РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 октября 2018 года с. Песчанокопское 

Песчанокопский районный суд Ростовской области в составе судьи Толмачевой Н.Р.,

при секретаре Черновой Н.Н., 

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя третьего лица ПАО «Совкомбанк» - ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-391/18 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи автомобиля недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, в котором просит:

- признать недействительным договор купли-продажи от 24.05.2018 транспортного средства – автомобиля марки 

<

данные изъяты>;

- применить последствия недействительности договора купли-продажи автомобиля от 24.05.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО2, привести стороны договора в первоначальное положение, действующее в момент заключения сделки, прекратить право собственности ФИО2 на указанный автомобиль.

Иск обоснован тем, что 05.01.2017 между ФИО1 и АО «Металлургический коммерческий банк» был заключен кредитный договор № о предоставлении кредита в размере 331940 рублей на приобретение автомобиля 

<

данные изъяты>. Согласно п.10.1 кредитного договора в обеспечение надлежащего исполнения заемщиком своих обязательств перед банком, вытекающим из кредитного договора, заемщик передает в залог банку приобретаемое им в собственность транспортное средство (предмет залога).

В связи с просроченной задолженностью по кредитному договору №, на основании акта приема-передачи автомобиля от 17.04.2018 залоговый автомобиль был передан заемщиком и принят для последующей реализации сотрудником ПАО «Совкомбанк» - ФИО4

24.05.2018 сотрудник ПАО «Совкомбанк» ФИО4 сообщил ФИО1, что появился клиент, который намерен купить автомобиль, необходимо подписать договор купли-продажи. ФИО4 была установлена продажная цена автомобиля в размере 125000 рублей. ФИО1 была не согласна с установленной продажной ценой, поскольку она была занижена. Рыночная стоимость подобного автомобиля на 2018 составляла 300000 рублей. ФИО4 заверил ее о необходимости заключить договор купли-продажи автомобиля в размере 125000 рублей, так как после продажи автомобиля за 125000 рублей ее долг по кредитному договору составит всего 40 000 рублей. 24.05.2018 между ФИО1 и ФИО2 был подписан договор купли-продажи автомобиля, оформленный ПАО «Совкомбанк».

28.05.2018 ФИО1 стало известно, что ПАО «Совкомбанк» предъявило иск в суд о взыскании с нее суммы задолженности по кредитному договору в размере 362592 рублей 20 копеек, обращении взыскания на залоговое имущество, автомобиль 

<

данные изъяты>. Определением Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от 17.05.2018 в целях обеспечения иска на указанный автомобиль, собственником которого является ФИО1, наложен арест.ФИО1 считает, что изначально между сотрудником ПАО «Совкомбанк» ФИО4 и ФИО5 имелось соглашение о купле-продаже автомобиля по заниженной цене, что привело к неблагоприятным последствиям для ФИО1, так как она была вынуждена совершить сделку вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем воспользовалась другая сторона. На момент заключения сделки ответчикам была известна оценочная стоимость залогового имущества, где продажная цена автомобиля составляет 246002 рубля 23 копейки, однако данная информация ей не предоставлялась, в связи с чем она на невыгодных для себя условиях продала автомобиль за 125000 рублей. Кроме того, на момент заключения сделки на автомобиль был наложен арест, о чем ей стало известно 23.06.2018, но сотрудниками банка данная информация была скрыта, что по мнению ФИО1 является основанием для признания договора купли-продажи от 24.05.2018 недействительным. Ссылаясь на ч.1 ст.166, ст.ст.178, 339 ГК РФ, истица просит удовлетворить заявленные исковые требования. 

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала иск в полном объеме, уточнила, что оспариваемая сделка была совершена ею под влиянием обмана со стороны сотрудника банка ФИО4, а также в связи с тяжелой жизненной ситуацией, связанной с тем, что она одна воспитывает несовершеннолетнюю дочь, состоящую на учете у онколога; работает в бюджетной организации, ее заработной платы недостаточно для погашения всех кредитов, которые она оформляла, работая в коммерческой структуре и получая высокий доход. В письменном заявлении к иску указано, что ее оклад составляет 9525 рублей, пособие как малоимущей семье составляет 405 рублей, она несет расходы по содержанию и лечению дочери, оплачивает кредиты в сумме 24000 рублей ежемесячно. Пояснила, что по факту совершения в отношении нее ФИО4 мошеннических действий она обратилась в правоохранительные органы, где решение о возбуждении уголовного дела пока не принято. Пояснила, что она не имеет возможности возвратить ответчику деньги за машину, считает, что это должен сделать банк. 

Ответчик ФИО2 возражает против удовлетворения иска. Пояснил, что увидел на АВИТО объявление о продаже автомобиля 

<

данные изъяты>, требующего ремонта. Созвонился с лицом, разместившим объявление. ФИО4, разместивший объявление, пояснил, что ему надо согласовать стоимость автомобиля с собственником, затем через несколько дней ФИО4 сказал, что собственник согласен продать машину за 125000 рублей и он может приехать за машиной. 24 мая 2018 года он осмотрел машину 

<

данные изъяты>, которая была технически в неисправном состоянии, геометрия кузова была нарушена, автомобиль не передвигался, автомобиль был после ДТП. Учитывая техническое состояние автомобиля, он согласился приобрести его за 125 000 рублей, продавец – ФИО1 добровольно подписала с ним договор, они мирно разговаривали. Он не видел, чтобы на истца кем-либо оказывалось давление. Он внес в кассу ПАО «Совкомбанк» денежные средства по договору купли-продажи в сумме 125000 рублей, забрал автомобиль. На ремонт автомобиля он затратил около 35 000 рублей. В связи с тем, что он никого не обманывал при заключении договора и оплатил сумму сделки, считает иск к нему необоснованным. Пояснил, что согласен возвратить истцу автомобиль при условии, если она возвратит 125000 рублей и возместит расходы на ремонт. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика – ФИО4, надлежащим образом уведомленный о дате и месте судебного разбирательства, в заседание не прибыл. В письменном отзыве на иск ФИО4 возражает против удовлетворения иска, указав, что 17.04.2018 года между ним и ФИО1 был составлен и подписан акт приема-передачи автомобиля, в котором указано, что ФИО1 передает, а он принимает для последующей реализации транспортное средство марки 

<

данные изъяты>, комплект из 2х ключей, ПТС № и доверенность на продажу автомобиля от 17.04.2018 года. Также в этом акте указано техническое состояние автомобиля на момент передачи: двигатель не запускается, со слов владельца, провернут ремень ГРМ, капот и крылья заменены, следы от ДТП на передней части автомобиля, резина изношена на 90%. Одним из приложений к данному акту приема-передачи автомобиля является доверенность от 17.04.2018 года, которой ФИО1 уполномочивает ФИО4 на представление интересов ФИО1 при продаже не менее чем за 125000 рублей автомобиля 

<

данные изъяты>, а также осуществлять поиск покупателя, подписывать все необходимые документы для совершения сделки купли-продажи в течение 3 месяцев. Данный документ подтверждает волеизъявление ФИО1 на продажу автомобиля, выраженное в письменной форме, с определением минимальной стоимости, что опровергает доводы истца о несогласии с продажной ценой автомобиля. Поскольку данный автомобиль является предметом залога по кредитному договору между ФИО1 и ПАО «Совкомбанк», реализация этого имущества была невозможна без расторжения договора залога. В тот же день 24 мая 2018 года между ФИО1 и ПАО «Совкомбанк» было подписано дополнительное соглашение, в котором ФИО1 признает общую сумму задолженности по кредитному договору № от 05.01.2017 года в размере 355833,86 рублей и по соглашению сторон расторгает договор залога, заключенный на условиях, предусмотренных вышеуказанным кредитным договором. Считает, что данный факт говорит о том, что 24.05.2018 года ФИО1 была осведомлена о наличии задолженности в размере 355883,86 рублей и реализовала свой автомобиль за 125000 рублей по своей воле, без принуждения и введения в заблуждение относительно задолженности перед ПАО «Совкомбанк». Доводы истца о наличии соглашения между ним и ФИО2 о купле-продаже автомобиля по заниженной цене ничем не подтверждаются, как и довод об оценочной стоимости автомобиля в размере 246002,23 рублей. Ссылку истца на то, что наличие обеспечительных мер по делу и арест спорного автомобиля влекут недействительность сделки, считает необоснованной. 

Представитель третьего лица ПАО «Совкомбанк» - ФИО3 возражает против удовлетворения иска, полагая, что представленные доказательства, согласно которым истец добровольно передала автомобиль на реализацию с указанием минимальной стоимости продажи, а затем заключила договор купли-продажи с ФИО2, опровергают доводы истца о том, что договор был заключен ею под влиянием обмана со стороны ФИО4. 

Рассмотрев материалы дела, заслушав стороны, суд находит исковые требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Рассматривая требования истца о признании недействительным договора купли-продажи от 24.05.2018 года, заключенного с ФИО2, по основанию заключения договора под влиянием заблуждения, суд учитывает следуюее. 

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения 

1. Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

2. При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

3. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

4. Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.

5. Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

6. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

Доводы истца о том, что оспариваемый договор был заключен ею под влиянием заблуждения либо обмана, не доказаны. 

Из объяснений ФИО1 следует, что представитель ПАО «Совкомбанк» ФИО4, которому 17.04.2018 года она для реализации передала залоговый автомобиль 

<

данные изъяты>, ввел ее в заблуждение, обманул, чем повлиял на ее волеизъявление при заключении договора купли-продажи от 24.05.2018 года. Этот обман, со слов истца, заключается в следующем: ФИО4 обещал ей, что после продажи автомобиля ей для полного погашения долга перед банком останется внести в кассу банка 40 000 рублей, а на самом деле после внесения ФИО2 на ее счет стоимости машины 125 000 рублей, решением суда в пользу банка с нее был взыскан долг в сумме более 200 000 рублей. 

Проанализировав доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что она заблуждалась относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность; а также доказательств отсутствия их воли на совершение сделки купли-продажи автомобиля либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования. 

В судебном заседании установлено, что между АО «Меткомбанк» и ФИО1 был заключен кредитный договор, согласно которому истцу был предоставлен кредит для приобретения автомобиля марки 

<

данные изъяты>, стоимостью 377000 рублей. В обеспечение кредита был заключен договор залога автомобиля. ( л.д. 24-44). 

В соответствии с договором купли-продажи № от 05.01.2017 года ФИО1 приобрела у ИП А.М. автомобиль 

<

данные изъяты>, стоимостью 377000 рублей. ( л.д. 45-58)

Из представленных истцом документов : искового заявления ( л.д. 74-82), решения Ленинского районного суда г.Ростова-на-Дону от 10.07.2018 года по делу № 2-1707/18 по иску ПАО «Совкомбанк» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на предмет залога следует, что ПАО «Совкомбанк», являясь правопреемником АО «Меткомбанк», 16 мая 2018 года обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору в сумме 355 833 рублей и обращении взыскания на заложенный автомобиль марки 

<

данные изъяты>. Решением суда от 10.07.2018 года, вступившим в законную силу 03.09.2018 года, с ФИО1 в пользу ПАО «Совкомбанк» взыскана сумма долга по кредитному договору в сумме 226 769 рублей. При определении суммы долга, судом учтены 125000 рублей, поступившие на счет банка от продажи автомобиля, принадлежащего ФИО1, долг уменьшен на указанную сумму. ( л.д. 136-144)

Согласно договору купли-продажи транспортного средства от 24 мая 2018 года ФИО1 продала ФИО2 автомобиль марки 

<

данные изъяты>. Стоимость указанного автомобиля согласована покупателем и продавцом и составляет 125000 рублей. Договор подписан сторонами. ( л.д. 17) 

Доводы истца о том, что она заблуждалась относительно последствий сделки и что она заключила сделку под влиянием обмана ФИО4, суд признает не доказанными. 

Так ничем не подтверждены показания истца о том, что ФИО4 обещал ей, что денежных средств, полученных от продажи автомобиля LADA Granta, в сумме 125 000 рублей, с доплатой в сумме 40 000 рублей в кассу банка, будет достаточно для погашения ее долга перед Совкомбанк. Показания свидетеля И.Л., аналогичные показаниям истца, суд оценивает критически, так как указанный свидетель заинтересован в результатах рассмотрения дела, он фактически пользовался спорным автомобилем с согласия истца. 

То обстоятельство, что ФИО1 добровольно произвела действия по отчуждению принадлежащего ей автомобиля, продав его за 125 000 рублей, подтверждено также документами, представленными ПАО «Совокомбанк»: 

-заявлением ФИО1 на реализацию транспортного средства для погашения задолженности по кредиту, согласно которому 17 апреля 2018 года истец написала заявление руководителю ПАО «Совкомбанк» с просьбой дать согласие на реализацию транспортного средства, находящегося в залоге: 

<

данные изъяты>, по причине отсутствия возможности оплачивать кредит. В данном заявлении указано, что стоимость ТС, предлагаемого к реализации, составляет 125 000 рублей. Заявление подписано ФИО1 с расфифровкой подписи. ( л.д. 130);

- согласие ФИО1 на размещение информации о реализации транспортного средства 

<

данные изъяты> на электронном ресурсе ПАО «Совкомбанк». Документ подписан ФИО1 ( л.д. 131)

- доверенность, выданная истцом А.А., на право представлять ее интересы при продаже не менее чем за 125 000 рублей принадлежащий ей автомобиль 

<

данные изъяты>. Документ подписан ФИО1 ( л.д. 133)

- акт приема-передачи автомобиля от 17 апреля 2018 года, в соответствии с которым ФИО1 передала, а А.А. принял для последующей реализации автомобиль 

<

данные изъяты>. Акт подписан ФИО6.

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что из указанных документов она подписывала только акт приема-передачи от 17.04.2018 года. Однако, суду гне представлены доказательства того, что истец не подписывала заявление на реализацию транспортного средства, согласие на размещение информации о реализации транспортного средства, доверенность на имя ФИО4.

Также ничем не подтверждены доводы истца о том, что фактическая стоимость автомобиля 

<

данные изъяты> на дату заключения договора купли-продажи составляла 246 002, 23 рубля, а не 125 000 рублей, за которую был продан автомобиль. Суду не представлено заключения эксперта либо специалиста, подтверждающего доводы истца.

Фотографии спорного автомобиля по состоянию на дату заключения договора, представленные представителем банка, также как и показания ответчика, свидетеля И.Л. подтверждают, что автомобиль был не исправен, имел технические повреждения после дорожно-транспортного происшествия. ( л.д. 145-156)

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований признать доказанными доводы иска о том, что цена оспариваемого договора была значительно занижена и не соответствовала действительной стоимости автомобиля. 

Показания истца и свидетеля И.Л., фактически пользовавшегося спорным автомобилем, о том, что до продажи автомобиля ФИО2 у них был покупатель, который имел намерение купить спорный автомобиль более чем за 300 000 рублей, суд оценивает критически, так как истец и указанный свидетель заинтересованы в исходе дела. Их показания не подтверждены какими-либо доказательствами. Суду не представлены ни предварительный договор в отношении данного автомобиля на указанную сумму, ни показания кого-либо о готовности приобрести автомобиль за сумму более 125 000 рублей. 

То обстоятельство, что при заключении договора купли-продажи с ФИО2 истец знала о том, что ее задолженность перед банком составляет не 165 000 рублей, о чем ей якобы заявлял ФИО4, а 355 833, 86 рублей подтверждено материалами дела. Представленное банком дополнительное соглашение к кредитному договору № от 05.01.2017 года свидетельствует о том, что ФИО1 признала общую задолженность по указанному кредитному договору в размере 355 833, 86 рублей, согласилась на расторжение договора залога на условиях внесения денежных средств, вырученных от продажи залогового имущества, в счет погашения задолженности по кредитному договору. ( л.д. 135). Данное соглашение недействительным не признавалось, доводы истца о подписании этого документа под влиянием обмана со стороны ФИО4 не подтверждены доказательствами.

В судебном заседании ФИО1 пояснила, что на дату заключения договора 24.05.2018 года она знала о том, что банком предъявлен иск в суд о взыскании с нее долга и обращении взыскания на заложенное имущество, и что она разговаривала с ФИО4, являющимся представителем банка, о возможности отзыва банком иска, предъявленного в суд

Вышеизложенные обстоятельства, свидетельствуют о том, что ФИО1, знала о размере своей задолженности перед банком, согласилась на то, что залоговый автомобиль будет продан в счет уплаты долга за 125 000 рублей; передала этот автомобиль на реализацию и добровольно заключила договор купли-продажи с ФИО2. 

Кроме того, суд учитывает, что ФИО1, по образованию бухгалтер ( что подтверждено трудовым договором л.д. 115-119) имела возможность убедиться в офисе ПАО «Совкомбанк» лично о размере своей задолженности, о возможности заключения соглашения о снижении данной задолженности, могла удостовериться в банке о порядке погашения долга за счет реализации залогового имущества. 

Проанализировав доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств того, что истец заключила договор купли-продажи автомобиля с ФИО2 под влиянием заблуждения. В связи с этим суд не усматривает оснований, предусмотренных ст. 178 ГК РФ, для признания данной сделки недействительной. 

Согласно ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

Рассматривая требования ФИО1, указавшей в иске, что оспариваемый договор с ФИО2 она заключила под влиянием обмана ФИО4, который имел с ответчиком злонамеренное соглашение о приобретении у нее автомобиля по заниженной цене, суд учитывает следующее.

Доказательств того, что фактическая цена автомобиля, проданного истцом ответчику, составляла значительно больше 125 000 рублей, материалы дела не содержат. 

Применение обмана со стороны ФИО4 в отношении ФИО1 в судебном заседании не доказано. 

Обращение ФИО1 в правоохранительные органы с заявлением о совершении в отношении нее мошеннических действий со стороны ФИО4 ( л.д. 103-105) не является доказательством того, что истец заключила договор купли-продажи с ФИО2 под влиянием заблуждения или обмана, так как отсутствует документ о виновности кого-либо в обмане ФИО1 при совершении указанной сделки. 

Доводы истца о том, что ФИО2 знал или должен был знать об обмане ее ФИО4, не подтверждены какими-либо доказательствами. 

Суду не представлены доказательства того, что ФИО2 был знаком с ФИО4 и имел намерение купить автомобиль по явно заниженной цене, пользуясь обманом.

Доводы ответчика о том, что о продаже автомобиля он узнал на одном из сайтов Интернета подтверждены скриншотом с сайта АВИТО ( л.д. 156), а также показаниями представителя ПАО «Совкомбанк», подтвердившего, что такое объявление было размещено. Показания свидетеля И.Л. о том, что на указанном объявлении фото спорного автомобиля, также подтверждают показания ответчика.

Совокупность доказательств свидетельствует об отсутствии оснований, предусмотренных ч2. ст. 179 ГК РФ, для признания недействительным договора купли-продажи от 24 мая 2018 года, заключенного между истцом и ответчиком. 

Также суду не представлены доказательства наличия обстоятельств, предусмотренных ч.3 ст. 179 ГК РФ, т.е. доказательств того, что ФИО1 была вынуждена совершать данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях и помимо своей воли, чем воспользовалась другая сторона, т.е. ФИО2. 

Представленные истцом документы, согласно которым она 

<

данные изъяты> 

Однако, суду не представлены доказательства того, что ФИО2 знал о сложном материальном положении истца и злонамеренно воспользовался этим.

Доводы истца о том, что в договоре от 24.05.2018 года занижена стоимость автомобиля, не доказаны. Также материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО2 был осведомлен о материальных проблемах ФИО1 и совершил какие-либо действия, чтобы она заключила с ним сделку на крайне не выгодных для себя условиях. 

В силу статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам, в том числе отчуждать свое имущество в собственность других лиц.

Договор купли-продажи от 24 мая 2018 года совершен в установленной законом форме, с согласованием всех существенных условий, подписан сторонами, условия договора изложены прямо, возможности трактовать его двусмысленно не имеется. До совершения данного договора истец передала спорный автомобиль представителю ПАО «Совкомбанк» для реализации, указав минимальную продажную стоимость 125 000 рублей, за которую и был продан автомобиль. 

Таким образом, заключая спорный договор, истец по своему усмотрению реализовала свое право собственника по распоряжению принадлежащим ей имуществом в соответствии со ст. 421 ГК РФ.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения иска ФИО1, в связи с чем в удовлетворении иска надлежит отказать. 

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 12, 56, 195-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля недействительным, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Песчанокопский районный суд.

Решение принято в окончательной форме 08 октября 2018 года. 

Судья Н.Р.Толмачева