УИД 22RS0067-01-2023-002410-35

дело № 2-129/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

21 февраля 2024 года г.Барнаул 

Октябрьский районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи: Макеевой Ю.Н.,

при секретаре: Кречетовой А.Д., 

с участием помощника прокурора Октябрьского района г.Барнаула Овсянниковой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Алтайской региональной общественной организации «Защита прав потребителей» в интересах ФИО1 (паспорт №) к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» (ИНН №) о взыскании денежной компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Алтайская региональная общественная организация «Защита прав потребителей» обратилась в суд в интересах ФИО1 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 1000000 руб., а также штрафа.

В обоснование исковых требований, с учетом уточнения в ходе рассмотрения дела, указано, что ДД.ММ.ГГГГ мама истца - ФИО2 была госпитализирована в стационар ответчика в связи с переломом бедра, где ей в тот же день наложили скелетное вытяжение за мыщелки правой бедренной кости. При поступлении, ФИО2 сделали тест на короновирус, ДД.ММ.ГГГГ получили отрицательный результат и перевели ее в отделение травматологии с назначением оперативного лечения на ДД.ММ.ГГГГ. Также ДД.ММ.ГГГГ выполнили ФГДС, рентгенографию легких.

ДД.ММ.ГГГГ операция не состоялась, так как у ФИО2 случился инфаркт и больная помещена в реанимационное отделение.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась на искусственной вентиляции легких и впоследствии, учитывая перенесенный инфаркт, перелом бедра, а также неподвижное положение, у нее началась двусторонняя гнойная пневмония. Лечение гнойной пневмонии ФИО2 не проводилось, мер по предотвращению сепсиса не применялось. Повторно оперативное вмешательство назначено на ДД.ММ.ГГГГ, о проведении в установленный срок операции истцу не известно. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 диагностирован делирий. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 перевели в ковидное отделение в связи с положительным тестом на ковид. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. При этом, причина смерти, установленная в медицинском освидетельствование не совпадает с диагнозом, установленным в посмертном эпикризе. 

По мнению истца, проводимое в стационаре лечение не соответствовало диагнозу, способствовало ухудшению состояния здоровья ФИО2, которая поступила с переломом бедра и никаких иных признаков заболеваний не имела, в том числе признаков инфекционного заболевания. В период нахождения в стационаре с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получила осложнения - повторный инфаркт миокарда (тропонинпозитивный инфаркт миокарда без уточнения локализации), инфекционно-токсический и кардиогенный шок, декомпенсацию сердечной деятельности, сепсис, септический шок, септицемию неуточненную, двухстороннюю вирусную полисегментарную пневмонию ОДН 3 ст., острую почечную недостаточность, стенокардию, полиорганную недостаточность и ее прогрессирование, ателектаз легкого (МКБ J98.1), острую дыхательную недостаточность, двухсторонний гидроторокс, ПИКС (постинфарктный кардиосклероз), легочную гипертензию с застоем по МКК, аневризматическое выпячивание апикального сегмента нижней стенки, частичный адгеолизис, парез толстого кишечника, экстрасистолию, пролежни на крестце 3 стадии (повреждение кожи и мышечной ткани), короновирусную инфекцию Covid-19.

Оперативное вмешательство ФИО2 проведено через 12 дней после получения травмы в виде перелома, при этом медицинские документы не содержат оснований которые не позволили бы вовремя провести оперативное лечение. В связи с тем, что ФИО2 была помещена на вытяжку и была не подвижной у нее развились проблемы с легкими – скопление жидкости, застой, гной, сепсис, делирий. Болевой синдром ФИО2 не оценен по визуально-аналоговой шкале, назначенное только с ДД.ММ.ГГГГ обезболивающее недостаточно, не проведена коррекция водно-солевого баланса. ФИО2, с диагнозом ишемической болезни сердца, не имела достаточных осмотров кардиологом, в том числе перед оперативным вмешательством. ФИО2 не сделали ЭКГ накануне операции. Возможно из-за недостаточного обезболивания и произошли указанные в документах инфаркты миокарда (в документах установлено, что ДД.ММ.ГГГГ произошел повторный инфаркт, однако мать истца при поступлении имела только ишемическую болезнь сердца). Данные обстоятельства по мнению истца соответствуют дефекту 3.2.1. (невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи), дефекту 3.2.2. – невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи. 

Медицинские документы также велись с нарушением, отсутствует информированное согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленный законодательством РФ случаях. Причина оперативного вмешательства «катетеризация центральной вены» не указана, согласие на данное вмешательство не получено, необходимость консилиума противоречива. Гемодиализ также проведен без согласия пациента или его законного представителя. Лечение по диагнозу – covid не нашло своего подтверждения, что ставит под сомнение применение надлежащего лечения в данной области, а может и полное отсутствие такого заболевания. Надлежащего лечения от инфаркта, который случился у ФИО2 находясь в стационаре, не усматривается. 

Таким образом, с даты поступления к ответчику ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находилась без надлежащего лечения перелома бедра, без назначения и приема обезболивающих препаратов, без лечения антибиотиками гнойной пневмонии, в связи с чем получила ряд осложнений, в том числе и заражение ковид. Неоднократные тесты на ковид свидетельствовали о сомнениях медицинских работников, что в стационаре нет данной инфекции, что соблюдаются все меры безопасности. Короновирусную инфекцию ФИО2 получила после поступления в стационар, так как тесты от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ были отрицательными. Истец ставит под сомнения факт наличия в принципе данного заболевания.

Между допущенным ответчиком дефектом оказания медицинской помощи и смертью ФИО2, которая получила заражение инфекционного заболевания в помещении стационара имеется прямая и косвенная причинно-следственная связь. Действиями ответчика причинен вред здоровью матери истца, который повлек тяжкие последствия и стал угрозой ее жизни. Медицинская помощь была оказана с дефектами. К ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получила множественные нарушения организма, которые угрожали ее жизни. Квота ОМС ВМП на лечение ФИО2 была выделена несвоевременно, только после того как у нее возникла угроза для жизни и множественные осложнения, что также по мнению истца являлось необъективной причиной затягивания операции, повлекшей осложнения, угрожающие жизни.

Смерть ФИО2, приходившейся мамой истцу, является для нее, невосполнимой утратой, вследствие которой безвозвратно нарушено личное неимущественное право истца на семейные, родственные отношения, учитывая особые близкие отношения между истцом и погибшей, как матери и дочери. При этом в документации не установлено, как требует закон, лечащего специалиста, который бы отвечал полностью за состоянием больного, поступившего на лечение. 

Также истец указывала на приобщение к материалам гражданского дела подложных документов, указывая, что имеется разница между документами представленными в следственный комитет в рамках проверки и в гражданский процесс. 

Принимая во внимание положения вышеприведенных правовых норм, учитывая индивидуальные особенности истца, доводы, приведенные истцом в обоснование иска, свидетельствующие о степени перенесенных нравственных и физических страданий, требования разумности и справедливости, оценивая в совокупности виновные действия ответчиков, истец считает возможным определить размер компенсации морального вреда 1 000 000 рублей, а также штраф.

В судебном заседании истец и представители процессуального истца поддержали исковые требования в полном объеме. 

Представители КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в судебном заседании исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать. 

В ходе рассмотрения дела судом к участию в качестве соответчиков привлечены Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Алтайского края, Министерство здравоохранения Алтайского края, Управление имущественных отношений Алтайского края.

Представитель Территориального фонда обязательного медицинского страхования Алтайского края, представитель Министерства здравоохранения Алтайского края, третье лицо ФИО7 в судебном заседании полагали исковые требования не подлежащими удовлетворению. 

Представитель Управления имущественных отношений Алтайского края в судебное заседание не явился, извещен надлежаще.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со статьей 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина вследствие недостатков услуги, подлежит возмещению лицом, оказавшим услугу, независимо от наличия вины.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (стати 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В ходе рассмотрения дела установлено, что истец ФИО1 является дочерью ФИО2

года ФИО2 получила травму бедра в связи с чем бригадой скорой медицинской помощи была госпитализирована в стационар КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи».

В тот же день ФИО2 провели операцию наложения скелетного вытяжения за мыщелки правой бедренной кости, сделали тест на короновирус и поместили на лечение, указав на необходимость оперативного вмешательства.

ДД.ММ.ГГГГ пришел отрицательный результат теста на короновирус и ФИО2 перевели в отделение травматологии.

Согласно медицинским документам, при поступлении помимо перелома ФИО2 имела следующие заболевания - гипертоническая болезнь, сахарный диабет 2 тип, ишемическая болезнь сердца, пупочная грыжа. 

ФИО2 провели ФГДС, установив хронический смешанный гастрит, а также сделали рентгенограмму легких, согласно которой у ФИО2 имелись признаки кардиальной недостаточности с застоем в легких. Признаки наличия жидкости в правой плевральной полости.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 сделали УЗИ (дуплекс вен нижних конечностей), согласно которому признаков тромбоза вен нижних конечностей в осмотренных участках не выявлено. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 сделали УЗИ плевральной полости и согласно заключению в плевральной полости слева лоцировалось около 200 мл свободной жидкости, в плевральной полости справа лоцировалось около 500 -550 мл свободной жидкости. Справа ателектаз легкого, размером 18,3 мм. Намечена точка для пункции.

Кроме того ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 сделали ЭКГ, по результатам которой заключили возможную гипертрофию ЛЖ, умеренные изменения в метаболизме миокарда. В тот же день, ФИО2 была осмотрена кардиологом, который диагностировал ишемическую болезнь сердца, постинфарктный кардиосклероз, гипертоническую болезнь 3 степени, риск 4. ХСН 2 ст. Двусторонний гидроторакс. Сахарный диабет 2 типа. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 сделали УЗИ плевральной полости и согласно заключению в плевральной полости слева лоцировалось около 250 мл свободной жидкости, в плевральной полости справа лоцировалось около 300 мл свободной жидкости. Справа ателектаз легкого, размером 28х12 мм. Слева ателектаз легкого, размером 28х11 мм.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вводились препараты с целью обезболивания и седации, а также с целью профилактики тромбоэмболических осложнений.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведена трансфузия эритроцитарной массы.

Также ДД.ММ.ГГГГ проведено КТ ОГК (без контрастирования). Согласно заключению у ФИО2 имеется пневмоторакс справа небольшим объемом. Гидроторакс с обеих сторон умеренным объемом. Компрессия нижней доли слева. Признаки легочной гипертензии с застоем по МКК.

Согласно медицинским документам ДД.ММ.ГГГГ констатировано тяжелое состояние, без динамики. На ИВЛ через маску, аускультативно дыхание проводится с 2-х сторон по всем полям. Гемодинамика стабильная на фоне инфузии. Живот мягкий при пальпации. Ттела36,60С.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведена эхокардиография согласно которой установлено Фиброзно-склеротические изменения аорты и АоК. Кальциноз АоК 2ст. Небольшой склеротический аортальный стеноз, небольшая аортальная недостаточность. Фиброзно-склеротические изменения МК, ФК МК и головок папиллярных мышц. ФИО3 МК 2 ст. Небольшой склеротический митральный стеноз. Небольшая умеренная митральная недостаточность. Умеренное увеличение левого предсердия. Небольшая трикуспидальная регургитация. Умеренная гипертрофия миокарда ЛЖ. S-образная деформация МЖП с утолщением базального отдела до 19мм с обструкцией в ВОЛЖ. Небольшое снижение сократительной способности миокарда ЛЖ. Аневризматическое выпячивание апикального сегмента нижней стенки. Гипокинез верхушки по всем стенкам.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осмотрена совместно с главным врачом. Состояние тяжелое, обусловлена полиорганной недостаточностью. Дыхание ИВЛ через назоэндотрахеальную трубку. Аускультативно выслушивается дыхание по всем легочным полям, хрипов нет. Поддержка возопрессорами. Живот мягкий, умеренно болезненный в левой подвздошной области. Ттела37,30С. Диурез за прошедшие сутки 900 мл.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 провели УЗИ плевральной полости, согласно заключения в плевральной полости слева лоцируется около 150-200 мл свободной жидкости. В плевральной полости справа лоцируется около 200-250 мл свободной жидкости. Справа ателектаз легкого, размерами 28 мм. 

Согласно рентгенографии легких от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 имеет признаки гидроторакса с обеих сторон, картина без динамики. По лапароскопии - внутрибрюшные спайки. Частичный адгеолизис. Пупочная грыжа. Признаки гипотонии тонкого и пареза толстого кишечника. Добавочные доли печени. Долихосигма.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведена электрокардиограмма, согласно заключению ритм синусовый, ЧСС 100/мин., тахикардия. Единичная предсердечная экстрасистолия. Возможно, нагрузка на левый желудочек. Нарушение реполяризации боковой стенки. В тот же день проведен сеанс гемодиализа, осложнения во время трансфузии нет. 

ДД.ММ.ГГГГ кардиолог констатировал тяжелое состояние ФИО2 Продуктивного контакта нет. На ИВЛ. Со слов врача, ДД.ММ.ГГГГ – явления шока. По ЭКГ – ритм синусовый. Диагноз: ИБС, Тропонин-позитивный инфаркт миокарда от ДД.ММ.ГГГГ, без уточнения локализации. ХСН 2А ст. Кардиогенный шок от ДД.ММ.ГГГГ + инфекционно-токсический. Гипертоническая болезнь III ст. Повторно взят мазок на COVID-19, результат от ДД.ММ.ГГГГ отрицательный. 

По КТ ОГК (без контрастирования) от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 двусторонние полисегментарные инфильтративные изменения. Гидроторакс с обеих сторон, больше справа.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подготовлена к операции, ей проведено УЗИ (дуплекс вен нижних конечностей), ЭКГ, проведен сеанс гемодиализа,.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведена трансфузия эритроцитарной массы, ДД.ММ.ГГГГ проведен сеанс гемодиафильтрации (показания почечные: гиперазотемия, избыток жидкости).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведена операция «Реконструктивно-пластическая операция по восстановлению длины конечности и устранению угловой деформации. Комбинированный последовательный чрезкостный и внутрикостный остеосинтез правого бедра штифтом с блокированием PFNL Trauson».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 проведено КТ ОГК, согласно заключению КТ-картина с отрицательной динамикой от ДД.ММ.ГГГГ. двусторонние полисегментарные интерстиционально-инфильтративные изменения, вероятно вирусной этиологии. КТ2. Гидроторакс с обеих сторон, больше справа. Компрессия нижней доли справа.

По ЭКГ от ДД.ММ.ГГГГ ритм синусовый с ЧСС 100 в мин., тахикардия. Экстрасистол не зарегистрировано. Сохраняется ишемия в верхушке, боковой стенке менее выражена.

ДД.ММ.ГГГГ врач-травматолог констатировал общее состояние ФИО2 тяжелое. ИВЛ. Сознание – медикаментозно загружена. Повязки правого бедра сухие. Раны чистые, спокойные, отек мягких тканей уменьшается. Рефлексы на нижних конечностях сохранены. Выписана с улучшением, дальнейшее лечение будет продолжено в рамках ОМС. Диагноз заключительный клинический: S72.20 - подвертельный перелом закрытый правого бедра с угловой деформацией 30 градусов и укорочением конечности более 3 см. Сопутствующий диагноз: N19 - почечная недостаточность неуточненная; I11.0 - Гипертензивная [гипертоническая] болезнь с преимущественным поражением сердца с (застойной) сердечной недостаточностью ХСН 2-3; I21.9 - Острый инфаркт миокарда неуточненный. Осложнения: I27.9 - Легочно-сердечная недостаточность неуточненная.С ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 вводят наркотические и психотропные лекарственные препараты с целью обезболивания и седации. 

ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> ФИО2 осмотрена лечащим врачом, общее состояние тяжелое, в сопоре. На ИВЛ. 

ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> состояние ФИО2 очень тяжелое. ИВЛ в прежнем режиме.

ДД.ММ.ГГГГ.ФИО2 осмотрена совместно с и.о. зав. ОАиР ФИО9, состояние тяжелое, тяжесть обусловлена 2-х сторонней пневмонией вирусной этиологии (COVID-19), олигурией. ИВЛ через назотрахеальную трубку. Аускультативно дыхание выслушивается с 2-х сторон. Проводится постоянная инфузия вазопрессоров. Диурез: анурия. Ттела37,10С. Планируется перевод в профильное отделение (COVID-19).

ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> выписана для лечения в КОВИД-госпитале. Клинический диагноз: Т93.1 - Последствия перелома бедра. Сопутствующий диагноз: I21.9 - Острый инфаркт миокарда неуточненный. J12.9 - Вирусная пневмония неуточненная. Осложнения: А41.9 - Септицемия неуточненная: N17.8 - Другая острая почечная недостаточность.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 выполнена операция: «Чрескожная дилятационная трахеостомия». 

ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> состояние ФИО2 тяжелое. На ИВЛ через трахеостому. Дыхание проводится с 2-х сторон. 

ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> несмотря на проводимое лечение в полном объеме, у ФИО2 произошла остановка сердечной деятельности через асистолию. Реанимационные мероприятия в течение 30 минут (08:00-08:30):

Вероятная причина смерти: вирусная 2-х сторонняя пневмония. Сепсис. Септический шок. Полиорганная недостаточность.

Также судом установлено, что истец ФИО1 обращалась к Министру здравоохранения РФ с просьбой провести расследование по факту смерти ее матери.

В результате обращения, Алтайским филиалом ООО «СМК РЕСО-Мед» проведены контрольно-экспертные мероприятия качества медицинской помощи ФИО2 по профилям «Терапия», «Кардиология», «Анестезиология и реанимация», «Травматология и ортопедия». 

По результатам установлено, что: 

- за период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по профилю «Терапия и геронтология» дефектов не выявлено. По профилю «Кардиология» установлено отсутствие осмотра кардиолога после ДД.ММ.ГГГГ, в том числе перед оперативным вмешательством, отсутствие ЭКГ накануне операции, что соответствует дефекту 3.2.1; по профилю «Анестезиология и реанимация», установлено нарушение срока оперативного лечения (свыше 48 часов), болевой синдром не оценен по визуально-аналоговой шкале, назначенное обезболивающее недостаточно, не проведена коррекция водно-электролитного баланса, что соответствует дефекту 3.2.2; по профилю «Травматология и ортопедия» дефектов оказания медицинской помощи не выявлено; 

- за период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по профилю «Терапия», «Анестезиология и реанимация», «Травматология и ортопедия» медицинская помощь оказано правильно и в полном объеме; по профилю «Кардиология» отмечено отсутствие осмотра кардиолога в динамике, вклеено заключение кардиолога от 08.11.2020г., что недостаточно для осмотра пациента с ИБС, нет ЭКГ перед оперативным вмешательством, проведенным ДД.ММ.ГГГГ Данные нарушения расценены кардиологом как дефект 3.2.1. 

- по истории стационарного больного № (1 койко-день в отделении реанимации) по профилю «Анестезиология и реанимация», дефектов не выявлено, в связи с отсутствием в реестрах счетов данного вида медицинской помощи. 

- за период лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по профилю «Анестезиология и реанимация» - дефектов не выявлено; по профилю «Кардиология» установлено отсутствие консультации кардиолога с учетом острого инфаркта миокарда от ДД.ММ.ГГГГ, что соответствует дефекту 3.2.1, а также ведение документации – дефект 2.13. 

За данные нарушения КГБУЗ «Краевая клиническая больница СМП» применены меры финансового реагирования в виде неполной оплаты и штрафные санкции. 

Также установлено, что в результате обращения ФИО1 к руководителю Октябрьского МСО г.Барнаул СУ СК РФ по Алтайскому краю по факту смерти ее матери ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в возбуждении уголовного дела по ст.109 УК РФ отказано в связи с отсутствием в действиях ФИО8, ФИО9, ФИО10 состава преступления.

Что касается обращения ФИО1 в следственный отдел Октябрьского района г.Барнаула СУ СК РФ по Алтайскому краю на нарушение КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» санитарных норм послуживших причиной смерти ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по данному факту также было отказано в связи с отсутствием в действиях ФИО11 составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст.293, п.«в» ч.2 ст.238 УК РФ. 

При рассмотрении дела судом назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено АНО Центральное бюро судебных экспертиз №.

Согласно экспертному заключению №-МЭ, в приемном отделении на основании жалоб, анамнеза заболевания и жизни, данных объективного осмотра, с учетом результатов рентгенологического исследования костей таза, был установлен диагноз – закрытый косой перелом правой бедренной кости в верхней трети со смещением отломков и угловой деформацией 250. Укорочение правой ноги 3 см. Сахарный диабет 2 тип, ИБС, гипертоническая болезнь, пупочная грыжа. В последующем, при проведении дополнительных исследований диагноз был уточнен. 

Установлен клинический диагноз: Основной: МКБ-10: S72.20 - Закрытый винтообразный подвертельно-диафизарный перелом правой бедренной кости с угловой деформацией (250). Относительное укорочение правой нижней конечности 4.0 см.

Сопутствующий: ИБС, ПИКС. Гипертоническая болезнь 4 ст., ХСН 2А ст. Повторный инфаркт миокарда. Кардиогенный шок. Двусторонний гидроторакс. Острая дыхательная недостаточность. Хроническая почечная недостаточность. Сахарный диабет 2 тип. Хронический смешанный гастрит.

Таким образом, диагноз ФИО2 в приемном покое КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» был установлен правильно и в полном объеме. 

Тактика лечения ФИО2 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» по основному заболеванию S72.20 - Закрытый косой перелом правой бедренной кости в верхней трети со смещением отломков и угловой деформацией 250. Укорочение правой ноги 3 см. подобрана неправильно, операция «Интрамедуллярный блокируемый остеосинтез правого бедра штифтом PFNL» выполнена в не обоснованно поздние сроки - ДД.ММ.ГГГГ (согласно Федеральным клиническим рекомендациям МЗ РФ 2019 г. «Переломы проксимального отдела бедренной кости», данные операции рекомендуется проводить не позднее 48-ми часов с момента поступления в стационар). 

Тактика лечения ФИО2 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в соответствии с установленным диагнозом: U07.1 – Новая коронавирусная инфекция COVID-19, тяжелое течение подобрана верно, соответствовала требованиям Временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 9 (ДД.ММ.ГГГГ), утвержденных Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Тактика лечения ФИО2 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в соответствии с сопутствующим заболеванием: сахарный диабет 2 тип, ИБС, гипертоническая болезнь, пупочная грыжа подобрана верно, соответствовала требованиям регламентирующих документов Минздрава РФ. 

Медицинская помощь ФИО2 в условиях КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» оказывалась в соответствии с требованиями руководящих документов: 

- Приказ Минздрава РФ от 12 ноября 2012г. N 901н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия» (в ред. Приказа Минздрава РФ от 21.02.2020 N 114н);

- Федеральные клинические рекомендации МЗ РФ 2019 г. «Переломы проксимального отдела бедренной кости»;

- Приказ МЗ РФ от 15 ноября 2012 г. N 918н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями».

- Клинические рекомендации – Острый коронарный синдром без подъема сегмента ST электрокардиограммы – 2020 (10.08.2020) – Утверждены Минздравом РФ.

- Приказ Минздрава РФ от 1 октября 2020 г. N 1054н «Об утверждении стандартов медицинской помощи взрослым при сахарном диабете 2 типа»;

- Временные методические рекомендации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 9 (26.10.2020), утвержденными Министерством здравоохранения Российской Федерации.

При оказании медицинской помощи ФИО2 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» выявлены дефекты качества медицинской помощи:

1) Дефект ведения медицинской документации:

- в медицинской карте № КГБУЗ «ККБ СМП» отсутствует подпись пациента в: Добровольном информированном согласии пациента (его представителя) на обследование и лечение от ДД.ММ.ГГГГ, Дополнительном информированном согласии к информированному согласию на медицинское вмешательство (прим. эксперта: о правилах профилактики и возможности заражения COVID-19) от ДД.ММ.ГГГГ; 

- отсутствует информированное добровольное согласие на виды медицинских вмешательств с указанием перечня медицинских вмешательств (Приказ МЗиСР РФот 23 апреля 2012 г. N 390н «Об утверждении перечня определенных видов медицинских вмешательств, на которые граждане дают информированное добровольное согласие при выборе врача и медицинской организации для получения первичной медико-санитарной помощи», Приказ МЗ РФ от 20 декабря 2012 г. N 1177н "Об утверждении порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств, форм информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и форм отказа от медицинского вмешательства");

2) Дефект сбора информации:

- в связи с установленным диагнозом: ишемическая болезнь сердца (ИБС): тропонин-позитивный инфаркт миокарда, согласно Федеральным клиническим рекомендациям МЗ РФ 2019г. «Переломы проксимального отдела бедренной кости», ФИО2 не была осмотрена накануне оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ врачом-кардиологом.

3) Дефект лечения:

- операция: Интрамедуллярный блокируемый остеосинтез правого бедра штифтом PFNL выполнена позднее 48-ми часов от момента поступления пациента в стационар (нарушение Федеральных клинических рекомендаций «Переломы проксимального отдела бедренной кости», 2019, утверждённых МЗ РФ).

Таким образом, при оказании медицинской помощи ФИО2 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» выявлены дефекты качества медицинской помощи: дефект ведения медицинской документации, дефект сбора информации, дефект лечения.

Дефект качества медицинской помощи в виде дефекта ведения медицинской документации не повлиял на исход заболевания (травмы).

Выявленные дефекты качества медицинской помощи: дефект сбора информации (отсутствие осмотра врачом-кардиологом накануне оперативного вмешательства), дефект лечения (поздний срок оперативного лечения – свыше 48-ми часов с момента поступления в стационар) не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода, однако повысили риски развития возможных осложнений.

Вред здоровью ФИО2 при оказании медицинской помощи в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» причинен не был, поскольку под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической целости и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды (Приказ Минздравсоцразвития России от 24 апреля 2008 г. N 194н "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека").

Ввиду отсутствия причинно-следственной связи между дефектами, допущенными при оказании медицинской помощи в КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» (дефект ведения медицинской документации, дефект сбора информации, дефект лечения) и развитием неблагоприятных последствий, степень тяжести вреда здоровью не устанавливается (Методические рекомендации «Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи» (21 июня 2017 г.)

Смерть ФИО2 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>. Согласно врачебному свидетельству о смерти (серия №) от ДД.ММ.ГГГГ, причина смерти: Iа) Острая дыхательная недостаточность (I 96.0) в) Двусторонняя гнойная пневмония (I 18.9).

Первые клинические проявления COVID-19 у ФИО2 появились на 9 день стационарного лечения (по результатам компьютерной томографии органов грудной клетки от ДД.ММ.ГГГГ - двусторонние полисегментарные инфильтративные изменения, гидроторакс с обеих сторон больше справа) от момента госпитализации ДД.ММ.ГГГГ. С учетом продолжительности инкубационного периода новой коронавирусной инфекции COVID-19 14 дней (Временные методические рекомендации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» версия 9 (26.10.2020), утвержденные МЗ РФ).

Таким образом, между выявленными дефектами качества медицинской помощи (дефект ведения медицинской документации, дефект сбора информации, дефект лечения) и неблагоприятным исходом причинно-следственной связи не имеется.

Суд принимает во внимание заключение судебной экспертизы, выводы которой по существу не оспорены сторонами, поскольку оно отвечает требованиям, установленным в статье 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Выводы экспертов основаны на материалах дела и медицинских документах. Экспертиза проводилась врачами, имеющими специальное образование, необходимый стаж работы и соответствующие категории. Заинтересованность экспертов в исходе дела не установлена. В заключение экспертной комиссии подробно и последовательно изложены ход экспертного исследования; анализ представленных материалов и медицинских документов. Оснований не доверять заключению указанных экспертов не имеется.

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО12 подтвердила заключение экспертов, указала, что шкала боли определяется на усмотрение врача. При переломе бедра боли сильные, однако с возрастом чувствительность снижается, поэтому умершая могла ощущать боль не так сильно. Данный болевой синдром жизни не угрожал, также как и перелом бедра при отсутствии тромбоэмболии. Оперативное лечение перелома бедра было отложено в связи с наличием у пациента медицинских противопоказаний и для стабилизации состояния, если бы операцию провели, пациент могла бы скончаться на операционном столе. Формально, в медицинской документации был нарушен протокол по отложению операции. Согласно временным рекомендациям, COVID-19 в пандемию мог быть установлен в том числе по симптоматике и данным КТ. Комиссия экспертов полагает, что до появления матового стекла ДД.ММ.ГГГГ описания КТ с гидротороксом уже свидетельствовали о заражении пациента COVID. Учитывая изложенное, дату анализа и принимая во внимание инкубационный период данного заболевания можно сказать, что заражение могло произойти до поступления пациента в больницу. При поступлении в больницу, согласно документам, ФИО2 обезболивающие препараты не давали, так как это делают врачи скорой помощи. В медицинских документах талон скорой помощи отсутствует, но врачи его скорее всего видели. 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Проанализировав вышеприведенные нормы материального права, разъяснения Верховного суда Российской Федерации, оценив представленные сторонами спора доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, установив, что КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» допущены дефекты качества медицинской помощи матери истца ФИО2 (дефект ведения медицинской документации, дефект сбора информации, дефект лечения) в период госпитализации пациента, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Материалами дела достоверно подтвержден факт нарушения прав истца в сфере охраны здоровья, на получение качественной медицинской помощи, в ходе которой имели место дефекты оказания медицинской помощи в виде нарушения ведения медицинских документов, отсутствие осмотра ФИО2 врачом-кардиологом накануне оперативного вмешательства ДД.ММ.ГГГГ, неверная тактика лечения по основному заболеванию, несвоевременное проведение операции «Интрамедуллярный блокируемый остеосинтез правого бедра штифтом PFNL».

Доводы представителя КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» и представителя Министерства здравоохранения Алтайского края об отсутствии факта нарушения прав истца поскольку дефекты качества медицинской помощи не находятся в причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода и вред здоровью при оказании медицинской помощи ответчиками причинен не был, подлежат отклонению как основанные на неправильном толковании норм материального права, регулирующих спорные правоотношения. 

Судом установлено, что дефекты качества медицинской помощи, оказанной работниками КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в том числе дефект сбора информации (отсутствие осмотра врачом-кардиологом накануне оперативного вмешательства), дефект лечения (поздний срок оперативного лечения – свыше 48-ми часов с момента поступления в стационар) повысили риски развития возможных осложнений. Данные дефекты качества медицинской помощи, также как и нарушения ведения медицинских документов, причиняют страдания как самому пациенту, так и его родственникам и является достаточным основанием для компенсации морального вреда в силу вышеприведенного правового регулирования.

ФИО1 испытывала нравственные страдания вследствие некачественного оказания медицинской помощи, непринятие работниками КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» всех возможных мер для оказания ее матери необходимой и своевременной помощи, что повысило риски развития возможных осложнений. ФИО1 переживала, осознавая страдания матери. 

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной ответчика не представлено относимых и допустимых доказательств отсутствия своей вины, а также правомерности их действий. 

Принимая во внимание степень вины КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи», а именно то обстоятельство, что установленные дефекты не состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО2, что отсутствует степень тяжести вреда ее здоровью; учитывая индивидуальные особенности истца, которая испытывала нравственные страдания, переживая из-за состояния здоровья матери и затягивания сроков ее лечения по основному заболеванию; учитывая изменение истцом в период, рассматриваемых событий, привычного образа жизни в связи с волнением за мать; наличие тесных семейных связей между истцом и ФИО2; конкретные обстоятельства дела, принципы разумности и справедливости, статус ответчика, а именно то, что ответчик является краевым государственным бюджетным учреждением и при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, ими не были приняты исчерпывающие меры для надлежащего исполнения обязательства, суд приходит к выводу о взыскании в пользу истца компенсации морального вреда в размере 200 000 руб. В удовлетворении исковых требований в остальной части суд полагает необходимым отказать. 

Основания для взыскания штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требования потребителя отсутствуют, поскольку медицинская помощь была оказана матери истца бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, при этом в соответствии с частью 8 статьи 84 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", положения Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" применяются к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг.

Доводы стороны истца о подложности документов в ходе рассмотрения дела допустимыми доказательствами не подтверждены, в связи с чем суд не принимает их во внимание. Не принимает во внимание суд и иные доводы стороны истца, в том числе и отсутствие квоты на проведение своевременной операции, заражение инфекционным заболеванием COVID-19 в помещении стационара. Материалами дела данные убеждения истца, также как и иные, не подтвердились. 

Согласно пункту 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

В абзаце четвертом пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью третьей статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1.2 Устава КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» функциями и полномочиями учредителя данного учреждения является ГУ Алтайского края по здравоохранению и фармацевтической деятельности, осуществляющего координацию и регулирование деятельности КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи», в том числе по вопросам сохранности, содержания и использования по назначению государственного имущества, подведомственного Учреждению 

В соответствии с Положением о Министерстве здравоохранения Алтайского края, утвержденного Указом Губернатора Алтайского края от 05 декабря 2016 г. №151, в пределах своей компетенции Министерство осуществляет функции и полномочия учредителя подведомственных краевых государственных учреждений; утверждает их уставы, вносит в них изменения в порядке, установленном законодательством Российской федерации и Алтайского края (пункт 2.1.5).

В соответствии с пунктом 2.1.1 Положения Министерство здравоохранения Алтайского края осуществляет управление, методическое руководство подведомственными краевыми государственными учреждениями, а также контроль их деятельности, в том числе финансово-хозяйственной; финансирование подведомственных краевых государственных учреждений в качестве главного распорядителя финансовых средств, имеющего право распределять средства краевого бюджета.

В соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета (государственного внебюджетного фонда Российской Федерации), бюджета субъекта Российской Федерации (территориального государственного внебюджетного фонда), бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: по иным искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, по которым в соответствии с федеральным законом интересы соответствующего публично-правового образования представляет орган, осуществляющий в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования.

Таким образом, надлежащим ответчиком будет являться собственник имущества Алтайский край в лице Министерства здравоохранения Алтайского края.

В связи с изложенным суд считает необходимым при недостаточности денежных средств у КГБУЗ «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в размере 200 000 руб. взыскать их с собственника имущества Алтайского края в лице Министерства здравоохранения Алтайского края за счет казны Алтайского края.

В силу ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в доход бюджета муниципального образования городского округа – город Барнаул подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб. 

руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковое заявление Алтайской региональной общественной организации «Защита прав потребителей» в интересах ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи», а при недостаточности денежных средств у данного лица с собственника имущества Алтайского края в лице Министерства здравоохранения Алтайского края за счет казны Алтайского края в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница скорой медицинской помощи» в доход бюджета муниципального образования городского округа – город Барнаул государственную пошлину в размере 300 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Барнаула в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: Ю.Н. Макеева