Судья фио№ 10-15111/25

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес 14 июля 2025 года

Московский городской суд в составе: председательствующего - судьи фио, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Глазыриным А.А., с участием 

прокурора отдела прокуратуры адрес фио, 

обвиняемого фио, его защитника – адвоката фио, предъявившего удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката фио на постановление Тверского районного суда адрес от 19 мая 2025 года о продлении срока содержания под стражей в отношении

ФИО1, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, женатого, имеющего двоих малолетних детей, не работающего, зарегистрированного по адресу: адрес, фактически проживающего по адресу: адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ,

выслушав участников судопроизводства, исследовав представленные материалы, суд

УСТАНОВИЛ:

в производстве 12 отдела ГСУ ГУ МВД России по адрес находится уголовное дело, возбужденное 22 августа 2023 года по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Срок предварительного следствия по уголовному делу продлен до 22 августа 2025 года.

30 июля 2024 года ФИО1 задержан по подозрению в совершении преступления, в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ.

1 августа 2024 года Тверским районным судом адрес в отношении фио избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

6 августа 2024 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

11 апреля 2025 года ФИО1 предъявлено обвинение в окончательной редакции в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

14 апреля 2025 года ФИО1 и его защитник уведомлены об окончании следственных действий и 15 апреля 2025 года им предъявлены материалы дела для ознакомления. 

Срок содержания обвиняемого фио под стражей последовательно продлялся на основании постановлений суда в установленном законом порядке, в т.ч. обжалуемым постановлением Тверского районного суда адрес от 19 мая 2025 года срок содержания фио под стражей продлен на 02 месяца 07 суток, а всего до 12 месяцев 00 суток, то есть до 30 июля 2025 года.

В апелляционной жалобе адвокат Копёнкин И.О. выражает несогласие с постановлением суда, считая его незаконным и необоснованным, мотивируя тем, что выводы суда опровергаются материалами, исследованными судом при разрешении ходатайства следователя. В обоснование утверждает, что постановление суда основано на неправильном толковании положений гражданского законодательства, инкриминируемое ФИО1 деяние совершено в сфере предпринимательской деятельности при исполнении государственных контрактов, т.е. гражданско-правовых сделок, в период исполнения обвиняемым обязанностей генерального директора ООО «Радиоавтоматика», что исключает применение в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу.

В ходатайстве следователя и в прилагаемых к нему материалах не содержится конкретных сведений, опровергающих данные доводы защиты. Обращает внимание на то, что обвинение ФИО1 предъявлено в хищении путем обмана суммы, составляющей более сумма, в связи с чем оставшаяся сумма аванса в размере более сумма признается органом расследования как абсолютно легальные денежные средства, оплаченные за предоставленные со стороны ООО «Радиоавтоматика» услуги (работы). Два контракта, инкриминируемые как способ хищения, не признаны органом расследования противоправными, наряду с чем не представлено доказательств совершения деяния не в сфере предпринимательской деятельности, тогда как подзащитный являлся единоличным исполнительным органом коммерческой организации. С учетом изложенного, по мнению защитника, вывод суда о невозможности применения ч.11 ст.108 УПК РФ не мотивирован и является незаконным.

Кроме того, защитник указывает, что, согласно императивным законодательным нормам, избрание меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, совершенного в связи с осуществлением предпринимательской деятельности, допускается только в ряде случаев, которые в настоящем деле не подтверждены, поскольку обвиняемый имеет место жительства в РФ, где постоянно проживает; с момента возбуждения уголовного дела от органов предварительного расследования и суда не скрывался и не желает этого. 

Кроме того, защитник утверждает, что не доказан факт совершения преступления и что исполнителем или организатором этого преступления выступил ФИО1 При этом в материалах дела не представлено доказательств обоснованности подозрений в причастности обвиняемого к совершению инкриминированного преступления.

Вывод суда о наличии оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ, для продления в отношении фио меры пресечения в виде заключения под стражу является необоснованным. ФИО1 имеет постоянное место жительство в адрес, паспорт гражданина РФ у него изъят, загранпаспорт добровольно передан следователю, что свидетельствует о том, что обвиняемый не может покинуть пределы страны. Между возбуждением уголовного дела и задержанием фио прошло значительное время, за которое последний не скрылся от следствия. Также защитник отмечает, что на данный момент ФИО1 находится в списках персональных антироссийских санкций. Из представленных материалов не следует, что ФИО1 угрожал свидетелям или просил давать заведомо ложные показания по обстоятельствам расследуемого уголовного дела либо иным способом препятствовал производству по делу.

В ходе судебного разбирательства стороной защиты заявлялось, что у фио имеются проблемы со здоровьем, ему установлена вторая группа инвалидности, обвиняемый имеет двух несовершеннолетних детей, находящихся на его иждивении, один из которых является ребенком-инвалидом. Также на иждивении обвиняемого находится престарелая мать-инвалид третьей группы, имеющая проблемы со здоровьем. В связи с этим изоляция фио от общества и семьи крайне негативно сказывается на условиях его жизни и членах его семьи. Кроме того, ФИО1 имеет благодарственные письма и грамоты от различных организаций, положительно характеризуется, занимается благотворительностью, был поощрен и отмечен командующим ракетно-космическими войсками Министерства обороны РФ. Приведённые обстоятельства не приняты во внимание судом первой инстанции.

Суд нарушил принципы равенства и состязательности сторон. ФИО1 не обвиняется в насильственном, социально опасном преступлении, он не опасен для общества как гражданин, не страдает психическими отклонениями, инкриминируемые ему действия не повлекли вреда здоровью, не связаны с оружием. Расследование данного дела не представляет особой сложности, однако в связи с неэффективной организацией продолжается длительное время и приобрело характер явной волокиты. Суд не проанализировал фактичекскую возможность избрания более мягкой меры пресечения, не дал должной оценки соответствующим доводам защиты и немотивированно отказал в этом. На основании изложенного адвокат просит постановление суда отменить и применить иную, более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста, запрета определенных действий либо залога.

В судебном заседании обвиняемый под протокол и аудиозапись подтвердил, что получил копию апелляционной жалобы и своевременно извещен о судебном заседании, к участию в котором он полностью готов.

В судебном заседании обвиняемый и его защитник поддержали апелляционную жалобу, тогда как прокурор возражал против её удовлетворения.

Выслушав участников судопроизводства, изучив материалы дела и доводы, приведенные в жалобе, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из взаимосвязанных положений статей 97, 99 и 108 УПК РФ, мера пресечения в виде заключения под стражу может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями 11,12 и 2 ст.108 УПК РФ, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия и суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. При этом учитываются тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Как следует из ч.2 ст.109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня в порядке, установленном ч.3 ст.108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя в случаях, предусмотренных частью пятой статьи 223 УПК РФ, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или приравненного к нему военного прокурора, до 12 месяцев.

Как показало изучение материалов, данные требования уголовно-процессуального закона соблюдены в полной мере.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о всестороннем, полном и объективном рассмотрении материалов ходатайства и в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон.

Выводы судьи первой инстанции о необходимости применения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении фио основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании представленных материалов, фактических обстоятельств предъявленного обвинения и данных о личности обвиняемого, которые в совокупности являются достаточными для принятия законного и обоснованного решения.

Ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей под стражу возбуждено перед судом лицом, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия надлежащего руководителя следственного органа и отвечает требованиям статей 108, 109 УПК РФ.

Задержание произведено в соответствии с положениями ст.91 и 92 УПК РФ, в предусмотренном законом порядке и при наличии достаточных оснований. 

Обвинение предъявлено в порядке и сроки, регламентированные законом.

Исследовав представленные органом расследования материалы, судья пришел к правильному выводу, что указанные материалы, включая протокол допроса представителя потерпевшего, протоколы допросов свидетелей ФИО2, ФИО3, копии договоров от 01 декабря 2016 г. №45 и №46, заключение бухгалтерской судебной экспертизы и др. материалы, содержали достаточные данные, подтверждающие обоснованность подозрений органов предварительного расследования в причастности фио к совершению инкриминированного деяния, не предрешив вопросы его виновности в предъявленном обвинении.

Доводы защиты, формально не соглашающейся с указанными выводами, фактически сводятся к оспариванию обоснованности предъявленного обвинения, что не подлежит судебной проверке при решении вопроса о мере пресечения, поскольку на досудебной стадии производства по делу суд проверяет лишь наличие достаточных данных о возможности совершении данным конкретным лицом инкриминированного деяния и не вправе предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в том числе делать выводы о фактических обстоятельствах дела, оценке доказательств, квалификации деяния и т.п. Изложенное соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 15 февраля 2022 № 6-П, согласно которой избрание или продление меры пресечения не предполагает вторжения суда в существо вопросов, разрешаемых в силу прямого предписания статьи 299 УПК Российской Федерации при постановлении приговора: о доказанности деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, о том, является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей уголовного закона оно предусмотрено, виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, подлежит ли он наказанию за совершенное преступление, какое наказание должно быть ему назначено, имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания или для освобождения от наказания и какой вид исправительного учреждения и режим должны быть определены при назначении подсудимому лишения свободы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2017 года N 336-О, от 25 мая 2017 года N 970-О и от 25 ноября 2020 года N 2639-О). 

При решении вопроса о применении меры пресечения в виде заключения под стражу судья в соответствии со ст.99 УПК РФ также учел сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, в том числе те обстоятельства, на которые указала сторона защиты.

Вместе с тем, оценив данные обстоятельства в совокупности с иными представленными следователем материалами, судья пришёл к обоснованному выводу, что приведённые сведения сами по себе не препятствуют совершению действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и не обеспечат беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства, с учетом нижеследующих обстоятельств. 

В настоящее время ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления. В соответствии с предъявленным обвинением ему инкриминируется умышленное корыстное деяние, повлекшее причинение материального ущерба в особо крупном размере.

Вопреки доводам защиты, фактические сведения об указанных обстоятельствах, являющихся основанием для заключения обвиняемого под стражу, содержатся в представленных материалах, исследованных судом первой инстанции, выводы которого, таким образом, основаны на оценке и анализе конкретных материалов и фактических обстоятельствах дела и являются обоснованными.

Суд апелляционной инстанции учитывает ссылки защиты на отсутствие доказательств возможности фио скрыться от органов расследования и суда, оказать незаконное воздействие на участников судопроизводства или иным образом воспрепятствовать производству по делу, а равно на наличие работы и возможности проживать в московском регионе, однако исходит из того, что в основу позиции органа расследования о совершении инкриминированного деяния положены фактические данные, полученные на основе собранных доказательств, которые позволили органам расследования утверждать, что свое служебное положение фиоА использовал для осуществления противоправной деятельности, повлекшей причинение материального ущерба в особо крупном размере. Кроме того, ему инкриминируются умышленное деяние в составе организованной группы, тогда как согласно п.5 постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года №41 подозрение в совершении деяния в составе организованной группы само по себе может свидетельствовать о том, что лицо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Значимость данных обстоятельств актуализирована тем, что по уголовному делу было допрошены многочисленные лица, свидетельствами которых обосновано предъявленное обвинение, в то время как анкетные и контактные данные указанных лиц достоверно известны обвиняемому. Последнему, в свою очередь, предъявлено обвинение в преступлении, совершенном в соучастии с неустановленными и незадержанными до настоящего времени лицами. При этом изученные материалы также дают существенные основания полагать, что соучастники контролировали движение денежных средств, в хищении которых обвиняются, и, следовательно, могут их использовать для воспрепятствования производству по делу.

Наряду с изложенным, в ходе предварительного следствия были собраны доказательства, послужившие основанием для квалификации действий обвиняемого по квалифицирующему признаку мошенничества «организованной группой» и, соответственно, для усиления окончательного обвинения по сравнению с первоначальным, что, как следует из правовой позиции в определении Конституционного Суда РФ от 14.01.2020 N 6-О, не может не учитываться при оценке отношения лица к исполнению своих обязанностей, вызванных предъявлением обвинения (выдвижением подозрения) в совершении другого преступления в рамках вновь возбужденного уголовного дела.

Изложенные в совокупности свидетельствует о наличии по делу конкретных фактических обстоятельств, предусмотренных ст.97 УПК РФ, подтверждающих выводы суда первой инстанции.

С учетом изложенного приведенные доводы и заверения защиты, равно как и представленные суду положительные характеристики фио, сведения о состоянии здоровья его самого и членов его семьи, наличии поощрений и т.п., сами по себе не свидетельствуют о том, что обвиняемый лишен возможности уничтожить доказательства по делу, оказать давление на участников уголовного судопроизводства, скрыться от предварительного следствия или суда, связаться с предполагаемыми соучастниками для воспрепятствования производству по делу или оказать иное незаконное противодействие, что в настоящее время имеет существенное значение, поскольку производство по делу не завершено и не прекращено, собранные по делу доказательства судом не изучены, а свидетели и потерпевшие судом не допрошены.

Несмотря на просьбу защиты об изменении в отношении обвиняемого меры пресечения на зало, запрет определённых действий или домашний арест, применение заключения под стражу, обусловлено учетом положений, предусмотренных ст.97, 99 УПК РФ, исходя из конкретных обстоятельств дела, вышеприведенных сведений о личности обвиняемого, фактических обстоятельства предъявленного ему обвинения в умышленном деянии, повлекшем причинение материального вреда, его роли согласно существа предъявленного обвинения, что свидетельствует об индивидуализации решения вопроса о мере пресечения, и в данном случае, с учетом вышеприведенных обстоятельств, по мнению суда, исключает возможность применения более мягкой меры пресечения.

Исходя из этого, при установленных судом обстоятельствах, сведениях о личности обвиняемого, с учетом фактических обстоятельств и роли фио согласно существа предъявленного обвинения, следует согласиться с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения более мягкой меры пресечения, а также о том, что лишь мера пресечения в виде заключения под стражу обеспечит беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства. В данном случае применение к обвиняемому иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, повлечет существенное снижение эффективности мер контроля, позволит скрыться от следствия или суда, создаст условия для уничтожения доказательств и незаконного воздействия на участников уголовного судопроизводства, а также иным образом позволит противодействовать объективному разрешению уголовного дела (ч.1 ст.97 УПК РФ). При таких обстоятельствах оснований для применения иной, более мягкой меры пресечения, включая домашний арест, запрет определенных действий или залог, о чем просит защита, не имеется.

Несмотря на представленные сведения о состоянии здоровья фио и наличии у него хронического заболевания, в изученных документах отсутствуют сведения о том, что он страдает таким заболеванием, которое включено в перечень тяжёлых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утверждённый Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 г. №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений». Как следует из представленных материалов, медицинское заключение, вынесенное по результатам медицинского освидетельствования в соответствии с ч.11 ст.110 УПК РФ и постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 г. №3, о наличии у него тяжелого заболевания, препятствующего содержанию под стражей, не представлено. В настоящее время обвиняемый обеспечен гарантированной государством медицинской помощью согласно ст.24 ФЗ от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Таким образом, каких-либо обоснованных, документально подтверждённых сведений о невозможности содержания фио под стражей по состоянию здоровья суду не представлено. 

Удовлетворяя названное ходатайство, судья первой инстанции обоснованно исходил из особой сложности уголовного дела, обусловленной объемом дела, большим количеством следственных и процессуальных действий, спецификой механизма противоправной деятельности в условиях неочевидности с использованием мер вуалирования, производством судебных экспертиз, общей продолжительностью досудебного производства по уголовному делу, и, с учетом этого и объема подлежащих выполнению процессуальных действий, признал разумным испрашиваемый срок дальнейшего содержания под стражей. Несогласие стороны защиты с указанными обстоятельствами носит умозрительный характер и обусловлено исключительно избирательным подходом защиты, не основанном на оценке приведенных обстоятельств в совокупности, вследствие чего на обоснованность выводов суда на влияет.

Представленные материалы свидетельствуют, что после предыдущего продления срока содержания под стражей по делу проведена совокупность следственных и иных процессуальных действий, направленных на завершение расследования в разумный срок согласно ст.61 УПК РФ. В настоящее время следственные действия по делу завершены и защита знакомится с материалами уголовного дела согласно ст.217 УПК РФ. При таких данных следует согласиться с выводом судьи, что продление срока содержания под стражей, наряду с основаниями, предусмотренными ст.97 и 99 УПК РФ, обусловлено необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, направленных на окончание производства следственных действий по делу и обеспечивающих установленную законом процедуру разрешения уголовного дела. Время для производства указанных процессуальных действий увеличивает сроки производства по уголовному делу и свидетельствует о наличии объективных причин, препятствующих своевременному окончанию расследования дела до истечения срока содержания обвиняемого под стражей. Исходя из изложенного, следует признать правильность выводов судьи о наличии объективных причин для невозможности своевременного окончания процессуальных действий на досудебной стадии производства. Исходя из изложенного, признаков явной и существенной волокиты по уголовному делу, не усматривается.

С учетом изложенного, обстоятельства, исходя из которых в отношении фио была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, объективно подтверждаются представленными суду материалами уголовного дела, а соответствующие мотивы суда надлежащим образом изложены в оспариваемом постановлении. 

Судебное заседание по рассмотрению ходатайства органа расследования о продлении срока содержания под стражей было проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Председательствующий судья создал сторонам равные условия и возможности для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. 

Из протокола судебного заседания также следует, что суд исследовал все представленные сторонами материалы и выслушал мнение всех участников судопроизводства относительно как ходатайства органа расследования о применении меры пресечения в виде заключения под стражу, так и встречного ходатайства стороны защиты об избрании более мягкой меры пресечения, после чего суд удалился в совещательную комнату и вынес обжалуемое постановление, которым разрешил названные ходатайства по существу с отражением соответствующих решений по ним в резолютивной части. Таким образом, вопрос о возможности применения более мягкой меры пресечения был надлежащим образом рассмотрен и разрешен судьей, наряду с чем в постановлении приведены и обоснованы мотивы, по которым суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения более мягкой меры пресечения.

Вопреки доводам защиты, исходя из существа предъявленного обвинения, отсутствуют основания полагать о наличии признаков совершения деяния в сфере предпринимательской деятельности, поскольку оно не было направлено на получение систематической прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг согласно ст.2 Гражданского кодекса РФ. В соответствии с фактическими обстоятельствами предъявленного обвинения инкриминированное деяние было направлено на хищение бюджетных денежных средств, которое связано не с преднамеренным неисполнением договорных обязательств, а сопряжено с использованием подложной документации, содержащей заведомо недостоверные сведения о стоимости результатов работ, умышленно и существенно завышенной. Обвинение в совершении мошенничества в сфере предпринимательской деятельности, предусмотренного частями 5-7 ст.159 УК РФ, не предъявлено. Предусмотренных ч.11 ст.108 УПК РФ обстоятельств, исключающих возможность применения в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу, не имеется.

Нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на законность и обоснованность обжалуемого постановления суда отсутствуют.

Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на конкретных фактических обстоятельствах, на основании которых принято решение о продлении срока содержания под стражей, и является законным, обоснованным и мотивированным.

Оснований для отмены судебного решения и изменения меры пресечения не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Тверского районного суда адрес от 19 мая 2025 года о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в соответствии с главой 471 УПК РФ.

Судья Гуров А.А.