УИД 74RS0032-01-2025-000135-75

Дело № 2-668/2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

12 марта 2025 года г. Миасс

Миасский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Ишкильдиной С.Н. 

с участием прокурора Маринчук Н.С. 

при секретаре Сафоновой Е.С. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 С.Ш.О. к обществу с ограниченной ответственностью «Миасский завод промышленного оборудования» о взыскании морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО10 С.Ш.О. обратился в суд с иском к ООО «МЗПО» просил взыскать в свою пользу денежные средства в размере 500 000 руб. в качестве компенсации морального вреда за причиненное увечье в результате несчастного случая. 

В обоснование заявленных требований указал, что являлся работником ООО «МЗПО» в должности слесарь механосборочных работ в период с 06.10.2022 по 15.07.2024. 18.04.2024 с ним на работе произошел несчастный случай на производстве. При выполнении работ по обточке ручки гидрозамка он получил травму среднего пальца левой руки, что повлекло ампутацию на уровне третьей фаланги пальца. С 08.04.2024 он находился на больничном, но в связи с производственной необходимостью по договоренности с работодателем работникам разрешалось выходить на работу и выполнять должностные обязанности, в том числе и после окончания смены (после 17:00 часов). После произошедшего несчастного случая 18.04.2024 на рабочее место истца подъехал заместитель директора ФИО1, сказал, что отвезет истца в травмпункт сам, во время поездки он попросил истца сказать в больнице и в полиции, что получил бытовую травму, обещал, что предприятие возместит причиненный вред, в том числе в денежном эквиваленте для установки протеза на палец, истец находился в шоке, в состоянии аффекта, в связи с чем согласился. Работодатель помощи не оказал, и спустя некоторое время истец осознал, что получил серьёзное увечье и понял, что травма должна быть расследована как производственная. Обратился с соответствующими заявлениями в ОСФР по Челябинской области в Государственную инспекцию труда Челябинской области. После его обращения в соответствующие органы работодатель возбудил расследование несчастного случая, которое производилось с 20.05.2024 и было окончено 06.06.2024, по итогам расследования был составлен акт от 06.06.2024 в котором степень его вины была указана 75%, комиссия установила, что данный случай не является несчастным случаем на производстве. В связи с несогласием с проведенным расследованием истцом было направлено заявление в Государственную инспекцию труда Челябинской области о проведении расследования несчастного случая государственным инспектором труда. По результатам расследования было установлено, что нарушений со стороны истца не имеется, произошедший несчастный случай был признан несчастным случаем на производстве, вина за которое была установлена у работников организации - начальника производства ФИО2 и генерального директора ФИО3 По итогам расследования, проведенного Государственной инспекцией труда Челябинской области ответчик составил новый акт от 15.07.2024, в соответствии с которым несчастный случай был признан производственным, причинами являются недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда и эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования в нарушение закона, а также неудовлетворительная организация производства работ, в том числе привлечение истца к выполнению сверхурочной работы без письменного согласия и без оформления соответствующего распоряжения. 

Указывает, что у него отсутствует часть пальца, он не может полноценно осуществлять трудовую деятельность, испытывает систематические боли, лишен возможности использовать нормально левую руку. На протяжении всего времени с момента возникновения травмы он обращается за медицинской помощью, проходит медицинские обследования, в том числе неоднократно обращался в Бюро медико-социальной экспертизы, с 18.04.2024 по дату подачи иска обращался в указанную организацию 4 раза. Все обследования проходил в ГАУЗ ГБ №2 г. Миасс. Указывает, что с учетом отказа ответчика от компенсации морального вреда, его попыток уйти от ответственности ему пришлось добиваться справедливости с участием государственных органов, проходить многократные обследования, лечение, тратить свое время на очереди в больницах, а не на проведение времени с семьей, свои моральные и нравственные страдания он оценивает в 500 000 руб. 

Протокольным определением от 12.02.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих требований относительно предмета спора, привлечены ОСФР по Челябинской области, Государственная инспекция труда в Челябинской области, ФИО3, ФИО2 (л.д.99-100 т.1). 

Истец ФИО10 С.Ш.О., его представитель ФИО4 в судебном заседании заявленные требования поддержали. 

Представитель ответчика ООО «МЗПО» ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, представила отзыв на заявленные требования, в котором указала, что истец самовольно 18.04.2024 приступил к работе, начальник производства ФИО2 полагая, что больничный лист истец закрыл, выдал задание на упаковку деталей, никаких заданий после 17-00 истцу не выдавалось. В действиях истца присутствуют признаки грубой неосторожности и небрежности, он приступил к работе не выполнив все подготовительные мероприятия, не воспользовался мерительным инструментом для проверки зазора между кругом и подручником. Ответчик проводил истцу обучение по охране труда, но сделано это было с нарушением, обучение проводилось без отрыва от производства. Указывает, что организация добровольно выплатила истцу материальную помощь в размере 22 400 руб. Заявленная истцом сумма компенсации не отвечает требованиям разумности и справедливости (л.д.137-142 т.1). 

Третьи лица ФИО3, ФИО2, представители ОСФР по Челябинской области, Государственной инспекции труда в Челябинской области при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали. 

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований по следующим основаниям. 

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 3 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и девятый части 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с 06.10.2022 ФИО10 С.Ш.О. был трудоустроен в ООО «МЗПО» в должности слесарь механосборочных работ (л.д.15-17 т.2). 

18.04.2024 с ФИО10 С.Ш.О. произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму среднего пальца левой руки, что повлекло ампутацию на уровне третьей фаланги пальца. 

Из содержания акта о расследовании легкого несчастного случая произошедшего 18.04.2024 в 18:10, проведенного в период с 20.05.2024 по 06.06.2024 главным инженером ФИО6, специалистом по охране труда ФИО7, руководителем отдела кадров ФИО8, следует, что 18.04.2024 ФИО10 С.Ш.О. пришел на работу к 08:00. Начальник производства ФИО2 спросил его о его самочувствии, так как он был после больничного, получив ответ от истца о том, что тот готов работать, ФИО9 решил, что истец выздоровел и закрыл больничный лист. Далее ФИО2 выдал ФИО10 сменное задание по упаковке готовой продукции. После 17:00 ФИО10 рабочее место не покинул, а дождавшись, пока начальник производства и сменный мастер уйдут домой, начал работать на оборудовании предприятия в личных целях (обрабатывал детали принесенные из дома). Работая на заточном станке ФИО10 допустил чрезмерную выработку шлифовального круга по его центру размером до 10 мм между кругом и подручником, при допустимом размере не более 3 мм, в результате чего произошло затягивание детали под подручник, палец оказался зажат между деталью и шлифовальным кругом и произошла травматическая ампутация средней фаланги третьего пальца левой руки. Согласно указанному акту причины несчастного случая: неправильная эксплуатация оборудования, инструмента, нарушение режима труда и отдыха. 

Лица, ответственные за нарушения, которые явились причинами несчастного случая: слесарь механосборочных работ ФИО10 С.Ш.О. в нарушение больничного режима 18.04.2024 вышел на работу, чем нарушил п. 3 ч.2 ст. 4.3 Федерального закона от 29.12.2006 №255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», без указания начальника производства остался на рабочем месте после 17:00, чем нарушил п. 5.1. Трудового договора, а также работал на оборудовании работодателя (заточный станок) в личных целях, чем нарушил п.п. 5.3., 6.1. ПВТР ООО «МЗПО». При работе на заточном станке ФИО10 С.Ш.О. допустил чрезмерную выработку шлифовального круга по его центру размером до 10 мм между кругом и подручником, чем нарушил п. 3.8.1. И МЗПО-09-23 «Инструкция по охране труда для слесаря механосборочных работ». Установлен факт грубой неосторожности при работе ФИО10 С.Ш.О. на заточном станке, в связи с чем, комиссия определила степень вины пострадавшего в размере 75%. 

Генеральный директор ООО «МЗПО» ФИО3 не обеспечил должный контроль за нахождением работника на рабочем месте за пределами своего рабочего времени, а также при незакрытом больничном листе, чем нарушил ст. 214 ТК РФ (л.д.8-14 т.1). 

Не согласившись с указанным актом истец обратился в Государственная инспекция труда в Челябинской области, в связи с чем Государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в Челябинской области проведено дополнительное расследование несчастного случая, по результатам расследования выдано заключение от ДАТА, предписание НОМЕР (л.д.51-66). 

Согласно заключению государственного инспектора труда от ДАТА причинами несчастного случая являются:

1.недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе не проведение обучения по охране труда, истец был допущен до выполнения работы без прохождения обучения по охране труда в установленном порядке, чем нарушены требования абз. 14 ч. 3 ст. 214 ТК РФ; 

2.эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования, в нарушение абз. 1 ч.3 ст. 214 ТК РФ, а именно на заточном станке НОМЕР отсутствует рабочее направление вращения шпинделя абразивного станка, которое должно быть указано стрелкой на защитном кожухе абразивного круга или шпиндельной бабки вблизи абразивного круга, в нарушение п. 709 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 11.12.2020 №887н «Об утверждении правил по охране труда при обработке металлов». 

Заточный станок инв. №44089 не оборудован местными отсосами и устройствами, удаляющие и очищающие запыленный воздух от заточного станка, сблокированного с его пуском. Отходы производства ссыпаются в емкость у станка через рукав, в нарушение требований п. 727 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 11.12.2020 №887н «Об утверждении правил по охране труда при обработке металлов». 

Смотровые окна защитных экранов заточного станка инв. №44089 не обеспечивают ограждение зоны обработки, в нарушение п. 706 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 11.12.2020 №887н «Об утверждении правил по охране труда при обработке металлов». 

3. неудовлетворительная организация производства работ, в том числе не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, а именно привлечение ФИО10 С.Ш.О. к выполнению сверхурочной работы без его письменного согласия и оформления соответствующего распоряжения для выполнения поручаемой работы, чем нарушено требование ст. 99 ТК РФ. 

Лицами ответственными за допущенные нарушения установлены: начальник производства ФИО2 являясь ответственным лицом, на которого возложены обязанности по организации работ по охране труда ООО «МЗПО» согласно п. 7.3 Положения «Система управления охраны труда» П МЗПО, утв. Генеральным директором ООО «МЗПО» 09.01.2023, чем нарушены требования ст. 99 ТК РФ в части привлечения ФИО10 18.04.2024 к сверхурочной работе; допустил истца до выполнения работы без прохождения обучения по охране труда в установленном порядке, чем нарушил требования абз. 14 ч. 3 ст. 214 ТК РФ, нарушение требования п. 65 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утверждённые Постановлением Правительства РФ от 24.12.2024 №2464 «О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда». 

Генеральный директор ФИО3 не обеспечил соблюдение установленного порядка обучения и профессиональной подготовки истца включая подготовку по охране труда, чем нарушил требования абз. 10 ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п. 7.7.1 Положения «Система управления охраной труда» НОМЕР, утв. Генеральным директором 09.012023 (л.д.27-33 т.1). 

04.07.2024 Государственной инспекцией труда в Челябинской области ООО «МЗПО» выдано предписание об оформлении акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 на ФИО10 С.Ш.О. в соответствии с заключением государственного инспектора труда от 04.07.2024, согласно которому изменена квалификация несчастного случая как связанного с производством. Выдать акт формы Н-1 ФИО10 С.Ш.О. под подпись. Оформленный акт формы Н-1 с материалами расследования направить в исполнительный орган страховщика по месту регистрации страхователя. Несчастный случай на производстве произошедший с ФИО10 С.Ш.О. зарегистрировать в журнале регистрации несчастных случаев на производстве по установленной форме (л.д.74 т.1). 

На основании заключения государственного инспектора труда Государственной инспекции труда в Челябинской области от 04.07.2024, предписания Государственной инспекции труда в Челябинской области от 04.07.2024, генеральным директором ООО «МЗПО» ФИО3 15.07.2024 утвержден акт №1 о несчастном случае на производстве, согласно которому причины несчастного случая произошедшего 18.04.2024 являются: 

1. Недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе, не проведение обучения по охране труда, истец был допущен до выполнения работы без прохождения обучения по охране труда в установленном порядке, чем нарушены требования абз. 14 ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п. 65 Правил обучения по охране труда и проверке знания требований охраны труда, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 24.12.2024 №2464 «О порядке обучения по охране труда и проверке знания требований охраны труда; 

2. Эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования, в нарушение абз. 1 ч.3 ст. 214 ТК РФ, а именно на заточном станке НОМЕР отсутствует рабочее направление вращения шпинделя абразивного станка, которое должно быть указано стрелкой на защитном кожухе абразивного круга или шпиндельной бабки вблизи абразивного круга, в нарушение п. 709 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 11.12.2020 №887н «Об утверждении правил по охране труда при обработке металлов». 

Заточный станок инв. НОМЕР не оборудован местными отсосами и устройствами, удаляющие и очищающие запыленный воздух от заточного станка, сблокированного с его пуском. Отходы производства ссыпаются в емкость у станка через рукав, в нарушение требований п. 727 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 11.12.2020 №887н «Об утверждении правил по охране труда при обработке металлов». 

Смотровые окна защитных экранов заточного станка инв. НОМЕР не обеспечивают ограждение зоны обработки, в нарушение п. 706 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДАТА НОМЕР «Об утверждении правил по охране труда при обработке металлов». 

3. Неудовлетворительная организация производства работ, в том числе не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, а именно привлечение ФИО10 С.Ш.О. к выполнению сверхурочной работы без его письменного согласия и оформления соответствующего распоряжения для выполнения поручаемой работы, чем нарушено требование ст. 99 ТК РФ. 

Лицами ответственными за допущенные нарушения установлены: начальник производства ФИО2 являясь ответственным лицом, на которого возложены обязанности по организации работ по охране труда ООО «МЗПО» согласно п. 7.3 Положения «Система управления охраны труда» П МЗПО, утв. Генеральным директором ООО «МЗПО» 09.01.2023, чем нарушены требования ст. 99 ТК РФ в части привлечения ФИО10 18.04.2024 к сверхурочной работе; допустил истца до выполнения работы без прохождения обучения по охране труда в установленном порядке, чем нарушил требования абз. 14 ч. 3 ст. 214 ТК РФ, нарушение требования п. 65 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утверждённые Постановлением Правительства РФ от ДАТА НОМЕР «О порядке обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда». 

Генеральный директор ФИО3 не обеспечил соблюдение установленного порядка обучения и профессиональной подготовки истца включая подготовку по охране труда, чем нарушил требования абз. 10 ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п. 7.7.1 Положения «Система управления охраной труда» П МЗПО-01-23, утв. Генеральным директором 09.012023 (л.д.15-21 т.1). 

ДАТА вынесены постановления о назначении административного наказания, генеральный директор ООО «МЗПО» ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ, с назначением наказания в виде штрафа в 2 000 рублей, начальник производства ООО «МЗПО» ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения. Ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в 2 000 руб., начальник производства ООО «МЗПО» ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в 15 000 руб. (л.д.75-88 т.1). 

Постановления о назначении административного наказания обжалованы не были, штрафы были оплачены, что подтверждается квитанциями от 13 и ДАТА (л.д.154-156 т.1). 

Согласно ответу, предоставленному ГАУЗ «ГБ №2 г. Миасса», 18.04.2024 ФИО10 С.Ш.О. обращался за медицинской помощью в травмпункт с диагнозом «открытая рана пальца кисти с повреждением ногтевой пластинки», затем проходил амбулаторное лечение в Городской поликлинике у врача-травматолога и врача-хирурга (л.д.48-50 т.1). 

Согласно копии медицинской карты ФИО10 С.Ш.О. был на приеме ДАТА, обстоятельства травмы указаны «в быту, болгаркой в гараже», истцу была наложена повязка, фиксирующая, гипсовая, последующий прием был ДАТА у травматолога ортопеда, ДАТА было заседание подкомиссии ВК по ЭВН НОМЕР диагноз - постравмат, осложнения – ампутация. Был на приемах ДАТА, ДАТА, ДАТА, ДАТА с жалобами на боли в области раны. ДАТА было заседание подкомиссии ВК по ЭВН НОМЕР динамика состояния – положительная, осложнения – ампутация. Был на приемах у врачей с жалобами на боли в области раны ДАТА, ДАТА, ДАТА диагноз – травматическая ампутация средней фаланги 3 пальца левой кисти, были прописаны кетонал/бруфен 1 т 1-2 раза в день при болях, омепрозол 20 мл 1 кап 1 р/д за 30 мин. до еды. ДАТА состоялось врачебная комиссия, диагноз – травматическая ампутация средней фаланги 3 пальца левой кисти. Последующие приемы у врача с жалобами на боли в области раны были ДАТА, ДАТА. ДАТА состоялось врачебная комиссия, приемы ДАТА, ДАТА, ДАТА, ДАТА состоялось врачебная комиссия, прием у врача ДАТА и ДАТА состоялось врачебная комиссия. Приемы у врача ДАТА, ДАТА – с жалобами на быструю утомляемость, умеренные боли в области раны, ДАТА состоялось врачебная комиссия, последующие приемы ДАТА, ДАТА. 

ДАТА была проведена рентгенографика костно-суставной системы, на рентгенограмме – ампутационная культя средней фаланги 3-го пальца левой кисти, замыкательная пластинка сформирована, заключение – ампутационная культя средней фаланги 3-го пальца левой кисти. 

ДАТА состоялось врачебная комиссия, осмотр врача ДАТА – в объективном статусе указано на незначительный отек культи 3 п левой кисти. п/опер рубец болезненный. 

ДАТА жалобы при обращении на боли в ампутационной культе 3 пальца левой кисти, указано на то, что ограничено сгибание в межфаланговых суставах 3 п левой кисти. 

ДАТА – жалобы на боли, ограничение движений в области 3 пальца левой кисти. Объективный статус: ...). Хват кисти снижен на 20%. Сила 4 балла. Диагноз: последствия производственной травмы 18.04.2024 в виде ампутационной культи 3 пальца левой кисти на уровне средней фаланги. Нарушение хвата кисти 20%. 

ДАТА состоялось врачебная комиссия (л.д.24-55 т.2). 

Также согласно справке ГАУЗ ГБ №2 г. Миасса от 11.03.2025 ФИО10 С.Ш.О. находился на амбулаторном лечении у травматолога – ортопеда с 17.02.2025 (л.д.56 т.2). 

Согласно эпикризу ДАТА анамнез заболевания: производственная травма от ДАТА – .... На амбулаторном этапе появилась болезненная неврома в области культи, в плановом порядке направлен на оперативное лечение. Жалобы на боли в области культи, состояние удовлетворительное, клиническая формулировка диагноза – последствия размозжения и травматической ампутации верней конечности, порочная культя 3 пальца левой кисти (л.д. 57-59 т.2). 

Согласно ответу ОСФР по Челябинской области ФИО10 С.Ш.О. находился на листке временной нетрудоспособности за период с 18.04.2024 по 12.07.2024 (л.д.116-117 т.1). 

ФИО10 С.Ш.О. проходил освидетельствование в бюро №19 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» Минтруда России 29.07.2024, решение: инвалидность не установлена и степень утраты профессиональной трудоспособности в процентах не установлена (л.д.119-135 т.1). 

Согласно ответу ОСФР по Челябинской области, по имеющейся у них информации, согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести повреждение истца относится к категории «легкая». По результатам рассмотрения поступившего в Фонд акта формы НОМЕР от 15.07.2024 случай травматизма ФИО10 С.Ш.О. признан страховым. Поскольку степень утраты профессиональной трудоспособности учреждением медико-социальной экспертизы истцу не устанавливалась, основания для обращения за назначением единовременной и ежемесячных страховых выплат отсутствуют (л.д.47 т.1). 

Как следует из материалов дела ООО «МЗПО» 15.05.2024 была выплачена материальная помощь на лечение в размере 22 400 руб. (л.д.157 т.1). 

Доводы представителя ответчика о том, что наступлению несчастного случая способствовало неосторожное поведение самого истца, который самовольно 18.04.2024 приступил к работе, начальник производства ФИО2 полагая, что больничный лист истец закрыл, выдал задание на упаковку деталей, никаких заданий после 17-00 истцу не выдавалось. Истец, приступив к работе, не выполнил все подготовительные мероприятия, не воспользовался измерительным инструментом для проверки зазора между кругом и подручником, отклоняются судом, поскольку грубая неосторожность истца при получении производственной травмы по результатам расследования несчастного случая на производстве не установлена ни Государственной инспекцией труда в Челябинской области, ни самим ответчиком ООО «МЗПО», составившим 15.07.2024 акт НОМЕР о несчастном случае на производстве, в котором указал лиц, допустивших нарушение требований охраны труда – начальника производства ФИО2 и генерального директора ФИО3 

Согласно сообщению о последствиях несчастного случая на производстве и принятых мерах ответчиком приняты меры по устранению причин несчастного случая на производстве: проведена доработка заточного станка НОМЕР, в ПВТР ООО «МЗПО» внесено требование о запрете нахождения работников на своих рабочих местах за пределами своего рабочего времени, определенного трудовым договором при отсутствии производственной необходимости оформленной в соответствии ТК РФ, начальнику производства ФИО2 дано указание на осуществление ежедневного контроля за своевременным уходом с рабочих мест подчиненного персонала (данное требование внесено в должностную инструкцию начальника производства), дано указание проводить обязательное уточнение о закрытии больничных листов при выходе на работу подчиненного персонала в бухгалтерии или отделе кадров (л.д.13 т.2). 

Согласно акту о списании товарно-материальных ценностей от ДАТА комиссия в составе сотрудников ООО «МЗПО» провела проверку на завистном участке производственного цеха пришедших в негодность товарно-материальных ценностей и установила, что не подлежат ремонту и не могут быть использованы или переданы другим структурным подразделениям круг шлифовальный 300х40х127 25А 40 см (л.д.153). 

Нарушения п. 65 Правил обучения по охране труда и проверке знания требований охраны труда, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 24.12.2024 №2464 «О порядке обучения по охране труда и проверке знания требований охраны труда» согласно которому обучение работников требованиям охраны труда и проверка знаний требований охраны труда осуществляет с отрывом от производства подтверждаются самим ответчиком, указавшим в отзыве на то, что ООО «МЗПО» проводил истцу обучение по охране труда, но сделано это было с нарушением, обучение проводилось без отрыва от производства. 

Доводы представителя ответчика о том, что при проведении расследования несчастного случая представителями ответчика государственному инспектору указывалось на нарушения, которые были произведены ФИО10 С.Ш.О., которые также стали причиной несчастного случая, однако их указания не были отражены в заключении государственного инспектора, отклоняются судом, поскольку доказательств указанным доводам стороной ответчика не предоставлено. 

Отсутствие в действиях пострадавшего вины подтверждается как заключением государственного инспектора Государственной инспекцией труда в Челябинской области, так и актом самого ООО «МЗПО». 

Штрафы за нарушение государственных нормативных требований охраны труда виновниками нечастного случая были оплачены, постановления не обажловались. 

Добровольная выплата ответчиком истцу материальной помощи на лечение в размере 22 400 руб. основанием для отказа в удовлетворении требований о компенсации морального вреда не является. 

Разрешая спор по существу суд, с учетом норм Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда и положений Трудового кодекса Российской Федерации об охране труда и о компенсации морального вреда, исходит из того, что несчастный случай с ФИО10 С.Ш.О., повлекший причинение легкого вреда здоровью, произошел при исполнении им трудовых обязанностей в качестве слесаря механосборочных работ ООО «МЗПО», которое не обеспечило в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, что влечет ответственность по статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определяя размер компенсации морального вреда суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеприведенными нормами действующего законодательства, приняв во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий в связи с причинением вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, учитывая то обстоятельство, что изначально актом о расследовании легкого несчастного случая, проведенного в период с ДАТА по ДАТА, был установлен факт грубой неосторожности при работе ФИО10 С.Ш.О. на заточном станке, в связи с чем степень его вины была установлена в размере 75%, благодаря действиям ФИО10 С.Ш.О., не согласившегося с указанным актом и обратившегося в Государственную инспекцию труда в Челябинской области генеральным директором ООО «МЗПО» ФИО3 ДАТА был утвержден акт НОМЕР о несчастном случае на производстве, согласно которому факт грубой неосторожности при работе ФИО10 С.Ш.О. не был установлен, лицами ответственными за допущенные нарушения установлены начальник производства ФИО2, генеральный директор ФИО3 Учитывая характер причиненных нравственных и физических страданий, что привело к длительной нетрудоспособности истца (больничный в связи с производственной травмой длился с ДАТА по ДАТА), то обстоятельство, что истец до настоящего времени вынужден продолжать лечение в связи с полученной травмой (находится на амбулаторном лечении с ДАТА), то обстоятельство, что у истца нарушение хвата кисти левой руки составляет 20%, психо-эмоциональное состояние истца в связи с полученной травмой, а также индивидуальные особенности истца (возраст 32 года, наличие двух детей), что, безусловно, усугубило физические и нравственные страдания в связи с причинением вреда здоровью; степень вины ответчика, учитывая, что вред здоровью истцу был причинен ответчиком, не обеспечившим безопасные условия труда истца; обязанность ответчика в силу закона организовывать и осуществлять работнику безопасные условия для выполнения своих трудовых обязанностей, чего им сделано не было; учитывая выплату ответчиком истцу материальной помощи на лечение в размере 22 400 руб.; то обстоятельство, что истцу был причинен легкий вред здоровью; требования разумности и справедливости, заключение прокурора, считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца сумму компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО10 С.Ш.О. о взыскании компенсации морального вреда следует отказать. 

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований. 

Поскольку истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей за удовлетворение требований нематериального характера (ст. 333.19 Налогового кодекса РФ).

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО10 С.Ш.О. к обществу с ограниченной ответственностью «Миасский завод промышленного оборудования» о взыскании морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Миасский завод промышленного оборудования» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО10 (паспорт НОМЕР) компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО10 С.Ш.О. – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Миасский завод промышленного оборудования» (ОГРН 

<

***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий С.Н. Ишкильдина 

Мотивированное решение составлено 26 марта 2025 года.