Дело №2-2669/2019

УИД: 24RS0046-01-2019-001572-56

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июля 2019 года г. Красноярск

Свердловский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Глебовой А.Н.,

при секретаре Алексеенко А.И.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 – ФИО3 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

Требования мотивированы тем, что 10.07.2014 года истец приобрел в собственность жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, комн. 412. С января 2014 года истец стал проживать с ответчицей, с которой отношения не сложились. В феврале 2019 года он узнал, что ФИО2 с 31.01.2019 года является собственником принадлежащей ему квартиры. При этом, никаких договоров по отчуждению квартиры, истец с ответчиком не заключал. Истец обратился в ОП № 6 МУ МВД «Красноярское» с заявлением по данному факту. 

Просит признать недействительной сделку по отчуждению в пользу ФИО2 жилого помещения, комнаты расположенной по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес> применить последствия недействительности сделки, вернув стороны в первоначальное положение, прекратив право собственности на спорную комнату за ФИО2, признав право собственности за ФИО1 

В судебном заседании истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена своевременно и надлежащим образом, доверила представлять свои интересы представителю ФИО3 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Красноярскому краю в судебное заседание не явился. О дате, времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом, уважительность причины неявки суду не сообщил, заявлений и ходатайств не поступало.

Суд, выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам. 

В силу абз. 1 п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с положениями ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В силу ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Содержание сделки - это совокупность составляющих ее условий. Содержание сделки не должно противоречить закону. Для действительности сделки необходимо, чтобы ее содержание соответствовало требованиям закона и иных правовых актов, в противном случае будет иметь место порок содержания сделки.

К сделкам с пороками содержания относятся, в том числе сделки, не соответствующие закону или иным правовым актам (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), сделки, совершенные с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как нарушающая требования закона.

По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным при установлении очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04 марта 2015 года, разъяснено, что злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 и п. 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий. Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права охраняемые законом интересы нарушает этот договор, должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконно или недобросовестного поведения.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Пунктом 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, могут быть квалифицированы сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми. Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 8 июня 2004 г. N 226-О, квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено в ходе рассмотрения дела и подтверждается материалами дела, ФИО1 являлся собственником комнаты, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на основании договора купли-продажи жилого помещения от 10.07.2014 года.

Из выписки из домовой книги и финансово-лицевого счета установлено, что на регистрационном учете в комнате по адресу 

<

адрес>, состоит ФИО1 с 24.07.2014 года.

В судебном заседании также установлено, что ФИО1 и ФИО2 совместно проживали в гражданском браке в период с января 2014 года по 11.03.2018 года, данные обстоятельства сторонами не оспаривалось.

29.08.2017 года на основании договора дарения недвижимого имущества ФИО1 подарил ФИО2 комнату, расположенную по адресу: 

<

адрес> стороны обратились в регистрирующий орган для совершения регистрационных действий о переходе права собственности и регистрации права собственности на комнату.

Регистрация сделки была приостановлена регистрирующим органом по причине наложения запрета на регистрацию с объектом недвижимости, уведомление было направлено истцу ФИО1

21.12.2017 года на основании постановления об отмене запрета на совершение регистрационных действий в отношении имущества, отменены меры по запрету на совершение регистрационных действий в отношении комнаты, расположенной по адресу: 

<

адрес>

Право собственности право за ФИО2 зарегистрировано в установленном законе порядке 31.01.2019 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Из пояснений свидетелей ФИО4 и ФИО5 допрошенных судом, следует, что ФИО1 они знаю, как сожителя своей соседки ФИО2 ФИО1 им лично говорил, что подарил своей любимой женщине ФИО2 спорную комнату. Они планировали улучшить жилищные условия. Какие-то конкретные причины совершения сделки им не известны.

Разрешая заявленные исковые требования суд, суд исходит из следующего, что природа сделки дарения, ее правовые последствия в виде передачи истцом ответчику права собственности на комнату, вследствие чего право собственности истца прекращается, явно следуют из договора дарения, который не допускает неоднозначного толкования, в связи с чем, необоснованными являются доводы истца о том, что подписывая договор, он заблуждался относительно природы и последствий сделки.

Каких-либо доказательств в подтверждение своих доводов о наличии при заключении договора дарения заблуждения относительно природы данной сделки, имеющего существенное значение, суду истцом представлено не было. 

Из материалов дела следует, что спорный договор дарения жилого помещения составлен в установленном законом порядке, условия договора закону не противоречат. Цель договора дарения имущества (переход права собственности на имущество от дарителя к одаряемому) определена в законодательстве, конкретизирована в самом договоре и заведомо не может противоречить основам правопорядка и нравственности. Следовательно, нет оснований полагать, что при заключении ответчиками договора дарения квартиры нарушены основы нравственности и правопорядка, принципы гражданского права. Условия заключенной сделки устанавливаются по усмотрению сторон, в соответствии с законодательно закрепленным принципом свободы договора (ст. ст. 420, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сведения о наличии обременений в отношении спорного нежилого помещения в материалах дела отсутствуют, а потому право собственности ФИО1 на жилое помещение предоставляло ему полный объем полномочий собственника, в том числе по распоряжению принадлежащим ему имуществом. Данное право было им реализовано при заключении оспариваемой истцом сделки по дарению жилого помещения от 29.08.2017 года.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска о признания договора дарения недействительной сделкой, поскольку оснований для признания оспариваемой сделки ничтожной по статье 169 ГК РФ, как совершенной с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности, материалами дела не установлено.

В нарушение требований части 1 статьи 56 ГПК РФ сторона истца также не представила суду ни одного доказательства того, что цель, преследуемая сторонами при заключении спорного договора дарения от 29.08.2017 года, заведомо противна основам правопорядка или нравственности.

Также в числе доводов, свидетельствующих о недействительности сделки, истец ссылался на то, что заключенная между ним и ответчиком сделка является мнимой.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу нормы п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации доводы о мнимости договора купли-продажи могут быть признаны обоснованными, если истец в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказал, что все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать исполнения.

Мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Из указанной нормы права следует, что по основанию мнимости может быть признана недействительной только та сделка, которая совершается лишь для того, чтобы ввести в заблуждение окружающих, и не направлена на достижение правовых последствий, а потому и не исполняется. При этом сами стороны сознают, что никакой настоящей сделки нет и никаких обязанностей на них эта сделка не налагает, то есть такая сделка носит фиктивный характер.

Из пояснений и фактических действий сторон следует, что стороны были намерены исполнять сделку и фактически ее исполнили.

То обстоятельство, что ФИО1 с момента совершения сделки и на настоящий момент состоит на регистрационном учете до настоящего времени, не свидетельствует о том, что сделка сторонами не исполнялась, и стороны не имели намерения ее исполнять.

Кроме того, после заключения договора дарения ответчик ФИО2 оплачивала жилищно-коммунальные услуги за комнату, что подтверждается квитанциями об оплате, а истец указанных расходов не нес, что самим ФИО1 в ходе судебного заседания не оспаривалось.

В данной связи, оснований для выводов о том, что сделка истцом и ответчиком не исполнялась и является мнимой, не имеется.

Также в судебном заседании истец ссылался на то, что при заключении сделки он заблуждался относительно природы совершенной им сделки.

В соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Вместе с тем, в суде истец пояснил, что он понимал, что заключает договор дарения, и понимал последствия его заключения. В связи с изложенным доводы, приведенные в обоснование недействительности сделки по ст. 178 Гражданского кодекса РФ, опровергнуты самим истцом и во внимание не принимаются.

ФИО1 лично присутствовал при подаче документов на регистрацию перехода права собственности на спорное недвижимое имущество от него к ФИО2, что им не оспаривалось в суде. С момента заключения сделки до 25.06.2019 года требований о признании сделки недействительной не заявлял. 

Принимая во внимание приведенные правовые нормы, установленные по делу обстоятельства и представленные сторонами доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения иска по доводам, приведенным истцом в его обоснование, не имеется, в связи, с чем суд отказывает в удовлетворении заявленных исковых требованиях ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании сделки по отчуждению жилого помещения недействительной, применении последствий недействительности сделки – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Свердловский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Председательствующий А.Н. Глебова

Мотивированное решение суда изготовлено 26.03.2019 г.