил из обвинения ФИО2 указания на нарушение им п.1.3, п.1.4, п. 8.1 абзац 1, п.10.1 ПДД РФ, а из обвинения ФИО1 - указания на нарушение п.1.3, п.1.5 абзац 1, п.9.9 абзац 1, п.10.1 абзац 1, п.10.3 абзац 1 ПДД РФ, что не повлияло на квалификацию содеянного, на фактические обстоятельства и последствия совершенного преступления, состоящие в прямой причинно-следственной связи с требованиями других пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации.

Как верно установлено судом, обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния, а также обстоятельств, которые могли бы повлечь освобождение ФИО2 и ФИО1 от уголовной ответственности, не имеется.

При назначении наказания ФИО2 и ФИО1 судом обоснованно учтены характер и степень общественной опасности совершенного каждым из них преступления, данные о личности, исследованные судом с достаточной полнотой, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, судом верно не установлено.

К обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО1, суд верно отнес то, что она является инвалидом 3 группы.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного ФИО2 преступления, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в силу ч.6 ст.15 УК РФ, а также не установлении исключительных обстоятельств, дающих основание для назначения ему наказания с применением положений ст.64 УК РФ.

Назначение ФИО2 наказания в виде лишения свободы с применением ст.73 УК РФ и дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, судом в приговоре мотивированы, и судебная коллегия с этим согласна.

Также судебная коллегия соглашается с мнением суда о назначении ФИО1 наказания в виде ограничения свободы и назначением ей в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, свой вывод в этой части суд в приговоре мотивировал.

Исковые требования потерпевших С.В.Д. и В.В.В. о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда судом разрешены обоснованно, в соответствии с требованиями закона, с учетом физических страданий каждой из потерпевших, степени вины осужденного, его возраста и материального положения.

Нарушений норм УПК РФ при расследовании и рассмотрении данного уголовного дела, влекущих отмену либо изменение приговора, судебной коллегией не установлено.

Оснований к отмене либо изменению приговора не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

Приговор Иссинского районного суда Пензенской области от 9 октября 2024 года в отношении ФИО2 и ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника осужденного ФИО2 – адвоката Спиркина Д.В., апелляционную жалобу осужденной ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

В случае подачи кассационной жалобы осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий