Судья Хуаде А.Х.

Коллегия: ФИО10.(д), ФИО11 и ФИО12

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Президиума Верховного суда Республики Адыгея

25 сентября 2019 г. г. Майкоп

Президиум Верховного суда Республики Адыгея в составе:

председательствующего Шумена Б.А.,

членов президиума: Соловьёвой О.М., Мейстер В.М., Бзегежевой Н.Ш., Глуходед Е.В. и Певнева С.В.,

при секретаре судебного заседания Фазыловой М.В.,

рассмотрел кассационную жалобу ПАО Сбербанк на апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 04.06.2019г. 

Заслушав доклад судьи Верховного суда Республики Адыгея Боджокова Н.К., объяснения представителя кассатора ФИО13, поддержавшей доводы кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу представителя истцов по доверенности ФИО14,

Президиум

У С Т А Н О В И Л:

решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 22.03.2019 года постановлено:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5, ФИО8, ФИО6 о признании недействительными договора дарения 1/3 доли жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенного 01.07.2013 года между ФИО1 и ФИО5, договора купли-продажи 2/3 доли жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3, ФИО2 и ФИО5, договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>, заключенного 05.03.2014 года между ФИО5 и ФИО8, договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу 

<

адрес>, заключенного 20.08.2014 года между ФИО8 и ФИО9 и применении последствии недействительности сделок в связи с необоснованностью и пропуском истцами срока исковой давности.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 04.06.2019г. постановлено:

апелляционную жалобу представителя истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3 - ФИО20 на решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 22.03.2019 удовлетворить.

Отменить решение Майкопского городского суда Республики Адыгея от 22.03.2019 по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании договора дарения и договора купли-продажи жилого дома и земельного участка недействительными.

Вынести по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требования ФИО2, ФИО3 к ФИО4 и ФИО5 о признании договора дарения и договора купли-продажи жилого дома и земельного участка недействительными.

Признать недействительным договор дарения 1/3 доли жилого дома и 1/3 доли земельного участка расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 01.07.2013 года между ФИО1, с одной стороны, и ФИО5 с другой стороны.

Признать недействительным договор купли-продажи 2/3 доли жилого дома и 2/3 доли земельного участка расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 23.12.2013 года между ФИО3, ФИО7, с одной стороны, и ФИО5 с другой стороны.

Признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 05.03.2014 года между ФИО5, с одной стороны, и ФИО8 с другой стороны.

Признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес> заключенный 20.08.2014 года между ФИО8, с одной стороны, и ФИО9 с другой стороны.

Применить последствия недействительности договора купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8 и ФИО9, аннулировать запись о государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество и сделок с ним № от ДД.ММ.ГГГГ и восстановить запись о государственной регистрации права на жилой дом и земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> за ФИО1, ФИО7, ФИО3 в равных долях.

В кассационной жалобе, поступившей в Верховный суд Республики Адыгея 17.07.2019 года ПАО Сбербанк просит отменить апелляционное определение судебной коллегии, ссылаясь на его незаконность и необоснованность. Доводы жалобы сводятся к тому, что выводы судебной коллегии не основаны на доказательствах, представленных в деле, что решение судебной коллегией принято без учета ранее утвержденного судом первой инстанции мирового соглашения от 18.10.2016г., и решения от 10.01.2018г. которым с ФИО9 взыскана задолженность по кредитному договору и обращено взыскание на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>.

Для проверки доводов кассационной жалобы были истребованы гражданские дела по иску ФИО9 к ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО31, ФИО26, ФИО32 и ФИО25 о выселении и снятии с регистрационного учета по адресу 

<

адрес>, дело по иску ПАО Сбербанк к ФИО9 о взыскании задолженности по кредитному договору и обращении взыскания на заложенное имущество – домовладение № по 

<

адрес>.

Проверив доводы кассационной жалобы, Президиум считает, что доводы кассационной жалобы ПАО Сбербанк РФ заслуживают внимания.

Так, Согласно ст. 381 ч. 2 ГПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы судья выносит определение об отказе в передаче жалобы для рассмотрения суда кассационной инстанции, если отсутствуют основания для пересмотра судебных постановлений в кассационном порядке либо о передаче кассационной жалобы с делом для рассмотрения судом кассационной инстанции.

В соответствии ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Согласно п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки (п. 2).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса (п. 6).

Судом первой инстанциями установлено и следует из материалов дела, что спорное имущество представляет собой жилое помещение общей площадью 236,6 кв.м. и земельный участок 842+/10 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Истцы ФИО1, ФИО26 и ФИО27 являлись сособственниками спорного имущества, которым по 1/3 доле в праве общей долевой собственности принадлежало данное имущество.

ФИО1 01.07.2013 года заключила договор дарения с ФИО5, в соответствии с условиями которого она подарила последнему 1/3 доли в праве общей долевой собственности на спорное имущество. В силу п. 7, договор дарения имеет силу передаточного акта.

На основании п. 8 договора одаряемый приобретает право общей долевой собственности на отчуждаемую долю жилого дома и земельного участка после государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Адыгея.

12.07.2013 года договор дарения зарегистрирован в Управлении Росреестра по Республике Адыгея, номер регистрации 01-01-02/151/2013-8.

ФИО26 и ФИО27 23.12.2013 года заключили договор купли-продажи с ФИО5, в соответствии с условиями которого продали последнему 2/3 доли в праве общей долевой собственности на спорное имущество. В силу п. 8, договор купли-продажи имеет силу передаточного акта.

На основании п. 10 договора покупатель приобретает право общей долевой собственности на отчуждаемую долю жилого дома и земельного участка после государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Адыгея.

31.12.2013года договор купли-продажи зарегистрирован в Управлении Росреестра по Республике Адыгея, номер регистрации 01-01-02/155/2013-867.

На основании договора купли-продажи ФИО5 05.03.2014 года продал принадлежащее ему спорное имущества ФИО8, а

года ФИО8 продал спорное имущество ФИО9

ФИО1 ФИО26 и ФИО28 не оспаривали сделки со спорной недвижимостью до их обращения в Майкопский горсуд 09.01.2019г., т.е. за пределами срока исковой давности.

В соответствии с требованиями статей 421. 432, 454-458, 572 Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что все договора содержат, предусмотренные законом существенные условия.

В обоснование недействительности сделок истцы ссылались на то, что, не придавая значения тому, каким видом договора будет оформлено обеспечение заемных обязательств перед займодавцем ФИО4, ФИО1 оформила все необходимые документы, с целью получения в заем денежных средств, не имея намерений на утрату своей собственности.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Однако ФИО1 суду не представила допустимые и достоверные доказательства тому, что между ней и ФИО4 был заключен договор займа, в обеспечение которого займодавцу была передана спорная доля жилого дома и земельного участка по договору дарения, либо, что при передаче указанной доли в дар имело место какое-либо встречное предоставление.

Договор займа в требуемой письменной форме (ст.ст. 807, 808 Гражданского кодекса РФ) не оформлен, расписки о получении, возврате займа не представлены.

Кроме этого, суд первой инстанции обоснованно указал, что истцы не указали, в чем именно выразилось их заблуждение при заключении договора дарения и купли-продажи, а также по каким причинам они при совершении сделок не могли разумно и объективно оценивать ситуацию.

Истцы на дату совершения оспариваемой сделки являлись совершеннолетними, были знакомы с содержанием договора дарения и купли-продажи, сами обратились в Управление Росреестра по Республике Адыгея с заявлением о регистрации перехода права собственности на доли спорного имущества.

Также судом первой инстанции обоснованно указано, что рамках гражданского дела № 2-3607/2016 по иску ФИО9 к ФИО31, ФИО26 и ФИО32 определением Майкопского городского суда от 18.10.2016 года утверждено мировое соглашение, по условиям которого ответчики дали обязательство освободить в добровольном порядке до 30.04.2017 года занимаемое ими домовладение, расположенное по адресу 

<

адрес> и сняться с регистрационного учета.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцами в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ доказательств заключения оспариваемых договоров под влиянием заблуждения, а также заключения с ФИО4 договора займа с обеспечением его исполнения путем передачи в залог спорного имущества под видом договора дарения не представлено, в связи, с чем суд не первой инстанции не усмотрел оснований для признания недействительными оспариваемых договора дарения от 01.07.2013 года, заключенного между ФИО1 и ФИО5 и договора купли-продажи от 23.12.2013 года, заключенного между ФИО2, ФИО3 и ФИО5

При разрешении исковых требований о признании недействительными договоров купли-продажи спорного имущества, заключенных между ФИО5 и ФИО8 и между ФИО8 и ФИО9 суд первой инстанции пришел к выводу о том, что согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Пунктом 1 статьи 302 того же Кодекса установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 10/22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 ГК РФ); когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 ГК РФ.

Из указанных разъяснений постановления Пленума N10/22, а также позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21.04.2003 N 6-П о соотношении положений статей 167 и 301, 302 ГК РФ, о применении последствий недействительности сделки и об истребовании имущества из чужого незаконного владения, следует, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правого механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ; такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются предусмотренные статьей 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество у добросовестного приобретателя.

Поскольку надлежащим способом защиты интересов собственника является виндикационный иск, предъявляемый к последнему приобретателю имущества, правовых оснований для удовлетворения требований о признании недействительными договоров купли-продажи спорного имущества, заключенных между ФИО5 и ФИО8 и между ФИО8 и ФИО9, не имеется.

Что касается пропуска истцами срока исковой давности, то в силу ч. 1 и 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий недействительности сделки составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Представитель ответчика ФИО4 - ФИО29 и сам ответчик ФИО5 заявили о пропуске истцами срока исковой давности.

Ходатайство о восстановлении срока исковой давности истцами не заявлено. 

По мнению представителя ФИО1, срок исковой давности не пропущен, поскольку истцам о нарушении своих прав ей стало известно 18.10.2016 года после утверждения судом мирового соглашения по иску ФИО9 к ФИО31, ФИО26 и ФИО32 о выселении и снятии с регистрационного учета.

Вместе с тем, учитывая, что оспариваемые договор дарения заключен 01.07.2013 года, а договор купли-продажи заключен 23.12.2013 года, с момента их регистрации 12.07.2013 года и 31.12.2013 года истцам было известно об отчуждении ими спорного недвижимого имущества и о приобретении ответчиком ФИО5 права собственности на спорное имущество. 

Обратившись с вышеназванными исковыми требованиями в суд только 09.01.2019 года, истцы пропустили срок исковой давности, что в силу ст. 199 Гражданского кодекса РФ является дополнительным и самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Уважительных причин пропуска, которые бы препятствовали либо затрудняли истцам ФИО1, ФИО26, ФИО3 обратиться в суд за разрешением спора, в течение установленного законом срока исковой давности, ими суду не представлено.

Отменяя решение суда первой инстанции, судебная коллегия указала, что заключая договора дарении и купли продажи истцами с ответчиками у них не было намерения придать значение этим сделкам, что данными сделками были прикрыты договора займа денежных средств, что они не преследовали цели фактического отчуждения спорного недвижимого имущества, посчитав сделки мнимыми, что истцы не пропустили срок исковой давности, поскольку продолжали пользоваться жильем.

Судебная коллегия указала, что наличие оформленных в письменной форме договоров дарения и купли-продажи, как и государственная регистрация перехода права собственности не являются достаточным доказательством фактического исполнения сторонами условий договоров, и не могут быть признаны, правильными в связи с чем, являются недействительными и по смыслу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и расцениваются судом апелляционной инстанции как мнимые сделки.

Президиум считает, что судебной коллегией не учтено, что как следует из материалов гражданского делана № – 3607/2016 по иску ФИО30 к ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО31, ФИО26, ФИО32 и ФИО25 о выселении и снятии с регистрационного учета по адресу 

<

адрес> на момент обращения ФИО9 в суд 15.04.2016г. ФИО1 в данном домовладении не была зарегистрирована и она там не проживала, в связи с чем к ней иск не предъявлялся.

Что касается ответчиков ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24 и ФИО25, то на момент заключения и утверждения судом 18.10.2016г. мирового соглашения по делу они в данном жилом помещении не проживали и не состояли на регистрационном учете, в связи с чем в отношении них ФИО9 отказался от иска и суд прекратил в этой части производство, а ответчики ФИО31, ФИО32 и ФИО26 обязались до 30.04.2017г. освободить жилое помещение. 

Также судебной коллегией не учтено, что в силу п.п. 6, 7 и 10 Договора между ФИО1 и ФИО5 она гарантировала, что Договор заключается не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях и настоящий договор не является для неё кабальной сделкой, что данный Договор является передаточным Актом, что ей известны основания и последствия признания сделки недействительной.

Согласно п.п. 7, 8, 9 Договора купли-продажи жилого дома с земельным участком между ФИО5 с одной стороны и ФИО33 и ФИО2 с другой стороны, продавцы гарантировали, что Договор заключается не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях и настоящий договор не является для них кабальной сделкой, что данный Договор является передаточным Актом, что на регистрационному чете состоят ФИО34, ФИО26, ФИО1 и ФИО32, которые должны сняться с регистрационного учета до 31.01.2014г.

Таким образом, суждения представителя ФИО1 о том, что срок исковой давности не пропущен, поскольку истцам о нарушении своих прав ей стало известно 18.10.2016 года после утверждения судом мирового соглашения по иску ФИО9 к ФИО31, ФИО26 и ФИО32 о выселении и снятии с регистрационного учета не соответствуют материалам дела.

Кроме этого, вступившим в законную силу решением Майкопского горсуда от 10.01.2018г. удовлетворен иск ПАО Сбербанк о взыскании с ФИО9 задолженности по кредиту и обращении взыскания на заложенное имущество – домовладение по адресу 

<

адрес>.

Между тем, ПАО Сбербанк ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции к участию в деле не привлечено, несмотря на то, что принятое судебной коллегией решение напрямую затрагивает интересы ПАО Сбербанка.

Поскольку установлены основания по смыслу статьи ст. 387 ГПК Ф для пересмотра обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке, Президиум считает, что кассационная жалоба ПАО Сбербанк подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 388 и 390 ГПК РФ, Президиум

П О С Т А Н О В И Л:

кассационную жалобу ПАО Сбербанк РФ удовлетворить.

Отменить апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 04.06.2019г. 

и дело возвратить на новое апелляционное рассмотрение.

Председательствующий подпись Б.А. Шумен

Копия верна.

Председательствующий Б.А. Шумен