Судья Журба Н.В. №22-5757/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 12 ноября 2019 г.

Ставропольский краевой суд в составе: 

председательствующего судьи Соловьева В.А.,

при секретаре Поповой Я.О.,

с участием: прокурора Змиевской А.Ю.,

подсудимого ФИО1,

защитника в лице адвоката Поливанова С.А., представившего удостоверение № 1015, ордер № 046 от 12 ноября 2019 г.,

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора г. Пятигорска Ставропольского края Келлер В.А. на постановление Пятигорского городского суда Ставропольского края от 12 сентября 2019 г., которым уголовное дело в отношении ФИО1 ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> края, гражданина РФ, имеющего высшее образование, военнообязанного, не судимого, проживающего по адресу: 

<

адрес>, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ,

возвращено прокурору г. Пятигорска Ставропольского края для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании ст. 237 УПКРФ.

Изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления, выступления прокурора Змиевской А.Ю., поддержавшей доводы апелляционного представления, подсудимого ФИО1 и его защитника Поливанова С.А. об оставлении постановления без изменения, суд

установил:

органом предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного по ч. 4 ст. 159 УК РФ мошенничество, то есть, в хищении чужого имущества путем обмана, совершенного в особо крупном размере.

Постановлением Пятигорского городского суда Ставропольского края от 12 сентября 2019 г. уголовного дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору г. Пятигорска Ставропольского края в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Не согласившись с постановлением суда, прокурор г. Пятигорска Ставропольского края подал апелляционное представление, в котором, ссылаясь на нормы права, указал, что считает постановление подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона. По его мнению, судом сделан необоснованный вывод о том, что при производстве предварительного расследования было допущено нарушение норм уголовно-процессуального закона, выразившееся в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО7 не в отношении конкретных лиц, указанных в заявлении последнего, а по факту выявленных признаков совершенного преступления. Со ссылкой на ст. 447, 448 УПК РФ, указывает, что на момент возбуждения уголовного дела орган предварительного следствия не располагал достаточными и достоверными сведениями как о лице, совершившем преступление, так как в заявлении имелись сведения о совершении преступления двумя лицами, так и сведениями о действительной причастности данных лиц к совершению преступления. При таких обстоятельствах не состоятельны и выводы суда о нарушении требований ч. 5 ст. 146 УПК РФ, так как в соответствии с указанной нормой, уголовные дела в отношении лиц, указанных в ст. 447 УПК РФ, возбуждаются в порядке, установленном ст. 448 УПК РФ. Вместе с тем, ст. 448 УПК РФ предусматривает как возможность возбуждения уголовного дела в отношении специального субъекта, так и либо применение «особого» порядка привлечения в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления. Не согласен в выводами суда о нарушении процедуры передачи уголовного дела из СО ОМВД России по г. Пятигорску в органы следственного комитета для проведения предварительного следствия, поскольку в соответствии с положениями п. 2 ч. 2 ст. 38 УПК РФ, следователь уполномочен принимать уголовное дело к своему производству или передавать его руководителю следственного органа для направления по подследственности. Нормами уголовно-процессуального закона на руководителя следственного органа не возложена обязанность вынесения специального процессуального решения о направлении дела по подследственности, при согласии с действиями следователя. Таким образом, порядок передачи дела соблюден в полном объеме, в связи с чем не согласен с выводом суда о том, что полномочиями определения подсудности уголовного дела наделен прокурор в силу п. 12 ч. 2 ст. 37 УПК РФ. Не согласен с выводом суда о том, что нарушенная процедура передачи уголовного дела повлекла за собой нарушение прав подсудимого, поскольку именно передача уголовного дела в СО по г. Пятигорск СУ СК РФ по СК позволила реализовать положения ст.ст. 447, 448 УПК РФ. Не согласен с выводами суда о фальсификация материалов проверки и материалов уголовного дела, так как на момент принятия решения о возбуждении уголовного дела от 30.01.2015, указанные в качестве повода и основания возбуждения уголовного дела материалы проверки у следователя отсутствовали, так как поступили в орган предварительного расследования 02.02.2015, судом не дана оценка тому, что постановление о возбуждении уголовного дела от 30.01.2015 г. вынесено после постановления заместителя прокурора г. Пятигорска об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.01.2015 г. Просит постановление отменить, возвратить уголовное дело в суд для рассмотрения по существу.

В возражениях на апелляционное представление адвокат Поливанов С.А. и подсудимый ФИО1 считают постановление суда законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, доводы апелляционного представления без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции считает постановление суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.17 УПК РФ существенными нарушениями уголовно-процессуального закона являются такие нарушения, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело возвращается прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушениями требований УПК РФ, которое не может быть устранено судом самостоятельно, и исключает возможность постановления судебного решения на основе данного заключения.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 8 декабря 2003 г. N 18-П исходит из правовой позиции, согласно которой «существенное процессуальное нарушение является препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия».

Изложенное свидетельствует о том, что не любое нарушение установленной законом процедуры влечет возвращение дела прокурору. Значимость таких нарушений для уголовного дела в целом зависит от их характера, от обстоятельств конкретного уголовного дела и определяется судом индивидуально для каждого случая.

Следовательно, допущенные нарушения по делу могут являться основанием к возвращению дела прокурору лишь в случае своей существенности, когда степень их влияния на выносимые процессуальные решения органов предварительного расследования, в том числе на обвинительное заключение позволяют разумно поставить под сомнение законность и обоснованность последнего.

Однако, обстоятельства, которые приведены судом первой инстанции в обоснование своих выводов, не являются безусловным основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ч. 1 ст. 237 УПК РФ и в рамках судебного производства подлежали оценке при принятии судом окончательного решения по делу.

По мнению суда первой инстанции, при производстве предварительного расследования было допущено нарушение норм уголовно-процессуального закона, выразившееся в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО7 не в отношении конкретных лиц, указанных в заявлении последнего, а по факту выявленных признаков совершенного преступления.

Вместе с тем, исходя из имеющихся материалов проверки на момент возбуждения уголовного дела, орган предварительного следствия, не располагал достаточными и достоверными сведениями конкретном лице, совершившем преступление, поскольку в заявлении имелись сведения о совершении преступления двумя лицами, и сведениями о действительной причастности этих лиц к совершению преступления. Выявленные судом первой инстанции недостатки в части указания следователем в постановлении о возбуждении уголовного дела размера ущерба, отличного от указанного в заявлении ФИО7, на стадии возбуждения уголовного дела не являются существенным нарушением уголовно-процессуального закона, препятствующим рассмотрению судом уголовного дела по существу, поскольку в ходе предварительного следствия сумма причиненного ущерба конкретизирована, и судом может быть проверена. Также представленные материалы уголовного дела свидетельствует о том, что на момент возбуждения уголовного дела следователь не располагал сведениями, о том, что ФИО1 является адвокатом.

В этой связи выводы суда первой инстанции о нарушении требований уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела, в том числе положений ст. 448 УПК РФ, влекущими безусловное возвращение прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Кроме того, статья 448 УПК РФ предусматривает как возможность возбуждения уголовного дела в отношении специального субъекта, так и либо применение «особого» порядка привлечения в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

Из материалов уголовного дела следует, что в соответствии с указанными положениями закона 12 сентября 2018 г. ФИО1 был привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ руководителем следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю.

Признаков, свидетельствующих о фальсификации органами предварительного расследования материалов проверки и материалов уголовного дела, судом апелляционной инстанции не установлено. Уголовное дело возбуждено 30 января 2015 г., то есть после вынесения постановления заместителя прокурора г. Пятигорска об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28 января 2015 г.

Нарушений порядка передачи уголовного дела из одного органа предварительного расследования в другой, не имеется, поскольку уголовное дело в отношении ФИО1 передано и принято к производству уполномоченными на то законом должностными лицами, в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством.

Судом не приведено неоспоримых, исходящих из объективного и однозначного толкования норм уголовно-процессуального законодательства суждений в обоснование вывода о существенном характере констатированного им нарушения процессуального закона при передаче уголовного дела по подследственности, относительно того, каким образом оно повлияло на ущемление гарантированных Конституцией прав участников уголовного судопроизводства, а также предопределило процессуальную несостоятельность производства по уголовному делу, как на стадии предварительного расследования, так и в стадии судебного разбирательства.

По смыслу положений ч. 1 ст. 237 УПК РФ, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, нарушенных на досудебных стадиях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.

Однако, таких нарушений прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства в ходе предварительного следствия не допущено, вследствие чего вывод суда первой инстанции о наличии препятствий для рассмотрения уголовного дела признать законным и обоснованным не представляется возможным.

Таким образом, изложенные судом в обжалуемом постановлении выводы основаны на неверном толковании уголовно-процессуального закона, вследствие чего являются существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Принимая во внимание, что уголовное дело судом первой инстанции по существу не рассмотрено, постановление суда подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Оснований для отмены или изменения ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Пятигорского городского суда Ставропольского края от 12 сентября 2019 г. о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 ФИО12, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, прокурору г. Пятигорска Ставропольского края для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании ст. 237 УПК РФ, отменить, апелляционное представление удовлетворить.

Уголовное дело в отношении ФИО1 дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе.

Меру пресечения в отношении ФИО1 ФИО13 оставить в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Судья Соловьев В.А.