судья Бек О.Ю. дело № 22-1505/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск 23 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего судьи Шайдуллина Н.Ш.

судей Капельки Н.С. и Рахматулловой Л.Т.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Федотовой А.Н.

с участием прокурора Зайцевой З.Б.

осужденных ФИО1, ФИО2 и их защитников адвокатов Бережной Е.К. и Тихоновой К.Ю.

переводчика П.у

рассмотрела в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Тихоновой К.Ю., Бережной Е.К., осужденной ФИО2, апелляционному представлению прокурора Октябрьского округа г.Мурманска Степановой Т.В.

на приговор Октябрьского районного суда г. Мурманска

от 20 октября 2025 года, которым

ФИО1, ***, несудимый,-

осужден по п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 06.07.2016 № 375-ФЗ) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с зачетом времени содержания под стражей с 16.04.2025 до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

ФИО2, ***, несудимая,-

осуждена по п. «а» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 06.07.2016 № 375-ФЗ) к 2 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима с зачетом времени содержания под стражей с 20.10.2025 до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи по уголовному делу в период предварительного расследования, в размере 63813 руб. 20 коп.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад председательствующего о содержании приговора, апелляционных жалоб и представления, выступления осужденных ФИО1 и ФИО2 в режиме видео-конференц-связи, их защитников адвокатов Бережной Е.К. и Тихоновой К.Ю., поддержавших доводы жалоб, прокурора Зайцевой З.Б., полагавшей приговор подлежащим изменению по доводам представления, а жалобы оставлению без удовлетворения, судебная коллегия,-

установила:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в организации незаконной миграции, т.е. незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, совершенной в составе организованной группы.

Преступление, как установил суд, совершено в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор Октябрьского округа г.Мурманска Степанова Т.В., не оспаривая фактические обстоятельства дела, полагает приговор подлежащим изменению ввиду неправильного применения судом уголовного закона.

Ссылаясь на положения ст. ст.297, 307, 389.18 УПК РФ, ч.1 ст. 104.1, ч. 2 ст. 104.2 УК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в пп.3 (3), 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14.06.2018 № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», указывает, что суд не разрешил вопрос о конфискации денежной суммы в размере, соответствующей общей сумме преступного дохода, либо иного имущества, стоимость которого соответствует сумме денежных средств, полученных осужденными от иностранных граждан за организацию их незаконного пребывания на территории Российской Федерации, что по смыслу закона относится к вопросам, подлежащим разрешению судом в совещательной комнате при постановлении приговора.

Отмечает, что осужденные извлекли доход от организации незаконного пребывания иностранных граждан в Российской Федерации в размере не менее 27000 рублей, и то обстоятельство, что денежные средства не были изъяты и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств, их конфискации согласно положениям ч.1 ст.104.2 УК РФ не препятствует; между тем денежные средства, полученные в результате совершения преступления в сфере незаконной миграции, судом конфискованы в доход государства не были.

Просит приговор изменить, на основании ч.1 ст.104.2 УК РФ взыскать в счет конфискации с ФИО1 и ФИО2 денежные средства в сумме 27000 рублей.

В апелляционной жалобе адвокат Тихонова К.Ю. в интересах ФИО2 выражает несогласие с приговором ввиду чрезмерной суровости назначенного осужденной наказания и ошибочного взыскания с осужденной процессуальных издержек за услуги адвоката Дышина А.М.

В обоснование доводов указывает, что ФИО2 ранее не судима, вину признала в полном объеме, в содеянном раскаялась, что подтверждается ее явкой с повинной, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, страдает рядом заболеваний, на стадии предварительного следствия сотрудничала с органами предварительного следствия, давая правдивые показания; на её иждивении находится двое несовершеннолетних детей, один из которых является инвалидом, а второй имеет особенности в психическом развитии, при этом на момент совершения преступления у ФИО2 на иждивении было трое малолетних детей: 2008, 2007, 2004 годов рождения.

Полагает, что совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, а также поведение ФИО2 после совершенного преступления свидетельствуют о том, что осужденная перестала быть общественно-опасной и ее исправление возможно без изоляции от общества, а активное способствование раскрытию и расследованию преступления существенно уменьшило общественную опасность совершенного преступления, что позволяло суду применить в отношении ФИО2 положения ст.ст. 64 и 73 УК РФ.

Кроме того, считает ошибочным решение суда о взыскании с ФИО2 процессуальных издержек за услуги адвоката Дышина А.М., поскольку указанный защитник на стадии предварительного следствия представлял интересы другого обвиняемого.

Просит приговор в отношении ФИО2 изменить, применить положения ст.ст. 64 и 73 УК РФ, смягчить назначенное ей наказание, в части взыскания с осужденной процессуальных издержек приговор отменить.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО2 выражает несогласие с приговором ввиду чрезмерной суровости назначенного ей наказания.

В обоснование жалобы указывает, что суд не учел наличие на ее иждивении двоих несовершеннолетних детей, один из которых является инвалидом; судом в недостаточной мере учтено, что на следствии она давала признательные показания, раскаялась, а также неудовлетворительное состояние её здоровья, указывая, что в 2020 году у неё был двойной перелом правой ноги, имеется позвоночная грыжа, артроз плечевого сустава 2 степени, сердечное давление, в связи с чем она не может содержаться в условиях следственного изолятора.

В апелляционной жалобе адвокат Бережная Е.К. в интересах ФИО1 считает приговор незаконным и немотивированным, а назначенное осужденному наказание чрезмерно суровым, несоразмерным содеянному.

В обоснование жалобы указывает, что суд ошибочно расценил действия ФИО1 как организатора и руководителя организованной преступной группы, полагая, что содеянное им должно быть квалифицировано по признаку совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, при этом наличие связей с иностранными гражданами и владение информацией о порядке и сроках пребывания иностранцев в Российской Федерации, по мнению защитника, не доказывают роль ФИО1 как организатора группы, поскольку являются очевидными факторами жизни для иностранцев в чужой стране, при этом иностранные граждане сами обращались к ФИО1, что подтверждается показаниями свидетеля С1 – единственного допрошенного иностранного гражданина в рамках настоящего уголовного дела;

-вывод суда в части наличия признаков организованной группы считает необоснованным, поскольку группа состояла лишь из двух лиц, которая совершила одно длящееся преступление, что свидетельствует об отсутствии согласованности и последовательности, четкого плана действий и тщательной подготовки между их участниками, при этом действия ФИО1 в сравнении с другим участником группы являлись незначительными и заключались в передаче документов и вознаграждения; сам ФИО1 не преследовал корыстной цели и материальной выгоды от совместной деятельности с ФИО2 не имел, денежные средства он передавал ФИО2, оставляя себе незначительную часть на изготовление документов и заправку автомобиля;

-при назначении наказания суд не учел характер и степень общественной опасности преступления, размер причиненного вреда, а также влияние наказания на условия жизни семьи осужденного; приговор не соответствует положениям ст. 60 УК РФ, а также принципам справедливости и гуманизма, суд не обосновал невозможность изменения категории преступления и применения положений ст. 73 УК РФ.

По изложенным основаниям адвокат просит приговор изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора сведения о совершении ФИО1 преступления из корыстных побуждений; квалифицировать действия ФИО1 как организация незаконной миграции, совершенная группой лиц по предварительному сговору; назначить ФИО1 условное осуждение с учетом положений ст.73 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 и ФИО2 в организации незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании собранных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона доказательств, подробно изложенных в приговоре.

Фактические обстоятельства совершенного ФИО1 и ФИО2 за денежное вознаграждение организации незаконного пребывания 6 /шести/ иностранных граждан, в результате которой те получили право находиться на территории Российской Федерации в течение срока действий фиктивных трудовых и договоров гражданско-правового характера, установлены судом на основании анализа и оценки показаний самих осужденных, данных ими в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в порядке ст.276 УПК РФ.

Из показаний ФИО1 на предварительном следствии, которые были оглашены в судебном заседании, следует, что в середине мая 2020 года к нему обратился гражданин Республики Кыргызстан С2, который попросил за денежное вознаграждение помочь с оформлением документов для продления срока пребывания на территории Российской Федерации. Он в свою очередь предложил ФИО2, с которой познакомился в марте 2020 года, заключать поддельные гражданско-правовые договоры с иностранными гражданами для продления срока их пребывания в России, объяснив ей алгоритм ее действий. По мере того, как к нему обращались иностранные граждане, он получал от них необходимые документы для заключения фиктивных договоров, вместе с ФИО2 они предоставляли в УВМ УМВД по Мурманской области фиктивные договоры гражданско-правового характера о трудоустройстве иностранных граждан. Всего за период с мая 2020 года по март 2023 года по его предложению ФИО2 заключила шесть фиктивных договоров гражданско-правового характера с иностранными гражданами.

Из исследованных в судебном заседании показаний ФИО2 на предварительном следствии, согласившейся с предъявленным ей обвинением в части заключения фиктивных трудовых договоров в интересах иностранных граждан, следует, что поскольку она нигде не работала, нуждалась в денежных средствах, то согласилась с предложением ФИО1 на организацию незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан путем предоставления в УВМ УМВД по Мурманской области фиктивных договоров гражданско-правового характера о трудоустройстве иностранных граждан. Всего за период с мая 2020 года по март 2023 года за денежное вознаграждение она заключила шесть фиктивных договоров гражданско-правового характера с иностранными гражданами С2, С3, С4, С5, С6, С1, которые по договорам не работали, никаких услуг не оказывали, деньги она им не платила.

При проверке сообщенных на допросе сведений ФИО2, находясь по месту своего жительства, а также расположения отделения почтовой связи и учреждения миграционной службы, воспроизвела механизм своих действий и указала на обстоятельства ее совместной с ФИО1 преступной деятельности по организации незаконной миграции.

Вина ФИО1 и ФИО2, также подтверждена:

-показаниями свидетеля С1, из которых следует, что в январе 2023 года он приехал в г.Мурманск из Республики Кыргызстан; поскольку у него заканчивался трёхмесячный срок пребывания, он через мессенджер «Телеграм» в группе «*» обратился за помощью в заключении трудового договора, необходимого для пребывания в Российской Федерации, на которое откликнулся ФИО1 /***/; с ним он встретился у кафе «Белый Кролик», передав свой паспорт, миграционную карту и отрывную часть бланка уведомления о прибытии иностранного гражданина в место пребывания; через некоторое время ФИО1 вернул ему документы, а также два экземпляра договоров от 13.03.2023 об оказании услуг в качестве водителя, якобы заключенные между ним, С1, и ФИО2, а он в свою очередь передал ФИО1 5000 руб. за оказанную услугу; водителем у ФИО2 он никогда не работал;

- протоколом отождествления личности по фотографии с участием С1, проведённого в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий, опознавшего ФИО1 как лицо, которое организовало его незаконное пребывание в Российской Федерации путем заключения фиктивного гражданско-правового договора от имени ФИО2;

- показаниями свидетеля П. – специалиста МООО «*» о том, что комплект изготовленных в организации документов, послуживших основанием для продления срока пребывания в Российской Федерации С2., С3, С4, С5, С6, С1 в период 2020-2023 годов, в том числе договоров, где работодателем выступала ФИО2, последняя получала на руки лично;

- показаниями на предварительном следствии заместителя начальника ОВТМ УВМ УМВД России по Мурманской области С7, допрошенной в качестве специалиста, из которых следует, что ФИО2 заключила гражданско-правовые договоры с иностранными гражданами, которые послужили основанием для продления срока их пребывания на территории Российской Федерации;

- протоколом явки с повинной ФИО2;

- протоколам осмотра предметов от 30.04.2025, в ходе которого осмотр компакт-диск, содержащий сведения о соединениях абонентских номеров, используемых ФИО1 и ФИО2;

- протоколом осмотра предметов от 24.05.2025, в ходе которого осмотрен компакт-диск, содержащий фонограмму телефонного разговора ФИО2 и С8;

- протоколом осмотра телефона ФИО1 от 24.05.2025;

- протоколами получения образцов подписи ФИО2 для сравнительного анализа;

- заключениями судебных почерковедческих экспертиз, согласно которым подписи в уведомлениях о заключении трудовых или гражданско-правовых договоров на выполнение работ или в самих договорах в отношении иностранных граждан С2, С3, С4, С5, С6 выполнены, вероятно, ФИО2;

-вещественными и иными доказательствами, приведёнными в приговоре.

Правильно установив фактические обстоятельства, связанные с организацией осужденными незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, суд в то же время без достаточных на то оснований пришел к выводу о совершении ими данного преступления в составе организованной группы.

Согласно ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Под устойчивостью группы понимается наличие постоянных связей между ее членами и деятельность по подготовке и совершению преступлений.

В обоснование своего вывода суд в приговоре указал, что созданная и возглавляемая ФИО1 организованная группа отличалась устойчивостью, организованностью и сплочённостью, что выражалось в стабильности ее состава, все её участники были объединены единым умыслом, направленным на организацию незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, действия участников были согласованы, между ними существовало четкое распределение ролей, каждому из преступлений предшествовала тщательная подготовка, а ФИО1 являлся её организатором, поскольку подыскивал лиц для заключения фиктивных договоров, направлял их к ФИО2, давал им иные указания, получал деньги и распределял незаконную прибыль между соучастниками. Указанные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, свидетельствуют о совершении осужденными преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.322.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 06.07.2016 № 375-ФЗ), в составе организованной группы.

Признавая ФИО1 организатором данного преступления, суд в приговоре указал, что осужденный, выполняя функцию руководителя преступной группы, приискивал иностранных граждан, срок пребывания которых в Российской Федерации подходил к концу, осуществлял сбор необходимых документов, денежных средств, полученных за оказанные услуги, распределяя доход между ее участниками, организовывал изготовление бланков поддельных гражданско-правовых договоров.

По смыслу закона организатором является лицо, руководившее организованной группой. Такая деятельность предполагает руководство уже созданной организованной группой. К функциям организатора относится принятие решений, связанных как с определением целей и разработкой общих планов деятельности организованной группы, их материальным обеспечением, так и с совершением конкретных преступлений (распределение ролей между соучастниками, разработка способов совершения и сокрытия совершенных преступлений, принятие мер безопасности и конспирации, распределение средств, полученных от преступной деятельности).

Между тем данных о том, что ФИО1 проявлял инициативу в поисках иностранных граждан для заключения с ними фиктивных договоров, дающих основание для пребывания в Российской Федерации, материалы дела не содержат. Напротив, из вышеприведенных выше показаний С1 /единственного из допрошенных на следствии иностранных граждан, в отношении которых действиями осуждённых был продлен срок их пребывания в России/, следует, что он сам через мессенджер «Телеграм» вышел на ФИО1, который согласился оказать ему помощь в оформлении соответствующих документов; по делу не установлено, что такие услуги осужденные оказывали систематически, о чем свидетельствует значительный период между преступлениями, в частности между организацией незаконного пребывания гражданина Республики Кыргызстан С2 и организацией такого же пребывания гражданина той же страны С3 прошло более полутора лет; между организацией незаконного пребывания граждан Республики Кыргызстан С6 и С1- около 9 месяцев;

При таком положении ссылка в приговоре на длительность существования группы как на один из признаков организованной группы не может быть признана состоятельной, как и ссылка на результаты оперативно-розыскной деятельности как на доказательство совершения преступления организованной группой, поскольку в приговоре отсутствует анализ полученных в результате ОРМ данных.

Из содержания протокола осмотра оптического диска, содержащего сведения о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами, использовавшимися осужденными, следует, что телефонные переговоры между ними происходили исключительно в периоды совершения действий, связанных с оформлением необходимых документов в отношении конкретных иностранных граждан; содержание разговора между ФИО2 и С8 свидетельствует лишь о высказанном осуждённой своей знакомой опасении за свою судьбу в связи в задержанием ФИО1, в телефоне которого, вопреки ссылке суда о систематической поддержке связи между осуждёнными, обнаружена лишь одна фотография, датированная 12.01.2022, имеющая отношение, очевидно, к организации незаконного пребывания гражданина С5

Следует отметить, что оперативно-розыскные мероприятия по делу были начаты с 04.03.2025 после дачи судом разрешения на их проведение, в том числе на прослушивание телефонных переговоров, при этом до возбуждения уголовного дела 14.04.2025 оперативным путем установлен факт лишь одного вышеупомянутого разговора между ФИО2 и С8, и фактов организации осужденными незаконного пребывания иных иностранных граждан после последнего эпизода с С1 /период 13.03.2023-01.04.23/, не выявлено.

Нельзя признать убедительным вывод суда и о том, что ФИО1 в силу занятия в группе, состоящей из двух человек, лидерского положения, распределял незаконную прибыль между соучастниками, поскольку судом установлено и в приговоре отражено, что большую часть из полученных сумм, варьирующихся от 5000 руб. до 6000 руб., он отдавал ФИО2, при этом все деньги за оформление документов С3 осужденный передал ФИО2

Необходимо также отметить, что в состав группы не вовлекались иные лица, преступные действия совершались по одной и той же схеме, процесс организации незаконного пребывания иностранных граждан носил однотипный характер, осужденные за почти три года организовали незаконное пребывание на территории Российской Федерации лишь 6 иностранных граждан, один из которых являлся родственником ФИО1

Формулировка предъявленного ФИО1 ФИО2 обвинения, так как она изложена в обвинительном заключении, свидетельствует о совершении ими каждый раз самостоятельных, а не продолжаемого преступления, что, однако, в силу положений ст. 252 УПК РФ препятствует судебной коллегии квалифицировать содеянное ими как отдельные деяния.

При таком положении приведенные в апелляционной жалобе защитника ФИО1 доводы об отсутствии доказательств совершения осужденным преступления в составе организованной группы, аналогичные тем, которые сторона защиты приводила в суде первой инстанции, заслуживают внимания, в связи с чем с приведенными в приговоре мотивами принятого решения при определении формы соучастия исходя из степени сплоченности участвующих в его совершении лиц, согласиться оснований не имеется, поскольку выводы суда в этой части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Таким образом положения уголовного закона, а именно статьи 35 Уголовного кодекса Российской Федерации судом применены неправильно, поскольку наличие предусмотренных указанной нормой признаков организованной группы не подтверждено исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе результатами оперативно-розыскных мероприятий, показаниями свидетелей.

В силу изложенного содеянное виновными надлежит квалифицировать как организация незаконного пребывания иностранных граждан, совершенная группой лиц по предварительному сговору; именно таким образом было сформулировано первоначальное обвинение ФИО1 и ФИО2 в связи с совершением ими действий, создавших условия для незаконного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан С2, С3 и С4, и лишь после выявления еще трех эпизодов преступной деятельности действия обвиняемых следствием были расценены как совершенные в составе организованной группы, при этом расследование по делу было завершено в течение 2 месяцев.

По мнению судебной коллегии для квалификации действий обоих осужденных по указанному признаку совершения данного преступления не имеет значения занятая ФИО2 позиция относительно предъявленного ей обвинения и отсутствие в её, а также жалобе защитника доводов относительно неправильного применения судом первой инстанции уголовного закона, поскольку суд апелляционной инстанции в силу положений ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке не связан с доводами апелляционных жалоб, и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

В связи с изменением квалификации содеянного виновными определенный судом срок лишения свободы подлежит снижению, при этом назначенный каждому из них вид наказания изменению не подлежит, поскольку он назначен с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств дела, а также данных о личности осужденных, приведённых в приговоре, и обстоятельств, смягчающих наказание.

Новых данных, имеющих значение для решения данного вопроса, которые не были известны суду первой инстанции, либо которые в силу требований закона могли бы являться основанием для условного осуждения, в материалах дела не имеется, и в суд апелляционной инстанции не представлено.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного осужденными преступления, дающих основания для назначения им наказания в соответствии с положениями ст. 64 УК РФ, судом первой инстанции не установлено, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Выводы суда о назначении ФИО1, ФИО2 наказания в виде лишения свободы, отсутствии оснований для изменения категории преступления в силу положений ч.6 ст.15 УК РФ, судом должным образом мотивированы, и оснований не согласиться с ними не имеется.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 и ФИО2 надлежит отбывать назначенное судом лишение свободы, определен судом правильно в соответствии с положениями п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ.

Вопреки доводам осужденной ФИО2, приведенным ею в своей апелляционной жалобе, медицинского заключения, свидетельствующего о наличии у неё заболеваний, препятствующих отбыванию наказания в виде лишения свободы, и сведений о невозможности её лечения в системе исправительных учреждений ФСИН России, материалы дела не содержат.

В соответствии с п.5 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать обоснование принятых решений по вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО1 и ФИО2 осуществили организацию незаконного пребывания иностранных граждан в Российской Федерации и извлекли доход от данной преступной деятельности в размере не менее 32000 рублей.

В соответствии с положениями п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискации, то есть принудительному безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора подлежат, в частности, деньги, полученные в результате, в том числе, преступления, предусмотренного ст. 322.1 УК РФ, если оно совершено из корыстных побуждений.

Согласно ч. 1 ст. 104.2 УК РФ если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в статье 104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 года N 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», конфискация имущества исходя из требований статей 104.1 УК РФ подлежит обязательному применению при наличии оснований и соблюдении условий, предусмотренных нормами главы 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом уголовный закон не только предоставляет возможность, но и обязывает суд принимать решения о конфискации денежных средств, каких-либо ценностей или иного имущества, полученных виновным в результате совершения преступлений, указанных в ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

Суд первой инстанции, постановив обвинительный приговор в отношении осужденных, указанные выше требования уголовного закона не выполнил, не рассмотрев вопрос о конфискации имущества, подлежащий разрешению судом в совещательной комнате при постановлении приговора (п. 10.1 ст. 299 УПК РФ).

При таком положении, учитывая, что денежные средства в виде дохода от преступной деятельности в размере 32000 рублей, полученного ФИО1 и ФИО2 в ходе предварительного следствия обнаружены не были, эта сумма подлежит конфискации в доход государства в порядке ст. 104.1 УК РФ, при этом не имеет значение то обстоятельство, что в представлении прокурора указана иная сумма, чем установлено по делу. Поскольку установлены конкретные суммы, полученные каждым из соучастников, то обращению в доход государства подлежит с ФИО1 10000 рублей; с ФИО2 - 22000 руб.

Приведённые в жалобе защитника ФИО1 доводы об отсутствии у последнего корыстной цели при совершении действий, направленных на организацию незаконной миграции, не могут быть признаны обоснованными, поскольку сам осужденный получение денежных средств от иностранных граждан за оказанные услуги не отрицал, при этом не имеет значения, на какие нужды им были потрачены деньги.

Доводы защитника ФИО2 в части необоснованного взыскания с осужденной процессуальных издержек в размере 63813 руб. 20 коп. заслуживают внимания, поскольку в указанную сумму включены процессуальные издержки в размере 14691 руб. 60 коп, связанные с оказанием юридической помощи адвокатом Дышиным А.М., который на стадии предварительного следствия представлял интересы ФИО1

Кроме того, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Во вводной части приговора суд первой инстанции указал, что ФИО2 имеет одного несовершеннолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в то время как при изучении личности осужденной судом установлено, что на иждивении у ФИО2 находятся двое несовершеннолетних детей, 2011 и 2008 годов рождения.

Данная ошибка носит характер технической, в связи с чем приговор в этой части подлежит корректировке.

Иных оснований для изменения обжалуемого приговора не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия,-

определила:

приговор Октябрьского районного суда г. Мурманска от 20 октября 2025 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить.

Исключить из приговора указание о совершении осужденными преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 322.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 06.07.2016 № 375-ФЗ), в составе организованной группы, считать совершение ФИО1 и ФИО2 данного преступления группой лиц по предварительному сговору.

Снизить срок назначенного осуждённым лишения свободы:

- ФИО1 до 02 лет;

- ФИО2 до 01 года 06 месяцев;

- во вводной части приговора указать, что ФИО2 имеет двоих несовершеннолетних детей -2011 и 2008 годов рождения;

- снизить сумму взысканных с осужденной ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальных издержек, состоящих из сумм, выплаченных адвокатам за оказание юридической помощи по уголовному делу в период предварительного расследования, до 49120 руб. 60 коп. /63813 руб. 20 коп.- 14692 руб. 60 коп/.

В порядке ст. 104.2 УК РФ конфисковать и обратить в доход государства с осужденного ФИО1 - 10000 /десять тысяч/ рублей; с осужденной ФИО2 - 22000 /двадцать две тысячи/ рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора Октябрьского округа г.Мурманска Степановой Т.В. удовлетворить, апелляционные жалобы адвокатов Тихоновой К.Ю., Бережной Е.К., а также осужденной ФИО2 -удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, через суд первой инстанции в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора, вступившего в законную силу; в случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции.

В случае кассационного обжалования осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: