Дело №2-1388/5-2025

46RS0030-01-2024-016405-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 сентября 2025 года г. Курск

Ленинский районный суд г. Курска в составе:

председательствующего судьи Арцыбашева А.В.,

при секретаре Ерёминой В.А., 

с участием:

помощника прокурора ЦАО г. Курска Сергеева М.И.,

истца ФИО1, 

представителя ответчика ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова» по доверенности ФИО2,

представителя ответчика ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по доверенности ФИО3,

представителя ответчика ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» по доверенности ФИО4,

представителя третьего лица Министерства здравоохранения Курской области по доверенности ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 с учетом уточнения требований обратился в суд с иском к ответчикам ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что в январе 2023 года он находился на амбулаторном и стационарном лечении, в ходе которого ответчики допустили дефекты оказания ему медицинской помощи, что подтверждается Актами документальной проверки Территориального органа Росздравнадзора по Курской области, Министерства здравоохранения Курской области, экспертными заключениями (протоколами) ТФОМС Курской области, а также заключением судебно-медицинской экспертизы СПб ГБУЗ «БСМЭ» №-П/вр/компл от ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку ненадлежащим оказанием медицинской помощи ему был причинен моральный вред, просит суд взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда по 2 000 000 руб. с каждого ответчика.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал по изложенным в заявлении основаниям, просил их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова» по доверенности ФИО2, представитель ответчика ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по доверенности ФИО3, предстатель ответчика ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» по доверенности ФИО4 в судебном заседании уточненные исковые требования ФИО1 не признали по изложенным в письменных отзывах основаниях, просили в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Курской области по доверенности ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, указав на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц врачи ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 Дэ А.Ж.Л., ФИО12 в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещались. Ранее в судебном заседании третье лицо ФИО6, ФИО10, ФИО8 возражали против удовлетворения требований ФИО1 указав, что медицинская помощь ему оказывалась без нарушений.

С учетом мнения участников процесса, в соответствии со ст.ст.12, 35, 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело при имеющейся явке по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав объяснения участвующих в деле лиц, показания свидетеля ФИО13, заключение помощника прокурора Сергеев М.И., полагавшего о частичном удовлетворении уточненных исковых требований, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 данного Федерального закона закреплены основные принципы охраны здоровья граждан, в числе которых соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5-7).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п.21 ст.2 этого же Федерального закона определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.2 и 3 ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п.1 ст.151 ГК РФ).

В соответствии со ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (п. 32 Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2012 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Согласно п.п.14,25,26,27,30,48,49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). 

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. 

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. 

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. 

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Пунктом 1 ст.1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Согласно пунктам 1 и 2 ст.1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ст.1068 ГК РФ).

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. обратился в ОБУЗ «Курская городская больница № имени Н.С. Короткова» с жалобами на озноб, боли в горле, ломоту в мышцах и суставах, продуктивный кашель с выделением желтоватой мокроты, где ему был поставлен диагноз (основное заболевание): «

<

адрес>», назначено амбулаторное лечение. 

ДД.ММ.ГГГГ. в ходе осмотра врачом ОБУЗ «Курская городская больница № имени Н.С. Короткова» истцу поставлен диагноз (основное заболевание) «

<

адрес>», амбулаторное лечение продолжено. 

ДД.ММ.ГГГГ. в ходе осмотра врачом ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по диагнозу «

<

адрес>» истцу продолжено амбулаторное лечение.

ДД.ММ.ГГГГ. врачом ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» истец вновь был осмотрен, амбулаторное лечение продолжено.

В вечернее время ДД.ММ.ГГГГ., в связи с ухудшением состояния, истец вызвал скорую помощь, и был госпитализирован в ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница», где ему был поставлен диагноз «

<

адрес>?».

С ДД.ММ.ГГГГ. истец проходил стационарное лечение в ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница».

После выписки из стационара, истец ДД.ММ.ГГГГ. осматривался врачами ОБУЗ «Курская городская больница № имени Н.С. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по поводу жалоб на ухудшение течения заболевания.

Актами документальной проверки Территориального органа Росздравнадзора по Курской области, Министерства здравоохранения Курской области, экспертными заключениями (протоколами) ТФОМС Курской области, установлены нарушения при оказании медицинской помощи истцу ответчиками ОБУЗ «Курская городская больница № имени Н.С. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи», в отношении данных ответчиков выданы Предписания об устранении выявленных нарушений.

Для разрешения спора, судом по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза.

Заключением экспертизы СПб ГБУЗ «БСМЭ» №-П/вр/компл от ДД.ММ.ГГГГ. выявлены недостатки оказания истцу медицинской помощи всеми тремя ответчиками ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница».

Так, экспертами установлено, что при оказании истцу медицинской помощи в январе 2023 года (ДД.ММ.ГГГГ) были допущены следующие дефекты (недостатки): не проведение в полном объеме диагностического обследования пациента, в том числе направленного на установление возможной причины его заболевания острой респираторной инфекцией верхних дыхательных путей и не установление своевременно возможной этиологической причины (возбудителя заболевания - новой коронавирусной инфекции) заболевания, а также общепринятого и обязательного алгоритма обследования пациента с ОРВИ и/или пневмонии. В частности: в период амбулаторного лечения с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 не проведен комплекс диагностических мероприятий, в том числе, направленных на установление возбудителя инфекционных заболеваний: ДД.ММ.ГГГГ. пациенту не назначены/рекомендованы выполнение общего анализа крови и мочи (ОАК, ОАМ); молекулярно-генетическое исследование методом (ПЦР) на возбудителя COVID-19 (мазок из ротоглотки и носа) или экспресс-тест на COVID-19 для проведения дифференциальной диагностики; ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. - также не назначено выполнение лучевого метода исследования (рентгенологическое исследование органов грудной клетки), молекулярно-генетическое исследование методом (ПЦР) на возбудителя COVID-19 или экспресс-тест на COVID-19 для проведения дифференциальной диагностики острой респираторно-вирусной инфекции (ОРВИ) и новой коронавирусной инфекции. Указанное свидетельствует, что были нарушены Клинические рекомендации «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых» (раздел 2.3); «Временные методические рекомендации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 17». Кроме того, отмечены следующие дефекты диагностики, лечения и ведения медицинской документации врачами-терапевтами ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова»: в амбулаторную карту ФИО1 в записи от ДД.ММ.ГГГГ. - не внесены результаты первичного осмотра, данные анамнеза собраны не полностью (отсутствуют сведения эпидемиологического анамнеза о пребывании в очаге ОРВИ в период, соответствующий инкубационному периоду, сведения о наличие сопутствующих хронических заболеваний); при физикальном обследовании не выполнена пальпация лимфоузлов головы и шеи для выявления синдрома лимфоаденопатии, отсутствует план обследования при первичном осмотре врачом-терапевтом, с учетом предварительного диагноза ОРВИ, пациенту не рекомендованы выполнение ОАК, ОАМ, молекулярно-генетическое исследование методом (ПЦР) на возбудителя COVID-19 или экспресс-тест на COVID-19, не назначена противовирусная терапия; в записи от ДД.ММ.ГГГГ. - не отражена динамика заболевания и эффективность проводимого лечения, что влияет на выбор тактики лечения, не предложено направление на госпитализацию (Клинические рекомендации «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых» (раздел 2.1, 2.2); в записи от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют сведения эпидемиологического анамнеза, социального статуса и семейно-бытовых условий, профессионального и медицинского анамнеза (для уточнения факторов риска инфицирования определенными возбудителями), для дифференциальной диагностики; пациенту не рекомендованы выполнение ОАК, ОАМ, молекулярно-генетическое исследование методом (ПЦР) на возбудителя COVID-19 или экспресс-тест на COVID-19. (Клинические рекомендации «Острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) у взрослых» (раздел 2.3). «Временные методические рекомендации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Версия 17».

В записях осмотра врачом терапевтом ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» на дому (амбулаторный этап с ДД.ММ.ГГГГ.) имеются следующие недостатки (дефекты) - лечение назначено не в полном объеме: не назначена противовирусная терапия, результаты назначенных ранее лабораторных и рентгенологических исследований отсутствуют. В течение семи дней не проведено рентгенологическое исследование (или - компьютерная томография) органов грудной клетки (КТ ОГК) при отрицательной динамике заболевания у ФИО1, что проявлялось при аускультации легких: появление жесткого дыхания и множественных сухих хрипов, продолжающейся лихорадки. Объективные данные ДД.ММ.ГГГГ. во время осмотра врачом терапевтом в этот же день, в поликлинике ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова» содержат информацию о наличии влажных хрипов при аускультации легких. Установлен диагноз 

<

адрес> под вопросом. Назначено КТ ОГК...; Таким образом, объем, качество и условия оказания медицинской помощи не соответствуют определению качества медицинской помощи в соответствии с п.21 Закона №323-ФЗ и п.6 ст.40 Закона №326-ФЗ по признаку выбора методов диагностики и лечения.

По мнению комиссии, проводившей экспертизу, представленные данные в отношении стационарного лечения пациента ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ. в ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» носят неполный характер. В частности, отсутствуют результаты молекулярно-генетического исследования на выявление возбудителя Ковид-19 (ПЦР). Имеется запись: «Противовирусная терапия не показана ввиду отрицательного ПЦР на КВИ» от ДД.ММ.ГГГГ.; В выписном эпикризе отмечено - ПЦР от ДД.ММ.ГГГГ. (результат ДД.ММ.ГГГГ.): РНК коронавируса не обнаружено; ПЦР от ДД.ММ.ГГГГ.: РНК коронавируса не обнаружено, но бланка с результатами исследования ДД.ММ.ГГГГ. в медицинской карте нет. Не выполнение исследований на верификацию Ковид-19 на амбулаторном этапе с ДД.ММ.ГГГГ а также отрицательные результаты ПЦР исследований на возбудитель Ковид-19 в период стационарного лечения (ДД.ММ.ГГГГ.) не позволяет однозначно обоснованно утверждать, что у пациента ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ. имелась новая коронавирусная инфекция (Ковид-19). Причиной ОРЗ у ФИО1, а в дальнейшем и развитие пневмонии, могло быть вызвано другим (не установленным) возбудителем.

Вместе с тем, трактовка повышенного уровня лейкоцитов: ОАК от ДД.ММ.ГГГГ. (дата взятия ДД.ММ.ГГГГ.): Лейкоциты 13.0*109/л (норма 4.0-9.0), от ДД.ММ.ГГГГ (дата взятия ДД.ММ.ГГГГ): Лейкоциты 16.30хЮ9/л (4.0-9.0), «Полученный лейкоцитоз обусловлен массивной гормонотерапией» является малоубедительным, поскольку проводимая в период с ДД.ММ.ГГГГ. применение дексаметазона (согласно листу назначения) являлась общепринятой, и подобная терапия обычно не проявляется увеличением количества лейкоцитов в два раза выше верхней границы нормы. По записи от ДД.ММ.ГГГГ. в виду её мало информативности, проводимое лечение оценить невозможно. В графе рекомендации имеется запись - «продолжение лечения, назначенного в стационаре». Выписка из стационара не представлена.

Своевременное проведение (ДД.ММ.ГГГГ.) молекулярно-генетического исследования методом (ПЦР) на возбудителя COVID-19 или экспресс-тест на COVID-19 и рентгенологического исследования КТ ОГК давало возможность диагностировать у ФИО1 как новую коронавирусную инфекцию (COVID-19) - при её наличии, так и вирусную, и бактериальную пневмонию ранее ночи ДД.ММ.ГГГГ. (в инфекционном отделении). В течение 7 дней амбулаторного лечения пациента (на дому) не был проведен лучевой метод исследования - рентгенологическое исследование или компьютерная томография органов грудной клетки (КТ ОГК) при отрицательной динамике самочувствия и объективного состояния больного, в том числе, при аускультации легких: появление жесткого дыхания и множественных сухих хрипов, продолжающейся лихорадки. Объективные данные в этот же день ДД.ММ.ГГГГ во время осмотра врачом терапевтом в поликлинике ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова» содержат информацию о наличии влажных хрипов при аускультации легких. Однако пациент не был направлен в стационар при отсутствии улучшения в течение 7 дней амбулаторного лечения. Таким образом, в связи с неэффективностью назначенного лечения на амбулаторном этапе, при обращении ФИО1 за медицинской помощью ДД.ММ.ГГГГ., имелась необходимость его госпитализации в инфекционный стационар ранее ДД.ММ.ГГГГ. Первые признаки поражения легких диагностированы ДД.ММ.ГГГГ. - сухие хрипы, при этом не проведена сравнительная перкуссия легких. Укорочение перкуторного тона является важным признаком синдрома уплотнения легочной ткани (пневмонии).

При поступлении в стационар ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 своевременно и правильно (исходя из имеющихся у врачей данных) был установлен диагноз: «Коронавирусная инфекция, лабораторно не подтвержденная, средней степени тяжести. Внебольничная правостороння пневмония, средней степени тяжести, смешанной этиологии. ДН 0-1. Острый перикардит?» Что подтверждается также тем, что в результате оказания медицинской помощи пациенту ФИО1 за период с ДД.ММ.ГГГГ. был установлен при выписке из стационара окончательный диагноз 

<

адрес>

Не проведение в полном объеме диагностического обследования ФИО1 не позволило своевременно установить ему правильный диагноз (исключить новую коронавирусную инфекцию и диагностировать пневмонию), назначить эффективное лечение, которое могло прервать или уменьшить выраженность течения заболевания, то есть дефекты не препятствовали возникновению пневмонии и, тем самым, могли способствовать более длительному ухудшению состояния здоровья пациента. В связи с этим между дефектами оказания медицинской помощи (диагностики и лечения) ФИО1 и ухудшением его состояния здоровья имеется непрямая причинно-следственная связь. Причиной ухудшения состояния здоровья ФИО1 явилась тяжесть и характер его заболевания, поэтому прямая причинно-следственная связь между ухудшением состояния здоровья и допущенными дефектами медицинской помощи отсутствует (дефекты явились только способствующим фактором, но не причиной). Поэтому степень тяжести вреда здоровью по последствиям допущенных дефектов медицинской помощи в данном случае, не устанавливается. Вред здоровью, согласно п.24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, а также в соответствии с методическими рекомендациями «Порядок проведения судебно- медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи», утвержденными Главным внештатным специалистом по судебно-медицинской экспертизе Минздрава России ФИО14, устанавливается при наличии прямой причинно-следственной связи между допущенными дефектами оказания медицинской помощи и неблагоприятным исходом (ухудшением состояния здоровья).

Некорректное ведение медицинской документации (описки, опечатки) не могло повлиять на неблагоприятный исход.

Суд принимает данное заключение экспертизы и кладет его в основу решения, так как экспертиза проведена на основании представленных медицинских документов и в соответствии с требованиями процессуального законодательства. 

В заключении приведены ссылки на нормативную и методическую документацию, использованную при производстве экспертизы, данное заключение соответствует вопросам, поставленным перед экспертом, содержит полные и обоснованные выводы, эксперты имеют соответствующую квалификацию, судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84-86 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Помимо этого, при разрешении спора, суд также учитывает показания свидетеля ФИО13, которая по обстоятельствам показала, что в период оказания врачами ответчиков ОБУЗ «Курская городская больница № имени Н.С. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» ее сыну ФИО1 медицинской помощи, улучшения состояния его здоровья не было, ему становилось хуже.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителей вреда и моральным вредом означает, что противоправное поведение влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага.

Суд считает, что в данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку недостатки оказания работниками больниц медицинской помощи могли способствовать ухудшению состояния здоровья и привести к неблагоприятному исходу.

Таким образом, оценив представленные и исследованные в судебном заседании доказательства в порядке ст.67 ГПК РФ в совокупности с материалами дела, суд приходит к выводу, что истцу безусловно причинены нравственные страдания, и приходит к выводу о возложении на ответчиков обязанности по возмещению истцу причиненного морального вреда.

Ответчиками не представлено доказательств тому, что сотрудниками медицинских учреждений (ответчиков по делу) были предприняты возможные и необходимые лечебные мероприятия с целью предотвращения дальнейшего неблагоприятного исхода.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, а именно степень и форму вины всех ответчиков, характер и тяжесть самого заболевания у ФИО1, степень переживаний и глубину нравственных страданий истца, а также требования разумности и справедливости.

Истец, получивший медицинскую помощь с недостатками, в силу приведенных выше правовых норм имеет право на компенсацию причиненного ему морального вреда, вызванного нравственными страданиями, переживаниями по поводу состояния своего здоровья, осознанием того, что в медицинских учреждениях не смогли ему помочь.

Вместе с тем, с учетом степени разумности и справедливости, степени вины каждого ответчика, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца частично и взыскать в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда с ответчика ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова» в размере 50 000 руб., с ответчика ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» в размере 30 000 руб., с ответчика ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» в размере 20 000 руб., находя заявленный истцом размер компенсации морального вреда по 2 000 000 руб. с каждого ответчика, явно завышенным.

В соответствии с положениями ст.103 ГПК РФ, учитывая подачу иска после ДД.ММ.ГГГГ., с ответчиков в доход бюджета муниципального образования «город Курск» подлежит взысканию госпошлина в размере 3 000 руб. с каждого.

Учитывая, что истец ФИО1 освобожден от уплаты госпошлины по данной категории иска, уплаченная им при подаче иска госпошлина в размере 300 руб. подлежит возврату.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Взыскать с ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Взыскать с ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда с ОБУЗ «Курская городская больница № им. Н.С. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница», отказать.

Взыскать с ОБУЗ «Курская городская больница № им. Короткова», ОБУЗ «Курская городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ОБУЗ «Курская областная многопрофильная клиническая больница» госпошлину в доход бюджета муниципального образования «город Курск» по 3 000 рублей с каждого.

Возвратить истцу ФИО1 уплаченную им согласно чеку по операции ПАО Сбербанк от ДД.ММ.ГГГГ. госпошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Курский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Курска в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, которое стороны могут получить 18.09.2025г. в 17.30 часов.

Судья А.В. Арцыбашев