Дело №*** 02 марта 2021 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дзержинский районный суд 

<

адрес> в составе: председательствующего судьи Ушаковой Т.В.,

при секретаре ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов, встречному иску ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» к ФИО2 о признании соглашения о прекращении трудового договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском.

Исковые требования обоснованы тем, что **.**.**** между ФИО1 и ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» был заключен трудовой договор №***. 

**.**.**** между истцом и ответчиком было подписано соглашение о прекращении трудового договора, последним днем работы было указано **.**.****.

**.**.**** истцу стало известно о беременности, срок беременности на указанную дату составлял 4-5 недель.

Таким образом, на момент подписания соглашения о расторжении трудового договора истец находилась в состоянии беременности, о чем до **.**.**** ей не было известно.

**.**.**** истец направила ответчику посредством электронной почты справку о беременности и заявление об аннулировании соглашения о расторжении трудового договора.

**.**.**** указанные документы были дополнительно направлены истцом в адрес ответчика по почте.

**.**.**** от ответчика был получен ответ об отказе в аннулировании соглашения о расторжении трудового договора.

В свою очередь **.**.**** истцу был вручен приказ о восстановление меня на работе, данный приказ датирован **.**.****.

Таким образом, требование о восстановление истца на работе было исполнено ответчиком самостоятельно в ходе рассмотрения данного дела.

В соответствии со ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в том числе в случае незаконного увольнения.

Размер среднего заработка за время моего вынужденного прогула (в период с **.**.**** по **.**.**** включительно) составляет 46909,12 руб.

Также ответчиком в ходе рассмотрения данного дела было добровольно исполнено возмещение денежных средств за вынужденный прогул за ноябрь-декабрь 2020 года.

Из-за отказа ответчика аннулировать соглашение о расторжении трудового договора истец испытывала и продолжает испытывать нравственные и физические страдания, связанные с переживаниями, вызванными не только самим отказом, но и циничной формой его изложения. Учитывая, что истец находится в состоянии беременности, эмоциональные переживания негативно влияют на ее самочувствие и на физическое состояние еще не родившегося ребенка.

ФИО1, уточнив исковые требования, просит суд взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с **.**.**** по **.**.**** включительно в размере 46909,12 руб., компенсацию морального вреда в размере 50000,00 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30000,00 руб.

ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» обратилось в суд со встречным иском к ФИО1 о признании соглашения о прекращении трудового договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств.

Встречные исковые требования обоснованы тем, что ФИО1 была принята на работу в ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» 1 января2015 года.

**.**.**** ФИО1 подписала с «ДХЛ Глобал Форвардинг» Соглашение о расторжении трудового договора в соответствии с условиями которого стороны договорили о расторжении трудового договора между истцом и ответчиком. При этом существенным условием прекращения трудовых отношений ФИО1 с ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» была выплата ей денежного вознаграждения в размере 258000,00 руб. Такое условие было включено в текст данного соглашения.

**.**.**** трудовые отношения между ФИО1 и ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» завершились, работодатель выполнил все обязательства, предусмотренные Соглашением о прекращении трудового договора от **.**.****, в том числе выплатил истцу вознаграждение в размере 258000,00 руб.

Впоследствии ФИО1 отправила ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» заявление с просьбой аннулировать расторжение трудового договора по Соглашению сторон в связи с тем, что на момент подписания данного Соглашения она не знала, что беременна и обратилась в суд с иском о восстановлении ее на работе.

**.**.**** работодатель издал приказ о восстановлении ФИО1 на работе на основании её заявления и **.**.**** ознакомил истца с этим приказом.

Тем не менее, во время судебного заседания **.**.****, истец заявила, что считает Соглашение о прекращении трудового договора от **.**.****, заключенное с ответчиком, действующим в части выплаты ей вознаграждения в размере 258000,00 руб. и возвращать работодателю данную сумму она отказалась.

Таким образом, Соглашение о прекращении трудового договора от **.**.**** в связи с восстановлением ФИО1 на работе не может продолжать действовать лишь в части выплаты истцу вознаграждения и должно быть признано недействительным по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 178 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ), сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При заключении соглашения о прекращении трудового договора от **.**.**** ФИО1, как следует из ее искового заявления, не была осведомлена о факте своей беременности. Работодатель, соответственно, также не был осведомлен об этом факте. Исходя из позиции, заявленной ФИО1, она бы не подписала соглашение о расторжении трудового договора, если бы знала, что она была беременна на момент его подписания, то есть на **.**.****. Работодатель также не подписал бы указанное соглашение в такой редакции, поскольку факт беременности работника при подписании соглашения о расторжении трудового договора является существенным. Таким образом, соглашение о расторжении трудового договора от **.**.**** было подписано сторонами под влиянием заблуждения о том, что работница (ФИО1) не является беременной, при этом это заблуждение было настолько существенным, что ФИО1, как отмечалось ранее, и следует из ее позиции и действий, не подписала бы это соглашение, если бы она знала о факте своей беременности.

Исходя из изложенного, а также статьи 178 ГК РФ, данное обстоятельство является основанием для признания сделки (соглашения о расторжении трудового договора от **.**.****) недействительной.

Условие о выплате ФИО1 вознаграждения являлось существенным условием прекращения с истцом трудовых отношений, и обуславливалось самим фактом прекращения данных трудовых отношений. Если бы трудовые отношения между сторонами в октябре 2020 года продолжились, ФИО1 данную выплату не получила.

Пунктом 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации в российском законодательстве закреплен общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом. В свою очередь Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от **.**.**** N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указал, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.

Поскольку дополнительная выплата в размере 258000,00 руб., включенная в текст Соглашения о прекращении трудового договора от **.**.**** не предусмотрена ни законом, ни действующей в ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» системой оплаты труда, установленной локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права; противоречит принципам правового регулирования трудовых отношений (ст. 2 ТК РФ); является на данный момент выгодной только работнику, т.к. трудовые отношения между сторонами не прекратились, и не отвечающей интересам обеих сторон трудового договора (ст. 1 ТК РФ); произведена вопреки интересам работодателя, т.к. на момент включения положения о данной выплате в текст Соглашения о прекращении трудового договора ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» добросовестно предполагало, что после осуществления выплаты истцу вознаграждения трудовые отношения с ней прекратятся, не связана с результатами труда работника; не направлена на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых или иных обязанностей; по существу представляет собой необоснованную выплату заработной платы и нарушает общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Данное условие является дискриминационным по отношению к другим работникам истца и противоречит ст. 19 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 3, 132 ТК РФ.

ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» просит суд признать Соглашение о прекращении трудового договора от **.**.**** недействительным; применить последствия недействительности сделки, предусмотренные ст. 167 ГК РФ; взыскать с ФИО1 в пользу ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» денежную сумму в размере 258000,00 руб., полученную ею от ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» по Соглашению о прекращении трудового договора от **.**.****.

Представитель ФИО1 в судебное заседание явилась, исковые требования поддерживает, возражает против удовлетворения встречного иска по доводам, изложенным в ходе судебного разбирательства.

Представитель ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» в судебное заседание явился, встречные исковые требования поддерживает, возражает против удовлетворения иска ФИО1 по доводам, изложенным в ходе судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, выслушав участников судебного разбирательства, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению, встречные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Часть первая статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В силу части 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

Защита беременности, в том числе путем установления гарантий для беременных женщин в сфере труда, является согласно Конвенции Международной организации труда N 183 "О пересмотре Конвенции (пересмотренной) 1952 года об охране материнства" (заключена в 

<

адрес> **.**.****) общей обязанностью правительств и общества (преамбула).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от **.**.**** N 1 "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних" разъяснено, что, поскольку увольнение беременной женщины по инициативе работодателя запрещается, отсутствие у работодателя сведений о ее беременности не является основанием для отказа в удовлетворении иска о восстановлении на работе.

Из материалов дела следует, что ФИО1 была принята на работу в ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» **.**.****.

**.**.**** ФИО1 подписала с «ДХЛ Глобал Форвардинг» Соглашение о расторжении трудового договора в соответствии с условиями которого стороны договорились о расторжении трудового договора между истцом и ответчиком с выплатой работодателем работнику денежных средств в размере 258000,00 руб. Указанные денежные средства были получены истцом.

Материалами дела подтверждается, что на момент заключения указанного соглашения о расторжении трудового договора ФИО1 находилась в состоянии беременности.

**.**.**** истец направила ответчику посредством электронной почты справку о беременности и заявление об аннулировании соглашения о расторжении трудового договора.

**.**.**** указанные документы были дополнительно направлены истцом в адрес ответчика по почте.

**.**.**** от ответчика был получен ответ об отказе в аннулировании соглашения о расторжении трудового договора.

**.**.**** ответчик издал приказ о восстановлении ФИО1 на работе на основании ее заявления.

Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались.

По смыслу вышеуказанных норм материального права, заявление ФИО1 об отказе от исполнения достигнутой с работодателем договоренности о расторжении трудового договора в связи с наличием у нее беременности свидетельствует о том, что соглашение сторон о расторжении трудового договора не может сохранить своего действия ввиду отсутствия на это волеизъявления работника. В противном случае фактически имеет место прекращение трудового договора не по соглашению сторон, а по инициативе работодателя с нарушением запрета, предусмотренного частью 1 статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации.

Иное толкование указанных нормативных положений привело бы к ограничению объема трудовых прав работника, заключившего соглашение с работодателем о расторжении трудового договора и лишенного возможности в силу сложившихся обстоятельств отказаться от исполнения соглашения, и, как следствие, к отказу в предоставлении законных гарантий работнику, в частности гарантии от увольнения беременной женщине.

Следовательно, гарантия в виде запрета увольнения беременной женщины по инициативе работодателя, предусмотренная частью первой статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации, подлежит применению и к отношениям, возникающим при расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

В связи с вышеизложенным, увольнение ФИО1 не может быть признано законным.

**.**.**** ответчик издал приказ о восстановлении ФИО1 на работе на основании ее заявления, что подтверждается материалами дела, то есть работодателем в ходе судебного разбирательства в указанной части права ФИО1 восстановлены.

Поскольку увольнение ФИО1 являлось незаконным, то исходя из положений ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу которой орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы, суд полагает правомерным взыскать с работодателя в пользу работника заработную плату за время вынужденного прогула за период с **.**.**** по **.**.**** в размере 46909,12 руб. 

При этом, суд принимает во внимание то, что заработная плата за время вынужденного прогула за период с **.**.**** по **.**.**** выплачена работодателем работнику добровольно в ходе судебного разбирательства.

При определении размера денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика за указанный период, суд принимает во внимание расчет среднего заработка, произведенный ответчиком при выплате истцу заработной платы за время вынужденного прогула за период с **.**.**** по **.**.****, однако не находит оснований выйти за пределы заявленных истцом требований.

В соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что в судебном заседании нашло свое подтверждение нарушение трудовых прав истца со стороны работодателя, учитывая степень и характер данных нарушений, конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 3000,00 руб.

Оснований для удовлетворения встречных исковых требований ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» суд не усматривает в связи со следующим.

В обоснование встречного иска ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» ссылается на положения статей 167, 167, 168, 178 ГК РФ и просит признать недействительным соглашение о расторжении трудового договора, заключенного между истцом и ответчиком и применить последствия недействительности ничтожной сделки, указывая на то, что данное соглашение было заключено сторонами под влияние заблуждения обеих сторон соглашения. 

При этом, отношения, регулируемые гражданским законодательством, определены в статье 2 ГК РФ. Гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В силу же ст. 5 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права; иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права: указами Президента Российской Федерации; постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации; нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, регулирование трудовых отношений с помощью прямого или по аналогии закона применения норм гражданского законодательства противоречит ст. 5 ТК РФ, не предусмотрено ст. 2 ГК РФ и основано на неправильном толковании и применении норм этих двух самостоятельным отраслей законодательства.

В отличие от гражданского законодательства в трудовом законодательстве отсутствует понятия недействительности трудового договора. Это обусловлено тем, что трудовые договоры, по сути, представляют особый вид договоров, объект которых - выполнение трудовой функции (работы по определенной специальности, квалификации или в должности) с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка.

Трудовое право имеет свой предмет и метод регулирования общественных отношений, отличные от предмета и метода гражданского права. Именно в силу специфики предмета и метода регулирования, а также с учетом невозможности возвращения сторон в первоначальное положение после исполнения условий трудового договора полностью или частично, в трудовом законодательстве отсутствуют нормы о недействительности трудового договора.

Статья 9 ТК РФ устанавливает, что трудовые договоры не могут содержать условий, снижающих уровень прав и гарантий работников, установленный трудовым законодательством. Если такие условия включены в трудовой договор, то они не могут применяться. Таким образом, трудовое законодательство не содержит механизма признания трудового договора недействительным, в нем нет аналога статей 167, 167, 168, 178 ГК РФ.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что соглашение о расторжении трудового договора не может быть признано судом недействительным по основаниям приведенным ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг», в связи с чем судом также не могут быть применены последствия недействительности такой сделки.

В соответствии со ст. 137 ТК РФ, заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением случаев: счетной ошибки; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (ч. 3 ст. 155 ТК РФ) или простое (ч. 3 ст. 157 ТК РФ); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

По своему содержанию приведенные положения ст. 137 ТК РФ согласуются с положениями ст. 8 Конвенции Международной организации труда от **.**.**** № "Относительно защиты заработной платы", разрешающими производить вычеты из заработной платы только на условиях и в пределах, предписанных национальным законодательством или определенных в коллективных договорах или в решениях арбитражных судов, а также согласуются с положениями ст. 1 Протокола № к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающими право каждого физического и юридического лица на уважение принадлежащей ему собственности и ее защиту, обязательными для применения в силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ и ст. 10 ТК РФ.

Нормативные положения ч. 4 ст. 137 ТК РФ корреспондируют подп. 3 ст. 1109 ГК РФ, которым установлены ограничения для возврата в виде неосновательного обогащения заработной платы и приравненных к ней платежей, пенсий, пособий, стипендий, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Ввиду изложенного при разрешении встречных исковых требований о взыскании с ФИО1 после ее увольнения выплаченных сумм по соглашению о расторжении трудового договора, юридически значимыми обстоятельствами являются: установление наличия оснований для такого взыскания - счетной ошибки или неправомерных действий ФИО1, повлекших излишнюю выплату ей денежных средств.

Вместе с тем, в материалах дела не имеется данных, свидетельствующих о том, что работодателем при исчислении сумм, причитающихся к выплате ФИО1 в качестве исполнения условий соглашения о расторжении трудового договора были допущены счетные (арифметические) ошибки, а также наличие недобросовестности со стороны ФИО1

Как подтверждается материалами дела, на момент заключения спорного соглашения о расторжении трудового договора ФИО1, а следовательно и работодателю, о ее состоянии беременности известно не было, доказательств обратного суду не представлено.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований встречного иска о взыскании с ФИО1 денежных средств не имеется.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Материалами дела подтверждается, что истцом понесены расходы на оказание услуг представителя по заключенному **.**.**** с ФИО4 соглашению №***Ф/2021 об оказании юридической помощи в размере 20000,00 руб.

Также истцом понесены расходы на оказание юридической помощи по составлению искового заявления на основании договора об оказании юридических услуг № ДУ 183/ПК/11/2020 от **.**.****, заключенного между истцом и ООО «АвдоСервис» в размере 10000,00 руб.

Указанные расходы в размере 30000,00 руб., принимая во внимание условия соглашения №***Ф/2021 и договора № ДУ 183/ПК/11/2020, в части оплаты оказанных услуг представителя являются судебными расходами истца и подлежат возмещению за счет ответчика.

Оснований сомневаться в том, что указанные расходы были понесены истцом в связи с рассмотрением настоящего дела у суда не имеется.

Верховный Суд Российской Федерации указал в Определении от **.**.**** N 34-КГ16-5 о том, что, определяя размер сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от **.**.**** N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые в сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела и продолжительность его рассмотрения, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, и другие обстоятельства.

По смыслу ст. 100 ГПК РФ, разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не допускаются. Размер подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Правильность такого подхода к определению суммы подлежащих возмещению расходов на оплату услуг представителей подтверждена Определениями Конституционного Суда Российской Федерации от **.**.**** N 454-О и от **.**.**** N 355-О.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

При определении разумности размера расходов на оказание услуг представителя, понесенных истцом, подлежащим взысканию с ответчика, суд полагает необходимым учитывать количество времени, затраченного представителем истца на подготовку правовой позиции, категорию спора, сложность дела, объем представленных доказательств, и считает, с учетом принципа разумности и соразмерности, соотносимости объема и важности защищаемого права, возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя по соглашению №***Ф/2021 в размере 15000,00 руб., по договору № ДУ 183/ПК/11/2020 в размере 5000,00 руб.

Учитывая вышеизложенное, и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» в пользу ФИО1 заработок за время вынужденного прогула в размере 46 909 рублей 12 копеек, компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей 00 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей 00 копеек, а всего 69 909 (шестьдесят девять тысяч девятьсот девять) рублей 12 копеек.

В удовлетворении встречного иска ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» к ФИО2 о признании соглашения о прекращении трудового договора недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании денежных средств отказать.

Взыскать с ООО «ДХЛ Глобал Форвардинг» в доход государства государственную пошлину в размере 1 907 (одной тысячи девятисот семи) рублей 27 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья: Ушакова Т.В.