Дело № 2а-15/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ленинск

Волгоградская область 20 января 2025 года

Ленинский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Яковлевой Н.В.,

при секретаре судебного заседания Майоровой О.А., 

с участием помощника прокурора Ленинского района Волгоградской области Железнова Д.А.,

административного истца ФИО1, посредством видео-конференцсвязи,

представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области, начальника ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области ФИО2, УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России, действующей на основании доверенностей ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 ФИО11 к ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области, начальнику ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области Слободских ФИО10, УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России, ФИО5 ФИО12 о признании незаконными действий администрации ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области и взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 5 УФСИН России по Волгоградской области о компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания, указав в обоснование, что в период с 19 апреля 2023 года по 10 февраля 2024 года содержался в ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области, а именно в камерах №№ 59,60,61, также в карцерах №№ 1,4,2, условия содержания в котором не соответствовали установленным требованиям: плесень и грибок на стенах, сантехника (кран для питьевой воды) покрыт ржавчиной, бегали крысы и отсутствовал доступ к свежему воздуху.

Просит признать незаконные действие УФСИН России по Волгоградской области, выразившиеся в нечеловеческих условиях содержания в ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области и взыскать компенсация морального вреда в размере 900 000 рублей.

Протокольным определением судом к участию в деле привлечены в качестве заинтересованного лица ФКУЗ МСЧ-34 ФСИН России. 

В судебном заседании, проведенном с использованием системы видеоконференц-связи, истец ФИО1 поддержал заявленные исковые требования, по основаниям указанным в исковом заявлении, наставал на их удовлетворении. 

Представитель административного истца по доверенности ФИО4 после перерыва в судебное заседание не явилась, посредством письменного ходатайства просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Треть лицо – бывший начальник ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области ФИО5, представитель заинтересованного лица Управления Федерального казначейства Волгоградской области, представитель заинтересованного лица ФКУЗ МСЧ-34 ФСИН России, в судебное заседание не явились, о дне времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в письменных возражениях просили о рассмотрении дела в их отсутствие. 

Представитель ответчиков: заместителя начальника ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области ФИО2, ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России и УФСИН по Волгоградской области ФИО3, действующая на основании представленных в дело доверенностей, в судебном заседании возражала относительно заявленных исковых требований, поддержала ранее представленные в суд письменные возражения, согласно которым ФИО1 в период с 19.04.2023 по 14.08.2023 и с 16.09.2023 по 23.04.2024 года содержался в ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области. За период нахождения в СИЗО-5 г. Ленинска в обжалуемый период истец содержался в камерах №№ 59,61 также в карцере №№1,2. Полагает, что учитывая все обстоятельства, имеющие юридическое значение для правильного разрешения настоящего административного дела, на основании представленной суду позиции и доказательств, можно сделать исчерпывающий вывод, о том, что хоть органом прокуратуры и выявлены недостатки в материально-бытовом обеспечении в камере № 59 и карцере № 1, указанные недостатки либо не являются нарушением прав истца, не подтвердились в ходе служебных проверок, либо не имеют никакой взаимосвязи с характером и последствиями конкретных нарушений прав административного истца, не создавали угрозу здоровью истца, не повлияли и не могли повлиять на его здоровье и самочувствие, не являлись опасными и/ или вредными факторами среды обитания человека. Кроме того указывает, что истец предполагал нарушение своих прав еще в 2023 году, тогда как административное исковое заявление датировано 08.10.2024, принято Ленинским районным судом Волгоградской области к производству 22.10.2024 года, то есть подано истцом за пределами процессуального срока. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, материалы личного дела ФИО1, заслушав заключение помощника прокурора Железнова Д.А., полагавшего необходимым в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, суд находит исковые требования о взыскании компенсации морального вреда не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении (часть 1 статьи 227.1 КАС РФ).

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом № 103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно статьей 15 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей; лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан.

В силу статьи 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условием содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством РФ и международными договорами РФ условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно статье 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (абзац 8 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания").

Основные положения материально-бытового обеспечения осужденных регламентируются статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК Российской Федерации).

Как следует из материалов дела и установлено судом, находясь под стражей, в связи с привлечением к уголовной ответственности, в период с 19.04.2023 по 14.08.2023, также с 16.09.2023 по 23.04.2024 содержался в ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области, освобожден в связи с фактическим отбытием наказания, что сторонами не оспаривалось.

За время нахождения в исправительном учреждении ФИО1 содержался в камерах №№ 59,61 также водворялся в карцер № 1,2, в карцере № 4 не содержался.

В обоснование требований истец ссылался на то, что во всех камерах, где содержался ФИО1, условия содержания не соответствовали установленным требованиям: плесень и грибок на стенах, сантехника (кран для питьевой воды) покрыт ржавчиной, бегали крысы и отсутствовал доступ к свежему воздуху.

Как установлено в судебном заседании и следует из технического паспорта на нежилое помещение – режимный корпус №3 по адресу: 

<

адрес>, составленного по состоянию на 01.12.2014: крыша, полы, оконные и дверные проемы в хорошем состоянии, имеется в хорошем состоянии отопление, водопровод, канализация, вентиляция и т.д.

Статьей 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» предусмотрено, что администрация мест содержания под стражей обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

В период нахождения истца в ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области действовали Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом Министерства юстиции РФ от 14.10.2005 № 189 (далее по тексту – Правила).

Согласно пункту 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденным приказом Министерства юстиции от 14.10.2005 № 189, камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями, столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником, вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией. 

В соответствии с Техническими паспортами, все Режимные корпусы, в которых содержался истец ФИО1, оборудованы вентиляцией.

Режимные корпусы №2 и №4 оборудованы принудительной вентиляцией, Режимный корпус №3 оборудован естественной вентиляцией.

Из представленных административным ответчиком материалов следует, что в камерах ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области имеется как естественная, так и принудительная вентиляция. 

Кроме этого, в камерах установлены рамы с двойным остеклением, для обеспечения естественной вентиляции рамы оконных проемов оборудованы фрамугами. Кратность проветривания осуществляется самими подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, без ограничений.

Кроме того, статья 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» определяет, что все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Таким образом, законодатель предусмотрел, что обеспечение камер вентиляционным оборудованием не является обязательным условием.

Прокуратурой Ленинского района Волгоградской области в адрес ФКУ СИЗО-5 внесено представление «об устранении нарушений законодательства о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 10.05.2022 №17-63-2022, в том числе в части неисправности подъемного механизма форточки окна в карцере № 1. 

В результате служебной проверки было установлено, что механизмы окна находящегося в помещении карцера находятся в исправном состоянии. Заводом изготовителем окон установленных в камерных помещениях режимных корпусов следственного изолятора не предусмотрены подъемные механизмы и фиксаторы для постановки створок окна на проветривание. Для открывания и закрывания окон у администрации учреждения имеются специальные ключи, которые находятся у младшего инспектора дежурной службы дежурного на внутреннем посту у камер. По просьбе лиц содержащихся в камерах учреждения и карцерах ключи выдаются им во временное пользование.

По результатам служебной проверки в прокуратуру Ленинского района Волгоградской области было направлено сообщение от 20.06.2023 № 35/ТО/18/3-943.

Таким образом, судом установлен факт неисправности механизма открывания окна в указанный период.

Вместе с тем, административным истцом не оспаривается наличие в камере вентиляции. 

Судом установлено, что температурный режим в камере в обозначенный административным истцом период не являлся экстремальным, был практически идентичным в сравнении с другими камерами, и не нарушал требований санитарно-эпидемиологического законодательства.

Исходя из изложенного, нельзя сделать вывод об отсутствии у истца доступа к свежему воздуху.

При указанных обстоятельствах оснований считать, что административному истцу неисправностью оконного механизма открывания были причинены лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, не имеется.

Нарушение требований санитарно-эпидемиологического законодательства, как и каких-либо последствий для административного истца, при производстве по делу не установлено. 

Рассматривая доводы истца о том, что в камерах на стенах была плесень, кран для подачи воды был покрыт ржавчиной, в камерах бегали крысы, суд учитывает следующее.

Согласно действующему на тот момент приказу Минюста РФ от 28.05.2001г № 161 «Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России (СП 15-01 Минюста России) в камерах должны быть установлены умывальник с подводом холодного водоснабжения (кран) и сливом в общую канализацию. Как установлено в судебном заседании, каждая камера, в которой содержался ФИО1, оборудована раковиной, что не оспаривается истцом.Прокуратурой Ленинского района Волгоградской области в адрес ФКУ СИЗО-5 внесено представление «об устранении нарушений законодательства о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 10.05.2022 №17-63-2022, в том числе в части наличия в карцере № 1 плесени на стене, крана, покрытого ржавчиной. 

В результате служебной проверки было установлено, что кран в карцере № 1 в исправном состоянии, покрыт ржавчиной и при поступлении финансирования будет заменен на новый.

По результатам служебной проверки в прокуратуру Ленинского района Волгоградской области было направлено сообщение от 20.06.2023 № 35/ТО/18/3-943.

Прокуратурой Ленинского района Волгоградской области также в адрес ФКУ СИЗО-5 внесено представление «об устранении нарушений законодательства о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 25.12.2023 № 17-63-2023, в том числе в части наличия в камере № 59 плесени на стене. Нарушения условий материально-бытового обеспечения по камере № 61 в представлении не содержатся.

По результатам служебной проверки в прокуратуру Ленинского района Волгоградской области было направлено сообщение от 09.02.2024 № 35/ТО/18/3-161. Истцу по результатам рассмотрения актов прокурорского реагирования прокуратурой направлялись соответствующие уведомления. 

Учреждением в целях выполнения 23 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ в камере № 59 устранена плесень на стене, а именно: проведены дезинфекционные мероприятия, участок стены подготовлен к покраске и впоследствии окрашен, в помещениях карцеров №№ 1,4 и 5 проведен косметический ремонт стен и потолков.

Таким образом, вопреки доводам истца, нарушения в материально-бытовом обеспечении при его содержании в камере № 61 органом прокуратуры не выявлялись, нарушения по камере № 59 и карцеру № 1 устранены и впредь не допускались.

Доказательств, что в результате такого содержания, был причинен какой-либо вред здоровью истца, при рассмотрении настоящего дела не получено.

Каких-либо доказательств, опровергающих представленные административным ответчиком сведений о состоянии камерных помещений и материально-бытовом обеспечении административного истца, содержавшегося в них, в материалы дела не представлено.

Также не нашли своего подтверждения факты бездействия администрации ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области в части принятия мер по дезинсекции и дератизации помещений колонии.

В судебном заседании установлено следующее. 

Согласно отзыву представителя ФКУ СИЗО-5 в период нахождения истца ФИО1 в учреждении проводилась регулярная санитарная обработка, осуществляемая в соответствии с утвержденным графиком. 

Ответчиком ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области ежегодно заключаются договоры на оказание услуг по дезинсекции и дератизации помещений ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области. Указанные обстоятельства подтверждаются государственными контрактами с техническими заданиями, согласно которым дезинфекция, дезинсекция и дератизация проводятся в учреждении ежеквартально в соответствии с выделенным финансированием. 

Так в 2023 году мероприятия проводились 15.03.2023 и 01.06.2023 ИП ФИО6 (акты оказанных услуг № 438 от 16.03.2023 и № 796 от 01.06.2023, копии государственных контрактов). 

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, прокуратурой Ленинского района Волгоградской области в адрес ФКУ СИЗО-5 внесено представление «об устранении нарушений законодательства о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 09.06.2023 №17-63-2023, в том числе в части обнаружения грызуна путем просмотра записей камеры видеонаблюдения, установленной в карцере № 1, 10.05.2023 года. 

В ходе проведенной служебной проверки по факту нарушений коммунально-бытового обеспечения лиц содержащихся под стражей установлено, что в карцере № 1 отверстие в полу заделано. 

По результатам служебной проверки в прокуратуру Ленинского района Волгоградской области было направлено сообщение от 17.07.2023 № 35/ТО/18/3-1199. 

Кроме того, санитарное состояние карцера № 1 также было проверено сотрудниками филиала «Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора» ФКУЗ «Медико-санитарная часть № 34 ФСИН России» в связи с поступлением в УФСИН России по Волгоградской области обращения ФИО1, направленного им в аппарат Губернатора Волгоградской области и Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Волгоградской области в г. Волжском, Ленинском, Среднеахтубинском, Николаевском и Быковском районах». 

По результатам внеплановой проверки было установлено, что доводы истца не нашли своего подтверждения, санитарное состояние камерного помещения (карцера № 1) удовлетворительное, полы из деревянного настила, щелей в полу не обнаружено. Синантропных насекомых, грызунов и следов их жизнедеятельности не обнаружено, о чем истцу был направлен ответ от 19.06.2023 № ог-35/ТО/7/2-920.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о проводимых в следственном изоляторе мероприятиях по борьбе с насекомыми и грызунами администрацией учреждения.

Доказательств, что в результате такого содержания, был причинен какой-либо вред здоровью истца, при рассмотрении настоящего дела не получено.

Кроме того, при установлении надзирающими органами нарушений в части материально-бытового обеспечения камерных помещений, выявленные недостатки не создавали угрозу здоровью истца, не повлияли и не могли повлиять на его здоровье и самочувствие, не являлись опасными и / или вредными факторами среды обитания человека.

В силу п.1 ст.24 Закона о прокуратуре, представление об устранении нарушений закона вносится прокурором или его заместителем в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, и подлежит безотлагательному рассмотрению.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в определении от 24 февраля 2005 года N 84-О, следует, что само по себе представление прокурора не имеет абсолютный характер и силой принудительного исполнения не обладает, поскольку преследует цель понудить указанные в пункте 1 статьи 21 Федерального закона от 17 января 1992 года N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" органы и должностных лиц устранить допущенные нарушения закона, прежде всего, в добровольном порядке. Требование о безусловном исполнении представления прокурора реализуется путем специальных процедур - вынесения самим прокурором постановления о возбуждении производства об административном правонарушении либо путем обращения в суд.

Таким образом, само по себе внесение прокуратурой представления не свидетельствует о допущенных в отношении ФИО1 существенных нарушениях и содержании в бесчеловечных условиях, следовательно, не является основанием для компенсации в порядке статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Каких-либо доказательств, опровергающих представленные административным ответчиком сведений о состоянии камерных помещений и материально-бытовом обеспечении административного истца, содержавшегося в них, в материалы дела не представлено. 

Доводы административного истца ФИО1 относительно ненадлежащего осуществления УФСИН России по Волгоградской области ведомственного контроля за деятельностью СИЗО-5, суд признает несостоятельными, поскольку, как следует из материалов дела, за период содержания истца в учреждениях УФСИН России по Волгоградской области, от ФИО1, от родственников и иных учреждений и организаций в его интересах, в адрес аппарата Управления поступили различного рода обращения, по итогам рассмотрения которых заявителям подготовлены и направлены ответы в установленный законом срок, а также разъяснено право и порядок обжалования принятых по обращениям решений. Жалобы на данные ответы от истца и иных лиц, действующих в его интересах, не поступали.

Таким образом, судом установлено, что УФСИН России по Волгоградской области осуществляло надлежащий контроль за деятельностью подчиненного учреждения.

Рассматривая доводы ФИО1 о том, что в период его содержания в СИЗО-5 в нечеловеческих условиях у него развилась болезнь и был установлен диагноз «астеноневротический синдром», суд приходит к следующему.

Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года N 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, согласно пункту 1 которого данный порядок устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах, а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, в соответствии с пунктами 1, 2, 4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Согласно п.26 Приказа Минюста России от 28.12.2017 № 285 «Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы», все лица, доставленные в СИЗО, кроме следующих транзитом, в срок не более трех рабочих дней со дня их прибытия осматриваются врачом-терапевтом (врачом общей практики) или фельдшером. При наличии медицинских показаний назначаются дополнительные исследования и консультации врачей-специалистов. 

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области и19 апреля 2023 года и был осмотрен дежурным фельдшером со слов в анамнезе грыжа поясничного отдела позвоночника, подтверждающих документов не было, результаты лабораторного исследования в норме.

Согласно журналам амбулаторного приема ФИО1 неоднократно был осмотрен врачами разного профиля, назначено лечение. При этом состояние здоровья ФИО1 расценивалось как удовлетворительное, без отрицательной динамики.

Доказательств обратному суду не представлено, истцом не оспорено.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Для наступления ответственности нарушителя быть доказано наличие ряда специальных условий: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между двумя первыми элементами; вина причинителя вреда. 

Обязанность по доказыванию факта причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам возлагается на истца. Именно истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и имеющимся у истца имущественным и моральным вредом.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд приходит к выводу что, истцом не предоставлено доказательств, свидетельствующих о том, что ответчиком допущены существенные нарушения порядка содержания его под стражей, которые подвергали истца страданиям, унижениям в крайней степени, влекли угрозу его жизни, здоровью и благополучию, как и не представлено доказательств того, в чем именно выражаются негативные последствия для его здоровья в период его содержания в СИЗО-5.

Причинно-следственная связь между предполагаемыми незаконными действиями (бездействием) должностных лиц и вредом, на который ссылается истец, отсутствует.

Кроме того, разрешая вопрос о восстановлении пропущенного процессуального срока для обращения в суд, суд приходит к выводу об отказе возможности его восстановления, в силу следующего.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности. 

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, истец содержался под стражей в СИЗО-5 в период с апреля 2023 года по февраль 2024 года, в последующем освобожден из-под стражи в апреле 2024 года, после чего, заключен был под стражу в октябре 2024 года.

С административным исковым заявлением ФИО1 первоначально обратился 12 сентября 2024 года. В качестве уважительных причин пропуска процессуального срока административный истец ссылается на нахождение под стражей, юридическую неграмотность и состояние здоровья. 

Судебная защита должна быть своевременной, то есть позволяющей с учетом избранного заявителем способа защиты реально обеспечить возможность восстановления нарушенных прав последнего. 

В данном случае, обращение истца с настоящим иском о нарушениях имевших место в период его содержания в СИЗО-5 в спорный период последовало спустя продолжительное время, то есть более шести месяцев.

Вместе с тем, действуя разумно и добросовестно, административный истец не лишен был права обратиться за судебной защитой сразу или в разумный период после нарушения его прав, но не сделал этого, тем самым сам не реализовал свое право своевременно, что свидетельствует о малой степени значимости для истца исследуемых обстоятельств.

Кроме того, с 23 апреля 2024 года по 12 сентября 2024 года ФИО1 находился на свободе по месту своего жительства, однако о нарушении своих прав не заявлял, квалифицированной юридической помощью для обращения в суд не воспользовался.

Учитывая, что административным истцом не доказана невозможность своевременного обращения в суд, оснований для восстановления пропущенного срока для обращения в суд не усматривается. 

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227.1 КАС РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО13 к ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области, начальнику ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области Слободских ФИО14, УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России, ФИО5 ФИО15 о признании незаконными действий администрации ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Волгоградской области и взыскании компенсации за нарушение условий содержания, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Ленинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 31 января 2025 года.

Судья /подпись/ Н.В. Яковлева

Копия верна: 

Судья Н.В. Яковлева

Подлинник данного документа 

подшит в деле № 2а-15/2025, 

которое находится в Ленинском районном суде 

Волгоградской области