УИД: 18RS0001-01-2024-005247-85

Дело № 2-585/2025

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 августа 2025 года Ленинский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Семеновой Е.А.,

при секретаре Лекомцевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным, просил признать недействительной (притворной) сделку, заключенную между ФИО2 и ФИО3 – договор дарения от 16.11.2020 квартиры площадью 23,7 кв.м., кадастровый №, расположенной по адресу: УР, 

<

адрес>.

Требования мотивированы тем, что 13.04.2017 года между истцом и ответчиком ФИО3 был зарегистрирован брак. В период брака 16.11.2020 году между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор дарения квартиры по адресу: УР, 

<

адрес>. Договор дарения истец считает недействительным, поскольку нотариально удостоверенного согласия истца на совершение сделки ФИО3 получено не было, в связи с чем, права истца были нарушены. 

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, указав, что исковые требования поддерживает, также представил письменные пояснения, в которых указал, что квартира по адресу: УР, 

<

адрес> приобретена в браке на совместные денежные средства истца и ответчика, является совместно нажитым имуществом. В квартире проживает он и его жена ФИО3 ФИО2 в квартире никогда не проживал. Истцу о сделке ничего известно не было, согласия на совершение сделки у него никто не отбирал, он согласие бы не дал. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила заявление, в котором признала исковые требования ФИО1 о признании договора дарения недействительным. Просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Последствия признания исковых требований в соответствии со ст. 173 ГПК РФ ей разъяснены и понятны. Также указала, что квартира по адресу: УР, 

<

адрес> является совместной собственностью ее и истца, истцу о заключении договора дарения известно не было, согласие супруга на сделку получено не было. Квартира по акту приема-передачи ФИО2 не передана, он в квартире никогда не проживал, в квартире живут она и ее муж.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил заявление, в котором признал исковые требования ФИО1 о признании договора дарения недействительным. Просил рассмотреть дело в его отсутствие. Последствия признания исковых требований в соответствии со ст. 173 ГПК РФ ему разъяснены и понятны. Также указал, что согласие супруга матери ФИО3 на дарение квартиры по адресу: УР, 

<

адрес> получено не было. Квартира по акту приема-передачи ему не передавалась, он в квартире никогда не проживал, проживать не планировал, у него есть своя квартира, в которой он проживает с супругой.

В судебное заседание представитель третьего лица ПАО Сбербанк, привлеченного к участию в деле определением от 02.07.2025, не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил.

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Суд, заслушав участников процесса, изучив и исследовав материалы гражданского дела, пришел к следующему. 

ФИО1 и ФИО3 со 13.04.2017 года и по настоящее время состоят в зарегистрированном браке, что подтверждается свидетельством о заключении брака І-МВ № выданным ДД.ММ.ГГГГ. 

В период брака ФИО1 и ФИО3 купили квартиру по адресу: УР, 

<

адрес>, регистрация права собственности 24.03.2020 г. на ФИО3

16.11.2020 года между ФИО3 и ФИО2 был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО3 (даритель) подарила в собственность ФИО4 (одаряемого) однокомнатную квартиру назначение: жилое, этаж 15, общая площадь 23,7 кв.м., кадастровый №, адрес: УР, 

<

адрес> (п. 1 договора).

Договор подписан ФИО3 и ФИО2, зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР 03.03.2021.

Как следует из Выписки из ЕГРН собственником спорной квартиры является ФИО2

Истец оспаривает указанный договор дарения по отчуждению недвижимого имущества по мотивам отсутствия согласия второго супруга на совершение сделки. 

В соответствии со статьей 35 Семейного кодекса Российской Федерации при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (пункт 2). Для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга (пункт 3).

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно абзацу 1 пункта 2 названной нормы требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, сделка с недвижимым имуществом или требующая нотариального удостоверения и (или) регистрации, совершенная одним из супругов, являющихся участниками совместной собственности, и не соответствующая требованиям пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, является оспоримой.

В определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июля 2021 года, от 15 сентября 2015 года N 1830-О, от 24 декабря 2013 года N 2076-О, от 23 апреля 2013 года N 639-О и других указано на то, что положения Семейного кодекса Российской Федерации, регламентирующие распоряжение находящимся в совместной собственности супругов имуществом и устанавливающие среди прочего требование о необходимости получения для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью или сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) государственной регистрации нотариально удостоверенного согласия другого супруга, направлена на конкретизацию положений статьи 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и обеспечение баланса не только имущественных интересов членов семьи, но и иных участников гражданского оборота.

Таким образом, на отчуждение совместно нажитого имущества одним из супругов, требуется согласие другого супруга. Такого согласия на отчуждение имущества истец ответчику не давал.

В ходе рассмотрения дела ответчики исковые требования о признании договора дарения от 16.11.2020 года недействительным признали, последствия признания исковых требований разъяснены и понятны. 

С учетом представленных суду доказательств, у суда нет оснований не принять признание иска ответчиками, признание выражено добровольно, оформлено письменно. В соответствии со ст. 173 ГПК РФ принятие признания иска судом является основанием для удовлетворения исковых требований.

Суд, исходя из установленных обстоятельств по делу, принимая во внимание признание ответчиками исковых требований в полном объеме, удовлетворяет требование истца и признает договор дарения от 16.11.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО2 недействительным, а также считает необходимым применить последствия недействительности сделки, прекратив право собственности на объект недвижимости за ФИО2

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ в пользу истца подлежат взысканию с ответчиков расходы по уплате госпошлины в размере 3000 руб., по 1500 руб. с каждого. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным удовлетворить.

Признать договор дарения от 16 ноября 2020 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2 на отчуждение квартиры площадью 23,7 кв.м., кадастровый №, расположенной по адресу: УР, 

<

адрес>, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки путем прекращения права собственности за ФИО2 на объект недвижимости: квартира площадью 23,7 кв.м., кадастровый №, расположенная по адресу: УР, 

<

адрес>, недействительным.

Взыскать с ФИО2 паспорт № ДД.ММ.ГГГГ МВД по УР, в пользу ФИО1, паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ МВД по УР, государственную пошлину в размере 1500 руб. 

Взыскать с ФИО3 паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ МВД по УР года, в пользу ФИО1, паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ МВД по УР, государственную пошлину в размере 1500 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца через Ленинский районный суд г. Ижевска УР со дня изготовления мотивированного решения.

Решение в окончательной форме изготовлено 29 августа 2025 года.

Судья Семенова Е.А.