Дело № 1-33/2017 

Приговор

Именем Российской Федерации

18 сентября 2017 года город Барнаул

Барнаульский гарнизонный военный суд

в составе: председательствующего - заместителя председателя суда Лунёва П.В. при секретаре судебного заседания Грибановой Ю.В., с участием государственного обвинителя старшего помощника военного прокурора Барнаульского гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО1, а также подсудимого ФИО2 и его защитников – адвокатов Мужельских И.Ф. и Ворошиловой О.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда уголовное дело в отношении бывшего военнослужащего войсковой части №

ФИО2, 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 290 и ч. 3 ст. 285 УК РФ,

установил:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, назначенный на должность командира Войсковой части 00 принял у своего предшественника Ч. дела и должность и исполнял соответствующие ей обязанности до ДД.ММ.ГГГГ.

Подчиненная С. воинская часть, в числе прочих, включала в себя находящиеся на территории 

<

адрес>: аэродром «С.» 

<

адрес>, аэродром «П.» (

<

адрес>) и стоянку авиационной техники «Н.» (

<

адрес>).

В соответствии со ст.ст. 33, 75, 82, 83, 86, 93 и 94 Устава внутренней службы ВС РФ С., как командир воинской части, обладал организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями по отношению к имуществу части, подчиненным военнослужащим и гражданскому персоналу, то есть являлся должностным лицом.

При этом, согласно ст. 15 Конституции РФ, ст.ст. 26 и 27 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ст. 32 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», а также ст. 16 Устава внутренней службы ВС РФ, в своей деятельности он должен был руководствоваться Конституцией РФ, федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с п.п. 5, 237 и 238 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах РФ, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 27 августа 2012 года № 2222, на ФИО2 была возложена обязанность по руководству хозяйственной деятельностью подчиненной воинской части, осуществлению контроля за качеством и ходом оказания услуг, предоставляемых сторонними организациями, их приемке по объему, качеству и соответствию требованиям, установленным в государственных контрактах, а также экономному и рациональному расходованию материальных и денежных средств в целях предупреждения их незаконного и нецелесообразного расходования и предотвращения утрат. Для этого он должен был знать требования нормативных правовых актов по вопросам войскового хозяйства и руководствоваться ими в своей служебной деятельности.

ДД.ММ.ГГГГ между Министерством обороны РФ, выступающим в качестве Государственного заказчика и ОАО «1», являющимся Исполнителем, был заключен государственный контракт №, в соответствии с которым акционерное общество в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обязалось оказывать услуги по санитарному содержанию объектов казарменно-жилищного фонда военных городков Министерства обороны РФ, а также прилегающей территории, для чего оно имело право привлекать соисполнителей.

В соответствии с положениями вышеназванного соглашения, а также Директивой Министра обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ № № и приказом этого же должностного лица от 09 марта 2013 года № 170 «Об организации исполнения государственных контрактов на оказание услуг, заключенных в централизованном порядке со специализированными организациями, другими поставщиками и исполнителями», обязанность по контролю за качеством оказываемых Исполнителем услуг, их своевременностью и полнотой, была возложена на районных представителей государственного заказчика (РПГЗ) – командиров воинских частей, включенных в перечень объектов, подлежащих обслуживанию.

В рамках контрольных мероприятий РПГЗ был вправе требовать от регионального представителя исполнителя (РПИ) надлежащего исполнения обязательств в соответствии с контрактом, а также своевременного устранения выявленных недостатков, запрашивать у него информацию о ходе оказываемых услуг, проводить обследования и проверки состояния обслуживаемых объектов, оценивать качество оказанных услуг, перечень которых был определен государственным контрактом.

Объем и качество оказанных услуг ежемесячно вносились РПИ в соответствующие акты, которые подписывались РПГЗ, а затем представлялись для производства оплаты оказанных услуг. В связи с этим на РПГЗ возлагалась ответственность за объективность отраженной в актах оказанных услуг информации (фактические объемы оказанных услуг, стоимость оказанных услуг, правильность применения цен и тарифов, правильность приемки услуг).

Выполнение условий контракта на вышеназванных объектах войсковой части № Исполнителем, в рамках предоставленных ему полномочий, в том числе при посредничестве ООО «4» и ООО «3», в № было поручено ООО «2», контроль за деятельностью которого должен был производиться РПГЗ – ФИО2 В свою очередь обязанности РПИ на территории 

<

адрес> выполнял директор филиала «

<

данные изъяты>» ОАО «1» - Ш. (уголовное дело в отношении Ш.выделено в отдельное производство)

В один из дней ДД.ММ.ГГГГ в ходе передачи дел и должности командира войсковой части 000, предшественник ФИО2 Ч. сообщил ему о том, что в соответствии с государственным контрактом с ДД.ММ.ГГГГ наведение порядка на аэродромах «С.» и «П.», а также стоянке авиационной техники «Н.» должно было производиться сотрудниками ООО «2», однако, по договоренности с представителем этой организации Т., он подписывал акты оказанных услуг на указанных объектах без их фактического оказания и проверки, за что последний ежемесячно передавал ему через его подчиненного Л. (уголовные дела в отношении Ч., Т. и Л. выделены в отдельное производство) денежные средства в размере 1 055 000 рублей.

После этого в штабе войсковой части 21984 Ч. организовал встречу ФИО2 с Т., во время которой подсудимый, действуя из корыстных побуждений, с целю незаконного обогащения, договорился с Т. о том, что подписание актов выполненных работ на аэродромах и стоянке, без фактического оказания услуг по уборке и их проверки, будет производиться им в том же порядке, что и при Ч., а деньги за это, в сумме 1 055 000 рублей в месяц, он будет получать от Т. через доверенное лицо – своего подчиненного Л.

При этом ФИО2 посвятил в детали своего замысла Л. и предложил ему за вознаграждение выступить в качестве посредника при передаче Т. денежных средств, а также при оформлении документации, необходимой для сокрытия своих незаконных действий, на что тот ответил согласием.

Реализуя задуманное, в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в штабе войсковой части № ФИО2, используя свои служебные полномочия и действуя вопреки интересам службы, а также положениям приведенных нормативных правовых актов и государственного контракта, о содержании которых ему было известно, подписал и заверил печатью названной воинской части переданные ему Л. 30 актов о ежемесячном оказании услуг по санитарному обслуживанию аэродромов «С.» и «П.», а также стоянки авиационной техники «Н.», которые фактически не оказывались, о чем подсудимому было известно.

В соответствии с ранее достигнутой договоренностью ДД.ММ.ГГГГ Т. передал ФИО2 через Л. денежные средства в сумме 2 110 000 рублей за подписание им актов об оказании услуг в ДД.ММ.ГГГГ, а остальные денежные средства в сумме 8 440 000 рублей, на получение которых рассчитывал ФИО2 подписывая акты об оказании услуг за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не были переданы ему Т. по независящим от их воли обстоятельствам.

Полученными деньгами ФИО2 распорядился по своему усмотрению, передав часть из них Л. за посредничество, а часть, заплатив бывшим работникам войсковой части №, привлеченным им для охраны ее объектов. 

В результате вышеназванных действий ФИО2 государству был причинен материальный ущерб на сумму 37 525 236 рублей 59 копеек, которые Министерство обороны РФ, на основании подписанных подсудимым актов оказанных услуг по санитарному обслуживанию аэродромов «С.» и «П.», а также стоянки авиационной техники «Н.», перечислило ОАО «1».

В судебном заседании ФИО2, подтвердив факт подписания 30 актов об оказании услуг по содержанию двух аэродромов и стоянки авиационной техники, свою вину в получении взятки в особо крупном размере, а также злоупотреблении должностными полномочиями, повлекшем существенное нарушение охраняемых законом интересов государства, а также тяжкие последствия, не признал и пояснил, что с Т. о получении денежных средств за подписание актов он не договаривался и никаких денег от него, в том числе при посредничестве Л. не получал. Подписание актов производилось им на основании докладов назначенных им для контроля уборки подчиненных, оснований не доверять которым у него не имелось.

Кроме того, ФИО2 пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ он был освобожден от занимаемой должности командира войсковой части № и зачислен в распоряжение вышестоящего командования, в связи с чем не имел полномочий по подписанию актов от имени РПГЗ.

Виновность ФИО2 в содеянном подтверждается следующими доказательствами.

Как усматривается из приказа Министра обороны РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 9 л.д. 67), акта приема-передачи дел и должности (т. 8 л.д. 58-62), приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 8 л.д. 237), а также следует из показаний свидетеля Свидетель №3, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 принял у Ч. дела и должность командира войсковой части 00 и исполнял соответствующие ей обязанности до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно копии Государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 124-160) и приложения № к нему (т. 33 л.д. 48, 49), Министерство обороны Российской Федерации (Государственный заказчик) и ОАО «1» (Исполнитель) заключили между собой соглашение об оказании Исполнителем до ДД.ММ.ГГГГ услуг по санитарному содержанию объектов казарменно-жилищного фонда военных городков Государственного заказчика, в число которых входили аэродромы «С.» и «П.», а также стоянка авиационной техники «Н.».

В соответствии с этим договором Исполнитель, имевший возможность привлекать для выполнения своих функций соисполнителей, должен был оказывать Государственному заказчику комплекс услуг и организационно-технических мероприятий по приведению состояния внутренних помещений и прилегающих территорий в соответствие с нормативными требованиями к их санитарному состоянию, которые должны были оплачиваться последним на основании представленной Исполнителем отчетной документации.

Факт оказания таких услуг должен был подтверждаться РПГЗ – командиром воинской части, объекты которой подлежали уборке, для чего последний был наделен полномочиями по проверке качества и объема оказанных услуг и подписанию актов об их сдаче-приемке, ежемесячно оформляемых РПИ. Также в компетенцию РПГЗ входило право требовать от РПИ надлежащего исполнения обязательств, предусмотренных заключенным соглашением, и своевременного устранения выявленных недостатков.

Согласно приказу Министра обороны РФ от 09 марта 2013 года № 170 на РПГЗ возлагалась ответственность за объективность отраженной в актах оказанных услуг информации (фактические объемы оказанных услуг, стоимость оказанных услуг, правильность применения цен и тарифов, а также правильность приемки услуг).

В последующем отчетная документация, составленная Исполнителем на основании указанных актов сдачи-приемки (сводные акты и счета - фактуры), направлялась Государственному заказчику, который производил оплату оказанных услуг.

В соответствии с договорами от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, а также от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (т. 5 л.д. 58-79, 80-106, 107-132, 133-140, 141-172 и 173-181), обязанности по санитарному содержанию внутренних помещений и прилегающих территорий аэродромов «С.» и «П.», а также стоянки авиационной техники «Н.» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были возложены ОАО «1», в том числе при посредничестве ООО «4» и ООО «3», на ООО «2».

Как видно из актов от ДД.ММ.ГГГГ (т. 22 л.д. 134, 173 и 230), а также заключений экспертов от 12 и ДД.ММ.ГГГГ (т. 47 л.д. 173-178, т. 48 л.д. 49-56) командиром войсковой части № ФИО2, выступающим в качестве РПГЗ, и директором филиала «

<

данные изъяты>» ОАО «1» Ш., являющимся РПИ, был зафиксирован факт начала оказания услуг по санитарному содержанию аэродромов «С.» и «П.», а также стоянки авиационной техники «Н.».

Как показал свидетель Ч., в том числе в ходе проводившихся с его участием очных ставок (т. 10 л.д. 119-127 и т. 11 л.д. 107-114), до ДД.ММ.ГГГГ он являлся командиром войсковой части №. В один из дней в ДД.ММ.ГГГГ, в период передачи им дел и должности ФИО2, он рассказал последнему о том, что услуги по уборке внутренних помещений и территории аэродромов «С.» и «П.», а также авиационной техники «Н.» согласно государственному контракту должны оказываться ООО «2», представителем которой является Т. По договоренности с последним на протяжении 2012 года он ежемесячно подписывал акты, подтверждающие уборку указанных объектов воинской части работниками ООО «2», за что Т. каждый раз передавал ему по 1 055 000 рублей. При этом фактически услуги по наведению порядка не предоставлялись, а создавалась лишь их видимость. 

Также он рассказал ФИО2 о том, что для взаимодействия с Т. и получения от него денежных средств им был назначен служащий воинской части Л., который, под контролем Т. занимался оформлением фиктивной документации, подтверждающей сведения об уборке, включаемые в акты сдачи-приемки оказанных услуг. В частности Л. от имени ООО «2» заключал договоры с людьми, которые, при необходимости, должны были подтвердить факт наведения порядка на упомянутых объектах. В качестве таковых на аэродроме «С.» выступали сторожа войсковой части, охранявшие находившиеся там здания и, в силу должностных инструкций, наводившие на них порядок, а также ответственные за сохранность имущества на аэродроме «П.» и стоянке авиационной техники «Н.» военнослужащие Свидетель №12 и Свидетель №5

Одновременно он сообщил ФИО2 о том, что наведением порядка на аэродроме «П.» занимались члены размещавшегося там авиационно-спортивного клуба «

<

данные изъяты>»), а стоянка авиационной техники «Н.» фактически не убиралась. При этом он также передал подсудимому имевшуюся в воинской части копию государственного контракта, на основании которого оказывались услуги по уборке и утвержденное заместителем Министра обороны РФ положение о порядке его реализации. 

В ДД.ММ.ГГГГ от Л. и ФИО2 он узнал о том, что после принятия последним дел и должности уборка вышеназванных аэродромов и стоянки фактически не осуществлялась, а подтверждающие обратное акты подписывались подсудимым в том же порядке и на тех же условиях, что и прежде, то есть за 1 055 000 рублей в месяц.

Аналогичные показания, в части осведомленности ФИО2 о порядке приема услуг по санитарному содержанию объектов воинской части, предусмотренных соответствующим государственным контрактом, а также оформлению необходимой документации дали, каждый в отдельности, свидетели Свидетель №3, Т. и Ш.

При этом свидетель Т. также показал, что взаимодействие по подписанию актов сдачи-приемки оказанных услуг, а также оформлению от имени ООО «2» договоров на уборку в ДД.ММ.ГГГГ с ним по указанию ФИО2 осуществлял Л., которому он в ДД.ММ.ГГГГ передал деньги в сумме 2 110 000 рублей.

Свидетель Л., в том числе во время очных ставок (т. 8 л.д. 208-214 и т. 11 л.д. 99-106) показал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ он работал в войсковой части № заведующим складом. 

В ДД.ММ.ГГГГ в кабинете командира воинской части Ч. он познакомился с представителем ООО «2» Т., который сообщил о том, что данная организация должна была оказывать услуги по санитарному содержанию объектов воинской части: аэродромов «С.» и «П.», а также стоянки авиационной техники «Н.». В ходе разговора между Ч. и Т. была достигнута договоренность о том, что за каждое ежемесячное подписание командиром воинской части актов сдачи-приемки оказанных услуг по названным объектам Т. будет выплачивать Ч. вознаграждение в размере 1 055 000 рублей, которым последний может распоряжаться по своему усмотрению. 

По предложению Ч. ему, Л., за денежное вознаграждение отводилась роль посредника, в соответствии с которой он должен был получать от Т. и передавать на подпись командиру воинской части акты сдачи-приемки оказанных услуг, после чего обеспечивать их возврат Т. Также он должен был получать от Т. и передавать Ч. денежные средства за подписание актов. 

При этом Т. пояснил, что наводить порядок на объектах не требуется, необходимо лишь документально удостоверить факт оказания таких услуг, то есть придать видимость законности расходования полученных от него денежных средств. Для этого Т. передал ему бланки договоров гражданско-правового характера (ГПХ), одной из сторон по которому было указано ООО «2», с подписью руководителя и печатью этой организации, пояснив о том, что он, Л., должен найти людей, которые подпишут эти договоры и, при необходимости, подтвердят факт уборки.

В начале ДД.ММ.ГГГГ, после передачи дел и должности ФИО2 Ч. сообщил ему о том, что рассказал подсудимому о налаженном с Т. взаимодействии по получению денежных средств на указанных выше условиях. При этом ФИО2 сказал ему, Л., что сохранит такой же порядок взаимоотношений с Т., а денежные средства за подписание актов сдачи-приемки оказанных услуг по названным трем объектам без проверки полноты и качества фактически оказанных услуг он, ФИО2, будет получать в таком же размере, то есть по 1 055 000 рублей ежемесячно.

Исполняя указания ФИО2, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он ежемесячно получал от Т. акты сдачи-приемки оказанных услуг по санитарному содержанию аэродромов «С.» и «П.», а также стоянки авиационной техники «Н.», в которых были отражены размеры якобы убранных площадей, и передавал их ФИО2 Последний подписывал такие акты, ставил на них печать воинской части, после чего они возвращались Т. 

При этом, по распоряжению подсудимого, в ДД.ММ.ГГГГ, после сокращения в подчиненной ему авиационной комендатуре должностей сторожей, с лицами, ранее замещавшими указанные должности, были заключены договоры ГПХ от имени ООО «2», однако фактически эти люди, как и ранее, выполняли функции по охране объектов аэродрома «С.» и убирали лишь охраняемую территорию. 

Поиском людей для оформления аналогичных договоров по уборке аэродрома «П.» занимался ответственный за охрану этого объекта Свидетель №12, а фактически наведение на нем порядка производили члены АСК «

<

данные изъяты>».

На стоянке авиационной техники «Н.» в ДД.ММ.ГГГГ уборка территории не производилась, а функции сторожа там неофициально выполнял Свидетель №5, которого он однажды, в ДД.ММ.ГГГГ, в связи с предстоящей прокурорской проверкой, просил навести там порядок. По распоряжению ФИО2 он, Л., под контролем Т. обеспечил оформление необходимой документации, подтверждавшей ежемесячное выполнение работ по уборке на оговоренную ранее сумму 1 055 000 рублей, однако фактически наведение порядка на аэродромах и стоянке не производилось и объем убранных площадей, указанных в актах, явно не соответствовал действительности, о чем было известно ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ в одном из номеров гостиницы «

<

данные изъяты>», расположенной на 

<

адрес> он получил от Т. денежные средства в общей сумме 2 110 000 рублей за подписание актов оказанных услуг в ДД.ММ.ГГГГ, расписавшись в соответствующих расходных кассовых ордерах (т. 11 л.д. 57-58). В этот же день он по указанию ФИО2 передал ему 800 000 рублей, а оставшиеся денежные средства оставил у себя, в том числе для передачи сторожам, охранявшим объекты аэродрома «С.». 

Как показал свидетель Свидетель №5, а также следует из протоколов очной ставки и проверки его показаний на месте (т. 10 л.д. 114-118 и т. 34 л.д. 133-138), с конца ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ он проходил военную службу, находясь в распоряжении командира войсковой части № По просьбе ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ он следил за сохранностью материальной базы стоянки авиационной техники «Н.». В период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ данная стоянка, включающая в себя служебную зону (здания и сооружения) и военный перрон (площадка из бетонных плит), никем не убиралась и находилась в запущенном состоянии. В ДД.ММ.ГГГГ он по просьбе Л. оформил переданные последним договоры ГПХ с ООО «2» со своей супругой Гл., а также отчимом – Пл. При этом Л. пояснил, что в случае необходимости, по его указанию, они должны будут наводить порядок на стоянке, за что будут получать денежное вознаграждение. В следующем месяце Л. сообщил ему о том, что на территории стоянки ожидается проведение прокурорской проверки, в связи с чем необходимо навести там порядок. После этого он нанял трактор для покоса травы в служебной зоне стоянки, а также с супругой осуществил уборку нескольких помещений одного из находящихся там же зданий. Деньги на покос травы в сумме 5 000 рублей ему передал Т. Кроме того Л. однажды выплатил его жене около 8 000 рублей за произведенную уборку. В последующем, до конца ДД.ММ.ГГГГ, никаких уборочных мероприятий на стоянке авиационной техники «Н.» ни им, ни другими лицами не производилось и денежные средства за это Л. не передавались. О данных обстоятельствах ФИО2 было известно, в том числе, с его слов.

Свидетель Свидетель №14 показал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по декабрь этого же года ни он, ни его супруга не занимались уборкой стоянки авиационной техники «Н.», а также других объектов войсковой части №. С целью сохранности имущества, по инициативе командования воинской части, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он прибывал на стоянку авиационной техники «Н.», где осуществлял функции сторожа. При этом, для возможности оплаты его работы, его супруга заключила договор с ООО «2» по оказанию услуг по уборке в войсковой части №, однако фактически такую уборку не производила. На него также не были возложены обязанности по уборке названной стоянки. 

Свидетель Свидетель №12 показал, что в ДД.ММ.ГГГГ он, находясь в распоряжении командира войсковой части №, фактически занимался охраной аэродрома «П.». ДД.ММ.ГГГГ, после схода снега, он по договоренности с работниками противопожарной службы и под их контролем сжигал траву на территории всего аэродрома. Также он вместе с сыном по своей инициативе на взлетной полосе вырубал ростки деревьев и кустарников между плит. За это ни он, ни его сын денежных средств не получали. Летом ДД.ММ.ГГГГ уборка и покос травы на данном объекте осуществлялись с его разрешения, только силами и средствами местных жителей для их личных нужд. Кроме этого, Свидетель №12 пояснил, что в ДД.ММ.ГГГГ на аэродроме «П.» размещался АСК «

<

данные изъяты>» под председательством Ко. Члены клуба своими силами и средствами осуществляли уборку взлетно-посадочной полосы. Какие-либо организации, включая ООО «2», в 2013 году уборку данного аэродрома не осуществляли. При этом, в ДД.ММ.ГГГГ по просьбе Л. он организовал подписание его сыном Ю. и Свидетель №17 договоров, согласно которым они, якобы, наводили порядок на территории аэродрома как работники указанной организации. ФИО2 было известно о нахождении на аэродроме «П.» указанного клуба и деятельности его участников.

Свидетель Свидетель №17 показал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал сторожем в войсковой части № на аэродроме «П.». Летом ДД.ММ.ГГГГ он в присутствии Свидетель №12 подписал предоставленные Л. договоры с ООО «2» и несколько расходных кассовых ордеров на суммы, превышающие 200 000 рублей, однако никаких работ по уборке аэродрома он фактически не производил. Весной ДД.ММ.ГГГГ на аэродроме снег убирался силами и средствами АСК «

<

данные изъяты>». После увольнения в ДД.ММ.ГГГГ никакого отношения к аэродрому он не имел. Денежные средства, указанные в подписанных им расходных кассовых ордерах, он не получал.

Как усматривается из договора № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 125-131) и показаний свидетеля Ко. (т. 34 л.д. 58-62), АСК «Лидер» с конца 2010 года базировался на территории аэродрома «П.». ДД.ММ.ГГГГ между этим клубом и 

<

данные изъяты> территориальным управлением имущественных отношений был заключен договор ответственного хранения с правом использования данного аэродрома и обязанностью осуществлять противопожарные, санитарные и иные мероприятия для обеспечения сохранности этого объекта, в связи с чем члены клуба постоянно, в том числе и в 2013 году, своими силами и средствами осуществляли его санитарное содержание (уборку снега, покос травы, сбор мусора, а также обработку взлетно-посадочной, рулежной полос и перрона реагентами, препятствующими росту травы, механическое удаление корней растений в межплиточных швах и т.д.). Он не видел, чтобы уборку производили какие-либо сторонние организации. Часть поля окашивалась местными жителями с целью пополнения запасов сена. Какие-либо денежные средства за произведенные уборочные работы на аэродроме «П.» ни он, ни другие члены клуба не получали. Никаких договорных отношений с ООО «2» или другими организациями он не имел. О том, что обязанность уборки всей территории аэродрома в ДД.ММ.ГГГГ была возложена на стороннюю организацию он не знал.

Из показаний членов АСК «

<

данные изъяты>» - свидетелей Свидетель №13 (т. 33 л.д. 244-247, т. 54 л.д. 96-99), Свидетель №18 (т. 34 л.д.28-31, т. 54 л.д. 118-120) и Свидетель №6 (т. 37 л.д. 149-153), каждого в отдельности, усматривается, что в 2013 году уборочные работы на аэродроме «П.» производились за счет сил и средств членов клуба (как с использованием имеющейся у некоторых членов клуба техники, так и нанятой за их счет техникой), а часть поля в этот период окашивалась местными жителями для личных нужд. Денежные средства за произведенные уборочные работы на данном аэродроме члены клуба не получали.

Как показал свидетель Свидетель №8, в том числе в ходе проверки его показаний на месте (т. 33 л.д. 147-152) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в войсковой части № на должности начальника сторожевой команды. Подчиненные ему сторожа охраняли несколько зданий и сооружений аэродрома «С.»: КПП, караульное помещение, а также находящиеся на удалении нескольких километров от штаба воинской части дальний и ближний приводы радиомаяка и «

<

данные изъяты>». На охраняемых объектах, а также вокруг них сторожами, согласно инструкции, постоянно наводился порядок, а также, по мере необходимости, они расчищали от снега (окашивали) дороги для подхода к ним.

В ДД.ММ.ГГГГ им и сторожами по предложению командования, для повышения уровня своих доходов с ООО «2» были заключены договоры об оказании услуг по уборке, однако характер выполняемых ими обязанностей не изменился. За это Л. передавал им по 2 500 рублей ежемесячно.

ДД.ММ.ГГГГ его должность, а также должности сторожей в войсковой части № были сокращены. Однако, по просьбе ФИО2, обещавшего принять их на работу во вновь формируемую воинскую часть, с целью обеспечения сохранности имущества аэродрома «С.» они, на основании заключенных с ООО «2» договоров, продолжали осуществлять охрану его объектов и те же виды работ по уборке до ДД.ММ.ГГГГ включительно. Вместе с тем, оплата их труда была произведена только до ДД.ММ.ГГГГ. Содержание заключенных договоров и особые обязанности по наведению порядка до них не доводились.

Свидетель Свидетель №9 дал показания по своему содержанию аналогичные показаниям свидетеля Свидетель №8 При этом он также сообщил, что в ДД.ММ.ГГГГ договоры с ООО «2» заключались им и другими сторожами по предложению ФИО2, который просил их обеспечить сохранность имущества аэродрома, а взамен обещал устроить на работу во вновь формируемую воинскую часть. При этом он говорил, что деньги за это они будут получать у Л. в размере 7 500 рублей в месяц. Несмотря на то, что в таком режиме они работали весь ДД.ММ.ГГГГ, заработная плата была выплачена им только за ДД.ММ.ГГГГ.

Как показал свидетель Свидетель №10, летом ДД.ММ.ГГГГ на своей технике он выкосил некоторые участи территории аэродрома «С.», за что получил от Л. денежное вознаграждение в размере 20 – 30 тысяч рублей. При этом Л. сказал, что данный труд будет постоянным и хорошо оплачиваемым, для чего ему, Свидетель №10, необходимо заключить договор на оказание услуг и подписать несколько платежных документов на сумму около 500 000 рублей каждый, что он и сделал. Позже, в том же году, ему вновь позвонил Л. и попросил вновь подписать документы, объяснив, что прежние были составлены неправильно. Он, Свидетель №10, доверившись Л., подписал все документы, которые последний предоставил. Через некоторое время Л. ему позвонил и сообщил, что прежние договоренности реализованы не будут и в его услугах войсковая часть № не нуждается. Указанные в платежных документах денежные средства он не получал и в ДД.ММ.ГГГГ механизированную уборку территории аэродрома «С.» не производил.

Согласно актам сдачи-приемки оказанных услуг по санитарному содержанию внутренних помещений и прилегающих территорий объектов Государственного заказчика от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ (т. 22 л.д. 135-144, 174-183 и 231-240), а также заключениям экспертов от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (т. 47 л.д. 173-178, т. 48 л.д. 49-56) ФИО2, выступая как командир войсковой части 69806-10 – РПГЗ, своими подписями и оттиском печати воинской части подтвердил факт ежемесячного оказания Исполнителем упомянутых услуг на аэродромах «С.» и «П.», а также стоянке авиационной технике (аэродроме) «Н.» в период с марта по ДД.ММ.ГГГГ. 

Первые акты по всем трем объектам подписаны ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, а последние – ДД.ММ.ГГГГ. При этом, в соответствии с указанными документами, Исполнитель оказал Государственному заказчику услуги по санитарному содержанию объектов в следующих объемах:

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 297 832, 52 м2;

- площадь внутренних помещений – 1 748,71 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 183 445, 94 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»

- площадь прилегающих территорий – 11 272,26 м2;

- площадь внутренних помещений – 1 490,39 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 625 979 м2;

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 424 519 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий – 17 661 м2;

- площадь внутренних помещений – 1 777 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 896 850 м2;

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 630 314, 61 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий – 21 883,57 м2;

- площадь внутренних помещений – 1 777 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 896 850 м2;

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 630 314, 61 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий – 21 883,57 м2;

- площадь внутренних помещений – 1 777 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 1 313 574 м2 (с усовершенствованным покрытием – 355 108 м2, газоны и кустарники – 958 466 м2);

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 946 922 м2 (с усовершенствованным покрытием – 218 724 м2, газоны и кустарники – 728 198 м2);

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий – 28 378 м2 (с усовершенствованным покрытием – 13 440 м2, газоны и кустарники – 14 938 м2);

- площадь внутренних помещений – 1 777 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 1 313 574 м2 (с усовершенствованным покрытием – 355 108 м2, газоны и кустарники – 958 466 м2);

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 946 922 м2 (с усовершенствованным покрытием – 218 724 м2, газоны и кустарники – 728 198 м2);

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий – 21 883,57 м2 (с усовершенствованным покрытием – 13 440 м2, газоны и кустарники – 8 443,57 м2);

- площадь внутренних помещений – 1 777 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 1 313 574 м2 (с усовершенствованным покрытием – 355 108 м2, газоны и кустарники – 958 466 м2);

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 946 922 м2 (с усовершенствованным покрытием – 218 724 м2, газоны и кустарники – 728 198 м2);

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий – 21 883,57 м2 (с усовершенствованным покрытием – 13 440 м2, газоны и кустарники – 8 443,57 м2);

- площадь внутренних помещений – 1 777 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий – 1 313 574 м2 (с усовершенствованным покрытием – 355 108 м2, газоны и кустарники – 958 466 м2);

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий – 946 922 м2 (с усовершенствованным покрытием – 218 724 м2, газоны и кустарники – 728 198 м2);

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий – 28 378 м2 (с усовершенствованным покрытием – 13 440 м2, газоны и кустарники – 14 938 м2);

- площадь внутренних помещений – 1 777 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий с усовершенствованным покрытием – 355 108 м2;

- площадь внутренних помещений – 2 085 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий с усовершенствованным покрытием – 218 724 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий с усовершенствованным покрытием – 13 440 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

ДД.ММ.ГГГГ:

Аэродром «С.»

- площадь прилегающих территорий с усовершенствованным покрытием – 355 108 м2;

- площадь внутренних помещений – 446,3 м2;

Аэродром «П.»

- площадь прилегающих территорий с усовершенствованным покрытием – 218 724 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2;

Стоянка авиационной техники «Н.»:

- площадь прилегающих территорий с усовершенствованным покрытием – 13 440 м2;

- площадь внутренних помещений – 0 м2.

Как усматривается из сводных актов, счетов-фактур и платежных поручений (т. 23 л.д. 60-127, 134, 135, 155-173 и 177), заключений судебных бухгалтерских экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ №№, № и №, а также показаний эксперта Б. (т. 48 л.д. 104-117, 157-166, 206-216 и 224-229), сведения об объемах выполненных работ, отраженные в упомянутых выше 30 актах сдачи-приемки оказанных услуг по санитарному содержанию внутренних помещений и прилегающих территорий аэродромов «С.», «П.» и стоянки авиационной техники «Н.» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были включены в сводные акты. На основании этих документов, а также реестров сводных актов, Государственным заказчиком в рамках упомянутого Государственного контракта была произведена выплата денежных средств за оказанные услуги Исполнителю (ОАО «1) путем их перечисления Межрегиональным операционным УФК (Минобороны России) на счет Исполнителя. 

Также из приведенных экспертных исследований и показаний эксперта следует, что:

- за услуги по санитарному содержанию аэродрома «С.» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Министерство обороны РФ перечислило ОАО «1» 21 751 699 рублей 32 копейки. При этом, с учетом представленных эксперту исходных данных, стоимость фактически оказанных услуг на данном объекте в этот период составила 218 652 рубля 38 копеек, в связи с чем размер расхождений между суммой оплаченных и стоимостью фактически оказанных услуг по санитарному содержанию указанного аэродрома составил 21 533 046 рублей 94 копейки;

- стоимость фактически оказанных услуг по санитарному содержанию аэродрома «П.» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила 0 рублей, при этом Министерство обороны РФ, на основании представленных документов, перечислило ОАО «1» за такие услуги 14 990 576 рублей 19 копеек;

- за услуги по санитарному содержанию стоянки авиационной техники «Н.» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Министерство обороны РФ перечислило ОАО «1» 782 961 рубль 08 копеек. При этом, с учетом представленных эксперту исходных данных, стоимость фактически оказанных услуг на данном объекте в этот период составила 23 065 рублей 82 копейки, в связи с чем размер расхождений между суммой оплаченных и стоимостью фактически оказанных услуг по санитарному содержанию указанного аэродрома составил 759 895 рублей 26 копеек.

Согласно заключению судебной бухгалтерской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 49 л.д. 23-30) всего за услуги по санитарному содержанию аэродромов «С.», «П.» и стоянки авиационной техники «Н.» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Министерство обороны РФ перечислило ОАО «1» 37 525 236 рублей 59 копеек. Однако, с учетом представленных эксперту исходных данных, стоимость фактически оказанных на названных объектах услуг составила в этот период 241 718 рублей 20 копеек, в связи с чем разница между оплаченными и фактически оказанными услугами составляет 37 283 518 рублей 39 копеек.

Вышеназванные заключения эксперта, основанные на имеющихся в деле объективных данных, суд находит полными, научно обоснованными и отвечающими требованиям ст. 204 УПК РФ. Они сделаны высококвалифицированным специалистом в области финансов и бухгалтерского учета, имеющим стаж экспертной работы с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем изложенные в них выводы суд кладет в основу приговора.

Оценив изложенные доказательства в совокупности, суд находит их достоверными, а виновность подсудимого в содеянном признает доказанной.

Утверждение ФИО2 о том, что в ДД.ММ.ГГГГ авиационная комендатура в городе 

<

адрес>, начальником которой он был назначен, была сокращена, а он зачислен в распоряжение с последующим назначением на аналогичную должность в другом регионе, а потому не являлся должностным лицом, ответственным за происходящее в войсковой части №, по мнению суда, является необоснованным и не влияет на квалификацию его действий.

Как было установлено в ходе судебного следствия, в том числе со слов ФИО2, после приема дел и должности начальника упомянутой комендатуры он на протяжении всего ДД.ММ.ГГГГ руководил данной воинской частью, осуществлял подготовку передачи ее документов в архив, сдавал технику, руководил личным составом и обеспечивал выполнение стоящих перед ней задач, взаимодействовал со сторонними организациями. Свои дела и должность он никому не передавал и, по распоряжению вышестоящего командования, постоянно находился в городе 

<

адрес>.

В соответствии с пунктами 194, 195, 200 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны РФ от 27 августа 2012 года № 2222 и действовавшего в период инкриминируемых ФИО2 деяний, а также статьями 90 и 91 Устава внутренней службы ВС РФ, все должностные лица при назначении на должность или переводе к новому месту службы должны лично принимать и сдавать дела и должность в присутствии комиссии с оформлением акта. При этом командир воинской части производит прием и сдачу дел и должности лично в присутствии представителя старшего командира. Окончанием приема и сдачи дел и должности считается утверждение старшим командиром (начальником) соответствующего акта.

Совокупность приведенных данных, несмотря на имеющиеся в материалах дела приказы командующего войсками 

<

данные изъяты> о зачислении ФИО2 в распоряжение, а также назначении на другие воинские должности (т. 9 л.д. 68-70), свидетельствует о том, что последний с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обладал всей полнотой распорядительной власти в отношении подчиненной авиационной комендатуры, то есть являлся должностным лицом.

Что касается приведенных приказов командующего, то, по мнению суда, данные распорядительные акты были изданы для создания видимости соблюдения указаний вышестоящего руководства о реформировании воинских подразделений, без их фактической реализации. Данный вывод, в частности, подтверждается приказами командира войсковой части № (т. 9 л.д. 245-250), изданными во исполнение упомянутых приказов командующего лишь в ДД.ММ.ГГГГ, то есть после того, как ФИО2 должен был перемещаться по службе.

Заявление ФИО2 о том, что он не был осведомлен о содержании государственного контракта и своей роли в порожденных этим документом правоотношениях, а также об отсутствии у него доверенности от Министра обороны РФ на осуществлений функций РПГЗ, суд находит не соответствующим действительности и сделанным с целью уклонения от ответственности за содеянное, поскольку из приведенных в приговоре показаний свидетелей Ч., Л., Т. и Ш. следует обратное. При этом ФИО2 обладал полномочиями РПГЗ в силу изданных Министром обороны РФ Директивы от ДД.ММ.ГГГГ № Д-37, а также приказа от ДД.ММ.ГГГГ №.

Кроме того, об осведомленности ФИО2 о своих полномочиях свидетельствует успешная сдача им ДД.ММ.ГГГГ зачета по правовому минимуму (т. 9 л.д. 177), в который, в соответствии с приказом Министра обороны РФ от 29 мая 1999 года № 333 «О правовом обучении в Вооруженных Силах Российской Федерации», входило знание общих вопросов хозяйственной деятельности воинской части и государственного заказа.

Проанализировав утверждение ФИО2 о том, что о подписании актов за денежное вознаграждение без проверки полноты и качества оказанных услуг он ни с кем не договаривался и такое денежное вознаграждение не получал, а визировал документы, основываясь на докладах подчиненных, в достоверности которых не сомневался, суд расценивает его как данное с целью смягчить свою ответственность, поскольку оно опровергается приведенными в приговоре, последовательными непротиворечивыми и согласующимися между собой и другими материалами дела показаниями свидетелей Ч. и Л. Сообщаемые указанными свидетелями сведения, в существенных подробностях дополняющие друг друга, оставались неизменными на протяжении предварительного и судебного следствия, в связи с чем суд кладет их в основу принимаемого решения, а противоречащие им показания подсудимого отвергает как не соответствующие действительности.

Показания свидетеля Т. в части того, что денежные средства, переданные им Сергиевскому через Л., предназначались для оплаты за наем уборочной техники и лиц, выполняющих работы по санитарному содержанию объектов воинской части в рамках договоров ГПХ, суд отвергает, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в суде непротиворечивых доказательств, согласующихся между собой и дополняющих друг друга. При этом суд учитывает, что свидетель Т. является лицом, уголовное дело в отношении которого по аналогичным обстоятельствам выделено в отдельное производство, а потому он может иметь заинтересованность в исходе рассмотрения данного дела.

Показания ряда свидетелей (Свидетель №16, Ф., Ш., М., В., З., П., К. и Е.), заявивших о том, что в ДД.ММ.ГГГГ аэродром «С.» находился в удовлетворительном состоянии и иногда они наблюдали, как там производится уборка, на которые ссылается сторона защиты, не могут быть положены в основу приговора, поскольку носят предположительный и неконкретный характер (периоды уборки, ее объемы, исполнители).

Что касается имеющихся в материалах дела договоров об оказании в ДД.ММ.ГГГГ услуг по уборке объектов войсковой части №, заключенных с ООО «2», платежных ведомостей и расходно-кассовых ордеров (т. 31, л.д.45-262 и т. 32 л.д. 1- 94), то их содержание не опровергает установленные судом обстоятельства, поскольку из показаний свидетеля Л. следует, что они оформлялись с целью придать видимость законности расходования получаемых от Т. денежных средств, а из показаний свидетелей Свидетель №14, Свидетель №5, Свидетель №17, Свидетель №15, Свидетель №12 и Свидетель №10 усматривается, что в упомянутой организации они и их родственники фактически трудоустроены не были и услуг по санитарной обработке объектов на постоянной основе не оказывали.

Одновременно суд учитывает, что указанный свидетелем Свидетель №5 случай наведения в ДД.ММ.ГГГГ порядка на территории стоянки авиационной техники «Н. носил единичный характер и был обусловлен предстоящей прокурорской проверкой данного объекта, а не необходимостью исполнения обязательств, возложенных на ООО «2».

Аналогичным образом суд относится к случаям наведения в ДД.ММ.ГГГГ порядка на объектах аэродрома «С.», охраняемых бывшими работниками войсковой части № на основании просьбы ФИО2 При этом суд исходит из того, что функции по уборке эти лица выполняли как сторожа, на основании соответствующих инструкций, а не в рамках взятых на себя обязательств по договору с ООО «2». Этот вывод подтверждается еще и тем, что указанные охранники, как следует из показаний свидетеля Свидетель №8 и Свидетель №9, содержание этих договоров, а равно возложенные на них ими функции по уборке и ее периодичности не знали, а исполняли свои обязанности в порядке, определенном для сторожей воинской части, исключительно в целях обеспечения сохранности имущества воинской части и поддержания его в надлежащем состоянии.

Возможность оговора подсудимого свидетелями исследовалась в судебном заседании и своего подтверждения не нашла.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что в период с ДД.ММ.ГГГГ работы по уборке территории аэродромов «С.», «П.» и стоянки авиационной техники «Н.», обусловленные государственным контрактом от ДД.ММ.ГГГГ, фактически не производились. Все мероприятия по наведению порядка на указанных объектах воинской части №, производившиеся с ведома ФИО2 (показания свидетеля Л., Свидетель №12, Свидетель №5 и Свидетель №8), были обусловлены необходимостью создания видимости проведения таких работ, с целью незаконного получения подсудимым материальной выгоды и сокрытия своих истинных намерений.

В связи с этим суд критически относится к заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № и не кладет его выводы в основу принимаемого решения, поскольку в основу данного исследования положены неверные исходные данные об уборке, производимой в рамках Государственного контракта от ДД.ММ.ГГГГ.

Органами предварительного следствия указано на совершение ФИО2 противоправных деяний в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в том числе на подписание им актов сдачи-приемки оказанных услуг в этот же период.

Однако, как следует из приведенных выше положений законодательства, окончанием приема и сдачи дел и должности считается утверждение старшим командиром (начальником) соответствующего акта.

Поскольку акт приёма-передачи дел и должности командира войсковой части № был утвержден старшим командиром ДД.ММ.ГГГГ, суд считает, что противоправная деятельность ФИО2, в данном конкретном случае, ранее этой даты начаться не могла.

Кроме этого, судом установлено, что акты сдачи-приемки оказанных услуг были подписаны ФИО2 в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что также учитывается при определении времени совершения инкриминируемых ему деяний.

Также в суде было установлено, что фактически, в результате незаконных действий ФИО2 Министерство обороны РФ перечислило ОАО «№» 37 525 236 рублей 59 копеек.

Органами же предварительного следствие в вину подсудимому вменяется причинение ущерба на сумму 37 283 518 рублей 39 копеек, что связано с наличием данных об оказании в ДД.ММ.ГГГГ услуг по уборке объектов войсковой части № на сумму 241 718 рублей 20 копеек.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

С учетом того, что установленные судом обстоятельства ухудшают положение подсудимого, оснований для изменения предъявленного ему обвинения не имеется.

Действия ФИО2, связанные с подписанием им в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ актов сдачи-приемки оказанных услуг по санитарному содержанию аэродромов «С.» и «П.», а также стоянки авиационной техники «Н.», суд квалифицирует по ч. 3 ст. 285 УК РФ, поскольку он, являясь должностным лицом, из корыстной заинтересованности использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы, чем повлек существенное нарушение охраняемых законом интересов государства и тяжкие последствия.

Этот вывод основан на том, что ФИО2, как командир воинской части, наделенный правами и обязанностями РПГЗ, обладал правом подписи и заверения указанных выше актов сдачи-приемки оказанных услуг по санитарному содержанию названных объектов, однако его действия по подтверждению несоответствующих действительности сведений не были вызваны служебной необходимостью, а также противоречили тем целям и задачам, для достижения которых подсудимый, как должностное лицо, был наделен соответствующими полномочиями. 

Признавая в действиях ФИО2 корыстную заинтересованность, суд исходит из подтвержденного исследованными доказательствами наличия у него желания путем совершения указанных действий получить для себя выгоду имущественного характера, а именно денежные средства от Т. 

Квалифицируя действия ФИО2 как повлекшие существенное нарушение охраняемых законом интересов государства и тяжкие последствия, суд исходит из того, что в результате его деяний нарушены условия исполнения упомянутого Государственного контракта, не проведен комплекс услуг и организационно-технических мероприятий по приведению состояния внутренних помещений и прилегающих территорий названных трех объектов войсковой части № в соответствие с санитарными правилами и нормами. 

В соответствии с п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», под тяжкими последствиями понимается, помимо прочего, причинение значительного материального ущерба. 

Вывод суда о том, что причиненный ФИО2 материальный ущерб в размере более 37 миллионов рублей является значительным для государства, основан на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств и сумме ущерба. При этом следует отметить, что в примечании к ст. 285.1 УК РФ, предусматривающей ответственность за однородное преступление, установлено, что крупным размером в этой статье признается сумма бюджетных средств, превышающая один миллион пятьсот тысяч рублей, а особо крупным размером - семь миллионов пятьсот тысяч рублей.

Действия ФИО2, выразившиеся в получении от Т. денежных средств в размере 10 550 000 рублей суд квалифицирует по ч. 6 ст. 290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 324-ФЗ), поскольку он, являясь должностным лицом, получил через посредника взятку в виде денег в особо крупном размере за совершение в пользу взяткодателя и представляемых им лиц незаконных действий, с использованием своих служебных полномочий.

Вывод суда о получении ФИО2 взятки в указанной сумме основан на положениях п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», согласно которым получение взятки считается оконченной с момента принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему денежных средств. Если должностное лицо намеревалось получить взятку в значительном или крупном либо в особо крупном размере, однако фактически принятое им незаконное вознаграждение не образовало указанный размер, содеянное надлежит квалифицировать как оконченное получение взятки соответственно в значительном, крупном или особо крупном размере. 

Как было установлено в суде, подписывая акты сдачи-приемки оказанных услуг за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, в соответствии с достигнутой договоренностью, рассчитывал на ежемесячное получение 1 055 000 рублей, а всего за 10 месяцев - 10 550 000 рублей, в связи с чем получение им только части суммы, в размере 2 110 000 рублей о получении взятки в меньшем размере не свидетельствует.

Вывод суда об особо крупном размере взятки основан на Примечании 1 к ст. 290 УК РФ, в соответствии с которым особо крупным размером взятки признается сумма денег, превышающая один миллион рублей.

То обстоятельство, что часть полученных от Т. денег ФИО2 отдал Л., в том числе для оплаты труда сторожей, занимающихся охраной объектов аэродрома «С.», также не влияет на вывод суда о получении подсудимым взятки в указанном выше размере, поскольку он делал это по собственному усмотрению.

Квалифицируя действия подсудимого по ч. 6 ст. 290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 года № 324-ФЗ) суд исходит из того, что данная редакция, по сравнению с редакцией Федерального закона от 04 мая 2011 года № 97-ФЗ, действовавшей в период совершения ФИО2 преступного деяния, дополнена штрафом в абсолютных величинах, а дополнительное наказание к лишению свободы в виде штрафа понижено и введена возможность его не назначения, что улучшает положение подсудимого, в связи с чем этот закон имеет обратную силу (ст. 10 УК РФ). Вместе с тем, в силу ст. 10 УК РФ, ФИО2 не может быть назначено дополнительное наказание к штрафу в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок, превышающий три года, а также данное дополнительное наказание не может быть назначено к лишению свободы, поскольку в этой части редакция Федерального закона от 03 июля 2016 года № 324-ФЗ ухудшает положение подсудимого, в связи с чем этот закон обратной силы в обозначенной части не имеет.

Обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание ФИО2, судом не установлено.

При назначении ФИО2 наказания по обоим эпизодам, в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, личность виновного, который по военной службе характеризуется положительно, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, учитывает состояние здоровья его и членов семьи, материальное положение, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Наряду с этим суд учитывает повышенную общественную опасность преступных деяний подсудимого, который, являясь командиром воинской части, действовал вопреки положениям законодательства Российской Федерации, подрывая авторитет Вооруженных Сил Российской Федерации. 

При таких обстоятельствах, назначая ФИО2 наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ суд исходит из того, что наказание в виде штрафа не сможет обеспечить достижение его целей и полагает, что исправление подсудимого может быть достигнуто только в местах лишения свободы.

Вместе с этим, учитывая имущественное положение подсудимого и его семьи, суд полагает возможным не применять к нему дополнительное наказание за данное преступление в виде штрафа. 

Учитывая тяжесть преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ, непосредственно связанного с должностью, которую занимал ФИО2, а также то, что своими действиями он дискредитировал федеральный орган исполнительной власти, в котором проходил военную службу, суд, с учетом личности виновного и приведенных выше обстоятельств, руководствуясь ст. 48 УК РФ, полагает необходимым лишить его воинского звания «

<

данные изъяты>».

Вместе с тем суд принимает во внимание то, что часть полученных от Т. денежных средств ФИО2 использовал для обеспечения сохранности объектов аэродрома «С.», передав их сторожам, выполнявшим такие функции по его просьбе.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности суд не находит оснований для применения при назначении наказаний положений, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также ст. 73 этого же Кодекса. 

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания, не имеется. 

При определении вида исправительного учреждения суд руководствуется требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ. 

Вместе с уголовным делом рассмотрен гражданский иск военного прокурора в защиту интересов Российской Федерации в лице Министерства обороны РФ о взыскании с к ФИО2 денежных средств в размере 37 283 518 рублей 39 копеек в счет возмещения причиненного данному военному ведомству имущественного ущерба, который подсудимый не признал.

В соответствии с п. 5 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23 марта 1979 года № 1 (в ред. от 26 апреля 1984 года) «О практике применения судами законодательства о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением» если материальный ущерб причинен подсудимым совместно с другим лицом, в отношении которого дело было выделено в отдельное производство, суд возлагает обязанность по возмещению ущерба в полном размере на подсудимого. При вынесении в последующем обвинительного приговора в отношении лица, дело о котором было выделено в отдельное производство, суд вправе возложить на него обязанность возместить ущерб солидарно с ранее осужденным.

Согласно приговору 

<

данные изъяты> суда 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционному определению 

<

данные изъяты> суда от ДД.ММ.ГГГГ, Л. (Л.) признан виновным, помимо прочего, в пособничестве должностному лицу в злоупотреблении должностными полномочиями, связанном с подписанием актов приемки-сдачи оказанных услуг по Государственному контракту № от ДД.ММ.ГГГГ в период с марта по ДД.ММ.ГГГГ и причинении, в связи с этим, государству значительного материального ущерба на сумму 37 283 518 рублей 39 копеек, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 285 УК РФ. При этом был удовлетворен гражданский иск Врио военного прокурора Барнаульского гарнизона и в счет возмещения причиненного преступлением ущерба с Л. взыскано в доход Российской Федерации в лице Министерства обороны РФ 74 115 535 рублей.

Принимая во внимание достоверно установленный в суде факт причинения в результате действий ФИО2, квалифицированных по ч. 3 ст. 285 УК РФ, Министерству обороны РФ имущественного ущерба в размере 37 283 518 рублей 39 копеек, а также учитывая, что материальный ущерб причинен им совместно с другим лицом, дело о котором было выделено в отдельное производство, руководствуясь статьями 1064 и 1080 ГК РФ, суд полагает необходимым данный гражданский иск удовлетворить и взыскать с ФИО2 в солидарном порядке с ранее осужденным Л. в доход Российской Федерации в лице Министерства обороны РФ 37 283 518 рублей 39 копеек.

Разрешая вопрос о конфискации квартиры № №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, находящей в собственности ФИО2, суд принимает во внимание отсутствие доказательств того, что эта квартира была приобретена им за счет полученных в результате преступления денежных средств, в связи с чем полагает, что оснований для конфискации этой квартиры не имеется.

Вместе с этим судом достоверно установлено, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в результате совершения преступления, предусмотренного статьей 290 УК РФ, получены деньги на общую сумму 2 110 000 рублей, которые в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ подлежат конфискации.

При этом, учитывая, что конфискация в натуре этих денежных средств, являвшихся предметом взятки, в настоящее время невозможна вследствие их растраты и неустановления местонахождения, в соответствии с требованиями ст. 104.2 УК РФ с ФИО2 подлежит взысканию денежная сумма, соответствующая размеру фактически полученных денежных средств, то есть 2 110 000 рублей.

Кроме этого, для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска и других имущественных взысканий суд считает необходимым сохранить арест на принадлежащую ФИО2 на праве собственности квартиру № № расположенную по адресу: 

<

адрес>, в части запрета распоряжаться данным имуществом. 

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах, находящихся в комнате хранения вещественных доказательств военного следственного отдела по Барнаульскому гарнизону (т. 49 л.д. 104-177), а также при уголовном деле по обвинению Ш. (дело в отношение него выделено в отдельное производство) (т. 32 л.д. 265-269, т. 46 л.д. 109-134, т. 36 л.д. 134-135, т. 6 л.д. 238-245, т. 35 л.д. 235-236), принимая во внимание то, что они являются также вещественными доказательствами по другим уголовным делам, решения по которым еще не приняты, суд считает необходимым оставить вещественные доказательства в местах их хранения. 

В соответствии со ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки, связанные с возмещением расходов, обусловленных явкой в судебной заседание ДД.ММ.ГГГГ свидетеля Свидетель №16, следует взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета. 

Принимая во внимание отказ ФИО2 от защитника Ворошиловой О.Д., который не был удовлетворен судом и ее участие в рассмотрении уголовного дела по назначению, в соответствии с ч. 4 ст. 132 УПК РФ, суд полагает необходимым возместить расходы, связанные с оплатой труда этого адвоката за счет средств федерального бюджета.

Также, в связи с тем, что вызов в суд для допроса в качестве свидетеля Свидетель №16 ДД.ММ.ГГГГ был обусловлен повторным рассмотрением уголовного дела, произведенные им затраты на явку в судебное заседаний подлежат возмещению за счет государства.

Меру пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу, в соответствии с ч. 2 ст. 97 УПК РФ, следует оставить без изменения для обеспечения исполнения приговора.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 304, 307-309 УПК РФ, 

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 03 июля 2016 года № 324-ФЗ), на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет и, в соответствии со ст. 48 УК РФ, лишить его воинского звания «

<

данные изъяты>». 

Его же признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных полномочий в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации на срок три года. 

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ окончательное наказание ФИО2 по совокупности совершенных преступлений определить путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы на срок 10 (десять) лет, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных полномочий в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации на срок три года, и лишением, на основании ст. 48 УК РФ, воинского звания «

<

данные изъяты>».

Для отбывания наказания в виде лишения свободы направить ФИО2 в исправительную колонию строгого режима.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть в срок наказания время предварительного содержания ФИО2 под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Меру пресечения в отношении ФИО2 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Гражданский иск военного прокурора в защиту интересов Российской Федерации в лице Министерства обороны РФ удовлетворить и взыскать с ФИО2 в солидарном порядке с ранее осужденным приговором 

<

данные изъяты> суда 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом апелляционного определения 

<

данные изъяты> суда от ДД.ММ.ГГГГ) Л. в доход Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации 37 283 518 (Тридцать семь миллионов двести восемьдесят три тысячи пятьсот восемнадцать) рублей 39 копеек. 

В соответствии со статьями 104.1 и 104.2 УК РФ взыскать с ФИО2 в доход Российской Федерации в счет конфискации денежных средств, полученных в результате совершения преступления, 2 110 000 (Два миллиона сто десять тысяч) рублей.

Сохранить арест на принадлежащую ФИО2 на праве собственности квартиру № №, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в части запрета распоряжаться данным имуществом, до обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска и других имущественных взысканий.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу, находящиеся в комнате хранения вещественных доказательств военного следственного отдела по Барнаульскому гарнизону (т. 49 л.д. 104-177), а также при уголовном деле по обвинению Ш. (т. 32 л.д. 265-269, т. 46 л.д. 109-134, т. 36 л.д. 134-135, т. 6 л.д. 238-245, т. 35 л.д. 235-236), оставить в местах их хранения. 

Процессуальные издержки, связанные с явкой в суд ДД.ММ.ГГГГ свидетеля Свидетель №16, взыскать с осужденного ФИО2 в сумме 1 825 (Одна тысяча восемьсот двадцать пять) рублей 60 копеек в доход федерального бюджета.

Процессуальные издержки в сумме 33 810 (Тридцать три тысячи восемьсот десять) рублей, связанные с оплатой труда адвоката Ворошиловой О.Д., а также, издержки обусловленные явкой в суд ДД.ММ.ГГГГ свидетеля Свидетель №16 в сумме 2 300 (Две тысячи триста) рублей 80 копеек возместить за счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд через Барнаульский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО2 – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, в соответствии с требованиями главы 45.1 УПК РФ. 

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок при подаче апелляционной жалобы, либо путем подачи отдельного ходатайства, а также в возражениях на принесенные по делу апелляционные жалобы (представления) другими участниками процесса, в течение десяти суток со дня вручения их копий. При заявлении ходатайства об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции осужденный вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении такового.

Председательствующий по делу: П.В. Лунёв