Гражданское дело № 2-2794/17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

27 сентября 2017 года г.Магнитогорск 

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе: 

председательствующего судьи Печенкиной Н.А., 

с участием прокурора Могутновой Н.А.,

при секретаре Есмаганбетовой Г.С. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о выселении без предоставления другого жилого помещения, 

по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным, прекращении права собственности, восстановлении права собственности, взыскании денежных средств, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о выселении из квартиры 

<

адрес обезличен> без предоставления другого жилого помещения, ссылаясь на то, что является собственником указанного жилого помещения на основании договора купли-продажи от 

<

дата обезличена> года, ответчик до настоящего времени состоит на регистрационном учете по указанному адресу и проживает в квартире. 

Истец ФИО1 извещен, в суд не явился, обратился с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя ФИО3

Представитель истца– ФИО3, действующая на основании доверенности от 

<

дата обезличена> года (л.д.82), исковые требования поддержала в полном объеме, просила требования ФИО1 удовлетворить. 

Ответчик ФИО2 извещена о времени, дате и месте судебного заседания, в суд не явилась, обратилась с заявлением о рассмотрении дела в ее отсутствие. 

Ранее в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, обратилась со встречным иском к ФИО1, с учетом уточнений требований, просила признать договор купли-продажи от 

<

дата обезличена> года, заключенный между ФИО1 и ФИО2 недействительным, прекратить право собственности ФИО1 на вышеуказанную квартиру, восстановить за ней (ФИО2) право собственности на квартиру 

<

адрес обезличен>, взыскать с нее (ФИО2) в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 1 100 000 рублей. 

В обоснование заявленных требований указала на то, что в 

<

дата обезличена> года к ней (ФИО2) обратилась ее знакомая Т.С.А. с просьбой передать в залог, принадлежащую ей (ФИО2) квартиру, в обеспечение займа денежных средств в сумме 1 100 000 рублей, который предоставит по договору займа ФИО1 При встрече ФИО1 пояснил, что вышеуказанную сумму денежных средств он (ФИО1) готов передать по договору займа Т.С.А. но договор залога в обеспечение займа необходимо оформить договором купли-продажи квартиры. 

<

дата обезличена> года между ею (ФИО2) и ФИО1 был подписан договор купли-продажи квартиры, который фактически является договором залога в обеспечение обязательств Т.С.А. перед ФИО1 ФИО1 и Т.С.А. убедили ее (ФИО2), что такая форма займа является формальной и после возврата денег Т.С.А. ФИО1 вышеуказанная квартира будет переоформлена на нее (ФИО2), путем заключения договора купли-продажи. В подтверждение своего обязательства ФИО1 собственноручно написал обязательство переоформить квартиру на ее (ФИО2) имя после возврата ему долга. После заключения вышеуказанного договора купли-продажи денежные средства в сумме 1 100 000 руб. ФИО1 передал Т.С.А. До настоящего времени она (ФИО2) проживает в вышеуказанной квартире, лицевые счета по оплате коммунальных услуг за квартиру открыты на ее имя, она полностью оплачивает содержание этой квартиры. Данное жилое помещение является единственным жильем, намерений продавать указанную квартиру у нее (ФИО2) не было. Считает, что вышеуказанная сделка ничтожна по причине ее притворности (л.д.35-38, 121-122). 

Представитель ФИО2 – ФИО4, действующий на основании доверенности от 08 августа 2017 года (л.д.33), исковые требования ФИО1 не признал, просил отказать в удовлетворении требований ФИО1 Встречные исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что 

<

дата обезличена> года фактически договор займа был заключен между ФИО1 и ФИО2, срок возврата денежных средств не был оговорен между сторонами. После подписания договора купли-продажи, полученные денежные средства от ФИО1, ФИО2 передала Т.С.А. Просил требования ФИО2 удовлетворить, в удовлетворении требований ФИО1- отказать. 

Ответчик по встречному иску ФИО1 извещен, в суд не явился, обратился с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием представителя ФИО3

Представитель истца– ФИО3, действующая на основании доверенности от 

<

дата обезличена> года (л.д.82), встречные исковые требования ФИО2 не признала, просила отказать в удовлетворении встречных исковых требований. 

Представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области извещен, в суд не явился, обратился с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие. 

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав лиц, участвующих в деле, прокурора, полагавшей, что исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению частично, исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, исследовав письменные материалы дела в судебном заседании, суд приходит к следующему.

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Статьей 25 Всеобщей декларации прав человека в жизненный уровень человека, необходимый для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, включается такой обязательный компонент, как жилище. Неотъемлемое право каждого человека на жилище закреплено также в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах (статья 11). При этом, как следует из пункта 1 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, право на жилище должно реализовываться при условии свободы выбора человеком места жительства. Необходимость уважения жилища человека констатирована и в статье 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

С учетом положений международно-правовых актов в статье 40 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на жилище.

В судебном заседании установлено, что 

<

дата обезличена> года между ФИО1 и ФИО2 подписан договор купли-продажи квартиры 

<

адрес обезличен>, согласно которому ФИО2 продала, а ФИО1 купил указанное жилое помещение, цена сделки определена в размере 1 100 000 рублей (л.д.7). 

Как следует из пункта 3 данного договора, вышеуказанные денежные средства уплачены покупателем продавцу до подписания настоящего договора вне помещения Магнитогорского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области.

Согласно пункту 12 договора продавец обязуется передать, а покупатель обязуется принять указанную квартиру без передаточного акта в момент передачи ключей.

Пунктом 5 договора установлена обязанность ФИО2 сняться с регистрационного учета после регистрации права собственности до 

<

дата обезличена> года. 

Письменной распиской к договору купли-продажи от 

<

дата обезличена> года ФИО2 подтвердила, что получила от ФИО1 денежную сумму в размере 1 100 000 руб. за проданную квартиру (л.д.103).

Факт подписания вышеуказанного договора купли-продажи от 

<

дата обезличена> ФИО2 не отрицала в ходе судебного разбирательства. 

В тот же день (

<

дата обезличена> года) ФИО1 написано собственноручно «обязательство», согласно которому он (ФИО1) обязуется переоформить квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен> на ФИО2 «после полного выполнения ее обязательств, которые составляют 1 100 000 руб. (один миллион сто тыс.) руб. передо мной» (л.д.42). 

Согласно представленного в материалы дела «обязательства» ФИО2 от 

<

дата обезличена> года, последняя обязалась сняться с регистрационного учета из квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес обезличен>, до 

<

дата обезличена> года (л.д.104). 

Свидетельство о государственной регистрации права ФИО1 в отношении указанной квартиры выдано 

<

дата обезличена> года (л.д.8). 

На регистрационном учете в настоящее время по указанному адресу состоит с 

<

дата обезличена> года ФИО2, со 

<

дата обезличена> года - П.И.С. (л.д.6). 

Статьями 168-179 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены основания признания сделок недействительными.

ФИО2, оспаривая сделку купли-продажи от 

<

дата обезличена> года, ссылалась на её притворность. 

Сделка – это действие, основанное на единстве внутренней воли и внешнего проявления этой воли (волеизъявление). Следовательно, если внутренняя воля не соответствует её внешнему выражению, Закон допускает признание таких сделок недействительными. 

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Недействительной по основанию притворности может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерение одного участника на совершение притворной сделки недостаточно, стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. 

В предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон, обстоятельства заключения договора и доказательства несоответствия волеизъявления сторон их действиям. О притворности сделки свидетельствует не столько содержание договора, сколько совокупность обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора.

Оспаривая договор купли-продажи спорной квартиры, заключенный 

<

дата обезличена> года с ФИО1, сторона истца по встречному иску указала, что ФИО2 не намеревалась продавать квартиру ФИО1, под видом договора купли-продажи фактически был заключен договор залога, который обеспечивал возврат ФИО2 долга в размере 1 100 000 рублей, предоставленного ФИО1, указанные денежные средства ФИО2 получила от ФИО1 в долг и передала денежные средства в размере 1 100 000 рублей Т.С.А. которая обещала погашать задолженность перед ФИО1 При этом сторона истца по встречному иску ссылалась на то, что стороны согласовали условия договора займа, его сумму – 1 100 000 рублей, полагают, что в данном случае займ являлся беспроцентным. 

В ходе судебного разбирательства ФИО1 отрицал факт предоставления ФИО2 займа в размере 1 100 000 рублей, пояснив, что между ним и ФИО2 после заключения договора купли-продажи квартиры состоялась договоренность о том, что он (ФИО1) переоформит квартиру на ФИО2, если последняя до 

<

дата обезличена> года выкупит у него (ФИО1) спорную квартиру, стоимостью в размере 1 100 000 рублей. В 

<

дата обезличена> года ФИО2 сообщила ему (ФИО1) о том, что у нее (ФИО2) не имеется денежных средств для «выкупа» квартиры. 

Согласно статьям 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Понятие и основания возникновения залога определены в статье 334 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указано выше, 

<

дата обезличена> года ФИО1 написано собственноручно «обязательство», согласно которому он (ФИО1) обязуется переоформить квартиру по адресу: 

<

адрес обезличен> на ФИО2 «после полного выполнения ее обязательств, которые составляют 1 100 000 руб. (один миллион сто тыс.) руб. передо мной» (л.д.42). 

Данное «обязательство» подписано ФИО1 и Т.С.А. 

Реальное обеспечение прав и свобод граждан правосудием (пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 2, 18 Конституции Российской Федерации) предполагает безусловную обязанность суда исследовать и оценивать все возможные варианты их защиты, поскольку правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

Указанное «обязательство» содержит указание на наличие у ФИО2 денежного обязательства перед ФИО1, что ФИО2 не отрицалось, сторона истца по встречному иску утверждала, что у ФИО2 

<

дата обезличена> года возникло денежное обязательство долгового характера перед ФИО5 в размере 1 100 000 рублей. 

Оценивая содержания вышеуказанного документа, суд отмечает, что «обязательство», написанное ФИО1, содержит указание на наличие у ФИО2 обязательства перед ФИО1 в сумме, идентичной стоимости квартиры, указанной в договоре купли-продажи, подписанного в тот же день (

<

дата обезличена> года), а также идентичной денежной сумме, переданной 

<

дата обезличена> года ФИО1 ФИО2 по договору купли-продажи. 

ФИО1 в ходе судебного разбирательства отрицал наличие у ФИО2 перед ним (ФИО1) каких-либо обязательств. 

Анализируя текст представленного в материалы дела «обязательства» от 

<

дата обезличена> года, в совокупности пояснениями сторон, суд не находит оснований для признания необоснованными доводы представителя ФИО2 – ФИО4 о том, что текст этого документа указывает на наличие у ФИО2 перед ФИО1 денежного обязательства долгового характера.

В материалы дела не представлено доказательств того, что 

<

дата обезличена> года обязательства у ФИО2 перед ФИО1 возникли в силу иных правоотношений. 

Оценивая доводы ФИО1 о том, что текст указанного «обязательства» им (ФИО1) написан под диктовку ФИО2, суд отмечает, что согласно пояснениям самого ФИО1 он несколько лет занимается инвестиционной деятельностью, покупает квартиры, ремонтирует и продает их. 

Исходя из положений Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих возникновение права собственности, в том числе - на основании договора купли-продажи, для сделок купли-продажи правовым последствием является не только переход титула собственника от продавца к покупателю на основании заключенного сторонами договора, но и фактическая передача имущества и вступление приобретателя во владение, пользование и распоряжение этим имуществом. Приобретение недвижимого имущества влечет возникновение у собственника соответствующих обязанностей по содержанию имущества, уплате коммунальных платежей.

Оценивая последующие действия сторон, суд учитывает, что ФИО1 спорной квартирой с 

<

дата обезличена> года (с момента возникновения у него права собственности на указанное жилое помещение) не пользовался, ключи ему (ФИО1) не передавались, оплату коммунальных платежей за спорную квартиру он не производил, с 

<

дата обезличена> года до 

<

дата обезличена> года ФИО1 в суд с требованиями к ФИО2 с целью защиты своего права не обращался, мер к вселению не предпринимал. 

ФИО2 проживает и состоит на регистрационном учете по указанному адресу с 

<

дата обезличена> года, оплачивает коммунальные услуги (л.д.6). Как следует из представленных в материалы дела сведений, ФИО2 является инвалидом третьей группы (л.д.58), передвигается с использованием инвалидного кресла, иные жилые помещения ФИО2 на праве собственности не принадлежат. Спорная квартира из ее (ФИО2) владения не выбывала, до настоящего времени лицевой счет открыт на имя ФИО2 (л.д.27). Указанные обстоятельства стороной ответчика по встречному иску не оспаривались. 

<

дата обезличена> года (после заключения договора купли-продажи от 

<

дата обезличена> года) по указанному адресу поставлен на регистрационный учет П.И.С. который состоит в фактически брачных отношениях с ФИО2 

Согласно пояснениям П.И.С. данным последним в качестве свидетеля в ходе судебного разбирательства, фактически в указанном жилом помещении он (П.И.С.) проживает с 

<

дата обезличена> года. 

То обстоятельство, что воля ФИО2 при подписании договора купли-продажи квартиры от 

<

дата обезличена> года была направлена на достижение других правовых последствий и прикрывала иную волю всех участников сделки, нашло подтверждение также в пояснениях свидетеля А.Е.Л. которая утверждала, что ФИО2 передала в залог квартиру ФИО1, поскольку их общей с ФИО2 знакомой - Т.С.А. нужны были денежные средства, по словам которой денежные средства она (Т.С.А.) могла получить у ФИО1 под залог квартиры. Она (А.Е.Л. ), также подавшись уговорам Т.С.А., передала свою квартиру в качестве залога. 

Показания свидетеля П.И.С. , согласно которым у ФИО2 не было намерений продавать спорную квартиру, также не позволяют суду прийти к выводу о том, что воля ФИО2 при подписании договора купли-продажи была направлена на отчуждение жилого помещения.

Доводы представителя ФИО2 о том, что подписание ФИО2 договора купли-продажи от 

<

дата обезличена> года явилось результатом ложного представления последней о том, что оформление права собственности на указанное жилое помещение на имя ФИО1 предоставит ей (ФИО2) вновь получить данное жилое помещение в свою собственность после получения ФИО1 денежных средств в размере 1 100 000 рублей, также нашло подтверждение в пояснениях ответчика ФИО1, содержании «обязательства», написанного 

<

дата обезличена> года ФИО1 собственноручно. 

Как указано выше, ответчик ФИО1 не отрицал, что после заключения договора купли-продажи между ним (ФИО1) и ФИО2 состоялась договоренность о том, что он (ФИО1) переоформит квартиру на ФИО2, если последняя до 

<

дата обезличена> года «выкупит» спорную квартиру, стоимостью в размере 1 100 000 рублей. 

Пояснения ФИО2 и её представителя о том, что, подписывая договор купли-продажи от 

<

дата обезличена> года, ФИО2 не имела намерения продавать квартиру, которая является ее единственным жильем, полагала, что оформление права собственности на указанное жилое помещение на ФИО1 предоставит ей возможность вновь получить данное жилое помещение в свою собственность после получения ФИО1 денежных средств в размере 1 100 000 рублей, последовательны, не противоречивы, изложены ею во встречном исковом заявлении как при рассмотрении настоящего гражданского дела в суде, так и при рассмотрении материала по ее заявлению в отделе полиции (л.д.57,109,166-167). 

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о передаче ФИО2 ФИО1 денежных средств после 

<

дата обезличена> года в счет возникших у нее (ФИО2) денежных обязательств перед ФИО1 Указанные обстоятельства сторона истца по встречному иску объяснила тем, что между ФИО2 и Т.С.А. , место нахождение которой в настоящее время сторонам неизвестно, состоялась устная договоренность о том, что Т.С.А. будет погашать задолженность перед ФИО1 Доказательства исполнения указанной устной договоренности между Т.С.А. и ФИО2 в материалах дела отсутствуют. ФИО1 отрицал получение им (ФИО1) каких-либо денежных средств от Т.С.А. 

Оценивая вышеуказанные доводы сторон, суд отмечает, что в период с 

<

дата обезличена> года по 

<

дата обезличена> года ФИО1 не обращался к ФИО2 с требованием об освобождении квартиры. 

То обстоятельство, что «обязательство» по переоформлению квартиры на ФИО2 дано ФИО1 одновременно с заключением между ФИО1 и ФИО2 спорного договора купли-продажи квартиры, а также то, что договор купли-продажи исполнен сторонами не был, так как ответчик по основному иску не передавала имущество истцу, пользуется квартирой по настоящее время, неся бремя содержания этого имущества, в совокупности свидетельствуют о том, что договор купли-продажи квартиры прикрывает фактически договор залога недвижимости, согласованный указанными сторонами в обеспечение обязательства по возврату ФИО1 денежных средств в размере 1 100 000 рублей.

Анализ действий сторон (ФИО1 и ФИО2) по сделке и направленности их воли позволяет суду прийти к выводу о том, что договор купли-продажи от 

<

дата обезличена> года был заключен сторонами с целью обеспечения возврата предоставленных ФИО1 ФИО2 денежных средств, а оформление договора купли-продажи квартиры прикрывало договор залога имущества.

Совокупность обстоятельств, связанных с заключением и исполнением спорного договора, позволяет суду прийти к выводу о том, что при заключении договора купли-продажи стороны рассчитывали на его иные последствия, нежели купля-продажа указанного выше жилого помещения, а именно: ФИО2 желала получить в долг необходимую сумму денег для последующей передачи их Т.С.А. ., с которой состояла длительное время в дружеских отношениях, а ФИО1 - получить гарантии возврата денежной суммы. Заключив оспариваемую сделку, стороны достигли желаемых результатов.

Договор залога, отвечающий требованиям действующего законодательства, между ФИО1 и ФИО2 заключен не был, не был зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" договор об ипотеке заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами, и подлежит государственной регистрации. Несоблюдение правил о государственной регистрации договора об ипотеке влечет его недействительность. Такой договор считается ничтожным.

Оценивая пояснения ФИО1, показания свидетеля В.А.В. , согласно которым ФИО1 перед подписанием с ФИО2 договора купли-продажи от 

<

дата обезличена> года произвел осмотр спорной квартиры, ознакомился с правоустанавливающими документами в отношении указанного жилого помещения, не опровергают вывод суда о том, что при заключении договора купли-продажи стороны рассчитывали на наступление иных последствий. 

Доводы ФИО1 о том, что ранее с иском о выселении он не обращался, поскольку ФИО2 попала в дорожно-транспортное происшествие, в результате чего была обездвижена, а в последующем стала инвалидом, спорная квартира была им приобретена для дочери, которая на тот момент не достигла совершеннолетнего возраста, о производстве оплаты налога за указанное жилое помещение в 

<

дата обезличена> году (л.д.105-107), основанием для отказа в удовлетворении встречных исковых требований, с учетом установленных обстоятельств по делу, не являются. 

Анализ исследованных доказательств позволяет суду прийти к выводу о наличии достаточных и достоверных доказательств притворности договора купли-продажи спорной квартиры от 

<

дата обезличена> года, заключенного между ФИО1 и ФИО2, и возникших в связи с этим оснований для признания его ничтожным в соответствии с пунктом 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

То обстоятельство, что ФИО2 в отделе полиции даны объяснения, согласно которым ФИО1 после заключения договора купли-продажи передал денежные средства Т.С.А. , а в ходе судебного разбирательства ФИО2 и ее представитель ссылались на то, что после заключения договора купли-продажи ФИО1 передал денежные средства ФИО2, которая их передала Т.С.А. ., само по себе не свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения встречного иска. 

При таких обстоятельствах требования ФИО2 о признании договора купли-продажи от 

<

дата обезличена> года недействительным подлежат удовлетворению.

Суд считает возможным применить последствия недействительности сделки, удовлетворив требований ФИО2 о прекращении права собственности ФИО1 на спорную квартиру, восстановлении за ФИО2 права собственности на указанное жилое помещение.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, свидетельствующие о получении ФИО2 от ФИО1 денежных средств по долговому обязательству, а не в качестве оплаты по договору купли-продажи от 21 августа 2015 года, оснований для взыскания этой суммы с ФИО2 в пользу ФИО1 в порядке применения последствий недействительности сделки не имеется. ФИО1 не лишен возможности обратиться в суд с требованием о взыскании с ФИО2 указанных денежных средств.

В связи с указанным требования ФИО2 о взыскании денежных средств в размере 1 100 000 рублей с нее (ФИО2) в пользу ФИО1 удовлетворению не подлежат. 

Принимая во внимание, что суд приходит к выводу о необходимости признать недействительной сделку по отчуждению квартиры по адресу: 

<

адрес обезличен>, и применить последствия недействительности сделки, правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО2 о выселении её из спорного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения не имеется.

При таких обстоятельствах требования ФИО1 к ФИО2 о выселении без предоставления другого жилого помещения удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о выселении без предоставления другого жилого помещения отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным, прекращении права собственности, восстановлении права собственности, взыскании денежных средств, удовлетворить частично. 

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры № 

<

адрес обезличен>, заключенный 

<

дата обезличена> года между ФИО2 и ФИО1 . 

Применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО1 на квартиру № 

<

адрес обезличен>

Восстановить право собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес обезличен>

В удовлетворении требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 1 100 000 рублей, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Орджоникидзевский районный суд города Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: