Дело **

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 марта 2017 г. ***

Железнодорожный районный суд *** в составе судьи Буйлука А.А. при секретаре Малаховой А.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО "Р. железные дороги" о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ОАО "Р. железные дороги". В обоснование иска указал, что в ноябре 2012 г. главный государственный санитарный врач по Западно-Сибирской железной дороги провел на предприятии ответчика расследование, составил и утвердил акт о случае профессионального заболевания от ****, в котором было установлено наличие у него профессиональное заболевания - «Нейросенсорная тугоухость двусторонняя 3 степени (выраженная степень снижения слуха)».

В п. 18 данного акта определена причина его заболевания - повышенный уровень шума 83 дБа (ПДУ-80дБа), уровень общей вибрации (105-104-105) при ПДУ 109-109-100). Общая оценка условий труда - класс 3 вредный 2 степени. В п. 19 этого же акта установлено, что его вины в профессиональном заболевании нет. 

Таким образом, между возникшем у него профессиональным заболеванием и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов, во время работы у ответчика в должности машиниста железнодорожно-строительных машин, имеется причинно-следственная связь.

В результате наступления у него профессионального заболевания, органами МСЭ ему установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности, по причине - профессиональное заболевание.

В связи с профессиональным заболеванием он испытал и продолжает испытывать чувства физической боли (головная боль), головокружения, его беспокоит тот факт, что он очень плохо слышит, вынужден применять специальные средства, чтобы слышать собеседников и окружающие его звуки. В связи с данными обстоятельствами он постоянно переживает за состояние своего здоровья, так как оно со временем только ухудшается, он вынужден принимать лекарства, проходить реабилитационные процедуры.

В достаточно молодом возрасте (43 года) по вине ответчика у него появилось профессиональное заболевание, которое препятствует его работе в той же должности. На иждивении у него находятся двое детей (на момент установления профзаболевания 7 и 13 лет), которых он воспитывает и содержит один, что требует постоянного хорошего заработка, но состояние его здоровья не дает ему устроиться на высокооплачиваемую работу.

Факт причинения морального вреда от профессионального заболевания, согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от **** ** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», предполагается, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания и судам следует установить лишь соответствующую сумму размера компенсации морального вреда.

Ответчик не создал ему безопасных условий труда, что явилось нарушением его нематериального права на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, а также повлекло за собой причинение вреда его здоровью и причинение морального вреда по вине ответчика.

В результате причинения вреда его здоровью (причинение профессионального заболевания от воздействия вредных производственных факторов ш организм), ответчик причинил ему моральный вред и обязан его возместить. Компенсацию морального вреда он оценивает в 1 000 0000 руб. исходя из следующих критериев:

физические болевые ощущения, общее ухудшение состояния здоровья и наличие сопутствующих заболеваний; 

тяжесть и последствия профессионального заболевания, а также утрата профессиональной трудоспособности на 30 %;

наличие и воздействие на предприятии ответчика вредных производственных факторов, в результате которых у меня образовалось профессиональное заболевание;

нравственные страдания (эмоциональные стрессы на болевые ощущения);

отсутствие моей вины в профессиональном заболевании;

отсутствие у меня профессиональных заболеваний до работы у ответчика.

Для защиты своих интересов в суде он заключил договор на оказание юридических услуг с межрегиональным общественным фондом укрепления безопасности труда и защиты прав работников «Безопасный труд». Расходы на оплату услуг представителя по указанному договору составили 10 000 руб.

Кроме того, он понес расходы в размере 1700 руб. на нотариальное удостоверение доверенности, выданной им для оформления полномочий представителя на участие в судебных заседаниях.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил взыскать в ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., 10 000 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя и 1700 руб. в счет возмещения судебных расходов по оформлению доверенности на представителя.

Истец, извещенный о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании иск поддержал, дав пояснения, аналогичные доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании пояснил, что требования истца о компенсации морального вреда в заявленном размере являются завышенными и необоснованными. 

Согласно акту о случае профессионального заболевания от **** у истца возникло профессиональное заболевание нейросенсорная тугоухость двусторонняя 3 степени (выраженная степень снижения слуха). В качестве причины профессионального заболевания в акте указаны повышенный уровень шума 83 дБА при предельно допустимом уровне 80 дБА и уровень общей вибрации (105-104-105) при предельно допустимом уровне общей вибрации (109-109-100).

Однако указание в акте о случае профессионального заболевания на то, что причиной профессионального заболевания у истца явился повышенный уровень общей вибрации является необоснованным, так как в самом акте указано, что общий шум вибрации составлял (105-104-105) при предельно допустимом уровние вибрации (109-109-100). Превышение уровня шума 83 дБА при предельно допустимом уровне 80 дБА является незначительным.

Из представленных ответчиком статистических данных следует, что на железнодорожно-строительных машинах у него занято 1597 машинистов, из них в ПРММ-Чулымская, где работал истец, работает 416 машинистов. При этом ни у кого из указанного количества машинистов профессиональное заболевание в виде тугоухости по причине выявлено не было, в то числе в ПРММ-Чулымская, где работал истец до установления ему профессионального заболевания.

Из представленных истцом медицинских документов следует, что истец ещё в 2010 году находился на лечении в ЛОР-отделении Дорожной клинической больницы на станции Новосибирск-Главный с жалобами на шум в ушах после перенесенного в январе 2010 г. острого гнойного отита слева при наличии перфорации левой бара ЛОР-отделения Дорожной клинической больницы на станции Новосибирск-Главный следует, что с **** по **** истец находился на лечении с диагнозом: Хроническая двусторонняя сенсоневральная тугоухость сосудистого генеза 1 степени. Следовательно, причиной данного заболевания является также патология сосудов, а не только воздействие шума.

Указанные обстоятельства указывают на то, что заболевание у истца вызвано не только производственными процессами, но и индивидуальными особенностями организма, связанными с патологией сосудов, что должно быть учтено при определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемого в пользу истца.

После выявления у истца профессионального заболевания он был переведен на другую работу на инженерную должность по осуществлению контроля за работой путевых машин, оперативному сбору, приему и передачи информации о работе, организации передвижения машин (комплексов) и классных вагонов. Исполнение указанной должности связано с приемом и передачей информации с использованием средств связи, в том числе по телефону. С исполнением данных обязанностей истец справляется.

Истец после установления ему профессионального заболевания каждые полгода проходит медицинские комиссии. При прохождении указанных комиссий от него не поступало жалоб на наличие у него головных болей, головокружения, и ухудшения слуха настолько, что он не способен слышать собеседника.

Поэтому доводы истца о том, что он испытывает головные боли, головокружения и не слышит собеседников не подтверждены объективными доказательствами, а потому являются необоснованными. На этом основании полагает, что размер компенсации морального вреда истцу должен быть определен в минимальном размере - от 20 000 руб. до 40 000 руб.

Выслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 37 Конституции РФ, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Статьей 22 Трудового кодекса РФ предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из положений статьи 237 Трудового кодекса РФ следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от **** N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от **** N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Судом установлено, что истец с 1997 г. работал помощником машиниста на Каргатской дистанции пути, а с 2000 г. до **** – машинистом железнодорожных строительных машин в Путевых Ремннто-Механических мастерских станции Чулымская – СП Западно-Сибирской железной дороги – филиала ОАО "РЖД".

Согласно акту о случае профессионального заболевания от **** в период работы у ответчика в должностях помощника машиниста и машиниста железнодорожных строительных машин вследствие длительного стажа работы у ответчика в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов - 15 лет и 5 месяцев подвергался воздействию шума, инфразвука и вибрации возникло профессиональное заболевание: нейросенсорная тугоухость двусторонняя 3 степени (выраженная степень снижения слуха). Причиной профессионального заболевания послужили: повышенный уровень шума 83 дБА при предельно допустимом уровне 80 дБА, уровень общей вибрации (105-104-105) при предельно допустимом уровне (109-109-100). Общая оценка условий труда на рабочем месте машинист железнодорожно-строительных машин – класс 3 вредный 2 степени.

Наличие вины истца не установлено. Наличие профессиональных заболеваний в 

в Путевых Ремннто-Механических мастерских станции Чулымская – СП Западно-Сибирской железной дороги – филиала ОАО "РЖД", где работал истец, не зарегистрировано.

Согласно светокопии справки по *** серии МСЭ-2011 **, содержание которой ответчиком не оспаривалось, ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности 30% с **** до **** в связи с профессиональным заболеванием.

Таким образом, в период работы у ответчика у ФИО1 возникло профессиональное заболевание, обусловленное воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним трудовых обязанностей в должности машиниста железнодорожно-строительных машин.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от **** "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от **** "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем, ФИО1 в судебное заседание не явился, о причинах неявки суд не уведомил, в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представил доказательств в обоснование указанных им доводов о том, что в связи с полученным профессиональным заболеванием во время работы у ответчика его мучают головные боли, головокружения, он не может вести нормальный активный образ жизни, испытывает чувство физической боли, ощущает неудобства в быту и в общении с другими людьми. 

Напротив, ответчиком представлены доказательства тому, что на истца после установления ему профессионального заболевания приказом от **** **к было возложено исполнение обязанностей инженера, осуществляющего контроль за работой путевых машин, оперативный сбор, прием и передачу информации о работе, организацию передвижения машин (комплексов) и классных вагонов. Приказом от **** **к истец был переведен на должность диспетчера с ****.

После установления истцу профессионального заболевания он каждые полгода проходил врачебно-экспертные комиссии (ВЭК) второй поликлиники НУЗ ДКБ на станции Новосибирск-Главный, на которых жалоб на наличие у него головных болей и головокружений не заявлял, по заключением всех проведенных в отношении него ВЭК медицинских противопоказаний для исполнения возложенных на него обязанностей сменного инженера, а в последующем исполнения должности диспетчера выявлено не было.

На основании представленных истцом выписных справок ЛОР-отделения НУЗ Дорожная клиническая больница на станции Новосибирск –Главный (2293476, 2292287, 2929820) установлено, что истец в период с 2005 г. по 2011 г. пять раз находился на лечении в данном лечебной учреждении с диагноз: Хроническая сенсоневральная тугоухость сосудистого генеза. В том числе с **** по **** истец находился на лечении после перенесенного им острого гнойного среднего отита слева с диагнозом: Хроническая двусторонняя сенсоневральная тугоухость 1 степени сосудистого генеза. Перфорация левой барабанной перепонки.

Указанные обстоятельства указывают на то, что уже в 2005 г. истец уже имел хроническое заболевание – двухстороннюю сенсорную тугоухость сосудистого генеза, которое обусловлено патологией сосудов, а в 2010 г. после перенесенного острого гнойного среднего отита у истца была выявлена пефорация левой барабанной перепонки.

Из представленных ответчиком сведений следует, что у него на железнодорожно-строительных машинах у него занято 1597 машинистов, из них в ПРММ-Чулымская, где работал истец, работает 416 машинистов. При этом ни у кого из указанного количества машинистов профессиональное заболевание в виде тугоухости по причине выявлено не было, в то числе в ПРММ-Чулымская, где работал истец до установления ему профессионального заболевания.

Данные сведения подтверждаются актом о случае профессионального заболевания в отношении истца, в котором указано, что наличие профессиональных заболеваний по месту работы истца не зарегистрировано. 

Указанные обстоятельства дают суду основания для вывода, что установленное истцу заболевание нейросенсорная тугоухость 3-степени (выраженная степень снижения слуха обусловлено не только вредными производственными факторами но и уже имевшимся у истца в 2005 г. хронического заболевания – Хроническая сенсоневральная тугоухость с двух сторон 1 степени сосудистого генеза, т.е вызвано и воздействием шума, превышающего предельно допустимые уровни, согласно п. 20 акта о случае профессионального заболевания, так и индивидуальными особенностями истца.

Доказательств наличия причинно-следственной связи между профессиональным заболеванием с имеющимися у истца сопутствующими заболеваниями истцом также не представлено. 

Учитывая вышеизложенные обстоятельства и принимая во внимание, что установлен факт причинения вреда здоровью истца профессиональным заболеванием с утратой профессиональной трудоспособности в размере 30%, которая наступила вследствие неэффективности средств индивидуальной защиты, суд с учетом требований разумности и справедливости приходит к убеждению, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 60 000 руб. 

В связи с обращением в суд истцом были понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 руб. и 1700 руб. в связи с оформлением доверенности на представителя, что подтверждается двумя договорами оказания юридических услуг **/п от **** и ** от ****, кассовым чеком Фонда "Безопасный труд" от 08.12.202016 и квитанцией к приходному кассовому ордеру Фонда "Безопасный труд" без номера от **** о принятии 10 000 руб. по договору **/п., а также сведениями из представленной нотариально удостоверенной доверенности о взыскании за её удостоверение по тарифу 1700 руб.

Поскольку представителем ответчика не было заявлено возражений против требования истца о возмещении расходов по оплате услуг представителя в размере 10 000 руб., суд полагает возможным на основании ст. 100 ГПК РФ взыскать с ответчика в пользу истца 10 000 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя.

Требование истца о возмещении расходов на оформление доверенности в размере 1700 руб. удовлетворению не подлежит, так как доверенность была выдана не связи с данным конкретным делом, но также на представление интересов истца по уголовным и административными делам, а также на представление его интересов в правоохранительных органах, органах прокуратуры, в Р. Союзе Автостраховщиков, инспекция Федеральной налоговой службы и т.п.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец освобожден на основании подп. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 194, 198, 103 ГПК РФ, суд

решил:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО "Р. железные дороги" в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 69 000 руб. и 10 000 руб. в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя.

Взыскать с ОАО "Р. железные дороги" в доход бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд через Железнодорожный районный суд *** в течение десяти дней со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья А.А. Буйлук