Дело № 2-57/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 марта 2021 года г. Тверь

Калининский районный суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Тирановой Л.В.,

с участием представителя истца ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3

при помощнике судьи Пушняковой О.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ТОП ТУЛЗ РУС» к ФИО2 о возмещении материального ущерба,

установил:

ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» обратилось в суд с иском к ФИО2, в котором просит взыскать с ответчика сумму материального ущерба – 340 493,60 руб.

Требования со ссылкой на статьи 233, 242, 243 Трудового кодекса Российской Федерации мотивированы тем, что уволенный 25 марта 2020 года ФИО2, в период действия трудовых отношений с 08 мая 2017 года по февраль 2018 года для использования в служебных целях получил от работодателя оборудование общей стоимостью 291 960,00 руб., а также в феврале 2020 года совершил расходы в сумме 48 533,60 руб. по предоставленной ему корпоративной карте (оплата такси и авиабилетов), при этом работодателем в указанный период в командировки не направлялся, не подтвердив их документально (авансовые отчеты и др.), что препятствует принять их в качестве расходов, связанных с осуществлением ответчиком трудовой деятельности.

В судебном заседании представитель истца ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» Ровный И.С., поддерживая заявленные требования в полном объеме, пояснил, что в процессе мирного урегулирования спора ответчику предлагалось возместить материальный ущерб посредством телефонных переговоров. После подачи искового заявления в суд согласно приказа от 07 октября 2020 года ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» была проведена инвентаризация, на основании составленной в день увольнения бухгалтером служебной записки об отсутствии имущества, о чем ответчик уведомлен телеграммой 27 октября 2020 года, однако ответа не получено. Акт проверки ответчику не направлялся. Процедура служебного расследования по причиненному ущербу применима лишь в отношении работника, находящихся в трудовых отношениях с работодателем, а ФИО2 уволен. Размер ущерба установлен по средней рыночной стоимости оборудования с учетом износа. Учет вверенного имущества велся в системе 1С (забалансовый учет). Имущество передавалось ответчику под расписку два наименования, а 2 наименования были приобретены и доставлены по месту жительства ответчика по накладной грузоотправителя. Корпоративную карту с привязкой к корпоративному счету ответчик получил в Банке, предоставив документы. Все операции по данной карте являются подотчетными. Ответчик в командировку не направлялся, использовал эту карту в личных целях, авансовый отчет по списанным денежным средствам с корпоративной каты не предоставил. Факт возврата имущества ответчиком не подтвержден, представленные ответчиком акты возврата фальсифицированы. Электронных образцов данных актов в системе 1С не имеется. Договор о материальной ответственности сторонами не заключался. Материальная ответственность закреплена пунктами.6.3, 6.3.2. трудового договора.

Ответчик ФИО2 при надлежащем уведомлении в судебное заседание не явился, направил в суд своего представителя ФИО3, который, поддержал позицию, изложенную в письменных возражениях, где указано, что в отношении оборудования смартфон Apple XR, наушники Apple 

ноутбук Apple MacBook Pro13 истцом не представлено документов, подтверждающих передачу данного оборудования ответчику на условиях полной материальной ответственности, а также доказательств, что оборудование не было возвращено истцу. Истец не представил как того требует ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации результаты проверки, позволяющей установить факт причинения ущерба, его размер, причины возникновения, основанные на данных бухучета организации, подтвержденных первичными документами. Ни во время трудовых отношений, ни позднее истец не предлагал ответчику представить письменные объяснения по поводу возникновения ущерба, о котором истец узнал только из искового заявление. Ответчик считает неисполнение истцом вышеприведенной обязанности грубым нарушением установленных законом правил привлечения работника к материальной ответственности. Рыночная стоимость имущества обоснована выписками с сайтов на момент подачи иска, однако трудовые отношения прекращены с ответчиком 25 марта 2020 года и истец должен был обнаружить недостачу не позднее этой даты. Истец не представил доказательства стоимости утраченного оборудования по данным бухучета с учетом степени его износа. Ответчик отчитался по тратам с корпоративной карты, предоставив истцу авансовый отчет. Истец не предоставил карточку счета 71 «расчеты с подотчетными лицами», отражающую операции по кредиту данного счета, а представленная истцом выписка отражает лишь расходы, совершенные ответчиком. Истец не предоставил доказательств противоправности поведения ответчика, его вины в причинении ущерба, наличие причинно-следственной связи между поведением ответчика и наличием прямого действительного ущерба, размера причиненного ущерба. Оьращение истца с данными требованиями осуществляется в отсутствие действительного ущерба исключительно с целью причинить вред ответчику в продолжение его преследования (ст. 10 ГК РФ). 

Возражая против заявленных требований, представитель ответчика пояснил, что получение ноутбука Apple A 1534, смартфона IPhone 7 и корпоративной карты ответчиком не оспаривается, данное оборудование возвращено истцу согласно представленным актам. Ответчик подписал распечатанные из программы 1С акты о возврате имущества и отдал их в организацию на подпись директору, каким образом поставлена подпись руководителя в акте, ответчику не известно. Оригинала акта у ответчика не имеется, остались лишь сканкопии. Вместе с тем, указанное имущество не было передано на ответственное хранение ответчику. Инвентарная книга велась в электронном виде. Получение корпоративной карты ответчик не отрицает, авансовый отчет предоставлен, однако его копии не сохранилось. Проверка (сличительная ведомость произведена 12 октября 2020 года) после обращения в суд), с приказом и результатами проверки ответчик не ознакомлен. Размер ущерба завышен, Заключения специалиста о стоимости оборудования нет.

смартфон и наушники он просто передал, не оформив документы. Это 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

В статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации перечислены случаи, когда на работника может быть возложена полная материальная ответственность.

Нормами статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации предписано, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Кроме того, работодатель обязан истребовать от работника письменное объяснение для установления причины возникновения ущерба.

Орган по рассмотрению трудовых споров может с учетом степени и формы вины, материального положения работника снизить размер ущерба, подлежащего взысканию с работника.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба (п. 8 названного постановления).

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба. Бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. При этом основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом РФ или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность, основания для такой ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.

Вступившим в законную силу решением Калининского районного суда Тверской области от 19 июня 2020 года (№ 2-916/2020) и материалами настоящего дела установлено, что приказом от 22 июня 2015 года ФИО2 принят в основное подразделение ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» руководителем по развитию бизнеса. С ним был заключен трудовой договор 22 июня 2015 года с указанием места работы в г. Москве. 

Приказом от 01 апреля 2017 года ФИО2 переведен на должность исполнительного директора. В трудовой договор внесены соответствующие изменения дополнительным соглашением № 2 от 01 апреля 2017 года.

Дополнительным соглашением № 3 от 01 декабря 2017 года место работы исполнительного директора ФИО2 определено в офисе компании в г. Сургуте.

25 марта 2020 года приказом № 2 ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по подпункту «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ.

Таким образом, судом установлено и усматривается из материалов дела, что ФИО2 с 22 июня 2015 года по 25 марта 2020 года, состоял в трудовых отношениях с истцом ООО «ТОП ТУЛЗ РУС». 

Пункт 6.3.2 трудового договора от 22 июня 2015 года предусматривал материальную ответственность работника за прямой действительный ущерб, причиненный работодателю. Договор о полной материальной ответственности работника не заключался.

Как уже указывалось выше, бремя доказывания соблюдения порядка привлечения работника к материальной ответственности законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности (абзац шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), закон предполагает в свою очередь предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Проведение проверки для установления размера ущерба и причин его возникновения является обязательным условием для привлечения работника к материальной ответственности.

Результаты проверки и факт причинения работодателю материального ущерба и его размер должны быть подтверждены соответствующими документами. Составленными по результатам проверки – при недостаче имущества акт инвентаризации согласно Методическим указаниям по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утв. Приказом Минфина России от 13 июня 1995 г. №49. Без конкретных документов, подтверждающих причины возникновения материального ущерба, его размер и вину работника, работодатель не вправе возложить на работника ответственность за ущерб. Отступление работодателем от правил проведения инвентаризации, закрепленных в указанных Методических рекомендациях указаниях, влечет невозможность с достоверностью установить факт наступлении ущерба у работодателя, определить, кто именно виноват в возникновении ущерба, каков его размер, имеется ли вина работника в причинении ущерба. 

Истцом ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» указано, что в период трудовых отношений работнику ФИО2 переданы в пользование:

08 мая 2017 года Ноутбук Apple A 1534 стоимостью 48 000 рублей и смартфон IPhone 7 стоимостью 31 990 рублей на основании расписки от 08 мая 2017 года, товарного чека от 14 октября 2016 года, платежного поручения №40791 от 17 октября 2016 года;

21 июня 2019 года смартфон Apple XR стоимостью 54 990 рублей и наушники Apple на основании накладной №496-0130155- 00001897, товарного чека №8-220-54981 от 20 июня 2019 года, авансового отчета №49 от 30 июня 2019 года, платежного поручения от 24 июня 2019 года стоимостью 16 990 рублей;

Февраль 2018 года ноутбук Apple MacBook Pro13 стоимостью 139 000 рублей на основании универсального передаточного документа (УПД №74/398),

а всего общей стоимостью 291 960,00 руб.,

а также в феврале 2020 года ответчик совершил расходы в сумме 48 533,60 руб. по предоставленной ему корпоративной карте № 5197785078198114 (оплата такси и авиабилетов).

В обоснование представлены копии: расписки от 08 мая 2017 года, товарного чека от 14 октября 2016 года, платежного поручения №40791 от 17 октября 2016 года; товарного чека №8-220-54981 от 20 июня 2019 года, накладной №496-0130155- 00001897, сведений об отслеживании посылок по товарной накладной, авансового отчета №49 от 30 июня 2019 года, карточки счета 71 за февраль 2020, счета-фактуры от 13 февраля 2018 года, сведениями АО «Альфа –Банк» о выпуске 11 февраля 2019 карты № 5197785078198114, держатель ФИО2 и ее закрытии 11 февраля 2020 года к счету 40702……0993, авансовые отчеты №№95 и 108.

Размера ущерба истцом обоснован:

средней рыночной стоимостью оборудования с учетом износа по выпискам с сайтов, отчет специалиста в ходе рассмотрения дела, как пояснил представитель истца, представлен информативно о стоимости аналогичного оборудования;

невозвратом подотчетных денежных средств. 

Допрошенная по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля бухгалтер ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» ФИО4, пояснила, что все документы организации оформлялись в электронном виде. В организации корпоративные карты выдавались только руководителям, все платежи по карте согласовывались с директором компании. Ноутбуки и смартфоны, выдаваемые сотрудникам для работы, учитывались на счетах, где отражались наименование и стоимость оборудования. Инвентарные карточки велись в электронном виде. Забалансовое имущество отражалось по остаточной стоимости. 

Сторона ответчика обосновала передачу имущества истцу актами приема-передачи имущества от 27 февраля 2018 года и 27 июня 2019 года, указав на передачу подписанного ФИО2 подлинных актов бухгалтеру ответчика, наличие на руках лишь сканкопий данных актов, распечатанных из программы 1С бухгалтерия, не утверждая категорично, что руководитель ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» их подписывал собственноручно, допуская наличие подписи руководителя в электронном формате, поставленной бухгалтером, либо факсимиле. Истец ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» обосновывало невозврат имущества ответчиком результатами проведенной по ходатайству представителя истца судебной почерковедческой экспертизы, предметом которой являлось исследование принадлежности руководителю ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» ФИО5 изображения подписей в копиях актов приема-передачи имущества от 27 февраля 2018 года и 27 июня 2019 года. Согласно проведенному экспертному исследованию, изображения подписей от имени руководителя ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» ФИО5 в копиях актов приема-передачи имущества от 27 февраля 2018 года и 27 июня 2019 года получены путем монтажа реквизитов, а именно переноса изображения подписи ФИО5 со скана документа «Карточка предприятия». Стороны возражений против результатов экспертного исследования исследования не представили.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств соблюдения порядка привлечения работника к материальной ответственности до подачи рассматриваемых требований в суд. 

Исковое заявление поступило в суд 10 сентября 2020 года и лишь 06 ноября 2020 года истец ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» в дополнение к исковому заявлению приобщило служебную записку бухгалтера от 25 марта 2020 года (дата прекращения трудовых отношений) на имя генерального директора организации о том, что бывший работник ФИО2, замещавший должность исполнительного директора, не возвратил вверенное ему имущество: смартфон Apple XR, наушники Apple, Ноутбук Apple A 1534, смартфон IPhone 7, ноутбук Apple MacBook Pro13, не отчитался по расходам с корпоративно карты на сумму 48 553, 60 руб. Установлено, что на момент увольнения истца проверка в установленном законом порядке и срок (ст. 248 ТК РФ) не проводилась работодателем, поскольку приказ о проведении инвентаризации в срок до 27 октября 2020 года принят руководителем организации 07 октября 2020 года после обращения с настоящим иском в суд. Истец перед началом инвентаризации не предлагал Ответчику представить все расходные и приходные документы на имущество, не взял расписку, что к началу инвентаризации данные документы сданы в бухгалтерию или переданы комиссии, списаны в расход, что нуждалось в проверке. С актом №1,Т о результатах инвентаризации от 12 октября 2020 года, заключением комиссии от 03 ноября 2020 года о результатах проведения служебного расследования на основании приказа №3 от 14 октября 2020 года ФИО2 не ознакомлен, доказательств обратного истцом не представлено. В заключении комиссии указано на направление в адрес ФИО2 27 октября 2020 года требования о предоставлении объяснений, что не может расцениваться судом как факт ознакомления ответчика с результатами проверки. Кроме того, на момент направления в адрес ответчика телеграммой данного требования 27 октября 2020 года, заключение по результатам проверки не было составлено (03 ноября 2020 года). Акт о непредставлении письменного объяснения работником составлен 02 ноября 2020 года до принятия заключения комиссии по результатам проверки. Ссылка представителя истца, что с результатами проверки ответчик должен быть ознакомлен в ходе рассмотрения настоящего дела через своего представителя несостоятельна, поскольку данную обязанность закон возлагает на работодателя, в том числе бывшего. Неознакомление ответчика с результатами проверки лишило последнего гарантированного законом права обжалования данных результатов (ст. 247 ТК РФ)

При таких обстоятельствах суд исходит из того, что работодателем в нарушение требований статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации не выявлены причины, способствующие причинению ущерба, не проведена служебная проверка, не истребованы объяснения у ФИО2 Действительно, работник может отказаться дать объяснения по факту причинения, но это не освобождает работодателя от выполнения требований статьи 247 Трудового кодекса РФ.

Доводы представителя истца о том, что процедура расследования по причиненному ущербу применима лишь в отношении работника, находящихся в трудовых отношениях с работодателем, основаны на неправильном понимании закона, нормы которого не содержат изъятий из обязанности соблюдения требований 247 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем в отношении бывшего работника. 

Названные выше нормы трудового законодательства ответчиком нарушены, проверка обстоятельств причинения ущерба в установленный срок не проведена, в связи с чем, оснований для привлечения ответчика к материальной ответственности и взыскания, ущерба, причиненного работодателю, у суда не имеется.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

Вместе с тем, расходы по проведению экспертизы, возложенные на истца – ООО «ТОП ТУЛЗ РУС», а также уплаченная истцом госпошлина по делу с истца взысканию не подлежат, поскольку требования ООО «ТОП ТУЛЗ РУС» оставлены без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «ТОП ТУЛЗ РУС» к ФИО2, о возмещении материального ущерба в размере 340 493 (триста сорок тысяч четыреста девяносто три) рубля 60 копеек оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд в течение месяца со дня его изготовления судом в окончательной форме через Калининский районный суд Тверской области.

Судья Л.В. Тиранова

Решение в окончательной форме изготовлено 19 марта 2021 года.

Судья Л.В. Тиранова 

Дело № 2-57/2021