дело № 1-4/2025

УИД 03RS0033-01-2024-001292-56

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о возвращении уголовного дела прокурору

г. Благовещенск 16 января 2025 года

Благовещенский районный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Басырова Р.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Бикташевой А.Г., 

с участием государственных обвинителей: Благовещенского межрайонного прокурора Республики Башкортостан Елизарова Д.С., заместителя Благовещенского межрайонного прокурора Республики Башкортостан Шигапова Р.Ф., 

подсудимой ФИО1, её защитника – адвоката Заманова В.А., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный адвокатским кабинетом, 

представителя потерпевшего Потерпевший №1 – ФИО16 представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер 015309 от ДД.ММ.ГГГГ, выданный БРКА «Технологии защиты», 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> БАССР, гражданина Российской Федерации, со средним-специальным образованием, не замужней, имеющей на иждивении одного малолетнего ребенка, невоеннообязанной, работающей начальником склада готовой продукции АО «Благовещенский завод МЖБК», зарегистрированной и проживающей по адресу: 

<

адрес>, ком. 2, несудимой, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

в производстве Благовещенского районного суда Республики Башкортостан находится уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ.

В ходе судебного заседания судом поставлен на обсуждение участников процесса вопрос о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, в связи с имеющимися в обвинительном заключении нарушениями, в частности нарушениями требований ст.ст. 73, 171 и 220 УПК РФ, которые не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, влекут за собой нарушение прав обвиняемого на защиту от предъявленного обвинения. 

Государственный обвинитель Елизаров Д.С. в судебном заседании заявил о том, что имеются основания для возврата уголовного дела прокурору.

Представитель потерпевшего Потерпевший №1 – ФИО16 в письменном заявлении указала, что считает необходимым вернуть уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом. 

Подсудимая ФИО1 и её защитник Заманов В.А. возражали в возвращении уголовного дела прокурору.

Выслушав мнение участников процесса, суд приходит к выводу о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения по следующим основаниям.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2003 № 18-П положения ч. 1 ст. 237 УПК Российской Федерации не исключают по своему конституционно-правовому смыслу в их взаимосвязи правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях существенных нарушений уголовно-процессуального закона, не устранимых в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия. 

Согласно абзацу 1 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 39 «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору» возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве.

Под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления (далее также - обвинительный документ) нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7, а также других взаимосвязанных с ними нормах Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа.

В частности, исключается возможность вынесения приговора или иного итогового судебного решения в случаях, когда в обвинительном документе по делу о преступлении, предусмотренном статьей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации (далее также - УК РФ), диспозиция которой является бланкетной и применяется во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами, отсутствует указание на то, какие именно нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований (абзацы 1, 5 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 39).

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2018 № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее по тексту Постановление Пленума ВС РФ № 41) исходя из примечания к статье 143 УК РФ, под требованиями охраны труда следует понимать государственные нормативные требования охраны труда, содержащиеся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации (например, в стандартах безопасности труда, правилах и типовых инструкциях по охране труда), законах и иных нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации, устанавливающие правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности.

В приговоре или ином судебном решении (далее - судебное решение) по уголовному делу о преступлении, предусмотренном статьей 143 УК РФ, должны указываться соответствующие пункты нормативных правовых актов, перечисленных в примечании к данной норме. Поскольку в соответствии со статьями 5 (часть вторая) и 8 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, также регулируют трудовые и связанные с ними отношения, в судебном решении дополнительно может быть сделана ссылка и на положения таких актов в целях конкретизации нарушенных государственных нормативных требований охраны труда, если соответствующие локальные нормативные акты приняты в их развитие, не противоречат им и не изменяют их содержание.

Пунктом 6 Постановления № 41 закреплено, что в ходе рассмотрения каждого дела о преступлении, предусмотренном статьями 143, 216 или 217 УК РФ, подлежит установлению и доказыванию не только факт нарушения специальных правил, но и наличие или отсутствие причинной связи между этим нарушением и наступившими последствиями, что должно быть обосновано в судебном решении. Кроме того, суд, установив в своем решении наличие такой связи, обязан сослаться не только на нормативные правовые акты, которыми предусмотрены соответствующие требования и правила, но и на конкретные нормы (пункт, часть, статья) этих актов, нарушение которых повлекло предусмотренные уголовным законом последствия, а также указать, в чем именно выразилось данное нарушение.

Таким образом, в вышеуказанном Постановлении Пленум Верховного Суда Российской Федерации обратил внимание на необходимость: изложения конкретных государственных нормативных требований охраны труда, содержащихся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации (например, в стандартах безопасности труда, правилах и типовых инструкциях по охране труда), законах и иных нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации, устанавливающие правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, которые состоят в причинной связи с наступившими общественно опасными последствиями, предусмотренными ст. 143 УК РФ.

Вместе с тем, в нарушение примечания к статье 143 УК РФ, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой ФИО1 и в обвинительном заключении, следователем не указаны государственные нормативные требования охраны труда, содержащиеся в федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации (например, в стандартах безопасности труда, правилах и типовых инструкциях по охране труда), законах и иных нормативных правовых актах субъектов Российской Федерации, устанавливающих правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, которые были нарушены ФИО1 и их нарушение состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями. 

Так, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительном заключении следователем указано, что скатывание сваи на ФИО2 и последующая его смерть произошли вследствие нарушений ФИО1 правил охраны труда, а именно требований пунктов 4.1, 4.8, 4.9 должностной инструкции от 15.04.2022, приказа генерального директора от 13.04.2023 № 30, приказа генерального директора АО «Благовещенский завод МЖБК» от 20.06.2023 № 44, пунктов 8.1, 8.2 регламента для проведения отделочных работ по доводки сваи Р-01-2023 от 03.04.2023, утвержденной 03.04.2023 главным инженером АО «Благовещенский завод МЖБК», п. 14.1 карты технологического процесса КТП 2-2023 «Сваи забивные железобетонные, цельные, сплошного квадратного сечения для опор мостов по серии 3.500.1-1.93 выпуск 1., ГОСТ 19804-2021», утвержденной главным инженером АО «Благовещенский завод МЖБК», пункта 4 Приказа Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28.10.2020 № 753н и статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации.

Следовательно, органом предварительного следствия в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительном заключении указана только одна норма федерального закона – статья 21 ТК РФ и один приказ, который можно отнести к нормативно-правовым актам Российской Федерации – пункт 4 Приказа Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28.10.2020 № 753н.

Все остальные указанные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой в отношении ФИО1 нормы правил охраны труда, являются локальные нормативными актами (внутренними документами) завода - п.п. 4.1, 4.8, 4.9 должностной инструкции от 15.04.2022, приказа генерального директора от 13.04.2023 № 30, приказа генерального директора АО «Благовещенский завод МЖБК» от 20.06.2023 № 44, приказа генерального директора от 20.06.2023 № 44, п. п. 8.1, 8.2 регламента от 03.04.2023, п. 14.1 карты технологического процесса КТП 2-2023, а следовательно ссылка на указанные нормы охраны труда следователем может быть сделана только дополнительно и в целях конкретизации нарушенных государственных нормативных требований охраны труда Российской Федерации или его субъекта, не должны противоречить им, могут приняты только в их развитие, не противоречить им и не изменять их содержание.

Следовательно, пункты 4.1, 4.8, 4.9 должностной инструкции от 15.04.2022, приказы генерального директора от 13.04.2023 № 30, от 20.06.2023 № 44 и от 20.06.2023 № 44, пункты 8.1, 8.2 регламента от 03.04.2023, п. 14.1 карты технологического процесса КТП 2-2023, утвержденные руководством и иными уполномоченными должностными лицами АО «Благовещенский завод МЖБК», можно было вообще не указывать в обвинительном заключении в отношении ФИО1 при обвинении её в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, а если имелось желание, то можно было указать только в дополнение к федеральным законам и иным нормативным правовым актам Российской Федерации, устанавливающим правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности.

В то же время, рассматривая содержание ст. 21 ТК РФ и п. 4 Приказа Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28.10.2020 № 753н, суд считает следующее. 

Органом предварительного следствия ФИО1 вменяется нарушение ст. 21 ТК РФ как работнику «обязанному добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать требования охраны труда и обеспечению безопасности труда», однако указанная норма Федерального закона носит общий характер и подходит к любому работнику, в то время как диспозиция ч. 2 ст. 143 УК РФ требует указание конкретных норм. 

В то же время в приказ Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28.10.2020 № 753н, нарушение которого следователем вменяется ФИО1, не содержит пункта 4, имея в своём составе только 3 пункта, а значит, следователь обвиняет ФИО1 в нарушении несуществующего пункта приказа. 

Допуская, что орган предварительного следствия ошибся и имел в виду пункт 4 «Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов», не указанный в обвинительном заключении, но который утвержден приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 28.10.2020 № 753н. Суд, изучив содержание указанного п. 4 Правил, установил, что его требования, во-первых, обращены к работодателю обязанному обеспечить: 1) безопасность погрузочно-разгрузочных работ, содержание технологического оборудования и технологической оснастки в исправном состоянии и их эксплуатацию в соответствии с требованиями Правил и технической (эксплуатационной) документации организации-изготовителя; 2) обучение работников по охране труда и проверку знаний требований охраны труда; 3) контроль за соблюдением работниками требований инструкций по охране труда; 4) идентификацию опасностей и оценку профессионального риска; 5) условия труда на рабочих местах, соответствующие требованиям охраны труда; во-вторых, носят общий характер.

В соответствии со ст. 20 ТК РФ работодатель - физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры.

Однако, заведующая складом готовой продукции АО «Благовещенский завод БМЖК» ФИО1 не является работодателем.

Таким образом, следователем не указаны в обвинительном заключении нарушения ФИО1 специальных правил, предусмотренных федеральными законами и нормативно-правовыми актами Российской Федерации, а также наличие либо отсутствие причинной связи между этим нарушением и наступившими последствиями.

Также судом установлены следующие нарушения, которые также являются отдельными основаниями для возврата уголовного дела прокурору.

На основании п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления).

В соответствии с ч. 2 ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого - основном процессуальном акте предварительного расследования должны быть указаны описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п.п. 1-4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Вместе с тем, при составлении обвинительного заключения по настоящему уголовному делу, указанные требования уголовно-процессуального закона нарушены.

Так, подсудимая ФИО1 обвиняется в нарушении правил безопасности и требований охраны труда при ведении отделочных работ в нарушение пунктов 8.1, 8.2 регламента проведения отделочных работ по доводке сваи Р-01-2023. Данный регламент, согласно п. 1 распространяется на работу арматурщиков, бетонщиков, задействованных на выполнение отделочных работ.

Потерпевший ФИО2 в момент выполнения работ занимал должность арматурщика.

При этом п. 8.11 регламента Р-01-2023 устанавливает, что все работы арматурщика ФИО8 по производству отделочных и ремонтных работ на сваях необходимо производить под руководством и контролем непосредственного руководителя (мастера формовочного цеха). 

ФИО1 не являлась непосредственным руководителем потерпевшего, не занимала должность мастера формовочного цеха, а, следовательно, в соответствии с п. 8.11 регламента, не была обязана производить руководство и контроль над работой потерпевшего ФИО8 во время отделочных и ремонтных работ свай. 

Оценка указанным обстоятельствам следователем в ходе расследования уголовного дела в отношении ФИО1 не дана.

Также ФИО1 вменяется нарушение п. 14.1 карты технологического процесса КТП 2-2023, согласно которому сваи должны храниться в горизонтальном положении, в штабелях, рассортированных по маркам, при этом высота штабеля должна составлять не более 2 м, а ширина штабеля в 1,5 раза больше высоты штабеля. Нижний ряд свай должен быть уложен на подкладки на выровненном жестком основании, исключающем его опрокидывание, соскальзывание и прочее смещение груза, а последующие ряды - на деревянные прокладки, высота которых должна быть больше высоты монтажных петель на 20 мм. Не должны использоваться сдавленные прокладки (подкладки), имеющие следы гниения, видимые дефекты (замятие, трещины). Выпуска от прокладок (подкладок) должны выходить за габариты изделия не менее чем на 100 мм. Работы не должны производиться без установки опоры (козла) или фундаментных блоков, с укладыванием на основание деревянных прокладок, исключающих опрокидывание, соскальзывание и прочее смещение изделия, с высотой располагаемой сваи, предназначенной для ремонта в пределах от 100 до 1500 мм от уровня пола (земли).

Вместе с тем, органом предварительного следствия не установлено и в материалах уголовного дела отсутствуют сведения и доказательства того, когда и кем был сформирован штабель из свай, на котором произошло смещение ряда из трех свай и падение верхней их них, повлекшее зажатие потерпевшего.

Из объяснений, взятых Государственной инспекцией труда Республики Башкортостан в ходе расследования несчастного случая, и приобщенных к материалам уголовного дела, следует, что свидетель Свидетель №2 (мастер формовочного цеха) сразу после происшествия, пояснил, что штабелированием свай занимаются работники формовочного цеха, бетонщики (т. 2 л.д. 115-116). 

Подсудимая ФИО1 в ходе судебного заседания показала, что не помнит, кем был сформирован штабель, где произошло падение сваи на потерпевшего. Штабели свай складируются без её участия после производства свай в формовочном цехе, однако, производство свай происходит не каждый день. Складирование свай за пределами территории завода осуществлялось еще до её трудоустройства на завод, то есть до происшествия, но не всегда был заполнен.

Кроме того, материалы уголовного дела и обвинительное заключение не содержат сведений о том, кем и когда данные штабеля свай были установлены на месте происшествия, занимала ли ФИО1 в тот момент должность начальника склада готовой продукции, принимались ли ею указанные сваи к учету в соответствии с имеющейся документацией.

Из анализа видеозаписи и фотографий, имеющихся в материалах уголовного дела следует, что за пределами территории завода вдоль всего забора организовано складирование продукции завода (свай, бетонных блоков и т.д.), в связи с чем, органом предварительного следствия не установлено, где проходят границы места временного складирования продукции завода, для перемещения которых требуется применение погрузочных сооружений (автокрана), когда были сформированы штабеля и кем было принято решение об устройстве складирования грузов за территорией завода.

В материалах уголовного дела такие доказательства отсутствует, следователем не устанавливалось в ходе предварительного следствия.

Вместе с тем, положения ГОСТ 19804—2021 «Межгосударственный стандарт. Сваи железобетонные заводского изготовления. Общие технические условия» (далее по тексту - ГОСТ 19804—2021) распространяется на железобетонные сваи заводского изготовления и устанавливает общие требования для изготовления железобетонных свай.

Согласно п. 9.3 ГОСТ 19804—2021 транспортирование и хранение свай должно осуществляться по ГОСТ 13015 и настоящему стандарту.

В тоже время, ГОСТ 13015-2012 «Межгосударственный стандарт. Изделия бетонные и железобетонные для строительства. Общие технические требования. Правила приемки, маркировки, транспортирования и хранения» (далее по тексту ГОСТ 13015-2012) устанавливает основные характеристики изделий, общие технические требования к ним, общие правила приемки, маркировки, транспортирования и хранения.

В соответствии с п. 9.3.3 ГОСТ 19804—2021 высота штабеля свай не должна превышать ширину штабеля более чем в 2 раза и не должна быть более 2,5 м — для свай квадратного сечения.

Также в силу п. 8.5.4 ГОСТ 13015-2012 высота штабеля изделий должна быть не более установленной стандартом, техническими условиями или рабочей документацией на эти изделия.

Согласно п. 5.7.1 ГОСТ 13015-2012 форма и размеры арматуры, арматурных изделий и закладных деталей должны соответствовать указанным в стандартах, технических условиях и рабочей документации. Точность размеров, качество поверхностей, прочность сварных соединений арматурных изделий и закладных деталей должны соответствовать требованиям ГОСТ 10922 и ГОСТ 23279. 

В силу п. 5.8.3 ГОСТ 13015-2012 предельные значения отклонений закладных деталей от проектного положения должны указываться в стандартах, технических условиях и рабочей документации на изделия конкретных видов с учетом условий сопряжения изделий в конструкциях зданий и сооружений. Предельные значения отклонений закладных деталей, поверхность которых в проектном положении совпадает с плоскостью бетонной поверхности изделия, рекомендуется принимать не более следующих значений: - отклонение расстояния от закладной детали до характерной точки поверхности изделия (отклонение от проектного положения в плоскости изделия) - 10 мм для закладной детали, размер которой в этой плоскости превышает 100 мм, и 5 мм для закладной детали, размер которой в этой плоскости менее 100 мм.

В соответствии с пунктами 8.1, 8.2 ГОСТ 13015-2012 транспортирование и хранение изделий должны проводиться в соответствии с требованиями настоящего стандарта. В стандартах, технических условиях и рабочей документации на изделия конкретных видов эти требования могут быть конкретизированы и, при необходимости, дополнены.

Изделия при транспортировании и хранении следует укладывать (устанавливать) способом (в штабели, кассеты, контейнеры и др.), указанным в стандарте, технических условиях или проектной документации на эти изделия (пункт 8.3.1 ГОСТ 13015-2012).

Согласно п. 8.3.3 ГОСТ 13015-2012 подъем, погрузку и разгрузку изделий следует проводить подъемными машинами с помощью инвентарных или специальных траверс или стропов в соответствии со схемами строповки, приведенными в рабочей документации на эти изделия. 

В силу пункта 8.3.4 ГОСТ 13015-2012 изделия при транспортировании и хранении следует опирать на инвентарные подкладки или опоры другого типа, а между рядами изделий в штабеле - на инвентарные прокладки прямоугольного или трапецеидального поперечного сечения из дерева или других материалов. Толщина подкладок и прокладок должна соответствовать указанной в стандарте, технических условиях или рабочей документации на изделия. При отсутствии в документации указаний эту толщину рекомендуется принимать с таким расчетом, чтобы она превышала максимальный проектный прогиб изделия и (или) размер выступающих деталей и монтажных петель не менее чем на 20 мм. Толщину подкладок и прокладок рекомендуется принимать не менее 30 мм.

Согласно п. 8.3.5 ГОСТ 13015-2012 при укладке изделий в штабели подкладки и прокладки по высоте штабеля следует располагать одну над другой. В штабель следует укладывать изделия одного типоразмера. Расположение подкладок и прокладок по отношению к торцам изделий должно соответствовать установленному стандартом, техническими условиями или рабочей документацией на эти изделия. 

В соответствии с п. 8.3.6 ГОСТ 13015-2012 в стандартах, технических условиях и рабочей документации в зависимости от формы, размеров и способов укладки изделий допускается предусматривать хранение изделий без прокладок.

В силу п. 8.5.1 ГОСТ 13015-2012 изделия следует хранить на специально оборудованных складах рассортированными по видам и маркам. 

В тоже время, согласно п. 8.5.2 ГОСТ 13015-2012 площадка склада должна иметь плотную, выровненную поверхность с небольшим уклоном для водоотвода.

В соответствии с п. 8.5.5 ГОСТ 13015-2012 размеры проходов и проездов между штабелями или отдельными изделиями на складе должны соответствовать требованиям безопасности, установленным в действующих строительных нормах и правилах.

Вместе с тем, правовая оценка соблюдения должностными лицами завода вышеуказанных пунктов ГОСТ 13015-2012 и ГОСТ 19804-2021 органом предварительного следствия в ходе расследования не давалась, соответствующие доказательства отсутствуют, в фабуле обвинительного заключения не указаны.

Однако, согласно фотографиям и схеме штабеля из свай, предоставленными по запросу суда Государственной инспекцией труда Республики Башкортостан, штабель свай был уложен на участок земли с неровной земляной поверхностью, имеющей видимые следы продавливания от колес большегрузного транспорта, на котором разместили поперек 4 бетонных блока длиной по 2,4 м поперечно, на которые уложены вдоль забора сваи: нижние 1 и 2 ярусы состоят из свай мостовых С14-35 Т7; на 3 ярусе штабеля уложены в 1, 2, 3, 4 рядах (от забора к дороге) сваи мостовые С16-35 Т7, затем в 5, 6 ряду отсутствуют сваи, в 7 ряду установлена свая мостовая С14-35 Т7, в 8 и 9 рядах сваи отсутствуют; на 4 ярусе 7 ряда установлена одна свая мостовая С16-35 Т7; также между 6 и 7 рядами имеется просматривается небольшой зазор (ряды свай неплотно прилегают друг к другу). 

Таким образом, участок земли, на котором сформирован штабель из мостовых свай различного типоразмера (С16-35 Т7 и С14-35 Т7) не имеет плотной и выровненной поверхности, однако оценка действиям должностным лицам завода принимавшим решение о складировании в указанном месте земельного участка и формировавшим штабель, а также иные штабеля вдоль забора за пределами промышленного предприятия.

При этом на фотографиях, сделанных на месте в день происшествия видно, что произошло заваливание в сторону забора завода трех свай (2, 3 и 4 ярусов) 7 ряда, при этом две нижние сваи уперлись о соседние сваи 6 ряда, а верхняя свая 4 ряда в результате заваливания 2,3,4 ряда свай в сторону забора, верхняя мостовая свая (С 16-35 Т7) 6 ряда 4 яруса упала с мостовой сваи (С 14-35 Т7) 6 ряда 3 яруса на соседние 5 и 6 ряды 3-го яруса штабеля, где и произошло зажатие потерпевшего.

Указанные обстоятельства, а также то, как и в какой момент, мостовая свая большего размера (С 16-35 Т7) оказалась на свае меньшего размера (С 14-35 Т7) следователем не устанавливалось, оценка действиям должностных лиц не давалась в обвинительном заключении. 

Вместо этого, следователем в фабуле обвинительного заключения указывается на то, что произошло соскальзывание только одной верхней сваи 4 яруса.

Не установлено органом предварительного следствия и не указано в обвинительном заключении то, между какими именно ярусами и рядами была подложена деревянная прокладка не соответствующая требованиям.

Согласно обвинительному заключению, одной из причин «скатывания сваи на потерпевшего» послужило «использование сдавленных прокладок (подкладок) имеющих следы гниения, видимые дефекты (замятие, трещины)», установленных между мостовыми сваями 3 и 4 яруса 7 ряда, в то время как по фотографиям видно, что если и были какие-то нарушения, связанные с деревянной прокладкой, то они возникли между мостовыми сваями 1 и 2 яруса 7 ряда.

Какие-либо деревянные прокладки не осматривались на месте происшествия, их изъятие не производилось, оценка их состоянию не давалась следователем в обвинительном заключении, и поэтому не понятно, какие дефекты имели деревянные прокладки. 

Также в фабуле обвинения не указано следователем, что именно было не так с деревянной прокладкой, подложенной под упавшую сваю, что повлекло «соскальзывание» сваи (каково было её значение по высоте и на сколько она была меньше требуемых минимальных 20 мм от монтажных петель, была ли она сдавленной или (и) имела следы гниения, либо на ней можно было обнаружить видимые дефекты (замятие, трещины, каково было значение выпуска подкладок за габарит изделия, хотя должно было быть не менее 100 мм).

Согласно схеме, составленной Государственной инспекции труда Республики Башкортостан, высота деревянных подкладок составляла 100 мм, однако оценка указанным доказательствам следователем в обвинительном заключении не дана. 

Следователем в фабуле обвинения, предъявленного ФИО1, указано, что подсудимой нарушены требования, предъявляемые к высоте штабеля, которая должна составлять не более 2 м, а ширина штабеля в 1,5 раза больше высоты штабеля.

Однако, следователем в обвинительном заключении не указаны и в материалах уголовного дела отсутствуют конкретные значения габаритов штабеля, его высота и ширина и их соотношение.

В материалах расследования Государственной инспекции труда Республики Башкортостан, имеются схемы штабеля, на котором находился потерпевший с указанием высоты и ширины сваи (т. 2 л.д. 114), используя которые можно рассчитать длину и ширину штабеля.

Так, согласно схеме и фотографиям с места происшествия, изготовленным сотрудниками Государственной инспекции труда Республики Башкортостан, штабель имеет в ширину уложенные 9 свай, а в высоту 4 сваи, с учетом размеров сваи 350 мм х 350 мм и высоты деревянной подкладки 100 мм, поэтому собственным расчетом суд установил, что ширина штабеля с бетонными блоками, на которых они установлены, составит – 4 800 мм (без бетонных блоков - 3 150 мм (350 мм х 9 рядов свай), а высота штабеля с бетонными блоками, на которых они установлены, составить – 2 400 мм (без бетонных блоков составит – 1 800 мм (350 мм х 4 яруса свай + 100 мм х 4 прокладки).

Таким образом, высота штабеля составляет 2,4 м (1,8 м без бетонных блоков), а ширина штабеля больше его высоты в 2 раза (с бетонными блоками) и если без бетонных блоков в 1,75 раза, исходя из расчета: 4 800 мм (3 150 мм (ширина штабеля) / 2 400 мм (1 800 мм) (высота штабеля)), однако указанным обстоятельствам следователем в ходе предварительного следствия не дана юридическая оценка, иные параметры штабеля в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемой не приведены. 

Указанные обстоятельства следователем в ходе предварительного следствия не устанавливались, а также расчет, на основании которого следователь приходит к выводу о нарушении ФИО1 требований пунктов 14.1, 14.2 карты технологического процесса КТП 2-2023, в обвинительном заключении не приведен и материалы уголовного дела не содержат.

В то же время, в соответствии с требованиями подпунктов 1, 3, 5, 9, 10 пункта 105 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных приказом Минтруда России от 28.10.2020 № 753н, зарегистрированного в Минюсте России 15.12.2020 № 61471 при размещении грузов необходимо соблюдать следующие требования: размещение грузов производится по технологическим картам с указанием мест размещения, размеров проходов и проездов; размещение грузов (в том числе на погрузочно-разгрузочных площадках и в местах временного хранения) вплотную к оборудованию, штабель к штабелю не допускается; ширина проездов между штабелями определяется габаритами транспортных средств, транспортируемых грузов и погрузочно-разгрузочных машин; крупногабаритные и тяжеловесные грузы размещаются в один ряд на подкладках; размещаемые грузы укладываются так, чтобы исключалась возможность их падения, опрокидывания, разваливания и при этом обеспечивались доступность и безопасность их выемки.

Однако, следователем не дана оценка и отсутствуют соответствующие сведения в фабуле обвинительного заключения о том, что карта технологического процесса КТП 2-2023, в нарушении которой обвиняется ФИО1 не имеет указания конкретного места размещения штабеля свай, размера проходов и проездов, в том числе, где осуществлялось размещение штабеля, где произошло падение, а также иные положения нормативно-правового акта Российской Федерации. 

Орган предварительного следствия в обвинительном заключении указывает также, что преступление ФИО1 совершено из-за нарушения последней приказов генерального директора АО «Благовещенский завод МЖБК» от 13.04.2023 № 30 и от 20.06.2023 № 44, в соответствии с которыми ФИО1 назначена лицом, ответственным на складе готовой продукции за организацию работы по охране труда, обеспечение безопасных условий труда на рабочих местах; за проведение инструктажа по охране труда на рабочем месте; за выдачу наряда-допуска; ответственной при эксплуатации подъемных сооружений на складе готовой продукции, а также в соответствии с пунктами 4.1, 4.8, 4.9 должностной инструкции начальника склада готовой продукции АО «Благовещенский завод МЖБК», обязана по руководству работой склада по ежедневной приемке, хранению и отпуску товарно-материальных ценностей, по их размещению с учетом наиболее рационального использования складских площадей, облегчения и ускорения поиска необходимых балок; по слежке за состоянием оборудования и инвентаря на складе готовой продукции и обеспечению их своевременного ремонта; по организации проведения погрузочно-разгрузочных работ на складе готовой продукции с соблюдением норм и правил промышленной безопасности и инструкции по охране труда. 

Вместе с тем, следователем не дана надлежащая правовая оценка тому, что падение сваи на потерпевшего произошло не на складе готовой продукции и даже не на производственной площадке завода, то есть не на территории АО «Благовещенский завод МЖБК», а за его пределами, в то время как в должностной инструкции ФИО1 и обвинительном заключении органом предварительного следствия речь ведется о территории склада готовой продукции и производственной площадке завода.

Так, в обвинительном заключении указано, что место, где произошло вменяемое ФИО1 преступление расположено «на производственной площадке склада готовой продукции, расположенной на расстоянии около 9 метров западнее от здания формовочного цеха АО «Благовещенский завод МЖБК» по адресу: 

<

адрес>, СООР 71.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании следователь ФИО9 показал суду, что установленное им в ходе предварительного следствия место преступления - около 9 м западнее от формовочного цеха АО «Благовещенский завод МЖБК», определено им как место начала склада готовой продукции, которое берёт начало на производственной площадке завода и располагается далее в сторону забора, а затем после забора продолжается на земельном участке за пределами завода и заканчивается, где начинается автомобильная дорога. При этом в момент проведения им дополнительного осмотра места происшествия прошло уже больше 1 года, уголовное дело принято к производству в мае 2024 года и на месте преступления уже не было штабелей свай. Считает, что второго расстояния в качестве привязки на местности не требуется, т.к. по видеозаписи видно, что штабель распложен примерно посередине формовочного цеха, а определение непосредственного места зажатия сваей потерпевшего не требуется и поэтому им не устанавливалось. Все процессуальные решения и позиция по данному уголовному делу им согласовывались с непосредственным руководством и аппаратом следственного управления. Считает, что поскольку имеется видеозапись, где отражен несчастный случай, соответственно исследование видеозаписи до падения сваи и после в более длительный период, не требуется. Поскольку опыт работы следователем у меня не большой, все обстоятельства, доказательства, формулировки, все согласовывалось. 

В то же время, указанное следователем место преступления не содержит второй привязки к местности, несмотря на то, что указанные обстоятельства подлежат установлению в соответствии с требованием ст. 73 УПК РФ, поскольку на видеозаписи с камеры наблюдения видно, что в момент происшествия штабеля из аналогичных свай сложены вдоль всего забора завода, а, следовательно, не ясно о каком из штабелей идет речь в обвинительном заключении, а также, органом предварительного следствия не определено конкретное место, где произошло падение сваи на потерпевшего и последний получил телесные повреждения, когда была сформирован штабель из свай, что можно установить, изъяв у завода и (или) его покупателя соответствующую документацию о грузе (номер партии, дата производства, смены и т.п.). 

Из схемы Государственной инспекции труда Республики Башкортостан от 19.07.2023, составленной сотрудником, проводившим осмотр места несчастного случая на производстве, подшитой в материалы уголовного дела, следует, что начало штабеля, на котором осуществлял работы потерпевший в момент получения телесных повреждений, находится за пределами производственной площадки завода на расстоянии 0,7 м от забора АО «Благовещенский завод МЖБК», а от места начала штабеля до места зажатия потерпевшего сваей расстояние составляло около 1,75 м, соответственно, общее расстояние от формовочного цеха до места падения сваи на потерпевшего ФИО8 составляло не менее 13,65 м (11,2 м (от формовочного цеха до забора) + 0,7 м (от забора до штабеля) + 1,75 м (от начала штабеля до места зажатия). 

Допрошенный в ходе судебного следствия директор по производству АО «Благовещенский завод МЖБК» Свидетель №3 показал, что место, где произошло падение сваи на ФИО8, расположено за пределами производственной площадки завода, участок местности временного хранения продукции, не принадлежит АО «Благовещенский завод МЖБК», решение о формировании штабелей из свай за пределами завода было принято им. На территории завода находятся 3 склада готовой продукции, за которые отвечает ФИО1 Об отдельных документах (приказах), в соответствии с которыми ФИО1 назначалась ответственной за временные склады готовой продукции за пределами завода, ему ничего не известно, при нем такие документы не издавались. 

После просмотра в судебном заседании свидетелем Свидетель №3 видеозаписи, с учётом заданных вопросов, пояснил, что работающий на территории завода между зданием формовочного цеха и забором автомобиль-миксер и работники формовочного цеха осуществляют заливку изделий и отношения к временному складу за пределами завода залитые формы не имеют. 

Вместе с тем, из содержания письменных материалов дела, показаний подсудимой и свидетелей, видеозаписи с камеры наблюдения завода, достоверно установлено и не оспаривается сторонами по делу, что потерпевший ФИО8 в момент падения на него сваи «С 16-35 Т7» и получения телесных повреждений, находился на штабеле из бетонных свай, расположенных за пределами территории завода АО «Благовещенский завод МЖБК», после бетонного ограждения (забора), на участке местности между забором завода и автомобильной дорогой, то есть не на своём рабочем месте в формовочном цехе и территории завода, выполняя работы в отсутствие контроля со стороны своих руководителей. 

В ходе судебного разбирательства установлено, что участок местности, где произошло падение сваи на потерпевшего ФИО8, не является производственной площадкой АО «Благовещенский завод МЖБК» и не принадлежит указанному заводу.

Так, из сведений, предоставленных ППК «Роскадастр» и 

<

адрес> Республики Башкортостан следует, что земельный участок, где произошло падение сваи на потерпевшего ФИО8, имеет условный №ЗУ1(1,2), государственная собственность на который не разграничена. Земельный участок, на котором расположена производственная площадка АО «Благовещенский завод МЖБК» имеет кадастровый №, проходит по границе ограждения завода. Бетонный забор расположен на расстоянии около 11,2 м западнее от формовочного цеха завода. С другой стороны земельного участка 02:69:020101ЗУ1(1,2) проходит автодорога с кадастровым номером 02:69:020101:464, правообладателем которой является АО «Полиэф» и на которую установлен частный сервитут в пользу АО «Благовещенский завод МЖБК».

Эти данные также подтверждаются ответом АО «Полиэф» № 1395 от 19.11.2024, в соответствии с которым в пункте 1.3 соглашения ПФ 7707 об установлении сервитута от 17.10.2022, заключенного между АО «Полиэф» и АО «Благовещенский завод МЖБК», указана цель установления сервитута: под проход, проезд к объекту пользователя - земельный участок с кадастровым номером 02:69:020101:454.

Указанные обстоятельства подтверждаются также ответом генерального директора АО «Благовещенский завод МЖБК» №290-БЗ от 25.11.2024, в котором указано, что за пределами территории АО «Благовещенский завод МЖБК» склады для размещения и хранения готовой продукции отсутствуют, а решение о формировании склада готовой продукции, расположенного на земельном участке, не принадлежащем АО «Благовещенский завод МЖБК» было произведено однократно, только в день погрузки изделий на транспортное средство и в целях исключения времени простоя. 

Данным обстоятельствам оценка органом предварительного следствия не дана, в обвинительном заключении точное и объективное место преступления следователем не установлено, в связи с чем, не дана оценка действиям должностных лиц о правомерности размещения продукции завода за пределами производственной площадки, законности и обоснованности нахождения и выполнения работ сотрудниками завода (ФИО1, ФИО8 и других работников) на указанном земельном участке, а также в соответствии с какими нормативно-правовыми актами, локальными актами руководителей завода, проводились указанные работы, распространяются ли действия внутренних регламентов и инструкций на указанное место, в соответствии с которыми возникают их права и обязанности. 

Из указанного выше следует, что несчастный случай, повлекший смерть ФИО8, произошел на участке местности, который не принадлежит АО «Благовещенский завод МЖБК», при этом никаких приказов, распоряжений о формировании на данном участке местности склада готовой продукции или временного склада, направлении на данный участок ФИО1, суду не предоставлено, как и данных подтверждающих исполнение ФИО1 своих должностных обязанностей за пределами производственной площадки завода. Указанные обстоятельства не нашли своего отражения в материалах уголовного дела, собранных в ходе предварительного следствия и в обвинительном заключении. 

В то же время в деле нет документов, подтверждающих, что место, где произошел несчастный случай, является именно складом готовой продукции АО «Благовещенский завод МЖБК». В приказе генерального директора АО «Благовещенский завод МЖБК» отсутствуют сведения о возложении обязанностей по охране труда и производству погрузочно-разгрузочных работ на иных площадках, за пределами территории завода, на ФИО1 Должностная инструкция начальника склада готовой продукции, которым, являлась ФИО1, не содержит информации о том, что склад готовой продукции может располагаться за пределами территории завода.

Таким образом, следователем не дана оценка тому, что несчастный случай, повлекший смерть потерпевшего ФИО8, произошел на участке местности, не принадлежащем АО «Благовещенский завод МЖБК»; отсутствуют сведения о направлении ФИО1 на данный участок для выполнения обязанностей начальника склада готовой продукции и о заключении с ней дополнительных соглашений к трудовому договору, в том числе о назначении её ответственной за охрану труда за территорией завода.

В связи с чем, следователю необходимо было дать оценку о нарушениях ФИО1 пунктов 4.1, 4.8, 4.9 должностной инструкции от 15.04.2022, приказов генерального директора АО «Благовещенский завод МЖБК», с учетом привлечения её к работам на территории, не принадлежащей заводу. 

Кроме этого, из фабулы обвинительного заключения следует, что в момент падения сваи погрузочно-разгрузочные работы с использованием автокрана не велись, то есть сваи с указанного штабеля не перемещались, и оценка действиям должностных лиц в указанной части не давалась.

Тогда как, из показаний подсудимой ФИО1, свидетеля ФИО10 и других лиц из числа стропальщиков, находившихся в кузове автомобиля, следует, что на указанном участке 19.07.2023 ранее автокраном и грузовым автомобилем ООО «Омега» также выполнялись погрузочные работы, однако личности водителей и иных лиц сторонней организации не установлены и не допрошены о расположении свай в штабеле на момент окончания ими работ.

Затем, из показаний указанных выше лиц, следует, что к выполнению погрузки свай приступил автокран, принадлежащий АО «Благовещенский завод МЖБК», под управлением водителя-машиниста ФИО10, который приступил к погрузке свай на автоприцеп покупателя, под управлением водителя, личность которого не установили и не допросили в ходе предварительного следствия. Во время погрузки второй сваи (в некоторых показаниях речь идет о 3 свае) автокраном завода, взятой со штабеля и укладывании сваи на грузовой автомобиль покупателя, произошло падение сваи на потерпевшего. 

Данные обстоятельства подтверждаются коротким отрезком видеозаписи, выданной следователю свидетелем при допросе, а также заключением судебной видео-технической экспертизы № 2423/7-1-7.3 от 13.12.2024, подготовленной ФБУ Башкирская Лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, в соответствии с которым, исходя из представленной видеозаписи «1.MP4» экспертом установлено: наличие движение стрелы автокрана (поднятие и опускание); наличие движение груза (сваи), закрепленного крюками с тросом к автокрану (поднятие и опускание); наличие движения крюка с тросом подъемного механизма автокрана (поднятие и опускание).

Также в заключении судебной экспертизы указано, что решить поставленные судом вопросы: об установлении, произошло ли смещение, падение, опрокидывание или соскальзывание сваи, непосредственно перед зажатием потерпевшего, происходило ли касание частями автокрана и его составных частей (в том числе аутригерами) со сваями, которые сложены в штабеле рядом с автокраном, определить расстояние от стены здания формовочного цеха до места зажатия потерпевшего сваей, установить количество рядов свай, уложенных в высоту и в ширину в штабеле, на котором произошло зажатие потерпевшего, а также какова их высота и ширина, не представляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. 

Таким образом, судом достоверно установлено и подтверждается материалами уголовного дела, что во время производства погрузочно-разгрузочных работ 19.07.2023, в то время как потерпевший ФИО11 осуществлял работу по доводке сваи, находясь на штабеле, на том же участке работал автомобильный кран на базе автомобиля «Камаз» под управлением Свидетель №12, который забрав сваю с указанного штабеля, производил её укладку на стоящий рядом грузовой автомобиль.

В указанной ситуации следователю необходимо было дать оценку действиям должностных лиц на соответствие выполнения Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных приказом Минтруда России от 28.10.2020, а именно следующим пунктам.

Так, в соответствии с требованием пункта 28 Правил по охране труда, при размещении транспортных средств на погрузочно-разгрузочных площадках между транспортными средствами, стоящими друг за другом (в колонну), устанавливается расстояние не менее 1 м, а между транспортными средствами, стоящими в ряд (по фронту) - не менее 1,5 м. Расстояние между транспортным средством и штабелем груза должно составлять не менее 1 м.

Вместе с тем, согласно фотографиям, сделанным на месте происшествия сотрудником Государственной инспекции труда Республики Башкортостан и участковым уполномоченным полиции, проводившими осмотры места происшествия раздельно в день несчастного случая, видно, что автокран расположен на минимальном расстоянии к штабелю со сваями, а его аутригеры (опорные лапы) находятся в глубине между бетонными блоками, на которых уложены сваи (то есть фактически внутри штабеля) и указанное расстояние явно составляет менее 1 метра.

В то же время, если руководствоваться данными о расположении транспорта, изображенными на схеме сотрудником Государственной инспекции труда Республики Башкортостан, то окажется, что погрузка свай осуществлялась под линиями электропередач, однако указанные обстоятельства следователем в ходе предварительного следствия не проверены, оценка и доказательства в материалах уголовного дела отсутствуют. 

Кроме того, как указано в п. 30 Правил по охране труда погрузочно-разгрузочные работы в охранной зоне линии электропередач выполняются при наличии письменного разрешения владельца линии электропередач. Установка и работа кранов стрелового типа в охранной зоне линии электропередач или на расстоянии менее 30 м от крайнего провода линии электропередач осуществляется только по наряду-допуску, в присутствии лица, ответственного за безопасное производство работ.

Вместе с тем, согласно письму АО «Полиэф» № 1395 от 19.11.2024 на территории, где произошел несчастный случай 19.07.2023, вдоль дороги проходит одна воздушная линия электропередач, которая принадлежит и обслуживается АО «Полиэф».

В дополнительном письме № 1417 от 27.11.2024 АО «Полиэф» сообщил суду, что разрешение на выполнение погрузочно-разгрузочных работ вблизи линии электропередач с применением автомобильного крана на дату 19.07.2023 для АО «Благовещенский завод МЖБК» не выдавалось. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №3 показал, что является директором по производству АО «Благовещенский завод МЖБК», что наряд-допуск на проведение работ вблизи линии электропередач завод не получал. 

Из показаний свидетеля Свидетель №12, допрошенного в судебном заседании следует, что 19.07.2023 он находился на рабочей смене в качестве машиниста автомобильного крана на базе автомобиля Камаз, принадлежащего АО «Благовещенский завод МЖБК». На момент происшествия имел удостоверение крановщика, но наряд-допуск на производство работ рядом с воздушной линией электропередач ему не выдавался. 

В соответствии с пунктом 37 Правила по охране труда строповка грузов производится в соответствии со схемами строповки. Схемы строповки, графическое изображение способов строповки и зацепки грузов выдаются работникам или вывешиваются в местах производства работ. Погрузка и разгрузка грузов, на которые не разработаны схемы строповки, производятся под руководством лица, ответственного за безопасное производство работ. При этом применяются съемные грузозахватные приспособления, тара и другие вспомогательные средства, указанные в документации на транспортирование грузов.

Согласно пункту 40 Правил охраны труда перемещать груз над рабочими местами при нахождении людей в зоне перемещения груза запрещается.

Вместе с тем, следователем действиям должностных лиц на их соответствие указанным выше пунктам Правил охраны труда не давалась, в обвинительном заключении и материалах дела они отсутствуют. 

Из пункта 7 Постановления Пленума ВС РФ № 41 следует, что если требования охраны труда, правила безопасности при ведении горных или иных работ, а равно правила промышленной безопасности опасных производственных объектов были нарушены двумя или более лицами, обладающими признаками субъекта преступления, предусмотренного статьями 143, 216 или 217 УК РФ, то содеянное каждым из них влечет уголовную ответственность по данным нормам при условии, что допущенные ими нарушения специальных правил находились в причинной связи с наступившими последствиями, указанными в названных статьях Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, при описании действий ФИО1, органом предварительного следствия не выполнены в полном объеме требования ст. ст. 73, 171 и 220 УПК РФ, так как в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении не указаны все те обстоятельства, которые перечислены выше.

В настоящем случае возвращение уголовного дела прокурору имеет своей главной целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве, поскольку в обвинительном документе по делу о преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 143 УК РФ, диспозиция которой является бланкетной и применяется во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или его субъекта, отсутствует указание на то, какие именно нормы соответствующего правового акта (пункт, часть, статья) нарушены и в чем выразилось несоблюдение содержащихся в них требований.

Суд приходит к выводу о том, что по итогам судебного следствия в рассматриваемом случае, суд не вправе дополнять предъявленное обвинение, и в случае вынесения в отношении подсудимого обвинительного приговора, указывать в нем данные важные обстоятельства совершенного преступления. 

В таком случае эти обстоятельства могут стать известны подсудимому лишь после оглашения приговора, данный факт повлечет грубое нарушение права данного лица на защиту в ходе судебного заседания, невозможность выдвижения алиби, а также доводов, опровергающих доказательства стороны обвинения.

При этом, суд при решении вопроса о возврате уголовного дела прокурору по указанному основанию, не связан с позицией участников судебного разбирательства, в том числе с мнением подсудимой ФИО1, которая вину признает, и её защитника, который в ходе судебного разбирательства занял пассивную позицию по защите интересов подсудимой, поскольку суд обязан принимать законное, обоснованное и справедливое решение по каждому уголовному делу, и не связан с мнением любого из участников процесса. 

Суд считает, что отсутствие сведений, изложенных выше, в фабуле предъявленного ФИО1 обвинения, является существенным нарушением УПК РФ, а также в совокупности с иными нарушениями, допущенными при составлении постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения, не позволяют суду, в установленном законом порядке, постановить по делу законный и обоснованный приговор или иное решение.

Вместе с тем, согласно ч. 1 ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Выявленные нарушения закона не могут быть устранены судом, поскольку функция по привлечению в установленном порядке конкретного лица в качестве обвиняемого относится к компетенции стороны обвинения, а суд не уполномочен принимать на себя полномочия какой-либо стороны уголовного процесса.

Приведенные нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, допущенные на стадии досудебного производства, суд признает существенными, которые не могут быть устранены судом в судебном заседании, что исключает возможность принятия по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости.

Указанные обстоятельства в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, по мнению суда, являются основанием к возвращению уголовного дела по обвинению ФИО1 прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В ходе предварительного следствия в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Суд, с учетом личности подсудимой, оснований, по которым ей была избрана мера пресечения, поведения ФИО1 как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, не допускавшей неявки без уважительной причины к следователю и в судебное заседание, не находит оснований для её сохранения в настоящее время.

Приведенные нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, допущенные на стадии досудебного производства, суд признает существенными, которые не могут быть устранены судом в судебном заседании, что исключает возможность принятия по делу судебного решения, отвечающего требованиям законности и справедливости.

Указанные обстоятельства в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, по мнению суда, являются основанием к возвращению уголовного дела по обвинению ФИО1 прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 237, ст. 256 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

возвратить Благовещенскому межрайонному прокурору Республики Башкортостан уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом, указанных в настоящем постановлении, и пересоставления обвинительного заключения.

Избранную ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, отменить. 

Копию настоящего постановления направить обвиняемому, его защитнику, потерпевшей, а также Благовещенскому межрайонному прокурору Республики Башкортостан.

Настоящее постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Благовещенский районный суд Республики Башкортостан в течение 15 суток со дня его вынесения.

Судья Р.Р. Басыров