№2-3715/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

01 декабря 2017 года

Промышленный районный суд г.Смоленска

В составе:

Председательствующего судьи Селезеневой И.В.,

при секретаре Кадыровой И.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству финансов РФ в лице УФК по Смоленской области о компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице УФК по Смоленской области о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, с указанием в обоснование заявленных требований, что в отношении него было возбуждено уголовное преследование по ч.1 ст.158 УК РФ, предъявлено обвинение в совершении данного преступления. В ходе рассмотрения дела государственным обвинителем было заявлено об отказе от данного обвинения, вследствие чего постановлением Промышленного районного суда г.Смоленска от 24.12.2014 уголовное дело в отношении него было прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Незаконным привлечением к уголовной ответственности истцу был причинен моральный вред, который им оценивается в размере 23 000 руб.

ФИО2, надлежаще извещенный о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явился в связи с отбыванием наказания в ФКУ ИК-29 УФСИН России по Архангельской области, своего представителя в суд не направил.

В соответствии со ст.77.1 УИК РФ предусмотрена возможность этапирования осужденных из мест лишения свободы в следственные изоляторы для их участия в судебных разбирательствах исключительно по уголовным делам.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не предоставляют лицам, отбывающим по приговору суда наказание в исправительных учреждениях, право на личное участие в разбирательстве судами их гражданских дел, по которым они являются истцами, ответчиками, третьими лицами или другими участниками процесса.

Поскольку в силу ст.77.1 УИК РФ, ст.167 ГПК РФ у суда отсутствует обязанность этапировать истца к месту разбирательства настоящего гражданского дела с целью обеспечения его личного участия в судебных заседаниях, суд определил рассмотреть дело по существу в его отсутствие, с учетом доводов, приведенных в его исковом заявлении.

Представитель Министерства финансов РФ в лице УФК по Смоленской области ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, поддержав представленные возражения. Считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие полную реабилитацию и факт причинения морального вреда истцу, а также доказательства, обосновывающие требования истца о компенсации морального вреда, а сумма компенсации, заявленная истцом, по ее мнению, не соответствует фактическим обстоятельствам, не является разумной и обоснованной. Также полагала, что Управление не является надлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям. Таковым, по ее мнению, должен быть Следственный комитет Российской Федерации как главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности непосредственного причинителя вреда. Просила в иске отказать.

Выслушав объяснения представителя ответчика, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для возникновения обязательства вследствие причинения вреда обязательными условиями являются наличие самого вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступлением вреда и противоправным поведением, а также вина причинителя вреда.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В судебном заседании установлено, что 10.02.2014 было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.105 УК РФ по факту убийства ФИО1.

В тот же день по подозрению в совершении указанного преступления в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ ФИО2 (истец) был задержан.

12.02.2014 Промышленным районным судом г.Смоленска ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

18.02.2014 ФИО2 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

Кроме того, 22.07.2014 в отношении ФИО2 было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст.158 УК РФ по факту тайного хищения в тот же период времени и в том же месте мобильного телефона, стоимостью 1 070 руб., принадлежащего ФИО1.

22.07.2014 данные уголовные дела соединены в одно производство, после чего в этот же день ФИО2 было предъявлено обвинение по ч.1 ст.105, ч.1 ст.158 УК РФ в окончательной редакции, утвержденное 15.08.2014 прокурором района.

Приговором Промышленного районного суда г.Смоленска от 24.12.2014 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и ему назначено наказание, с учетом требований ч.2 ст.68 УК РФ, в виде 10 лет лишения свободы без ограничения свободы.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного настоящим приговором наказания и наказания по приговору суда от 15.04.2014, с учетом требований п.«в» ч.1 ст.71 УК РФ, назначено окончательное наказание в виде 10 лет 2 месяцев лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Мера пресечения ФИО2 в виде содержания под стражей оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с 24.12.2014, зачесть в срок отбытия наказания время задержания ФИО2 с 10 по 11 февраля 2014 года включительно, время содержания под стражей с 12.02.2014 по 23.12.2014 включительно.

Постановлением Промышленного районного суда г.Смоленска от 24.12.2014 уголовное дело в отношении ФИО2 в части обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Указанные обстоятельства подтверждаются письменными доказательствами и сторонами не оспариваются.

Истец в обоснование требований ссылается на наличие правовых оснований для компенсации ему морального вреда в связи с незаконными действиями органов предварительного расследования, выразившимися в необоснованном уголовном преследовании. 

Разрешая вопрос об обоснованности требований истца, суд исходит из следующего.

Согласно ч.1 ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как следует из разъяснений, данных в п.2-4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи временным ограничением или лишением каких-либо прав.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Кроме того, суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (п.1 Постановления №10 от 20.12.1994).

При этом, как разъяснено в п.20 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» возмещение морального вреда является одной из составляющих реабилитации.

Под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 УПК РФ).

С учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный - в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ.

Согласно п.9 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Анализируя вышеназванные нормы права в совокупности с представленными по делу доказательствами, суд приходит к выводу о достаточных основаниях для удовлетворения требований истца, так как в материалах дела имеется вступивший в законную силу оправдательный судебный акт за непричастностью к совершению преступления.

Доводы ответчика о том, что вышеупомянутым постановлением о прекращении уголовного дела за истцом не признано право на реабилитацию, судом во внимание не принимаются, поскольку наличие у истца права на реабилитацию установлено ст.133 УПК РФ.

С учетом доказанности факта нарушения личных неимущественных прав ФИО2, суд считает возможным взыскать в пользу истца денежную компенсацию причиненного ему морального вреда, определив его размер, исходя из требований разумности и справедливости, а также установленных судом обстоятельств, равным 1 000 руб.

При этом, доводы представителя ответчика об отсутствии негативных последствий и об отсутствии доказательств причинения истцу нравственных страданий судом отклоняются, поскольку при решении судом вопроса о компенсации морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установление факта незаконного уголовного преследования и привлечения к уголовной ответственности независимо от наличия вины должностных лиц.

Определяя орган, с которого подлежит взысканию компенсация в пользу истца, суд исходит из следующего.

В силу ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с ч.3 ст.125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Часть 3 ст.125 ГК РФ предусматривает, что в случаях и в порядке, предусмотренными федеральными законами, указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ, нормативными актами РФ и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

Согласно п.1 ч.3 ст.158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В соответствии с ч.1 ст.242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного действиями государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, возложена на Минфин России.

Стороной в обязательствах по возмещению вреда, предусмотренных ст.1070 ГК РФ, является государство. При предъявлении исков к государству о возмещении вреда от имени казны Российской Федерации в качестве ответчика выступает Министерство финансов Российской Федерации, а сумма возмещения взыскивается именно с казны Российской Федерации, а не за счет имущества и денежных средств, переданных Министерству финансов Российской Федерации как федеральному органу исполнительной власти в оперативное управление.

С учетом вышеизложенного, суд полагает справедливым и обоснованным взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации 1 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

На основании изложенного, суд находит исковые требования ФИО2 обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 1 000 руб. в счет компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г.Смоленска в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья И.В.Селезенева