Дело № 2-329/2024

22RS0065-02-2023-004325-69

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 июля 2024 года город Барнаул

Индустриальный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Н.Н.Лопуховой, 

при секретаре Паршиной Т.А.,

с участием помощника прокурора Индустриального района г.Барнаула Смолиной И.Г., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (истец) обратился в Индустриальный районный суд г. Барнаула с иском к ФИО3 (ответчик) о взыскании денежных средств за причиненный имущественный вред в размере 12 700 рублей 00 копеек, а также компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей 00 копеек.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ около 19:00 часов истец переходил проезжую часть по пешеходному переходу на разрешающий сигнал светофора около остановки 

<

данные изъяты> (

<

адрес>).

В момент перехода проезжей части ФИО1 услышал женский крик «осторожно, машина», в связи с чем повернулся, увидел приближающийся ко нему автомобиль, после чего был сбит автомобилем и сразу потерял сознание.

После того как истец пришел в себя, он был дезориентирован. ФИО1 предложили сесть на лавочку, чтобы прийти в сознание, после чего водитель автомобиля, которым истец был сбит, посадил его в свой автомобиль и сказал, что отвезет к месту, куда ФИО1 направлялся. 

Истец с ответчиком обменялись номерами телефонов, после чего некоторое время общались посредством мессенджера «WhatsApp». Однако, в недавнем времени ФИО3 перестал выходить на связь.

Факт дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) подтверждается определением *** от ДД.ММ.ГГГГ и сведениями о дорожно-транспортном происшествии от ДД.ММ.ГГГГ.

Так же в результате ДТП истцу был причинен имущественный вред, а именно был поврежден принадлежащий ему ноутбук марки ASUS. Согласно Акту сдачи-приемки ***, на ноутбуке имеются деформация корпуса (а именно – Топ кейс, крышка поддона, рамка матрицы и крышка матрицы), не повлекшая за собой повреждения внутренних комплектующих, ориентировочная стоимость устранения выявленных неисправностей составила: Топ кейс – 4000 рублей, поддон – 1800 рублей, рамка матрицы – 1 900 рублей, крышка матрицы – 2500 рублей, работа по замене корпуса – 2000 рублей, итоговая стоимость составила 12 200 рублей. Стоимость платы за услугу диагностики составила 500 рублей.

В результате ДТП истцу причинен моральный вред, выразившийся в том, что истец доверился водителю, рассчитывал на мирное урегулирование конфликта, однако водитель перестал выходить на связь. Указанный обман вызвал у истца сильные переживания, с учетом силы и продолжительности которых ФИО1 определил сумму морального вреда в размере 100 000 рублей.

В судебном заседании 04.07.2024 г. ФИО1 отказался от иска к ФИО3 в части требований о возмещении имущественного ущерба в размере 12 700 рублей 00 копеек, о чем оформлено соответствующее заявление, определением от 04.07.2024 г. отказ от иска в части принят судом, производство по делу в указанной части прекращено.

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда настаивал в полном объеме, по обстоятельствам ДТП пояснил, что переходил проезжую часть по пешеходному переходу около остановки 

<

данные изъяты> (

<

адрес>), шел на разрешающий сигнал светофора, был в наушниках, но слышимость в них была достаточная. В этот момент услышал женщину, которая закричала ему, что едет автомобиль, сам ответчик звуковой сигнал автомобиля не подавал. Произошел наезд автомобиля ответчика на истца, от чего последний упал. Удар был сильный, истец ударился головой об капот автомобиля ответчика, а затем затылком об асфальт, после чего потерял ориентир, не помнит, кто ему помог подняться и сесть на лавочку на остановке. После удара истец не понимал происходящего, началось головокружение. Ответчик отвез истца на балтийский базар, поскольку ФИО1 запланировал там встречу с другом. После ДТП истца периодически мучили головокружения, боль в ногах, около суток была острая боль в ноге, головокружение не проходило 3-4 часа, болел затылок, появилась шишка. В больницу ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ, какие-либо лекарственные препараты не принимал, полностью после удара истец восстановился через 2 недели. В течение 2 недель, потраченных на восстановление, привычный уклад жизни истца не изменился, однако из дома он стал выходить значительно реже, чем до ДТП. После ДТП ФИО1 испытал сильное волнение и переживание, так как ответчик был готов к встрече с ним, они обменивались номерами телефона, однако позднее ФИО3 просто перестал выходить на связь. Также истец указал, что его моральные тяготы, перенесенные в результате ДТП, основаны на том, что он потерял много времени, сил и нервов, получил сильный удар. ФИО1 пояснил, что в объяснениях, отобранных у него в рамках административного материала, писал, что не помнит, на какой сигнал светофора он переходил дорогу, поскольку на тот момент у него возникли сомнения. В настоящее время он отчетливо помнит, что передвигался по пешеходному переходу на зеленый сигнал светофора. До перехода и по нему истец двигался спокойно, не спешил. Кто был очевидцем происшествия, истцу не известно, иными документами, подтверждающими обстоятельства произошедшего, он не располагает. В ходе рассмотрения дела истец также указывал, что после осмотра в травмпункте врач рекомендовал ему носить воротник, использовать мазь, делать зарядку. Воротник для шеи он носил в течение 5 дней. После ДТП ответчик материальную помощь истцу не предлагал, в больницу его не отвез.

Ответчик в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате, времени и месте его проведения. Ранее, при участии в рассмотрении дела по обстоятельствам произошедшего пояснил, что двигался по 

<

адрес> в 

<

адрес> по левой полосе со скоростью около 40-45 км/ч, ехал на зеленый сигнал светофора, внезапно увидел парня, который появился из-за трамвайной остановки, начал переходить дорогу, применил экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось. После столкновения ответчик подошел к ФИО1, помог ему перейти дорогу, спросил о самочувствии. ФИО1 пояснил, что скорую помощь ему вызывать не нужно, в помощи он не нуждается, ФИО3 по просьбе истца отвез его к месту, куда он направлялся перед ДТП, после чего вернулся на место происшествия и вызвал сотрудников ГИБДД. Истец ударился об машину телом и упал, когда ответчик подошел к нему, ФИО1 уже самостоятельно поднялся на ноги. Факт причинения истцу морального вреда ответчик не отрицал, однако полагал, что он причинен в меньшем размере, чем заявлено в иске, готов возместить истцу ущерб в размере 5 000 – 7 000 рублей.

Представитель ответчика в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, поддержав доводы, приведенные в письменном отзыве на исковое заявление (л.д. 62-64), в котором указал, что согласно сведениям из административного материала, на момент столкновения разрешающий сигнал светофора горел для движения автомобилей, а не пешеходов. Кроме того, перед пересечением проезжей части истец мер предосторожности не предпринял, по сторонам не смотрел, в отсутствии на дороге автомобилей не убедился, переходя проезжую часть, был в капюшоне, который закрывал ему боковой обзор проезжей части. Решение о переходе дороги истец принял мгновенно, без принятия мер предосторожности и безопасности, после того, как увидел автобус, на котором хотел уехать. Реализация такого решения истцом стала внезапно возникшим обстоятельством наступления ДТП с движущимся по крайней левой полосе дороги автомобилем. Таким образом, истец нарушил ПДД РФ, приняв решение перейти проезжую часть, не убедившись, что движение по пешеходному переходу разрешено сигналом светофора, не оценил расстояние о приближающегося автомобиля, его скорость и не убедился, что переход дня него будет безопасным, тем самым своими действиями истец создал опасную для движения ситуацию, которая привела к ДТП. Следовательно, причиной ДТП явилось нарушение истцом ПДД РФ, в результате которого истец получил физическую боль от столкновения с автомобилем и испуг от контакта с ним. Поскольку в настоящем споре имеют место виновные действия самого потерпевшего, которые выразились в грубом нарушении ПДД РФ и явились причиной ДТП, соответственно, имеются основания для уменьшения размера компенсации морального вреда. Кроме того, представитель ответчика полагал, что медицинскими документами не подтверждается факт причинения какого-либо вреда здоровью истца. Вместе с тем, причинение физической боли от столкновения истца с автомобилем ответчика не исключается, но, учитывая, что в день ДТП и на следующий день после него ФИО1 не обращался в медицинские учреждения, то можно сделать вывод, что боль была незначительной. Тот же самый вывод можно сделать и в отношении нравственных страданий, которые выразились в наступлении испуга (чувства страха) перед автомобилем в момент ДТП. Компенсация морального вреда должна быть соразмерна незначительным для истца физическим и нравственным страданиям, которые не помешали ситцу после ДТП продолжить реализацию своих планов в тот же день (играть с другом в компьютерные игры на ноутбуке до позднего вечера). По мнению представителя ответчика, разумным размером компенсации в данном случае будет сумму 5 000 рублей.

В судебном заседании представитель ответчика дополнительно указал, что доводы истца о причиненном его здоровью вреда медицинскими материалами не подтвержден, а потому полагал, что истец получил незначительные удары в пояс, и в результате столкновения с автомобилем просто упал, испытав лишь чувство страха. Доказательств тому, что истец проходил лечение, в том числе принимал лекарственные препараты, не представлено. Заключением судебной экспертизы установлено, что шейные боли, которые испытывал истец, возникли не в результате ДТП, а по причине заболевания, которое имелось у истца. Тот факт, что на момент ДТП разрешающий сигнал горел для автомобилей, подтверждается пояснениями самого ответчика, содержащимися в административном материале. Очевидцев ДТП нет, запись с видеорегистратора у ответчика также отсутствует.

С учетом положений ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования истца обоснованными, подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему выводу.

Согласно положениям ст.ст. 55, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч.3 ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов 00 минут в районе дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, произошел наезд автомобилем 

<

данные изъяты> под управлением ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на пешехода ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 23).

По факту ДТП сотрудниками ГИБДД произведен осмотр места совершения административного правонарушения, составлен протокол осмотра, схема места совершения административного правонарушения.

На основании определения инспектора ИДПС ОБДПС ГИБДД УМВД России по г. Барнаулу *** от ДД.ММ.ГГГГ по факту наезда на пешехода ФИО1 и причинения последнему телесных повреждений возбуждено дело об административном правонарушении, назначено проведение административного расследования (л.д. 22).

В рамках производства по делу об административном правонарушении инспектором ИДПС ОБДПС ГИБДД УМВД России по г. Барнаулу отобраны объяснения у водителя ФИО3, потерпевшего ФИО4

Из объяснений ФИО3, полученных в рамках дела об административном правонарушении, судом установлено, что он управлял автомобилем 

<

данные изъяты>, двигался по 

<

адрес> от 

<

адрес> тракта в среднем ряду со скоростью около 40 км/ч, в районе 

<

адрес> с нечетной стороны на регулируемом пешеходном переходе с левой стороны неожиданно выбежал молодой человек в темной одежде, когда пешеходам горел красный сигнал светофора, а для автомобилей – разрешающий сигнал. Погодные условия были плохие, шел снег. Для того, чтобы избежать столкновения с пешеходом, водитель предпринял попытку маневрирования влево, после чего резко затормозил, вышел из автомобиля, подошел к пешеходу, спросил, все ли у него хорошо. Пешеход был в капюшоне и наушниках, пояснил, что увидел свой автобус, который не остановился на автобусной остановке, побежал на красный сигнал светофора, автомобиль он заметил в последний момент. При общении с пострадавшим, ФИО3 спросил, как его самочувствие, требуется ли ему скорая помощь, на что потерпевший ответил, что у него все хорошо, от медицинской помощи отказался. Поскольку ФИО1 куда-то спешил, ФИО3 предложил его довезти, подвез его до пересечения улиц 

<

адрес> Называть свои данные пострадавший отказался, ушел в неизвестном направлении, после чего ФИО3 вернулся на место ДТП для его оформления.

Из объяснений ФИО1, полученных в рамках дела об административном правонарушении, судом установлено, что около 19:00 часов он начал переходить дорогу по регулируемому пешеходному переходу по адресу: 

<

адрес>, на какой сигнал светофора, не помнит. Ступив на пешеходный переход, он услышал женский крик о том, что едет автомобиль, после чего обернулся и увидел его, после чего помнит, что начал задыхаться, его отвели на остановку, где он немного посидел и потом водитель автомобиля, сбивший его, посадил к себе в машину и отвез к месту ФИО1 изначально направлялся. Водитель оставил свой номер телефона и сказал, что его зовут Павел. После этого ФИО1 пошел в ТЦ «Балтийский базар» куда и направлялся до ДТП. Павел написал ему в мессенджере, поинтересовался самочувствием, спросил, все ли в порядке.

Определением инспектора ИДПС ОБДПС ГИБДД УМВД России по г. Барнаулу от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО3 ввиду отсутствия состава административного правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ).

Определением инспектора ИДПС ОБДПС ГИБДД УМВД России по г. Барнаулу от ДД.ММ.ГГГГ в рамках дела об административном правонарушении назначена судебно-медицинская экспертизы, производство которой поручено экспертам 

<

данные изъяты>

Согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты> *** от ДД.ММ.ГГГГ, по имеющимся судебно-медицинским данным судить о якобы имевшей место травме ФИО1 в условиях ДТП – ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным. В представленных на экспертизу документах, а также на основании данных проведенного объективного осмотра ДД.ММ.ГГГГ не определяется достоверных данных о наличии у ФИО1: «Ушиба мягких тканей затылочной области справа, дисторзии шейного отдела позвоночника» от ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, обращение ФИО1 за медицинской помощью не подлежит оценке по степени вреда причиненного здоровью человека. Основание: п. 27 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 194н от 24.04.2008 г.

Постановлением инспектора (по ИАЗ) отделения ИАЗ ОГАИ УМВД России по г. Барнаулу от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу об административном правонарушении ***, возбужденному по сообщению о получении телесных повреждений ФИО1 в результате ДТП, прекращено за отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, поскольку получение ФИО1 телесных повреждений достаточными доказательствами не подтвердилось.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылался на то, что в результате ДТП ему причинен моральный вред, выразившийся в сильных волнениях и переживаниях по поводу того, что мирным путем урегулировать конфликт не удалось, материальную помощь ответчик истцу не предлагал, в больницу его не отвез, позднее перестал выходить на связь. Моральные страдания истца основаны на том, что он потерял много времени, сил и нервов, получил сильный удар. Также истец указал, что после ДТП его периодически мучили головокружения, боль в ногах, около суток после происшествия была острая боль в ноге, головокружение не проходило 3-4 часа, болел затылок, появилась шишка. В больницу ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ, после осмотра в травмпункте врач рекомендовал ему носить воротник, использовать мазь, делать зарядку. Воротник для шеи он носил в течение 5 дней. Какие-либо лекарственные препараты истец не принимал, полностью после удара восстановился через 2 недели. В течение 2 недель, потраченных на восстановление, привычный уклад жизни истца не изменился, однако из дома он стал выходить значительно реже, чем до ДТП.

Указанные обстоятельства вызвали у истца сильные переживания, с учетом силы и продолжительности которых ФИО1 определил сумму морального вреда в размере 100 000 рублей.

В обоснование размера компенсации морального вреда истец представил:

- справку 

<

данные изъяты> *** от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой по результатам осмотра ФИО1 постановлен диагноз: Ушиб мягких тканей затылочной области справа», данных за ЧМТ на момент осмотра нет. Рекомендовано наблюдение невролога по месту жительства, найз 1 таблетка 1 раз в день;

- осмотр травматолога-ортопеда 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, жалобы на боль в шейном отделе позвоночника, анамнез заболевания: ДТП ДД.ММ.ГГГГ в 19:00 около 

<

адрес> на пешеходном переходе сбила машина 

<

данные изъяты>. По результатам осмотра поставлен диагноз: дисторзия ШОП, мышечно-тонический синдром ШОП. Рекомендовано: спать на твердой поверхности 21 день, воротник Шанса до трех недель, носить каждый день не более 5 часов, мидокалм 450 мг 1 раз в день – 10 дней, местно мазать быструмгель, фастумгель 2-3 раза в день – 10 дней, НПВС аэртал, ксефокам 1 таблетка 2 раза в день – 10 дней, консультация в ГБ *** НХО, наблюдение у хирурга/терапевта/невролога, повторная явка ДД.ММ.ГГГГ;

- осмотр терапевта 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, жалобы на головные боли, со слов – ДД.ММ.ГГГГ сбила машина. По результатам осмотра поставлен диагноз: мышечно-тонический синдром ШОП, рекомендовано: консультации невролога, хирурга;

- осмотр невролога 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, жалобы на боль в шейном отделе позвоночника, боль в бедрах, ДД.ММ.ГГГГ ДТП, со слов, сбит машиной. По результатам осмотра поставлен диагноз: остеохондроз шейного и поясничного отдела позвоночника, хроническое рецидивирующее течение, цервикалгия, люмбаишалгия с 2-х сторон.

Также истцом представлены показания свидетелей.

Так, свидетель ФИО7 – отец истца, суду показал, что о произошедшем ДТП ему стало известно через три дня после произошедшего, когда ФИО1 рассказал о том, что его сбил автомобиль на пешеходном переходе, когда он переходил проезжую часть на зеленый сигнал светофора. Водитель автомобиля остановился, после столкновения подошел к истцу, посадил его на лавочку, предложил вызвать скорую помощь. ФИО1 находился в шоковом состоянии после удара, попросил довезти его до 

<

адрес> произошедшего, ответчик интересовался состоянием здоровья сына. Каких-либо изменений в поведении сына по телефону свидетель не заметил, ФИО1 жаловался только на головную боль, однако ее причину умолчал. С истцом он виделся через три дня после ДТП, сын иногда жаловался на головокружение.

Свидетель ФИО8 суду показала, что о ДТП узнала ДД.ММ.ГГГГ со слов ФИО1 После происшествия истец ночевал у друга, когда он пришел домой, у него была шишка на затылке и синяки на теле. Никита рассказал, что переходил проезжую часть по пешеходному переходу на зеленый сигнал светофора, в этот момент его сбил автомобиль, после чего он потерял сознание. Со слов истца ей известно, что после удара он плохо соображал, был в невменяемом состоянии. От удара его откинуло. В момент ДТП ФИО1 шел на встречу с другом. После ДТП у Никиты была боль в шее, врачи рекомендовали ему носить корсет для шеи, а также выполнять упражнения, какие таблетки прописывали истцу и на какой срок, свидетель не помнит. Болезненные ощущения в шее и спине у истца присутствуют до сих пор. До ДТП таких проблем у него не было, после ДТП головные боли у истца сохранялись около недели.

В ходе рассмотрения дела в связи с необходимостью определения объема телесных повреждений, полученных ФИО1 вследствие ДТП, возможности получения заявленных повреждений в связи с указанными в иске обстоятельствами, а также степени тяжести вреда здоровью, причиненного истцу, определением суда отДД.ММ.ГГГГ назначена судебно-медицинская экспертизы, производство которой поручено специалистам 

<

данные изъяты>

Согласно заключению 

<

данные изъяты> *** от ДД.ММ.ГГГГ, из данных представленных на экспертизу медицинских документов, данных осмотра потерпевшего судебно-медицинским экспертом ДД.ММ.ГГГГ (заключение *** от ДД.ММ.ГГГГ), наличие у ФИО1 ушиба мягких тканей затылочной области справа (отсутствие описания в медицинских документах – отека, каких-либо травматических меток на голове), дисторзии (растяжение связочного аппарата) (шейного отдела позвоночника (отсутствие напряжения мышц, ограничения движений в шейном отделе позвоночника при первичном осмотре врачом-травматологом в травмпункте ДД.ММ.ГГГГ, при осмотре судебным экспертом ДД.ММ.ГГГГ) объективными и достоверными данными не подтверждены, поэтому не принимались во внимание экспертной комиссией, как достоверно не установленные (п. 27 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. № 194н).

Появление у ФИО1 напряжения паравертебральных мышц и минимального ограничения подвижности в шейном и поясничном отделах позвоночника ДД.ММ.ГГГГ (при осмотре неврологом), через 7 дней после ДТП, было расценено врачом как обострение остеохондроза позвоночника – собственного заболевания, которое не имеет отношения к событиям ДД.ММ.ГГГГ.

Экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" N 73-ФЗ на основании определения суда о поручении проведения экспертизы экспертами данного учреждения в соответствии с профилем деятельности, заключение содержит подробное описание произведенных исследований (изучение обстоятельств дела, медицинских документов), ссылки на нормативную документацию, использованную при производстве экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Выводы экспертов обоснованы данными из имеющихся в их распоряжении на момент исследования документов, экспертиза проведена специальным экспертным учреждением, специалистами, имеющими длительный стаж специальной и экспертной работы.

Достоверных, объективных доказательств, опровергающих выводы вышеназванного экспертного заключения, сторона истца, ответчика не представили, выводы экспертов являются мотивированными и обоснованными, экспертами даны ответы на поставленные вопросы в полном объеме с учетом их полномочий и компетенции, каких-либо неточностей, недостоверных сведений представленное заключение не содержит.

Оценив представленное заключение, суд принимает его в качестве доказательства по делу, поскольку оно является относимым и допустимым, выполнено с соблюдением требований закона.

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 20 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жизнь. Данное право как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность защищается государством. Право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

К числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 – 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, здоровье и личная неприкосновенность относятся к нематериальным благам, принадлежащим каждому гражданину от рождения, и подлежат защите в соответствии с действующим законодательством, теми способами и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального блага и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, гражданская ответственность за причинение вреда владельца транспортного средства наступает в силу императивных требований закона, а именно положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации независимо от его вины.

Проанализировав представленные доказательства, учитывая приведенные положения действующего законодательства, суд приходит к выводу о том, что при установленных обстоятельствах ДТП ДД.ММ.ГГГГ при участии водителя ФИО3, истец ФИО1 в связи с наездом на него транспортным средством Ниссан Патрол, принадлежащим ответчику, безусловно испытывал страдания выразившиеся в физической боли от столкновения с автомобилем и испуге от контакта с ним, что не оспаривалось стороной ответчика в ходе рассмотрения дела.

Поскольку ответчик в данном случае несет повышенную ответственность перед потерпевшим как владелец источника повышенной опасности, в связи с чем размер компенсации морального вреда определяется вне зависимости от наличия или отсутствия его вины, с учетом конкретных обстоятельств дела, тяжести причиненного вреда здоровью, принимая во внимание характер нравственных страданий пострадавшему, который перенес физическую боль.

В данном случае, ответчик, независимо от наличия или отсутствия его вины в ДТП при управлении источником повышенной опасности, будучи его владельцем, обязан возместить причиненный потерпевшему ущерб, в связи с чем у суда имеются основания для взыскания с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в рамках рассматриваемого иска.

При этом подлежат отклонению как несостоятельные утверждения представителя ответчика о том, что в данном деле имеет место грубая неосторожность со стороны истца, который нарушил ПДД РФ, приняв решение перейти проезжую часть, не убедившись, что движение по пешеходному переходу разрешено сигналом светофора, не оценил расстояние приближающегося автомобиля, его скорость и не убедился, что переход для него будет безопасным, переходя проезжую часть, был в капюшоне, который закрывал ему боковой обзор проезжей части, тем самым своими действиями создал опасную для движения ситуацию, которая привела к ДТП 

Действительно, действующее законодательство (абзац 1 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации) допускает возможность уменьшения размера возмещения в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, если возникновению или увеличению вреда содействовала грубая неосторожность самого потерпевшего.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац 2 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Таким образом, размер возмещения может быть уменьшен в зависимости от вины самого потерпевшего. При этом в каждом конкретном случае нужно выяснять является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, а также учитывать фактические обстоятельства дела (характер деятельности, обстановку причинения вреда, индивидуальные особенностей потерпевшего и др.).

Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. В данном случае таких обстоятельств по делу судом не установлено.

Доводы ответчика, его представителя о том, что истец переходил проезжую часть на запрещающий сигнал светофора, допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждены, сам истец указанное обстоятельство отрицал.

При этом, учитывая обстоятельства ДТП, суд полагает, что в действиях ответчика имело место нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно требованиям которого водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил; при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, поскольку ФИО3 вел транспортное средство, хотя и с допустимой скоростью, но, тем не менее, с такой, которая не обеспечила ему возможность постоянного контроля за движением и при возникновении опасности для движения не позволила остановить транспортное средство при появлении истца.

Доказательств тому, что истец появился на проезжей части внезапно, и при таких обстоятельствах у ответчика отсутствовала техническая возможность избежать столкновения путем торможения, в материалы дела не представлено, ходатайств о проведении автотехнической экспертизы сторона ответчика в ходе рассмотрения дела не заявляла.

При установленных обстоятельствах, суд полагает, что истец имеет право на взыскание в его пользу с ответчика компенсации причиненного вреда.

В этой связи суд полагает необходимым отметить следующее.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац 2), при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

В пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" внимание судов обращено на то, что при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, иных заслуживающих внимание обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает:

- обстоятельства происшествия, а именно, конкретные обстоятельства ДТП, установленные судом при рассмотрении дела, 

- характер причиненных истцу физических и нравственных страданий относительно произошедшего ДТП, о чем указано в исковом заявлении, установлено из пояснений истца, допрошенных в судебном заседании свидетелей, в том числе степень и период физических, нравственных страданий, который, как следует из пояснений самого истца, длительным не являлся, 

- то обстоятельство, что в результате ДТП истец испытал физическую боль и нравственные страдания;

также суд учитывает 

- отсутствие доказательств возникновения у истца в результате ДТП травм, 

- отсутствие достаточных доказательств изменения привычного уклада жизни истца, в том числе, влияния происшествия на изменение активности образа его жизни; отсутствие доказательств прохождения истцом какого-либо лечения в связи с происшествием и наличия в связи с этим неудобств и ограничений, то обстоятельство, что ДТП не повлекло тяжести вреда здоровью истца, что в свою очередь само по себе не является основанием для отказа истцу в иске, поскольку в результате взаимодействия источника повышенной опасности под управлением ответчика, при установленных обстоятельствах истец испытал физическую боль, что нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения дела по существу.

Также судом учитывается 

- трудоспособный возраст ответчика, 

- отсутствие добровольного возмещения истцу компенсации морального вреда со стороны ответчика.

Учитывая изложенное, исходя из принципа разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, денежной суммой в размере 10 000 рублей. 

Исходя из изложенного, суд удовлетворяет исковые требования частично.

Оснований для компенсации морального вреда в ином размере, в том числе в размере, заявленном ко взысканию, судом не установлено, поскольку со стороны истца не представлено достаточных и допустимых доказательств тому, что при установленных по делу обстоятельствах размер такой компенсации должен соответствовать денежной сумме 100 000 рублей, как и со стороны ответчика не представлено достаточных доказательств тому, что такой размер такой компенсации должен соответствовать сумме 5 000 рублей. 

В частности, не является основанием для снижения компенсации морального вреда доводы представителя ответчика о том, что в день ДТП и на следующий день после него ФИО1 не обращался в медицинские учреждения, после ДТП продолжил реализацию своих планов, следовательно, боль от столкновения с автомобилем была незначительной, поскольку допустимых, относимых и достоверных доказательств в их обоснование стороной ответчика не представлено, приведенные представителем доводы в этой части фактически являются предположениями.

Поскольку доказательств наличия в действиях истца признаков грубой неосторожности, которая состояла бы в силу части 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации в причинно-следственной связи с ДТП, ответчиком не представлено, оснований полагать, что истец содействовал наступлению вредоносного результата, у суда не имеется, в связи с чем причины для снижения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, в данном случае отсутствуют.

Оснований для применения в данном случае положений п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд также не находит, поскольку стороной ответчика в ходе рассмотрения дела доказательств имущественного положения последнего представлено не было. Допустимых и достаточных доказательств тому, что ответчиком размер компенсации, определенный судом, не может быть возмещен, в материалы дела не представлено.

Таким образом, исковые требования в названной части суд удовлетворяет частично, взыскивая с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Поскольку в данном случае исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина, уплаченная последним при подаче иска, в размере 300 рублей 00 копеек.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей 00 копеек; судебные расходы в размере 300 рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований в оставшейся части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Алтайского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд города Барнаула.

Судья Н.Н. Лопухова

Решение суда в окончательной форме принято 11 июля 2024 года.

Верно, судья Н.Н.Лопухова

Секретарь судебного заседания Т.А.Паршина

Решение суда на 11.07.2024 в законную силу не вступило.

Секретарь судебного заседания Т.А.Паршина

Подлинный документ подшит в деле № 2-329/2024 Индустриального районного суда г. Барнаула.