Санкт-Петербургский городской суд

Рег. № 22- 3276/2021 г. ( 1 -145/2021г.) Судья : Бродский А.А. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Санкт- Петербург 03 июня 2021 года

Судья апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Корчевская О.В., 

при секретаре судебного заседания Цуриковой М.В., 

с участием прокурора уголовно-судебного управления прокуратуры г. Санкт-Петербурга Рамазанова В.В., 

обвиняемой ФИО1, 

защитника : адвоката Волошина П.А., представившего удостоверение № 783, ордер № №... от 27 мая 2021 года, 

рассмотрел в открытом судебном заседании 03 июня 2021 года апелляционное представление государственного обвинителя Семеновой Ю.С., апелляционную жалобу потерпевшего ФИО возражения адвоката Волошина П.А. на постановление Петроградского районного суда г. Санкт-Петербурга oт 01 апреля 2021 года, которым

уголовное дело в отношении ФИО1, 

<

дата> рождения, 

<

...> ранее не судимой; обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, ч. 4 ст. 159 УК РФ - возвращено прокурору Санкт-Петербурга для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Мера пресечения ФИО1 в виде запрета определенных действий оставлена без изменения, с сохранением наложенных запретов и ограничений. 

Заслушав доклад судьи Корчевской О.В., обоснование прокурором Рамазановым В.В. апелляционного представления, объяснения обвиняемой ФИО1 и адвоката Волошина П.П., возражавших против принятия к рассмотрению апелляционной жалобы « представителя инициативной группы всех потерпевших», и полагавших, что постановление суда надлежит оставить без изменения, мнение прокурора Рамазанова В.В., полагавшего, что апелляционное представление и апелляционная жалоба подлежат удовлетворению, а постановление суда надлежит отменить, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

В Петроградский районный суд Санкт-Петербурга поступило уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в том, что она совершила мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, то есть в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, 

а также обвиняемой в том, что она совершила мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное группой лиц по предварительному сговору, то есть в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ. 

Постановлением суда уголовное дело в отношении ФИО1 на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, возвращено прокурору Санкт-Петербурга для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Семенова Ю.С. просит постановление суда о возврате дела прокурору отменить, дело направить на рассмотрение в тот же суд, в ином составе. В обоснование своего апелляционного представления прокурор указывает, что постановление является незаконным и необоснованным ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, выразившихся в несоответствии выводов суда, фактическим обстоятельствам дела.

Прокурор полагает, что указанные судом нарушения требований закона, допущенные в ходе предварительного расследования, не являются фундаментальными и не влекут за собой невозможность постановления судом приговора или принятия иного судебного решения, поскольку могут быть устранены в ходе судебного разбирательства.

Прокурор обращает внимание на то, что в постановлении суда отсутствуют указания о том, какие права участников уголовного судопроизводства нарушены. 

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемой и в обвинительном заключении в отношении участников долевого строительства указано, что они перечислили свои денежные средства на расчетные счета ЗАО «название» с указанием времени, когда эти денежные средства были перечислены. При этом объективную сторону преступления по указанному эпизоду ФИО1 совместно с соучастниками выполнила, находясь в офисе ЗАО «название». Вывод суда о невозможности на основании постановления о привлечении в качестве обвиняемой и обвинительного заключения постановить приговор или принять иное решение не мотивирован, не основан ни на законе, ни на материалах дела, поскольку в уголовном деле имеются сведения о месте расположения офиса ЗАО «название» и адресах открытия расчетных счетов указанного юридического лица, а отсутствие этих адресов в обвинительном заключении, не является неустранимым в судебном разбирательстве препятствием для принятия судом решения по существу. 

Полагает, что возвращение уголовного дела прокурору ведет к затягиванию разумных сроков уголовного судопроизводства и нарушению прав потерпевших на осуществление правосудия в разумные сроки.

В материалах уголовного дела имеются сведения, что часть потерпевших производили частично оплату по договору участия в долевом строительстве наличными в офисе ГК «название» по адресу: Санкт - Петербург, 

<

адрес> часть потерпевших оплачивали по средствам вексельной схемы и оплату производители той организации, в которой приобретали вексель, а не на расчетные счета ЗАО «название», часть потерпевших производили оплату по кредитному договору с использованием аккредитивов, часть потерпевших перечисляли денежные средства, находясь в других регионах РФ. 

Прокурор обращает внимание на отсутствие судебной практики передачи уголовных дел в суды других государств для осуществления уголовного преследования, когда похищенные денежные средства зачисляются на счет, открытый в отделении банка, расположенном за пределами РФ. Прокурор указывает, что обвиняемой ФИО1 вменено хищение денежных средств в сумме 976 869 046 рублей 46 коп., то есть на всю сумму денежных средств, внесенных участниками долевого строительства и указывающих на стоимость квартир к приобретению, что, по мнению прокурора, опровергает довод суда о том, что не установлен ущерб по уголовному делу.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО просит отменить постановление суда, уголовное дело направить на рассмотрение по существу в тот же суд, в ином составе. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что по настоящему уголовному делу не усматривается неустранимых нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных на стадии предварительного следствия. Вывод суда о невозможности постановления приговора или принятия иного решения не мотивирован, не основан на материалах уголовного дела, поскольку в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой и в обвинительном заключении в отношении участников долевого строительства указано, что они перечислили свои денежные средства на расчетные счета ЗАО «название», адреса которых имеются в материалах дела с указанием времени, когда эти денежные средства были перечислены. Полагает, что объективную сторону преступления по указанному эпизоду ФИО1 совместно с соучастниками выполнила, находясь в офисе ЗАО «название», адрес которого указан в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой и в обвинительном заключении.

Из постановления суда следует, что отсутствие в описании преступных деяний в отношении участников долевого строительства, информации о местонахождении банковских организаций, в которых открыты расчетные счета потерпевших, препятствует принятию судебного решения по предъявленному обвинению, установлению места окончания преступлений и подсудности уголовного дела, однако согласно п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 года №51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» при хищении денежных средств путем обмана или злоупотребления доверием посредством их безналичного перевода с банковского счета владельца, преступление следует считать оконченным с момента зачисления этих средств на счет виновного лица, либо на счет иных лиц, на которые похищенные средства поступили в результате преступных действий. 

Полагает, что поскольку объективная сторона преступлений выполнена ФИО1 и ее соучастниками в офисе группа компаний «название», это и есть место совершения преступлений, и подсудность уголовного дела следует определять исходя из того, по какому адресу он находился на момент заключения с потерпевшими договоров участия в долевом строительстве многоквартирного дома.

Потерпевший ФИО обращает внимание на то, что потерпевшие производили оплату по договорам долевого участия различными способами, в том числе перечисляли денежные средства, находясь в других регионах РФ. ФИО1 вменено хищение денежных средств в сумме 976 869 046 рублей 46 коп., то есть на всю сумму денежных средств, внесенных участниками долевого строительства. Указывает, что определить какая именно сумма у конкретного человека была похищена, не представляется возможным, но не является нарушением норм уголовно - процессуального законодательства и не препятствует рассмотрению уголовного дела по существу.

В возражениях на апелляционную жалобу представителя потерпевших адвокат Волошин П.А., действующий в защиту обвиняемой ФИО1, просит постановление суда оставить без изменения, как законное, обоснованное и мотивированное, а апелляционную жалобу - без рассмотрения. Полагает, что апелляционная жалоба не мотивирована по правилам уголовно - процессуального закона, который не содержит такого понятия, как «представитель инициативной группы всех потерпевших».

Проверив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, материалы уголовного дел, суд апелляционной инстанции полагает, что постановление суда является законным и обоснованным.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству сторон или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения. 

Исходя из указанных положений закона, суд призван обеспечивать в ходе судебного разбирательства соблюдение требований, необходимых для принятия мер к устранению обстоятельств, препятствующих вынесению такого решения.

Возвращение дела прокурору вызвано необходимостью защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, если на досудебных стадиях допущены нарушения, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Вопреки доводам апелляционного представления прокурора и апелляционной жалобы суд обоснованно полагал, что на основании представленного обвинительного заключения суд лишен возможности постановить приговор или принять иное судебное решение. 

Из обвинительного заключения и предъявленного обвинения следует, что ФИО1 совершила мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путем обмана и злоупотребления доверием, группой лиц по предварительному сговору, используя свое служебное положение, в особо крупном размере ( преступление совершено в отношении дольщиков).

Из предъявленного обвинения следует, что ФИО1 во исполнение преступного умысла на хищение денежных средств участников долевого строительства, привлеченных для строительства многоквартирных домов в двух жилых комплексах ЖК «название», возводимых подконтрольной соучастникам группой компаний «название» (листы обв.зак. №1-3), организовала заключение договоров участия в долевом строительстве с обязательством в последующем передать дольщикам в собственность построенную недвижимость (лист обв.зак. №4, первый абзац).

На основании указанных договоров на счета Застройщика ЗАО «название», открытых в 

<

адрес>), в 

<

адрес> в 

<

адрес> организовано привлечение денежных средств участников долевого строительства, в счет оплаты цены договоров долевого участия (лист обв.зак. №4, последний абзац);

В период с 15августа 2012 года по 10 мая 2017 года на основании заключенных договоров участия в долевом строительстве и договоров купли-продажи будущей недвижимости были привлечены денежные средства значительного количества физических лиц на общую сумму 976 869 046 рублей 46 копеек (листы обв.зак. №5-9).

При этом суд обоснованно указал о том, что инкриминируемое ФИО1 преступление (мошенничество) - хищение безналичных денежных средств, в соответствии с руководящими разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 № 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" в пункте № 5, следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца. 

Из обвинения не представляется возможным установить время совершения преступления, поскольку из предъявленного обвинения не следует, когда именно денежные средства похищены у конкретных потерпевших. 

Доводы апелляционного представления о том, что поскольку объективную сторону преступления ФИО1 и соучастники выполнили, находясь в офисе ЗАО «название», денежные средства дольщики перечислили на расчетные счета на ЗАО «название», с указанием времени, в материалах дела имеются сведения о месте расположения офиса ЗАО « название» и адреса открытия расчетных счетов указанного юридического лица, то отсутствие данных адресов в обвинительном заключении может быть устранено в судебном заседании, противоречат требованиям закона и материалам дела.

Даты заключения договоров, как обоснованно указал суд, приведенные в обвинительном заключении не свидетельствуют о реальном времени совершения преступления, то есть о дате и времени перечисления (хищения) денежных средств. Суд обоснованно полагал, что поскольку имеется возможность получить сведений о транзакциях по счётам, указанный пятилетний период для всех потерпевших не может быть расценен как время совершения преступления.

С учетом руководящих разъяснений высшего судебного органа об определении места совершения преступления при совершении хищении безналичных денежных средств, суд обоснованно пришёл к выводу о том, что в предъявленном обвинении нет указаний о месте совершения преступления, поскольку отсутствуют сведения о расположении банковских организаций (филиалов), в которых были открыты банковские счета потерпевших, с которых произведено изъятие денежных средств.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшего ФИО о том, что «при хищении денежных средств путем обмана или злоупотребления доверием посредством их безналичного перевода с банковского счета владельца, преступление следует считать оконченным с момента зачисления этих средств на счет виновного лица, либо на счет иных лиц, на которые похищенные средства поступили в результате преступных действий ( в соответствии с п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 года № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»)», место совершения также не установлено, поскольку, соглашаясь с доводом стороны обвинения о совершении преступления по месту нахождения офиса в 

<

адрес> районе, расчетные счета, ЗАО « название», находятся в других районах, постановление, на которое ссылается потерпевший, утратило силу в связи с принятием нового постановления. 

Суд также обоснованно обратил внимание на то, что из обвинения предъявленного ФИО1 следует, что обвиняемая привлекла денежные средства ОАО «название», с которым был заключён ряд договоров кредитной линии под залог имущества. 

В обвинении отсутствуют сведения о перечислении денежных средств ОАО «название» по кредитным договорам, отсутствует время совершения транзакции и место счёта, откуда были перечислены денежные средства. При таких обстоятельствах суд обоснованно пришёл к выводу о том, что факт совершения преступления (хищения) не указан, но подразумевается, исходя из контекста обвинения. При этом размер, время и место совершения преступления не указаны. 

Суд полагал, что в обвинении необоснованно указано о том, что ущерб ОАО «название» причинён не в момент получения денежных средств, а в дальнейшем - в момент подписания мирового соглашения (и договора залога), когда под видом добросовестного залога в ОАО «название» были незаконно заложены чужие имущественные права на сумму 37 833 192 рублей. Суд, не соглашаясь с обвинением в этой части, исходил из диспозиции ст.159 УК РФ и текста обвинения, о том, что приведенные действия являются «постпреступными», направленными на создание видимости легальных оснований не возвращать денежные средства, и не влияют на момент окончания преступления, то есть на момент, когда появилась реальная возможность распоряжаться представленными ранее в качестве кредита денежными средствами ОАО «название». В дальнейшем в последующем тексте обвинения размер суммы ущерба (37 833 192 рублей), исключен из предмета преступного посягательства. 

Затем в обвинительном заключении указано, что своими действиями ФИО1 совместно с неустановленными лицами, причинила ущерб участникам долевого строительства и кредитным организациям на общую сумму 1 014 702 238,46 рублей. 

Из обвинительного заключения не представляется возможным установить, в связи с чем привлечение денежных средств дольщиков представляет из себя причинение ущерба и по какой причине привлечённые кредитные средства от ОАО «название» также считаются ущербом, но лишь в части незаконного залога. 

Вместе с тем, в следующем абзаце обвинение противоречит вышеизложенному, поскольку там указывается, что ФИО1 не планировала в полном объёме использовать привлечённые денежные средства на выполнение своих обязательств, намереваясь противозаконно завладеть лишь частью из них (лист обв.зак. №12, последний абзац).

В обвинительном заключении, указав о причинении ФИО1 совместно с соучастниками ущерба дольщикам и кредитным организациям на общую сумму 1 014 702 238,46 рублей, обвинение приходит к выводу о том, что часть из привлечённых денежных средств в сумме не менее 111 730 000 рублей в период с 15 августа 2012 года по 10 мая 2017 года, ФИО1, путём обмана участников долевого строительства, проведя ряд фиктивных операций по счетам группы компаний, вместе с соучастниками вывела и похитила, перечислив по различным договорам (лист обв.зак. №13, абзац первый).

При таких обстоятельствах суд обоснованно обратил внимание на то, что из указанного обвинения в этой части о хищении данных денежных средств (листы обв.зак. №13-14), не представляется возможным установить, в чем заключался обман участников долевого строительства, в связи с чем они являются потерпевшими при хищении денежных средств, принадлежащих к тому моменту ЗАО «название», при этом не отражено, откуда именно происходило хищение денежных средств со счетов юридического лица (место совершения хищения).

При этом не представляется возможным проверить, каким образом установлена сумма похищенного «не менее 111 730 000 рублей», поскольку из последующей приведенной совокупности фиктивных операций органы следствия указывают о перечислении суммы в размере 35 269 655, 93 рублей., которую также невозможно проверить и установить, проведя математические расчеты по сложению сумм, приведенных органами следствия по фиктивным сделкам. 

Вопреки доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшего о том, что ФИО1 вменено хищение денежных средств в сумме 976 869 046 рублей 46 коп., то есть на всю сумму денежных средств, внесенных участниками долевого строительства, а, следовательно, и не имеет значение, какой ущерб причинен конкретному потерпевшему, из обвинительного заключения это не следует, и противоречит ранее приведенным выводам о том, что общий ущерб по данному преступлению учитывал ущерб дольщиков, и ущерб ОАО «название», а также противоречит и тому, что похищено «не менее 111 730 000 рублей». 

Суд, проанализировав обвинительное заключение, сопоставив обстоятельства, приведенные в разных абзацах данного процессуального документа, пришел к правильному выводу о том, что обвинение, предъявленное ФИО1, содержит противоречие. 

Суд апелляционной инстанции согласен с выводами суда о том, что обвинение «неконкретизировано», носит неопределённый характер, из обвинения не следует, какие конкретные действия ФИО1 свидетельствуют о наличии состава преступления, в чём выражаются. Каким образом ФИО1 использовала свои служебные полномочия, в чём выразилось злоупотребление доверием и по отношению к кому именно. Действия, вмененные в вину : «исполняла распоряжения ФИО.» (без какого-либо уточнения), «организовала заключение договоров», «привлекла денежные средства», «с соучастниками перечислили денежные средства», «с соучастниками вывела в наличный оборот денежные средства», не раскрыты, то есть, не конкретизированы. 

Вопреки доводам апелляционного представления апелляционной жалобы потерпевшего о том, что, в материалах уголовного дела содержатся все необходимые сведения, позволяющие определить место и время совершения преступления, то есть отсутствие препятствий для разрешения уголовного деда, суд апелляционной инстанции полагает, что суд правильно установил наличие таких препятствий и обоснованно возвратил дело прокурору. 

В соответствии с ч.1 ст.252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, которое окончательно формулируется в обвинительном заключении.

Согласно п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователем указывается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, то есть те обстоятельства, которые в соответствии с п.1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ подлежат доказыванию. 

Суд апелляционной инстанции полагает, что с учетом доводов, приведенных в обоснование возращения дела прокурору, с учетом анализа структуры обвинительного заключения, выводы суда о том, что не определён сам предмет преступления, соответственно не установлен характер и размер ущерба, причиненного преступлением, не определены лица, являющиеся потерпевшими по данному преступлению, не установлено место и время совершения указанного преступления (мошенничества), являются обоснованными.

Вопреки утверждениям апелляционного представления о том, что суд не указал о нарушении прав уголовного судопроизводства, суд мотивировал свой вывод о нарушении процессуальных прав, как обвиняемой, так и потерпевших на защиту. Суд исходил из того, что ненадлежащим образом сформулированное обвинение, противоречивое, поскольку влечет различное толкование изложенных в обвинении обстоятельств, что не позволяет установить подлежащие доказыванию и имеющие значение для уголовного дела обстоятельства. 

Отсутствие в предъявленном обвинении конкретных действий, определяющие роль обвиняемой в совершении инкриминируемых ей деяний, нарушает её право на защиту, поскольку защищаться возможно лишь от обвинения в совершении определённых действий в установленный период. 

Суд апелляционной инстанции полагает, что в постановлении суда приведены существенные фундаментальные нарушения, которые не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства. 

Суд обоснованно полагал, что в соответствии с требованиями ч.1 ст.32 УПК РФ уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, за исключением случаев, предусмотренных ч.4-5.1 ст.32 УПК РФ, а также в случаях изменения территориальной подсудности, в соответствии со ст.35 УПК РФ. 

Поскольку место совершения преступления не определено, рассмотрение данного дела 

<

адрес> районным судом Санкт-Петербурга, равно как и любым другим судом, может привести к нарушению базовых прав участников уголовного судопроизводства, предусмотренных ст. 47 Конституции РФ.

Суд также обоснованно полагал, что могут быть нарушены и конституционные права всех участников судопроизводства, предусмотренные ч.1 ст.47 Конституции Российской Федерации, о праве рассмотрение дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Принимая во внимание, что обстоятельства, послужившие основанием к избранию меры пресечения в виде запрета определённых действий, не изменились и не отпали, при этом запрет, предусмотренный п.1 ч.6 ст.105.1 УПК РФ не избирался, суд обоснованно оставил меру пресечения в виде запрета определенных действий, сохранив ранее наложенные запреты и ограничения. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение состоявшегося судебного решения, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Руководствуясь ст. 389.13 УПК РФ, ст.389.15 УПК РФ, 389.20 УПК РФ, 389.28 УПК РФ, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ :

Постановление Петроградского районного суда г. Санкт- Петербурга от 01 апреля 2021 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1 на основании ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору Санкт-Петербурга оставить без изменения, 

апелляционное представление государственного обвинителя Семеновой Ю.С. и апелляционную жалобу потерпевшего ФИО -

без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47. 1 УПК РФ (ч.3 ст.401.3 УПК РФ) в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

В случае подачи кассационной жалобы или принесения кассационного представления обвиняемая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья судебной коллегии по уголовным делам :