Мотивированный апелляционный 

приговор

 изготовлен 25.01.2024

Председательствующий – Шаньгин Е.В. Дело № 22-9/2024

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 25.01.2024

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Каркошко А.А.,

судей Шаблакова М.А., Кузнецовой М.Д.,

при ведении протокола помощником судьи Катковской А.С.,

с участием: прокуроров апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области ФИО1, ФИО2,

осужденного ФИО3, его защитника – адвоката Гончарова Д.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО3, его защитника Нохрина И.Г., апелляционному представлению государственного обвинителя Кузнецова Н.В. на приговор Белоярского районного суда Свердловской области от 16.08.2023, которым

ФИО3,

родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>,

ранее судимый:

19.10.2011 Серовским районным судом Свердловской области по п. «б» ч. 3 ст.111 УК РФ к 9 годам лишения свободы. 22.07.2020 – освобожден по отбытии наказания,

осужден по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима, с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ.

Содержится под стражей, срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. В соответствии с п. «а» ч.3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания под стражей с 01.01.2023 по 03.01.2023, с 04.01.2023 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу определена судьба вещественных доказательств, распределены процессуальные издержки.

Заслушав доклад судьи Кузнецовой М.Д. о содержании обжалуемого приговора, апелляционных жалоб и представления, выступления прокуроров МалакавичютеИ.Л., ФИО2, поддержавших доводы представления об отмене приговора с вынесением нового апелляционного приговора и полагавших жалобы не подлежащими удовлетворению, выступления осужденного Ч.А.ВБ., его защитника Гончарова Д.Ю., поддержавших доводы жалоб об отмене приговора с вынесением оправдательного приговора, а представление прокурора полагавших подлежащим оставлению без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором ФИО3 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшему Потерпевший №1, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление, согласно приговору, совершено в период времени с 17:00 до 18:00 31.12.2022 и в период времени с 14:00 до 18:45 01.01.2023 в пос.Белоярская Застава Белоярского района Свердловской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В судебном заседании ФИО3 вину признал частично, а именно не отрицал факта нанесения ударов ножом потерпевшему Потерпевший №1 01.01.2023, пояснил, что наступления смерти потерпевшего не желал, поскольку оборонялся от потерпевшего.

В апелляционных жалобах:

- осужденный ФИО3, выражая несогласие с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, ставит вопрос об отмене приговора. Оспаривая умышленный характер своих действий, отмечает стихийный характер произошедшего, агрессивность потерпевшего по отношению к нему, поскольку Потерпевший №1 во время конфликта бросал в его сторону топор, от которого он смог увернуться. Затем, пока Потерпевший №1 доставал топор из-под стола, он (ФИО3), опасаясь действий потерпевшего, взял со стола нож и стал ударять им Потерпевший №1, между ними происходила борьба. Оспаривает бросок топора в потерпевшего, при этом полагает, что в этой части его показания могла бы подтвердить экспертиза, которая не обнаружила бы на топоре его отпечатков. Однако экспертиза по топору проведена не была. Помимо этого, в качестве неполноты предварительного следствия отмечает, что по делу не была проведена экспертиза задней стенки зеркала, на которой могла быть вмятина от брошенного потерпевшим топора; не проведена экспертиза его куртки, на которой имелся разрез от действий Потерпевший №1 и пятна крови, принадлежность которых не установлена. В связи с этим полагает отсутствие по делу доказательств своей виновности. Отмечает, что потерпевший при допросах его оговаривал, так как телесные повреждения он причинял Потерпевший №1 не 31.12.2022, а 01.01.2023, что могут подтвердить свидетели К., у которого он 31.12.2022 был в гостях, и администратор гостиницы, где он ночевал с 31.12.2022 по 01.01.2023;

- защитник Нохрин И.Г., не соглашаясь с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит приговор отменить и вынести в отношении ФИО3 оправдательный приговор. Выражает несогласие с выводом суда о возникновении у ФИО3 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего 31.12.2022 и продолжение такого умысла до следующего дня – 01.01.2023. Кроме того, усматривает противоречия в том, что при описании деяния суд указал об использовании ФИО3 как ножа, так и топора, а при квалификации действий в качестве предмета сослался лишь на нож. Как нарушение уголовно-процессуального закона отмечает, что по обнаруженному и изъятому из дома потерпевшего топорику следователем не было проведено ни одной экспертизы, вещественным доказательством топорик также не признан. Помимо этого, суд не оценил в приговоре обнаруженное у ФИО3 повреждение в области межреберья, сославшись лишь на получение осужденным повреждения на лице во время падения на пол от действий Потерпевший №1

В апелляционном представлении, дополнении к нему государственный обвинитель Кузнецов Н.В., оспаривая законность приговора в силу неправильной квалификации действий ФИО3, ставит вопрос об отмене приговора и вынесении нового, с квалификацией действий ФИО3 по ч. 3 ст.30, ч. 1 ст.105 УК РФ. По мнению прокурора, факты причинения Ч.А.ВВ. множественных ножевых ранений потерпевшему, неоказания Потерпевший №1 непосредственно на месте преступления медицинской и иной помощи свидетельствуют о наличии у ФИО3 умысла на убийство Потерпевший №1, а не на причинение тяжкого вреда его здоровью. Полагает, что смерть потерпевшего не наступила благодаря активным действиям сотрудников железной дороги и вызванных ими врачей. Кроме того, указывает, что об умысле осужденного на лишение жизни потерпевшего свидетельствуют количество и локализация ножевых ударов, сообщенные Ч.А.ВВ. сведения о совершенном убийстве сотрудникам железной дороги – В. и Е. Полагает, что при вынесении апелляционного приговора не подлежит учету в качестве смягчающего наказание обстоятельства – оказание ФИО3 медицинской помощи потерпевшему, поскольку до сообщения осужденным сведений о совершенном им деянии свидетелю В. прошел достаточный период времени. Сам ФИО3 попыток вызвать скорую помощь не предпринимал. Также не согласен с указанием суда на частичное признание ФИО3 своей вины и раскаяние в содеянном, считает такое признание формальным. Учет этого обстоятельства в качестве смягчающего повлек назначение несправедливого, чрезмерно мягкого наказания. Просит за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, назначить ЧерновуА.В. наказание в виде 10 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

В суде апелляционной инстанции ФИО3, поддержав доводы жалоб, настаивал на том, что 31.12.2022 конфликта между ним и потерпевшим не было, во время конфликта 01.01.2023 он от действий Потерпевший №1 оборонялся.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы жалоб и представления, судебная коллегия приходит к выводу об отмене приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, то есть по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 2 ст. 389.15 УПК РФ.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства и основан на правильном применении уголовного закона.

По смыслу закона в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, исходя из положений п. 2 ст. 307 УПК РФ, должна быть дана оценка всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого.

В соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора должны быть указаны существо преступного деяния, признанного судом доказанным, приведены доказательства, на которых основаны выводы суда и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. При этом доказательства могут быть положены в основу выводов суда лишь после их проверки и оценки по правилам, установленным ст. ст. 87, 88 УПК РФ.

Анализ материалов уголовного дела показал, что судом первой инстанции были допущены нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Согласно приговору, 31.12.2022, в период времени с 17:00 до 18:00 ФИО3, находясь в доме 

<

адрес>, реализуя возникший в ходе конфликта с Потерпевший №1 преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, вооружился ножом, после чего, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желая их наступления, поднес нож вплотную к шее Потерпевший №1, однако последний оказал ФИО3 сопротивление, оттолкнул его от себя, отобрал нож и направился с ним в кухню дома. ФИО3, с целью доведения своего умысла до конца, вооружился топором и, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1 и желая их наступления, произвел замах топором в область передней верхней части туловища Потерпевший №1, однако последний от удара отклонился и выхватил топор у ФИО3, лишив его орудия преступления. После чего ФИО3, отказался от продолжения своих преступных действий и покинул дом Потерпевший №1 по требованию последнего.

01.01.2023 в дневное время ФИО3 вновь прибыл в дом Потерпевший №1, где, продолжая реализацию своего преступного умысла, возникшего 31.12.2022, в ходе ссоры на почве личной неприязни, вооружившись приисканным на месте ножом, нанес им 7ударов по туловищу, шее, верхним конечностям потерпевшего, причинив тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, в виде проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением сальника и иные повреждения, причинившие легкий вред здоровью.

Признавая ФИО3 виновным в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшему Потерпевший №1, опасного для жизни человека, суд указал, что отсутствие у ФИО3 умысла на убийство Потерпевший №1 подтверждается тем, что до, во время или после конфликта осужденный угроз убийством потерпевшему не высказывал, что 31.12.2022 ФИО3 не смог довести. свой умысел на причинение тяжких телесных повреждений Потерпевший №1 до конца, поскольку был изгнан потерпевшим из своего дома.

К такому выводу суд пришел, оценив исследованные доказательства, как не подтверждающие виновность ФИО3 в инкриминируемом ему органом предварительного следствия преступлении.

Приведя в приговоре показания потерпевшего Потерпевший №1 о том, что 31.12.2022 ФИО3 бросал в его сторону топор и приставлял к шее нож, после чего из дома ушел, что 01.01.2023 осужденный пришел вновь, нанес несколько ударов по телу ножом, отчего он потерял сознание; свидетеля М., подтвердившей, что вечером 31.12.2022 она видела Ч.А.ВБ. идущим по дороге в пос. Белоярская Застава Белоярского района Свердловской области; свидетеля В., контролера-кассира поезда, которой осужденный сам рассказал, что убил человека, - суд указал на их согласованность с исследованными письменными материалами дела.

При этом суд не дал оценки показаниям потерпевшего Потерпевший №1 о том, что нож к его шее ФИО3 приставлял 31.01.2022, в этот же день бросал в его сторону топор, что после событий от 01.01.2023 он почти сразу потерял сознание и в чувства пришел в больнице; показаниям свидетеля А., которой ФИО3 сообщил о совершенном им убийстве, не устранил противоречия в показаниях самого ФИО3, данных им в ходе судебного следствия и имеющихся в материалах дела, где он сообщал об отсутствии у потерпевшего признаков жизни на момент его ухода из дома Потерпевший №1

Коме того, суд посчитал достаточной совокупность представленных по делу доказательств для принятия итогового решения по делу, не смотря на неполноту заключения судебно-медицинского эксперта № 3 от 13.01.2023 об обнаруженных у Потерпевший №1 телесных повреждениях и квалификации тяжести причиненного вреда здоровью, а именно не смотря на отсутствие в заключении ответа эксперта на вопрос следователя о том, не противоречат ли обнаруженные у Потерпевший №1 телесные повреждения обстоятельствам и давности описанного происшествия.

Исходя из требований уголовно-процессуального закона, суд при постановлении приговора должен дать объективную оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, как подтверждающим выводы по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим им.

По настоящему уголовному делу суд, придя к выводу о виновности Ч.А.ВБ. в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, учел не все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, не устранил имеющиеся по делу противоречия. При этом судом не соблюдены положения ч. 1 ст.88 УК РФ, согласно которой каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Отдавая предпочтение показаниям ФИО3, полученным в судебном заседании, о наличии у потерпевшего признаков жизни на момент его ухода из дома Потерпевший №1, суд не дал оценку их изменению, указав на согласованность с иными доказательствами по делу. Таким образом фактически судом дана односторонняя оценка.

Изложенное свидетельствует о существенных нарушениях, допущенных при оценке доказательств, что не позволяет признать обоснованными сделанные судом выводы.

Поскольку допущенные нарушения могут быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости постановления апелляционного приговора.

Проанализировав как представленные органом предварительного расследования, так и полученные в ходе судебного разбирательства доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что исследованные доказательства, как каждое в отдельности, так и в своей совокупности не свидетельствуют об отсутствии у ФИО3 прямого умысла на убийство потерпевшего.

Судом апелляционной инстанции установлено следующее.

01.01.2023 в дневное время ФИО3 прибыл в дом Потерпевший №1 по адресу: 

<

адрес>, где в период времени с 14:00 до 18:45, после совместного распития спиртных напитков, реализуя возникший в ходе ссоры на почве личной неприязни преступный умысел, направленный на причинение смерти Потерпевший №1, с целью умышленного причинения смерти Потерпевший №1, вооружившись приисканным на месте происшествия ножом хозяйственно-бытового назначения, держа его в правой руке, используя его в качестве оружия, применяя физическую силу, нанес им 7ударов по туловищу, шее, верхним конечностям потерпевшего, при этом ФИО3 осознавал, что наносит множественные удары острым предметом, в том числе в жизненно-важные органы, предвидел возможность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти Потерпевший №1 и желал их наступления. От полученных ранений Потерпевший №1 потерял сознание, Ч.А.ВГ., полагая, что тот скончался, скрылся с места происшествия. Однако ФИО3 не довел свой преступный умысел на убийство Потерпевший №1 до конца по независящим от него обстоятельствам, ошибочно предположив, что потерпевший скончался от полученных ранений, а также в результате оказания Потерпевший №1 в дальнейшем медицинской помощи.

Своими преступными умышленными действиями ФИО3 причинил потерпевшему Потерпевший №1 физическую боль и телесные повреждения в виде проникающего колото-резаного ранения живота с повреждением сальника. Данное повреждение является опасным для жизни, и по этому признаку в соответствии с «Медицинскими критериями вреда, причиненного здоровью человека» оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью; колото-резаной раны передней поверхности шеи; непроникающего колото-резаного ранения груди слева в проекции 6-7 межреберья ближе к грудинно-реберному сочленению; непроникающего колото-резанного ранения груди справа в проекции 7-8межреберья ближе к грудинно-реберному сочленению; непроникающего колото-резанного ранения живота по срединной линии тела выше пупка; резаной раны левой кисти на коже в проекции 5 пальца; резанной раны правой кисти между 1-2 пястно-фаланговым сочленением. Данные повреждения не являются опасными для жизни, вызывают кратковременное расстройство здоровья сроком не свыше 21дня, и по этому признаку в соответствии с п. 8 «Медицинских критериев вреда, причиненного здоровью человека» оцениваются как причинившие легкий вред здоровью.

В суде первой инстанции ФИО3, оспаривая вину, указал, что оборонялся от действий потерпевшего.

В соответствии с ст. 276 УПК РФ в суде апелляционной инстанции оглашены показания ФИО3, данные в ходе предварительного расследования, в которых осужденный пояснял, что во время его нахождения у Потерпевший №1 в гостях 31.12.2022 между ними конфликтов не было, конфликт произошел 01.01.2023, когда потерпевший размахивал топором, поэтому он взял со стола кухонный нож с полимерной рукоятью зеленого цвета и держал его в правой руке. Потерпевший №1 бросил топор в его сторону, он смог увернуться, поэтому топор прилетел в зеркало. Пока Потерпевший №1, наклонившись, пытался поднять топор с пола, он навалился на потерпевшего сверху, они стали бороться. Во время борьбы он оказался под потерпевшим, стал наносить Потерпевший №1 удары ножом в область живота, шеи и туловища, всего нанес 4-5 ударов, точное количество не помнит, не считал. После чего он надел куртку, кинул нож в раковину в кухне, где была вода, губкой пытался отмыть пятна крови с куртки, вернулся в комнату. Потерпевший №1 был в своей комнате на кровати. Он подошел к потерпевшему, чтобы проверить, жив тот или нет, увидел, что Потерпевший №1 без сознания, не подает признаков жизни. Он ушел из дома в сторону электрички, о содеянном сообщил контроллеру и охраннику поезда лишь тогда, когда проехал 2-3 станции. Очень обрадовался, когда позже увидел Потерпевший №1 живым, так как полагал, что он его убил (т. 1 л.д. 203-209).

При проведении проверки показаний на месте с участием ФИО3 и его защитника, очной ставки с потерпевшим осужденный также подтверждал, что пока, как он думал, Потерпевший №1 пытался поднять с пола топор, он, держа в руках нож, прыгнул на Потерпевший №1 сверху через кухонный стол, нанес первый удар по туловищу потерпевшего, куда именно, не помнит, после чего в ходе борьбы оказался под потерпевшим, ножом нанес Потерпевший №1 еще удары по туловищу, отчего Потерпевший №1 обмяк и не шевелился. Пока он ходил в кухню, чтобы бросить нож в раковину, увидел, что потерпевший лежит у себя в комнате на кровати без признаков жизни, он подумал, что Потерпевший №1 умер, далее он взял рюкзак и вышел из дома по направлению к станции, чтобы добраться до г. Екатеринбурга. В поезде, проехав 2-3 остановки, сказал кондуктору и охраннику об убийстве им человека, после чего они вызвали полицию (т. 1 л.д. 172-180, 221-230).

Судебная коллегия находит более достоверными первоначальные показания ФИО3 об обстоятельствах нанесения им ударов ножом потерпевшему Потерпевший №1, эти показания согласуются с иными исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

Данные показания судебная коллегия признает соответствующими фактическим обстоятельствам, установленным судом апелляционной инстанции, в части сообщенных осужденным сведений о механизме и локализации причиненных потерпевшему телесных повреждений, от которых, как полагал ФИО3, потерпевший умер. В то же время показания осужденного, данные им как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства в части необходимости нанесения им телесных повреждений потерпевшему в пределах необходимой обороны не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным имеющимися в уголовном деле и проверенными в ходе судебного разбирательства доказательствами.

ФИО3 был допрошен в соответствии с требованиями уголовно–процессуального закона, с участием адвоката, ему разъяснялись предусмотренное ст.51 Конституции РФ право не свидетельствовать против самого себя, последствия дачи показаний, установленные п. 2 ч. 4 ст.46УПК РФ, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания протоколов допросов недопустимым доказательством. При этом судебная коллегия исходит из совокупности данных, свидетельствующих о том, что ФИО3 надлежащим образом и своевременно разъяснялись его права в качестве подозреваемого и обвиняемого, положения ст. 51 Конституции РФ, а также были созданы условия для реализации этих прав.

Каждое из положенных в основу приговора доказательств было получено с соблюдением установленной процедуры, являющейся гарантией недопущения незаконного воздействия на подозреваемого или обвиняемого, поскольку в допросах в обязательном порядке участвовал защитник, что подтверждается показаниями самого ФИО3, ордером адвоката, подписями участников следственных действий, в том числе, ФИО3, отсутствием у них замечаний.

При этом неоднократные допросы ФИО3 в присутствии защитника свидетельствуют о наличии у него реального права выбора любой желаемой позиции по делу, что в условиях оказания на него незаконного воздействия было бы исключено. Разъяснение же следователем последствий дачи признательных показаний не может расцениваться как оказание на него какого-либо воздействия в целях самооговора.

Сформулированные впоследствии в суде первой инстанции и в апелляционной жалобе доводы ФИО3 о том, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего и умысла на его убийство он не имел, опровергаются совокупностью доказательств и являются линией защиты, избранной Ч.А.ВВ. с целью преуменьшить степень своей вины, избежать строгого наказания.

Протокол явки с повинной ФИО3, его объяснения (т. 1 л.д. 12-15, 16) не могут использоваться в качестве доказательства, так как не отвечают требованиям допустимости, поскольку при составлении явки и объяснения отсутствовал защитник, ЧерновуА.В. не разъяснялось право приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном главой 16 УПК РФ, впоследствии ФИО3 содержание явки не подтвердил (п.1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре»).

Вместе с тем вина ФИО3 в совершении покушения на убийство Потерпевший №1 подтверждается совокупностью исследованных судом относимых, достоверных, допустимых и достаточных доказательств.

Так, потерпевший Потерпевший №1 последовательно утверждал как в ходе предварительного следствия, так и в суде первой инстанции, что 31.12.2022 между ним и осужденным возник конфликт, в ходе которого ФИО3 кинул топор, в результате разбил зеркало, приставлял к шее нож, который он, оказав сопротивление ФИО3, смог отобрать, после чего осужденный покинул его дом. Несмотря на это, 01.01.2023 ФИО3 вернулся в его дом, где в ходе распития спиртных напитков, конфликта на почве личных неприязненных отношений нанес ему в живот удар, он понял, что удар был ножом, стал терять сознание. Помнит, что удары были еще, однако детали ему не известны, в сознание он пришел уже в больнице (т. 1 л.д.142-147, 154-164). Показания Потерпевший №1 оглашены в суде апелляционной инстанции в соответствии с положениями п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ.

Свидетель В., контролер-кассир Свердловской пригородной компании, подтвердила, что при проверке билетов у пассажиров электропоезда около 18:45-18:50 01.01.2023 в районе ст. Глубокая увидела у одного из пассажиров поезда кровь на лице и на кистях рук. На ее вопрос предъявить билет мужчина ответил, что убил человека, вел себя спокойно, спросил, есть ли в поезде сотрудники полиции, в присутствии охранника и помощника машиниста поезда повторил о совершенном им убийстве. Когда на следующей станции зашли сотрудники полиции, мужчина надел свою куртку, на которой она увидела пятна крови, вышел из поезда (т. 1 л.д. 181-184).

Свидетели Г. и Д., полицейские линейного отдела, поясняли, что по обращении В. ими был доставлен ФИО3 и передан сотрудникам правоохранительных органов (т. 1 л.д. 185-188, 189-192).

В ходе судебного разбирательства показания свидетелей В., Г., Д. были оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ.

Сведений о заинтересованности в исходе дела потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей В., свидетелей Г. и Д. не имеется, не названо таковых и стороной защиты.

Показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Г., Д. последовательные, непротиворечивые, согласуются с иными доказательствами.

Как следует из рапорта помощника оперативного дежурного ОП № 29 МО МВД России «Заречный» от 01.01.2023, в дежурную часть 01.01.2023 поступило сообщение от начальника смены ДЧ ЛОВДТ ст. «Екатеринбург-Пассажирский» о том, что в 20:00 в ДЧ ЛОВДТ обратился ФИО3 и сообщил о нанесении Потерпевший №1 нескольких ударов ножом, возможно, убил (т. 1 л.д. 10).

В соответствии с рапортом помощника оперативного дежурного ОП № 29 МО МВД России «Заречный» от 01.01.2023 в дежурную часть от фельдшера БЦРБ П. поступило сообщение о поступлении в Белоярскую ЦРБ с адреса: 

<

адрес> Потерпевший №1 с множественными колото-резаными ранениями брюшной полости, груди и шеи (т. 1 л.д. 11).

Согласно протоколам осмотра места происшествия от 01.01.2023, 20.02.2023, в доме Потерпевший №1 обнаружены следы борьбы, множественные пятна бурого цвета, похожего на кровь, в комнате № 1 перед тумбой под ковриком обнаружен топорик, в комнате № 2 – на кроватных подушках, покрывале кровати и на стоящей на прикроватной тумбе стопке - следы вещества бурого цвета; изъяты топорик, топор с деревянной рукоятью и 3 ножа, в том числе нож с полимерной ручкой зеленого цвета, который обнаружен в кухне (т. 1 л.д. 17-25, 34-41).

Согласно заключению судебно-медицинского эксперта № 3 от 13.01.2023, у Потерпевший №1 01.01.2023 при поступлении в больницу обнаружены телесные повреждения: проникающее колото-резаное ранение живота с повреждением сальника. Данное повреждение является опасным для жизни, и по этому признаку в соответствии с «Медицинскими критериями вреда, причиненного здоровью человека» оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью; колото-резаная рана передней поверхности шеи с направлением раневого канала спереди назад вниз параллельно трахее; непроникающее колото-резаное ранение груди слева в проекции 6-7 межреберья ближе к грудинно-реберному сочленению; непроникающее колото-резаное ранение груди справа в проекции 7-8 межреберья ближе к грудинно-реберному сочленению; непроникающее колото-резанное ранение живота по срединной линии тела выше пупка; резаная рана левой кисти на коже в проекции 5пальца; резанная рана правой кисти между 1-2 пястно-фаланговым сочленением. Данные повреждения не являются опасными для жизни, вызывают кратковременное расстройство здоровья сроком не свыше 21 дня и по этому признаку в соответствии с п. 8 «Медицинских критериев вреда, причиненного здоровью человека» оцениваются как причинившие легкий вред здоровью (т. 1 л.д.83-89).

Определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 26.10.2023 по делу была назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов № 2 от 09.01.2024, давность обнаруженных у Потерпевший №1 повреждений – около трех часов и менее до момента осмотра пострадавшего бригадой скорой медицинской помощи в 21:36 01.01.2023; причинены острым предметом, в том числе клинком ножа, при погружении клинка в ткани. Раны шеи и туловища у Потерпевший №1 локализуются со стороны передней поверхности шеи, груди, на передней брюшной стенке, образовались при нахождении пострадавшего лицом друг к другу (нападавшему).

Из протокола осмотра предметов (куртки ФИО3) от 13.01.2023 и фототаблицы к протоколу следует, что на изъятой у осужденного куртке зафиксированы пятна на передней поверхности, на правом и левом рукаве, на спинке в левой части, каких-либо повреждений на куртке не обнаружено (т. 1 л.д. 45-48).

Согласно заключению эксперта № 168 мг от 22.02.2023, на изъятых при осмотре места происшествия ножах крови не найдено, обнаружены потожировые выделения, ДНК Потерпевший №1, принадлежность ДНК ФИО3 исключена (т. 1 л.д. 115-124).

Согласно заключению эксперта № 167 мг от 21.02.2023, на куртке осужденного обнаружена кровь, ДНК Потерпевший №1, принадлежность ДНК ФИО3 исключена (т. 12 л.д. 98-109).

Анализируя представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия приходит к следующему.

Все собранные по делу доказательства и положенные в основу приговора соответствуют требованиям ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ УПК РФ. Оснований утверждать о недопустимости какого-либо из доказательств, не имеется. Сведений об искусственном создании доказательств по делу либо об их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов не добыто.

Содеянное ФИО3 свидетельствует о том, что осужденный осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность или неизбежность наступления смерти Потерпевший №1 и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи).

О наличии у ФИО3 прямого умысла на совершение убийства Потерпевший №1 свидетельствуют локализация причиненных осужденным телесных повреждений, орудие преступления и постпреступное поведение, поскольку ФИО3 покинул дом Потерпевший №1 лишь после того, как убедился в отсутствии у потерпевшего признаков жизни в связи с полученными множественными ножевыми ранениями в область расположения жизненно-важных органов.

Довод осужденного о том, что смерти потерпевшего он не желал, так как угроз убийством не высказывал, не свидетельствует об отсутствии у него прямого умысла, поскольку в ходе предварительного следствия ФИО3 пояснял, что покинул место преступление, будучи убежденным, что убил Потерпевший №1. Об этом же свидетельствуют показания В., которой ФИО3 сообщил о совершенном им убийстве, посткриминальное поведение осужденного, который после содеянного вымыл нож, замыл следы крови на своей куртке и покинул дом Потерпевший №1, о содеянном сообщил постороннему лицу, спустя достаточный промежуток времени. Смерть потерпевшего не наступила по независящим от ФИО3 обстоятельствам, а именно в результате своевременно оказанной Потерпевший №1 медицинской помощи. Сам осужденный пояснял, что не ожидал увидеть потерпевшего живым, когда прибыл к нему в дом вновь вместе с сотрудниками полиции.

Проверив и проанализировав исследованные судом доказательства, судебная коллегия находит доводы представителя стороны обвинения о неправильной квалификации судом первой инстанции действий ФИО3 обоснованными. С учетом установленных фактических обстоятельств дела судебная коллегия считает доказанной виновность ФИО3 в совершении им 01.01.2023 покушения на убийство, то есть, умышленное лишение жизни потерпевшего Потерпевший №1, которое не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Исследованные доказательства получены в установленном законом порядке, являются допустимыми и достоверными, а все доказательства в совокупности – достаточными для принятия итогового решения по делу.

Судебная коллегия квалифицирует действия ФИО3 по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст.105 УК РФ как покушение на убийство, то есть, умышленное причинение смерти другому человеку, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Судебная коллегия в соответствии со ст. 252 УПК РФ и с учетом пределов прав суда апелляционной инстанции считает необходимым исключить из описания преступного деяния, признанного доказанным и квалифицированным органом предварительного расследования по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, совершение ФИО3 действий в отношении Потерпевший №1 31.12.2022, поскольку в обвинительном заключении указано на добровольный отказ ФИО3 от совершения преступления и прекращение им действий. Более того, каких-либо повреждений потерпевшему 31.12.2022 не причинено, что соотносится с заключением комиссии экспертов № 2 от 09.01.2024. При этом судебной коллегий установлено, что 01.01.2023 ФИО3 действовал по вновь возникшему умыслу в ходе повторного конфликта с Потерпевший №1

В соответствии с ч.ч. 2, 3 ст. 31 УК РФ лицо не подлежит уголовной ответственности за преступление, если оно добровольно и окончательно отказалось от доведения этого преступления до конца; лицо, добровольно отказавшееся от доведения преступления до конца, подлежит уголовной ответственности в том случае, если фактически совершенное им деяние содержит иной состав преступления.

Доводы осужденного о том, что не проводились криминалистические исследования топора, изъятой у него куртки и неполноте предварительного следствия по делу, не являются основаниями для оправдания ФИО3, поскольку его виновность в совершении преступления установлена судебной коллегией совокупностью представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств.

Доводы осужденного о наличии в его действиях признаков необходимой обороны, о наличии у него телесных повреждений, а также об агрессивном характере действий потерпевшего Потерпевший №1, с учетом установленных судебной коллегией обстоятельств дела, из которых следует, что именно ФИО3 01.01.2023 напал на потерпевшего, нанеся ему удары ножом, не свидетельствуют о нахождении осужденного в состоянии необходимой обороны.

Доводы ФИО3 о наличии у него оснований опасаться Потерпевший №1 01.01.2023 не имеют объективного подтверждения и являются надуманными. 

В судебном заседании из показаний потерпевшего, которому не доверять оснований не имеется, достоверно установлено, что зеркало было разбито Ч-вым 31.12.2022, что подтверждается протоколом осмотра места происшествия, проведенного 02.01.2023, из которого следует, что топор был обнаружен под ковром. 

При этом 01.01.2023 Потерпевший №1 был обнаружен сотрудниками правоохранительных органов и бригады скорой медицинской помощи в состоянии, исключающем возможность изменения им обстановки на месте преступления. 

Опровергает в данной части версию осужденного и протокол осмотра принадлежащей ему куртки, на которой вопреки его утверждениям каких-либо повреждений не имеется. 

Более того, судебная коллегия отмечает, что при даче первоначальных показаний ФИО3 без какого-либо принуждения сам пояснял о том, что куртку он надел ее уже после того, как нанес потерпевшему удары ножом, а затем в ней мыл нож, что и объясняет обнаружение на данной куртке пятен крови потерпевшего.

Не свидетельствует о необходимой обороне и характер повреждений, обнаруженных у ФИО3, вырзившихся в двух кровоподтеках, не расценивающихся как причинившие вред здоровью.

При назначении наказания ФИО3 судебная коллегия в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60, 66 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного законом к категории особо тяжких, данные о личности осужденного, наличие смягчающих и отягчающего обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судебная коллегия учитывает явку с повинной ФИО3 (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), в которой он добровольно сообщил сотрудникам РЖД и охраны о совершенном им преступлении, при этом до этого правоохранительным органам не было известно как о самом преступлении, так и о причастности ФИО3 к его совершению, после задержания ФИО3 также добровольно написал явку с повинной, в которой изложил обстоятельства совершения им преступления; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в сообщении правоохранительным органам всех известных ему обстоятельств совершения преступления, добровольной выдаче предметов одежды, имеющих существенное доказательственное значение по делу, подтверждение своих показаний при их проверке на месте и в ходе очной ставки с потерпевшим (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ); в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшему, наличие на иждивении двоих несовершеннолетних детей, неудовлетворительное состояние здоровья, пожилой возраст, частичное признание вины.

Исходя из фактических обстоятельств дела, установленных в суде апелляционной инстанции, оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством противоправного поведения потерпевшего, которое могло послужить поводом к совершению ФИО3 преступления, не имеется.

Судебная коллегия не усматривает оснований для признания иных обстоятельств смягчающими, в том числе оказание ФИО3 медицинской и иной помощи потерпевшему, полное признание осужденным своей вины, поскольку таких обстоятельств по делу не установлено. Признание вины Ч.А.ВВ. и дача им показаний по обстоятельствам нанесения ударов ножом в условиях обороны не может расцениваться в качестве полного признания вины. Не установила судебная коллегия и совершения ФИО3 каких-либо действий, направленных на оказание медицинской или иной помощи потерпевшему Потерпевший №1

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3 в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений, вид которого на основании п.«б» ч. 3 ст. 18 УК РФ является особо опасным. Особо тяжкое преступление ФИО3 совершил, имея непогашенную судимость по приговору от 19.10.2011, которым он был осужден за совершение особо тяжкого преступления. Иных отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Наличие в действиях осужденного отягчающего наказание обстоятельства исключает применение положений ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 62, ст. 73 УК РФ.

Поскольку совершенное ФИО3 преступление является неоконченным, судебная коллегия при назначении наказания применяет положения ст. 66 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, судебная коллегия не находит оснований для применения при назначении наказания правил, предусмотренных ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ. Цели наказания могут быть достигнуты лишь при реальном отбывании ФИО3 наказания в виде лишения свободы и в соответствии с положениями, предусмотренными п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ, - в исправительной колонии особого режима.

ФИО3 также следует назначить дополнительное наказание в виде ограничения свободы, поскольку оно призвано способствовать достижению целей наказания, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Согласно ч. 3 ст. 128 УПК РФ при задержании срок исчисляется с момента фактического задержания.

Согласно рапорту помощника оперативного дежурного ОП № 29 МО МВД России «Заречный» от 01.01.2023, 01.01.2023 в 20:00 в дежурную МО МВД России «Заречный» поступило сообщение от начальника смены ДЧ ЛОВДТ ст.«Екатеринбург-Пассажирский» Т. по факту обращения ФИО3 с сообщением о нанесении им ножевых ранений Потерпевший №1 (т. 1 л.д. 10).

Как следует из показаний ФИО3, а также сотрудников полиции Д., Г., фактически осужденный был задержан 01.01.2023 в вечернее время, до задержания его в порядке ст. 91 УПК РФ, фактически был ограничен в свободном передвижении, в связи с чем судебная коллегия полагает необходимым при установленных обстоятельствах, по смыслу ч. 3 ст. 128 УПК РФ, считать день фактического задержания Ч.А.ВБ. 01.01.2023.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО3 под стражей с 01.01.2023 до дня вступления приговора в законную силу необходимо зачесть в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Решая судьбу вещественных доказательств, судебная коллегия руководствуется ч.3 ст. 81 УПК РФ.

В суде первой инстанции защиту ФИО3 осуществлял защитник НохринИ.Г. по назначению, в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ затраченные на оплату его труда суммы относятся к процессуальным издержкам.

В соответствии с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Осужденный ФИО3 от защиты защитника по назначению не отказывался, может и способен возместить процессуальные издержки, несмотря на возражения ФИО3 против взыскания с него процессуальных издержек в связи с отсутствием у него постоянного источника дохода и пожилого возраста, процессуальные издержки в части оплаты труда защитника по назначению в судебном заседании подлежат взысканию с осужденного, поскольку его имущественная несостоятельность не установлена, оснований для освобождения от оплаты издержек не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. 389,13, п. 2 ст. 389.15, ст. 389.16, п.3 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.23, ст. 389.28, ст. ст. 389.31–389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА 

приговор Белоярского районного суда Свердловской области от 16.08.2023 в отношении ФИО3 отменить.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ, назначить ему наказание в виде 8 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

Установить ФИО3 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где он будет проживать после отбытия основного наказания, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО3 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 2 раза в месяц для регистрации.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу – 25.01.2024.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО3 зачесть время содержания его под стражей с 01.01.2023 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета Российской Федерации в счет возмещения процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату Нохрину И.Г. за осуществление им защиты ФИО3 в суде первой инстанции, 16146 рублей.

Вещественные доказательства: 

- три ножа – уничтожить,

- куртку – вернуть по принадлежности ФИО3, в случае отказа от получения, уничтожить.

Апелляционные жалобы осужденного ФИО3, его защитника Нохрина И.Г. оставить без удовлетворения, апелляционное представление государственного обвинителя Кузнецова В.Н. - удовлетворить.

Апелляционный приговор вступает в силу немедленно и может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Кассационные жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, могут быть поданы в течение шести месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г.Челябинске, а осужденным ФИО3, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденный ФИО3 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий - /Каркошко А.А.

Судьи – /Шаблаков М.А.

/Кузнецова М.Д.