РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 мая 2017 года 

<

адрес>

Заводской районный суд 

<

адрес> Республики в составе:

председательствующего судьи Мормыло О.В., 

при секретаре ФИО11,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 и ФИО6 в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей – ФИО2 и ФИО3 к ФИО7, ФИО4, ФИО8 и ФИО5 об оспаривании права собственности на квартиру с аннулированием записей о правах на квартиру, истребовании квартиры из чужого незаконного владения, выселении и признании права собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО6 обратились в суд, в том числе в интересах несовершеннолетних ФИО2 и ФИО3 к ФИО7, с иском, который в ходе рассмотрения дела уточнили и окончательно просили: прекратить право собственности ФИО7 на квартиру, расположенную по адресу: ЧР, 

<

адрес>, исключением из ЕГРП записи о праве собственности ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ № на указанную квартиру; признать право собственности ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: ЧР, 

<

адрес>; истребовать из чужого незаконного владения в пользу ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: ЧР, 

<

адрес>; выселить ФИО7, ФИО4 и несовершеннолетних ФИО8 и ФИО5 из квартиры, расположенной по адресу: ЧР, 

<

адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1 и представитель соистца ФИО6 ФИО20, действующий по доверенности со всеми правами, предусмотренными ст.54 ГПК РФ, на уточненных исковых требованиях настаивали, в обоснование подтвердили изложенные в иске, уточнении к нему и в письменном объяснении обстоятельства, согласно которых по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 передала в собственность ФИО1 и ФИО6, действующей за себя и своих несовершеннолетних детей, трехкомнатную квартиру общей площадью 63,8 кв.м., жилой площадью 41,7 кв.м. по адресу: 

<

адрес>, которая оценивалась сторонами договора в 450000 рублей, оплата производилась частично из средств Государственного сертификата на материнский (семейный) капитал серии МК-2 0260655, выданный ДД.ММ.ГГГГ на основании решения УПФ РФ 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ № путем перечисления на счет «Продавца» в ЧРФ АО «Россельхазбанк», а остальная часть за счет собственных средств покупателей наличными. ДД.ММ.ГГГГ право общей долевой собственности на квартиру было зарегистрировано за истцами, а ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 обращалась в суд с иском к ФИО6 и ФИО1 о расторжении указанного договора купли-продажи спорной квартиры, после чего решением Заводского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО12 был удовлетворен, указанный договор купли-продажи спорной квартиры был расторгнут. ДД.ММ.ГГГГ определением Заводского районного суда 

<

адрес> вышеназванное решение суда было отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, а определением от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО12 к ФИО1 и ФИО6 оставлен без рассмотрения. В последующем оказалось, что спорная квартира была отчуждена ФИО12 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО21, а затем по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО21 – в пользу ФИО7, за которым право на квартиру зарегистрировано сейчас. Ссылаясь на положения п.1 ст. 209, ст. 301 и п.п.1,2 ст.302 ГК РФ, истцы полагают, что спорная квартира выбыла из их владения помимо их воли, поэтому просят возвратить ее им независимо от возражений ответчика ФИО7 о добросовестности его приобретения. Кроме того, истцы ссылались на то, что ФИО12 произвела отчуждение квартиры на основании решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, которое было отменено, а, значит, их первоначальный договор не считается расторгнутым, и квартира выбыла из владения ФИО1 и его семьи помимо их воли при отсутствии договорных отношений. Так как ФИО7 владеет квартирой незаконно, его право должно быть прекращено с исключением записей о государственной регистрации права собственности ФИО7 и со снятием всех ограничений и обременений.

Также истцы просят выселить из спорной квартиры ФИО7, его жену ФИО4 и их несовершеннолетних детей ФИО8 и ФИО5, которые в настоящее время проживают в спорной квартире без законных оснований.

ФИО1 в судебном заседании дополнительно пояснил, что в исковом заявлении были допущены неточности в указании даты заключенного договора спорной квартииры между ФИО12 и ФИО13 и ФИО6, была указана дата заключения договора ДД.ММ.ГГГГ, тогда как указанный договор купли-продажи квартиры заключен ДД.ММ.ГГГГ. В связи с этим, истец и представитель соистцов полагают, что вынесенное решение суда от ДД.ММ.ГГГГ вовсе не имело правового значения, так как расторгнутый этим решением договор от ДД.ММ.ГГГГ в действительности не существовал, а прекращение права собственности истцов с аннулированием записей о государственной регистрации их права общей долевой собственности на основании решения суда от ДД.ММ.ГГГГ было произведено государственным регистратором Управления Росреестра по ЧР незаконно, поэтому не могут считаться законными и все последующие сделки произведенные с квартирой.

ФИО1 в судебном заседании пояснил, что ФИО14 представлявший в суде в 2011 году по доверенности от имени ФИО1 выражал позицию отца ФИО1 – ФИО22 Сурхо, а не его самого, к тому же полномочий представлять интересы ФИО6 он вообще не имел, поэтому договор не мог быть расторгнут судом в связи с признанием иска ФИО14 Участие ФИО6 заключалось в оплате за спорную квартиру средствами материнского капитала по указанному сертификату, в регистрационную службу она не ходила, заявление о регистрации сделки и права от ее имени подписал ФИО1

Также ФИО1 признал в суде, что между ним и ФИО12 возникла ссора из-за покупной цены квартиры, после получения от ФИО1 полутора миллионов рублей, в том числе средств материнского капитала, ФИО12 потребовала от ФИО1 еще миллион, выплачивать который ФИО1 отказался, так как считал, что погасил ее долг в сумме 1,5 миллиона рублей другому человеку, расписка на который ранее была у ФИО1

В суде ФИО1 утверждал, что разницу между первоначально устно согласованной суммой в полтора миллиона и средствами, перечисленными пенсионными органамина счет ФИО12, он передал ей наличными в рублях без составления каких-либо документов и расписок, после оформления договора у нотариуса, затем они вместе с ФИО12, но уже без супруги ФИО1 – ФИО6 ходили в регистрационную службу и регистрировали договор и право собственности на квартиру, а затем ФИО12 оформляла у нотариуса расписку на разницу между указанной в договоре ценой и суммой перечисленной ей на счет пенсионными органами по материнскому сертификату – 97000 рублей, эта расписка осталась у ФИО1, а остальные документы на квартиру, как на имя ФИО12, так и на его имя и членов его семьи, у него из дома пропали. 

Кроме того, ФИО1 в судебном заседании признал, что в спорную квартиру ни он, ни члены его семьи после оформления договора с ФИО12 никогда не вселялись, в квартире до сих пор не жили, расходов на содержание квартиры и коммунальные услуги не платили, после регистрации права ФИО22 и ФИО6 в квартире продолжала проживать ФИО12, которая собиралась выехать за границу к своим родственникам. ФИО1 уехал в Москву, а его семья проживала у его родителей в 

<

адрес>, затем у родителей жены в 

<

адрес>, в этот период ФИО1 и ФИО6 на время прекращали семейные отношения без расторжения брака и недавно вновь сошлись, некоторое время проживали на съемной квартире в 

<

адрес>, а сейчас снова в 

<

адрес>, после чего и встал вопрос о судьбе данной квартиры. При этом, ФИО1 в суде пояснил, что после возникновения конфликта с ФИО12 он не интересовался, кто проживает в квартире, так как его отец ФИО22 Сурхо сказал ему оставить ФИО12 в покое. ФИО14 является другом его отца и неоднократно представлял интересы отца, ФИО1 и его брата в правоохранительных органах и в судах, для чего на его имя оформлялись доверенности, но он не знал, что ФИО14 использует доверенность для признания иска о расторжении договора в суде. О вынесенном решении ФИО1 не знал, копий решения суда и уведомлений регистрационной службы не получал, так как все время находился в разъездах, узнал об этом от своего отца в ноябре 2016 года, затем от работников регистрационной службы узнал, что квартира значится за ФИО7, которого он долго не мог найти, так как до 2017 года его в квартире не было.

Представитель соистца ФИО20 в суде пояснил, что обстоятельства непосредственного участия супруги ФИО1 – ФИО6 в приобретении спорной квартиры, оформлении договора купли-продажи и регистрации права собственности на квартиру ему неизвестны и доверитель ему об этих обстоятельствах ничего не сообщала.

Явившийся в судебное заседание ответчик ФИО7 иск ФИО1 и ФИО6 не признал, просил в его удовлетворении отказать, в обоснование своих возражений пояснил, что купил квартиру у ФИО21 в 2015 году за три с лишним миллиона рублей за счет государственных средств и ипотеки, как военнослужащий, своих средств за квартиру не платил, все средства были перечислены ФИО21 на счет в банке. Квартиру ему подыскал риелтор, до заключения договора купли-продажи ФИО7 осматривал квартиру в августе 2015 года, в ней никто не жил, квартира нуждалась в небольшом ремонте, но состояние его устраивало. В то время он проходил службу в пограничной части, его семья проживала у родителей в Дагестане и с ним в военном городке, поэтому он пересылал супруге фотографии квартиры, она была согласна на выбранное им жилье, так как квартира оформлялась на его имя. После оформления квартиры, семья ФИО23 в нее сразу не вселялась, так как он еще находился в командировке, поэтому до мая-июня 2016 года в ней проживали его знакомые, а до января 2017 года квартира пустовала, в настоящее время в квартире живет ФИО7 с женой и детьми, лицевой счет на квартиру ФИО7 переоформил на свое имя только в апреле 2017 года, ранее не находил времени на это и не придавал этому значения, продолжая оплачивать квартирные начисления на существовавший до него лицевой счет на эту квартиру на имя предыдущего владельца. Также ФИО7 пояснил в суде, что до приобретения квартиры он сам проверял документы на нее, а также документы проверялись банком и специальными подразделениями по его месту службы, и никаких ограничений или обременений иных обстоятельств, препятствующих заключению сделки выявлено не было. После появления данного спора в суде ФИО7 навел справки у соседей, которые ему подтвердили, что первой владелицей квартиры была ФИО12, у которой был конфликт с покупателями, который затем был разрешен, после чего она жила и пользовалась квартирой до продажи ее ФИО21, который после покупки делал в квартире ремонт. Кроме того, ФИО7 полагал, что ФИО1 дает в суде ложные показания о своей неосведомленности о расторжении договора с ФИО12 и аннулирования своих прав на данную квартиру.

Представитель соответчиков ФИО15, действующая по доверенности со всеми правами, предусмотренными ст.54 ГПК РФ, также иск ФИО1 и ФИО6 не признала, просила в его удовлетворении отказать, ссылалась на то, что ФИО1 не исполнил согласованные с ФИО12 обязательства и не выплатил оговоренной покупной цены за квартиру, а перечисленные ФИО12 на счет средства материнского капитала были возвращены, поэтому и было согласовано расторжение договора, о котором истцам было известно как от представителя по делу, так и из уведомления регистратора, поэтому они не интересовались судьбой квартиры. Также представитель ответчика считает, что истек срок исковой давности, исчисляемый с 2011 года. Доводы истцов об иной дате заключения договора не свидетельствуют о том, что существовал еще какой-либо другой договор между ними, поэтому они не имеют правового значения, а единственный существовавший между ними договор купли-продажи был расторгнут, о чем все в семье ФИО22 знали. Кроме того, представитель ответчика полагает, что ФИО7 является добросовестным приобретателем, у которого данная квартира истребована быть не может.

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица в судебном заседании ФИО21 также против удовлетворения иска ФИО1 и ФИО6 возражал, пояснял, что нашел данную квартиру через риелторов в апреле 2012 года, квартира находилась в плохом состоянии, в ней никто не проживал, в одной из комнат был диван и шкаф, сама ФИО12, продававшая квартиру проживала у сестры в 

<

адрес>, поэтому ключ от квартиры он по ее указанию брал у соседки. ФИО21 давно нравился этот двор, поэтому он решил купить квартиру для своего сына. Квартира продавалась на 1 миллион 900 тысяч рублей, но они сторговались на 1 миллион 700 тысяч рублей. ФИО21 просил ФИО12, чтобы при сделке присутствовал кто-то из ее родственников-мужчин, но она сказала, что таких нет, поэтому при встречах, заключении договора и передаче денег присутствовал адвокат ФИО12 по имени Хожахмед. Сначала они встретились во дворе дома, он посмотрел документы, заметил, что право ФИО12 было повторно зарегистрировано в 2012 году, после чего узнал о решении суда от ДД.ММ.ГГГГ, поэтому потребовал связать его с ФИО22, чтобы убедиться, что они больше на квартиру не претендуют. ФИО12 дала ему телефон ФИО22 Сурхо, ФИО21 там же связался с ним по телефону, представился и узнал, что ФИО3 является адвокатом и бывшим сотрудником милиции, ФИО21 рассказал о том, что собирается купить квартиру, рассказал за сколько, после чего ФИО22 Сурхо похвалил выбор ФИО21 и согласованную цену и пожелал благополучия в этой сделке. Затем, ФИО21 наводи справки об этой квартире в домоуправлении, где его знакомая по имени Анна Матвеевна также подтвердила действительность владения квартирой ФИО12 После чего ФИО21 оформил договор с ФИО12, у нотариуса ФИО16, контора которой располагалась неподалеку на площади Дружбы народов, там же ФИО12, оформила необходимые для регистрации заявления и доверенность на имя ФИО21, после чего ФИО21 там же возле конторы в присутствии адвоката Хожахмеда передал ФИО12 оговоренные 1 миллион 700 тысяч рублей наличными без составления расписки, а в договоре они указали цену исходя из инвентаризационной стоимости квартиры для уменьшения пошлин. Затем ФИО21 сам сдавал документы в регистрационную службу и получал свидетельство о государственной регистрации права собственности на свое имя, после чего сделал в квартире ремонт за 500 тысяч рублей, но жить в ней ни сам он,ни его сын не стали, в ней не регистрировались, переоформлению лицевого счета значения не придавали, но своевременно оплачивали все начисления, позже сын захотел построить дом в селе, поэтому ФИО21 продал квартиру через риелторов, которые уговорили его на продажу квартиру с использованием военной ипотеки. Деньги за квартиру ФИО21 получил своевременно в полном размере через банк на свой счет. О смерти ФИО12 ФИО21 узнал осенью 2016 года, оказавшись во дворе этого дома от соседок, ее сестру никогда не видел.

Ранее привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица ФИО12 в ходе рассмотрения дела судом из числа участвующих лиц с согласия остальных участников процесса определением суда ДД.ММ.ГГГГ была исключена, в связи с ее смертью, наступившей ДД.ММ.ГГГГ, и отсутствием у сторон требований к ее правопреемникам.

Представители третьих лиц ПАО Сбербанк России, ФГКУ «Росвоенипотека», Управления Росреестра по ЧР, а также представитель отдела опеки (попечительства) и охраны прав детства Департамента образования Мэрии 

<

адрес> и прокурор 

<

адрес>, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении слушания дела не направляли, в связи с чем с согласия явившихся сторон и их представителей и третьего лица, дело рассмотрено в их отсутствие.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО17 показал, что познакомился с ФИО12 в 2011 году через своего знакомого возле здания Старопромысловского и Ленинского судов в 

<

адрес>, оставил ей свой телефонной номер, после чего она позвонила и рассказала ему о возникшем у нее конфликте с ФИО22 Сурхо и его сыном, которые, по ее словам первоначально договорились купить у нее квартиру за 2 миллиона рублей, а после переоформления права собственности на себя отказались платить остаток, так как в договоре указали только 450 тысяч рублей, в том числе средства материнского капитала, перечисленные ей на счет в банке, которые она также полностью долго не могла получить. Квартира располагалась недалеко от площади Дружбы народов, но где именно, он не помнит, бывал там только два раза. Он взялся оказать ей помощь, написал от ее имени заявление в Ленинскую прокуратуру и жалобу на имя президента адвокатской палаты, так как ФИО22 Сурхо был адвокатом, и вместе с сыном забрали ее документы на квартиру у других лиц, после чего предложили ей купить у нее квартиру с использованием сертификата. Он также подготовил и подал ее документы в Ленинский районный суд 

<

адрес>, откуда дело было передано по подсудности в Заводской районный суд 

<

адрес>, где сначала иск был оставлен без рассмотрения из-за отсутствия документов о досудебном урегулировании спора о расторжении договора купли-продажи. Оформив необходимые документы, они вновь обратились в Заводской районный суд 

<

адрес>, где в декабре 2011 года было вынесено решение о расторжении договора купли-продажи квартиры с ФИО22. При этом ФИО17 пояснил, что встречался по поводу разрешения этого спора с ФИО22 Сурхо, который сказал, что необходимо расторгнуть этот договор и что всеми вопросами будет заниматься их представитель ФИО14, с которым они и участвовали во всех заседаниях при рассмотрении дела. Доверенность у ФИО14 была от имени ФИО1, так как на его имя был договор купли-продажи, который нужно было расторгнуть. ФИО14 участвовал и в суде и при оформлении претензий о расторжении договора, давал согласие на расторжение. ФИО22 были очень заинтересованы в скорейшем урегулировании этого спора и расторжении договора, так как у ФИО22 Сурхо было дисциплинарное производство в адвокатской палате, а также проводилась проверка в Заводском РОВД по заявлениям ФИО12 После урегулирования спора между ними все проверки были прекращены за примирением сторон, а в суде было вынесено решение о расторжении договора купли-продажи. До вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и прекращения дисциплинарного производства ФИО12 возвратила все полученные средства, остаток которых отдавала при нем ФИО1 или его брату тогда же в 2011 году, обе стороны тогда составили расписки об отсутствии претензий друг у другу, на основании которых потом были прекращены и дисциплинарное, и уголовное преследование. В последующем свидетель присутствовал при продаже этой квартиры ФИО21 за 1 миллион 700 тысяч рублей с оформлением договора купли-продажи у нотариуса на площади Дружбы народов, а при последующей регистрации перехода права не присутствовал. ФИО12 в то время проживала у своей сестры в 

<

адрес>. Также свидетель подтвердил, что во время первой встречи с ФИО21 ФИО12 передавала ему телефонный номер ФИО22, и ФИО21 звонил им, чтобы удостовериться об отсутствии у тех претензий на квартиру. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 показал, что действительно хорошо знает ФИО22 Сурхо и его сыновей, участвовал по просьбе Сурхо в рассмотрении гражданского дела о расторжении договора купли продажи спорной квартиры. Для этого на его имя была оформлена доверенность от имени ФИО1, которую ему передал или Сурхо, или сам ФИО9. Также свидетель подтвердил, что помимо дела в суде, в Заводском РОВД и в адвокатской палате проводились проверки в отношении ФИО22, и ФИО22 Сурхо просил его уладить все это. При этом ФИО3 подозревал, что инициатором обращений является ФИО17, поэтому сам с ним встречаться не хотел, и с ФИО17 и ФИО12 встречался ФИО14 Спор был из-за покупной цены квартиры, расположенной в центре 

<

адрес>, предметом спора была сумма 1,5-2 миллиона рублей, ФИО12, утверждала, что они фактически договаривались купить за такую цену, а денег не передали, она требовала либо доплатить, либо вернуть квартиру.В результате договорились, что она вернет перечисленные ей средства, и квартира останется за ней. Когда ФИО14, вступил в это дело, квартира была уже оформлена по договору купли-продажи между ФИО12 и ФИО1 и членами его семьи. ФИО14, получил указания от ФИО22 Сурхо о заключении мирового соглашения, составил заявление об этом и подал в суд, участвовал в суде один или два раза, результаты рассмотрения дела не помнит, иск был от ФИО12, доверенность у ФИО14 была от ФИО1, копия которой представлена ему из материалов дела, доверенностей от остальных членов семьи ФИО1 он не помнит. При этом свидетель утверждал, что было заключено мировое соглашение, иск он не признавал, сами ФИО22 в суде не участвовали, иначе участие ФИО14 по доверенности было бы ненужным, результатом их договоренностей было оставить квартиру ФИО12 Также свидетель пояснил, что действительно представлял интересы ФИО22 и в уголовных делах, но предъявленная ему доверенность была оформлена только для участия по гражданскому делу по спору с ФИО12 об этой квартире, других гражданских дел не было. Во время обсуждения дела ФИО9 был против возвращения квартиры ФИО12, но его отец, как старший в семье, настоял на том, чтобы оставить ей эту квартиру. О результатах окончания спора было известно всей семье ФИО22, так как весь спор с участием ФИО14 длился не более месяца при постоянных встречах с ФИО3 и его сыновьями.

Выслушав стороны, их представителей и третье лицо, допросив свидетелей, исследовав иные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. В силу ч.4 ст.198 ГПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности также возлагается на лицо, предъявившее иск.

В ходе рассмотрения дела, в том числе из показаний допрошенных в суде свидетелей и исследованных документов, было установлено, что истцам было известно о наличии спора о расторжении договора купли-продажи вышеназванной квартиры, в том числе о гражданских делах по искам ФИО12 к ФИО1 и ФИО6 о расторжении договора и аннулировании записей о государственной регистрации права собственности на квартиру, по которым в адрес ФИО1 и ФИО6 направлялись уведомления и телеграммы, а представление интересов ответчика ФИО1 осуществлялось его уполномоченным представителем ФИО14, действовавшим на основании нотариальной доверенности. Копия решения суда о расторжении договора направлялась ФИО1 и ФИО6, а после поступления решения суда от ДД.ММ.ГГГГ на исполнение в Управление Росреестра по ЧР ДД.ММ.ГГГГ государственным регистратором ФИО18, ранее проводившим государственную регистрацию договора купли-продажи спорной квартиры и знакомым истцу ФИО1 по его собственному признанию в судебном заседании, в адрес ФИО6 (ЧР, 

<

адрес>) ДД.ММ.ГГГГ было направлено официальное уведомление о погашении регистрационной записи права на спорную квартиру. Согласно представленной истцом в суд справки из похозяйственной книги Администрации Герменчукского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1, его жена ФИО6 и их дети по-прежнему проживают по указанному адресу в 

<

адрес>, в связи с чем доводы истца о неосведомленности о расторжении договора купли-продажи и погашении регистрационной записи о правах на спорную квартиру на основании решения суда от ДД.ММ.ГГГГ не соответствуют иным материалам дела и не могут быть приняты судом. Доводы истца ФИО1 о нахождении в разъездах и частой смене мест проживания не нашли своего подтверждения в суде, поэтому расцениваются судом как попытка введения суда в заблуждение и злоупотребление правом, которое судебной защите не подлежит.

При таких обстоятельствах, истцы могли и должны были узнать о нарушении своего права в декабре 2011 года-феврале 2012 года и обратиться в суд с иском о его защите в течение трех лет, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, с учетом открытости данных о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и повторной регистрации права собственности ФИО12 на спорную квартиру с получением свидетельства 

<

адрес> от 02.02.2012г.

Пропуск указанного срока является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО6 о признании за ними права собственности на спорную квартиру.

В части требований о прекращении права собственности ФИО7 с исключением из ЕГРП записей о праве собственности ФИО7 и зарегистрированных обременений (ограничений) этого права, а также иска об истребовании квартиры из владения ФИО7 и выселении его с членами семьи из спорной квартиры, суд находит, что срок исковой давности истцами не пропущен, так как права ФИО7 и ипотека квартиры были зарегистрированы в ЕГРП Управления Росреестра по ЧР ДД.ММ.ГГГГ, а вселился ФИО7 в спорную квартиру только в начале 2017 года, переоформив лицевой счет на квартиру на свое имя ДД.ММ.ГГГГ, поэтому требования истцов в данной части следует разрешить по существу.

Исходя из положений ч.ч.3-5 ст.1 Федерального закона от 13.07.2015г. №218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" и ранее действовавшего Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», оспариванию подлежит само зарегистрированное право, а внесение изменений в записи ЕГРП (в настоящее время – ЕГРН) производится на основании решения суда о признании права собственности, признании недействительными сделки или акта государственного органа или об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Как следует из официального толкования положений законодательства, содержащегося в пунктах 35 и 36 постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301,302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен, иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со статьей302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

По смыслу пункта1статьи302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В судебном заседании истец ФИО1 признал, что он и члены его семьи в спорную квартиру после заключения договора купли-продажи с ФИО12 и до настоящего времени не вселялись, расходов по содержанию квартиры не несли. ФИО1 было известно, что квартира оставалась во владении ФИО12, а договор и иные правоустанавливающие документы на квартиру у истцов отсутствуют.

При этом из представленных в суд из Управления Росреестра по ЧР копий архивного реестрового дела на спорную квартиру следует, что ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ повторно получала в Управлении Росреестра по ЧР свидетельство о государственной регистрации своего права собственности на квартиру, повторно представив государственному регистратору подлинник регистрационного свидетельства БТИ 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ на свое имя, которое ранее представлялось ею вместе с первоначальной регистрацией договора с ФИО1 и регистрацией перехода права общей долевой собственности.

Кроме того, ФИО1 признал в суде, что заявления о государственной регистрации права общей долевой собственности на квартиру и сделки с ФИО12 подавал и подписывал только он сам, как от своего имени, так и от имени своих детей и ФИО6, а доверенности или иного документа, уполномочивающего его на это в суд не представлено.

Из показаний представителя ФИО6 ФИО20 в суде установлено, что все участие ФИО6 в покупке данной квартиры сводилось лишь к подписанию текста договора купли-продажи у нотариуса и к использованию государственного сертификата на материнский (семейный) капитал серии МК-2 0260655, выданного на ее имя ДД.ММ.ГГГГ на основании решения УПФ РФ 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ №. Сама ФИО6 и ее дети в спорную квартиру не вселялись и ею никогда фактически не владели, зарегистрированы в спорной квартире по месту жительства никогда не были и расходов на содержание не несли.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что спорная квартира не выбывала из владения истцов помимо их воли, так как вообще в их владении не была, их волеизъявления на владение и пользование этой квартирой не имелось.

Одновременно, исходя из представленных материалов реестрового дела, показаний ФИО21 и свидетеля ФИО17 установлено, что на момент приобретения указанной квартиры ФИО7 квартира была свободна от прав третьих лиц, каких-либо ограничений или обременений в отношении квартиры не было, в том числе не было и притязаний на данную квартиру со стороны ФИО1, ФИО6 и их детей, которые обратились за пересмотром судебного решения о расторжении договора только в начале 2017 г.

Доводы истца и его представителя о том, что вынесенное Заводским районным судом 

<

адрес> решение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении договора от ДД.ММ.ГГГГ не имеет отношения к договору купли-продажи квартиры, заключенному между ФИО12 с одной стороны и ФИО1, ФИО6 с другой стороны, так как данный договор был удостоверен нотариусом ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ, противоречат положениям гражданского законодательства, действовавшего в период заключения и расторжения договора.

В соответствии с ч.2 ст.558 ГК РФ, (в ред.от ДД.ММ.ГГГГ №147-ФЗ) договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежал государственной регистрации и считался заключенным с момента такой регистрации. 

Таким образом, договор между ФИО12 и ФИО1 с ФИО6, хотя и был подписан сторонами и удостоверен нотариусом ДД.ММ.ГГГГ, считался заключенным только с момента его государственной регистрации, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с этим, решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившее в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, о расторжении договора купли-продажи 

<

адрес>, заключенного между ФИО12 и ФИО1, ФИО6, действующей за себя и от своих несовершеннолетних детей ФИО2 и ФИО3 было правомерно принято и исполнено государственным регистратором Управления Росреестра по ЧР ФИО18 с погашением записи № от ДД.ММ.ГГГГ о государственной регистрации права общей долевой собственности на эту квартиру.

Таким образом, ФИО7 должен быть признан добросовестным приобретателем указанной квартиры, против чего в суде не возражали и истец, и представитель соистца.

Добросовестность приобретения квартиры ФИО7 и отсутствие квартиры во владении истцов когда-либо и непринятие ими мер по завладению квартирой, безразличное к ней отношение на протяжении более пяти лет, являются достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО6 об истребовании квартиры из владения ФИО7 и выселения его и членов его семьи из указанной квартиры, а также отказа в удовлетворении требований о прекращении его права собственности на квартиру и исключении записей о государственной регистрации права собственности ФИО7 и записей об ипотеке квартиры в пользу ПАО Сбербанк России и ФГКУ «Росвоенипотека».

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО6 в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей – ФИО2 и ФИО3 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чеченской Республики через Заводской районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня его вынесения решения в окончательной форме. 

Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Полный мотивированный текст решения изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий О.В.Мормыло