Мотивированное 

апелляционное определение

 составлено 

<

дата>.

УИД 66RS0007-01-2025-003475-19

Дело № 33-15954/2025

(№ 2-4218/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 24.12.2025

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Кокшарова Е.В., судей Мурашовой Ж.А. и Ершовой Е.Т.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиопротокола помощником судьи Амировым Э.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Станция скорой медицинской помощи имени В.Ф. Капиноса город Екатеринбург» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, оплаты простоя, социальных выплат, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе истца на решение Чкаловского районного суда г.Екатеринбурга от 12.09.2025.

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения истца ФИО1, представителей ответчика ФИО2 и ФИО3, заключение прокурора Беловой К.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Станция скорой медицинской помощи имени В.Ф. Капиноса город Екатеринбург» (далее по тексту – ГБУЗ СО «ССМП») о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, оплаты простоя, социальных выплат, компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что 01.02.2023 между сторонами заключен трудовой договор, согласно которому истец принята в выездные бригады скорой медицинской помощи педиатрического отделения на должность фельдшера скорой медицинской помощи. 01.09.2023 истец переведена в выездные фельдшерские бригады скорой медицинской помощи подстанции № 8 на должность фельдшера скорой медицинской помощи. 31.03.2025 работником получено уведомление от 13.03.2025 о наличии вакантных должностей и прекращении трудового договора. Уведомление о предстоящем прекращении трудового договора мотивировано необходимостью сдачи работником экзамена в связи с изменениями в Приказ Минздрава России № 715н от 01.11.2022, а также категорическим отказом работника от его сдачи, в связи с чем, работник не имеет права на осуществление медицинской деятельности, что влечет невозможность исполнения обязанностей по трудовому договору. 03.04.2025 приказом работодателя № 1177-к прекращено действие трудового договора, заключенного с истцом, на основании п. 9 ч. 1 ст. 83 ТК РФ. Между тем, организация обучения и сдачи экзамена возложена на работодателя, однако работник для сдачи экзамена в образовательное учреждение работодателем не направлялся, от сдачи экзамена не уклонялся, о необходимости сдачи экзамена истец уведомлена лишь 31.03.2025. 03.04.2025 истец обратилась к ответчику с заявлением о самозащите трудовых прав, указав, что от сдачи экзамена не уклонялась, обязанность организовать возможность сдачи экзамена возложена на работодателя, работодатель не выполнил данное условие, что не может быть поставлено в вину истцу, не может являться основанием для прекращения трудового договора. Полагает увольнение незаконным.

Решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 12.09.2025 иск ФИО1 оставлен без удовлетворения.

С таким решением не согласился истец, в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции отменить, удовлетворив иск. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что отклоняя довод истца о том, что ему не была предложена вакантная должность старшего фельдшера подстанции, суд указал, что из материалов дела усматривается, что данная должность на дату принятия ответчиком решения о предстоящем прекращении трудового договора на основании п. 9 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации и уведомления истца о наличии вакантных должностей 13.03.2025, не являлась вакантной, кроме того, образование истца не соответствовало квалификационным требованиям. Данный вывод суда мотивирован профессиональным стандартом «Специалист по организации сестринского дела», утвержденным приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации № 479н от 31.07.2020, которым для должности старшего фельдшера установлено требование о наличии стажа работы не менее 5 лет, отсутствующего у истца. По мнению апеллянта, судом применен закон, не подлежащий применению, так как, вопреки выводам суда, спорные правоотношения регламентировались не профессиональным стандартом «Специалист по организации сестринского дела», утвержденным приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации № 479н от 31.07.2020, а квалификационными требованиями к медицинским и фармацевтическим работникам с высшим образованием, утвержденными Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 02.05.2023 № 206н, в которых требование о наличии 5-летнего стажа отсутствуют. Кроме того, апеллянт полагает, что вакантная должность «старший фельдшер» до замещения ее ФИО4 должна была быть предложена работодателем ФИО1, что сделано не было, в связи с чем, работодателем нарушена процедура увольнения ФИО1

Ответчик в представленных возражениях полагает решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

В заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 в заседании суда апелляционной инстанции на доводах апелляционной жалобы настаивала, просила удовлетворить.

Представители ответчика ФИО2, ФИО3 в заседании суда апелляционной инстанции просили отказать в удовлетворении апелляционной жалобы истца.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего об отмене обжалуемого решения суда в связи с несоблюдением процедуры увольнения истца, изучив материалы дела (в том числе, дополнительные доказательства, принятые судебной коллегией на стадии апелляционного рассмотрения дела в целях установления юридически значимых обстоятельств по делу, проверки доводов апелляционной жалобы), проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 01.02.2023 между сторонами заключен трудовой договор, истец со 02.02.2023 принята в ГБУЗ СО «ССМП» на должность фельдшера скорой медицинской помощи выездной врачебной бригады скорой медицинской помощи, педиатрическое подразделение, на 1.0 ставки по основному месту работы на неопределенный срок.

Основанием для допуска истца к работе являлся диплом бакалавра по специальности «Сестринское дело» согласно п. б ч. 1 Постановления Правительства РФ № 1448 от 19.08.2022 «Об установлении случаев и условий допуска лиц, не завершивших освоение образовательных программ высшего медицинского образования, к осуществлению медицинской деятельности на должностях специалистов со средним медицинским образованием, а также лиц с высшим медицинским образованием к осуществлению медицинской деятельности на должностях специалистов со средним медицинским образованием и высшим медицинским образованием в составе выездной бригады скорой медицинской помощи».

01.09.2023 истец переведена в выездные фельдшерские бригады скорой медицинской помощи подстанции № 8 на должность фельдшера скорой медицинской помощи на 1.0 месячной нормы рабочего времени.

01.02.2024 по личному заявлению в связи с прохождением обучения в ФГБОУ ВО «Уральский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения РФ истцу разрешена работа в режиме неполного рабочего времени на 0.5 месячной нормы рабочего времени.

01.05.2024 по личному заявлению в связи с прохождением обучения в ФГБОУ ВО «Уральский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации объем неполного рабочего времени снижен до 0.25 месячной нормы рабочего времени.

20.08.2024 ответчику поступил рапорт от истца ФИО1 с просьбой организовать прохождение периодического медицинского осмотра в другой медицинской организации или разрешить пройти в организации по собственному выбору.

13.09.2024 ответчиком дан ответ ФИО1 № 02.02/869 о необходимости завершить прохождение медицинского осмотра в ООО «КДЦ «Консилиум» до 31.10.2024.

В ноябре 2024 года истцу от представителя ответчика ФИО3 стало известно о необходимости сдачи экзамена для получения допуска к осуществлению медицинской деятельности в связи с прекращением действия постановления Правительства РФ № 1448 с 01.01.2025, что не оспаривалось сторонами.

С 19.12.2024 истец была отстранена от работы в связи с непрохождением медицинского осмотра на основании приказа ответчика № 5337-к от 19.12.2024.

В период с 16.12.2024 по 03.01.2025 истец находилась на листке нетрудоспособности.

09.01.2025 состоялась встреча истца и представителей ответчика, на данной встрече обсуждались вопросы завершения прохождения истцом медицинского осмотра и необходимости сдать экзамен для допуска к осуществлению медицинской деятельности с 01.01.2025.

Приказом ответчика № 53-к от 10.01.2025 истцу предоставлен отпуск без сохранения заработной платы с 10.01.2025 по 10.02.2025 на основании заявления истца от 10.01.2025 для выяснения обстоятельств допуска к работе.

03.02.2025 поступило заявление ФИО1 об оплате вынужденного простоя по вине работодателя в связи с отстранением ФИО1 от работы в связи с непрохождением медицинского осмотра без уважительных причин.

Ответчиком дан ответ заказным письмом с уведомлением ФИО1 № 01.02/159 от 07.02.2025 о необоснованности заявления об оплате вынужденного простоя, правомерности отстранения от работы в связи с непрохождением медицинского осмотра, об утрате с 01.01.2025 специального права осуществлении медицинской деятельности и об удовлетворении заявления о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы на период с 10.01.2025 по 10.02.2025.

18.02.2025 состоялась рабочая встреча истца и представителей ответчика, на которой обсуждались вопросы прохождения истцом периодического медицинского осмотра, а также сдачи экзамена для подтверждения права на осуществление медицинской деятельности по занимаемой должности, по итогам данной встречи истец отказалась получать направление на периодический медицинский осмотр, а также установлено, что истцом экзамен не был сдан, истец полагает об отсутствии необходимости сдачи данного экзамена, возможности осуществлять трудовую деятельность без сдачи данного экзамена.

18.02.2025 ФИО1 посредством почты России ответчиком направлено заявление о выдаче направления на периодический медицинский осмотр.

20.02.2025 ФИО1 направлена телеграмма о необходимости получить направление на прохождение периодического медицинского осмотра.

10.03.2025 ответчиком направлен ответ истцу заказным письмом с уведомлением № 02.02/241 от 10.03.2025 о возможности завершить прохождение медицинского осмотра только в рабочие дни, согласно графику работы ООО «КДЦ «Консилиум».

Указанные письма уведомления не были получены истцом.

13.03.2025 ответчиком сформировано и направлено истцу 13.03.2025 почтой, 17.03.2025 электронной почтой, 18.03.2025 на телефон истца в мессенджер ВотсАпп уведомление о наличии вакантных должностей (работ) и прекращении трудового договора, в котором ответчик уведомил истца о том, что в связи с отсутствием положительного результата сдачи экзамена, подтвержденного выпиской из протокола сдачи экзамена, а также категорическим отказом от его сдачи в установленном порядке, истец не имеет право на осуществление медицинской деятельности, что влечет невозможность исполнения обязанностей по трудовому договору, предложены вакантные должности, в случае отказа от перевода на вакантную должность и непредоставления выписки из протокола сдачи экзамена на допуск к осуществлению медицинской деятельности. Кроме того, в судебном заседании 17.03.2025 по делу № 2-144/2025 представителем работодателя истцу было сообщено о необходимости явиться в отдел кадров для решения вопросов о дальнейшем трудоустройстве, 19.03.2025 и 20.03.2025 истцу были совершены телефонные звонки с целью решения вопросов о дальнейшем трудоустройстве. 24.03.2025 истцу была направлена телеграмма о необходимости получения списка вакантных должностей для решения вопроса о прекращении трудового договора.

Ввиду неполучения истцом уведомлений от ответчика ни одним доступным средством связи 31.03.2025 ответчиком осуществлен выезд по месту учебы истца, где вышеуказанное уведомление со списком вакантных должностей вручены истцу лично.

01.04.2025 истцу была направлена телеграмма, сообщение по электронной почте, в мессенджерах ВатсАпп и Телеграмм, смс-сообщение о том, что истцу необходимо представить письменный ответ о переводе на вакантные должности до 17:00 02.04.2025.

03.04.2025 от истца поступило заявление о самозащите, в котором истец указала, что от сдачи экзамена в соответствии с внесенными изменениями в Приказ Минздрава России от 01.11.2022 № 715н она никогда не уклонялась, о необходимости его сдачи была уведомлена только 31.03.2025. С учетом положений ст. 196 ТК РФ полагает, что обязанность организовать возможность сдачи экзамена возложена именно на работодателя. Считает себя находящейся в вынужденном простое по вине работодателя, однако заработная плата за время простоя ей не выплачивается. Заявляет о самозащите трудовых прав и и требует от работодателя устранения их нарушений (л.д. 10 т. 1).

Согласно ответу образовательного учреждения ФГБОУ ВО УГМУ Минздрава России от 02.04.2025 на запрос ответчика истец на комиссию по сдаче экзамена на допуск к осуществлению медицинской деятельности на должностях среднего медицинского персонала, проведенную 27.03.2025, не заявлялась, экзамен не сдавала (т. 1 л.д. 69).

Приказом ответчика № 1177-к от 03.04.2025 трудовой договор от 01.02.2023, заключенный сторонами, прекращен (расторгнут) на основании п. 9 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации, ФИО1 уволена 03.04.2025 (т. 1 л.д. 11).

Разрешая спор при указанных обстоятельствах, суд первой инстанции констатировал законность отстранения истца от работы с 19.12.2024 на основании приказа № 5337-к от 19.12.2024.

Судебная коллегия соглашается с таким выводом суда первой инстанции в силу следующего.

В силу положений ст. 76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, в том числе, не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами. В случаях отстранения от работы работника, который не прошел обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда либо обязательный медицинский осмотр не по своей вине, ему производится оплата за все время отстранения от работы как за простой.

Обязанность по организации прохождения периодического медицинского осмотра, в том числе выбора медицинского учреждения, возложена на работодателя.

Как верно отмечено судом первой инстанции, ответчиком исполнена обязанность по организации медицинского осмотра, заключен договор с ООО «КДЦ «Консилиум», истец была направлена для прохождения медицинского осмотра и приступила к его прохождению 14.08.2024, однако, не завершила медицинский осмотр, обратившись к ответчику с рапортом об организации медицинского осмотра в иной организации либо о разрешении пройти такой осмотр в организации по выбору истца.

Кроме того, 15.08.2024 ответчику поступило письмо ООО «КДЦ «Консилиум» за № 368п-08/24, которое содержало информацию о конфликтной ситуации, инициатором которой была ФИО1 Ответчик был уведомлен о необходимости возобновления и завершения прохождения ФИО1 обязательного медицинского осмотра в соответствии с заключенным договором.

На указный рапорт 13.09.2024 ответчиком дан ответ о необходимости завершить медицинский осмотр в ООО «КДЦ «Консилиум» в срок до 31.10.2024.

19.12.2024 ответчику поступило уведомление ООО «КДЦ «Консилиум» о том, что истцом не завершено прохождение обязательного медицинского осмотра.

Учитывая, что истцом не пройден обязательный медицинский осмотр, у ответчика имелись основания для отстранения истца от работы 19.12.2024 до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы. В рассматриваемом случае медицинский осмотр не пройден истцом, вины ответчика в его непрохождении не усматривается, наличие межличностного конфликта между должностными лицами ООО «КДЦ «Консилиум» и истцом не является уважительной причиной и основанием отказа от прохождения периодического медицинского осмотра. При этом, вплоть до отстранения от работы истец не обращалась к работодателю с вопросом о прохождении медицинского осмотра.

При таких обстоятельствах, 19.12.2024 истец была правомерно отстранена от работы, оснований расценивать период отстранения в качестве простоя не имеется, уважительные причины непрохождения медицинского осмотра истцом не представлены.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции пришел к верному выводу, что у ответчика имелись основания для отстранения истца от работы 19.12.2024 до устранения обстоятельств, поскольку истцом не пройден обязательный медицинский осмотр. Соответственно, учитывая, что на дату увольнения 03.04.2025 истцом не пройден медицинский осмотр, отсутствуют основания для начисления и выплаты истцу среднего заработка как за период простоя по вине работодателя.

Отказывая в удовлетворении требований ФИО1 о восстановлении на работе, суд первой инстанции исходил из доказанности в ходе рассмотрения дела факта наличия у работодателя законного основания для расторжения трудового договора с истцом и соблюдения установленного трудовым законодательством порядка увольнения.

Судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о соблюдении ответчиком порядка увольнения истца, поскольку он не соответствует установленным в ходе рассмотрения дела обстоятельствам и противоречит положениям закона, регулирующим спорные правоотношения.

Приказом Минздрава России от 01.11.2022 № 715н утвержден Порядок допуска лиц, не завершивших освоение образовательных программ высшего медицинского или высшего фармацевтического образования в российских или иностранных организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а также лиц с высшим медицинским или высшим фармацевтическим образованием, полученным в российских или иностранных организациях, осуществляющих образовательную деятельность, к осуществлению медицинской деятельности или фармацевтической деятельности на должностях специалистов со средним медицинским или средним фармацевтическим образованием.

Согласно п. 3 вышеуказанного Приказа допуск лиц с высшим медицинским или высшим фармацевтическим образованием, полученным в российских организациях, осуществляющих образовательную деятельность, к осуществлению медицинской деятельности или фармацевтической деятельности на должностях специалистов со средним медицинским или средним фармацевтическим образованием, осуществляется при наличии диплома специалиста (диплома бакалавра) по специальности направлению подготовки, соответствующей требованиям к образованию, установленным пунктами 30-36 Порядка, а также положительного результата сдачи экзамена, подтвержденного выпиской из протокола сдачи экзамена.

В силу п.30(1) Приказа № 715н лица, освоившие образовательные программы высшего медицинского образования по специальностям «Лечебное дело», «Педиатрия», «Стоматология», в объеме четырех и более курсов, либо имеющие диплом специалиста (диплом бакалавра) по специальностям (направлениям подготовки) «Лечебное дело», «Педиатрия», «Стоматология» или «Сестринское дело», могут быть допущены к осуществлению медицинской деятельности на следующих должностях:

фельдшер по приему вызовов скорой медицинской помощи и передачи их выездным бригадам скорой медицинской помощи;

фельдшер скорой медицинской помощи в составе выездной бригады скорой медицинской помощи – под контролем врача скорой медицинской помощи, имеющего сертификат специалиста или прошедшего аккредитацию специалиста по специальности «Скорая медицинская помощь», или фельдшера скорой медицинской помощи, имеющего сертификат специалиста или прошедшего аккредитацию специалиста по специальности «Скорая и неотложная помощь».

Экзамен проводится комиссиями по допуску лиц, не завершивших освоение образовательных программ высшего медицинского или высшего фармацевтического образования в российских или иностранных организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а также лиц с высшим медицинским или высшим фармацевтическим образованием, полученным в российских или иностранных организациях, осуществляющих образовательную деятельность, к осуществлению медицинской деятельности или фармацевтической деятельности на должностях специалистов со средним медицинским или фармацевтическим образованием (далее - комиссия) (п.6 Приказа № 715н).

Комиссия создается на базе образовательной организации, реализующей образовательные программы высшего медицинского или высшего фармацевтического образования, имеющей свидетельство о государственной аккредитации реализуемых образовательных программ высшего медицинского или высшего фармацевтического образования, или на базе государственной или муниципальной образовательной организации, реализующей образовательные программы среднего профессионального медицинского или фармацевтического образования, имеющей свидетельство о государственной аккредитации реализуемых образовательных программ среднего профессионального медицинского или фармацевтического образования (п. 7 Приказа № 715н).

Решение о сдаче экзамена принимается комиссией по результатам тестирования, собеседования и с учетом оценки практических навыков (п. 24 Приказа № 715н).

Комиссия принимает одно из следующих решений:

- допустить к осуществлению медицинской деятельности или фармацевтической деятельности в соответствующей должности на срок 5 лет,

- отказать в допуске к осуществлению медицинской деятельности или фармацевтической деятельности в соответствующей должности (п. 25 Приказа № 715н).

Результаты сдачи экзамена оформляются протоколом (п. 27 Приказа № 715н).

По итогам сдачи экзамена выдается выписка из протокола сдачи экзамена, заверенная подписью председательствующего на заседании комиссии и печатью (при наличии) образовательной организации (п. 29 Приказа № 715н).

Таким образом, с 01.01.2025 при отсутствии положительного результата сдачи экзамена по допуску к осуществлению медицинской деятельности, истец не имеет право занимать должность фельдшера скорой медицинской помощи в составе выездной бригады скорой медицинской помощи.

Согласно п. 9 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор подлежит прекращению по следующим обстоятельствам, не зависящим от воли сторон: истечение срока действия, приостановление действия на срок более двух месяцев или лишение работника специального права (лицензии, права на управление транспортным средством, права на ношение оружия, другого специального права) в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору.

Прекращение трудового договора по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 8, 9, 10 или 13 части первой указанной статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (ч. 2 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации).

Увольнение по инициативе работодателя является законным, когда у работодателя имеется законное основание для прекращения трудового договора и соблюден установленный Трудовым кодексом Российской Федерации порядок увольнения, при этом обязанность доказать законность увольнения возлагается на работодателя (п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что истец документы для сдачи экзамена на допуск к осуществлению медицинской деятельности по профессии медицинская сестра (фельдшер скорой медицинской помощи) не подавала. С 01.01.2025 при отсутствии положительного результата сдачи экзамена по допуску к осуществлению медицинской деятельности, истец не имеет право занимать должность фельдшера скорой медицинской помощи в составе выездной бригады скорой медицинской помощи.

Ответчик предпринял все зависящие от него меры для получения истцом соответствующего допуска для осуществления медицинской деятельности, в частности, заблаговременно (в ноябре 2024) предупредил истца об истечении срока действия Постановления № 1488 и о необходимости сдачи экзамена для продолжения работы в должности фельдшера скорой медицинской помощи с 01.01.2025, неоднократно в ходе рабочих встреч, а также в письменных ответах сообщал о необходимости получения такого допуска для продолжения работы в должности фельдшера скорой медицинской помощи, предоставил истцу отпуск без сохранения заработной платы для решения вопроса сдачи экзамена для получения допуска к осуществлению медицинской деятельности, однако, истец фактически отказалась от сдачи экзамена, ошибочно полагала, что ответчик должен организовать и направить истца на прохождения экзамена для получения соответствующего допуска.

Принимая во внимание, что у истца отсутствовало специальное право, а именно допуск к осуществлению медицинской деятельности согласно Порядку № 715н, что являлось обязательным требованием для замещения должности фельдшера скорой медицинской помощи с 01.01.2025, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о законности увольнения истца на основании п. 9 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что ответчиком не соблюдена процедура увольнения истца в силу следующего.

Как отмечалось выше, 13.03.2025 ответчиком сформировано и направлено истцу 13.03.2025 почтой, 17.03.2025 электронной почтой, 18.03.2025 на телефон истца в мессенджер ВатсАпп уведомление о наличии вакантных должностей (работ) и прекращении трудового договора. Ввиду неполучения истцом уведомлений от ответчика ни одним доступным средством связи, 31.03.2025 ответчиком осуществлен выезд по месту учебы истца, где вышеуказанное уведомление со списком вакантных должностей вручены истцу лично.

Вместе с тем, несмотря на значительный промежуток времени (более 14 дней) с момента формирования списка вакансий и до момента вручения его истцу, ответчиком актуальный список вакансий по состоянию на 31.03.2025 (на дату личного вручения) и по состоянию на дату увольнения 03.04.2025 не формировался, истцу не предлагался.

При этом, как следует из пояснений истца, 03.04.2025 она приходила на работу с целью вручения заявления о самозащите прав.

Согласно представленным ответчиком справке к сличительной ведомости штатного расписания и тарификационного списка работников от 23.12.2025 и кадровым изменениям, а также согласно сведениям Отделения СФР по Свердловской области от 23.12.2025, поступившим по запросу судебной коллегии, по состоянию с 01.04.2025 по 03.04.2025 в ГБУЗ СО «ССМП» имелась вакантная должность сторожа хозяйственно-технической службы, которая истцу для замещения работодателем не предлагалась.

Так, сторож хозяйственно-технической службы ГБУЗ СО «ССМП» ФИО5 уволен 31.03.2025. При этом на дату увольнения истца 03.04.2025 данная вакансия истцу предложена не была, что истец подтвердила в заседании суда апелляционной инстанции.

Утверждение истца о возможности занятия данной должности подтверждается требованиями к ее замещению исходя из п. 1.2 должностной инструкции - на должность сторожа назначается лицо, имеющее начальное профессиональное образование или среднее (полное) общее образование либо основное общее образование, без предъявления требований к стажу работы.

Довод ответчика, что эту должность занимал с 04.03.2025 ФИО6 на период болезни ФИО5 судебная коллегия находит необоснованным, поскольку данное обстоятельство не освобождает работодателя от выполнения требований ч. 2 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия отклоняет довод жалобы истца о том, что ей не была предложена вакантная должность старшего фельдшера подстанции, поскольку образование истца не соответствовало квалификационным требованиям, предъявляемым к должности старшего фельдшера подстанции.

В соответствии со ст. 195.3 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, если федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации установлены требования к квалификации, необходимой работнику для выполнения определенной трудовой функции, профессиональные стандарты в части указанных требований обязательны для применения работодателями. Согласно профессиональному стандарту, утвержденному Приказом № 479н от 31.07.2020, по должности старший фельдшер предъявляются следующие требования: требование к образованию: высшее образование - бакалавриат по направлению подготовки «сестринское дело» и дополнительное профессиональное образование - программы повышения квалификации «организация сестринского дела»,требование к опыту практической работы - не менее 5лет по направлению профессиональной деятельности.

При таких обстоятельствах, увольнение ФИО1 не может быть признано законным ввиду нарушения ответчиком установленной Трудовым кодексом Российской Федерации процедуры увольнения работника по основанию, предусмотренному п. 9 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации.

Решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований истца о восстановлении на работе подлежит отмене в связи с неправильным определением юридически значимых обстоятельств, недоказанностью выводов суда о законности увольнения, неправильным применением норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.

При вынесении по делу нового решения судебная коллегия учитывает указанные выше обстоятельства, свидетельствующие о незаконности увольнения истца.

В силу ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в п. 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Таким образом, истец подлежит восстановлению на работе в прежней должности фельдшера скорой медицинской помощи в ГБУЗ СО «ССМП» с 04.04.2025.

С учетом положений ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула, определяемый с даты восстановления на работе и по дату вынесения решения суда.

При расчете среднего заработка за период вынужденного прогула судебная коллегия исходит из следующего.

С учетом требований ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, ответчиком оформлена справка о среднечасовом заработке истца на дату увольнения, которая представлена в заседание суда апелляционной инстанции.

Согласно данной справке среднечасовой заработок ФИО1 на дату увольнении составил 498 руб. 68 коп., что истцом не оспорено.

В соответствии с п. 14 трудового договора работнику устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени 36 часов в неделю, сменный режим работы (т. 1 л.д. 14-15).

Таким образом, с учетом п. 14 трудового договора и режима работы истца, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с 04.04.2025 по 24.12.2025 в размере 116691 руб. 12 коп., с удержанием при выплате НДФЛ, исходя из следующего расчета:

182 рабочих дн. / 7 дней = 26 недель

26 недель х 9 часов (36 часов х 0,25 ставки) = 234 часа

234 часа х 498 руб. 68 коп. = 116691 руб. 12 коп.

Таким образом, решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУЗ СО «ССМП» о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит отмене с принятием нового решения о их удовлетворении.

Как отмечено судом первой инстанции, в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 31.12.2022 № 2568 «О дополнительной государственной социальной поддержке медицинских работников медицинских организаций, входящих в государственную и муниципальную системы здравоохранения и участвующих в базовой программе обязательного медицинского страхования либо территориальных программах обязательного медицинского страхования» специальная социальная выплата осуществляется территориальным органом Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации за счет средств иных межбюджетных трансфертов бюджету Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, предоставляемых Федеральным фондом обязательного медицинского страхования. Специальная социальная выплата работникам за календарный месяц рассчитывается исходя из исполнения работником трудовой функции, установленной трудовым договором, а также суммарного отработанного времени по табелю учета рабочего времени за дни работы в соответствующем календарном месяце.

Принимая во внимание, что истец в период с 04.01.2025 по 03.04.2025 трудовую функцию не осуществляла, была отстранена от работы в связи непрохождением периодического медицинского осмотра, в период с 10.01.2025 по 10.02.2025 истцу был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что у истца отсутствует отработанное время по табелю учета рабочего времени, следовательно, за указанный период истец не имеет права на начисление и возмещение специальной социальной выплаты.

С учетом режима работы истца осуществление специальной страховой выплаты за период отстранения от работы, отпуска без сохранения заработной платы, Постановлением Правительства РФ от 31.12.2022 № 2568 «О дополнительной государственной социальной поддержке медицинских работников медицинских организаций, входящих в государственную и муниципальную системы здравоохранения и участвующих в базовой программе обязательного медицинского страхования либо территориальных программах обязательного медицинского страхования» не предусмотрено, с учетом того, что указанная выплата находится в прямой взаимосвязи с выполнением работником трудовой функции и фактически отработанного времени.

Поскольку в ходе апелляционного рассмотрения дела установлен факт нарушения трудовых прав истца в связи с незаконным увольнением, подлежит отмене решение суда и в части отказа в удовлетворении производного требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, право на получение которой в связи с признанием увольнения незаконным и восстановлением на работе вытекает из положений ч. 9 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации.

Требованиями ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации закреплена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На основании ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушениемустановленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает конкретные обстоятельства дела, длительность нарушения прав истца, характер и степень причиненного вреда, обстоятельства его причинения, степень вины работодателя, значимость для истца нарушенного права, принципы разумности и справедливости, в связи с чем, считает возможным удовлетворить данное требование частично, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

Отмена решения суда первой инстанции является основанием для разрешения судом апелляционной инстанции вопроса о распределении судебных расходов (ч. 3 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подп. 1, 3, 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 10 500 руб.73 коп., от уплаты которой истец была освобождена в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации, подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь ст.ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чкаловского районного суда г.Екатеринбурга от 12.09.2025 в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУЗ СО «ССМП» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, отменить.

Признать увольнение ФИО1 по п. 9 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации на основании приказа ГБУЗ СО «ССМП» № 1177-к от 03.04.2025 незаконным.

Восстановить ФИО1 на работе в должности фельдшера скорой медицинской помощи в ГБУЗ СО «ССМП» с 04.04.2025.

Взыскать с ГБУЗ СО «ССМП» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

№> № 

<

№>) средний заработок за время вынужденного прогула в размере 116 691 руб. 12 коп. с удержанием при выплате налога на доходы физических лиц, компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.

Взыскать с ГБУЗ СО «ССМП» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 10 500 руб. 73 коп.

В остальной части решение Чкаловского районного суда г.Екатеринбурга от 12.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий Е.В. Кокшаров

Судьи Ж.А. Мурашова

ФИО7