Дело № 2-61/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 мая 2018 года с. Романово

Романовский районный суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Блем А.А.,

при секретаре судебного заседания Киселевой О.И.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца адвоката Лазарева О.В., ордер №, удостоверение №,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Романовский маслосыродел» о признании незаконным и отмене приказа, взыскании удержанных денежных средств, взыскании доплат, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в Романовский районный суд с исковым заявлением к ООО «Романовский маслосыродел», в котором (с учетом уточнения исковых требований по уточненному исковому заявлению от 26 апреля 2018 года) просит взыскать с ответчика в его пользу: незаконно удержанные с него денежные средства в размере 21998 руб., доплаты к заработной плате в размере 1 582 723 руб. 55 коп., компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей; просит признать недействительным и отменить приказ № 6 от 13 марта 2018 года «О взыскании с работника суммы причиненного ущерба». Кроме того, просит взыскать с ответчика в его пользу судебные расходы по составлению искового заявления в размере 2000 рублей. В обоснование исковых требований истец ФИО1 указывает, что с 13.07.2016 по 13.03.2018 работал в ООО «Романовский маслосыродел» водителем. В марте 2018 г. руководитель организации Курило А.Н. обвинил его в сливе топлива и потребовал увольнения и возмещения причиненного ущерба. Он был вынужден подать заявление об увольнении по собственному желанию, и 13 марта 2018 г. его уволили. Кроме того, ООО «Романовский маслосыродел» был издан приказ № 6 от 13 марта 2018 г. «О взыскании с работника суммы причиненного ущерба» и самостоятельно, без его извещения и желания удержана сумма якобы причиненного ущерба в размере 21 998 руб. таким образом, что, якобы, он внес указанную сумму в кассу. Однако, работодатель проверку не проводил, причину возникновения ущерба не установил, как установлен размер причиненного ущерба неизвестно, расчетов нет. Письменные объяснения с него не отбиралось. Считает, что оснований к привлечению его к дисциплинарной ответственности не было; добровольно ущерб он не погашал и денежные средства в кассу не вносил. Кроме того указано, что ООО «Романовский маслосыродел» начислял и выплачивал ему заработную плату не в соответствии с заключенным трудовым договором. Согласно п. 4.1 Трудового договора следует, что его оклад составляет 2250 руб. в час и районный коэффициент 25 %. Таким образом, размер заработной платы составляет с учетом районного коэффициента 2812 руб. 50 коп. в час. Однако, размер заработной платы начислялся гораздо меньше. Сумма которую ответчик должен ему доплатить, исходя из указанного размера оклада, составляет 1 424 942 руб. 30 коп.. Кроме того, ООО «Романовский маслосыродел» не начислял и не доплачивал ему за работу в ночное время и в нерабочие праздничные дни. Сумма, которую ответчик должен доплатить за работу в ночное время и нерабочие праздничные дни, составляет 157 781 руб. 25 коп.. 

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что работал у ответчика водителем на автомобиле ГАЗ, перевозил молоко. Какой-либо график работы ему не устанавливался, работал с гибким графиком, о том, когда у него выходной день, ему говорил главный инженер, а время, во сколько ему выходить на работу, он определял самостоятельно, исходя из расстояния, куда ему нужно было ехать. О маршруте поездки он узнавал накануне; рейс определял главный инженер, вносил его в путевой лист и отдавал диспетчеру, у которого он его брал перед выездом. По окончании поездки он автомобиль сдавал в гараж. В путевом листе им заполнялось время выезда из гаража, возвращения в гараж, количество топлива, расстояние, время отправления из промежуточных точек. Путевые листы главный инженер проверял и подписывал. Время выезда из гаража и возвращения в гараж фиксировалось так же в журнале на проходной. Топливо в автомобиль он заправлял по карточкам каждый день перед рейсом, чеки сдавал диспетчеру; неизрасходованное в течении дня топливо оставалось в баке автомобиля. Топливо из бака он не сливал, с утверждением ответчика о том, что он причинил ущерб в размере 21 998 руб., не согласен, и данный факт не признавал никогда, не соглашался добровольно выплачивать такую сумму ущерба и добровольно в кассу предприятия её 13 марта 2018 года не вносил; эта сумма фактически была удержана у него из заработной платы в день увольнения. 13 марта 2018 года после возвращения из второго рейса, примерно в 14-15 часов главный инженер ФИО3 пригласил его пройти в кабинет директора Курило И.Н.. Там ему озвучили количество якобы слитого им в период с октября 2017 года дизельного топлива и попросили уволиться по собственному желанию. Сначала он отказывался, его стали пугать вызовом полиции, грубо разговаривать, он растерялся и в соседнем кабинете написал заявление об увольнении по собственному желанию с 13 марта 2018 года. После подписания заявления об увольнении у директора он прошел в кабинет бухгалтерии для получения расчета. Там кассир ФИО6 дала ему для подписания расходный кассовый ордер о выдаче ему двадцати пяти тысяч рублей заработной платы, он подписал, в это время кассир сходила за деньгами, но отсчитала и выдала ему только три тысячи два рубля, а двадцать две тысячи остались у неё, сказал при этом, что они удержаны за слитое топливо; так же сказала, что остальной расчет получит путем перечисления на следующий день на карту сбербанка. Он был в шоке, поэтому не стал спорить и ушел. Заявление о возмещении ущерба в размере 21 998 руб. в добровольном порядке он не писал и не желал этого. Ранее в кабинете директора он говорил о том, что если его оставят на работе, то могут высчитывать из заработной платы за несколько месяцев. Но на добровольное возмещение ущерба путем внесения денег из окончательного расчета он не соглашался. Квитанцию к приходному кассовому ордеру о внесении в кассу им 21 998 руб. ему кассир выдала уже после того, как удержала деньги. Относительно исковых требований о взыскании оплаты за работу в праздничные дни и ночное время пояснил, что ранее он спрашивал, начисляют ли их ему, но ему ничего не разъясняли; копию трудового договора он получил на руки только после увольнения по запросу, и тогда увидел размер его заработной платы, указанный в нем; при подписании трудового договора внимания на это не обращал. Компенсацию морального вреда просит взыскать, поскольку при нарушении его трудовых прав он его понес, сильно переживал, но в больницу за медицинской помощью не обращался.

Представитель истца адвокат Лазарев О.В. в судебном заседании уточненные исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в нем, пояснял аналогично.

Представитель ответчика ООО «Романовский маслосыродел» ФИО2 в судебном заседании возражала против исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

В письменных возражениях ООО «Романовский маслосыродел» указано, что ФИО1 добровольно внес в кассу ООО «Романовский маслосыродел» денежные средства в размере 21 998 рублей в счет возмещения причиненного им предприятию ущерба, возникшего в результате слива им дизельного топлива из закрепленного за ним автомобиля в период с 23 октября 2017 года по 28 февраля 2018 года. О причинении ущерба в указанном размере был составлен акт, с которым ФИО1 ознакомили. Он в нем расписался, никаких возражений не высказал, сумму ущерба не оспорил. Указано так же, что ФИО4 не предоставлено доказательств нанесения ему морального вреда на сумму 50 000 рублей. Требования о взыскании 1 582 723 руб. 55 коп. не имеют правовых оснований. Заработная плата в ООО «Романовский маслосыродел» начисляется и выплачивается в соответствии со штатным расписанием, трудовым договором, приказом о приеме на работу, локальными нормативными актами. В соответствии со штатным расписанием, трудовым договором, приказом о приеме на работу водителю ФИО1 был установлен должностной оклад в размере 2250 рублей в месяц плюс 25 % районный коэффициент, а также оплата труда соразмерно пройденному километражу в соответствии с положением об оплате труда в размере 3,80 руб. за 1 пройденный километр, в том числе районный коэффициент. Кроме того, в п. 4.1. трудового договора заключенного с ФИО1, имеется отметка, из чего складывается заработная плата, где слово оклад имеет подчеркивание. По тексту п. 4.1 допущена техническая ошибка, отсутствует запятая перед словом руб. В штатном расписании и в приказе о приеме на работу соответственно должностной оклад ФИО1 указан в размере 2250 руб. плюс 25 % районный коэффициент в месяц, а не в час. Таким образом, ФИО1 установлена оплата в размере месячного оклада, а не часовой тарифной ставки. Ранее ФИО1 с заявлениями о неверно начисленной заработной плате и её размере к работодателю не обращался, также и в контролирующие органы за защитой прав не обращался. Кроме того, неясен расчет взыскиваемых сумм. Исходя из указанного расчета арифметически складывается сумма якобы положенных доплат исходя из тарифа 2 812 руб. 50 коп. в час. В расчете отсутствует вычет налога на доходы физических лиц по облагаемой ставке 13 %, а также удержания по исполнительному листу на алименты. ФИО1 размер и порядок начисления окончательного расчета при увольнении не обжалует, и фактически согласен с ним. Кроме того, указано, что в связи с добровольным возмещением причиненного ущерба предприятию ФИО1 приказ № 6 от 13 марта 2018 г. был отменен. Считают, что ООО «Романовский маслосыродел» на законных основаниях прекратил трудовые отношения с ФИО1, правомерно принял денежные средства в размере 21 998 руб. от ФИО1, заработную плату исчислял верно, так как трудовой договор не предусматривал часовую ставку в размере месячного оклада работника. 

В дополнительно предоставленных возражениях ООО «Романовский маслосыродел» указано, что размер ущерба, причиненного действиями водителя ФИО1 определялся по фактическим потерям, которые исчислялись исходя из расчета действующих цен на момент выявления факта хищения ГСМ по ценам поставщика нефтепродуктов Роснефть. Объем слитого ГСМ был определен путем проведения документарной проверки от 13 марта 2018 г.. Расчет нанесенного ущерба производился исходя из объема слитого дизельного топлива умноженного на стоимость такого дизельного топлива. 542,5 литра х 40,55 рублей = 21998 руб.. так же указано, что ФИО1 фактически начислялись и выплачивались доплаты за выходные и праздничные дни. Просят отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Ранее в предыдущем судебном заседании представитель ответчика директор ООО «Романовский маслосыродел» Курило А.Н. так же возражал против исковых требований. Пояснял, что в феврале 2018 года он объявлял всем водителям, что, если будут установлены факты слива ими топлива, что бы увольнялись с работы. В марте 2018 года из Глонасс поступило письмо, в котором сообщалось о сливе топлива на протяжении с 23 октября 2017 года по конец февраля 2018 года с автомобиля, на котором работал ФИО1. При подсчете ущерба путем умножения количества слитого топлива на расценки, действующие в марте 2018 года, была установлена сумма ущерба 21 998 руб.. 13 марта 2018 года он вызвал ФИО1 к себе в кабинет, сообщил о письме, потребовал объяснить ущерб и предложил уволиться по собственному желанию. ФИО1 отказался писать письменно объяснение, и сначала отказывался увольняться и не признавал, что это он сливал топливо. Затем он вышел на улицу и через некоторое время зашел, соглашаясь уволиться. После этого снова вышел и зашел уже с заявлением об увольнении, и сказал, удерживать у него с зарплаты ущерб. Он (Курило А.Н.) сказал ему внести деньги в кассу. Затем подписал заявление ФИО1 об увольнении и тот пошел в бухгалтерию за расчетом. Акт о причинении ущерба был составлен до внесения ФИО1 денег в кассу; когда был издан приказ об удержании с ФИО1 денег за ущерб точно не помнит, уже после подписания заявления ФИО1 об увольнении, но до внесения им денег за ущерб; издали его, так как сначала ФИО1 отказывался возмещать ущерб, но потом, когда он добровольно возместил ущерб, его отменили.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля главный бухгалтер ООО «Романовский маслосыродел» ФИО5 пояснила, что автомобиль ГАЗ 33078, о сливах топлива с которого поступило письмо из Глонасс центра, с октября 2017 года был закреплен за ФИО1, работал на нем только он один; топливо заправлял на АЗС Роснефти по пластиковым карточкам. Проверка по факту причинения ущерба была проведена документарная. Размер ущерба от слитого топлива был определен только на основании письма, исходя из количества слитого топлива, указанного в письме, и расценок на него на дату определения ущерба, то есть, на 12 марта 2018 года. Составили акт о причинении ущерба. ФИО1 его подписал, не оспорил, значит, согласился с ним. Так же ему предложили написать объяснение, но он отказался. В день увольнения ФИО1 пришел в кабинет бухгалтерии уже с подписанным заявлением об увольнении; там же работает и кадровик, которая так же является кассиром. ФИО1 согласился добровольно возместить ущерб, сказал, что получит зарплату и возместит ущерб. Кассир ФИО6 выдала ему зарплату и он внес ущерб. Ему никто не угрожал, не оказывал какого-либо давления, он только удивлялся, как точно смогли определить, сколько слито топлива. Приходный кассовый ордер о внесении ФИО1 денег в кассу и квитанция к нему были составлены ею еще до того, как деньги были внесены, и до того, как кассир пошла в кассу за деньгами и выдала ФИО1 расчет. Удержание ущерба из заработной платы ФИО1 не было, деньги он внес сам добровольно. Момент, когда деньги заработной платы передавались ФИО1, и когда он передавал кассиру деньги за ущерб, она не видела, так как не смотрела, а занималась своими рабочими делами. Приказ от 13.03.2018 г. об удержании ущерба из зарплаты ФИО1 она не исполняла. Кроме того, в судебном заседании 26 апреля 2018 года главный бухгалтер ФИО5 поясняла, что заработная плата ФИО1, как водителя, рассчитывалась, исходя из оклада и километража, пройденного автомобилем, на котором он работал. В судебном заседании 16 мая 2018 года главный бухгалтер ФИО5 при допросе в качестве свидетеля давала пояснения по справке расчета начислений заработной платы ФИО1, представленной в суд. Указывала, что заработная плата его складывалась из оклада в размере 2500 руб. с районным коэффициентом 25%, высчитанного пропорционально отработанным часам к норме, и начислений за километраж, пройденный автомобилем за месяц в размере 3 руб. 80 коп. за 1 километр, а так же доплат за работу в праздничные выходные дни, ночное время, и доплат за ремонт. 

Допрошенный в качестве свидетеля главный инженер ООО «Романовский маслосыродел» ФИО3 пояснил, что на автомобиле, на котором работал ФИО1, была установлена система Глонасс, в топливном баке стоит датчик, который определяет уровень топлива в баке. Эта система фиксирует так же сливы топлива во время остановки автомобиля. В марте поступило письмо о сливах топлива на автомобиле ФИО1. 13 марта 2018 года он по указанию директора пригласил ФИО1 в кабинет директора и сам присутствовал при разговоре. После предъявления ФИО1 письма о сливах топлива ему было предложено написать объяснение, заявление об увольнении по собственному желанию и возместить ущерб. ФИО1 отказался писать объяснительную, сначала отказывался увольняться и возмещать ущерб, говорил, что письмо о сливах недостоверное. Затем он вышел на улицу, разговаривал по телефону. А потом снова зашел к директору, сказал, что напишет заявление об увольнении по собственному желанию. Потом, когда занес заявление об увольнении, сказал, что могут высчитывать у него из зарплаты. На что директор сказал ему вносить деньги в кассу наличными. Как выдавали ФИО1 расчет, и как Солдатов возмещал ущерб, он не видел. Относительно акта о причинении материального ущерба свидетель ФИО3 пояснил, что в нем его подпись, составляли его 13 марта 2018 года до написания ФИО1 заявления об увольнении, но точно не помнит. При нем ФИО1 его не предъявляли для подписания.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 пояснила, что работает и кассиром, и кадровиком в ООО «Романовский маслосыродел». 13 марта 2018 года ФИО1 зашел в кабинет уже с подписанным заявлением об увольнении по собственному желанию, и начался процесс увольнения; был составлен приказ об увольнении, его подписал директор Курило А.Н. и ФИО1. В трудовую книжку Солдатова внесли запись об увольнении, выдали трудовую книжку. Бухгалтер начислила ему окончательный расчет, около 16 часов он пришел в бухгалтерию за ним. Главный бухгалтер составила расходный кассовый ордер о выдаче ФИО1 двадцати пяти тысяч рублей и о внесении им в кассу 21 998 руб. и передала ей, как кассиру. Она принесла из кассы двадцать пять тысяч рублей зарплаты ФИО1, положила их на стол вместе с расходным кассовым ордером, ФИО1 заполнил расходный кассовый ордер о получении им двадцати пяти тысяч рублей зарплаты, пересчитал деньги, из них 22 000 рублей положил на стол, она поставила печать на квитанции в приходном кассовом ордере о внесении им 21 998 руб. в счет возмещения ущерба; он внес эти деньги, она отдала ему квитанцию к приходному кассовому ордеру вместе со сдачей 2 рубля, а три тысячи ещё у него осталось. Никто никакого давления на него не оказывал, деньги в кассу он вносил добровольно, стоял спокойно подписывал документы. До этого, когда в бухгалтерии ему предложили возместить ущерб, он сказал, что заплатит из зарплаты, заявление о внесении им денег ему не предлагали написать. Относительно приказа № 6 от 13.03.2018 г. о взыскании с ФИО1 суммы причиненного ущерба поясняла, что он составлен ею на основании указания директора, подписан директором и был передан для исполнения главному бухгалтеру ФИО5. Это было 13 марта 2018 года еще до того, как Солдатову выдавали окончательный расчет и он вносил деньги за ущерб. Данный приказ не отменялся, сведениями об его отмене она не располагает, хотя, кроме неё, иные работники проекты приказов и кадровые документы не составляют, книгу приказов ведет она и запись об отмене такого приказа в неё не вносила. В последствии в ходе допроса свидетель ФИО6 изменила показания, пояснила, что приказ № 6 от 13.03.2018 г. о взыскании с ФИО1 суммы причиненного ущерба был отменен в тот же день, о чем она внесла запись в книгу приказов, так как ФИО1 добровольно внес деньги в кассу за ущерб. Причину изменения показаний объяснила забывчивостью.

Выслушав пояснения сторон, допросив свидетелей, изучив представленные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено, что с 13 июля 2016 года по 13 марта 2018 года истец ФИО1 работал в ООО «Романовский маслосыродел» в должности водителя. 

13 июля 2016 года с ФИО1 заключен договор о полной материальной ответственности за недостачу вверенного ему имущества, а так же за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

В соответствии с приказом ООО «Романовский маслосыродел» от 04 октября 2017 года № 20а за водителем ФИО1 был закреплен автомобиль ГАЗ 33078 регистрационный знак «У 086 АО 22».

Согласно пояснениям истца, он работал на указанном автомобиле - молоковозе, его работа заключалась в поставках молока в производственных целях. Данное обстоятельство не оспаривалось ответчиком.

В соответствии со ст. 22 Трудового Кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами. 

В силу ч. 1 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата (оплата труда работника) определена, как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

При этом, оклад (должностной оклад) - это фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат. Тарифная ставка - фиксированный размер оплаты труда работника за выполнение нормы труда определенной сложности (квалификации) за единицу времени без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

В соответствии с ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В п. 4.1. трудового договора, заключенного ООО «Романовский маслосыродел» с ФИО1 указано, что заработная плата и другие выплаты начисляются и выплачиваются работнику в соответствии со штатным расписанием, положениями, регулирующими оплату труда и составляют оклад (тарифная часовая ставка) в размере 2250 руб. в час и районный коэффициент 25%. 

Согласно приказу о приеме ФИО1 на работу от 13 июля 2016 года, ему установлен оклад 2250 руб. и районный коэффициент 25%.

Из Положения об оплате труда сотрудников ООО «Романовский маслосыродел», утвержденного 02.09.2013 г. и приложения к нему от 01.12.2017 г., следует, что на предприятии установлена повременно-премиальная система оплаты труда, если трудовым договором с работником не предусмотрено иное (п. 2.2). Заработная плата в Обществе состоит из: тарифной ставки (оклада), премий и доплат (п. 2.3.).

Согласно штатному расписанию ООО «Романовский малосыродел», утвержденному 01 сентября 2017 года, водителям автомобиля (молоковоз) размер оклада не установлен, при этом в примечании имеется указание на оплату труда водителей автомобиля (молоковоз) ГАЗ 3,80 руб/км (в т.ч. р/к).

В судебном заседании представитель ответчика пояснила, что штатное расписание на 2018 год не утверждалось, предприятие работает по прежнему штатному расписанию.

Согласно приложению к Положению об оплате труда, утвержденному 01 декабря 2017 г., в целях заинтересованности работников (водителей) предприятия, улучшения эффективности работы на автомобильном транспорте, улучшения показателей рентабельности грузоперевозок, установлены расценки по заработной плате для водителей в следующем размере за 1 километр пробега 3 руб. 80 коп. - по автомобилю ГАЗ, 3 руб. - по автомобилю ГАЗ молоковоз, 4 руб. - по автомобилю ЗИЛ. Настоящее положение вступило в законную силу с 01 декабря 2017 года, истец ФИО1 с ним был ознакомлен.

Вместе с тем, какие- либо изменения в трудовой договор, заключенный с истцом в части оплаты труда внесены не были, дополнительные соглашения по вопросам оплаты труда именно с ФИО1 не заключались. 

Оценивая указанные локальные акты, трудовой договор, приказ о приеме ФИО1 на работу, суд приходит к выводу, что заработная плата ФИО1 была установлена в виде выплаты оклада в размере 2250 руб., а так же сдельной оплаты за общий пробег автомобиля за 1 месяц в размере 3 руб. 80 коп. за 1 километр пробега.

При этом, оплата в виде выплаты оклада установлена в трудовом договоре и приказе о приеме на работу, а оплата по сдельным расценкам за пробег автомобиля дополнительно установлена в приложении к Положению об оплате труда и указана в штатном расписании. 

В судебном заседании 26 апреля 2018 года главный бухгалтер ФИО5 так же подтверждала таковую систему оплаты труда, установленную для водителей, в том числе и для ФИО1.

Суд находит необоснованными ссылки истца в уточненном исковом заявлении об оплате его труда в размере оклада 2 250 руб. в час, поскольку ни приказом о приеме на работу, ни штатным расписанием, ни положением об оплате труда такой размер оклада либо повременной тарифной ставки не предусмотрен. 

Истцом заявлены исковые требования о взыскании доплат за период работы с 01 декабря 2017 года по 13 марта 2018 года по выплате оклада, оплате работы в нерабочие праздничные дни и в ночное время.

Согласно п. 5.1, 5.2 Трудового договора, заключенного ответчиком с ФИО1, работнику устанавливается режим работы согласно графику работы на месяц. Начало рабочего дня по графику. 

В Правилах внутреннего трудового распорядка режим работы установлен для каждой категории сотрудников (п. 11). Для работников административно-управленческого персонала (директор, руководители, специалисты) установлена 5-ти дневная рабочая неделя. Для остальных работников, непосредственно участвующих в процессах производства - посменный график с суммированным учетом рабочего времени, учетный период год.

Представитель ответчика в судебное заседание не предоставила график работы водителей в спорный период времени с 01 декабря 2017 года по 13 марта 2018 года, поясняя, что таковой отсутствует на предприятии.

Истец ФИО1 так же пояснял, что какого-либо точного графика его работы не имелось, о необходимости выходить на работу ему сообщалось накануне, и время начала работы он определял самостоятельно, исходя из заданного маршрута следования.

Доказательств обратному в судебное заседание не представлено.

Допрошенная в судебном заседании главный бухгалтер ФИО5 указывала, что в отношении водителей велся суммированный учет рабочего времени, с учетным периодом месяц.

Согласно абз. 2 ст. 100 Трудового кодекса Российской Федерации, особенности режима рабочего времени и времени отдыха работников транспорта, связи и других, имеющих особый характер работы, определяются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

В статье 329 Трудового кодекса Российской Федерации так же предусмотрено, что особенности режима рабочего времени и времени отдыха, условий труда отдельных категорий работников, труд которых непосредственно связан с движением транспортных средств, устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в области транспорта, с учетом мнения соответствующих общероссийского профсоюза и общероссийского объединения работодателей. Эти особенности не могут ухудшать положение работников по сравнению с установленными настоящим Кодексом.

Приказом Минтранса России от 20.08.2004 N 15 утверждено «Положение об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха водителей автомобилей», которым установлены особенности режима рабочего времени и времени отдыха водителей (за исключением водителей, занятых на международных перевозках, а также работающих в составе вахтовых бригад при вахтовом методе организации работ), работающих по трудовому договору на автомобилях, принадлежащих зарегистрированным на территории Российской Федерации организациям независимо от организационно-правовых форм и форм собственности, ведомственной принадлежности, индивидуальным предпринимателям и иным лицам, осуществляющим перевозочную деятельность на территории Российской Федерации (далее - водители).

Согласно п. 8 данного Положения, в тех случаях, когда по условиям производства (работы) не может быть соблюдена установленная нормальная ежедневная или еженедельная продолжительность рабочего времени, водителям устанавливается суммированный учет рабочего времени с продолжительностью учетного периода один месяц. Продолжительность учетного периода может быть увеличена до трех месяцев по согласованию с выборным органом первичной профсоюзной организации, а при ее отсутствии - с иным представительным органом работников.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что водителю ФИО1 велся суммированный учет рабочего времени с учетным периодом - месяц, работал он по гибкому графику, четкий график продолжительности ежедневной работы, а так же конкретные выходные дни в спорный период установлены не были.

Ответчиком не оспаривается, что истец ФИО1 в спорный период времени осуществлял работу в нерабочие праздничные дни и в ночное время.

Представленными путевыми листами подтверждается факт работы истца ФИО1 в нерабочие праздничные дни: в январе 2018 года - 7 дней (2 января - 5 часов, 3 января - 5 часов, 4 января - 5 часов, 5 января - 8 часов, 6 января - 2 часа, 7 января - 5 часов и 8 января - 9 часов), в феврале 2018 года - 1 день (23 февраля - 4 часа), в марте 2018 года - 1 день (8 марта - 4 часа), а так же подтверждается его работа в ночное время в декабре 2017 года - 12 часов, в январе 2018 года - 5 часов, в феврале 2018 года - 3 часа, в марте 2018 года - 2 часа.

Статьей 113 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работа в выходные и нерабочие праздничные дни запрещается, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

В нерабочие праздничные дни допускается производство работ, приостановка которых невозможна по производственно-техническим условиям (непрерывно действующие организации), работ, вызываемых необходимостью обслуживания населения, а также неотложных ремонтных и погрузочно-разгрузочных работ.

Статьей 96 Трудового кодекса Российской Федерации установлено ночное время - время с 22 часов до 6 часов.

В соответствии со ст. 149 Трудового кодекса Российской Федерации, при выполнении работ в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнении работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных), работнику производятся соответствующие выплаты, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Размеры выплат, установленные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором, не могут быть ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Статьей 153 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере: сдельщикам - не менее чем по двойным сдельным расценкам; работникам, труд которых оплачивается по дневным и часовым тарифным ставкам, - в размере не менее двойной дневной или часовой тарифной ставки; работникам, получающим оклад (должностной оклад), - в размере не менее одинарной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа в выходной или нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени.

Конкретные размеры оплаты за работу в выходной или нерабочий праздничный день могут устанавливаться коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

Оплата в повышенном размере производится всем работникам за часы, фактически отработанные в выходной или нерабочий праздничный день. 

По желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха. В этом случае работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит.

Условия оплаты труда в ночное время предусмотрена статьей 154 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Минимальные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Конкретные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором.

В п. 5.4 Положения об оплате труда сотрудников ООО «Романовский маслосыродел» указано, что работа в выходной и нерабочий праздничный день оплачивается не менее, чем в двойном размере. По желанию работника ему может быть предоставлен другой день отдыха. В судебном заседании сторонами не оспаривалось, что истцу не были предоставлены другие дни отдыха за работу в нерабочие праздничные дни. 

Размеров оплаты работы в ночное время Положение не содержит.

Постановлением Правительства РФ от 22.07.2008 N 554 "О минимальном размере повышения оплаты труда за работу в ночное время" установлено, что минимальный размер повышения оплаты труда за работу в ночное время (с 22 часов до 6 часов) составляет 20 процентов часовой тарифной ставки (оклада (должностного оклада), рассчитанного за час работы) за каждый час работы в ночное время.

При рассмотрении настоящего гражданского дела ответчиком в судебное заседание 26 апреля 2018 года были представлены копии лицевого счета ФИО1 за октябрь 2017 года - март 2018 года, из которых не усматривается, что ФИО1 производилось начисление оклада и доплат за работу в нерабочие праздничные дни и ночное время в спорный период времени. Начисление производилось только по следующим видам оплат: «сдельно» и «прочие».

В судебное заседание 16 мая 2018 года ответчиком предоставлена справка о начислениях ФИО1 за период с декабря 2017 года по март 2018 года. Согласно данной справке истцу производились начисления и оклада за фактически отработанные часы, и доплат за работу в нерабочие праздничные дни, и доплат за работу в ночное время. Данная справка подписана главным бухгалтером ФИО5. 

Допрошенная в судебном заседании 16 мая 2018 года главный бухгалтер ФИО5 пояснила, что ФИО1, действительно, производились указанные начисления; заработная плата ФИО1 складывалась из оклада (2 250 руб. с начислением районного коэффициента 25%), начисленного пропорционально отработанному времени за месяц; доплаты за пробег автомобиля в размере 3 руб. 80 коп. за 1 километр пробега; а так же производилась доплата за работу в нерабочие праздничные дни (100 % оклада, рассчитанного пропорционально за каждый час отработанного времени в праздничный день от начисленного); доплата за работу в ночное время (20 % от оклада, рассчитанного пропорционально за каждый час отработанного ночного времени от начисленного). Кроме того, начислялись и выплачивались суммы за ремонт автомобиля. 

Кроме того, в это же судебное заседание ответчиком предоставлены расчетные листки за период с декабря 2017 года по март 2018 года о начислениях и удержаниях ФИО1. Сведения о составе заработной платы в расчетных листках совпадают со сведениями, отраженными в лицевом счете ФИО1 и так же не содержат сведений о начислении и выплате ФИО1 оклада и доплат за работу в нерабочие праздничные дни и ночное время.

Сопоставляя указанные документы, суд исходит из положений ст. 137 Трудового Кодекса Российской Федерации, которой установлена обязанность работодателя при выплате заработной платы извещать в письменной форме каждого работника: о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период; о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате. 

Форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Поскольку в расчетных листках на имя ФИО1 за декабрь 2017 года - март 2018 года не указано на начисление и выплату истцу оклада и доплаты за работу в нерабочие праздничные дни и ночное время, суд приходит к выводу, что фактически таковые ему не были ни начислены, ни выплачены. К указанию таких начислений в справке, предоставленной 16 мая 2018 года, суд относится критически, поскольку при неизмененной итоговой сумме начислений, произошло уменьшение иных указанных в ней сумм начислений: по сдельной оплате за пробег автомобиля либо за «ремонт», по сравнению со сведениями в расчетных листках. 

В связи с изложенным, суд считает исковые требования о взыскании доплат за период с 01 декабря 2017 года по 13 марта 2018 года по выплате оклада, доплат за работу в нерабочие праздничные дни и за работу в ночное время подлежащими удовлетворению частично.

Расчет, представленный истцом, суд находит не верным, поскольку он произведен, исходя из оклада в размере 2 250 руб. в час работы.

Судом при расчете принимаются следующие размеры оплаты труда истца, установленные в судебном заседании: оклад 2 250 руб. в месяц и сдельная оплата за пробег автомобиля по расценкам 3 руб. 80 коп. за 1 километр пробега. 

Согласно представленным путевым листам ФИО1 в спорный период времени месячная норма рабочего времени отработана в полном объеме, поэтому оклад ему должен быть начислен и выплачен так же в полном объеме: (2250 руб. + 25 %) х 3 месяца = 8437 руб. 50 коп. (за период с декабря по февраль). Согласно табелю учета рабочего времени в марте ФИО1 отработано 11 рабочих дней, норма рабочих дней в марте - 20, расчет оклада за март 2018 г. следующий: (2250 руб. + 25%) : 20 дней х 11 рабочих дней = 1546 руб. 93 коп.. Всего оклада следует взыскать 9 984 руб. 43 коп. (8 437 руб. 50 коп. + 1546 руб. 93 коп. = 9984 руб. 43 коп.).

Определяя размер доплат за работу в нерабочие праздничные дни, суд учитывает норму рабочего времени при 40 - часовой рабочей недели, в январе 2018 года - 136 часов, в феврале 2018 года - 151 час, в марте 2018 года - 159 час.. В связи с чем, одинарная часовая ставка исходя из оклада в размере 2250 руб. в месяц следующая: в январе 2018 года - 16 руб. 54 коп. (2250 руб. : 136 ч.), в феврале 2018 года - 14 руб. 90 коп. (2250 руб. : 151 ч.), в марте 2018 - 14 руб. 15 коп. (2250 руб. : 159 ч.) 

Таким образом, доплата оклада за работу в нерабочие праздничные дни следующая:

За 02.01.2018, 03.01.2018, 04.01.2018, 07.01.2018 - по 82 руб. 70 коп. (16 руб. 54 коп. х 5 часов), всего 330 руб. 80 коп.. За 05.01.2018 - 132 руб. 32 коп. (16 руб. 54 коп. х 8 часов), за 06.01.2018 - 33 руб. 08 коп. (16 руб. 54 коп. х 2 часа), за 08.01.2018 - 148 руб. 86 коп. (16 руб. 54 коп. х 9 часов). За 23.02.2018 - 59 руб. 60 коп. (14 руб. 90 коп. х 4 часа). За 08.03.2018 - 56 руб. 60 коп. (14 руб. 15 коп. х 4 часа).

Кроме того, поскольку ФИО1 производилась сдельная оплата труда, постольку суд считает правомерным применить положение ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации, по которой работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается сдельщикам - не менее чем по двойным сдельным расценкам.

В связи с чем, за работу в указанные нерабочие праздничные дни дополнительно должно быть начислено и оплачено сдельная работа по указанной выше расценке: 3 руб. 80 коп. за 1 километр пробега.

Согласно представленным путевым листам в указанные нерабочие праздничные дни пробег автомобиля ФИО1 зафиксирован следующий: 02.01.2018 - 218 км; 03.01.2018 - 174 км; 04.01.2018 - 206 км; 05.01.2018 - 340 км.; 06.01.2018 - 75 км; 07.01.2018 - 206 км; 08.01.2018 - 362 км; 23.02.2018 - 204 км; 08.03.2018 - 208 км.. 

В связи с чем, доплата по сдельным расценкам следующая: за 02.01.2018 - 828 руб. 40 коп. (218 км х 3 руб. 80 коп.), за 03.01.2018 - 661 руб. 20 коп. (174 км. х 3 руб. 80 коп.), за 04.01.2018 - 782 руб. 80 коп. (206 км х 3 руб. 80 коп.), за 05.01.2018 - 1 292 руб. (340 км х 3 руб. 80 коп.), за 06.01.2018 - 285 руб. (75 км х 3 руб. 80 коп.), за 07.01.2018 - 782 руб. 80 коп. (206 км х 3 руб. 80 коп.), за 08.01.2018 - 1 375 руб. 60 коп. (362 км х 3 руб. 80 коп.), за 23.02.2018 - 775 руб. 20 коп. (204 км х 3 руб. 80 коп.), за 08.03.2018 - 790 руб. 40 коп. (208 км х 3 руб. 80 коп.). 

Таким образом, общая доплата за работу указанные нерабочие праздничные дни следующая: за 02.01.2018 - 911 руб. 10 коп.; за 03.01.2018 - 743 руб. 90 коп.; за 04.01.2018 - 865 руб. 50 коп.; за 05.01.2018 - 1424 руб. 32 коп.; за 06.01.2018 - 318 руб. 08 коп.; за 07.01.2018 - 865 руб. 50 коп.; за 08.01.2018 - 1524 руб. 46 коп.; за 23.02.2018 - 834 руб. 80 коп.; за 08.03.2018 - 847 руб.. Итого: 8 334 руб. 66 коп..

Размер доплаты за работу в ночное время составляет 20 % оклада, рассчитанного за час работы, за каждый час работы в ночное время. Норма рабочего времени в декабре 2017 года составляла 168 часов. Оклад, рассчитанный за час рабочего времени в декабре 2017 года составлял 13 руб. 39 коп. (2250 руб. : 168 ч.), в январе 2018 года - 16 руб. 54 коп., в феврале - 14 руб. 90 коп., в марте - 14 руб. 15 коп. Доплата в размере 20 % указанного оклада за каждый час работы в ночное время следующая: в декабре 2017 - 2 руб. 68 коп. (13,39 руб. х 20%), в январе 2018 года - 3 руб. 31 коп. (16,54 руб. х 20%), в феврале 2018 года - 2 руб. 98 коп. (14,9 руб. х 20%), в марте 2018 года - 2 руб. 83 коп. (14,15 руб. х 20%).

Расчет доплаты за указанные выше часы работы в ночное время следующий: за 12 часов в декабре 2017 года - 32 руб. 16 коп. (2,68 руб. х 12 ч.), за 5 часов в январе 2018 года - 16 руб. 55 коп. (3,31 руб. х 5 часов), за 3 часа в феврале 2018 года - 8 руб. 94 коп. (2,98 руб. х 3 часа), за 2 часа в марте 2018 года - 5 руб. 66 коп. (2,82 руб. х 2 часа), всего: 63 руб. 31 коп..

Таким образом, исковые требования ФИО1 о взыскании доплат по заработной плате подлежат частичному удовлетворению. С ООО «Романовский маслосыродел» в пользу ФИО1 подлежит взыскать доплату за период работы с 01 декабря 2017 года по 13 марта 2018 года: в части выплаты оклада в размере 9 984 руб. 43 коп.; в части выплаты доплат за работу в нерабочие праздничные дни в размере 8 334 руб. 66 коп., в части выплаты доплат за работу в ночное время в размере 63 руб. 31 коп..

Исковые требования о признании незаконным и отмене приказа № 6 от 13 марта 2018 года «О взыскании с работника суммы причиненного ущерба» подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Данным приказом установлено, что в связи с причинением ущерба ООО «Романовский маслосыродел», выразившемся в несанкционированных сливах дизельного топлива в количестве 542,5 литров, приказано: привлечь ФИО1 к материальной ответственности в размере 21 998 руб.; главному бухгалтеру ФИО5 произвести удержания указанной суммы. Основанием для издания приказа указан - акт о причинении материального ущерба от 13 марта 2018 года и документ № 12032018-1 из Глонасс Центра от 12.03.2018 г..

В судебном заседании представитель ответчика поясняла, что данный приказ был отменен в тот же день после внесения ФИО1 денег в кассу добровольно.

В подтверждение представлен Приказ ООО «Романовский маслосыродел» № 7 от 13 марта 2018 года, согласно тексту которого, в связи с добровольным возмещением причиненного вреда водителем ФИО1 в следствие слива ГСМ из вверенного автомобиля ГАЗ 33078 регистрационный номер «У 086 АО 22» в размере 542,5 литра, стоимостью 21 998 рублей 13 марта 2018 года, приказано: отменить действие приказа от 13.03.2018 № 6 «О взыскании с работника суммы причиненного ущерба». В представленной выписке из книги учета приказов по основной деятельности так же имеется указание на данные приказы. 

Однако, суд критически относится к утверждению ответчика об отмене оспариваемого приказа 13 марта 2018 года. 

Допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании 26 апреля 2018 года главный бухгалтер ФИО5 не поясняла об отмене приказа № 6 от 13.03.2018 года. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6, которая исполняет обязанности работника кадровой службы, составляет проекты приказов предприятия, в судебном заседании 26 апреля 2018 года так же изначально поясняла, что приказ № 6 от 13.03.2018 года не отменен, проекта приказа об его отмене она не составляла и записи в книгу приказа об издании приказа, отменяющего приказ № 6, она не вносила. В последствии показания она изменила и пояснила аналогично позиции представителя ответчика.

Вместе с тем, суд критически относится к показаниям свидетеля ФИО6, о том, что 13 марта 2018 года был издан приказ № 7 об отмене действия приказа № 6 от 13.03.2018 г., поскольку они опровергаются её первоначальными показаниями, показаниями свидетеля ФИО5 которой не было известно об этом приказе, а так же описью документов, направленных ответчиком истцу ФИО1 23 марта 2018 года по его заявлению. Согласно описи ему направлялся, в том числе, приказ о взыскании материального ущерба № 6, копия которого была приложена к исковому заявлению. И на данном приказе отсутствует какая-либо отметка об его отмене.

В связи с чем, суд приходит к выводу, что основания для рассмотрения исковых требований о признании незаконным приказа № 6 от 13.03.2018 г. не отпали.

Данным приказом установлено произвести удержания с водителя ФИО1 денежных средств в размере 21 998 рублей в счет возмещения ущерба, причиненного ООО «Романовский маслосыродел», выразившегося в несанкционированных сливах дизельного топлива в количестве 542,5 литров.

Порядок взыскания ущерба установлен в статье 248 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой установлено, что по распоряжению работодателя производится взыскание с виновного работника только суммы причиненного ущерба, не превышающей среднего месячного заработка. Если работник не согласен добровольно возместить причиненный работодателю ущерб, а сумма причиненного ущерба, подлежащая взысканию с работника, превышает его средний месячный заработок, то взыскание может осуществляться только судом.

При несоблюдении работодателем установленного порядка взыскания ущерба работник имеет право обжаловать действия работодателя в суд.

Работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

В судебном заседании установлено, что заявление о согласии на добровольное возмещение ущерба в размере 21 998 рублей ФИО1 не писал, средний месячный заработок ФИО1 за предшествующие 12 календарных месяцев на момент вынесения оспариваемого приказа (с марта 2017 года по февраль 2018 года) составляет 20 347 рублей, 92 копейки, что ниже суммы ущерба, определенного в приказе об удержании. В связи с чем, приказ об удержании с ФИО1 суммы ущерба в размере 21998 рублей, то есть, превышающем его средний месячный заработок, противоречит требованиям ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации. Таким образом, исковые требования о признании приказа № 6 от 13 марта 2018 года незаконным подлежат удовлетворению.

Суд не находит оснований для отмены оспариваемого приказа, поскольку это не входит в компетенцию суда.

Исковые требования о взыскании с ООО «Романовский маслосыродел» удержанных в счет возмещения ущерба 21 998 рублей так же подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. 

В силу ч. 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Пунктом 2 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено возложение на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба, в случаях, в том числе, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

В соответствии с ч. 1 ст. 246 Трудового кодекса Российской Федерации, размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Таким образом, именно на работодателе лежит обязанность установить факт причинения ущерба, размер причиненного ему ущерба и причину его возникновения.

По смыслу закона при проведении проверки кроме указанного следует установить: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения работника, причинившего вред имуществу работодателя; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба работодателя.

В судебном заседании установлено, что в ООО «Романовский маслосыродел» поступило письмо из ГЛОНАСС Центра № 12032018-1 от 12.03.2018 г., в котором указано на выявление фактов слива топлива с автомобиля ГАЗ 33078 регистрационный знак «У 086 АО 22» в период с 23 октября 2017 года по 28 февраля 2018 года в общем объеме 542,5 литра.

Представитель ответчика пояснял, что проверка для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения была проведена документарная.

В подтверждение представлен приказ № 6а от 13 марта 2018 года о проведении проверки документов по списанию ГСМ на указанном автомобиле и Акт документарной проверки расхода ГСМ (дизтопливо) на транспортном средстве ГАЗ 33078 регистрационный знак «У 086 АО 22» от 13 марта 2018 года.

Согласно данному акту комиссией ответчика были исследованы данные ГЛОНАС ЦЕНТРА, изложенные в письме от 12.03.2018, нормы расхода топлива на предприятии за указанный период, количество списанного топлива. В акте установлено, что указанный автомобиль с 04 октября 2017 года был закреплен за водителем ФИО1, который производил незаконный систематический слив ГСМ из топливного бака вверенного транспортного средства и использовал его в личных целях, слив осуществлялся водителем ФИО1, который от объяснений отказался, фактически вину признает добровольным возмещением вреда предприятию в размере 21 998 рублей. В заключении акта указано, произведенные сливы дизельного топлива в размере 542,5 литров водителем ФИО1 признать незаконными.

Кроме того, представлен акт о причинении материального ущерба от 13 марта 2018 года, согласно которому в ходе расследования проведенного 13.03.2018 установлено, что с топливного бака автомобиля ГАЗ 33078 регистрационный знак «У 086 АО 22» были несанкционированные сливы дизельного топлива в количестве 542,5 литра в период с 23.10.2017 по 28.02.2018. По результатам оценки утраченного топлива по состоянию на 13 марта 2018 года стоимость причиненного ущерба составила 21 998 рублей.

Согласно материалам дела и пояснениям сторон ФИО1 от дачи объяснений по факту причинения ущерба отказался, с Актом о причинении ущерба от 13.03.2018 ознакомлен, о чем свидетельствует его подпись, с Актом документарной проверки от 13.03.2018 знакомиться отказался, о чем составлен соответствующий акт.

Согласно дополнительно представленным в судебное заседание возражениям, размер ущерба ответчиком определен, исходя из объема слитого дизельного топлива по его стоимости на дату проведения проверки. 

В судебном заседании истец ФИО1 пояснял, что отрицал факт слива им дизельного топлива с закрепленного за ним автомобиля вообще и в указанные в письме дни, в том числе. Представитель ответчика директор Курило А.Н. и свидетель ФИО3 пояснили аналогично о непризнании ФИО1 фактов слива. Указанное свидетельствует о том, что ФИО1 отрицал и факт причинения им ущерба работодателю, выраженного в утрате дизельного топлива общим объемом 542,5 литра. 

Согласно представленным в судебное заседание путевым листам истец, действительно, в дни, указанные в письме ГЛОНАСС ЦЕНТРА от 12.03.2018 г., как даты слива топлива, управлял закрепленным за ним автомобилем ГАЗ 33078 регистрационный знак «У 086 АО 22». Однако, в следующие даты: 01.12.2017 (по двум фактам), 18.12.2017, 02.01.2018, 19.01.2018, 22.01.2018, 23.01.2018, 31.01.2018, 02.02.2018, 06.02.2018 и 14.02.2018, согласно путевым листам, во время, зафиксированное в письме ГЛОНАСС ЦЕНТРА от 12.03.2018, как время слива топлива, автомобиль истцом уже был возвращен в гараж и передан механику ФИО3, о чем свидетельствуют подписи ФИО3 на путевых листах.

Указанные противоречия в ходе проведения проверки работодателем устранены не были, механик ФИО3 не опрошен. Более того, фактически являясь заинтересованным лицом, он был назначен председателем комиссии по проверке, и в ходе выявленных фактов от проведения проверки отстранен не был. 

Кроме того, размер ущерба установлен по ценам, действующим на день проведения проверки, что нарушает требования ст. 246 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой размер ущерба при утрате имущества определяется исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже данным бухгалтерского учета. Рыночные цены на дизельное топливо, действующие в месте деятельности ответчика на даты, указанные в письме ГЛОНАСС ЦЕНТРА, как даты слива топлива, не определялись, не определилась и стоимость такового топлива по данным бухгалтерского учета на даты слива.

Таким образом, анализируя представленные документы, суд приходит к выводу, что работодателем нарушен порядок установления ущерба, причиненного ФИО1, и порядок определения его размера. 

В связи с чем, возмещение ФИО1 ущерба ООО «Романовский маслосыродел» в неверно определенном размере - 21 998 рублей, не может быть признано законным.

Ответчик ссылается на то, что истец добровольно внес в кассу предприятия указанные денежные средства, добровольно возместил ущерб в размере 21 998 рублей.

Однако, согласно представленному приходному кассовому ордеру № 68 от 13.03.2018 в качестве основания для принятия от ФИО1 денежных средств в размере 21998 рублей указано - акт о причинении материального ущерба от 13.03.2018 г., а не заявление ФИО1 о добровольном возмещении ущерба.

Допрошенная в судебном заседании кассир ФИО6 поясняла, что выдала ФИО1 заработную плату в размере 25000 рублей, он деньги взял и, отсчитав из них 22000 рублей, передал ей для внесения в кассу в счет возмещения ущерба.

Истец ФИО1, возражая против данных показаний, пояснял, что фактически денежные средства заработной платы в размере 25000 рублей ему в руки не передавались, кассир ФИО6 сама отсчитала из них 22000 рублей, а оставшиеся 3000 рублей и квитанцию к приходному кассовому ордеру передала ему. 

Свидетель ФИО5 - главный бухгалтер поясняла, что не видела сам момент передачи денежных средств, так как занималась своими делами. Однако, пояснила, что приходный кассовый ордер № 68 от 13.03.2018 о принятии от ФИО1 21998 рублей был составлен ею ещё до того, как кассир ФИО6 уходила в кассу за заработной платой ФИО1. 

Указанное свидетельствует о том, что на момент составления данного приходного кассового ордера ФИО1 каких-либо фактических действий по внесению им денежных средств в кассу предприятия совершать не мог, и, принимая во внимание, что основанием принятия денег указан акт о возмещении ущерба, суд признает достоверными показания ФИО1 о том, что добровольно денежные средства в размере 21 998 рублей в кассу ответчика в счет возмещения ущерба он не вносил. 

На основании совокупности изложенного приходит к выводу, что возмещение истцом ФИО1 ущерба ответчику ООО «Романовский маслосыродел» в размере 21 998 рублей произведено с нарушением трудового законодательства, и указанная денежная сумма должна быть взыскана с ответчика в пользу истца.

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании нашло подтверждение нарушение имущественных прав истца, в связи с чем, исходя из вышеизложенных фактических обстоятельств спора, учитывая, что исковые требования удовлетворены только в части, суд взыскивает в пользу истца с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000 руб., как отвечающем требованиям разумности и справедливости, и не находит оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в остальной части. Истцом в судебное заседание не представлено каких-либо доказательств значительности морального вреда, причиненного ему ответчиком. 

При этом суд учитывает так же степень вины работодателя, требования разумности и справедливости, длительность периода нарушения имущественных прав истца.

Требования истца о взыскании судебных расходов по составлению искового заявления в размере 2000 рублей подтверждены квитанцией от 05 апреля 2018 года № 71, согласно которой указанная сумма внесена в адвокатский кабинет Лазарев О.В. ФИО1 за составление искового заявления к ООО «Романовский маслосыродел». Поскольку исковые требования удовлетворены частично, с ответчика подлежат взысканию в пользу истца судебные расходы так же частично, с учетом сложности дела, в сумме 1500 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Истец ФИО1, обращаясь в суд с иском л защите трудовых прав, был освобожден от уплаты государственной пошлины. Поскольку исковые требования удовлетворяются частично, государственная пошлина должна быть взыскана с ответчика ООО «Романовский маслосыродел» пропорционально удовлетворенной части исковых требований (2,42 % по имущественным требованиям, 50 % по требованиям о признании незаконным и отмене приказа) всего в размере: 853 руб. 53 коп. (150 руб. - по требованию о признании незаконным и отмене приказа, 403 руб. 83 коп. по имущественным требованиям, 300 рублей - по требованиям о взыскании компенсации морального вреда. 

руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Романовский маслосыродел» о признании незаконным и отмене приказа, взыскании удержанных денежных средств, взыскании доплат, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ ООО «Романовский маслосыродел» № 6 от 13 марта 2018 года о привлечении водителя ФИО1 к материальной ответственности в размере 21 998 руб. и об удержании указанной суммы.

Взыскать с ООО «Романовский маслосыродел» в пользу ФИО1 удержанную в счет возмещения ущерба сумму в размере 21 998 руб. 

Взыскать с ООО «Романовский маслосыродел» в пользу ФИО1 доплату за период работы с 01 декабря 2017 года по 13 марта 2018 года: в части выплаты оклада в размере 9 984 руб. 43 коп.; в части выплаты доплат за работу в праздничные дни в размере 8 334 руб. 66 коп., в части выплаты доплат за работу в ночное время в размере 63 руб. 31 коп..

Взыскать с ООО «Романовский маслосыродел» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей.

Взыскать с ООО «Романовский маслосыродел» в пользу ФИО1 судебные расходы по составлению искового заявления в размере 1 500 рублей.

Взыскать с ООО «Романовский маслосыродел» госпошлину в доход местного бюджета муниципального образования «Романовский район Алтайского края» в размере 853 руб. 83 коп..

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Романовский районный суд Алтайского края в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Судья А.А. Блем