Решение

по делу № 2-744/2018

Именем Российской Федерации

12 ноября 2018 года г. Бокситогорск

Бокситогорский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Гусаровой И.М.,

при секретаре Гранкиной А.А., 

с участием: 

истца ФИО1 и её представителя по доверенности ФИО2,

представителей ответчика АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» по доверенности ФИО3 и ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» о признании незаконным приказа и взыскании денежной компенсации морального вреда,-

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» о признании незаконным полностью Приказа №БГЗ-18-П1102 от 23.07.2018г. «О наказании и возмещении материального вреда» и взыскании 100 000 руб. в качестве компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что 03.11.1999г. она согласно приказа № от 02.11.1999г. была принята на работу в ЗАО «Бокситогорский Глинозем» лаборантом химического анализа станции осветления цеха теплогазоводоснабжения и канализации 3 разряда, в настоящее время ЗАО «Бокситогорский Глинозем» переименовано в АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем». Согласно приказа по личному составу от 10.01.2012г. №-Л она назначена на должность начальника участка- участка экологии Службы экологии и качества.

Приказом № БГЗ-18-П1102 от 23.07.2018г. в отношении неё было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора, также данным приказом ей снижен размер премии за июль 2018г. на 100%, принято решение не выплачивать премию по итогам работы за 2018г. Кроме того п.2 и 3 данного приказа объявлено: Взыскать причиненный предприятию ущерб, выразившийся в необоснованно выплаченных доплатах работникам участка экологии в сумме 102 520 руб. с начальника участка экологии ФИО1; Директору по персоналу ФИО5, начальнику СЭК ФИО6 освободить от занимаемой должности ФИО1

Она считает наложенное на неё данным приказом дисциплинарное взыскание в виде выговора, лишения премии за июль 2018 г. и по итогам года 2018 г., и п.2, 3 Приказа противоречащими закону и подлежащими отмене, поскольку согласно п.2.1 Дополнительного соглашения к Трудовому договору от 01.08.2015г. круг обязанностей (трудовая функция) работника определяется должностной инструкцией начальника участка экологии службы экологии и качества № № г от ДД.ММ.ГГГГ Разделом III Должностной инструкции начальника участка экологии службы экологии и качества определен круг обязанностей, данный перечень является исчерпывающим.

Из буквального содержания Раздела III не усматривается обязанности и права начальника участка на подготовку распоряжений и принятия решения об осуществлении выплат, но из описательной части приказа следует, что именно она создала на участке «систему мотивации персонала», которая способствовала незаконному перечислению, предприятием работникам денежных средств, без признаков хищения, в сумме 102 520,48 руб.

Она в силу отсутствия полномочий, круг которых предельно четко определен Должностной инструкцией, не нарушала и не могла нарушить п.4.2 Положения об оплате труда и премирования работников АО «РУСАЛ Бокситогорск», т.к. полномочиями на принятие решения об осуществлении доплаты обладают иные должностные лица. В оспариваемом приказе работодатель посчитал возможным наказать её за «создание «системы мотивации персонала» которая способствовала незаконному перечислению», наказав её за бездействие должностных лиц, обязанностью которых было начисление денежных средств, контроль за их расходованием и принятие решений о выплатах.

Вывод о том, что она нарушила п.3.20 Должностной инструкции противоречит фактическим обстоятельствам дела, т.к. планирование отпусков, право на которые предусмотрено законом, осуществлялось с учетом интересов предприятия и работников, совпадения отпусков работников не допускалось, график отпусков утверждался руководством - директором предприятия. Штатное расписание участка экологии службы экологии и качества предусматривает наличие трех специалистов и начальника участка, в связи с чем, при планировании отпусков не допускался одновременный уход в отпуск двух и более работников. Данное обстоятельство полностью исключает нарушение ей п. 3.20 должностной инструкции, т.к. ей в вину согласно описательной части ставится то, что работники необоснованно получали доплаты за выполнение дополнительного объема работ, а доказательства неправильного планирования отпусков и рабочего времени работников отсутствуют.

Вывод о том, что она нарушила п.3.2 Правил внутреннего распорядка для работников «Работники обязаны работать честно и добросовестно, использовать все рабочее время для производительного труда» противоречит обстоятельствам дела, т.к. описательная часть оспариваемого Приказа не содержит доводов подтверждающих использование рабочего времени не для производительного труда.

Исходя из анализа оспариваемого приказа усматривается, что текст описательной части приказа если и указывает на какие либо нарушения, то выводы в соответствии с которыми назначено наказания в виде выговора противоречат описательной части, т.к. не подтверждают нарушения истец п.4.2 «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск» (не могла нарушать в силу отсутствия полномочий), п.3.20 Должностной инструкции (доказательства нарушения отсутствуют), п.3.2 Правил внутреннего трудового распорядка (доказательства нарушения отсутствуют).

Согласно, оспариваемого приказа ей снижен размер премии на 100% и указано не выплачивать премию по итогам 2018 г. Система оплаты труда включает в себя, в том числе и премию. Лишение её премии в размере 100% влечет нарушение условий трудового договора (п.4.1) гарантирующего ей получение премии в размере до 20% от оклада.

Решение, изложенное в п.2 оспариваемого Приказа о взыскании причиненного предприятию ущерба в сумме 102 520 руб. противоречит закону, т.к. согласно ст.238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Она, являясь начальником участка, не могла принимать решения о выплатах денежных средств, в связи с чем ее действия не могли нанести прямой действительный ущерб работодателю, кроме того взыскание причиненного предприятию ущерба в размере 102 520 руб. противоречит ТК РФ. Согласно условий трудового договора размер заработной платы ФИО7 составляет 38 940 руб., премия составляет до 20% от оклада (не более 7 788 руб.), в связи с чем решение о взыскании с работника 102 520 руб., которые могут согласно данного приказа быть взысканы из ее заработной платы, принято за пределами полномочий работодателя и противоречит закону (ст. 248 ТК РФ).

Решение, изложенное в п.3 оспариваемого Приказа об освобождении её от занимаемой должности, также противоречит закону, так как гл. 13 ТК РФ не предусматривает права работодателя на принятие подобного решения, вне проведения определенной законом процедуры, данное решение носит явно дискриминационный характер, т.к. все последующие действия, которые могут последовать по освобождению от должности - например перевод, аттестация и т.д. будут производится с учетом уже принятого решения и будут основаны на предвзятом отношении к работнику.

В период работы в АО она выполняла свои служебные обязанности в штатном режиме, не допускала нарушений должностных инструкций и локальных нормативных актов предприятия. Не приняв данное обстоятельство во внимание и в нарушение ст.192 ТК РФ, Ответчик принял решение о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Действия Ответчика выразившиеся в незаконном применении к ней дисциплинарного взыскания - выговора, лишения премии и освобождении от занимаемой должности причинили ей нравственные страдания в связи с тем, что дискредитируют его как работника и человека, добросовестно относящегося к своим служебным обязанностям, в глазах своих коллег по работе она выставлена как работник, грубо нарушающий свои служебные обязанности, допустившая необоснованные выплаты. Обстоятельства дела прямо указывают, что в отношении неё было неоднократно нарушено трудовое законодательство, в связи с чем каждым из действий работодателя выраженных в оспариваемом Приказе, ей нанесен моральный вред. С учетом принципа разумности и справедливости, грубого нарушения трудового законодательства со стороны работодателя, она полагает, что компенсация морального вреда в размере 100 000 руб. будет законной и обоснованной.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель по доверенности ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме и просили суд их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. 

В судебном заседании представители ответчика АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» по доверенности ФИО3 и ФИО4 с иском не согласились и представили письменные возражения на иск, согласно которых 06.08.2018г. истица обратилась в Комиссию по трудовым спорам о признании вышеуказанного приказа незаконным, а именно, п.2 и п.3 приказа № № от 23.07.2018г. 14.08.2018г. Решением комиссии Приказ оставлен без изменения, а заявление работника без удовлетворения. Таким образом, Истец выбрал право на защиту своих интересов посредством обращения в Комиссию по трудовым спорам. Данное решение получено ФИО1 17 августа 2018 года. Согласно ч.2 ст.390 ТК РФ Решение комиссии по трудовым спорам может быть обжаловано работником или работодателем в суд в десятидневный срок со дня вручения ему копии решения комиссии. На сегодняшний день Решение комиссии не обжаловано, вступило в законную силу и обязательно для исполнения как Работником так и Работодателем. В исковом заявлении отсутствуют информация по обжалованию вышеуказанного решения, а также уважительные причины пропуска срока его обжалования, в связи с чем просит суд исковое заявление ФИО1 оставить без удовлетворения в связи с пропуском срока исковой давности предъявления требований.

Вывод о том, что истица не обладает полномочиями на издание документов по доплате работникам не соответствует действительности, т.к. согласно п. 4.2 «Положение об оплате труда и премирования работников ОАО «РУСАЛ Бокситогорск» указано, что доплаты за временно отсутствующих работников, работникам производятся на основании распоряжений по отделу. В п. 4.1 Должностной инструкции начальника участка экологии № И.15.005-2016 ФИО1 указано, что она в пределах своей компетенции вправе подписывать и визировать документы. Таким образом, с учетом требования Положения об оплате труда и премировании и прав предоставленной должностной инструкции Общество разрешало ФИО8 как Начальнику участка экологии издавать распоряжения о доплатах своим подчиненным. Также в соответствии с п.2.3 ДИ начальника участка экологии службы экологии и качества в ее функции входит контроль работы персонала, оценка его труда. За достоверность сведений изложенных в оформляемых ФИО1 распоряжениях ответственность полностью лежит на ФИО13

По поводу доводы истца о том, что она не нарушала трудовое законодательство и свою должностную инструкцию, пояснили, что истец в исковом заявлении искажает факты и ссылается на фразы и предложения, по которым общество и не собиралось привлекать к дисциплинарной ответственности Заявителя. Общество наказывает ФИО1, а не ФИО9 как указано в иске. Общество наказывает ФИО1 не за нарушения составления графиков отпусков, а за то, что ФИО1, создавая фиктивные распоряжения, начисляла работникам денежные средства, которые они не заработали. Согласно объяснениям работников участка экологии самой ФИО7 и ее подчиненных: Н.А., ФИО12, ФИО11 и ФИО10 следует, что они знали и понимали, что получали денежные средства, за совмещение должностей, не законно. Фактически замеры воздуха рабочих зон и воздуха промышленных выбросов, расчеты по результатам замеров производили работники, в круг обязанностей которых входило выполнение данных видов работ. Как указано в объяснениях, работы производились до ухода в отпуск либо по выходу из него. Таким образом, указанный в каждом распоряжении работник не выполнял дополнительный объем работ, возложенный на него изданными распоряжениями, на период отсутствия другого работника. Данные распоряжения можно считать фиктивными, сведения о выполненных замерах не достоверными, а выплаты работникам не обоснованными, в силу отсутствия фактически выполняемого дополнительного объема работ. Получается, что работник, который находился в отпуске или на больничном, по выходу на работу получал деньги в размере 30% от оклада. Таким образом, данная работа выполнялась самим работником в иное рабочее время, за которое этот работник получал заработную плату. При этом по незаконно издаваемым распоряжениям денежные средства начислялись другим работникам за работу, которую они фактически не выполняли. Т.е. работники участка экологии получали денежные средства за период времени, в течение которого они отсутствовали на рабочем месте и не работали, находясь на больничном или в отпуске. В рамках исполнения своих должностных обязанностей сотрудники участка экологии ведут журналы учетов, результатов замеров и иные журналы, т.е. записывают в них результаты своей работы. Так как в журналы заносятся сведения о взятых пробах/анализах, то, таким образом, ведение журналов становиться одним из главных звеньев в работе работников участка экологии, и от их правильного ведения зависит очень многое на предприятии. Согласно предоставленным журналам только в 4 журналах из 44 есть отметка, что ответственными за ведение журналов на время отсутствия аппаратчика ФИО12 назначается ФИО11, ФИО10. (Журнал учета результатов измерений параметров микроклимата на рабочих местах, Журнал результаты анализа воздуха рабочей зоны ( запыленность), Журнал взвешивания аэрозольных фильтров инв. №, Расчет концентрации пыли в воздухе рабочей зоны).

Согласно предоставленной суду справке о произведённых доплатах за увеличенный объем работ и распоряжений ФИО11 должна была выполнять работу за ФИО12 в следующие периоды: с 10.05.2017г. по 30.05.2017г.; c 01.06.2017г. по 15.06.2017г.; с 21.08.2017г. по 03.09.2017г.; с 13.12.2017г. по 27.12.2017г.; с 16.05.2016г. по 29.05.2016г.; с 04.07.2016г. по 17.07.2016г.; с 18.07.2016г. по 14.08.2016г.; с 13.12.2016г. по 21.12.2016г.; с 26.12.2016 по 31.12.2016г. При этом в указанные выше периоды времени отсутствуют, какие либо записи в журналах, выполненные ФИО11, а именно: Журнал учета результатов измерений параметров микроклимата на рабочих местах (10.05.2017 по 30.05.2017- записей нет, 01.06.2017 по 15.06.2017- записей нет, 21.08.2017 по 03.09.2017- записей нет, 13.12.2017 по 27.12.2017- записей нет). Хотя в другие периоды записи велись регулярно. Так же во всех предоставленных суду протоколах исследований/ измерений рабочей зоны и СЗЗ отсутствуют записи/подписи ФИО11 в период замещения ФИО12 2017г. Таким образом, ФИО11 не выполняла за ФИО12 ни какую работу. При этом начальник участка знала об этом и оформляла доплаты. Данный факт подтверждается записями непосредственного руководителя ФИО7 в данных журналах. Если даже предположить, что на момент издания/создания распоряжений ФИО1 искренне предполагала, что ФИО11 действительно будет исполнять обязанности ФИО12, то по итогам месяца, выяснив, что ФИО11 не работала за ФИО12, должна была либо отменить распоряжение либо изменить его. Однако это не делалось. Данная ситуация повторялась из раза в раз на каждый период замещений. Тем самым ФИО1 как начальник участка знала об отсутствии выполняемой работы ее подчиненным персоналом, но продолжала организовывать неправильную работу своих подчиненных. Фактом, подтверждающим информацию о знании начальником участка, об отсутствии выполняемой работы замещающим работником, являются также протоколы измерений и замеров, которые она подписывала и, следовательно, утверждала их правильность и точность. Аналогичным образом происходило и при обратном замещении ФИО12 ФИО11 Каких-либо записей, свидетельствующих о выполняемой работе замещающим работником не имеется. Таким образом, все распоряжения, создаваемые в электронной системе, начальником участка экологии являлись не законными.

Согласно утвержденному месячному плану для работника, проводящего замеры по эффективности аспирации ФИО11, она должна была в мае 2018 года произвести замеры воздуха в печи плавки №. Как видно из Журналов измерений концентраций загрязняющих веществ, в указанный месяц вышеуказанную работу выполнял этот работник. В тоже время в соответствии с распоряжением № от 14.05.2018 года данный работник находился в очередном отпуске и, следовательно, не мог проводить никаких исследований. На данный период времени согласно распоряжению № от 25.04.2018 года данную работу должен был выполнять другой работник - ФИО12 Однако, назначенный работник никаких работ не производил, но при этом по окончании периода получал доплату за работу, которую он не делал, что подтверждается объяснениями самих работников.

Действительно должностной инструкцией начальника службы экологии и качества предусмотрено подписание приказов, планов, инструкций и иных документов (и.4.7). Однако, начальник службы не контролирует исполнение порученной каждому работнику участка экологии дополнительной работы. Это входит в обязанности начальника этого участка. ФИО1 по роду своей должности знала и скрывала от непосредственного руководителя отсутствие дополнительной работы у работников при оформлении распоряжений на доплату, а также возможно скрывала невозможность выполнения этой дополнительной работы назначаемым работником на время отсутствия основного работника. Она как начальник участка, инициируя издание распоряжений о доплатах за «увеличенный объем работ», водила своего непосредственного руководителя и Работодателя в заблуждение, так как фактически ни какого увеличения объема работ у совмещающего работника не происходило.

Все распоряжения и иные документы оформляются на предприятии изначально исключительно в электронном виде в специальной программе, в системе электронного документооборота. Для доступа к системе каждый работник от администратора получает персональный логин и пароль. Пароль в последующем формируется самостоятельно пользователем. В соответствии с Порядком работы пользователей в корпоративной информационной системе ОАО «РУСАЛ Бокситогорск» Работник не имеет права передавать свой логин и пароль Работнику его вмещающему. Для таких целей существует система передачи полномочий в сети. При этом в системе идет отражение информации о том, кто входил в систему и кто именно был инициатором документа.

Таким образом, если на распоряжении указан исполнитель ФИО1, то это означает, что только исключительно сама ФИО7 и могла создать данный документ. Исходя из этих данных, можно сделать вывод, что оформление распоряжений было инициировано именно начальником участка, что не отрицается и самой ФИО1

Довод истца о том, что в соответствии с ст.ст. 57, 129 работодатель не имел право снижать ей премию, считают неверным, т.к. в п.7.1.2 Положения об оплате труда и премирования работников АО «РУСАЛ Бокситогорск» оговорены случаи, когда работодатель вправе снизить размер премии (п.п Е и Н- нанесение ущерба предприятию и вынесение дисциплинарного наказания в виде выговора. Учитывая тот факт, что премия носит компенсационный характер и подлежит начислению в полном размере, при отсутствии нарушений со стороны работника, у Работодателя были все основания не начислять ФИО13 премию. С учетом проступка ФИО1 Работодатель правомерно снизил размер премии на 100%, что в полной мере соответствует принятым в обществе нормативным актам.

Доводы ФИО1 о том, что взыскание с неё ущерба в сумме 102 520 руб. противоречит действующему законодательству, также считает несостоятельными, поскольку Истец заблуждается, данной фразой работодатель лишь указал, что необходимо принять меры по взысканию с неё ущерба. Данная фраза ни в коем случае ни говорит о том, что необходимо удержать денежные средства с ФИО1 Общество не планировало в нарушение норм ТК РФ производить удержания из заработной платы ФИО1 С июля 2018 г. с ФИО1 не удержано ни одной копейки в рамках оспариваемого приказа.

АО «РУСАЛ Бокситогорск» в спорный период не издавало приказов о привлечении в оспариваемые периоды работников к сверхурочной работе, так же Истцом не предоставлено суду данных распоряжений/приказов. Работодатель не привлекал работников участка экологии к сверхурочной работе и соответственно такая работа, если и была, то была исключительно по инициативе работников и соответственно такая работа со стороны работодателя не подлежит оплате. На основании вышесказанного, считаем не корректным приравнивать по данному делу оплату за дополнительный объем работ к оплате за сверхурочную работу.

Общество издало приказ с соблюдением всех норм и правил, таким образом, во взыскании с Общества морального вреде в сумме 100 000 руб. следует отказать, так как нет вины АО «РУСАЛ Бокситогорск». Иск не содержит каких либо доводов, а тем более документально подтвержденных доводов, что издание данного приказа причинило истцу нравственные страдания. Более того, ФИО1 уверяет, что ей были причинены и физические страдания, но при это даже не указывает в чем именно они были выражены, не говоря уже о документальном подтверждении. АО «РУСАЛ Бокситогорск» не отстранял/ освобождал от должности ФИО1, документов подтверждающих данный факт суду Истцом не предоставлено. У Ответчика такие документы отсутствуют. Со своей стороны Общество ответственно заявляет, что до настоящего времени ФИО13 занимает должность начальника участка. Приказов об освобождении Истца от должности не издавалось трудовой договор (в части занимаемой должности) не изменялся. Таким образом, в данной ситуации можно говорить лишь о гипотетическом причинении морального вреда ФИО1, которого фактически не имеется, в связи с чем просит в иске отказать в полном объеме. 

Проверив материалы дела, выслушав истца ФИО1 и её представителя по доверенности ФИО2, представителей ответчика АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» по доверенности ФИО3 и ФИО4, суд находит исковые требованиями обоснованными и подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям:

Как установлено судом, подтверждается представленными материалами, а также не оспорено сторонами, 03.11.1999г. истец ФИО1 согласно приказа № от 02.11.1999г. была принята на работу в ЗАО «Бокситогорский Глинозем» лаборантом химического анализа станции осветления цеха теплогазоводоснабжения и канализации 3 разряда и с ней был заключен соответствующий трудовой договор б/н от 01.11.1999г. Согласно приказа по личному составу от 10.01.2012г. №-Л ФИО1 назначена на должность начальника участка - участка экологии Службы экологии и качества и с ней 01.08.2015г. заключено дополнительное соглашение к трудовому договору б/н от 01.11.1999г.

В настоящее время ЗАО «Бокситогорский Глинозем» переименовано в АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 12.09.2018г.

Согласно приказа АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» № БГЗ-18-П1102 от 23.07.2018г. «О наказании и возмещении материального ущерба» :

1. За систематическое нарушение исполнения требований «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск», нарушение Должностной инструкции начальнику участка ФИО1 объявлен выговор, размер премии за июль 2018г. снижен на 100%, премию по итогам работы за 2018г. не выплачивать;

2. Взыскать причиненный предприятию ущерб, выразившийся в необоснованно выплаченных доплатах работникам участка экологии в сумме 102 520 руб. с начальника участка экологии ФИО1;

3. Директору по персоналу ФИО5, начальнику СЭК ФИО6 освободить от занимаемой должности ФИО1

Полагая, что данный Приказ № БГЗ-18-П1102 от 23.07.2018г. является незаконным, истец ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском.

Статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации закрепляет в качестве одного из принципов регулирования трудовых отношений обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей.

Согласно положениям ст.21 ТК РФ работник обязан в том числе добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, выполнять установленные нормы труда.

В силу ст.192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть 5 статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания. К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Не допускается применение дисциплинарных взысканий, не предусмотренных федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Обязанность доказывать законность применения дисциплинарного взыскания возложена на работодателя. При этом работодателю необходимо представить доказательства, подтверждающие, что совершенное работником нарушение в действительности имело место, а также то, что были соблюдены предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 ТК РФ сроки для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Из текста оспариваемого приказа следует, что основанием для его вынесения явились следующие документы: заключение ДЗР; объяснения ФИО1, ФИО14, ФИО15, ФИО10, ФИО11, ФИО12; копия должностной инструкции начальника участка экологии СЭК; выписки из ОТиЗ по доплатам за увеличенный объем работ ФИО10, ФИО11, ФИО12; лист ознакомления ФИО13А. с «Положением об оплате труда и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск»; копия «Журнала результатов измерений запыленности газопылевых потоков» и заключение по доплатам участка экологии начальника ОТиЗ ФИО17

Кроме того, из описательной части данного приказа следует, что «в июле 2018 года ДЗР проведена проверка, основанием которой послужило поступившее сообщение о злоупотреблениях руководством участка экологии службы экологии и качества предприятия в части оформления доплат. По результатам проверки, выявлен и подтвержден факт выплаты необоснованных доплат работникам участка экологии в период с 2016 г. по 2018 

<

адрес>, что все распоряжения на доплаты оформлены на основании п.4.2 «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск». Как указано в объяснениях, работы проводились до ухода в отпуск либо по выходу из него, записи в журнал заносились собственноручно, в т.ч. с указанием дат, когда данный работник отсутствовал на рабочем месте. Таким образом, указанный в каждом распоряжении работник не выполнял дополнительный объем работ, возложенный на него распоряжением, на период отсутствия другого работника. Созданная на участке экологии начальником участка ФИО1 «система мотивации персонала» способствовала незаконному перечислению, предприятием работникам денежных средств, без признаков хищения, в сумме 102 520 рублей 48 копеек. 

Своими действиями начальник участка экологии ФИО1 нарушила:

1. Исполнение требований п.4.2 «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск»,

2. Должностную инструкцию в части:

- п.3.20 Обязан «осуществлять оптимальное планирование рабочего времени и времени отдыха работников, а именно организацию обоснованного, с точки зрения производственных процессов трудовой деятельности, планирования ежегодных периодов отпусков работников»,

3. Правила внутреннего трудового распорядка для работников АО «РУСАЛ Бокситогорск» п.3.2, согласно которого «Работники обязаны честно и добросовестно использовать все рабочее время для производительного труда».

Кроме того, в соответствии с Приказом от 25.09.2017 г. № 1565 и Порядком применения мер дисциплинарного взыскания и депремирования, действия ФИО1 относятся к особо важным сферам для контроля, а именно: сфера соблюдения исполнительской дисциплины (отсутствие систематических нарушений внутренних правил и процедур Компании) сфера сохранности имущества и финансовых интересов Компании».

Однако в нарушении норм действующего законодательства в оспариваемом приказе не указано когда и какой именно дисциплинарный проступок или проступки были совершены истицей, а также не указано в чем они выразились, а именно: какую возложенную трудовую обязанность не исполнила или ненадлежащим образом исполнила истица; какие действия, которые прямо запрещены законом, локальными нормативными актами, трудовым договором, должностной/рабочей инструкцией совершила истица либо какие действия, которые ей прямо предписано исполнять законом, локальными нормативными актами, трудовым договором, должностной /рабочей инструкцией она не выполнила.

Ссылку в приказе на нарушение ФИО1 п. 3.20 Должностной инструкции начальника участка экологии службы экологии и качества суд считает несостоятельной, поскольку согласно описательной части приказа истице в вину вменяется не неоптимальное планирование рабочего времени и времени отдыха работников, не необоснованное планирование ежегодных периодов отпусков работников либо совпадение отпусков и др., а то, что работники необоснованно получали доплаты за выполнение дополнительного объема работ.

Ссылку в приказе на нарушение ФИО1 п.4.2 «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск» суд также считает несостоятельной по следующим основаниям:

Согласно п.4.2 «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск», предусматривающего доплату за расширенную зону обслуживания, увеличение объема работ, исполнение обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, указано, что доплата производится в соответствии с требованиями ТК РФ и оформляется приказом по предприятию для РСС, для рабочих- распоряжением по подразделению.

При рассмотрении дела судом установлено, что основанием для вынесения обжалуемого приказа и наложения на истицу дисциплинарного взыскания послужило установление работодателем факта выплаты необоснованных доплат работникам участка экологии в сумме 102 520 рублей 48 копеек в период с 2016г. по 2018г. на основании распоряжений на доплаты, оформленных на основании п.4.2 «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск», а именно:

1. Распоряжений «О дополнительном объеме работ»:

- №БГЗ-16-Р003 от 20.01.2016г., №БГЗ-16-Р024 от 18.02.2016г., №БГЗ-16-Р031 от 20.02.2016г., №БГЗ-16-Р060 от 31.03.2016г., №БГЗ-16-Р097 от 16.05.2016г., №БГЗ-16-Р114 от 02.06.2016г., №БГЗ-16-Р121 от 14.06.2016г., №БГЗ-16-Р128 от 30.06.2016г., №БГЗ-16-Р137 от 18.07.2016г., №БГЗ-16-Р181 от 16.09.2016г., №БГЗ-16-Р189 от 30.09.2016г., №БГЗ-16-Р242 от 12.12.2016г., №БГЗ-16-Р244 от 21.12.2016г., №БГЗ-17-Р060 от 11.04.2017г., №БГЗ-17-Р065 от 14.04.2017г., №БГЗ-17-Р105 от 16.06.2017г., подписанных начальником службы ФИО16, в которых в качестве исполнителя указана ФИО1;

- №БГЗ-17-Р080 от 05.05.2017г., №БГЗ-17-Р151 от 17.08.2017г., №БГЗ-17-Р170 от 11.09.2017г., №БГЗ-17-Р190 от 10.11.2017г., №БГЗ-17-Р240 от 12.12.2017г., подписанных менеджером ФИО15, в которых в качестве исполнителя указана ФИО1;

- №БГЗ-17-Р040 от 05.03.2018г., подписанного начальником службы экологии и качества ФИО6, в котором в качестве исполнителя указана ФИО1;

2. Распоряжений по участку экологии:

- № от 04.04.2018г., № от 25.04.2018г. и № от 17.05.2018г., подписанных начальником участка экологии ФИО1, специалистом ОТиЗ ФИО18 и начальником ОТиЗ ФИО17

Согласно п.2.1 Дополнительного соглашения к Трудовому договору от 01.08.2015г., заключенному между сторонами, следует, что круг обязанностей (трудовая функция) работника определяется должностной инструкцией начальника участка экологии службы экологии и качества № И.2815.005-2012 г от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п.2.3 указанной Должностной инструкции начальник участка экологии службы экологии и качества контролирует работу персонала участка, производит оценку труда, ходатайствует перед руководством предприятия поощрение и наказание работников.

Согласно п.4.1 указанной Должностной инструкции начальник участка экологии службы экологии и качества в пределах своей компетенции вправе подписывать и визировать документы.

Согласно п.4.6 Должностной инструкции начальника службы экологии и качества он вправе представлять подчиненных работников к поощрению и взысканиям за результаты выполнения порученных заданий.

Согласно п.4.7 и п.4.8 Должностной инструкции начальника службы экологии и качества он вправе подписывать и визировать планы, приказы, инструкции, договоры, акты приема-передачи, а также любые другие документы, касающиеся установленной деятельности. Издавать организационно-распорядительные документы по оперативным вопросам повседневной производственно-хозяйственной и административной деятельности службы экологии и качества.

Таким образом, исходя из анализа п.4.2 «Положения об оплате и премировании работников АО «РУСАЛ Бокситогорск» и указанных Должностных инструкций следует, что выносить распоряжении о доплате рабочим вправе руководитель данного подразделения, т.е. начальник службы экологии и качества, а начальник участка экологии службы экологии и качества вправе только ходатайствовать перед руководством предприятия о поощрении работников. Из представленных Распоряжений «О дополнительном объеме работ» следует, что в период с 20.01.2016г. по 14.04.2017г., а также 16.06.2017г. указанные распоряжения были вынесены и подписаны правомочным должностным лицом в пределах возложенных на него полномочий, а именно начальником службы экологии и качества ФИО16; 05.03.2018г. указанное распоряжение также вынесено начальником службы экологии и качества ФИО6; 05.05.2017г. и в период с 17.08.2017г. по 12.12.2017г. данные распоряжения были вынесены менеджером ФИО15 

Кроме того, в указанных распоряжениях указаний о том, что они вынесены на основании сведений о дополнительном объеме работ, предоставленных ФИО1, не содержится; истица указана в данных распоряжениях в качестве исполнителя, при этом, её подпись в данных распоряжениях отсутствует, в связи с чем, у суда не имеется правовых оснований для возложения на истицу ответственности за вынесение в период с 20.01.2016г. по 05.03.2018г. указанных распоряжений и достоверность содержащихся в них сведений.

Как усматривается из Распоряжений по участку экологии № от 04.04.2018г., № от 25.04.2018г. и № от 17.05.2018г. они вынесены и подписаны неправомочными должностными лицами, а именно, начальником участка экологии ФИО1, специалистом ОТиЗ ФИО18 и начальником ОТиЗ ФИО17, в связи с чем у работодателя отсутствовали основания для произведения доплат указанным в них работникам. Как следует из объяснений представителей ответчика данных в ходе рассмотрения дела ФИО18 и ФИО17 к какой-либо ответственности за вынесение данных распоряжений не привлекались, объяснений от указанных лиц не получалось, проверка в отношении них не проводилась. В ходе рассмотрения дела представители ответчика не смогли пояснить суду на основании какого акта указанные лица с апреля 2018 года уполномочены выносить и подписывать данные распоряжения.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что представителями ответчиком в нарушении требований ст. 56 ГПК РФ суду не было представлено каких-либо допустимых и надлежащих доказательств, подтверждающих наличие оснований для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, а примененная мера дисциплинарного взыскания в виде объявления выговора не соответствовала тяжести совершенного истицей проступка, а потому оспариваемый приказ №БГЗ-18-П1102 от 23.07.2018г. «О наказании и возмещении материального вреда» в части привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности и объявлении ей выговора является незаконным и подлежит отмене.

Согласно п.4 «Порядка применения мер дисциплинарного взыскания и депримирования» взыскание в виде выговора, лишения 100% ежемесячной премии, лишения 100% премии по итогам года применяется за совершение проступка в особо важной для Компании сфере с прямым финансовым ущербом и /или последствиями для жизни/здоровья работников.

Принимая во внимание, что суд пришел к выводу о неправомерном привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора и об отмене приказа в указанной части, положения оспариваемого Приказа о снижении ФИО1 размера премии за июль 2018 года на 100% и лишении премию по итогам работы за 2018 год также подлежат отмене.

Пункт второй и третий оспариваемого Приказа суд считает незаконными и подлежащими отмене, поскольку они являются производными от пункта первого данного приказа о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, признанного судом незаконным и подлежащим отмене.

Кроме того, согласно ст.238 Трудового Кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со ст. 248 Трудового Кодекса РФ взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка, производится по распоряжению работодателя. Распоряжение может быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного работником ущерба. Если месячный срок истек или работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом. При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд. Возмещение ущерба производится независимо от привлечения работника к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности за действия или бездействие, которыми причинен ущерб работодателю.

Согласно условий трудового договора размер заработной платы ФИО1 составляет 38 940 руб., премия составляет до 20% от оклада, в связи с чем решение работодателя о взыскании с истицы денежной суммы в размере 102 520 руб., превышающий её средний месячный заработок, при отсутствии её согласия добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, вынесено с нарушением предусмотренного трудовым законодательством порядка взыскания ущерба, в связи с чем, пункт второй оспариваемого Приказа, согласно которому установлено взыскать причиненный предприятию ущерб, выразившийся в необоснованно выплаченных доплатах работникам участка экологии в сумме 102 520 руб. с начальника участка экологии ФИО1, является незаконным и подлежит отмене.

Пункт третий оспариваемого Приказа, согласно которому директору по персоналу ФИО5, начальнику СЭК ФИО6 приказано освободить от занимаемой должности ФИО1, суд также считает незаконным и подлежащим отмене, поскольку ст.192 ТК РФ, предусматривающая виды дисциплинарных взысканий, не предусматривает такого вида дисциплинарного взыскания и права работодателя на принятие подобного решения.

Таким образом, с учетом всех установленных при рассмотрении дела обстоятельств, вышеуказанных требований закона, суд находит, что действия ответчика привлекшего к дисциплинарной ответственности истицу ФИО1 в виде объявления выговора, снижении премии за июль 2018 года, лишении премии по итогам работы за 2018г., взыскании ущерба и освобождении от должности являются незаконными и необоснованными, осуществлены в нарушении требований Трудового законодательства РФ, в связи с чем заявленные ФИО1 исковые требования о признании незаконным и отмене Приказа №БГЗ-18-П1102 от 23.07.2018г. подлежат удовлетворению в полном объеме.

Истица также просит суд взыскать с ответчика денежную компенсацию причиненного морального вреда за нарушение её трудовых прав в размере 100 000 руб.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ч.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10 от 20.12.1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В соответствии с п. 2 указанного Постановления под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При определении размера компенсации морального вреда степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств при причинении морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Важнейшим критерием при определении размера компенсации являются требования разумности и справедливости.

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N10 определено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация, по мнению суда, должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Таким образом, учитывая, что суд пришел к выводу о нарушении трудовых прав истца со стороны ответчика, вызванном вынесением незаконного приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании ущерба и освобождении от должности, суд находит, что требования истца ФИО1 о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда обоснованы и подлежат удовлетворению, однако, с учетом требований ст.1101 ГК РФ, с учетом требований разумности и справедливости, учитывая все обстоятельства происшедшего, а также характер причиненных истцу нравственных страданий, личность истца ФИО1, и сведения об ответчике, учитывая иные заслуживающие внимания обстоятельства, принимая во внимание позицию ответчика, указавшего о чрезмерности заявленных истцом требований, суд считает необходимым снизить размер денежной компенсации морального вреда в пользу ФИО1 до 20 000 руб., а в остальной части заявленных требований, истцу- отказать.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.333.36 НК РФ истец был освобожден от уплаты государственной пошлины по делу.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. В соответствии с ч.2 ст.61.1 Бюджетного кодекса РФ государственная пошлина, по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции, подлежит зачислению в бюджет муниципального района. В связи с изложенным, суд считает необходимым взыскать с ответчика государственную пошлину в доход бюджета Бокситогорского муниципального района в размере 600 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным Приказ АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» №БГЗ-18-П1102 от 23 июля 2018 года «О наказании и возмещении материального вреда».

Взыскать с АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» в пользу ФИО1 денежную компенсации морального вреда в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований ФИО1- отказать.

Взыскать с АО «РУСАЛ Бокситогорский глинозем» в доход государства госпошлину по делу в размере 600 (шестьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Ленинградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Бокситогорский городской суд. 

Решение в окончательной форме принято 16 октября 2018 года. 

Судья