САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-1688/2026УИД: 78RS0007-01-2025-003775-80

Судья: Гусарова А.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 27 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего

Байбаковой Т.С.

судей

ФИО1 ФИО2

с участием прокурорапри помощнике

ФИО3 ФИО4

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2- 2152/2025 по апелляционной жалобе ФИО5 на решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 05 августа 2025 года по иску ФИО6 к ФИО5 о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

Заслушав доклад судьи Байбаковой Т.С., выслушав заключение прокурора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО6 обратился в Колпинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО5, в котором просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 55 000 рублей, по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В обоснование заявленных исковых требований истцом указано, что в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), произошедшего по вине ответчика, истцу был причинен вред здоровью средней тяжести, что в совокупности с его пожилым возрастом, длительным восстановлением, и даже невозможностью восстановиться, тем, что он испытывает постоянную боль при передвижениях, нарушением привычного образа жизни, привело к причинению истцу морального вреда.

Решением Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 05 августа 2025 года исковые требования удовлетворены частично.

С ФИО5 в пользу ФИО6 взысканы компенсация морального вреда в сумме 300 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в сумме 20 000 рублей, государственная пошлина 300 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказано.

С ФИО5 в доход бюджета Санкт-Петербурга взыскана государственная пошлина в сумме 2 700 рублей.

Не согласившись с указанным решением суда, ФИО5 подал апелляционную жалобу, в которой просит его изменить в части размера компенсации морального вреда и размера судебных расходов на оплату услуг представителя.

В суд апелляционной инстанции истец, ответчик не явились, извещены о судебном заседании надлежащим образом, в суд своих представителей не направили, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли.

Судебная коллегия на основании статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в пределах доводов жалобы в соответствии с требованиями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь нормами действующего законодательства, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что исковые требования о компенсации морального вреда обоснованы по праву и подлежат удовлетворению, размер компенсации морального вреда, определенный судом первой инстанции, составил 300 000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 1083, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая степень и характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, характер повреждений, их объем, отсутствие действий по оказанию помощи или компенсации причиненного вреда, исходя из принципов разумности и справедливости, фактических обстоятельств дела, учитывая имущественное положение ответчика, в собственности которого имеется автомобиль, который по его объяснениям и по имеющимся сведениям материалов дела не работает, по ответам на запросы в браке не состоит, детей не имеет, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца суммы компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.

Разрешая заявленные исковые требования о возмещении расходов на оплату услуг представителя в сумме 55 000 руб., суд первой инстанции пришел к следующему.

Несение расходов на оплату услуг представителя подтверждается заключенным 08.05.2024 договором об оказании комплексных юридических услуг между истцом и ФИО7 на оказание услуг по взысканию морального ущерба, полученного в результате ДТП, произошедшего 22.03.2023 по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, в перечень оказываемых услуг включены: ознакомление с документами, предоставленными заказчиком; правовой анализ сложившейся правоприменительной ситуации; написание и подача искового заявления в суд; написание и подача всех необходимых ходатайств по делу; участие в судебных заседаниях в суде первой инстанции; получение исполнительных документов. Стоимость услуг по договору составляет 55 000 руб. Согласно акту приема-передачи денежные средства в указанной сумме были переданы.

Ответчик возражал против удовлетворения требования о возмещении расходов в заявленном объеме, полагая их подлежащими взысканию в сумме 10 000 руб.

В договоре стоимость отдельных услуг не указана, суд первой инстанции исходил из равенства стоимости услуг. Сторона истца просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя, в телефонограмме от 07.07.2025 отражено, что представитель не имел намерения явиться в первое судебное заседание, сообщил о своем нахождении в г. Геленджике на дату судебного заседания, подтвердил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие истца и представителя, во второе судебное заседание не явился, дополнительных ходатайств или доказательств, несмотря на содержание искового заявления, на направленное истцу и представителю письмо о представлении дополнительных доказательств по делу, не поступало, в связи с изложенным, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оснований для возмещения ответчиком услуг, которые не были оказаны, в данном случае не имеется. Также суд первой инстанции указал, что составление искового заявления предполагает как ознакомление с документами, представленными заказчиком, так и анализ правоприменительной практики, а выдача исполнительного документа может быть осуществлена электронным способом.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, руководствуясь принципами разумности и справедливости, соразмерности, принимая во внимание объем оказанной представителем помощи, категорию и сложность дела, полагал возможным удовлетворить заявление о возмещении расходов на оплату услуг представителя частично, взыскав в пользу истца соответствующие расходы в размере 20 000 руб.

Руководствуясь ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб., которые были частично оплачены.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета Санкт-Петербурга при том, что пропорциональное ее взыскание в деле о взыскании компенсации морального вреда (требование неимущественного характера) не предусмотрено – в сумме 2 700 руб.

Вместе с тем, судебная коллегия не может в полном объеме согласиться с выводами суда первой инстанции в части размера компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Разъяснения по применению правовых норм, относительно взыскания компенсации морального вреда содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (пункт 28).

Из анализа приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что если суд пришел к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной.

Таким образом, выводы суда об определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда не отвечают нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, поскольку взысканный с ответчика в пользу истца Ф. размер компенсации морального вреда необоснованно завышен, не отвечает принципу разумности и справедливости.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, из постановления Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга от 29.09.2023 по делу № 5-1068/2023 в отношении ФИО5 следует, что 22.03.2023 в 17-14 час. ФИО5, управляя транспортным средством Опель астра, г.р.з. №..., двигаясь по дворовой территории от 

<

адрес> в сторону ул. Загородной и совершая левый поворот в сторону Балканской дороги, по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, нарушил п. 8.1, 8.3 ПДД РФ, а именно: управляя транспортным средством, при выезде на дорогу с прилегающей территории не убедился в безопасности своего маневра, не предоставил преимущество движения автомобилю Хундай, г.р.з. №..., под управлением ФИО6, движущемуся по этой дороге, после чего транспортное средство Хундай под управлением ФИО6 совершило наезд на препятствие (осветительную опору), в результате столкновения водитель транспортного средства Хундай ФИО6 согласно заключению эксперта № 362, получил повреждения, расценивающийся как вред здоровью средней тяжести, у пассажира транспортного средства Хундай ФИО8 каких-либо объективных признаков повреждений не отмечено. ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев. ФИО5 обжаловал постановление. Решением Санкт-Петербургского городского суда от 28.11.2023 постановление оставлено без изменения.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу постановлением суда по делу об административном правонарушении, обязательны для суда в рамках настоящего дела по вопросам, имели ли место соответствующие действия и совершены ли они ответчиком. Таким образом, суд первой инстанции нашел установленным факт причинения вреда здоровью истца ответчиком при управлении транспортным средством – источником повышенной опасности, объем причиненного вреда находится в прямой причинной связи с указанными действиями ответчика.

Согласно заключению эксперта СПб ГБУЗ «БСМЭ» № 362/11/2023 от 02.06.2023, у ФИО6 установлены: 

<

...>. Указано на признак длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше 3х недель (время, объективно необходимое для восстановления анатомо-физиологических соотношений в зоне травмы, независимо от срока лечения). Установлен вред здоровью средней тяжести.

Ссылки ответчика на непредставление истцом доказательств факта причинения морального вреда суд первой инстанции отклонил, поскольку при причинении вреда здоровью факт причинения морального вреда презюмируется.

Суд первой инстанции принял во внимание, что пострадавший в результате ДТП ФИО6 является пожилым человеком, на момент ДТП ему был 71 год, подтвержденная травма требовала длительного восстановления, при этом связана со способностью к ходьбе.

Доказательств принесения ответчиком извинений, предложения компенсации причиненного вреда или оказания помощи после ДТП в материалы дела не представлено, напротив, из постановления по делу 5-1068/2023 следует, что по показаниям свидетелей после совершения ДТП ответчик помощь не предлагал, был безразличен к произошедшему, в последующем не звонил, при этом истцу была вызвана бригада скорой медицинской помощи.

Суд первой инстанции полагал, что указанные доказательства и обстоятельства свидетельствуют об отношении ответчика к имевшему месту событию, и ответчиком не было принято каких-либо мер по добровольной компенсации причиненного ущерба, оказанию помощи, учитывая также то обстоятельство, что в добровольном порядке ущерб полностью или частично не был компенсирован.

Суд первой инстанции отметил, что указанное не вступает в противоречие с приобщенной видеозаписью момента ДТП, имеющейся в материалах дела 5-1068/2023.

Наличия в действиях истца грубой неосторожности, в том числе содействовавшей возникновению или увеличению вреда, с которой ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает уменьшение размера возмещения вреда, судом первой инстанции не установлено. Ответчик указал, что истец в момент ДТП не был пристегнут - ответчик суду первой инстанции пояснил, что данное утверждение является его убеждением, поскольку иным образом истец не получил бы травму ноги, вместе с тем, объяснения ответчика подлежат доказыванию, и какими-либо достоверными доказательствами по делу не подтверждены, усмотреть таковое из видеозаписи момента ДТП не представляется возможным.

Довод апелляционной жалобы о необходимости обращения истцом в страховую компанию за страховым возмещением по ОСАГО основан на неверном толковании норм материального права.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Обязанность по компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, возлагается непосредственно на причинителя вреда.

Выплата страхового возмещения по договору ОСАГО не освобождает причинителя вреда от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный потерпевшему.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Таким образом, получение страхового возмещения по ОСАГО не лишает потерпевшего права требовать компенсации морального вреда непосредственно с причинителя вреда, поскольку данные требования имеют различную правовую природу. Суд первой инстанции обоснованно отклонил указанный довод ответчика, правомерно указав, что получение страхового возмещения не исключает права истца на компенсацию морального вреда с ответчика.

Довод апелляционной жалобы о несостоятельности ссылок суда первой инстанции на возраст потерпевшего при определении размера компенсации морального вреда отклоняется судебной коллегией, поскольку в соответствии с п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья.

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что истцу ФИО6 на момент ДТП был 71 год, что в силу возрастных особенностей организма объективно повлияло на более длительный период восстановления после полученной травмы. Учет возраста потерпевшего при определении размера компенсации морального вреда соответствует разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации и является правомерным.

Также суд первой инстанции указал, что доказательств принесения ответчиком извинений, предложения компенсации причиненного вреда или оказания помощи после ДТП в материалы дела не представлено, напротив, из постановления по делу об административном правонарушении следует, что после совершения ДТП ответчик помощь не предлагал, был безразличен к произошедшему.

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что не оспаривает факт причинения истцу физических страданий в связи с получением травмы в результате ДТП, однако полагает, что установленный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда является необоснованным, чрезмерно завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции правильно установил наличие оснований для взыскания компенсации морального вреда, однако не может в полном объеме согласиться с постановленным ко взысканию размером компенсации морального вреда в размере 300 000 руб., полагая, что данный размер является завышенным и не соответствующим требованиям разумности и справедливости.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ответчик поддержал указанный довод апелляционной жалобы, также сославшись на свое тяжелое материальное положение.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 43 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 ГПК РФ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не установлены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 ГПК РФ), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 ГПК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 29 Постановления Пленума ВС РФ № 13 от 19.06.2012, учитывая, что в суде первой инстанции не были доказаны такие обстоятельства, судебная коллегия предложила ответчику представить дополнительные доказательства его имущественного и семейного положения.

Однако в судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчик не явился, дополнительных доказательств в материалы дела не представил, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявлял.

Согласно исковому заявлению, истцом ко взысканию заявлена сумма в 400 000 руб., при этом истец, указавший в исковом заявлении, что в ходе судебного разбирательства будут представлены дополнительные доказательства по делу, таковых суду первой инстанции не представил, заявил о рассмотрении дела в свое отсутствие, в отсутствие представителя. В его адрес и в адрес представителя судом первой инстанции было направлено письмо о необходимости представления дополнительных доказательств, которое является доставленным в порядке ст. 165.1 ГК РФ, также было вручено представителю, однако, дополнительные доказательства представлены не были. Таким образом, прохождение дополнительного лечения не подтверждено.

Таким образом, судебная коллегия, исходя из доказательств, представленных суду первой инстанции, приходит к выводу, что истец после оказания ей первой медицинской помощи, за медицинской помощью не обращался, у врача по поводу данной травмы не наблюдается, сведений о проведенном лечении указанной травмы, полученной в результате дорожно-транспортном происшествия, и сроках фактического лечения, не представлено.

Таким образом, по смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени, понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями его личности, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела, тогда как степень тяжести состояния здоровья истца, очевидно, не соответствуют удовлетворенному размеру компенсации морального вреда.

Судебная коллегия, проанализировав обстоятельства дела и материалы дела, доводы апелляционной жалобы и пояснения ответчика, считает, что взысканная судом первой инстанции сумма компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. не в полной мере отвечает принципам разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, судебная коллегия принимает во внимание характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, который выражается в причинении вреда здоровью средней тяжести в виде 

<

...>, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы. Указанные повреждения повлекли длительное расстройство здоровья, ограничение физической активности, изменение привычного образа жизни истца. Также судебная коллегия учитывает возраст истца (71 год), что объективно повлияло на процесс восстановления, однако принимает во внимание, что доказательств невозможности восстановления и постоянных болей, на что ссылался истец, в материалы дела не представлено, несмотря на то что судом первой инстанции истцу было предложено представить указанные доказательства.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что ответчик вину в дорожно-транспортном происшествии не оспаривает, однако не предпринял каких-либо мер по добровольной компенсации причиненного вреда и оказанию помощи потерпевшему.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание имущественное положение ответчика, который, по данным из материалов дела, в браке не состоит, детей не имеет, однако имеет в собственности автомобиль, судебная коллегия полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, в размере 200 000 рублей.

Указанная сумма, по мнению судебной коллегии, в полной мере соответствует характеру и степени причиненных истцу физических и нравственных страданий, учитывает его возраст, длительность лечения, а также требования разумности и справедливости, и будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции обоснованно, руководствуясь принципами разумности и справедливости, учитывая объем оказанной представителем помощи, категорию и сложность дела, а также то обстоятельство, что представитель не принимал участия в судебных заседаниях суда первой инстанции, снизил размер заявленных ко взысканию расходов на оплату услуг представителя с 55 000 рублей до 20 000 рублей.

Оснований для большего снижения указанных расходов, вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает, поскольку взысканная судом сумма в размере 20 000 руб. является разумной и соразмерной объему оказанных услуг (составление искового заявления, подготовка документов).

При таком положении судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда.

В остальной части решение суда первой инстанции является законным, обоснованным, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 05 августа 2025 года изменить в части размера компенсации морального вреда.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО6 компенсацию морального вреда в сумме 200 000 рублей.

В остальной части решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 05 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 марта 2026 года.