Председательствующий Степанов Д.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22А-360/2020

2 октября 2020 г.

г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего Яроша С.Ф., при помощнике судьи Парахине К.Ю., с участием частного обвинителя (потерпевшего) ФИО1, а также защитников Дьяконовой Е.Н., Жгенти Э.Д. и Зайцевой О.Д., рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе указанного частного обвинителя (потерпевшего) на постановление Махачкалинского гарнизонного военного суда от 3 августа 2020 г. о прекращении уголовного дела в отношении военнослужащих войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО2, 

<

данные изъяты> ФИО3 и ФИО4 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 1281 УК РФ.

Заслушав доклад председательствующего Яроша С.Ф., выступление частного обвинителя (потерпевшего) ФИО1 в обоснование доводов апелляционной жалобы, а также возражения защитников Дьяконовой Е.Н., Жгенти Э.Д. и Зайцевой О.Д., судебная коллегия

установила:

постановлением Махачкалинского гарнизонного военного суда от 3 августа 2020 г. уголовное дело в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 1281 УК РФ, прекращено на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием заявления потерпевшего, ввиду отказа частного обвинителя (потерпевшего) ФИО1 от обвинения.

При этом судом отказано в удовлетворении гражданского иска ФИО1 о взыскании с подсудимых ФИО2, ФИО3 и Давудова денежных средств в счет возмещения причиненного ему морального вреда, а также постановлено взыскать с частного обвинителя (потерпевшего) ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 

<

данные изъяты> руб., состоящие из сумм вознаграждений, выплаченных защитникам Омарову, Нестерову и ФИО5 за оказание юридической помощи подсудимым по назначению суда. 

Кроме того судом принято решение о направлении копии судебного постановления в № военный следственный отдел Следственного комитета РФ для проведения в отношении ФИО1 проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ в целях принятия решения о наличии или отсутствии в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ, то есть заведомо ложного доноса о совершении преступления.

В апелляционной жалобе частный обвинитель (потерпевший) Логинов, не оспаривая правильности принятого судом решения о прекращении уголовного дела, считает, что указанное судебное постановление не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, просит постановление суда изменить, исключив указание о взыскании с него процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, и о направлении копии судебного постановления в орган предварительного следствия для проведения в отношении него проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ. 

В обоснование апелляционной жалобы ее автор указывает, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для взыскания с него в доход федерального бюджета процессуальных издержек в размере 

<

данные изъяты> руб., поскольку в силу ч. 9 ст. 132 УПК РФ суд вправе принять такое решение только при оправдании подсудимых по уголовному делу частного обвинения или при прекращении уголовного дела указанной категории в связи с примирением сторон.

При этом, как полагает автор апелляционной жалобы, судом оставлены без внимания положения ч. 1 и 3 ст. 239, ч. 3 ст. 246 УПК РФ, которые не предусматривают разрешение вопроса о распределении процессуальных издержек при прекращении уголовного дела в связи с отказом частного обвинителя (потерпевшего) от обвинения, а также не учтено, что какие-либо доказательства, свидетельствующие о выплате вознаграждения защитникам подсудимых за оказание последним юридической помощи, в судебном заседании не исследовались.

Наряду с этим автор апелляционной жалобы утверждает, что оснований для направления в органы предварительного следствия копии судебного постановления, вынесенного по результатам рассмотрения уголовного дела, для проведения в отношении него проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ также не имелось, поскольку суд не наделен полномочиями по инициированию уголовного преследования в отношении участников уголовного судопроизводства.

Рассмотрев материалы уголовного дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 38919 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционной жалобы и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ судебное постановление должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, вынесенный в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанный на материалах, исследованных в судебном заседании.

Однако обжалуемое постановление Махачкалинского гарнизонного военного суда о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 указанным требованиям не соответствует.

Так, в силу ч. 2 ст. 20 и п. 1 ч. 1 ст. 147 УПК РФ уголовное дело о преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 1281 УК РФ, относится к делам частного обвинения и возбуждается не иначе, как по заявлению потерпевшего или его законного представителя, которые в соответствии со ст. 22 УПК РФ и ч. 3 ст. 246 УПК РФ по делам указанной категории вправе выдвигать и поддерживать обвинение в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом.

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», по делам частного обвинения в силу ч. 7 ст. 318 УПК РФ судья гарнизонного военного суда, получив заявление лица, пострадавшего от преступления, выносит постановление о принятии заявления к своему производству. С этого момента лицо, подавшее заявление, является частным обвинителем со всеми правами, предусмотренными ст. 42 и 43 УПК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 321 УПК РФ уголовное дело частного обвинения рассматривается в общем порядке с изъятиями, предусмотренными настоящей статьей уголовно-процессуального закона. 

При этом в соответствии с п. 2 ч. 4 и ч. 5 ст. 321 УПК РФ обвинение в судебном разбирательстве по уголовному делу частного обвинения поддерживает частный обвинитель (потерпевший), который наделен правом представлять доказательства, участвовать в их исследовании, излагать суду свое мнение по существу обвинения, о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания, изменить обвинение, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту, а также отказаться от обвинения.

Вместе с тем ст. 321 УПК РФ, равно как и гл. 41 УПК РФ, регламентирующая порядок рассмотрения уголовных дел частного обвинения, не предусматривают особых правил прекращения уголовного дела в связи с отказом частного обвинителя (потерпевшего) от обвинения.

Следовательно, если на стадии судебного разбирательства по уголовному делу, возбужденному в порядке ч. 1 ст. 318 УПК РФ, частный обвинитель (потерпевший) отказался от обвинения, то подлежат применению нормы ст. 246 и 254 УПК РФ, согласно которым суд прекращает уголовное дело в судебном заседании по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 и п. 1 и 2 ст. 27 УП РФ.

Как усматривается из материалов уголовного дела, 20 апреля 2020 г. Логинов обратился в Махачкалинский гарнизонный военный суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 1281 УК РФ (клевета), в котором указал, что последние 11 марта 2020 г. совершили действия по распостранению заведомо ложных сведений, порочащих его честь и достоинство, а также подрывающих его репутацию, выразившиеся в составлении и представлении командиру войсковой части 6913 письменных объяснений, содержавших заведомо ложные сведения о том, что он во избежание выявления недостачи отдавал ФИО3, ФИО4 и Меджидову распоряжения похитить комплекты абонентского навигационного комплекса «Гланасс» (далее – АНК) для установления на технику подразделения. 

В тот же день постановлением судьи гарнизонного военного суда данное заявление было принято к производству суда, а 23 апреля 2020 г., после выполнения требований, предусмотренных ч. 3 и 4 ст. 319 УПК РФ, – вынесено постановление о назначении рассмотрения уголовного дела в отношении подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в открытом судебном заседании.

В ходе судебного разбирательства уголовного дела частный обвинитель (потерпевший) Логинов поддержал обвинение и заявил к подсудимым гражданский иск о компесации марального вреда, причиненного в результате преступления, который был принят судом к своему производству. В прениях сторон частный обвинитель (потерпевший) отозвал свое заявление о привлечении к уголовной ответственности ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по ч. 1 ст. 1281 УК РФ и отказался от обвинения, сославшись на предвзятое отношение к нему со стороны председательствующего по делу судьи и наличие у последнего заинтересованности в исходе дела.

При таких обстоятельствах, исходя из вышеприведенных положений уголовно-процессуального закона, а также учитывая, что заявление частного обвинителя (потерпевшего) о привлечении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 1281 УК РФ имелось, на его основании в соответствии с ч. 1 ст. 318 УК РФ было возбуждено уголовное дело, которому присвоен учетный номер, суду первой инстанции надлежало прекратить данное уголовное дело по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в действиях указанных лиц состава преступления, а не на основании п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием заявления потерпевшего.

Правильность данного вывода подтверждается, в том числе тем, что в соответствии с ч. 3 ст. 249 УПК РФ неявка в судебное заседание частного обвинителя без уважительных причин, являющаяся формой отказа от обвинения, влечет прекращение уголовного дела именно на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 306 УПК РФ при вынесении постановления о прекращении уголовного дела суд оставляет гражданский иск без рассмотрения, за исключением случаев прекращения уголовного дела на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ. При этом прекращение уголовного дела ввиду отказа обвинителя от обвинения, как это предусмотрено ч. 10 ст. 246 УПК РФ, не препятствует последующему предъявлению и рассмотрению гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, отказав в удовлетворении гражданского иска частного обвинителя (потерпевшего), суд нарушил указанные требования уголовно-процессуального закона, лишив ФИО1 права в дальнейшем на обращение за судебной защитой в части заявленных им исковых требований.

Также нельзя признать законными решения суда первой инстанции о взыскании с частного обвинителя (потерпевшего) ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальных издержек в размере 

<

данные изъяты> руб. и о направлении копии судебного постановления в 315 военный следственный отдел Следственного комитета РФ для проведения в отношении ФИО1 проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ в целях принятия решения о наличии или отсутствии в его действиях признаков состава преступления, предусмотренного ст. 306 УК РФ, то есть заведомо ложного доноса о совершении преступления, на что обращено внимание в апелляционной жалобе.

Из материалов уголовного дела следует, что защиту прав и интересов подсудимых ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в суде первой инстанции осуществляли защитники по назначению суда, которые представили заявления о выплате вознаграждения за свой труд. Суд первой инстанции указанные заявления удовлетворил, а в дальнейшем вынес обжалуемое судебное постановление о прекращении уголовного дела, в котором принял решение о взыскании с частного обвинителя (потерпевшего) ФИО1 процессуальных издержек по делу. 

Принимая указанное решение по процессуальным издержкам, суд первой инстанции сослался на положения ч. 9 ст. 132 УПК РФ, допускающей при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения либо при его прекращении в связи с примирением сторон взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по уголовному делу.

Однако суд первой инстанции не учел, что согласно разъяснениям, изложенным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения в суд с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя (потерпевшего). Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Как указывалось выше, с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 1281 УК РФ частный обвинитель (потерпевший) Логинов обратился в гарнизонный военный суд в связи с тем, что указанные военнослужащие представили командиру воинской части письменные объяснения, содержавшие сведения о том, что Логинов во избежание выявления недостачи отдавал им распоряжения о хищении АНК. При этом факт написания подсудимыми таких объяснений нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. 

Последующий же отказ частного обвинителя (потерпевшего) от обвинения ввиду предвзятого, по его мнению, отношения к нему со стороны председательствующего по делу судьи и якобы наличия у последнего заинтересованности в исходе дела, сам по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения ФИО1 в гарнизонный военный суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании с него процессуальных издержек. 

Исходя из обстоятельств дела, Логинов реализовал предоставленное ему Конституцией РФ, а также ст. 20, 22 и 318 УПК РФ право на судебную защиту, поскольку, обращаясь в суд, полагал свои требования законными. При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя (потерпевшего) не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в преступлении (ч. 2 ст. 21 УК РФ). Данные, свидетельствующие о злоупотреблении ФИО1 предусмотренным ст. 22 УПК РФ правом на обращение в суд в порядке частного обвинения, а также об изложении им в заявлении заведомо ложных сведений с целью причинить ФИО2, ФИО3 и ФИО4 вред, отсутствуют. 

Приведенные же в обжалуемом судебном постановлении суждения об обратном со ссылкой на то, что обращение ФИО1 в суд имело целью защитить себя от возможного привлечения к ответственности за утрату (или хищение) вверенных ему по службе материальных ценностей, являются предположительными и не подтвержденными объективными данными. Конкретные доказательства, свидетельствующие о противоправности действий частного обвинителя (потерпевшего), суд первой инстанции в постановлении не привел, а ссылка суда о наличии у ФИО1 высшего образования по специальности правовое обеспечение национальной безопасности и познаний в области правопреминения в качестве такового расценена быть не может. 

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали как фактические, так и правовые основания для принятия решения о взыскании с частного обвинителя (потерпевшего) процессуальных издержек и о направлении копии судебного постановления в № военный следственный отдел Следственного комитета РФ для проведения в отношении ФИО1 проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ.

Кроме того, положения уголовно-процессуального закона, регламентирующие порядок и форму принятия судебного решения о прекращении производства по уголовному делу частного обвинения, не предусматривают необходимости принятия решения по факту обращения потерпевшего в суд с заявлением о возбудении уголовного дела частного обвинения.

Согласно ч. 4 ст. 29 УПК РФ, если в ходе судебного рассмотрения уголовного дела будут выявлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, нарушения прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона, допущенные при рассмотрении уголовного дела, то суд вправе вынести частное постановление, в котором обратить внимание соответствующих организаций и должностных лиц на данные обстоятельства и факты нарушений закона, требующие принятия необходимых мер. 

Поскольку принятые судом первой инстанции решения по гражданскому иску, о процессуальных издержках и о направлении копии судебного постановления в орган предварительного следствия не соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона и фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, то судебная коллегия считает необходимым обжалуемое судебное постановление изменить.

На основании изложенного и руководствуясь п. 2 ст. 38915, ч. 1 ст. 38917, п. 9 ч. 1 ст. 38920, ст. 38926, ст. 38928 и ст. 38933 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

постановление Махачкалинского гарнизонного военного суда от 3 августа 2020 г. о прекращении уголовного дела в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона изменить.

Уголовное дело в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 1281 УК РФ, прекратить по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Гражданский иск частного обвинителя (потерпевшего) ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о компенсации морального вреда оставить без рассмотрения.

Процессуальные издержки по делу в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей, связанные с выплатой вознаграждения защитникам по назначению, возместить за счет средств федерального бюджета. 

Исключить из резолютивной части судебного постановления указание о направлении копии постановления в 315 военный следственный отдел СК России для проведения в отношении ФИО1 проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ.

Председательствующий С.Ф. Ярош