Дело № 2-743/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Нерюнгри 12 мая 2020 года

Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Ткачева В.Г., при секретаре Гусевой О.А., с участием истца ФИО9, представителя истца ФИО3, действующей на основании ордера, представителей ответчика ФИО4, ФИО5, действующих на основании доверенностей, старшего помощника прокурора 

<

адрес> ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к Государственному бюджетному учреждению Республики Саха (Якутия) «Нерюнгринская центральная районная больница» о восстановлении на работе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 обратилась в суд с исковым заявлением, указав, что осуществляла трудовую деятельность в Государственном бюджетном учреждении Республики Саха (Якутия) «Нерюнгринская центральная районная больница» (далее – ГБУ РС (Я) «НЦРБ») в должности 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ. В середине февраля 2020 года она подала заявление на очередной отпуск, который в дальнейшем был предоставлен с ДД.ММ.ГГГГ количеством 62 календарных дня. ДД.ММ.ГГГГ по семейным обстоятельством истец подала заявление на увольнение, однако ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 подала заявление, которым отозвала ранее поданное заявление об увольнении. В дальнейшем ей стало известно, что заявление от ДД.ММ.ГГГГ было утеряно работодателем и ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 подала повторное заявление об отзыве заявления на увольнение. ДД.ММ.ГГГГ истцу сообщили, что ее заявление об отзыве не подписано, и с ДД.ММ.ГГГГ она уволена, а на ее место принят другой сотрудник. 

Истец указывает, что своими незаконными действиями работодателем причинен моральный вред, который выразился в переживаниях, а именно: стресс, депрессия, бессонница, унижение. 

На основании изложенного, просит признать приказ № от ДД.ММ.ГГГГ незаконным; восстановить на работе в должности ФИО11; взыскать моральный вред в размере 100 000 руб., взыскать заработную плату за вынужденный прогул в размере ежемесячной заработной платы, предусмотренной трудовым договором; взыскать понесенные расходы на оплату слуг представителя в размере 35 000 руб.

Истец ФИО9 в судебном заседании исковое заявление поддержала, просила удовлетворить. Настаивает на том, что она отозвала свое заявление об увольнении ДД.ММ.ГГГГ, подав соответствующее заявление непосредственному руководителю – 

<

данные изъяты>, но данное заявление было утеряно. После того, как истцу стало известно об утере заявления от ДД.ММ.ГГГГ, она ДД.ММ.ГГГГ подала повторное заявление, в котором просила ее не увольнять. Также пояснила о том, что между нею и работодателем в последнее время были сложные отношения, так как в декабре 2019 года ФИО9 обращалась с заявлением на имя Президента Российской Федерации по поводу того, что на нее во время работы было совершено нападение. По поводу ее обращения работодателем проводились общие собрания, на которых действия ФИО9 по поводу ее обращения к Президента Российской Федерации осуждались.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании поддержала исковое заявление. Причиной увольнения истца послужил конфликт, возникший между истцом и работодателем на фоне подачи ФИО9 жалобы Президенту Российской Федерации на действия руководства. Считает приказ об увольнении незаконным, просит удовлетворить исковые требования в полном объеме. Также настаивает на том, что ответчиком в материалы гражданского дела представлено заявление от ДД.ММ.ГГГГ, которое написано не ФИО9, а каким-то другим лицом, что явно следует из почерка. В действительности в поданном истцом ДД.ММ.ГГГГ заявлении имелось указание на то, что заявление является повторным и ранее ДД.ММ.ГГГГ она уже обращалась с заявлением об отмене увольнения, но заявление утеряно работодателем. По факту подлога работодателем заявления ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась в органы внутренних дел для проведения соответствующей проверки и возбуждения уголовного дела.

Представители ответчика ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились. Настаивают на том, что никакого конфликта между ФИО9 и работодателем не было, заявления от ДД.ММ.ГГГГ не существовало, а представленное ответчиком заявление от ДД.ММ.ГГГГ является именно тем заявлением, которое подала сама истец. Также считают, что, подав заявление ДД.ММ.ГГГГ заявление об увольнении по окончанию предоставленного ежегодного отпуска, ФИО9 фактически подала заявление на предоставление ей отпуска с последующим увольнением. Следовательно, в соответствии с частью 4 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) заявление об увольнении могло быть отозвано только до начала отпуска, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, но такое заявление было подано только ДД.ММ.ГГГГ. Помимо этого представители ответчика пояснили суду, что на должность, которую ранее занимала ФИО9 в настоящее время является вакантной, на это место никто не принят. Работа ФИО9 осуществлялась по сменам, графики сменности для истца после ее увольнения (на апрель и май 2020 года) не составлялись.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показала, что ранее ФИО9 лично сообщала ей о том, что она 2 раза подавала заявление об отзыве заявления об увольнении, в том числе ДД.ММ.ГГГГ. Помимо этого, ФИО6 лично присутствовала при подаче ФИО9 заявления в ОМВД по 

<

адрес> по факту не соответствия почерка и подписи в заявлении от ДД.ММ.ГГГГ.

Старший помощник прокурора 

<

адрес> ФИО7 в своем заключении полагает, что исковые требования являются законными и обоснованными, подлежат удовлетворению в полном объеме, так как в рассматриваемой ситуации отсутствуют основания для применения части 4 статьи 127 ТК РФ; истец имела право отозвать свое заявление до даты увольнения, а не до начала отпуска.

Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, приходит к следующему.

ДД.ММ.ГГГГ между ГБУ РС (Я) «НЦРБ» и ФИО9 заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО9 принята на должность 

<

данные изъяты> 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 обратилась с заявлением о предоставлении ей очередного отпуска по графику с ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО9 предоставлен ежегодный отпуск на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к работодателю с заявлением, в котором просила уволить ее по окончанию очередного отпуска в связи с переездом на постоянное место жительства за пределы РС (Я).

ДД.ММ.ГГГГ работодателем издан приказ № о прекращении (расторжении)трудового договора с работников (увольнении), в котором указано, что датой увольнения является ДД.ММ.ГГГГ. В качестве основания увольнения указано: инициатива работника (собственное желание), в связи со сменой места жительства пункт 3 части 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

ДД.ММ.ГГГГ ГБУ РС (Я) «НЦРБ» направило ФИО9 письмо с просьбой получить трудовую книжку в связи с увольнением.

При этом согласно материалам гражданского дела ДД.ММ.ГГГГ заведующей СМП ГБУ РС (Я) «НЦРБ» поступило заявление от имени ФИО9, в котором она просила аннулировать ее заявление на увольнение от ДД.ММ.ГГГГ по окончанию очередного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ.

Данное заявление работодателем учтено не было и ФИО9 была уволена.

При этом суд в рассматриваемой ситуации соглашается с доводами истца о незаконности ее увольнения в связи со следующим. 

Позиция ГБУ РС (Я) «НЦРБ» в настоящем споре, по сути, сводится к тому, что, по мнению ответчика, ФИО9 был предоставлен отпуск с последующим увольнением, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежат применению нормы, закрепленные в статье 127 ТК РФ.

Однако суд с указанными доводами не может согласиться.

Так, согласно части 1 статьи 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. 

При этом в части 4 статьи 80 ТК РФ закреплено общее правило, согласно которому до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

Исключение из приведенного общего правило закреплено в статье 127 ТК РФ, часть 2 которой предусматривает, что по письменному заявлению работника неиспользованные отпуска могут быть предоставлены ему с последующим увольнением (за исключением случаев увольнения за виновные действия). При этом днем увольнения считается последний день отпуска.

Согласно же части 4 статьи 127 ТК РФ при предоставлении отпуска с последующим увольнением при расторжении трудового договора по инициативе работника этот работник имеет право отозвать свое заявление об увольнении до дня начала отпуска, если на его место не приглашен в порядке перевода другой работник.

Таким образом, для правильного разрешения настоящего спора необходимо установить каковы были фактические отношения между работником и работодателем на момент предоставления работнику отпуска и его увольнения, и, следовательно, какие нормы права подлежат применению к таким отношениям. 

Характер таких отношений может быть установлен судом исходя из документов, предоставленных сторонами, в которых была выражена воля каждой из сторон при составлении таких документов.

Так, обращаясь ДД.ММ.ГГГГ с заявлением на предоставлении ей ежегодного очередного отпуска ФИО9 не просила работодателя о своем увольнении и не указывала, что просит предоставить отпуск с последующим увольнением.

В заявлении от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО9 также не просит предоставить ей отпуск с последующим увольнением и не просит считать отпуск, предоставляемый ей на основании заявления от ДД.ММ.ГГГГ, отпуском с последующим увольнением. Из содержания заявления от ДД.ММ.ГГГГ можно сделать однозначный вывод о том, что в нем истец определила дату своего увольнения – по окончанию очередного отпуска – предупредив тем самым работодателя о предстоящем увольнении в соответствии с частью 1 статьи 80 ТК РФ.В приказе от ДД.ММ.ГГГГ №-о о предоставлении ФИО9 ежегодного отпуска, изданном уже после подачи работником заявления на увольнение, работодатель также не упоминает о том, что отпуск на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ является отпуском с последующим увольнением. В данном приказе также отсутствует указание на то, что по окончанию отпуска ФИО9 увольняется.

Из содержания приказа № ДД.ММ.ГГГГ о прекращении трудового договора следует, что ФИО9 увольняется ДД.ММ.ГГГГ. При этом никаких упоминаний о предоставлении отпуска с последующим увольнением в приказе не имеется, в качестве основания увольнения указано - инициатива работника (собственное желание) в связи со сменой места жительства.

Таким образом ни в одном из перечисленных документов, являвшихся как основанием для предоставления отпуска, так и основанием для увольнения работника, не имеется каких-либо упоминаний о том, что в рассматриваемой ситуации имело место предоставление ФИО9 отпуска с последующим увольнением. 

Суд приходит к выводу о том, что фактически в данной ситуации имело место два самостоятельных события, не связанных между собой: во-первых, предоставление ФИО9 ежегодного очередного отпуска согласно графику отпусков, и, во-вторых, реализация работником права на увольнение с предупреждением об этом работодателя за ранее. Ссылка же в заявлении ФИО9 об увольнении на предоставленный ей отпуск является лишь способом определить дату такого увольнения, но не просьбой о предоставлении отпуска с последующим увольнением.

При этом ответчиком не представлены суду доказательства, которые бы с достоверностью свидетельствовали о том, что при написании работником вышеуказанных заявлений и при издании работодателем вышеперечисленных приказов воля обеих сторон была направлена на достижение единого правового результата в виде предоставления ФИО9 отпуска с последующим увольнением.

Суд полагает, что в рассматриваемой ситуации все возникающие сомнения подлежат толкованию в пользу работника, являющегося более слабой стороной в возникшем споре и не обладающего правовыми познаниями в сфере трудовых отношений.

Таким образом, при разрешении данного спора подлежат применению нормы, закрепленные в части 4 статьи 80 ТК РФ, а не в части 4 статьи 127 ТК РФ, в связи с тем, что между истцом и ответчиком отсутствовали правоотношения по поводу предоставления работнику отпуска с последующим увольнением.

Следовательно, ФИО9 была вправе отозвать свое заявление об увольнении в срок до ДД.ММ.ГГГГ, и она это право реализовала, подав работодателю заявление от ДД.ММ.ГГГГ. При этом в судебном заседании представители ответчика суду поясняли, что на место ФИО9 не был приглашен в письменной форме другой работник, должность истца остается вакантной.

При таких обстоятельствах ответчик не вправе был увольнять ФИО9, то есть увольнение является незаконным и истец подлежит восстановлению на работе фельдшером станции скорой медицинской помощи ГБУ РС (Я) «НЦРБ») с даты ее увольнения – с ДД.ММ.ГГГГ.

В силу статьи 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) решение суда в данной части подлежит немедленному исполнению.

В соответствии со статьей 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно части 3 статьи 139 ТК РФ при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. 

В соответствии с общими правилами, закрепленными в Положении об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 N 922, при определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Согласно сведениям, предоставленным ответчиком, среднемесячная заработная плата ФИО9 за период с апреля 2019 по март 2020 года составляет 46 736,96 руб., а среднедневная – 1 832,87 руб. Истец в судебном заседании была согласна с расчетами среднего заработка, произведенными ответчиком.

Суд учитывает, что работа ФИО9 носила сменных характер, однако в период вынужденного прогула графики сменности для нее не утверждались, в связи с чем общую сумма среднего заработка за время вынужденного прогула следует определить исходя из количества календарных дней вынужденного прогула.

Так, ФИО9 находилась в отпуске до ДД.ММ.ГГГГ включительно, то есть вынужденный прогул в апреле 2020 года составил 13 календарных дней (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). Исходя из этого сумма заработка за время вынужденного прогула в апреле 2020 года составит: 46 736,96 руб. (в месяц) / 30 дн. в апреле х 13 дн. = 20 252,68 руб.

В мае истец находилась в вынужденном прогуле 12 дней (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), то есть сумма заработка за время вынужденного прогула в указанный период составит: 46 736,96 руб. (в месяц) / 31 дн. в мае х 12 дн. = 18 091,73 руб.

Следовательно, общая сумма заработка за время вынужденного прогула составит 38 344,41 руб. и данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии со статьей 211 ГПК РФ решение суда в данной части также подлежит немедленному исполнению.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что при увольнении ФИО9 был нарушен порядок увольнения, то есть, права истца как работника неправомерными действиями ответчика были нарушены, суд полагает возможным взыскать в пользу истца в счет компенсации морального вреда 10 000 рублей.

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. 

В силу части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

При рассмотрении гражданского дела интересы истца ФИО9 на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ представляла адвокат ФИО3

В соответствии с квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 уплатил ФИО3 35 000 руб.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что представитель принимала участие в собеседовании в рамках подготовки к судебному разбирательству ДД.ММ.ГГГГ и в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Суд также учитывает характер спора между истцом и ответчиком, сложность рассмотренного дела, а также объем документов, представленных истцом при рассмотрении дела. Учитывая данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что разумной и обоснованной будет являться денежная сумма в размере 20 000 руб.

Согласно статье 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Принимая во внимание, что при подаче искового заявления истец была освобождена от уплаты государственной пошлины, суд приходит к выводу о необходимости взыскать с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины в доход местного бюджета, рассчитанной исходя из размера удовлетворенных требований имущественного характера. Размер пошлины составит 1 650,33 руб., в том числе 1350,33 руб. в связи с удовлетворением требования имущественного характера о взыскании заработной платы и 300 руб. – требований неимущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

исковое заявление удовлетворить.

Восстановить ФИО12 с ДД.ММ.ГГГГ на работу 

<

данные изъяты> Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нерюнгринская центральная районная больница».

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нерюнгринская центральная районная больница» в пользу ФИО13 68 344,41 руб., в том числе, заработную плату за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 38 344,41 руб., в счет компенсации морального вреда – 10 000 руб., а также в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя – 20 000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения Республики Саха (Якутия) «Нерюнгринская центральная районная больница» в доход бюджета МО «

<

адрес>» государственную пошлину в размере 1 650,33 руб.

Решение суда в части восстановления ФИО9 Алёны ФИО1 на работе, а также в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 38 344,41 руб., подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Нерюнгринский городской суд Республики Саха (Якутия).

Судья В.Г. Ткачев

Решение в окончательной форме принято 18 мая 2020 года