Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

8 августа 2017 года 

<

адрес>

Центральный районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Жигулиной М.А.,

при секретаре Ломакиной А.А.,

с участием старшего помощника прокурора Центрального района г. Тулы Алексеева Д.О., истца ФИО1, его представителя по ордеру адвоката Добрынина В.А., представителя ответчика УМВД России по Тульской области по доверенности ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1556/17 по иску ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел по Тульской области о восстановлении на службе в органах внутренних дел, признании незаконными заключения служебной проверки, приказа о наложении дисциплинарного взыскания, приказа о расторжении контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации и увольнении со службы, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, 

у с т а н о в и л:

истец ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ проходил службу по контракту органах внутренних дел, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в звании 

<

данные изъяты> в должности 

<

данные изъяты>», с ДД.ММ.ГГГГ – в должности инспектора 

<

данные изъяты>

В число его должностных обязанностей в период службы в должности инспектора ДПС группы ДПС ГИБДД МОМВД России «Алексинский» согласно должностному регламенту входило знание требований нормативно правовых актов РФ, МВД России, регламентирующих права и обязанности сотрудников полиции, вопросы обеспечения безопасности дорожного движения, охраны общественного порядка и обеспечения общественной безопасности, а также порядок прохождения службы в органах внутренних дел; предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений и административных правонарушений; осуществление производства по делам об административных правонарушениях в области дорожного движения; обеспечение безопасности дорожного движения; и другие. 

Приказом начальника Управления министерства внутренних дел России по Тульской области (далее по тексту – УМВД России по Тульской области) ФИО9 № от ДД.ММ.ГГГГ за нарушение требований ч. 4 ст. 7, ст. 27 Федерального закона от 7.02.2011 года №3-ФЗ «О полиции», несоблюдение требований к служебному поведению сотрудников органов внутренних дел, регламентированных ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», несоблюдение профессионально-этических правил поведения сотрудника, выразившееся в оформлении в отношении лица административного материала, не соответствующего совершенному административному правонарушению, на инспектора (дорожно-патрульной службы) 1 взвода в составе Отдельного батальона ДПС ГИБДД УМВД России по г. Туле 

<

данные изъяты> полиции ФИО1, совершившего дисциплинарный проступок в период нахождения в должности инспектора (дорожно-патрульной службы) группы ДПС ГИБДД МОМВД России «Алексинский», наложено дисциплинарное взыскание – увольнение со службы в органах внутренних дел. 

Основанием для издания данного приказа послужило заключение служебной проверки УМВД России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом начальника УМВД России по Тульской области ФИО9 № от ДД.ММ.ГГГГ контракт с ним расторгнут и ФИО1 был уволен со службы в органах внутренних дел по п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года №343-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации» (в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел). 

Основаниями для издания указанного приказа явились: заключение служебной проверки УМВД России по Тульской области от 3.04.2017 года и приказ УМВД России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ №

Оспаривая законность расторжения с ним служебного контракта и увольнение с должности сотрудника органов внутренних дел по указанному основанию, заключение служебной проверки, ФИО1 обратился в суд с иском, впоследствии уточненным, к УМВД России по Тульской области о признании незаконными: заключения служебной проверки УМВД России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ, приказов № и № от ДД.ММ.ГГГГ, отмене указанных приказов, восстановлении на службе в занимаемой на момент увольнения должности и звании, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула.

В обоснование иска ФИО1 указал, что никакого проступка он не совершал. В действиях лица, привлеченного им к административной ответственности, имело место нарушение правил пользования внешними световыми приборами, а ребенок, находящийся в салоне автомобиля под управлением данного лица, и не пристегнутый ремнем безопасности, был замечен им только в момент общения с водителем автомобиля и проверки документов, в связи с чем, имелись неустранимые сомнения в не выполнении водителем требований Правил дорожного движения (перевозка детей) и совершения им административного правонарушения. 

В судебном заседании:

истец ФИО1, его представитель по ордеру адвокат Добрынин В.А. исковые требования с учетом и уточнения поддержали, просили удовлетворить по заявленным основаниям. Дополнительно указали, что заключение служебной проверки, по их мнению, получено с нарушением закона, поскольку в материалах проверки незаконно использованы результаты ОРД, проводимых в отношении иного лица, объяснения от истца отбирались до принятия решения о проведении служебной проверки, при этом он был введен в заблуждение относительно целей использования указанных объяснений. Постановление о привлечении к административной ответственности ФИО3 по ст. 12.20 КоАП РФ не оспаривалось, не отменено. Служебной проверкой достоверно не установлено, где находился ребенок в автомобиле ФИО3 (на переднем либо заднем сидениях), не подтвержден возраст ребенка. При проведении служебной проверки ФИО1 не оказана правовая помощь. Не представлены для ознакомления аудиозаписи и распечатки телефонных переговоров, на которые имеется ссылка в заключении служебной проверки. 

Представитель УМВД России по Тульской области по доверенности ФИО2 просила отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что увольнение ФИО1 было произведено в соответствии с требованиями Федерального закона от 7.02.2011 года №3 «О полиции», Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусматривающих в качестве самостоятельного основания для увольнения – совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, не предполагающего применения иной меры дисциплинарной ответственности. 

В отношении ФИО1 была проведена служебная проверка, в ходе которой от него были отобраны объяснения, которые даны им добровольно, без какого-либо давления со стороны лиц, проводящих проверку. 

Факт нарушения ФИО1 требований ч. 4 ст. 7, ст. 27 Федерального закона от 7.02.2011 года №3-ФЗ «О полиции», и несоблюдения им требований к служебному поведению сотрудников органов внутренних дел, регламентированных ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», выразившееся в оформлении в отношении лица административного материала, не соответствующего совершенному административному правонарушению, нашел свое подтверждение в ходе служебной проверки, которая проведена на основании всестороннего анализа всех имеющихся доказательств с соблюдением прав истца.

Постановление, на основании которого водитель ФИО3 был привлечен ФИО1 к административной ответственности, не было отменено, поскольку не обжаловалось последним, возможность его отмены в отсутствие обращения лица, привлеченного к административной ответственности, отсутствует.

Срок привлечения к административной ответственности ФИО3 по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ к моменту окончания служебной проверки истек, что исключало возможность возбуждения дела об административном правонарушении.

При увольнении ФИО1 был ознакомлен с результатами служебной проверки, расчетом выслуги лет, ему произведен окончательный расчет. Порядок процедуры увольнения был соблюден. Трудовая книжка и выписка из приказа были выданы истцу в день увольнения. 

Выслушав стороны, их представителей, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела и представленные сторонами, допросив свидетеля ФИО4, допросив в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетелей ФИО3, ФИО5, ФИО6, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетеля ФИО7, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истца.

Как следует из приказа об увольнении капитана полиции ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ, он уволен за нарушение требований ч. 4 ст. 7, ст. 27 Федерального закона от 7.02.2011 года №3-ФЗ «О полиции», ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», несоблюдение профессионально-этических правил поведения сотрудника органов внутренних дел РФ, выразившееся в оформлении в отношении лица административного материала, не соответствующего совершенному административному правонарушению, что признано совершением проступка, порочащего честь сотрудника органа внутренних дел.

Определено, что выслуга лет ФИО1 по состоянию на день увольнения – ДД.ММ.ГГГГ составляет 

<

данные изъяты> в календарном исчислении, в льготном исчислении - 

<

данные изъяты>

Единовременное пособие и премию за добросовестное выполнение служебных обязанностей в месяце увольнения приказано не выплачивать.

Поверяя доводы стороны истца о допущенных при его увольнении нарушениях действующего законодательства, и отсутствии объективных причин для его увольнения по указанному основанию, суд учитывает, что служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц. 

Согласно позиции, неоднократно выраженной Конституционным Судом РФ (Постановление от 6.06.1995 года № 7-П, определения от 21.12.2004 года № 460-О, от 16.04.2009 года № 566-О-О, от 25.11.2010 года № 1547-О-О) возможность увольнения со службы сотрудника органов внутренних дел, более не отвечающего указанным требованиям, предопределена необходимостью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые ими на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка.

При этом положения п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не предполагает возможности его произвольного применения, поскольку предполагают, что принятию решения об увольнении сотрудника органов внутренних дел со службы за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, то есть за несоблюдение им добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, предшествует объективная оценка совершенного им деяния. 

В соответствии с п. 1 ст. 49 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 50 указанного Федерального закона одним из дисциплинарных взысканий, которые могут налагаться на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины, а также в иных случаях, предусмотренных данным Федеральным законом, является увольнение со службы в органах внутренних дел.

В силу п. 9 ч. 3 ст. 82 названного Федерального закона контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

То есть, для данного вида служебного нарушения – совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, законом предусмотрено применение единственного вида дисциплинарного взыскания – увольнения. 

До наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника органов внутренних дел, привлекаемого к ответственности, должно быть затребовано объяснение в письменной форме.

Исполнение наложенного на сотрудника органов внутренних дел дисциплинарного взыскания в виде увольнения со службы в органах внутренних дел осуществляется в соответствии с главой 12 Федерального закона №342-ФЗ от 30.11.2013 года и в порядке, установленном уполномоченным исполнительным органом власти.

Приказом МВД России от 30.11.2012 года №1065 «О некоторых вопросах назначения на должности в органах внутренних дел Российской Федерации и увольнения со службы сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации» регламентирован порядок представления сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации к увольнению со службы в органах внутренних дел Российской Федерации и оформления документов, связанных с прекращением или расторжением контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации, увольнением со службы в органах внутренних дел Российской Федерации и исключением из реестра сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации.

Как следует из п. 3 названного порядка прекращение или расторжение контракта и увольнение сотрудника со службы в органах внутренних дел производятся по основаниям, предусмотренным ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Правом увольнения со службы в органах внутренних дел, предоставленным нижестоящему руководителю (начальнику) (п.п. 4-6 Порядка) обладает и вышестоящий руководитель (начальник).

С сотрудниками, увольняемыми со службы в органах внутренних дел, проводится беседа, в ходе которой им сообщается об основаниях увольнения, разъясняются вопросы получения выплат, гарантий и компенсаций, трудоустройства. Такая беседа проводится представителями кадрового подразделения. (п.п. 12,13 Порядка). 

До увольнения сотрудника соответствующее кадровое подразделение с участием непосредственного руководителя (начальника) сотрудника готовит представление к увольнению из органов внутренних дел, которое согласовывается с начальником подразделения и доводится до сведения сотрудника под расписку (п.п. 15,16).

Сотрудники, увольняемые со службы в органах внутренних дел, обязаны сдать закрепленное за ними оружие, иное имущество и документы в соответствующее подразделение, служебное удостоверение, жетон с личным номером – в кадровое подразделение, а все числящиеся за ними носители сведений, составляющих государственную тайну – в структурное подразделение по защите государственной тайны (п. 19 Порядка).

Прекращение или расторжение контракта и увольнение со службы в органах внутренних дел оформляются приказом, с которым сотрудника знакомя в последний день службы. Тогда же ему выдают трудовую книжку, заполненную в установленном порядке (ч. 8 ст. 89 Федерального закона №342-ФЗ от 30.11.2011 года). Финансовое подразделение производит с сотрудником окончательный расчет.

Анализируя исследованные доказательства: объяснения истца, материалы служебной проверки в отношении ФИО1, показания допрошенных свидетелей, сопоставляя полученные сведения, суд приходит к выводу о том, что порядок (процедура) увольнения, в рамках примененного к ФИО1 дисциплинарного взыскания за совершенный проступок, УМВД по Тульской области не нарушен, и имелись основания для увольнения истца по указанному основанию.

В частности, как следует из материалов дела, основанием для проведения служебной проверки в отношении ФИО1 послужил рапорт Врио начальника ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 на имя начальника УМВД России по Тульской области ФИО9 об установлении сотрудниками ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области факта остановки ДД.ММ.ГГГГ года инспектором ДПС ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» капитаном полиции ФИО1 автомобиля марки 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В процессе проверки документов у ФИО3 было выявлено нарушение правил дорожного движения РФ, а именно, перевозка ребенка без специального детского удерживающего устройства. Однако по просьбе старшего государственного инспектора ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» капитана полиции ФИО10, ФИО1 к административной ответственности за данное нарушение ФИО3 не привлек, выписав постановление за менее грубое нарушение Правил дорожного движения РФ, а именно: за нарушение правил пользования внешними световыми приборами.

Руководителем УМВД России по Тульской области было принято решение о проведении по данному факту служебной проверки, проведение которой было поручено Врио начальника ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ. Непосредственное исполнение возложено на сотрудников ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области ФИО5, ФИО11, ФИО13 

ДД.ММ.ГГГГ старшим оперуполномоченным по ОВД ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области ФИО5 были отобраны объяснения от ФИО1, которому предварительно разъяснены прав и обязанности, предусмотренные ч. 6 ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» для сотрудника органов внутренних дел в отношении которого проводится служебная проверка. Поэтому ссылку истца на то обстоятельство, что он был введен в заблуждение относительно цели дачи письменных объяснений, суд находит несостоятельной.

Допустимых и достоверных доказательств тому, что объяснения от ФИО1 отбирались вне рамок служебной проверки, без соответствующего распоряжения руководителя УМВД России по Тульской области, также не имеется. 

Факт вызова истца для дачи объяснений в ОРЧ (СБ) на ДД.ММ.ГГГГ года к 

<

данные изъяты>, подтвержденный показаниями свидетеля ФИО4 и переданной им ФИО1 запиской не является достаточным для вывода об обоснованности утверждения истца о даче им письменных объяснений именно ДД.ММ.ГГГГ, а не ДД.ММ.ГГГГ, как указано в документе. Иных доказательств в подтверждение довода об иной дате составления письменных объяснений истцом не представлено. 

При таких обстоятельствах, с учетом наличия у истца высшего юридического образования, значительного опыта работы в органах внутренних дел, его утверждение о том, что дата объяснений не проставлена им по просьбе сотрудника ОРЧ (СБ), отбиравшего от него письменные объяснения, вызывает сомнение в его достоверности. 

Оснований для признания письменных объяснений истца от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством, полученным с нарушением закона, у суда не имеется, поскольку они отвечают требованиям ст. 71 ГПК РФ, а факт получения данного доказательства с нарушением требований закона в ходе судебного разбирательства своего подтверждения исследованными по делу иными доказательствами не нашел.

Согласно письменным объяснениям ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, он ДД.ММ.ГГГГ, как должностное лицо, в обязанности которого входит осуществление контроля за дорожным движением, оформление материалов ДТП, заступил на службу в составе экипажа ДПС вместе с инспектором ДПС ОГИБДД УМВД России «Алексинский» ФИО6 на служебном автомобиле марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № в рамках операции «Кольцо» с 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. Примерно с 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ они несли службу в районе 

<

адрес>. Примерно в 

<

данные изъяты> минут в рамках проведения операции «Кольцо» им был остановлен автомобиль марки 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак не помнит. Подошел к автомобилю, представился водителю, которого попросил предъявить документы, предусмотренные Правилами дорожного движения РФ. Водитель передал ему документы через открытое окно водительской двери, и в этот момент он увидел на заднем сидении автомобиля ребенка, который находился в автомобиле без специального удерживающего устройства, не пристегнутого ремнями безопасности. Указал водителю на нарушение им Правил дорожного движения по ст. 12.23.3 (нарушение правил перевозки детей). После этого пошел в служебный автомобиль для составления административного материала за выявленное нарушение Правил дорожного движения РФ. В момент составления административного материала на его мобильный телефон поступил звонок от старшего государственного инспектора ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» ФИО10, который попросил минимизировать наказание за совершенное водителем административное правонарушение. И он составил административный материал по ст. 12.20 КоАП РФ за нарушение правил пользования внешними световыми приборами. 

Как следует из бланка объяснений, ФИО1 указано, что объяснения с его слов напечатаны верно, и им прочитаны. Иных замечаний, комментариев или оговорок ФИО1 в письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ не сделано. 

Из объяснений ФИО1 и показаний свидетеля ФИО5, следует, что ФИО1 письменные объяснения давались однократно на двух разных бланках в день его явки в ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области одинакового содержания.

Разницу в указании даты объяснений (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 свидетель ФИО5 объяснил технической ошибкой. 

С учетом того, что содержание упомянутых объяснений ФИО1, данных им на имя начальника УМВД России по Тульской области и на имя старшего оперуполномоченного по ОВД ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области ФИО5 идентично, суд находит данное обстоятельство несущественным для рассмотрения настоящего дела.

Довод истца о том, что при даче указанных письменных объяснений, он не предупреждался об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, и указал сведения не соответствующие действительности, суд находит несостоятельным, поскольку истцу в обоих случаях разъяснялось содержание его права, закрепленного в ст. 51 Конституции РФ (ст. 52 Федерального закона от 30.11.2011 года №342 – ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»), не давать показаний против себя самого. 

Доказательств тому, что истец был лишен возможности сделать замечания к зафиксированным с его слов объяснениям, представить иные объяснения в дополнение к тем, которые им были даны, суду не представлено. Обстоятельств, свидетельствующих об оказании психологического давления на истца в момент дачи им письменных объяснений, при рассмотрении дела не установлено.

Им не заявлено требования о проведении проверки его объяснений с помощью психофизических исследований (обследований), не обжалованы действия сотрудника, проводящего служебную проверку. 

Факт поступления телефонного звонка от ФИО10, интересующегося составлением административного материала на водителя автомобиля марки 

<

данные изъяты> ФИО1 в судебном заседании также не оспаривался. 

Обстоятельства, изложенные в вышеприведенных письменных объяснениях ФИО1, подтверждаются и дополняются совокупностью исследованных судом доказательств. В частности, место и время несения службы ФИО1 совместно с инспектором ДПС ОГИБДД УМВД России «Алексинский» ФИО6 на служебном автомобиле марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ДД.ММ.ГГГГ подтверждается: 

- графиком работы инспекторов ДПС ОГИБДД УМВД России «Алексинский» на ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ для ФИО6 и ФИО1 являлся рабочим днем; 

- расстановкой личного состава, утвержденной приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО1 и ФИО6 в составе экипажа ДПС на автомобиле марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, должны были нести службу с 

<

данные изъяты> минут до 

<

данные изъяты> минут по маршруту патрулирования: 

<

адрес> 

- показаниями свидетеля ФИО6, письменными объяснениями ФИО6, данными им на имя начальника УМВД России по Тульской области ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым обстоятельств и причин остановки ФИО1 транспортного средства марки 

<

данные изъяты> он не видел, поскольку в 

<

данные изъяты> минут ДД.ММ.ГГГГ находился в салоне служебного автомобиля и занимался составлением административного материала на водителя, нарушившего Правила дорожного движения. Видел, что ФИО1 подошел к остановившемуся на противоположной стороне перекрестка транспортному средству, получил от водителя документы, после чего вернулся к служебному автомобилю, сел на его (ФИО6) место, поскольку он, после оформления административного материала, вышел из автомобиля и продолжил наблюдение за дорожной обстановкой на улице;

- показаниями свидетеля ФИО7, его письменными объяснениями от ДД.ММ.ГГГГ, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ года ему позвонил его руководитель ФИО3, который является очень впечатлительным человеком и которого легко разволновать, и сообщил о том, что его остановили сотрудники полиции. Просил оказать помощь, сказал, что перевозил в автомобиле ребенка или не пристегнутого, или без кресла (точно пояснить свидетель затруднился). Он по просьбе директора позвонил знакомому ему сотруднику ГИБДД ФИО10, просил помочь, тот обещал что-нибудь придумать. Позднее от директора (ФИО3) он узнал, что его оштрафовали.

- Показаниями свидетеля ФИО3, письменными объяснениями ФИО3, полученными старшим оперуполномоченным по ОВД ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области ФИО5 1.03.2017 года, согласно которым ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ по окончании рабочего дня перевозил в салоне принадлежащего ему автомобиля марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, свою восьмилетнюю дочь, без детского кресла, был остановлен сотрудником ДПС, который подойдя к его автомобилю, попросил у него документы и сообщил, что он нарушил Правила дорожного движения РФ, перевозит ребенка без специального детского удерживающего устройства, после чего направился в служебный автомобиль. Поскольку он (ФИО3), подумал, что в отношении него будет составлен протокол об административном правонарушении за нарушение правил перевозки детей, он позвонил своему подчиненному механику и попросил его помочь, поскольку знал, что у него есть знакомые в ГИБДД. Когда инспектор принес документы, он увидел, что штраф за нарушение составляет менее 

<

данные изъяты> руб. Постановление не обжаловал, штраф оплатил. Существа правонарушения, указанного в протоколе об административном правонарушении не помнит. 

В судебном заседании свидетель ФИО3 показал, что точно обстоятельств нарушения им правил перевозки детей не помнит, так как прошло длительное время, но уверен, что остановили его за нарушение правил пользования световыми приборами - не горел свет фар (горели только габариты). Припоминает, что в это время его дочь сидела на переднем пассажирском сидении, на специально изготовленной плотной подушке и была пристегнута ремнем безопасности. Детское кресло в машине отсутствовало, так как дочь из него выросла, и он его давно убрал. Инспектору на его замечание, он об этом сообщил.

Суд, с учетом характера показаний допрошенного свидетеля ФИО3, и анализа имеющихся по делу иных доказательств (письменных показаний ФИО1, показаний свидетелей ФИО7, ФИО5, письменных объяснений ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ и постановления по делу об административном правонарушении в отношении ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ) приходит к выводу о том, что информацию, указанную свидетелем, о том, что причиной остановки его транспортного средства ДД.ММ.ГГГГ стало нарушение правил пользования световыми приборами, он почерпнул из текста постановления об административном правонарушении, то есть после его привлечения к административной ответственности за данное правонарушение. А иное изложение последовательности происходящих событий (имеющиеся разночтения в сообщаемых им обстоятельствах произошедшего ДД.ММ.ГГГГ) связано с их значительной отдаленностью по времени от даты его допроса в судебном заседании, что им неоднократно подчеркивалось при даче показаний суду. 

При изложенных обстоятельствах, у суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности, изложенных ДД.ММ.ГГГГ в письменных объяснениях ФИО1 сведений. 

Нарушений прав ФИО1 при получении от него указанных объяснений должностным лицом, проводящим служебную проверку, не допущено. Доказательств обратному суду не представлено. Доказательств прямо либо косвенно свидетельствующих о том, что на ФИО1 в момент дачи им указанных письменных объяснений оказывалось какое-либо физическое либо психологическое воздействие, вследствие которых он оговорил себя и своего коллегу по службе, суду не представлено, в исследованных судом материалах деле не имеется.

ДД.ММ.ГГГГ начальником УМВД России по Тульской области принято постановление о передаче сообщения о происшествии по подследственности, поскольку при проверке сообщения о преступлении (ст. 285 УК РФ) установлено, что ДД.ММ.ГГГГ инспектор ДПС ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» капитан полиции ФИО1 по просьбе старшего государственного инспектора ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» капитана полиции ФИО10 не составил административный материал за нарушение правил перевозки, ответственность за которое предусмотрена ст. 12.23.3 КоАП РФ.

Результаты оперативно-розыскных мероприятий (опрос, прослушивание телефонных переговоров, наведение справок), направленных на проверку указанной информации также переданы в СО по г. Алексину СК России по Тульской области, что подтверждается письмом УМВД России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ, письмом ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области, письмом СО по городу Алексин СУ СК России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с постановлением старшего следователя СО по г. Алексин СУ СК России по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству, на основании рапорта ВРИО начальника ОРЧ (СБ) УМВД России по Тульской области ФИО8 об обнаружении в действиях инспектора ДПС ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» капитана полиции ФИО1 признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ (сообщения о преступлении), и признаков преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 285 УК РФ, - в действиях старшего государственного инспектора ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» капитана полиции ФИО10, возбуждено уголовное дело в отношении указанных лиц.

Согласно названному постановлению, в ходе проверки сообщения о преступлении установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> часов сотрудником ОГИБДД МО МВД России «Алексинский» капитаном полиции ФИО1, находящимся при исполнении должностных обязанностей, в рамках проведения оперативно-профилактических мероприятий «Кольцо», на пересечении 

<

адрес> был остановлен автомобиль марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО3, который в нарушение п. 22.9 Правил дорожного движения РФ перевозил на переднем пассажирском сидении указанного автомобиля свою малолетнюю дочь ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, без использования детского удерживающего устройства, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, за которое предусмотрена ответственность в виде наложения административного штрафа на водителя в размере 

<

данные изъяты> руб. 

ФИО1, выявив указанное административное правонарушение в действиях водителя ФИО3, действуя в соответствии с п. 120 административного регламента МВД РФ, исполняя государственную функцию по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения, утвержденного приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, приступил к составлению в отношении ФИО3 постановления по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 

<

данные изъяты> ФИО3 позвонил своему подчиненному – механику по выпуску машин на линию ИП ФИО3, ФИО7, и попросил его позвонить знакомым сотрудникам ДПС и попросить последних не привлекать его к административной ответственности. ФИО7, желая помочь своему непосредственному начальнику – ФИО3 позвонил своему знакомому - старшему государственному инспектору ОГИБДД МОМВД России «Алекинский» капитану полиции ФИО10, пояснив, что его начальник ФИО3 остановлен сотрудниками ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» за нарушение правил перевозки детей в автомобиле без использования детского удерживающего устройства и попросил помочь ФИО3 избежать административной ответственности за указанное правонарушение.

ФИО10, занимая должность старшего государственного инспектора ОГИБДД МОМВД России «Алексинский», заведомо зная, что ФИО3 подлежит привлечению к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, за которое предусмотрено наказание в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> руб., действуя из иной личной заинтересованности, выразившейся в желании поддерживать дальнейшие дружеские отношения с ФИО7, позвонил своему знакомому инспектору ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» ФИО1, и попросил последнего применить менее строгие административные меры к ФИО3 

После этого инспектор ДПС ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» ФИО1, являясь должностным лицо, находясь при исполнении должностных обязанностей, осознавая, что водитель ФИО3 совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, за которое установлено наказание в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> руб., действуя из иной личной заинтересованности, выразившейся в желании оказать услугу своему коллеге инспектору ОГИБДД МОМВД России «Алексинский» ФИО10, вопреки интересам службы, ДД.ММ.ГГГГ вынес в отношении водителя ФИО3 постановление по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ №, указав при этом, что последний совершил административное правонарушение, предусмотренное ст. 12.20 КоАП РФ, то есть нарушил правила пользования внешними световыми приборами, звуковыми сигналами, аварийной сигнализации или знаком аварийной остановки, за которое предусмотрена ответственность в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> руб., тем самым ФИО1 незаконно освободил водителя ФИО3 от административной ответственности, предусмотренной ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов государства и общества в области обеспечения безопасности дорожного движения, а также выразилось в подрыве авторитета органов государственной власти. 

Уголовное дело, возбужденное на основании данного постановления, находится на стадии расследования.

Анализируя изложенное, суд приходит к выводу о том, что позиция, занятая истцом по данному делу, в том числе его доводы о том, что у него имелись сомнения в отношении факта совершения ФИО3 административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.23 КоАП РФ, и он их расценил как неустранимые, трактуя в пользу ФИО3, суд находит несостоятельными, свидетельствуют об избранном способе защиты в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела, обусловлены желанием избежать уголовной и дисциплинарной ответственности за совершенный им проступок, обстоятельства совершения которого, им изложены в письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ, то есть на тот момент, когда перспектива негативных последствий для него не была очевидна.

Как следует из заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного начальником УМВД России по г. Туле, факт совершения ФИО1 проступка, порочащего честь сотрудника полиции, выразившийся в оформлении в отношении лица административного материала, не соответствующего совершенному административному правонарушению, был установлен на основании собранных материалов. 

Произведен анализ совершенных ФИО1 действий с учетом положений ч. 4 ст. 7, ст. 27 Федерального закона «О полиции», применительно к требованиям к служебному поведению сотрудника полиции, и по итогам сделан вывод о наличии вины ФИО14 в совершении вышеописанного проступка, несоблюдении профессионально-этических правил поведения сотрудника органов внутренних дел.

Порядок проведения служебной проверки в отношении ФИО1 соответствует Порядку проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Приказом МВД России от 26.03.2013 года № 161. Сроки проведения служебной проверки и привлечения его к дисциплинарной ответственности не нарушены.

Анализируя изложенное, суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО1, как сотрудника органов внутренних дел, произведено в полном соответствии с Порядком, утвержденным Приказом МВД России от 30.11.2012 года №1065.

Для увольнения ФИО1 имелись объективные основания.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 30.11.2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

На момент совершения вышеуказанного правонарушения, ФИО1 должен был соблюдать нормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения, воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в добросовестном исполнении государственным (муниципальным) служащим должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб его репутации или авторитету государственного органа либо органа местного самоуправления, в соответствии с требованиями Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих (одобрен решением президиума Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции от 23.12.2010 года (протокол N 21)).

Анализируя обстоятельства совершения ФИО1 дисциплинарного проступка, с учетом вышеприведенных норм, суд находит обоснованным вывод УМВД России по Тульской области о том, что совершенный истцом проступок порочит честь сотрудника органов внутренних дел. Совершенный ФИО1 дисциплинарный проступок свидетельствует о грубом нарушении законодательства и не соответствует требованиям, предъявляемым к личным и нравственным качествам сотрудников внутренних дел. 

Оспариваемое увольнение ФИО1 обоснованно, причина увольнения объективно установлена ответчиком в ходе проведенной служебной проверки, на основании всестороннего анализа собранных материалов и доказательств. 

При сопоставлении записи об увольнении, выполненной в трудовой книжке ФИО1, с приказом об увольнении № от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что данная запись произведена с соблюдением требований Постановления Правительства РФ от 16.04.2003 года № 225 (ред. от 25.03.2013 года) «О трудовых книжках» и соответствует тексту приказа. В указанной части трудовые права ФИО1 также не нарушены.

Изложенное исключает возможность удовлетворения исковых требований истца в части требований о восстановлении на службе в органах внутренних дел, признании незаконными заключения служебной проверки, приказа о наложении дисциплинарного взыскания, приказа о расторжении контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации и увольнении со службы.

А поскольку требования о взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула являются производными от указанных требований, в силу отсутствия факта вынужденного прогула, данные требования удовлетворению также не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковые требования ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел по Тульской области о восстановлении на службе в органах внутренних дел, признании незаконными заключения служебной проверки, приказа о наложении дисциплинарного взыскания, приказа о расторжении контракта о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации и увольнении со службы, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Тулы в течение месяца после принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме постановлено судом 13.08.2017 года. 

Судья