Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 мая 2018 года г.Самара

Промышленный районный суд г. Самара в составе: 

председательствующего судьи Митиной И.А., 

при секретаре Гусмановой Л.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-916/2018 по иску АО «СК «ПАРИ» к ФИО1, ФИО2 в лице законного представителя ФИО5 о признании договора комплексного ипотечного страхования недействительным в части личного страхования 

УСТАНОВИЛ:

Истец - АО «СК «ПАРИ» обратился в Промышленный районный суд 

<

адрес> с вышеуказанным иском, в обоснование заявленных исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ. между АО «СК «ПАРИ» (далее - «Истец, Страховщик») и ФИО6 (далее - «Страхователь») был заключен договор комплексного ипотечного страхования № (К) от ДД.ММ.ГГГГ. (далее - «Договор страхования»).

Согласно п. 5.3.3 Договора страхования, Страхователь обязан при заключении договора и в период его действия сообщать Страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков при его наступлении. Существенными признаются обстоятельства, оговоренные в заявлении на страхование.

08.06.2017г. в адрес АО «СК «ПАРИ» поступило заявление на выплату страхового обеспечения от ФИО1. в связи со смертью Страхователя ( ФИО6) 

В ходе рассмотрения данного заявления было установлено, что в заявлении- анкете на ипотечное страхованиие, заполненном 07.02.2017г., Страхователь- ФИО6 указал, что не имеет никаких отклонений в состоянии здоровья, вес не изменялся более чем на 4 кг за последний год (п.2 Заявления-анкеты), что у него не было и не наблюдалось следующих заболеваний: болезней крови и кроветворных органов (п. 12); болезни органов пищеварения (п.14), нарушений зрения и слуха (п.18); диагноз СПИД, ВИЧ инфекции не ставился (п.25), не указаны иные заболевания или события медицинского характера, которые считаются важными оценки степени страхового риска.

Согласно приложенным к заявлению документам Страховщику стало известно, что смерть Страхователя наступила от основной болезни, а именно: 

<

данные изъяты> (протокол паталогоанатомического исследования №).

Согласно ответу главного врача ГБУЗ СО «Самарская МСЧ-2» (№, № oт ДД.ММ.ГГГГ.) на запрос АО «СК «ПАРИ», ФИО6 наблюдался в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ-2» с 2016г. с диагнозом: 

<

данные изъяты>

Так же в вышеуказанном ответе были указаны зарегистрированные обращения ФИО6 за медицинской помощью: с 12.07.2016г. по 21.07.2016г. находился на амбулаторном лечении с диагнозом: левосторонняя нижнедолевая пневмония; с 20.10.2016г. по 29.12.2016г. проходил лечение у врача общей практики С. Я.В. с диагнозом: 

<

данные изъяты>. 12.01.2017г. обратился на прием к ЛОР-врачу с диагнозом 

<

данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ по 31.01.2017г. наблюдался у врача общей практики С. Я.В. сдиагнозом: 

<

данные изъяты>.

Таким образом, учитывая что за семь дней до заключения договора комплексного ипотечного страхования, Страхователь наблюдался у врача с диагнозом 

<

данные изъяты>, знал о поставленном диагнозе, и умышлено не указал данную информацию в Заявлении-анкете имеющую существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

На основании изложенного, истец руководствуясь, ст.ст. 1,10,179,421,944 ГК РФ, п. 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003г. №75, ст.ст. 3, 56, 131, 132 ГПК РФ, просил суд признать договор комплексного ипотечного страхования №(К) от ДД.ММ.ГГГГ. недействительным в части личного страхования.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству представителей истца к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в лице законного представителя ФИО5, в качестве третьего лица привлечено Банк ВТБ 24 (ПАО) ныне действующее как ПАО Банк ВТБ.

В судебном заседании представители истца ФИО7, ФИО9, действующие на основании доверенности, заявленные исковые требования поддержали, просили суд их удовлетворить. 

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещался судом надлежащим образом, заявил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, участвует в деле в лице представителя по доверенности ФИО10

ФИО5, действующая как законный представитель ответчика ФИО2, их представитель ФИО10, так же действующая как представитель ответчика ФИО11 на основании доверенности, в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований. 

Третье лицо ПАО Банк ВТБ, надлежащим образом извещенный судом о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание представил отзыв на исковое заявление, согласно которому истец не предоставил доказательств того, что несообщение ФИО6 о том, что до заключения договора страхования, последнему были поставлены перечисленные в иске диагнозы, наличия умысла ФИО6 на обман Страховщика при заключении договора страхования. При заключении спорного договора страхования страховщик не воспользовался предоставленным ему правом провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья, не проверил предоставленную страхователем информацию в соответствии с положениями ст. 945 ГК РФ, сознательно приняв на себя коммерческие риски, связанные с заключением договора страхования, просил рассмотреть гражданское дело в отсутствие представителя.

Заслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между АО «СК «ПАРИ» и ФИО6 был заключен договор комплексного ипотечного страхования № (к), в соответствии с п. 3.2.2 которого, страховыми случаями по страхованию жизни и трудоспособности являются: 1. смерть застрахованного лица в результате несчастного случая и/или болезни, а также в результате самоубийства (если договор страхования на момент самоубийства страхователя действовал не менее двух лет) кроме случаев, предусмотренных действующим законодательством. Под «смертью» понимают прекращение физиологических функций организма способствующих процессу его жизнедеятельности. Под «несчастным случаем» понимается любое телесное повреждение либо иное нарушение внутренних или внешних функций организма в результате любого внешнего воздействия, идентифицируемого по месту и времени возникновения и не зависящего от воли застрахованного и выгодоприобретателя, если они вызваны или получены в период действия договора. 2. Постоянная утрата трудоспособности застрахованного с установлением инвалидности 1 или 2 группы в результате несчастного случая и /или болезни. Вышеназванные события не являются страховыми случаями, если они произошли в результате: совершения страхователем, застрахованным, выгодоприобретателем умышленного преступления повлекшего за собой наступление страхового случая, самоубийства или попытки самоубийства Страхователя, если к этому времени договор действовал менее двух лет, за исключением случаев, когда Страхователь был доведен до самоубийствапротивоправными действиями третьих лиц; нахождения Застрахованного лица в момент наступления страхового случая в состоянии алкогольного (уровень содержания этилового спирта в биологических жидкостях; тканях; выдыхаемом воздухе1, 0 (одна) промилле, при этом если имеется более двух показателей и они разнятся, то за основу берете большее значение), токсического или наркотического опьянения и/или отравления, или под фармакологическим воздействием препаратов в результате применения им наркотических, токсических, сильнодействующих психотропных и других веществ без предписания врача (данное исключение не распространяется на события произошедшие не по вине застрахованного лица); управления страхователем любым транспортным средством без права на управление либо в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, либо передача Страхователем управления лицу не имевшему права на управление транспортном средством либо находившемуся в состоянии алкогольного или наркотического опьянения; СПИД (ВИЧ инфекция), независимо oт того, при каких обстоятельствах и по чьей вине произошло заражение, за исключением случаев, когда страховщик был уведомлен о наличии такого заболевания до заключения Договора.

В соответствии с п. 5.3.3 договора, Страхователь обязан при заключении договора и в период его действия сообщать Страховщику обо всех известных ему обстоятельствах, имеющих значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков при его наступлении. Существенными признаются обстоятельства, оговоренные в заявлении на страхование.

Аналогичные положения, предусмотрены п. 1 ст. 944 ГК РФ, согласно которой при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Из материалов дела следует, что при заключении договора комплексного ипотечного страхования № (к), в заявлении-анкете на ипотечное страхование ФИО6 подтвердил достоверность сведений о том, что он не имеет заболевания сердца и сосудов, болезней крови и кроветворных органов, болезней органов дыхания, органов пищеварения, почек, нервной системы, эндокринной системы, нарушений зрения и слуха, болезней опорно-двигательного аппарата, онкологии, врожденных или приобретенных дефектов органов; не проходил специальные обследования (рентген, ЭКГ, УЗИ и т.п.) за последние пять лет в связи с заболеванием или подозрением на заболевания, не находился на момент заключения договора на стационарном лечении, диспансерном учете по поводу болезней, травм, не состоит на учете у психиатра, невролога, не проходил лечение в психоневрологических/психиатрических клиниках, не лечился от алкоголизма, наркомании, токсикомании, не свершал попытку к самоубийству, не находился в реанимационном отделении; умершему не устанавливался диагноз СПИД, ВИЧ инфекция, не имел в прошлом году группу инвалидности, подготовку на медико-социальную экспертизу не проходил, ранее или в будущем оперативные вмешательства в связи с заболеваниями, травмами не проводились и не планировались. Иных заболеваний или событий медицинского характера, не указанных выше, которые ФИО6 считал бы важными для оценки риска, он не указал. (л.д.18 т.1)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. умер, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ. № №. (л.д.63 т. 1)

Согласно свидетельству об установлении отцовства от 04.08.2017г ФИО6, гражданин России, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженец 

<

адрес> признан отцом ребенка ФИО12, родившейся ДД.ММ.ГГГГ г.р. у ФИО5 гражданки России ДД.ММ.ГГГГ г.р., с присвоением ребенку фамилия Насанбаева имени ФИО8 отчества ФИО3, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта об установлении отцовства № отделом ЗАГС 

<

адрес> г.о.Самара управления ЗАГС 

<

адрес> (л.д.61 т. 1)

Решением Кировского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. удовлетворено заявление ФИО5, поданное в интересах несовершеннолетней дочери ФИО2 об установлении факта принятия наследства. Установлен факт принятия наследства несовершеннолетней ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., открывшегося после смерти ее отца - ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.60 т.1).

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ. 

<

адрес>4, наследником указанного в настоящем свидетельстве имущества ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ. является его дочь ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., наследство, на которое выдано настоящее свидетельство, состоит из: квартиры расположенной по адресу: 

<

адрес> принадлежащее наследодателю на праве собственности, вид ограничения права: ипотека. (л.д.141 т. 1).

Согласно посмертному эпикризу, составленному лечащим врачом ФИО15, заведующим терапевтического отделения ФИО16, заместителем главного врача ФИО17, больной ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. поступил 14.03.2017г. в 18.56 в тер. Отд. ГБ № по направлению с указанием диагноза: 

<

данные изъяты>. Диагноз на секцию: основной: 

<

данные изъяты>. Фон: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> (л.д. 21 т.1)

В обоснование заявленного иска истец ссылался на то, что согласно ответу главного врача ГБУЗ СО «Самарская МСЧ-2» (№ oт 06.07.2017г.) на запрос АО «СК «ПАРИ», ФИО4 наблюдался в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ-2» с 2016г. с диагнозом: 

<

данные изъяты> (л.д.26 т.1), о чем он страховщику не сообщил.

В силу п. 3 ст. 944 ГК РФ, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 настоящего Кодекса.

Из анализа приведенных правовых положений следует, что страхователь должен сообщить лишь известные ему на момент заключения договора сведения, а страховщик может довериться сообщенным страхователем сведениям или проверить их на основании ст. 945 ГК РФ, согласно п. 2 которой при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование подлежащего страхованию лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Согласно ответу ГБУЗ СОКЦ СПИД от 19.02.2018г. исх. № представленному в материалы дела по запросу суда, ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. внесен ГБУЗ СОКЦ СПИД в базу лиц с положительными результатами обследования на ВИЧ на основании положительного результата иммуноблота от ДД.ММ.ГГГГ. №. Забор биоматериала производился 27.12.2016г. в ГБУЗ СО «Самарская МСЯ №

<

адрес>» по клиническим показаниям. Впервые ФИО6 обратился в ГБУЗ СОКЦ СПИД и был проинформирован о выявлении 

<

данные изъяты> 20.02.2017г. 10.03.2017г. обратился повторно, был осмотрен врачом-инфекционистом, сдал анализы и был поставлен на диспансерный учет с диагнозом: «

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> (08.2016)». Более не обращался. Умер ДД.ММ.ГГГГ. (л.д.54 т. 1) 

В дополнение к письму от 19.02.2018г. № заместителем главного врача по медицинской части ГБУЗ СОКЦ СПИД в адрес суда было направлено сообщение от 22.03.2018г. №, в соответствии с которым диагноз 

<

данные изъяты> ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. был установлен врачом Центра 10.03.2017г. (л.д.82 т.1) 

В соответствии с ответом АО СК «АСКОМЕД» от ДД.ММ.ГГГГ. исх. № на судебный запрос, ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. был застрахован по ОМС в АО СК «

<

данные изъяты>» с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., остальное время запрашиваемого судом периода с 01.01.2002г. по 31.03.2017г. он был застрахован в АО СК «Астро-Волга-Мед». За период с 21.03.2007г. по 04.12.2014г. ФИО6 были оказаны в рамках ОМС следующие медицинские услуги: 02.12.2008г. посещение невролога, радикулит, счет за лечение оплачен в сумме 156,51 руб., 08.12.2008г. посещение невролога, поражение грудных корешков, счет за лечение оплачен в размере 156,51 руб. (л.д.89 т. 1)

По запросу суда в материалы дела ГБУЗ СОКЦ СПИД была представлена надлежащим образом заверенная копия медицинской карты ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. №. Кроме того в ходе рассмотрения дела обозревался подлинник медицинской карты амбулаторного больного ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., представленной ГБУЗ «Самарская МСЧ №

<

адрес>» по запросу суда. 

В справке о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ., имеющейся в медицинской карте пациента ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ГБУЗ «

<

адрес> центр по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями», причиной смерти ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. указано: 

<

данные изъяты>. (л.д.94 т. 1)

Согласно листу осмотра узкими специалистами, имеющемуся в медицинской карте пациента ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р., получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ГБУЗ «

<

адрес> центр по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями», ФИО6 10.03.2017г. был осмотрен врачом- терапевтом и оториноларингологом (лор), кроме того прошел флюорографическое обследование, по результатам которого было установлено:легочные поля чистые, латеральные синусы свободные- без патологии». (л.д.98 т.1)

Как следует из указанной медицинской карты пациента №, в ходе обследования 10.03.2018г. у ФИО6 были зафиксированы жалобы на похудание на 10 кг за 6 месяцев, «стреляющие» боли в левом ухе, на общую слабость, наличие прочих заболеваний: эрозивный гастрит, перенесенная внебольничная левосторонняя н/долевая пневмония (08.2016). Анамнез заболевания: выявленный как 

<

данные изъяты> 09.01.2017г., обследовался по коду 113. Перенесенное заболевание: 

<

данные изъяты> в 2012г., 

<

данные изъяты>. Установлен предполагаемый путь передачи 

<

данные изъяты>: 

<

данные изъяты> (08.2016). Обследования: обследование согласно Приказу №, кровь на 

<

данные изъяты> методом ИБ повторно, направлен на сдачу анализов крови (ОАК, б/х, ИС, ВН, оппорт. инфекции). Рекомендации: Пациент направлен на ККФ, консультации узких специалистов. Явка по результатам анализов 17.03.2017г. (л.л.д. 103-111 т.1)

Согласно направлению № на исследование крови на СПИД в референс-лабораторию 1 сыворотка, ЛПУ направившее материал ФИО6 на исследование: МСЧ №, дата забора крови: 27.12.2016г. Материал отправляется первично. Дата отправки материала: 29.12.2016г., врач направивший материал: ФИО18 Согласно входящему штемпелю ЗАО «

<

данные изъяты>» от 30.12.2016г. рег. №, имеющегося на указанном выше направлении №, врачом-лаборантом обнаружены АГ/АТ к 

<

данные изъяты>. Кроме того, на данном направлении имеется дополнительный штемпель ГБУЗ СОКЦ СПИД за регистрационным номером № от 09.01.2017г. с указанием результата иммунного-блоттинга положительный. (л.д.113 т.1)

Согласно материалам, содержащимся в медицинской карте №, 10.03.2018г. у ФИО6 был произведен забор материала, с целью исследования: РНК 

<

данные изъяты> (количественный тест), направивший на исследование сотрудник: ФИО19, датой выдачи результатов указано: 13.03.2017г. На штемпеле ГБУЗ СОКЦ СПИД за регистрационным номером 5964 указано: 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты> нагрузка) 31 000 коп. 

<

данные изъяты>мл. (л.д.114 т.1)

16.03.2017г. ФИО6 был повторно осмотрен врачом ФИО20 с установлением диагноза: 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> примечания: явка с выпиской из стационара для решения вопроса о назначении АРВТ, явка 21.03.2017г., что подтверждается листом повторного осмотра от 16.03.2017г. (л.д.128 т.1)

24.03.2017г. на прием к врачу ФИО19 обратилась жена ФИО6 за разъяснениями о ведении контактных людей по 

<

данные изъяты> с предоставлением справки о смерти ФИО6 С женой ФИО6 врачом ФИО19 была проведена беседа, что подтверждается листом повторного осмотра от 24.03.2017г (л.д.129 т. 1)

Согласно посмертному эпикризу, составленному врачом-инфекционистом ФИО21, последний осмотр пациента № карты: 69668 врачом-инфекционистом ГБУЗ СОКЦ СПИД датирован 10.03.2017г., диспансерный учет -с 10.03.2017г.причина смерти в базе данных АС «Смертность» (код МКБ 10) К746 

<

данные изъяты>. Установленная СМЭ (патологоанатомом) причина смерти не соответствует коду В20-В24. (л.д.132 т.1)

Согласно листу осмотра ВОП от 09.01.2017г в амбулаторной карте ФИО6 ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №» в 

<

адрес>», пациенту был установлен диагноз 

<

данные изъяты> 

Из посмертного эпикриза в медицинской карте амбулаторного больного ФИО6, представленной ГБУЗ «Самарская МСЧ №

<

адрес>», следует, что причиной смерти ФИО6 явилось 

<

данные изъяты>. Наблюдался в ЛПУ с 2016г. с диагнозом 

<

данные изъяты> 

Согласно представленной медицинской лабораторией «НАУКА» по запросу суда выписке с указанием клинических исследований, проведенных ФИО6 в указанном учреждении 27.02.2017г., результат анализа крови на 

<

данные изъяты> задержан, норма интерпретации- реакция отрицательная. (л.л.д.135 -137 т.1)

Из реестра счетов по оказанным медицинским услугам, представленным в материалы дела АО «СК «Астро-Волга-Мед» на запрос суда, усматривается, что в декабре 2014г. пациенту ФИО6 был установлен диагноз: 

<

данные изъяты>, в апреле 2015г.: 

<

данные изъяты>

В ходе рассмотрения дела, ФИО5 привлеченная судом к участию в деле в качестве законного представителя несовершеннолетней ФИО2 пояснила, что состояла с ФИО6 в фактических брачных отношениях, от которых имеют дочь, планировали рождение второго ребенка, в связи с чем у них, как будущих родителей, имелось намерение пройти совместное медицинское обследование. Для прохождения процедуры обследования ЖКТ под наркозом в клиниках СамГМУ им было рекомендовано представить результат анализа на СПИД- инфекцию, в связи с чем ФИО5 обратилась к врачу ФИО14 за направлением, каких- либо жалоб ФИО6 не предъявлял и к врачу общей практики на прием не обращался, направление брала она, ФИО6 сдал анализ крови на ВИЧ 27.12.2016г. В январе 2017 года поликлинику не посещали, т.к не было надобности, ФИО6 никто не вызывал. В феврале обратились в ВТБ-Банк, где им одобрили кредит на приобретение квартиры, и они срочно стали поиски квартиры. Большая часть денежных средств у них была накоплена, кредит оформили на 700 000 руб. и намеревались отдать досрочно, т.к. ФИО6 зарабатывал по 50 000 руб. в месяц. В доказательство отсутствия какого- либо умысла на обман истца, указала, что имеет медицинское образование, и если бы им было известно о наличии у мужа 

<

данные изъяты> ( а как потом выяснилось и у нее и ребенка), они бы занимались здоровьем: не делали бы ребенку прививки, т.к. это противопоказано и она их очень тяжело переносила, но причины такого тяжелого состояния ребенка никто не мог предположить, а также не кормила бы ребенка грудью и не произошло бы инфицирование ребенка. Не исключила, что заражение ФИО6 

<

данные изъяты> могло произойти в ходе его лечения в стоматологической клинике, поскольку в период своей первой беременности в 2015г. а также в момент постановки на учет в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ-2» в качестве беременной, у ФИО5 согласно ее анализам, указанной инфекции обнаружено не было, кроме того ФИО6 неоднократно выступал донором по сдаче крови, и указанного заболевания у него до 17.02.2017г. выявлено не было. 

17.02.2017г. ФИО5, получив медицинскую карту ФИО6 лично под роспись в журнале выдачи медицинских карт, узнала о подозрениях на 

<

данные изъяты>, о чем в этот же день сообщила ФИО6 В поликлинику по этому поводу ФИО6 не вызывали, направлений в СПИД-Центр не выдавали. После сообщения ФИО6 о наличии подозрений 

<

данные изъяты>, с чем он категорически не согласился, ФИО5 предложила ему перепроверить анализ, для чего они 20.02.2017г. самостоятельно без направлений обратились в СПИД-центр и медицинскую лабораторию «НАУКА» для сдачи повторных анализов крови на 

<

данные изъяты>, которые были задержаны. После этого ФИО6 сильно сдал, говорил, что умрет, был подавлен психологически, отказался от еды и молча лежал, затем у него упало давление,она вызвала врача, его направили в Горбольницу №, какой- либо диагноз установлен не был, 18.02.2017г. он ей сказал, что упал в больнице на лестнице на живот, где был огромный синяк. Указала на то, что почти три месяца ФИО6 фактически оставался без медицинской помощи, и если бы они по своей инициативе не начали обследование, то и не узнали бы о наличии заболеваний. Относительно наличия у ФИО6 заболевания: «

<

данные изъяты>», ФИО5 и ФИО6 до момента его смерти ничего не было известно, после вскрытия сказали о наличии диагноза «

<

данные изъяты>». При этом, по словам ФИО5, имеющей медицинское образование, симптомов,указывающих на наличие в организме ФИО6 заболевания: 

<

данные изъяты>, отсутствовали, кроме того, указание врачей в медицинских картах больного на достаточно большую потерю веса являются неверными, не соответствующими действительности, поскольку на протяжении всего периода своей жизни ФИО6 имел худощавое телосложение, в подтверждение указанного довода ФИО5 в судебном заседании обозревались фотоматериалы, в том числе предоставленные по запросу суда фото из Банка при получении кредита. При поступлении в МСЧ № ФИО6 разговаривал невнятно, врачи просили ее пояснить, что он говорит. Что они при этом записывали в анамнез – неизвестно, но ФИО6 о похудании на 20 кг (также как и в записях в амбулаторной карте- на 10 кг) не говорил и такого похудания ФИО6 не было. Медицинская карта ФИО6 была возвращена ей в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» в мае 2017г., о чем она проставила подпись в журнале выдачи амбулаторных карт, предварительно просмотрев записи, содержащиеся в указанной карте, при этом, записей врача ФИО14 в медицинской карте ФИО6 не было, что свидетельствует о том, что они были внесены после смерти ФИО6 

Ее муж активно и много работал до того момента, когда она ему сказала о подозрениях на 

<

данные изъяты>- инфекцию, каких- либо жалоб не предъявлял, был полон сил и надежд на скорейшую покупку жилья, где намеревался сделать собственными силами хороший ремонт, т.к. они купили квартиру подешевле, требующую капитального ремонта, и надеялся и желал рождения второго ребенка. 

В судебном заседании обозревался подлинный журнал выдачи амбулаторных карт ГБУЗ СО «Самарская МСЧ№

<

адрес>», согласно записям в котором 17.02.2017г. амбулаторная карта больного ФИО6 была получена лично ФИО5, о чем свидетельствует ее подпись, а 23.05.2017г. возвращена. 

По ходатайству представителя ответчиков ФИО10, судом в ходе рассмотрения дела направлялся запрос в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №» о результатах анализов крови на 

<

данные изъяты> при постановке на учет и в течение беременности с апреля по сентябрь 2015г. ФИО5 

Согласно ответу ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» от 20.03.2018г. ФИО5 состояла на ДУ с ДЗ: Беременность в женской консультации ГБУЗ СО «Самарская МСЧ 2» с ДД.ММ.ГГГГ. Была переведена в женскую консультацию из ГП №, где наблюдалась с ДД.ММ.ГГГГ. По данным первичной медицинской документации: кровь на 

<

данные изъяты> от 30.04.2015г., от 15.10.2015г.- отрицательная. (л.д.140 т.1)

Согласно СП 3.ДД.ММ.ГГГГ-10 "ПРОФИЛАКТИКА ВИЧ-ИНФЕКЦИИ", утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 Диагноз болезни, вызванной вирусом иммунодефицита человека, устанавливается врачом Центра по профилактике и борьбе со СПИД или врачом уполномоченной специализированной медицинской организации, осуществляющей организационно-методическую работу по проведению диагностических, лечебных, профилактических и противоэпидемических мероприятий по ВИЧ-инфекции на основании комплекса эпидемиологических данных, результатов клинического обследования и лабораторных исследований (в том числе только на основании выявления ДНК или РНК ВИЧ). Диагноз ВИЧ-инфекции сообщается пациенту врачом (желательно врачом-инфекционистом, врачом-эпидемиологом или психологом) в ходе консультирования пациента уполномоченной специализированной медицинской организацией. Пациент письменно уведомляется о выявлении ВИЧ-инфекции (приложение 3), и ему предоставляется информация по данной проблеме. В случае выявления ВИЧ у несовершеннолетних в возрасте до 18 лет уведомляются их родители или законные представители( п. 5.11.3).

Лицо, у которого выявлена ВИЧ-инфекция, уведомляется специалистом о результатах тестирования. Специалист сообщает положительный результат теста в ясной и краткой форме, предоставляет время для восприятия этого известия, отвечает на вопросы обследуемого. Разъясняет необходимость соблюдения мер предосторожности с целью исключения распространения ВИЧ-инфекции, о гарантиях оказания медицинской помощи, лечения, соблюдения прав и свобод ВИЧ-инфицированных, а также об уголовной ответственности за поставление в опасность заражения, либо заражение другого лица. Тестируемый направляется для установления диагноза ВИЧ-инфекции, оказания медицинской помощи в Центр по профилактике и борьбе со СПИД или уполномоченную медицинскую организацию с обязательной подачей информации в территориальный Центр по профилактике и борьбе со СПИД в письменном виде (п.5.11.1.2).

Согласно п. 4.4 Правил Диагностический алгоритм тестирования на наличие антител к ВИЧ состоит из двух этапов - скрининга и подтверждения результатов скринингового исследования.

Первично положительная сыворотка повторно исследуется в ИФА или ИХЛА во второй тест-системе другого производителя, отличающейся от первой по составу антигенов, антител или формату тестов. При получении отрицательного результата сыворотка повторно исследуется в третьей тест-системе, отличающейся от первой и второй по составу антигенов, антител или формату тестов. Используемые вторая и третья тест-системы должны иметь аналогичные и более высокие аналитические характеристики (чувствительность, специфичность) по сравнению со скрининговой тест-системой. В случае получения отрицательного результата (во второй и третьей тест-системах) выдается заключение об отсутствии антител/антигенов ВИЧ. При получении положительного результата (во второй и/или третьей тест-системе) сыворотку необходимо исследовать в иммунном или линейном блоте. Результаты, полученные в подтверждающем тесте, интерпретируются как положительные, неопределенные и отрицательные.

Если получен положительный результат в ИФА или ИХЛА, анализ проводится последовательно еще 2 раза (с той же сывороткой и в той же тест-системе, вторая сыворотка запрашивается только в случае невозможности направления для дальнейшего исследования первой сыворотки). Если получены два положительных результата из трех постановок, сыворотка считается первично-положительной и направляется в референс-лабораторию для дальнейшего исследования ( п.4.4.1. На первом этапе (скрининг).

На втором этапе (подтверждение результатов скринингового исследования в референс-лаборатории) ( п.4.4.2).

Результаты исследования по телефону, электронной почте, путем СМС-информирования не сообщаются ( п. 5.11.2)

Выдача заключения о наличии или отсутствии ВИЧ-инфекции только по результатам простого/быстрого теста не допускается. Результаты простых/быстрых тестов используются только для своевременного принятия решений в экстренных ситуациях, при массовом добровольном исследовании населения, и при экспресс-оценке эпидемиологической ситуации в целевых группах населения при осуществлении дозорного эпидемиологического надзора за ВИЧ-инфекцией( п.4.9).

Согласно ответу ГБУЗ СОКЦ СПИД на запрос суда от 20.04.2018г. №, информация о положительном результате обследования в иммуноблоте от 09.01.2017г. № ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. передавалась по месту обследования в ГБУЗ СО «МСЧ 

<

адрес>» для приглашения в ГБУЗ СОКЦ СПИД. 25.01.2017г.-результата анализа (на бланке) через курьера (согласно записи в журнале выдачи результатов); 27.01.2017г.- врачу-инфекционисту ФИО23 по телефону. Дополнительно по защищенному электронному каналу в ГБУЗ СО «

<

данные изъяты>» (ЛПО по месту регистрации пациента) 03.02.2017г. были направлены списки 

<

данные изъяты> пациентов, подлежащих приглашению в ГБУЗ СОКЦ СПИД в числе которых указан ФИО6 (л.д.166 т.1)

В соответствии с ответом ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» на запрос суда от 23.04.2018г., окончательный диагноз: 

<

данные изъяты> был выставлен ФИО6 в ОЦС 20.02.2017г., где вероятнее всего, и сообщили ему об этом. С 09.01.2017г. по 27.01.2017г. пациент находился в стадии дообследования. О необходимости явиться к врачу-инфекционисту в связи с положительным результатом на 

<

данные изъяты>, ФИО6 было сообщено в период с 09.01.2017г. по 27.01.2017г. предположительно устно участковым врачом или участковой м/с (конкретизировать дату им время в настоящее время не представляется возможным в связи с давностью событий). (л.д.167 т.1)

Допрошенная в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля- врач общей практики ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» С. Я.В. пояснила, что пациента ФИО6 она не помнит, согласно записям в амбулаторной карте 20.12.2016г. ФИО6 был осмотрен ею по месту его жительства: 

<

адрес>, в момент осмотра у него был кашель, во рту стоматит, скорее - 

<

данные изъяты>. Записи в амбулаторной карте ФИО6 о прохождении им лечения у С. Я.В. в период с 20.10.2016г. по 29.12.2016г. являются ошибочными : ФИО6 не мог наблюдаться в это время с этими диагнозами, т.к. она 20.12.2017г. впервые увидела ФИО6 Пояснила, что вероятно состояние здоровья больного в момент его осмотра вызвало у нее сомнения, в связи с чем, ФИО6 был направлен ей в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №» для сдачи общих анализов, в том числе анализа крови на ВИЧ, который был отобран у пациента 27.12.2016г. Пояснила, что записи в амбулаторной карте больного о его состоянии здоровья могли быть внесены ею через несколько дней после его осмотра, при этом С. Я.В. однозначно не смогла подтвердить дату внесения записей. Возможно, что после получения посмертного эпикриза в июне 2017г. она внесла дополнительные записи в медицинскую карту ФИО6 При этом в электронную карту дополнительные записи она не вносила. Непоследовательность записей по датам в амбулаторной карте ФИО6 ( записи от более поздней даты содержатся перед записями от более ранней даты) пояснила тем, что по просьбе страховой компании и для удобства страховой компании составлялась одна сводная амбулаторная карта, состоящая из трех, при этом, по мнению С. Я.В. вносить какие-либо изменения и дополнительные записи в амбулаторную карту больного было неправильно, поскольку таких указаний ей никто не давал, при этом такая практика по ее словам в лечебном учреждении имеется. Диагноз: «

<

данные изъяты>» она могла указать предположительно, под вопросом, заключительного диагноза «

<

данные изъяты>», а также данных за «

<

данные изъяты>» у ФИО6 не было, т.к. такой диагноз ставится по биохимическим анализам. УЗИ она не назначала. 27.12.2016г пациент сдал анализы, 09.01.2017г. пришел положительный тест. Пояснила, что обычно они заносят сведения о 

<

данные изъяты> в журнал. Такой записи не было. Относительно процедуры извещения ФИО6 о необходимости явиться в ГБУЗ СОКЦ СПИД для ознакомления с результатами анализа, С. Я.В. ничего не известно, поскольку анализ приходит к инфекционисту Ф. Л.И. и она извещает больного, который направляется инфекционистом на другие анализы. Т.к. записи инфекциониста в карточке нет- предположительно, что и карточки у инфекциониста нет. Если пациент берет амбулаторную карту, в регистратуре в журнале делается отметка. 

Допрошенная в качестве свидетеля по делу врач- инфекционист ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» Ф. Л.И. пояснила, что она, получая информацию из 

<

данные изъяты>-центра о результате анализов крови пациентов на 

<

данные изъяты>, сообщает ее участковому врачу или медсестре, которые в свою очередь в течение недели обязаны проинформировать пациента о необходимости обеспечения явки в поликлинику. 27.01.2017г. посредством телефонного звонка сотрудники 

<

данные изъяты>-центра сообщили ей о положительном результате анализа крови на 

<

данные изъяты> пациента ФИО6, данные сведения Ф. Л.И. должна была внести в журнал, находящийся в регистратуре лечебного учреждения, что не было сделано ею по причине большой загруженности. Кроме того, помимо указанного журнала, сведения о результатах анализа заносятся Ф. Л.И. в общую карточку, при ее отсутствии заводится новая амбулаторная карта. Однако в общей амбулаторной карте больного записи Ф. Л.И. о результате анализа и извещении пациента не содержатся, а новую карту Ф. Л.И. не заводила. Пациента ФИО6 Ф. Л.И. никогда не видела и не осматривала. ФИО6 в базе данных ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>», зарегистрированный как больной имеющий положительный статус 

<

данные изъяты>, отсутствовал, поскольку сведения в указанную базу данных вносятся на основании адреса регистрации пациента, возможно по той причине, что ФИО6 на тот период был зарегистрирован в 

<

адрес>, в связи с чем Ф. Л.И. предположила, что его могли известить о необходимости явки в 

<

данные изъяты>-центр из «

<

данные изъяты>», однако отправлялись ли в указанное учреждение данные о результатах анализа ей не известно. В амбулаторной карте больного Ф. Л.И. запись об извещении пациента о необходимости обеспечения явки в лечебное учреждение с указанием окончательного результата диагноза не вносила, основной задачей Ф. Л.И. на момент получения результатов анализа из 

<

данные изъяты>- центра являлось указание в базе данных ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №» на результат анализа пациента. Извещением пациента о необходимости обеспечения его явки в поликлинику занималась медсестра, которая в день получения информации от Ф. Л.И. должна была пригласить пациента, а также произвести отметку о вызове ФИО6 в амбулаторной карте. В судебном заседании на обозрение Ф. Л.И. предоставлялась амбулаторная карта ФИО6, из материалов которой Ф. Л.И. сделала вывод об отсутствии такого извещения, предположив, что медсестра не смогла найти пациента. 

Допрошенный в ходе рассмотрения дела в качестве специалиста- врач -инфекционист ГБУЗ «

<

данные изъяты>» С. А.С., пояснил, что согласно Санитарно- эпидемическим Правилам «Профилактика ВИЧ- инфекции» 2011 г с изменениями 2016г., утвержденных Главным санитарным врачом РФ, диагноз устанавливается исключительно врачом-инфекционистом 

<

данные изъяты>- центра на основании эпидемиологических, клинических и лабораторных данных и однозначно не мог быть установлен врачом общей практики С.. В первичный осмотр входит: общий осмотр кожных покровов, сердца, легких, вагинальных систем, почек, кроме того врачом в медицинской карточке больного указываются размеры печени, при этом ее увеличение не может служить основанием для установления больному диагноза: «

<

данные изъяты>». Анализ крови на 

<

данные изъяты> у ФИО6 отбирался амбулаторно-поликлинической службой, сотрудники которой проводят первичный анализ на 

<

данные изъяты> в своей лаборатории, а в случае положительной реакции доставляют биоматериал в центр по борьбе со 

<

данные изъяты>, в данном случае- 

<

адрес> диагностический центр. Биоматериал ФИО6 был исследован в поликлинике 30.12.2016г., а затем направлен в диагностический центр. После получения биоматериала ФИО6 сотрудники диагностического центра провели процедуру иммуноблота. Установив положительный результат, сотрудники центра сообщили указанные сведения в 

<

данные изъяты>, а 

<

данные изъяты> в свою очередь, направили указанные сведения в поликлиническое учреждение, на учете в котором состоит пациент с целью обеспечения его явки в 

<

данные изъяты> для ознакомления с результатами анализа. В отношении ФИО6 анализ иммуноблота был проведен 09.01.2017г., этого же числа результаты анализа поступили в 

<

данные изъяты>, сведений об извещении ФИО6 о явке в поликлинику с целью оглашения результата анализа в амбулаторной карте больного из ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» отсутствуют. Диагноз-

<

данные изъяты>- 

<

данные изъяты> ФИО6 был установлен 10.03.2017., этого же числа ФИО6, присутствуя на приеме у врача-инфекциониста узнал об установленном ему диагнозе. При этом до даты установления диагноза ФИО6 не мог наблюдаться в МСЧ № у врача общей практики С. с диагнозом «

<

данные изъяты>» При этом, указание врачом ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» -С. Я.В. диагноза ФИО6 «

<

данные изъяты>», не вызывал бы сомнений при наличии результатов клинических исследований УЗИ и ФГДС пациента, сведения о назначении которых и результаты которых в медкарте ФИО6 отсутствуют. 

Разрешая заявленные требования, суд полагает, что юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса не о наличии у страхователя на момент заключения договора комплексного ипотечного страхования заболеваний, а вопрос о том, знал ли страхователь о наличии у него таких заболеваний, сообщая соответствующие сведения истцу при заключении договора и наличие прямого умысла страхователя, направленного на сокрытие имеющихся у него заболеваний при заключении спорного договора страхования. 

Договор страхования может быть признан недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, а также при доказанности того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельства, имеющего существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом сообщение заведомо ложных сведений - это не просто неправильная информация, в данном случае относительно состояния здоровья на момент заключения договора, а действия, совершаемые с целью обмана страховщика.

Рассматривая заявленный спор, на основании объяснений лиц, участвующих и допрошенных в ходе рассмотрения дела, подробного анализа представленных документов, в том числе медицинских, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку доводы страховщика о сообщении страхователем заведомо ложных сведений о состоянии своего здоровья при заключении договора, умысел страхователя на сообщение заведомо ложных сведений при заключении спорного договора, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Доводы стороны истца о том, что возможность проверки состояния здоровья страхователя является правом страховой компании, а не обязанностью, суд не может принять во внимание, поскольку, проявляя должную заботливость и осмотрительность, страховщик, как профессионал на рынке страховых услуг, являясь более сведущим в определении факторов риска, должен был сам выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска, однако предоставленным ему правом ст. 945 ГК РФ не воспользовался.

Как установлено в ходе судебного разбирательства диагноз 

<

данные изъяты> был установлен ФИО6 10.03.2017 года, а диагноз «

<

данные изъяты> - посмертно, в связи с чем при заключении спорного договора страхования 07.02.2017г. ФИО6, как страхователь не имел умысла на сокрытие данных заболеваний, поскольку о наличии у него вышеназванных заболеваний ему было неизвестно. При рассмотрении дела, в нарушение действующих СП 3.ДД.ММ.ГГГГ-10 "ПРОФИЛАКТИКА ВИЧ-ИНФЕКЦИИ", не установлено надлежащего информирования ФИО6 врачами ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>», где состоял на амбулаторном учете ФИО6, о наличии у последнего 

<

данные изъяты>. При этом установлено ненадлежащее ведение врачами ГБУЗ СО «Самарская МСЧ №

<

адрес>» медицинской документации в отношении амбулаторного больного ФИО22, в том числе внесение записей в амбулаторную карту ФИО6 «задними» числами сведений о диагнозах ФИО6 после получения посмертного эпикриза. Таким образом, имеющиеся в деле доказательства, в том числе письменные доказательства - медицинские карты, не подтверждают довода страховщика о том, что при заключении спорного договора страхования страхователь сообщил заведомо ложные сведения о состоянии своего здоровья, а также наличия умысла ФИО6 на введение в заблуждение страховщика относительно состояния своего здоровья в целях заключения договора страхования. Доказательств обратному в материалы дела не представлено. 

Доводы искового заявления о том, что ФИО6 наблюдался в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ-2» с 2016г. с диагнозом: 

<

данные изъяты>, с 20.10.2016г. по 29.12.2016г. проходил лечение у врача общей практики С. Я.В. с диагнозом: 

<

данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ по 31.01.2017г. наблюдался у врача общей практики С. Я.В. сдиагнозом: 

<

данные изъяты>, а также о том, что за семь дней до заключения договора комплексного ипотечного страхования, Страхователь наблюдался у врача с диагнозом 

<

данные изъяты>, знал о поставленном диагнозе, и умышлено не указал данную информацию, имеющую существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления в Заявлении-анкете, опровергнуты исследованными в судебном заседания доказательствами- медицинскими документами и показаниями свидетеля С. Я.В., которая подтвердила внесение недостоверных сведений о диагнозах и периодах наблюдения ФИО6 в карту амбулаторного больного ФИО6, а также свидетеля Ф. Л.И., которая показала, что Насанбаев М..И. в юридически значимый период не был на приеме врача-инфекциониста в ГБУЗ СО «Самарская МСЧ-2», не наблюдался ей, не информировался о наличии у него диагноза «

<

данные изъяты>», а также показаниями Ф. Л.И. и ФИО5 о том, что ФИО6 не наблюдался по поводу 

<

данные изъяты>, сдавал анализ на 

<

данные изъяты>- инфекцию не по клиническим показаниям, как указано ЛПУ, а по собственной инициативе не в связи с плохим самочувствием или болезнью, а профилактически, с целью проверки состояния здоровья в связи с планированием рождения второго ребенка; 10.03.2017г. не обращался повторно в ГБУЗ №, не осматривался врачом-инфекционистом, о постановке на диспансерный учет с диагнозом: «

<

данные изъяты> (08.2016)» не уведомлялся. 

Как установлено в ходе судебного разбирательства указанный истцом ответчик ФИО1 не является наследником ФИО6, в связи с чем на него не может быть возложена гражданско-правовая ответственность по заявленным истцом требованиям. 

С учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о сообщении ФИО6 заведомо ложных сведений при заключении договора комплексного ипотечного страхования № (К) от 07.02.2017г. не соответствуют действительности, вследствие чего суд не усматривает правовых оснований для признания договора комплексного ипотечного страхования № (К) от 07.02.2017г. недействительным в части личного страхования и удовлетворения заявленных исковых требований. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

В удовлетворении исковых требований АО «СК «ПАРИ» к ФИО1, ФИО2 в лице законного представителя ФИО5 о признании договора комплексного ипотечного страхования № № от 07.02.2017г. недействительным в части личного страхования - отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Самарский областной суд через Промышленный районный суд 

<

адрес> в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 21 мая 2018 года.

председательствующий подпись Митина И.А.