Дело № 2-132/2025 (УИД № 62RS0002-01-2024-002892-80)

Решение

Именем Российской Федерации

19 марта 2025 года г. Рязань

Московский районный суд г. Рязани в составе председательствующего судьи Васильевой М.А. при секретаре Черных А.С., с участием:

представителя истца по первоначальному иску, представитель ответчика по встречному иску ФИО1 – ФИО2, действующей на основании ордера № № от 11.07.2024,

представителя ответчика по первоначальному иску, представителя истца по встречному иску ФИО3 – ФИО4, действующей на основании ордера № № от 19.09.2024,

представителя третьего лица по первоначальному иску администрации г. Рязани - ФИО5, действующей на основании доверенности № № от 20.12.2024,

помощника прокурора Московского района г. Рязани – Хорунжей О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело 

по иску ФИО1 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением и 

по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО1 о признании договора приватизации недействительным,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, в котором просит признать ФИО3 утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>.

В обоснование своих исковых требований истец по первоначальному иску ФИО1 указывает, что она является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 55,8 кв.м, кадастровый номер №. В данной квартире, кроме истца, зарегистрированы и проживают её супруг ФИО6 и их общий сын ФИО7. В квартире также зарегистрирован её сын от первого брака ФИО3. До декабря 2000 года все проживали в квартире по указанному адресу, ответчик ФИО3 был зарегистрирован в квартире как член семьи. В 2000 году ФИО3 съехал с квартиры со всеми вещами к будущей жене. В 2009 году ответчик женился второй раз на ФИО8 и в 2012 году в браке они приобрели квартиру по адресу: 

<

адрес>. Фактически в спорной квартире проживает истец, её супруг и их общий сын. Расходы по содержанию квартиры и ремонту осуществляют лишь они. Ответчик ФИО3 в указанной квартире не проживает, в квартире нет его вещей, препятствий в пользовании жилым помещением ему никто не чинит. Расходов по содержанию жилья он не несёт. Регистрация в принадлежащем истцу на праве собственности жилом помещении ответчика, существенным образом ограничивает её права владения, пользования и распоряжения жилым помещением. Она с мужем являются пожилыми людьми, которым затруднительно подниматься без лифта на 5 этаж, где расположена спорная квартира. Они приняли решение продать данное жилье и приобрести более удобное жилое помещение, однако ответчик ФИО3 категорически отказывается добровольно сняться с регистрационного учёта в квартире, в которой он не проживает более 20 лет, при этом, у него имеется в собственности жилье, в котором он может самостоятельно зарегистрироваться. В связи с тем, что урегулировать спорную ситуацию в досудебном порядке не представляется возможным, истец вынуждена обратиться за защитой своих прав в суд.

Ответчик по первоначальному иску ФИО3 подал встречное исковое заявление к ФИО1, в котором просит:

признать отказ ФИО3 от участия в приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> – недействительным, как сделки, совершенной под влиянием обмана;

признать договор о передаче в собственность ФИО1 жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, недействительным. 

В обоснование своих исковых требований истец по встречному иску ФИО3 указывает, что он зарегистрирован в жилом помещении по адресу: 

<

адрес>. В 2009 году был заключён договор бесплатной передачи в собственность граждан на спорное жилое помещение. Единственным собственником жилого помещения стала его мать – ФИО1. Поскольку остальные зарегистрированные лица, его братья и он сам отказались от приватизации в пользу матери, на момент приватизации он имел равные права с ФИО1 При подписании им отказа от приватизации между ФИО9 и ФИО1 было заключено устное соглашение, по условиям которого, после отказа от приватизации за ФИО3 будет сохранено право пользования жилым помещением до выплаты доли, от которой он отказался. Полагает, что нарушаются его права, поскольку его ввели в заблуждение относительно отказа от приватизации и сохранения права пользования жилым помещением. На момент подписания отказа от приватизации спорное жилое помещение являлось его единственным жильём. О нарушении своего права ФИО3 стало известно, когда ФИО1 подала в суд исковое заявление о признании им утратившим право пользования. При таких обстоятельствах, полагает, что срок давности по недействительным сделкам им не пропущен.

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) ФИО1 – ФИО2 просила первоначальный иск удовлетворить, в удовлетворении встречного искового заявления отказать, пояснив в судебном заседании, что при приватизации жилого помещения между матерью и сыном не существовало никаких договорённостей. Все члены семьи ФИО1 без всяких обязательств с её стороны отказались от приватизации. Действительно, ФИО1 со своим мужем передавали ответчику ФИО3 денежные средства на первоначальный взнос при получении ответчиком ипотечного кредита, однако передача указанных денежных средств никаким образом не была связана с приватизацией квартиры. Эта было сделано с целью оказания добровольной помощи семье. 

Также указывает, что из смысла статьи 179 Гражданского кодекса РФ под обманом подразумевается введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создаёт у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, её условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынуждено, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершённой под влиянием обмана входит, в том числе факт умышленного введение недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки. Ничего подобного между сторонами не происходило. ФИО3 на момент приватизации спорной квартиры являлся взрослым, психически здоровым человеком, умудрённым к тому времени жизненным опытом. Поэтому встречные исковые требования являются необоснованными, надуманными, к тому же он явно злоупотребляет своими правами. Кроме того, им пропущен срок исковой давности.

Представитель ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) ФИО3 – ФИО4 просила в удовлетворении первоначального иска отказать, встречное исковое заявление удовлетворить.

Представитель третьего лица администрации г. Рязани – ФИО5 просила первоначальный иск удовлетворить, в удовлетворении встречного искового заявления отказать, пояснив, что оснований для признания сделки по бесплатной передаче спорной квартиры в собственность ФИО1 не имеется, кроме того, по данным требованиям пропущен срок исковой давности.

В судебное заседание не явились истец по первоначальному иску (ответчик по встречному иску) ФИО1, ответчик по первоначальному иску (истец по встречному иску) ФИО3, представитель третьего лица Отдела по вопросам миграции ОМВД России по Московскому району г. Рязани, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, непосредственно стороны доверили ведение дела своим представителям, об отложении судебного разбирательства никто из лиц, участвующих в деле не ходатайствовал.

Истец по первоначальным требованиям ФИО1 представила письменные объяснения, в которых указала, что она является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> общей площадью 55,8 кв.м, кадастровый номер №. До декабря 2000 года в квартире проживали вместе: она, её супруг дети. В 2000 году ФИО3 выехал из квартиры со своими вещами к своей будущей жене, с которой вместе проживал на ул. Станкозаводской. Впоследствии они развелись, в 2009 году ФИО3 женился во второй раз, его женой является ФИО8. В 2012 году они в браке приобрели квартиру по адресу: 

<

адрес> Квартира была приобретена с использованием ипотечного кредита, она с мужем ФИО6 помогли молодой семье материально – взяли кредит в банке и 250 000 рублей передали ответчику для внесения первоначального взноса за ипотеку. При этом материальная помощь не была связана с неким обещанием выплатить ФИО10 денежные средства за отказ от приватизации. В момент приватизации все члены семьи, включая ФИО3, отказались от участия в приватизации добровольно, без каких-либо условий. Никаких договорённостей о «сохранении за ФИО3 права пользования жилым помещение с выплатой денежных средств» не было. ФИО3 продолжительное время не проживает в спорной квартире, кроме квартиры, приобретённой с помощью ипотеки, он имеет в собственности жилой дом в сельской местности. Фактически в спорной квартире проживают: она (ФИО1), её муж и младший сын. Расходы по содержанию квартиры и ремонту осуществляют она (ФИО1) и ей супруг. В квартире нет вещей ФИО3, она (ФИО1) никогда ему не препятствовала в пользовании квартирой, его выезд был добровольным.

В судебном заседании помощник прокурора Московского района г. Рязани Хорунжая О.В. дала заключение о том, что первоначальный иск подлежит удовлетворению, в удовлетворении встречного искового заявления необходимо отказать.

В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

На основании статьи 1 Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» приватизация жилых помещений – бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде, а для граждан Российской Федерации, забронировавших занимаемые жилые помещения, - по месту бронирования жилых помещений.

В силу статьи 2 Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Согласно статье 7 Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается.

В соответствии с пунктом 1 и пунктом 2 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу статьи 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 1).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось её представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ)

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось её представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер №. 

Право собственности у ФИО1 возникло на основании договора безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан № № от 22 декабря 2009 года.

Данные обстоятельства подтверждаются сведениями из Единого государственного реестра недвижимости от 10.07.2024.

На момент приватизации жилого помещения в спорной квартире были зарегистрированы:

ФИО1 – наниматель жилого помещения;

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – муж;

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – сын;

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – сын;

ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения – сын.

С заявлением о передаче в собственность жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, обратилась одна ФИО1.

ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО11 написали заявление об отказе от участия в приватизации. Указанные лица просили не включать их в число участников общей собственности приватизируемого жилого помещении, и были согласны с тем, чтобы квартира была приватизирована остальными проживающими в данной квартире по их усмотрению. 

22 декабря 2009 года между Администрацией города Рязани и ФИО1 был заключён договор безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан № № в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Право собственности на квартиру за ФИО1 зарегистрировано в установленном законном порядке.

Данные обстоятельства подтверждаются материалами приватизационного дела в отношении квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

ФИО3 (истец по встречному иску) считает, что его отказ от участия в приватизации является недействительным, поскольку данная сделка была совершена в результате обмана его со стороны ФИО1 (истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску) при приватизации спорной квартиры. ФИО3 указывает, что он отказался от своего права участвовать в приватизации в связи с тем, что между сторонами существовала договорённость о том, что после осуществления приватизации за ним сохраняется право пользования жилым помещением с выплатой денежных средств за его долю. Однако денежные средства ему были выплачены не в полном объёме. 

В качестве основания признания сделки недействительной ФИО3 сослался на обман при её совершении со стороны ответчика ФИО1

Как следует из вышеуказанных норм закона и разъяснений их применения, обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создаёт у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, её условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. Обман может относиться как к элементам самой сделки, так и к обстоятельствам, находящимся за её пределами, в том числе к мотивам, если они имели значение для формирования воли участника сделки. Обманные действия могут совершаться в активной форме или же состоять в бездействии (умышленное умолчание о фактах, могущих воспрепятствовать совершению сделки).

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной, как совершенной под влиянием обмана, входит факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки и факт того, что при заключении договора волеизъявление истца не соответствовало его действительной воли.

Между тем истец по встречному иску ФИО3 не представил доказательства обстоятельствам, свидетельствующим о том, что заинтересованная в совершении сделки сторона – ответчик по встречному иску ФИО1, преднамеренно создала у него не соответствующее действительности представление о характере сделки, её условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, повлиявшее на его решение об отказе быть включённым в число участников общей собственности приватизированного жилого помещения.

Доводы истца по встречному иску об обещании ФИО1 в случае отказа ФИО3 от участия в приватизации квартиры в последующем выплатить ему долю за квартиру, не подтверждаются материалами дела. 

Свидетель ФИО6, допрошенный в судебном заседании 18 ноября 2024 года, данных обстоятельств не подтвердил.

Свидетель ФИО6 (супруг ФИО1) показал, что ФИО3 проживал с семьёй в спорной квартире до 2000 года, после женился и выехал, стал проживать у первой жены. Брак между ними был расторгнут, однако в спорную квартиру проживать ФИО3 не возвратился. После вступил во второй брак, в 2012 году ФИО3 решил приобрести жилое помещение в ипотеку. Они с супругой (свидетель и ФИО1) помогли ФИО3 с первым взносом – ФИО1 брала кредит в банке ООО «ХКФ Банк» в размере 250 000 рублей для оплаты ФИО3 первоначального взноса. При приватизации спорной квартиры никакие условия о выплате денежных средств между сторонами не согласовались. Материальная помощь детям осуществлялась на добровольной основе. 

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщённых свидетелем, показания соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах.

Как следует из копии свидетельства о заключении брака серии № от 21 марта 2009 года, ФИО3 21 марта 2009 года вступил в брак с ФИО12. 

В период брака у них родились дети: ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается копиями свидетельств о рождении серии № от 19 мая 2009 года и серии 

<

...> от 18 ноября 2020 года.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 29.10.2024, за ФИО3 на праве собственности зарегистрирован жилое помещение – квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>.

18 февраля 2012 года между ФИО1 и ООО «ХКФ Банк» был заключён кредитный договор № № на сумму 246 698 рублей, который полностью погашен, что следует из справки о полном погашении задолженности по договору от 13.11.2024.

За супругой ФИО3 – ФИО8 зарегистрирован жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

В материалах дела нет ни одного доказательства, из которых бы следовало, что отказ от приватизации был осуществлён истцом по встречному иску под каким-либо условием, что ФИО1, заключая договор безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан с Администрацией города Рязани действовала недобросовестно и умышленно вводила ФИО3 в заблуждения относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Напротив, указанные доводы опровергаются письменным заявлением ФИО3 от 22 декабря 2009 года на имя МП города Рязани «Бюро по обмену и бронированию жилой площади», из которого прямо следует, что отказ от участия в приватизации никаких условий не предусматривал. Из текста заявления от 22 декабря 2009 года следует, что воля истца по встречному иску была направлена на отказ от участия в приватизации. 

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Однако ФИО3 не было представлено суду доказательств в подтверждении своих доводов.

Оспариваемая сделка по форме и содержанию соответствует требования действующего законодательства, заключена по волеизъявлению сторон.

Принимая во внимание изложенное, суд находит исковые требованиям необоснованными.

Кроме того, ответчиками заявлено ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности.

Рассмотрев ходатайство о пропуске срока исковой давности, суд приходит к следующему.

На основании пункта 2 статьи 181 Гражданского процессуального кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с положениями статьи 200 Гражданского процессуального кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в соответствии со статьёй 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ) (пункт 1).

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15).

Суд полагает, что срок исковой давности для истца по встречному исковому заявлению ФИО3 начал течь с момента написания им заявления о не включении в число участников общей собственности приватизируемого жилого помещения (отказе от участия в приватизации) и заключения договора безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан между ответчиками, то есть с 22 декабря 2009 года.

Именно с указанной даты ФИО3 должен был узнать о своём нарушенном праве. Соответственно, срок исковой давности истёк 22 декабря 2010 года. Иск предъявлен по истечении 14 лет. Доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности, истцом по встречному иску не представлено.

Доводы о том, что срок исковой давности начал течь с момента подачи иска о признании его утратившим право пользования жилым помещением, являются необоснованными и основаны на неправильном толковании норм права.

Пропуск ФИО3 срока исковой давности для предъявления требований о признании договора приватизации недействительным является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречного иска.

Поскольку оснований для удовлетворений исковых требований о признании отказа ФИО3 от участия в приватизации недействительной не имеется, то и не имеется также и оснований для признания недействительным договора безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан. При таких обстоятельствах, требования ФИО3 являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению в полном объёме.

Рассматривая требования ФИО1 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилы помещением, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

В силу части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

На основании статьи 19 Федеральный закон от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ (ред. от 01.05.2019) «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц (помимо супругов) с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (статья 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которым в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», судам необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населённый пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьёй в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нём, приобрёл ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При этом также необходимо учитывать, что отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определёнными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ответчик по первоначальному иску ФИО3 не проживают в квартире по адресу: 

<

адрес> с 2000 года.

ФИО3 из спорной квартиры выехал добровольно, в квартире нет его вещей, он не несёт расходы по оплате за спорное жилое помещение и жилищно-коммунальных услуги, до подачи настоящего иска не проявлял никакой интерес в пользовании квартирой, принадлежащей истцу на праве собственности, имеет иное постоянное место жительства по адресу: 

<

адрес>, с семьёй – супругой и детьми.

Между собственником жилого помещения ФИО1 и ФИО3 никаких соглашений о порядке пользования жилым помещением не заключалось.

Данные обстоятельства подтверждаются выписками из единого государственного реестра; объяснениями сторон, копией свидетельства о браке, копиями свидетельств о рождении, показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО15

Свидетель ФИО15, допрошенная в судебном заседании 10 декабря 2024 года, пояснила, что ФИО3 не живёт в спорной квартире с 2000 году, в связи с вступлением в брак.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется.

Ответчик ФИО3 не отрицает тот факт, что с 2000 года не проживает в спорной квартире, не несёт расходов по оплате жилищно-коммунальных услуг и за жилое помещение, проживает с семьёй в другом жилом помещении, которое принадлежит ему на праве собственности.

Однако указывает, что он не подлежит признанию утратившим права пользования жилым помещением, поскольку при приватизации отказался от своего права на приватизацию в пользу своей материю и, в связи с чем, за ним (ФИО3) сохранилось бессрочное право пользования квартирой.

Данные доводы суд находит необоснованными в силу следующего.

Согласно статье 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

При этом статья 31 Жилищного кодекса Российской регламентирует права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении.

Следовательно, в случае добровольного выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Если же гражданин в таком жилом помещении длительное время не проживает, обязанностей по содержанию жилого помещения не исполняет, по существу, реализовал своё право выбора на постоянное проживание в другом месте жительства и тем самым отказался от гарантированных ему законом прав на спорное жилье, формально сохранив, лишь регистрацию в нем, такой гражданин может быть признан утратившим право пользования жилым помещением.

Таким образом, сам по себе факт наличия у ответчика права пользования жилым помещением на момент его приватизации при последующем его добровольном отказе от этого права не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ним права пользования жилым помещением бессрочно.

Суд, оценив доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, приходит к выводу, что ФИО3 в добровольном порядке отказался от своего права пользования спорным жилым помещением, поскольку не предпринимали никаких действий для сохранения права пользования: не нёс расходов за содержание жилого помещения и жилищно-коммунальные услуги; не проживал в нём; не заключал никаких соглашений о порядке пользовании жилым помещением, то есть не совершали никаких действия для сохранения права пользования жилым помещением.

Сам факт регистрации ответчиков в спорном жилом помещении в силу статьи 3 Закона РФ от 25.06.1993 № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» не является основанием для сохранения за ним права пользования спорным жилым помещением. 

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>, подлежат удовлетворению в полном объёме.

Прекращение у ФИО3 права пользования квартирой является основанием для снятия его с регистрационного учёта по адресу спорной комнаты на основании пункта «е» статья 31 Постановления Правительства РФ от 17 июля 1995 года № 713.

В соответствии со статьёй 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

Государственная пошлина, в силу статьи 88 Гражданского процессуального кодекса РФ, относится к судебным расходам.

Как следует из материалов дела, истцом по первоначальному иску ФИО1 при подаче в суд искового заявления была уплачена государственная пошлина в сумме 300 рублей, что подтверждается чеком по операции ПАО СБЕРБАНК от 10.07.2024.

Поскольку исковые требования подлежат удовлетворению в полном объёме, то с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в полном объёме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 192 – 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

решил:

Исковые требования ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) к ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) о признании утратившим право пользования жилым помещением удовлетворить.

Признать ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) расходы по уплате госпошлины в размере 300 рублей.

В удовлетворении встречных требований ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) к ФИО1, 01 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина 

<

данные изъяты>) о признании отказа от участия в приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> и договор безвозмездной передачи жилого помещения в собственность граждан № № от 22 декабря 2009 года недействительными, отказать.

Решение может быть обжаловано в Рязанский областной суд через Московский районный суд г. Рязани в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись М.А.Васильева

Копия верна. Судья М.А.Васильева

Мотивированное решение изготовлено 02 апреля 2025 года.